Легенда о Фейри. Красавица

BEAUTY – Copyright © 2019 by DLZ Entertainment LLC

© Перевод: Мария Касмынина, 2025

© Иллюстрации: Юлия Полянская, 2025

© Оформление: ООО «Феникс», 2025

© В оформлении книги использованы иллюстрации по лицензии Shutterstock.com

Посвящение, 2012

Моим поклонникам. Желаю всем вам найти свое «долго и счастливо».

Посвящение, 2019

Еще раз благодарю всех, кто проделал это путешествие вместе со мной. И особая благодарность Маргарите Коул, которая позволила объединить эту серию с «Похитителями», где ей всегда было самое место. Вы – рыцарь на высоких каблуках и в красивых украшениях, сражающийся за счастливую жизнь каждого писателя.

Пролог

Мир Благих Фейри

Тринадцать лет назад

Бронвин Финн смотрела на рану в животе и гадала, сколько времени пройдет, прежде чем она умрет. Брон ввалилась в комнату матери, толкнув богато украшенные двойные двери, и прижала руку к животу, отчаянно пытаясь остановить кровотечение. Сейчас в глазах стояли лишь слезы и дым, застилая все вокруг. Она выросла в Белом дворце, где под ногами всегда были мраморные полы. Комната ее отца была закрыта для всех, кроме Бека, а вот комната матери была настоящим убежищем.

Вот почему она побежала сюда, когда мир вокруг разлетелся на кусочки.

Но ее матери нигде не было.

Ее руки дрожали. Она теряла самообладание.

Ну разумеется, Брон. Тебя ударили ножом в живот. После такого мало кто выживает.

Наемники дяди. Торин ополчился на всю ее семью. Брон добралась до большой кровати матери, раздвинула тонкие занавески и рухнула на матрас. В детстве она задергивала их и представляла, что находится в совершенно другом мире. Мире, где друзья из ее снов были реальны. Слезы затуманили глаза. Ее Темные. Они были с ней столько, сколько Брон себя помнила, но она перестала говорить о них много лет назад. Ее отец назвал ее сумасшедшей, когда она рассказала ему об их ночных визитах в ее сны. А мать вызвала целителей. Только Киан выслушал ее без предубеждения. У Бека не было возможности слушать Бронвин: отец почти не выпускал его из поля зрения. И все же, проходя мимо, он ловил ее взгляд, подмигивал или ерошил Брон волосы. Он собирался стать королем.

Бронвин вскрикнула. Жив ли вообще Беккет? Неужели Торин убил их всех?

Увидит ли она их, когда умрет? Своих Темных?

– Ты еще не умерла, девочка. – Угрожающий голос вывел ее из оцепенения.

Она подняла глаза и увидела наемника, который напал на нее. Он был одет в цвета ее дяди, черный с золотом, с фамильным гербом Финнов на груди. Ее гербом. Ее королевства. Но это не имело значения. Теперь этот мир принадлежал дяде Торину.

Бронвин попыталась пошевелиться, буквально заставляя себя бежать. В глазах наемника мелькнул неприятный блеск: судя по всему, он был рад, что Брон еще жива. Он планировал развлечься. Бронвин покачала головой. Она умирала, но все же в тот момент мысль о его запятнанных кровью руках на ее теле была отвратительнее самой смерти.

Однако выбора не было. Никакого. Как и большую часть ее жизни. Бронвин, причешись вот так. Стой прямо. Принцесса не должна дружить со слугами. Не разговаривай так свободно с брауни. Убери эту книгу. Принцессе не обязательно знать такие вещи.

Принцессе не обязательно знать, как защитить себя. Принцессе не обязательно разбираться в политике.

Принцесса умрет так же легко, как и ее милый друг брауни.

Наемник протянул руку и схватил Бронвин за лодыжку, подтащив ее к себе. Она увидела, что запачкала белоснежные простыни матери ярко-красной кровью. Своей кровью.

Ее мать родила ее на этой кровати. Бронвин здесь и умрет.

– Не надо, – взмолилась она. Ей хотелось закрыть глаза. Боги, она хотела увидеть их в последний раз. Она была потрясена, обнаружив, что в последние мгновения своей жизни ей хотелось лишь уснуть и снова встретиться с ними. Своими Темными. Своими друзьями. Мужчинами-тенями, которые завладели ее сердцем. Она хотела, чтобы они обнимали ее, шептали ей что-то. В последнее время сны изменились, стали более осязаемыми. Прошлой ночью она целовала их, нежно касаясь губами, переходя от одного к другому, потому что не могла отдать предпочтение ни одному из них. Брон любила их обоих.

Больше никаких призрачных поцелуев. Только боль, унижение и смерть.

Она попыталась вырваться, но была слаба, очень слаба. Ноги не слушались. Но это не имело значения. Наемник широко развел их, задирая ей юбку. Дурацкая юбка. Брон споткнулась об нее. Именно так он ее и поймал, но принцессы ведь не носят ничего практичного.

– У меня никогда раньше не было настоящей леди. – Наемник теребил завязки на брюках.

Бронвин закрыла глаза. Она не хотела его видеть. Она попыталась поднять руки, но ей стало больно. А потом боль стихла. И голос в ее голове стал другим. Не ее собственным.

Ближе, любимая. Еще ближе. Ты чувствуешь меня? Я всегда с тобой. Всегда, любимая.

Она узнала этот голос. Самый нежный из двух. Почему она не знала их имен? В ее снах им не нужны были имена. Теперь Бронвин захотелось позвать его. Она усмехнулась. Судя по всему, она сходила с ума.

– Ничто тебя не спасет, девочка. – Наемник еще шире раздвинул ее бедра.

Руки покалывало, и тепло распространялось там, где раньше был лишь холод. Словно где-то глубоко внутри разгорелся огонь. Бронвин почувствовала, как по венам разлился заряд энергии, и потянулась к нему, игнорируя инстинктивное желание убежать. Умом она понимала, что должна попытаться убежать, но она поймала этот заряд и почувствовала жаркую вспышку. Пошел дым, и Брон могла бы поклясться, что ощутила, как огонь лизал ее руки. Все, что ей нужно было сделать, – это сосредоточиться. У нее была сила.

– Что за?.. – Наемник взглянул вниз, на то место, где Брон схватила его. Он закричал и попытался шевельнуться.

Брон держалась изо всех сил. Она могла разжечь пожар. Она могла окутать всех пламенем. Торин ничего не получит. Если пожар, который она устроит, не убьет его, то, по крайней мере, дворец будет разрушен. От своего кровавого наследства Торин получит лишь пепел и руины.

Раздался хрип, и кончик меча пронзил наемника сзади.

А потом его глаза стали пустыми, невидящими. Он осел, и огонь исчез из рук Бронвин. Она хотела закричать, завопить, что он был ее убийцей, но энергия, которую она чувствовала, улетучилась, словно рухнула стена, отрезав ее от этой странной силы.

И от этого сладко знакомого голоса в голове.

Она откинулась на спинку кровати, почувствовав, как тело солдата уносят прочь. Неужели на его место пришел другой? Разум был затуманен странными, бессвязными воспоминаниями. Брат, который бежал за ней. Клыки кузена Данте, которые впервые показались в самый неподходящий момент. Брон рассмеялась, вспомнив смущение вампира. Данте. Она будет скучать по нему. И по маме, Беку, Киану и Ноле – брауни, которая была ее постоянной спутницей, служанкой, другом.

Ей будет не хватать их всех.

Она услышала чей-то плач и почувствовала, как ее подхватили сильные руки. Брон была так слаба, но все же узнала лицо своего брата. Киан. Киан плакал, его красивое лицо было покрыто сажей и грязью. Он убил наемника. Бек был наполовину воином, но Киан, ее милый, умный брат, убил человека, который мог изнасиловать ее и лишить последнего достоинства.

– Мама? – позвала Брон. Она не знала, куда делась ее мать. Она потеряла ее, когда началась битва. Битва? Это была настоящая резня.

Киан покачал головой. На его лице отразилась утрата, состарив его. Серые глаза Киана затуманились от боли.

– Ее больше нет, Брон. Отца тоже больше нет.

Киан, ее милый друг по играм. Он был старше ее на несколько лет, но всегда находил для нее время. Она не знала Бека настолько хорошо, но Бек и Киан были половинками одного целого, близнецами-симбиотами, у которых была общая душа. То, что чувствовал один, чувствовал и другой, каким бы крутым он ни казался. Бек тоже любил ее.

– Люблю тебя, братишка. – У Бронвин пересохли губы. Она хотела сказать что-то еще, но наступала темнота.

– Я тоже люблю тебя. – Киан будто выдавливал из себя слова. Он держал ее так крепко, но это не имело значения. Она чувствовала, что ускользает. Ее поглотила темнота, и она услышала мощный рев. Казалось, он завладел ее разумом. Этот единственный крик наполнил мир, вытеснив все остальное. В звуке были сила и движение, он обволакивал ее, окружал со всех сторон. Боги, ей было всего четырнадцать. Она хотела жить. Она хотела проснуться и понять, что все это было ужасным сном. Она не хотела лежать здесь, зная, что ее братьев больше нет, а ее будущее – мертво. Она не хотела умирать, пока не узнает, куда приведут ее сны. Всего лишь еще один сон. Еще одно мгновение, проведенное с ними.

Но темнота все равно наступала.

Боль пронзила ее мир, когда она пришла в сознание. Чья-то рука закрыла ей рот.

– Тише, дитя. Если нас обнаружат, то отведут к Торину, и тогда мы обе пожалеем, что не умерли.

Брон открыла глаза. Что случилось? Где она находилась? В комнате было темно, а под ней был твердый, холодный пол.

Она потянулась к животу. Она все еще чувствовала, как в него вонзался нож. Сначала было не больно, но затем все ее существо пронзила агония, когда Брон осознала, что смерть реальна. Теперь на месте раны была лишь гладкая кожа.

Небольшое помещение, в котором находилась Бронвин, освещала единственная свеча. Девушка вздрогнула.

– Чувствуете холод. Хорошо.

Джиллиан. Брон пыталась соображать. Принцесса Неблагих прибыла всего пару дней назад. Ее прислал король Неблагих обсудить какой-то договор между двумя мирами. Брон не удивилась, что ее отец согласился на встречу, но сомневалась, что между Благими и Неблагими установится прочный мир. Слишком сильная у них вражда. Почему Джиллиан Макайвер до сих пор была здесь? Почему не сбежала?

– Можете пошевелиться? Только не пытайтесь сесть. Сначала просто согните руки, чтобы восстановить кровообращение. Магия, которую я использовала, очень мощная.

Магия? Брон размяла обе руки и удивилась, какой сильной она себя почувствовала. Она немного помолчала, разминая и растягивая каждую мышцу.

– Вы сильная, ваше высочество, – кивнула ей Джиллиан. – Сильнее, чем я предполагала.

Бронвин и сама ощущала себя сильнее. Что-то укоренилось в ее душе, какое-то глубокое чувство, что она изменилась навсегда.

– Моих родителей больше нет. – Она знала это, но нужно было произнести это вслух. Слова помогут свыкнуться с реальностью. Ее родители умерли, а подлый предатель отнял у нее дом. Торин. Бронвин больше не будет называть его дядей.

Джиллиан, темные волосы которой касались пола, посмотрела на нее.

– Да, ваше высочество.

– Нет. Я уже не принцесса. Я… как это называется? Беглянка. Я беглянка.

– Вы принцесса Благих Фейри. – Взгляд Джиллиан стал жестким. – Они могут забрать вашу корону. Захватить ваш дворец. Но им никогда не присвоить ваше имя, Бронвин Финн.

В ней снова проснулась странная сила. Брон села.

– Мои братья живы?

– Думаю, да. У Беккета Финна был шанс убить самозванца, но он предпочел спасти свою вторую половину. Похоже, они сбежали. Именно поэтому мне удалось перетащить вас. Торин послал большую часть своей армии за вашими братьями. Он считает, что вы мертвы.

– Он в это не поверит, если не найдет мое тело. – Брон нужно было бежать. Им обеим нужно было убираться отсюда.

Джиллиан сморщила носик. Она была милой женщиной, но сейчас выглядела полной озорства.

– О, найдет! Я подменила ваше тело телом одной из служанок. Я не убивала ее. Она была уже мертва. Поэтому я решила, что она не станет возражать. Скорее, это был ее долг – защитить вас. Похоже, все слегка подзабыли о своих обязанностях.

Бронвин стало гораздо лучше.

– Не вини слуг. Они должны подавать ужин, а не предотвращать перевороты.

– Слуги Неблагих знают, что переворот может произойти в любой момент, – царственно фыркнула Джиллиан.

– Тогда почему я не вижу здесь твоей охраны? – Брон почувствовала необъяснимую потребность защитить свой дом.

– Моя охрана мертва, – ровным голосом произнесла Джиллиан. – Они выполняли свой долг, но, как только началась битва, их разгромили. Насколько я могу судить, ваш отец был убит почти мгновенно. Торин, похоже, подкупил кого-то из его стражников и переманил на свою сторону. А возможно, он вел долгую игру и внедрил их сюда. Сейчас это не имеет значения. Единственное, что важно, – увезти вас отсюда.

– Как я выжила? – Бронвин сделала глубокий вдох, наполняя легкие воздухом, и это было приятно, потому что она не ожидала, что когда-нибудь сделает это снова. В ногах чувствовалась устойчивость. Но ведь Брон знала, что умерла. – Магия не настолько сильна, чтобы воскрешать мертвых.

Джиллиан улыбнулась, но даже Бронвин разглядела за ее улыбкой безжалостную волю. Отец предупреждал ее, что принцесса Неблагих может выглядеть как они, но она всегда была и останется Неблагой. В ее жилах текла кровь гоблинов, троллей и всех темных существ мира.

– Магия Благих недостаточно сильна, в отличие от моей. Ну, моя магия объединилась с магией моих братьев. Каким-то образом им удалось помочь мне даже на расстоянии. Вы обязаны им жизнью.

– Они действительно симбиоты, как Бек и Киан? – До Бронвин дошли слухи, что жена-вампирша короля Неблагих родила двойняшек-симбиотов, как и ее собственная мать. Близнецы-симбиоты рождались с одной душой и двумя телами. Они становились чрезвычайно могущественными, когда находили подходящую пару, женщину, которая могла соединить их раздвоенные души. По крайней мере, так гласила легенда.

– Скоро и сами все узнаете. – Джиллиан встала и взяла со стола в углу небольшой сверток. Брон обратила внимание, что принцесса Неблагих была одета в мягкие кожаные штаны и мужскую рубашку. Из-за этого ее пышное тело казалось немного округлым, но с волосами, убранными под шапочку, она вполне сошла бы за простолюдинку, если не приглядываться.

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду, что нам нужно найти способ покинуть этот мир и вернуться в мир Неблагих, прежде чем этот недоумок Торин закроет все выходы. Мой отец позаботится о тебе, дитя. – Взгляд Джиллиан стал серьезным. – И мои братья тоже.

– А как же Бек и Киан? – Брон должна была найти их.

Джиллиан покачала головой.

– Сначала убедимся, что вы в безопасности, прежде чем отправимся на поиски ваших братьев. Уверяю, они бы хотели именно этого. А теперь переоденьтесь. Нам нужно уходить, пока армия Торина занята. Снаружи царит хаос, ваше высочество. Придется быть осторожными, чтобы не выделяться.

Брон посмотрела на одежду, которую приготовила для нее Джиллиан. Она была очень похожа на одежду самой Джиллиан, хотя Бронвин и не обладала такими женственными формами, как она. Никто не усомнится в том, что Брон – мальчишка-простолюдин, если она спрячет волосы. Она быстро оделась, проведя рукой по теперь уже совершенно гладкому животу.

Они прокрались из дворца, добрались до холма и скрылись среди бегущих крестьян, но Брон обернулась, чтобы еще раз взглянуть на Белый дворец. Лунный свет освещал руины – место, которое когда-то существовало, но теперь разрушилось, оставив после себя одни лишь воспоминания.

– Я сюда уже не вернусь. – Бронвин не вернется домой. Не будет бегать по дворцу или плавать в реке. Никогда не проберется в постель к матери, услышав пугающий раскат грома. И не поиграет со своими друзьями.

У нее больше не было дома.

Джиллиан взяла ее за плечи и развернула к себе.

– Не смейте так говорить! Вы вернетесь! – Она вложила в руку Брон какой-то маленький и холодный предмет. – Это ваше. Я нашла его рядом с вашим телом. Оружие, которым вас пытались убить. Никогда не выпускайте его из рук. Когда придет время отомстить, этот нож будет в вашей руке. Мир изменился. Но это не значит, что ваша жизнь закончилась. Темные времена наступают только тогда, когда истинные лидеры отказываются сражаться. Ваши братья сражаются сейчас, но придет и ваше время. Решайте, ваше высочество. Какой принцессой вы будете? Принцессой Благих, которая плачет и надеется, что ее кто-нибудь спасет, или той, кто предпочтет отомстить за свой народ? Это касается не только вас. Это касается вашего народа и всех, кто пал от меча Торина. Если не способны найти в себе силы быть не просто симпатичной мордашкой, а кем-то большим, тогда вы мне не нужны!

Брон повернулась и взглянула на все другими глазами. Она увидела, что у нее отняли. И однажды она это вернет.

Когда Джиллиан двинулась с места, Брон последовала за ней. Она родилась в Белом дворце и там же умерла. Она стала новой версией самой себя – сильнее, старше, выносливее.

А еще она была одинокой.

Когда наступила темнота, она была одна. Ее Темные за ней не пришли. Пришло время избавиться от этих фантазий.

Бронвин покидала свой дом с чувством мести в сердце.

Глава 1

Мертвые существа этого мира любили Локлана Макайвера. Самым позорным в его жизни было то, что он не мог ответить на их любовь взаимностью.

Половина наследника Темного трона смотрела на маленькую собачку, которая лаяла и прыгала у его ног. Он глубоко вдохнул лесной воздух и помолился богам о терпении. Локлан зашел в лес за дворцом, потому что уже обследовал все другие места обитания Шима. Его брата не было ни в деревенской таверне, ни на кухне. Он не сидел в их комнате, уставившись в окно на запад, где находилась дверь, ведущая в мир Благих. Именно там последнее время Локлан часто находил Шима, с отсутствующим взглядом в темных глазах.

Ему нужно было поговорить с братом об утренних новостях, но он оказался наедине с мертвой собакой. Локлан не знал, куда запропастился Шим, но тот, скорее всего, посмеялся бы и приласкал эту тварь. Шим даже не заметил бы, что у тявкающей собаки отсутствовала половина бока. Скорее всего, ее убил медведь или тролль, которому посчастливилось поймать ее, но не посчастливилось доесть.

– Прочь! – Локлан попытался увеличить расстояние между ним и ожившим трупом бывшего терьера, но тот просто тявкнул и последовал за ним.

Лок старался не обращать внимания на существо. Это было не первое мертвое существо, которое наложило на него отпечаток. Лок только обретал силу и власть, и, если рядом не было его пары для связи, им овладевала ярость.

Пара. Он закрыл глаза, когда им завладела мысль о ней. Ему не нужно было находиться рядом с ней, чтобы ее чувствовать. Боги, они никогда не были близки, но она была в его сердце. Он чувствовал ее каждую минуту каждого дня. Но что он будет делать, когда придется предстать перед ней? Когда они с Шимом ночью вторгались в ее сны, он был цел и невредим, его лицо было таким же совершенным, как у его брата. Отвернется ли она, увидев настоящего Локлана Макайвера? Он думал, что так, скорее всего, и случится. Она была красавицей, настоящей принцессой Благих Фейри, которая, вероятно, сбежит от своего чудовища – принца Неблагих.

Возможно, было бы лучше видеть ее лишь в снах, но, как и во многих других случаях в его жизни, у него не было выбора. Он должен был найти ее. Его силы разгорались, выходили из-под контроля.

А Шим…

Лок вздохнул, когда понял, где находился его брат. Он повернулся и побежал к пляжу, молясь, чтобы его брат-идиот не заснул там, откуда его могли утащить шелки[1].

Он пробежал по территории, добравшись до самой высокой точки. Отсюда он обернулся и посмотрел на Темный дворец, сияющий вдалеке, словно драгоценный камень. На востоке виднелась дорога, по которой приближалась небольшая группа людей. Отряд отца уже подтвердил, что это его кузен Джулиан, возглавлявший мятежных королей Благих.

Ее братьев.

Боги, Лок встретится с братьями Бронвин, но не знал, расскажет ли он им хоть что-то. Они посмеются над ним и назовут сумасшедшим. Отец покачает головой. Только Джиллиан и Даффи во всем мире верили в тайну – что они с Шимом уже связаны с принцессой Благих. Без ее разрешения и даже без ее ведома. Это был инстинктивный крик, который пересек два мира и спас ей жизнь, нечаянно испортив Локу лицо.

Он отбросил мысли о том ужасном дне и повернулся обратно к морю. Брата не было видно, но Лок заметил маленькую фигурку, неуклюже передвигавшуюся по камням, из которых состоял пляж.

Маленький гном с большим топором. Это был Даффи. И если Даффи был там, то его брат находился поблизости. Гном поднял топор, который Шим подарил ему несколько месяцев назад, в день, который они вместе выбрали для празднования дня рождения Даффи. Даффи хотел в подарок топор. Проклятая штука была чуть ли не больше гнома, и он не раз падал на задницу, пытаясь ею размахнуться. Годом ранее Лок и Шим купили своему давнему другу комплект доспехов, изготовленных на заказ. Кузнец все время смеялся, пока его делал.

Дело было не в том, что никто не говорил Даффи, что гномы – не воины. Дело было в том, что Даффи был ужасно тугоухим, когда хотел.

Пес у ног Лока тявкал и пыхтел, словно ожидая начала веселья.

– Прочь! – Лок направился вниз по тропинке, ведущей к пляжу, собака следовала за ним по пятам. Он скомандовал ей остаться, но она не была хорошо обучена. Скорее всего, именно отсутствие дисциплины и привело к ее безвременной кончине. – Дафф! – крикнул Лок гному, как только тот достиг берега. Теперь он увидел Шима, который прислонился спиной к валуну, прижав руку к сердцу. Его ноги утопали в гальке, и это говорило Локу о том, что он пролежал там довольно долго. Здесь, в мире Неблагих, не было песчаных пляжей. Все здесь было суровым и смертельно опасным. Лок побывал в мире вампиров с его тропическими пляжами. Он стоял и смотрел на спокойное море в месте, которое его кузен называл Гавайями, и ему захотелось привезти туда Бронвин. Он представлял, как опускается на мягкий песок и наслаждается ее телом. Вампиры называли это временем сближения. Первый укус. О, первый укус будет потрясающим. Первая кровь.

У него вылезли клыки. Проклятые штуковины появлялись в самые неподходящие моменты, но Лок к этому привык. А еще привык игнорировать голод. Когда ему хотелось настоящей крови, он отправлялся на охоту и пожирал хищных тварей. Охота насыщала его не меньше, чем кровь.

Его брат иначе справлялся с голодом.

Шим лежал, не сводя глаз с океана, но Лок чертовски хорошо знал, что его брат видел совсем иное.

Мертвый пес залаял, предупреждая Даффи об их приближении. Гном взвизгнул, и топор, едва не задев его ноги, упал на усыпанный галькой песок.

– Локлан! Ты вычеркнул из моей жизни десять лет! – Даффи наклонился, упершись руками в колени, и втянул в легкие прохладный воздух.

Лок прищурился, стоя над гномом. При росте в шесть футов пять дюймов[2] Лок понимал, что выглядел устрашающе для четырехфутового[3] гнома.

– А что, по-твоему, ты делаешь со мной, Дафф?

Дафф посмотрел на него в ответ широко раскрытыми голубыми глазами.

– Я только и делаю, что защищаю Шима!

Локлан указал на море. Менее чем в сорока футах от берега виднелась характерная водяная пена. Это белое вспенивание доказывало, насколько безрассудным стал его брат.

– Планировал использовать топор против русалок?

Даффи быстро обернулся, и у него с головы слетела шляпа.

– Русалки? Вот же ад кровавый!

– Да, кровь – ключевой момент. Будет и твоя кровь, а затем и кровь Шима, которая зальет весь пляж, и все потому, что мой брат никак не смирится с реальностью! – Лок едва не зарычал, когда повернулся к брату и закатил глаза. На лице Шима играла улыбка, а в глазах была пустота. Он даже не заметил, что половина собаки облизывала его подбородок.

– Что это, черт возьми, такое? – Даффи уставился на собаку.

– Бродяга. – Лок не понимал, что так шокировало Даффи. Не первый раз за ним повсюду следовали мертвые твари. – Попробуй разбудить Шима. У нас тут проблемы намечаются. – Он подошел к кромке воды. Ледяная волна плескалась у ног, когда он смотрел на существ, которые однажды станут его подданными. Если не съедят его вторую половину. – Мне это на фиг не сдалось!

Из пены поднялась мерцающая особь. Великолепная и смертоносная русалка улыбнулась, пожала плечами и снова нырнула в глубину.

Казалось, все вокруг их преследовали. В мире не было ни одного существа, которое не чувствовало бы их слабости, и каждый из них был готов к атаке.

Лок обернулся и увидел свою главную проблему. Они были слабы, потому что Шим перестал сражаться.

– Где он? – спросил Лок, глядя на своего брата, на вторую половину своей души.

– Он бормотал что-то о полях и пшенице. – Даффи подошел к Локу и сжал губы в тонкую линию. – Думаю, здесь он чувствует ее яснее.