Тайна золотых часов
- -
- 100%
- +
– Погоди-ка, мальчик! – Видно было, что мистер Ву всерьез заинтересовался. – Будь уверен, я об этих изобретениях слышал. Может, я не все в них понимаю, но то, что слышал, это уж точно. Твой отец чрезвычайно умный человек, и мозги у него необычно устроены.
Дудик начал раздуваться от гордости.
– Да, вот совсем недавно о его изобретениях напечатали в газетах, – сказал он. – К нам стали приходить журналисты, чтобы взять у папы интервью и еще написать о нем, но папа очень сердился из-за всего этого. Понимаете, он сейчас работает над самой своей важной идеей, и ему вся эта кутерьма мешала работать. Некоторые журналисты даже заглядывали в окна и хотели пробраться в его чудесную башню, там ведь…
– Башню? Он работает в башне? – переспросил озадаченный мистер Ву.
Но Дудик не успел ответить, так как Джулиан незаметно пнул его кулаком в бок. Дудик возмущенно повернулся и увидел, что Джулиан делает ему страшное лицо и хмурится… И Джордж тоже… Внезапно Дудик густо покраснел. Ну конечно – сколько раз ему говорили никогда не рассказывать о работе отца. Она ведь очень секретная.
Надеясь, что Джулиан переменит тему разговора, Дудик притворился, что поперхнулся куском мяса. Джулиан не замедлил прийти к нему на помощь.
– Мистер Ву, а не могли бы вы продемонстрировать нам какие-нибудь ваши фокусы с цифрами? – спросил он. – Мы слышали, вы необыкновенно быстро считаете.
– Да, это так, – сказал мистер Ву. – Я могу сосчитать в уме все что угодно. Спрашивайте, что хотите, я вам тут же отвечу!
– Хорошо, мистер Ву, тогда решите такую задачку, – сказал Дудик. – Умножьте 63342 на 8953! По-моему, это невозможно в уме сосчитать!
– Ответ готов: 56710092, – в ту же секунду сказал, слегка поклонившись, мистер Ву. – Да это совсем нетрудный вопрос, мальчик!
– Вот это да! Вот это я понимаю! – изумился Дудик. Затем обернулся к Джулиану и спросил: – Что, правильно, Джу?
Джулиан решил этот пример на бумаге.
– Да, совершенно правильно! Даже не верится! – сказал он. – Вы моментально ответили.
– Дайте теперь я задам мистеру Ву задачку! – попросила Джордж. – Сколько будет, если 602491 умножить на 352, мистер Маг?
– Пожалуйста, ответ готов: говорю по цифрам – 2-1-2-0-7-6-8-3-2, – почти не задумываясь, ответил мистер Ву. И снова Джулиан проверил этот результат на бумаге. Кончив считать, он поднял голову и улыбнулся:
– Все точно. Но как вам это удается?
– Волшебство! Самое обыкновенное волшебство! – развел руками мистер Ву. – Попробуй как-нибудь сам. Наверняка отец этого мальчика считает так же быстро, как и я. – Тут мистер Ву посмотрел на Дудика. – Мне бы очень хотелось познакомиться с твоим умным отцом, – вкрадчиво сказал он. – Я ведь и раньше слышал о его чудесной башне. Это настоящий памятник его гению! Видишь, даже мы, иностранцы, знаем о выдающейся работе твоего отца. А он не боится, что кто-то украдет его секреты?
– Да нет, не думаю… – сказал Дудик. – В башне все можно надежно спрятать и… – Тут он внезапно умолк и покраснел – получил еще один пинок от Джулиана! Как мог он допустить такую непростительную глупость – рассказать, что секретные разработки отца находятся в башне!
Джулиан решил, что надо поскорее увести Дудика от мистера Ву и как следует пропесочить за неосторожную болтовню. Он решил сказать, что уже очень поздно и им пора идти.
– А знаете, сколько сейчас времени? – спросил он, посмотрев на часы. – Дженни обратится в полицию, если мы сейчас же не вернемся. Пошли, Дудик. Большое спасибо, мистер Таппер, за вкусный ужин.
– Да ведь мы же еще не закончили! – воскликнул дед. – Вы же не наелись!
– Да нет, мы уже больше не можем есть, – сказал Дик, поддержав Джулиана. – До завтра, мистер Таппер. До свидания, бабушка. Спокойной ночи. Большое вам спасибо!
– А бананы и яблоки? – заупрямился было Дудик.
– Но ведь мы принесли их для шимпанзе Чарли, – сразу нашелся Дик, хотя это была не совсем правда. Дик был готов уши Дудику оттрепать! Глупый болван, неужели он не понимает, что Джулиан хочет увести его от этого хитрого мистера Ву? Ну ничего, вот когда они останутся одни, он влепит ему как следует!
Ребята со всех сторон поторапливали Дудика. Он даже немного испугался. Что это вдруг Джулиан так на него рассердился?
Старый мистер Таппер очень удивился их внезапному уходу, зато шимпанзе Чарли остался доволен: гости оставили ему столько фруктов!
Ребята полезли через забор. Джулиан подгонял Дудика. Когда они оказались по ту сторону забора и мистер Ву не мог их больше слышать, Джулиан и Дик накинулись на Дудика.
– Ты что, совсем не соображаешь? – спросил Джулиан. – Неужели ты так и не понял, что этот человек хотел выспросить тебя про секретную работу твоего отца?
– Ничего он не выспрашивал, – сказал Дудик, чуть не плача. – Все вы выдумали!
– Надеюсь, я никогда не опущусь до того, чтобы выбалтывать важные секреты! – сказала Джордж и посмотрела на Дудика с нескрываемым презрением. Ему стало до слез обидно.
– Ничего я не выбалтывал! – крикнул он. – Мистер Ву хороший человек. Почему вы ему не верите?
– Мне он совсем не нравится, и я ему не доверяю, – сказал Джулиан необычно взрослым, твердым голосом. – Но ты-то – уши развесил и разболтался. Нам стыдно за тебя. Если бы профессор тебя слышал, он бы тебе такую взбучку устроил! Надеюсь только, что ты не так уж много наболтал. Сам ведь знаешь, как сердится твой отец, когда в газетах появляются сведения о его последней работе и когда к вам начинают лезть журналисты…
Тут Дудик не выдержал. Он громко заревел и помчался через сад к дому. Чудик вздрогнул от испуга и побежал за ним. Он непременно хотел утешить Дудика. Что случилось? Бедный Чудик ничего не понимал и изо всех сил пытался догнать плачущего Дудика. Наконец, он вскочил ему на плечо и крепко обнял мохнатыми ручками за шею.
– Милый Чудик! – сквозь слезы выдавил из себя Дудик. – Хоть ты остался моим другом! Теперь меня все покинут, я знаю! Какой же я идиот, Чудик! Но я так горжусь своим папой! Вот из-за чего все так вышло!
Озадаченный и огорченный. Чудик слушал Дудика, прижавшись к нему покрепче. Но вот Дудик подошел к башне. Наверху горел свет. Наверно, папа еще работает. С башни доносился странный жужжащий звук. Дудик решил, что, должно быть, это усики-антенны на самом верху так жужжат. Вскоре свет в башне погас.
«Значит, папа закончил сегодня работать, – подумал Дудик. – Сейчас он пойдет в дом. Надо поскорее отойти отсюда, а то он спросит, отчего я плачу. Никогда еще Джулиан так не сердился! Он говорил со мной, как с самым презренным червяком!»
Дудик старался идти как можно тише. Дженни тоже лучше сейчас на глаза не показываться. Она из него сразу все вытянет, и ей станет так же противно, как и Джулиану. Она первым делом спросит, почему он не остался с ребятами в палатке! Сейчас он тихонечко поднимется наверх и уляжется в свою постель.
– Идем со мной. Чудик, – грустно прошептал он. – Ляжем спать, ты прижмешься ко мне. Ты ведь не станешь презирать меня? Ты навсегда останешься моим другом?
Чудик что-то залопотал в ответ, и смешной обезьяний голос немного успокоил Дудика. Затем Дудик разделся и бросился в постель, а Чудик устроился у него в ногах.
– Я не смогу заснуть сегодня ночью! – сказал себе несчастный Дудик.
И тут же уснул. А жаль! Если бы он не уснул так быстро и крепко, он стал бы участником весьма любопытных событий. Бедный Дудик!
ПОД ПОКРОВОМ НОЧИ
Когда Дудик побежал домой, ребята не стали его удерживать.
– Ну его, дурачка! – с досадой сказал Джулиан. – Пойдемте лучше к палаткам, надо обсудить перед сном, как быть дальше.
– А мне жаль бедного Дудика! Ему так хотелось переночевать в палатке! – сказала Энн. – У него и в мыслях не было выдавать какие-то там секреты, просто так получилось.
– Но это не оправдание, Энн, – возразила Джордж. – Дудик иногда делает ужасные глупости, и его нужно немножко поучить. Ладно, пошли в палатку. Я так устала! Тимми, ко мне!
Она зевнула. За ней Дик. Глядя на них, и Джулиан раззевался.
– Зевота такая заразительная вещь! – воскликнул он. – Смотрите, какая сегодня ясная ночь! Вон месяц на небе! Спокойной ночи, девочки. Спите крепко. Только не поднимайте крик, пожалуйста, если вас разбудит паук: предупреждаю – я не собираюсь вставать, чтобы воевать с безобидным насекомым.
– Да? А если он заберется к тебе на лицо и начнет плести паутину от носа до подбородка, а потом наловит в ней мух за ночь? – поинтересовалась Энн.
– Ой, Энн, перестань! – сказала Джордж. – Я ни капельки не боюсь пауков, но ты уж такого злодея описала! Тимми, тебе задание: охраняй нас от пауков, чуть что – сразу предупреждай!
Все засмеялись.
– Ну ладно, спокойной ночи, – сказал Дик. – Жаль бедолагу Дудика. И все же ему действительно многому надо поучиться – особенно держать язык за зубами.
Ребята так утомились за день, что вскоре в их маленьком палаточном лагере погасли все фонарики и воцарились мир и покой. Расположившийся неподалеку цирк тоже затих, хотя многие палатки были еще освещены. Кто-то из оркестрантов перебирал струны банджо – тихо-тихо, лаская слух – страм-страм, страм-страм… страм-мммм…
Небольшая тучка заволокла месяц. Один за другим в цирковых палатках погасли огоньки. Ветер мягко завывал, покачивая ветви деревьев, ухала сова.
Энн не спалось. Некоторое время она прислушивалась к ветру и совиным крикам, но вскоре тоже уснула. Никто и не слышал, как в цирковом лагере что-то зашевелилось. Никто и не видел, что, когда месяц спрятался за тучку, между палатками стала красться какая-то тень. Было поздно, очень поздно, и обитатели обоих лагерей крепко спали и видели сладкие сны.
Тимми тоже спал без задних ног, но все же услыхал сквозь сон какой-то незнакомый слабый звук – и тут же проснулся. Он не двигался, только уши поднял, прислушиваясь. Затем тихо зарычал, так тихо, что Джордж не проснулась. Тимми и не собирался лаять – пока тень, движущаяся по цирковому лагерю, не приближалась к палатке Джордж или палатке мальчиков. Но вот Тимми явственно услышал тихое ворчание, которое сразу узнал. Да это же шимпанзе Чарли! Именно он, только и всего. Тимми снова сладко уснул.
Дудик тоже спал – но дома, в своей кровати, с Чудиком в ногах. Сначала Дудик думал, что он совсем не уснет от расстройства, но очень скоро крепко заснул. Поэтому он тоже не слышал какого-то тихого шуршания за окном, а потом и странного глухого удара – как будто кто-то стукнулся о камень. Затем опять раздалось тихое шуршание – и шепот – и опять шуршание.
Так никто ничего и не слышал. Но вот проснулась Дженни – она захотела пить и протянула руку к ночному столику за стаканом с водой. Она не зажигала свет и хотела было снова лечь, как вдруг ее чуткие уши уловили какой-то странный, еле слышный звук. Дженни села на кровати. Это не дети, подумала она. Дети сейчас спят в палатках, на поляне. О Господи! Неужели это грабитель, который пытается стащить секретные записи профессора! Они в доме повсюду разбросаны! Слава Богу, что хотя бы большая часть их спрятана в башне!
Некоторое время Дженни прислушивалась, затем легла. Но вскоре она опять услышала – и теперь уже совершенно отчетливо – все те же странные звуки. Теперь она не на шутку встревожилась. «Похоже, кто-то лезет на башню», – подумала она и встала с постели. Но в башне нет света, вокруг совершенно темно. Месяц спрятался за облаками. Надо подождать, пока он снова выйдет и осветит двор внизу и башню. Вот! Но тут вдруг опять послышался тот таинственный звук. Может быть, это ветер? Да нет, вряд ли. А это еще что такое? Кто это там шепчется во дворе? Дженни совсем перепугалась и задрожала. Надо разбудить профессора! Что, если кто-то охотится за его бесценными записями? Что, если кто-то собирается выкрасть его новое изобретение?
Но тут из-за туч выплыл месяц, и Дженни начала всматриваться в темноту. Внезапно она громко вскрикнула и попятилась от окна. Затем громко заголосила:
– Там человек! Помогите, помогите! Он лезет на башню! Профессор! Профессор Хейлинг! Идите скорее сюда! Воры! Полиция!
Сейчас же послышалось какое-то шуршание, будто кто-то скатился со стены, но прежде чем Дженни набралась храбрости и снова выглянула из окна, месяц снова скрылся за облаком, и она не увидела ничего, кроме кромешной тьмы. Воцарилась мертвая тишина. Дженни не могла ее вынести, Она выскочила из своей спальни, крича что есть мочи:
– Воры! Грабители!
Профессор вскочил на своей постели, откинул одеяла и помчался по коридору, где и налетел на бегущую к нему Дженни. Он схватил ее, перепутав с вором, она же еще пуще закричала, думая, что один из грабителей таки напал на нее. Некоторое время они боролись друг е другом, пока наконец профессор не сообразил, что поймал вовсе не вора, а насмерть перепуганную Дженни!
– Дженни, да что же вы кричите на весь дом! – сердито сказал он и зажег свет в коридоре. – Вам что, плохой сои приснился? Наверно, настоящий кошмар?
– Нет, нет, – ответила Дженни, переведя дух. – В доме грабители! Я видела, как один из них карабкался по стене башни, а остальные, должно быть, внизу его ждали. И я слышала, как они шептались. Ой, мне так страшно! Что нам делать? Вы можете позвонить в полицию?
– Да, конечно… – с некоторым сомнением протянул профессор. – А вы уверены, Дженни, что все это не приснилось вам в кошмарном сие? То есть… конечно, следовало бы позвонить в полицию…, но только если это действительно грабители. Полицейским ведь ехать до нас далековато и…
– Ну, тогда хотя бы возьмите фонарик и пойдите к башне Там же находятся ваши разработки! Вы ведь совсем недавно сделали открытие. О да! Я знаю, что не имею права говорить об этом, но я каждый день тщательно вытираю пыль в вашем кабинете и многое вижу, хотя никогда и никому об этом не рассказываю…
– Хорошо, Дженни, – сказал профессор, стараясь остановить поток ее слов. – Но, честно говоря, именно сейчас мне кажется, что все вокруг спокойно. Я выглядывал во двор. Там никого нет. И вы прекрасно знаете, что никто не может пробраться в башню. Грабителю понадобились бы три разных ключа – один, чтобы открыть нижнюю дверь, второй – для средней двери, что на середине лестницы, и третий – для верхней двери. Посудите сами, Дженни. Ну кто может воспользоваться этими тремя ключами? Видите, они у меня на столе.
Дженни начала понемногу успокаиваться, но ее все еще одолевали сомнения.
– Но я же слышала шепот и своими глазами видела, как кто-то карабкался по стене башни. Пожалуйста, пойдемте посмотрим, все ли там в порядке. Одна я боюсь идти. Я ни за что не усну, пока не буду уверена, что в башне никого нет.
– Хорошо, Дженни, – вздохнув уступил профессор. – Оденьтесь, и я тоже оденусь. Надо сделать вот что: осмотреть двери и убедиться, что поблизости нет никакой лестницы. Хотя, имейте в виду, это должна быть совершенно гигантская лестница, чтобы кто-то ухитрился подняться по ней до окон нашей башни. Да и кому по силам внести лестницу такого размера. Ну ладно, ладно, идемте…
Несколько минут спустя Дженни к профессор уже были во дворе. Никаких следов какой-либо лестницы и в помине не было, а в то, что кто-то карабкался по стене, и вовсе было трудно поверить. Вход же в башню был надежно заперт.
– Отоприте нижнюю дверь и поднимитесь наверх, – попросила Дженни.
– Дженни, мне кажется, вы сейчас говорите глупости, – сказал профессор, теряя терпение. – Вот, берите ключи. Нижняя дверь заперта… если и средняя дверь заперта, то, вы же сами понимаете – никто не мог пробраться в башню. Скорее, Дженни.
Дрожащими руками просунула Дженни ключ в замок нижней двери, отперла ее и стала подниматься вверх по винтовой лестнице. Точно посередине была другая дверь, тоже запертая. Дженни открыла и ее. Сейчас она чувствовала себя немного неловко. Никто не мог проникнуть в башню сквозь запертые двери. Ну вот – верхняя дверь тоже надежно заперта. Дженни с облегчением вздохнула и сбежала вниз, заперев по дороге среднюю дверь. Закрыв, наконец, и нижнюю дверь, она отдала ключи профессору, который, ожидая ее, даже немного озяб.
– Все заперто! – сказала Дженни. – И все-таки я уверена, что кто-то тут побывал. Могу поклясться, что кто-то карабкался вверх по стене, а внизу перешептывались.
– Вы, наверно, сильно испугались, Дженни, и вам все это просто привиделось, – сказал профессор, зевая. – Ну, согласитесь же – стена эта слишком крута, чтобы кто-то смог влезть на нее, и мы бы обязательно услышали, если бы кто-то тащил лестницу по двору.
– Кажется, я действительно виновата перед вами, – согласилась бедная Дженни. – Хорошо еще, что мы Дудика не разбудили, хотя очень странно, что и Чудик не проснулся.
– Но ведь Дудик с Чудиком должны сейчас быть в палатке на поляне! – удивился профессор.
– Нет, они почему-то вернулись. Я видела их спящими в постели, но остальных ребят нет! – сказала Дженни. – Похоже. Дудик с ними поссорился. Странно, что Чудик не прибегал посмотреть, в чем дело. Уж нас-то он наверняка слышал!
– Чудик умный зверек, но открыть тяжелую дверь из спальни Дудика он не может, – заметил профессор и еще раз зевнул, – Спокойной ночи, Дженни. Не волнуйтесь. Проснетесь завтра утром со свежей головой и обо всем забудете.
Сонный профессор отправился к себе в спальню. Там он посмотрел из окна на двор, затем на башню и улыбнулся. Чудачка же эта Дженни! На этот раз воображение ее подвело. Ну разве можно взобраться на эту стену без лестницы? А кто мог принести такую длиннющую лестницу во двор, да так, чтобы никто не услышал? Профессор зевнул еще разок и улегся спать.
И все-таки кто-то побывал и башне Кто-то очень ловкий и очень хитрый. Представляете, что испытал профессор, когда он на следующее утро пересек двор, отпер нижнюю дверь башни, поднялся по винтовой лестнице до средней двери, отпер и ее и снова стал подниматься по лестнице и наконец отпер и раскрыл последнюю дверь?
Профессор Хейлинг замер на пороге, в ужасе разглядывая комнату. Все там было перевернуто вверх дном. Все его бумаги и записи были разбросаны. Профессор стал смотреть, не пропало ли чего, и с горестью убедился, очень многое, очень многое пропало. Но, по всей видимости, бумаги брали наугад, без разбору – несколько страниц из той папки, несколько из этой, какие-то еще не отправленные письма… О Боже! Чернильница опрокинута… а с камина пропали маленькие часы. Значит, все же Дженни была права – вор действительно пробрался в башню! Но каким образом? Прошел сквозь три запертые двери? Залез по гигантской лестнице, которую он ухитрился незаметно поставить и так же незаметно унести?
«Нужно срочно звонить в полицию» – подумал профессор. – «Какая странная история! Интересно, слышал Дудик какой-нибудь шум? Скорее всего, нет, иначе он разбудил бы меня. Нет, тут кроется какая-то тайна!»
ДУДИК ВО ВСЕМ ВИНИТ СЕБЯ
Когда на следующее утро Дженни рассказала Дудику о том, что произошло ночью, он пришел в ужас.
– Твой отец совершенно убит, – сказала Дженни. – Он вышел сегодня из дома очень рано, чтобы закончить кое-какую работу в башне… Но когда он отпер последнюю дверь, он увидел, что в комнате страшный беспорядок и некоторые важные бумаги исчезли…
– Как это ужасно, Дженни! – воскликнул Дудик. – Папа ведь все свои последние записи хранил в башне – разные там расчеты для этой его новой электрической штуки. Знаешь, какая это чудесная вещь, Дженни! Ее не опишешь словами, она нужна для…
– Да что ты все рассказываешь о работе своего отца! Нельзя этого делать, даже мне ничего ни говори! – рассердилась Дженни. – Сколько Можно повторять одно и то же! Наверно, это ты распустил язык, а чьи-то уши услыхали то, что хотели?
Дудик побледнел. Неужели все случилось из-за его болтовни? Он в автобусе болтал… и у костра. Что теперь скажут ребята, особенно Джулиан, когда узнают, что кто-то ночью влез в башню и унес важные записи и расчеты с таблицами и формулами? Джулиан-то наверняка скажет, что эти он, Дудик, во всем виноват – не умеет держать язык за зубами. Что же, теперь все это опять попадет в газеты и толпы людей будут снова приходить в «Большую Лощину», шептаться и замирать в восхищении при виде покачивающихся антенн-усиков на таинственной башне отца?
Дудик быстро оделся и побежал вниз. Дженни сказала, что она точно слышала шепот во дворе и видела, как кто-то поднимался на башню.
– Профессор говорит, что невозможно занести на двор такую длинную лестницу, – продолжала рассуждать Дженни. – Во всяком случае, незаметно. Но ведь это могла быть и складная лестница. Тогда она была бы не такая уж и большая – она наполовину состоит из веревочек!
– Да. Такими мойщики окон пользуются, – сказал Дудик. – Но ведь не мог же мойщик окон забраться в башню!
– Нет, конечно. Он очень порядочный человек, – сказала Дженни. – Я его уже двадцати пять лет знаю. Придет же такое в голову! Но лестница наверняка была складная. Вот кончу мыть посуду, и мы сходим с тобой во двор, поищем следы от лестницы. Хотя должна заметить, я не слышала, чтобы что-нибудь тащили. Я только слышала шепот и какое-то шуршание, больше ничего!
– А может, это лестница и шуршала, пока ее несли! – возразил Дудик. – Дженни, взгляни на Чудика! Он нас слушает, будто все понимает. Чудик, ты почему не разбудил меня ночью? Ты ведь всегда просыпаешься, когда что-нибудь необычное происходит?
Вместо ответа Чудик прыгнул к Дудику на руки, потерся носом о его подбородок и негромко запищал. Он не любил, когда Дудик был чем-то расстроен и сразу бросался его утешать. А то, что Дудик сильно огорчен, чуткий Чудик понял моментально.
– Пойди-ка ты лучше к отцу, – сказала Дженни Дудику. – Ты мог бы его немного успокоить. Он сейчас в башне, разбирается со своими записями. Ты даже не представляешь, что там сейчас творится – все вверх дном перевернуто!
Дудик поднялся, чтобы пойти к отцу, и с удивлением заметил, что у него дрожат коленки. Вдруг отец спросит, а не он ли, Дудик, проболтался о его работе? А он-то как раз вчера и хвалился новыми чудесными изобретениями отца. Коленки Дудика начали дрожать еще сильнее.
Но, к счастью, профессор был так огорчен из-за беспорядка в комнате и из-за пропавших записей, что не поинтересовался, говорил ли с кем-нибудь Дудик о его работе или нет. Он все пытался выяснить, какие именно из его записей пропали.
– А, это ты, Дудик, – сказал он, когда мальчик появился в дверях. – Поможешь мне? Вчерашний вор уронил на пол целую кипу бумаги и, слава Богу, не унес того, что завалилось под стол. Так что я очень сомневаюсь, что кража эта принесет ему пользу. Он должен быть первоклассным ученым, чтобы понять мои записи, когда половины из них не хватает.
– Значит, ему придется еще раз сюда вернуться? – спросил Дудик.
– Скорее всего, – ответил профессор. – Но теперь-то уж я их перепрячу. Куда, как ты думаешь, Дудик?
– Папа… не прячь свои записи, – попросил Дудик. – Во всяком случае, пока не покажешь мне это место. Ты же сам знаешь, какой ты забывчивый. Сразу забудешь, куда ты их положил, а потом не сможешь работать. У тебя есть копии украденных записей?
– Нет, но они у меня в голове – и это все равно что на бумаге, – сказал профессор. – Конечно, мне придется изрядно потрудиться, чтобы их восстановить, но это вполне возможно. Как досадно – ведь уже и сроки поджимают! Ну хорошо, Дудик, теперь беги, а то у меня еще много дел.
Дудик стал спускаться по винтовой лестнице. Нужно будет обязательно проследить, чтобы отец спрятал свои бумаги в самое надежное место. А то получится, как в прошлый раз, когда он тоже вздумал спрятать свои папки. Он всунул их в дымовую трубу! И они чуть было не сгорели, так как неожиданно стало холодно и Дженни решила затопить. Хорошо еще, что, как только Дженни зажгла огонь, все папки упали сверху и она успела-таки их спасти! И почему это такие умные люди, как его отец, ничего не понимают в самых обыкновенных делах? Вот и теперь – наверняка отец или вообще забудет, куда он их засунул, или спрячет в таком месте, где любой найдет. Дудик решил посоветоваться с Дженни.
– Дженни, папа сказал, что вор украл только часть записей и что их вряд ли можно использовать без недостающей части. И еще папа сказал, что, когда вор обнаружит, что в его руках далеко не все, он попытается вернуться.
– Ничего у него не выйдет! – сердито сказала Дженни. – Если только профессор мне позволит, я их так спрячу, что ни один вор не найдет. Я даже тебе не скажу, куда я их положу!
– А я боюсь, что он сам возьмется их прятать – как тогда, и в таком же нелепом месте. Но их нужно так спрятать, чтобы никто не догадался! А если папа и найдет такое место, он тут же про него и забудет, и тогда можно считать, что записи совсем пропали. А вот как раз вор и найдет их – он-то везде посмотрит! – Дудик говорил с такой тревогой, что она передалась и Дженни.
– Пойдем в башню, там надо прибраться – чернила вытереть. Заодно посмотрим, может быть, профессор уже спрятал где-нибудь там свои записи – предложила Дженни. – Это ведь очень на него похоже – спрятать бумаги именно в том самом месте, где вчера побывал вор, Сейчас я ничуть не сомневаюсь, что вор поднялся по лестнице, влез в открытое настежь окно, схватил все бумаги какие попались ему, мошеннику этому, на глаза – и был таков!