Легенда о Фейри. Связь

Глава 3

Мег обнаружила, что за ней наблюдали все присутствующие на арене. В шатре на нее смотрели лишь Фейри вроде Бека и вампиры вроде Данте, но теперь на нее пялились всевозможные существа, когда она заставила себя подняться по каменным ступеням к узкому диванчику, к которому ее подвели Рив и Кара. Она открыто уставилась на нечто похожее на огромного тролля. Его рост составлял шесть футов[5], а ведь это тролль сидел. Мег не представляла, какого размера он в стоячем положении. К тому же он был чрезвычайно волосатым. Позади тролля стояла группа тех, кого Мег приняла за гоблинов. Они были маленькими и мускулистыми, с грубой кожей и спутанными пучками волос, торчащими в странных местах.

Где-то в подсознании даже заиграла музыка из фильма «Звездные войны».

– Никогда не покидала Землю, да? – На лице Данте цвела идиотская улыбка.

– А эти клыки когда-нибудь исчезают?

Вампир, казалось, привык к подобным вопросам.

– Разумеется, не тогда, когда я нахожусь в компании полуголой женщины с задницей в форме сердечка. Извини, но они появляются, когда я голоден или возбужден. Ничего не могу с собой поделать. А поскольку я недавно пообедал первосортной пищевой таблеткой, любезно предоставленной «Деллакорп», думаю, логично предположить, что клыки появились по твоей вине. Что скажешь, если мы бросим его высочество, уединимся где-нибудь и сделаем парочку вампиренышей?

– Не обращайте на него внимания, мисс. – Кара посмотрела на вампира, качая головой. Диванчик был мягким, с балдахином из богато украшенной ткани, которая защищала кожу от палящего послеполуденного солнца. – Вампиры не отличаются хорошими манерами.

– Это кровь? – Пол арены был усеян красными пятнами. Группы гномов торопливо ровняли песок.

– Вот черт. – Данте опустился рядом с Мег. – Они уже убрали отрубленные конечности. А это моя любимая часть.

– Они действительно будут сражаться?

Это было нелепо, но она чувствовала такую сильную связь с Беком, что не могла смириться с мыслью о том, что он мог пострадать, а тем более умереть. Наверное, это стокгольмский синдром. Или это было потому, что Бек подарил ей первый в ее жизни настоящий оргазм, который она испытала вживую, без участия прибора с двумя батарейками. Кем бы она ни оказалась – Пэтти Херст[6] или просто какой-нибудь отчаявшейся девчонкой, – Меган не хотела, чтобы кровь Бека запятнала арену.

– Да, мисс, – ответил Рив, занимая место рядом с женой. – Ваш турнир – последний на сегодня. И самый крупный. Остальные представленные женщины – простые партнерши. А вы – большая редкость.

Мег разочарованно вздохнула. Все это ее ужасно смущало. Она посмотрела на вампира. Похоже, ему не составит труда рассказать ей горькую правду.

– Почему? По какой причине эти мужчины меня хотят?

Солнцезащитные очки сползли, и Данте взглянул на нее, сверкнув зелеными глазами в тени балдахина.

– Вампиры или Фейри?

– И те и другие.

Его манеры приобрели отчетливый академический тон.

– Фейри заинтересованы в тебе как в партнерше для связи. Некоторые Фейри обладают экстрасенсорными способностями, которые значительно усиливаются в присутствии женщины, чей разум настроен на их разум. В случае Бека это более актуально. Бек родился с симбиотическим близнецом Кианом. Считай их половинками единого целого. Бек – воинственная половина. Он воин. Киан – интеллектуальная половина. Когда симбиотическим близнецам исполняется двадцать пять лет, им подыскивают партнершу по браку, если они еще не заключили контракт. Партнерша образует триаду с близнецами. Она соединяет их разумы со своим, и они функционируют вместе. Это делает всех троих сильнее. Когда дядя Бека взял на себя управление Тир-на-Ног, он закрыл мир. Он сделал это по нескольким причинам, но одной из них, несомненно, было желание помешать своим племянникам найти себе пару. Они были вынуждены искать в других местах.

– Значит, Беку двадцать пять. – Он выглядел старше, но, вероятно, так казалось из-за его царственной властности.

– Моему кузену исполнилось тридцать почти три месяца назад, – ответил Данте, перестав вдруг подшучивать. – Киан умирает. Интеллектуальная половина отчаянно нуждается в связи. Его убивает перспектива остаться без нее. Если Киан исчезнет, то останется только воин, которому некем будет уравновесить себя. Бек, скорее всего, сойдет с ума. Если это произойдет, его придется усыпить.

Мег не совсем понимала, но ей была неприятна мысль о том, что кто-то усыпит Бека, будто он собака.

– Это ужасно. Но почему он уверен, что я – та самая связь?

Теперь губы вампира медленно изогнулись в улыбке.

– Есть лишь один способ узнать наверняка. Скажи, сестренка, тебе с ним понравилось?

Мег охватило смущение. Сцена в шатре являлась способом Бека определить, совместимы ли они. Он даже объяснил ей, для чего так поступал, но от мысли, что все узнали об этом, Меган покраснела. Вампир запрокинул голову и рассмеялся.

– Ты такой грубый!

Сколько времени займет турнир? Когда уже начнут?

Данте пожал плечами, но не перестал ухмыляться.

– Не вижу в этом ничего грубого. Это простой факт жизни. Нам всем нравится секс, милая, а судя по тому, что я слышал, старина Бек знает, как им правильно заниматься. Конечно, с парой для связи все немного иначе. Даже без полноценной связи во время секса возникает особый контакт.

– Я ощущала то же, что и он. – Мег вспомнила тот странный эротичный момент, когда она почувствовала эрекцию Бека, и то, как сжимала его пальцы во время оргазма.

– Поздравляю, – почти ласково сказал Данте. – Ты и есть пара для связи. Я слышал, что это самая интимная близость, которая только может быть у живого существа.

Мег находилась здесь не для того, чтобы влюбляться. Ее вообще не должно было быть здесь. Потом она будет страдать. Когда у нее появится шанс, она сбежит, и никакая связь ее не остановит.

– Ладно, это объясняет желание Фейри. А что насчет вампиров?

Данте наклонился, под широкой ухмылкой показались клыки.

– Дорогуша, вампиры здесь потому, что ты чертовски хороша на вкус.

Кара перегнулась через колени Мег и отвесила вампиру пощечину. Данте принял пощечину с достоинством, просто откинувшись назад, будто регулярно получал затрещины от женщин.

– Перестаньте дразнить девушку! Мисс, вампиры ищут так называемого консорта. Вы должны понимать, что есть два типа вампиров: крестьяне и те, кто принадлежит к королевской крови.

– Не называй их крестьянами, – произнес Данте сквозь зубы. – Это оскорбительно. Сегодня ты называешь их крестьянами, а завтра они объединяются.

Кара проигнорировала его.

– Королевские особы – это вампиры с древней кровью. Они чистокровные. Если им удается найти подходящего консорта, их жизнь значительно удлиняется за счет его или ее крови. Консорт также получает гораздо более долгую жизнь, принимая кровь вампира в свое тело. Кровь консорта делает вампира сильнее, чем обычно. Я слышала, что ваша сестра недавно вышла замуж за своего консорта, мистер Деллакорт.

Данте сморщил нос от отвращения.

– Да, теперь наш дом каждый день наполнен любовью и розами. Я подобного не потерплю. Какой смысл в лишней паре сотен лет, если нельзя веселиться? Сьюзи и Колин. Они ведут себя как влюбленные подростки. Отвратительно. Видишь ли, самое плохое в том, чтобы найти такую супергорячую штучку, как ты, – это неизбежное и долгое впадение в идиотизм.

– Он пытается сказать, что вампиры глубоко влюбляются в своих консортов, – чопорно сказала Кара.

– You say potato, I say potahto[7], – пропел Данте.

– Вы, мисс, можете быть как парой для связи, так и консортом, – вмешался Рив на фоне рева все более нетерпеливой толпы. – Психическая связь идет рука об руку с различиями в крови. Как правило, подходящих мужчин и женщин хватает. Это обычное дело для Фейри. Вот почему наш бедный король состоит в родстве с Данте. Отец мистера Деллакорта взял в жены тетю короля. Миры Фейри и вампиров тесно связаны.

– Ну, были связаны, пока этот паршивец Торин не захватил власть, – добавил Данте.

– Почему все говорят по-английски? – Мег все еще пыталась осмыслить, что происходит, до сих пор сомневаясь, был ли это сон. – Я не понимаю. Данте разговаривает как недоделанный ловелас, который бродит по барам субботним вечером.

Данте прижал ладонь к груди и выглядел ужасно оскорбленным.

– Ну и кто из нас грубый? К твоему сведению, я говорю по-английски, потому что мой народ давным-давно создал этот язык. Ты ведь не думаешь, что твои предки были настолько умны, чтобы придумать такой запутанный и нелепый язык? В какой-то момент мой народ нашел дверь в ваш мир и научил вас кое-чему. Вероятно, это произошло примерно в то время, когда ваши люди научились стоять прямо. А огонь, кстати? Тоже открытие вампиров. Вы должны поблагодарить нас за это. Что касается того, что моя речь напоминает о твоем родном мире, могу лишь сказать «фу». Я не хочу быть похожим на какого-то человека. Прискорбная истина в том, что наши миры тесно связаны. Если наши исследования на эту тему верны, то между ними есть много общего. Подумай вот о чем: наши миры начинались с одного и того же, но в вашем победили люди, а в моем – вампиры. Много, очень много сходств.

– Например, песенка, которую ты пропел, – размышляла Мег.

– В вашем мире ее тоже знают? Забавно, что такое иногда случается. Я слышал, что в наших мирах можно столкнуться с самим собой. Вампирский и человеческий миры параллельны. Интересно, существует ли в человеческом мире другой я. Готов поспорить, у меня там огромное количество любовниц.

– Тише, – цыкнул Рив. – Начинается.

Сердце Мег едва не остановилось, когда с дальнего края арены вышла шеренга мужчин. Громкий мужской голос объявлял каждого из участников. Мужчин-Фейри было легко отличить от вампиров. Фейри носили только брюки и сапоги. Их торсы были обнажены, а длинные волосы убраны назад и завязаны в узел. Вампиры были одеты в рубашки с длинными рукавами и капюшонами, закрывающими голову. Они носили солнцезащитные очки, как Данте, и перчатки на руках.

– Мы легко обгораем, – прокомментировал Данте, заметив пристальный взгляд Мег. – У нас нежная кожа. Солнце в нашем мире не такое сильное, как в других. У нас не так много ультрафиолета. «Деллакорп» как раз работает над созданием крема, который защитит кожу.

– Да, он называется солнцезащитный крем. Блокирует ультрафиолетовые лучи. – Наконец-то мир Мег хоть чем-то отличился. – Мы, ничтожные люди, придумали это давным-давно.

– Серьезно? Ты случайно не прихватила его с собой? Я мог бы сорвать куш. – Деловое мышление Данте быстро улетучилось, когда на арену вышел вампир. Кузен Бека встал и подошел к перилам, на его лице сразу же появились очки. – Не Кинси Пэлгрейв ли это, тупой осел? Ты отстой, Пэлгрейв! И твоя прибыль упала на десять процентов в прошлом квартале! Да, все это видели, ты, жалкий болван! Твои акции рухнут!

Вампир показал Данте средний палец и обнажил клыки.

– Почему не спустишься сюда, Деллакорт? Или тебе нужно разрешение твоей сестрички?

– Моя сестра никогда бы не позволила мне драться на этом турнире, – парировал Данте.

Здоровенный вампир, который выглядел так, словно принимал стероиды, рассмеялся. То же самое сделали все его друзья. Они смеялись над Данте.

– Старшая сестра не хочет, чтобы младший братик получил бо-бо?

– Старшая сестра знает, что глупо сражаться с воинственной половиной симбиотических близнецов, – ухмыльнулся Данте. – Кроме того, я бы никогда не стал драться со своим кузеном.

Вся арена внезапно погрузилась в тишину. Вампир по имени Пэлгрейв стал еще бледнее, чем прежде, когда уставился на своего соперника.

– Беккет Финн здесь?

Данте указал на дальний край арены, где появился Бек. В его легкой походке чувствовалась уверенность. Остальные участники утопали в песке, но Бек, казалось, почти парил над ним. Он был грациозен. Он был акулой, и внезапно все остальные стали похожи на гуппи.

– Они его боятся, – выдохнула Мег, чувствуя, как в толпе нарастает предвкушение. Как только Бек вышел, толпа затихла и начались перешептывания. Все взгляды на арене устремились на крупного темноволосого мужчину с серыми глазами.

– Он величайший воин своего поколения. – Данте снова сел. Он расстегнул куртку и вытащил нечто похожее на планшет. Он несколько раз нажал на экран, а затем прикоснулся к уху. Мег раньше не замечала, но в ухе у Данте было небольшое устройство. – Да, позови мою сестру. Слушай, Сьюзи, ты должна сбросить все наши акции в фондах Пэлгрейва. Нет, я не пьян. Послушай меня. Кинси Пэлгрейв будет драться с Беком. Да, именно это я и сказал. Даже если Бек оставит его в живых, он выйдет из строя на несколько недель. Его еще более тупой брат будет исполняющим обязанности генерального директора. Скидывай сейчас, пока цена не упала. Всегда пожалуйста. – Он самодовольно улыбнулся Мег. – Это отучит их называть меня неудачником.

– Со сколькими Беку придется сражаться? – Это происходило по-настоящему. Эти мужчины будут драться. Тот, кто останется в живых, заберет ее к себе домой.

– Перестань паниковать. – Данте небрежно откинулся назад. – Все будет хорошо. Ты полюбишь Бека и будешь без ума от Киана. Ни одна женщина не способна устоять перед Кианом, когда он ее соблазняет. Они будут относиться к тебе как к принцессе. Для Бека турнир пройдет проще простого. Всего-то двадцать пять соперников, нет… уже пятнадцать. Вау, они, судя по всему, в отчаянии. Я был уверен, что останется хотя бы десять.

Группа мужчин с недовольством или страхом покачала головами и покинула арену.

– Они не хотят сражаться с великим Беккетом Финном, – объяснил Рив. – Он легенда во всех мирах. Вампиры останутся из-за гордости. Если станет известно, что они заплатили за участие, а затем потратили деньги впустую и ушли, они навлекут позор на свои семьи.

Данте кивнул, соглашаясь с гномом.

– Вампиры чертовски серьезно относятся к корпоративным средствам. Фейри уйдут, потому что нет ничего постыдного в том, чтобы сдаться королю.

– Королю? – Мег слышала, что так называли Бека, но теперь это казалось серьезным.

Высокомерие Данте исчезло, и на его месте появилась страстность, которая делала его почти ангельски привлекательным.

– Да, Беккет Финн – законный король Благих Фейри. На его троне сидит самозванец, и сидит с тех пор, как Беку исполнилось семнадцать лет. Бек потерял мать, отца, сестру, дом и королевство в один день. С тех пор он в бегах. Вынужден жить как крестьянин, едва сводя концы с концами. Он продает свой меч, чтобы прокормиться. Все, что у него осталось в мире, – это его брат. – Данте подался вперед. Он положил свою слегка прохладную руку на руку Мег. – Ты можешь изменить это. Можешь сделать его жизнь достойной. Я люблю своего кузена. Он мой брат. Если Киан восстановится, вполне возможно, что я смогу уговорить сестру поддержать их финансово. Как только появятся деньги, преданный Беку народ вернется.

Мег вздохнула. Она знала, что за этим стояло нечто большее, чем простое вожделение с первого взгляда. У Бека были амбиции, и она их понимала.

– Он хочет вернуть трон?

– Да, – ответил Данте, будто это было совершенно очевидно. – Бек мечтает свергнуть своего дядю-убийцу. Я знаю, что ты планируешь сбежать при первой возможности. Не пытайся это отрицать. На твоем месте я бы поступил так же, но прошу тебя дать ему шанс. Есть ли в твоем мире нечто столь же важное, как освобождение целого народа от тирании?

Если так рассуждать, то возвращение домой ради того, чтобы выкинуть из памяти сновидение, выглядело эгоистичным. К чему ей было возвращаться? Если она не появится на работе, начальник уволит ее и поставит на ее место другого. Ей не раз говорили, что подобных ей пруд пруди. Повсюду были слишком умные идиоты, которым нужна была работа. Родители Мег развелись много лет назад и создали новые семьи. Пройдут месяцы, прежде чем они поймут, что она исчезла.

Это не было проблемой.

Мег не просила, чтобы ее сюда перемещали. То, что ее жизнь была скучной, не означало, что она была несущественной. У нее были друзья. Ну, у нее были друзья Майкла, и все они приняли его сторону в разводе, но она планировала когда-нибудь завести друзей. Но сделать это не получится, не вернувшись домой. Маленькая рука Кары, которая успокаивающе похлопывала ее, не считалась дружбой. А маленький гном вообще был ее тюремщиком.

Нет, что бы ни говорил этот вампир, Мег сбежит, как только появится возможность.

Раздался громкий звук рога, и толпа выжидательно наклонилась вперед. Битва начиналась. У Мег перехватило дыхание, когда она увидела Бека, осматривающего толпу. Почему-то она знала, кого он искал. Их взгляды встретились, и он официально ей поклонился.

Она почувствовала его притяжение, словно они уже были связаны на каком-то интимном уровне, который она не могла отрицать.

Да, она сбежит. Даже несмотря на то, что из-за Бека сердце бешено колотилось, она не могла здесь остаться. Так ведь?

Глава 4

Бек с трудом отвел от девушки взгляд. Казалось, он уже поймал нить психологической связи, которая навсегда привяжет его к родной Мег.

Связь спасет его и брата, но прямо сейчас она отвлекала. Тот факт, что Мег была рядом, вызывал… тревогу. Бек пока не мог защитить ее, и эта тревога засела внутри.

Сейчас нельзя было поддаваться эмоциям. Киан был не единственным, кто ощущал отсутствие близкого человека. Он просто относился к этому гораздо более драматично. Бек чувствовал, что за последние несколько лет его самообладание постепенно ослабевало. Его ярость, казалось, не утихала после драки, а, наоборот, нарастала.

Он становился жестоким, когда в этом не было необходимости.

Всего несколько недель назад его наняли, чтобы ликвидировать группу разбойников, засевших на дороге к рынку. Когда его окружили, он едва не сошел с ума. Убил тридцать головорезов и лишь с трудом удержался от убийства женщин, ехавших с ними. Его приступы ярости становились все сильнее.

Киан мог исчезнуть из жизни, как медленно гаснущая свеча, но Бек боялся, что сам он угаснет в пламени крови и смерти. Данте было дано строгое указание использовать вампирские технологии, чтобы убить его в случае необходимости, но он сомневался, что кузен сможет это сделать.

Мег была решением всех его проблем. Он официально поклонился женщине, на которой собирался жениться. По крайней мере, она не пыталась сбежать. Пока что. Со временем ему придется с этим разобраться. Он почувствовал частичку души Мег, когда прикасался к ней раньше. Она была упрямой молодой женщиной. А еще одинокой. Для этого даже не пришлось заглядывать в ее душу. Девушка была одинока и напугана.

Что она оставила на Земле? Мужа или, что еще хуже, детей? Она была в том возрасте, когда пора заводить потомство. Бека мучила совесть при мысли о том, что он оставит ребенка без матери, но он ничего не мог с этим поделать. Она узнает, что пути назад к ее миру нет. Ее может перенести только мироходец, и ей не понравится стоимость такого путешествия.

Бек отогнал от себя мысли о Мег и постарался сосредоточиться на предстоящей битве. Он глубоко вздохнул и почувствовал под ногами песок. Он тренировался на подобной арене еще тогда, когда у него были сторонники, думавшие, что смогут посадить его на трон. Бой в таком месте был для него второй натурой. Поначалу вампирам придется нелегко, потому что они тренировались в более современных условиях. Но они быстро приспособятся. Бек знал, что никогда не следует недооценивать вампиров. Они казались мягкими, потому что их истинной страстью был бизнес, но они являлись свирепыми хищниками. Когда начнется битва, они соприкоснутся со своей первобытной природой.