Рыжая и кактус возмездия

Пролог

За минувшие две недели природа устроила настоящее шоу одного погодного явления. В показе мелькнули все возможные вариации осадков: дождь с солнцем, дождь с ветром, дождь с градом. Косой и вертикальный дождь. Мелкая морось и грибной дождь. А сегодня вот гвоздь программы – дождь стеной!

То ли на Звездную империю надвигалось глобальное потепление, то ли у какого-то крайне везучего человека на эти дни выпал долгожданный отпуск.

– Не осень, а трындец какой-то! – ругалась я сквозь зубы, пока внутренний навигатор терял веру в то, что сумеет проложить маршрут среди луж и предлагал идти в обход.

Но Фелисити Локвуд не создана для обходов.

Точнее, вообще-то, я очень спокойная и уступчивая. В мирное время.

А сейчас я дико взбешена! Настолько, что… что… Да мне сейчас море по колено!

Ливень пытался охладить мой пыл, но даже противные капли пасовали перед посланием, что жгло карман плащика.

{«Фелисити!

Да-да, я в курсе, что ты бесишься, а еще грозила поколотить меня кактусом при встрече. Но я нужен тебе.

Обман, трюки и грязная магия – вот мои лучшие фишки.

Приходи.

Направляй.

Будем держаться наших сильных сторон.

[Мастер Масок]

(только не тащи с собой кактус)»}

Не тащи с собой кактус?

Наивный!

Не знаю, с кем этот прожженный обманщик имел дело ранее, но в реальном мире взбешенная девушка будет поопаснее стада быков, изворотливее самого шустрого комара в ночи и мстительна, как кот в отношении домашних тапок.

Не тащи с собой кактус…

Да щас!

Втянув голову в плечи и стянув отлеты поднятого воротника, я шустрой козочкой штурмовала относительно сухие участки. Если, конечно, эти самые порядочные козочки прячутся под втихую изъятым у сестры зонтиком цвета «вырви-глаз-желтый».

Держа в качестве ориентира стеклянную вертушку на входе в здание, я пересекла улицу, обогнула очередной водоразлив на тротуаре и в приступе контролируемой ярости остановилась напротив места встречи.

К слову, в мире наивных идеалистов (в моем, то бишь) преступники, мошенники и воришки прятались по подвалам и злачным барам с сомнительными вывесками над входом. И там, в смраде алкоголя и дешевого табака, замышляли свои аферы.

В мире же реальном эти самые, которые преступники, мошенники и воришки, бронируют целый конференц-зал в деловой части города и готовят получасовую презентацию.

Вот как мы до такого дожили?!

Первый этаж здания оказался типичным БПБ: большим, пафосным и бестолковым. Прямо по центру с неприкрытым ехидством журчал фонтан с пухлым купидоном. Направо от входа виднелись диванчики и даже безалкогольный бар для заскучавших посетителей. Чуть дальше у стены располагалась огромная вывеска с названием центра и стойка.

– Добрый вечер. Ваше приглашение, – дежурно улыбнулась девушка, едва я встряхнула насквозь мокрый зонт и приблизилась.

– Приглашение? – повторила я попугайчиком, запуская руку в карман плаща.

В конверте, присланном этой бессовестной сволочью, лежали игральная карта, визитка с адресом и записка. Справедливо рассудив, что под приглашением явно понималась не четырежды смятая, выброшенная и торжественно возвращенная из мусорной корзины записка, а игральная карта, я протянула прямоугольник с нарисованной Королевой костров.

– Держите.

Сотрудница центра взяла протянутую карту, кинула быстрый взгляд в мою сторону, и мы сыграли в традиционную женскую забаву «насоли ближней»: она сделала вид, что ничуточки не удивлена диссонансом между величественной королевой и серой, невзрачной мной. Я постаралась не скривиться.

Нервно притопывая от нетерпения, я едва дождалась пропуска и побежала на поиски четвертого этажа с расположенным там вип-залом.

Судя по меланхоличным стрелкам часов, висевших неподалеку, я опаздывала. Причем безбожно!

Кактус сам себя на голову этому гаду не опустит.

Кстати, как он там, мой хороший?

В лифте, возносящемся под тихую музыку, я открыла сумку и удостоверилась, что главный аргумент в пользу отказа от участия в сомнительных делишках благополучно пережил путешествие.

– Готовься, дружок, – тихо шепнула растению, уже предвкушая скорую месть.

Интересно, можно получить сотрясение мозга от удара глиняным горшком по голове? А вернуть на место совесть?

На заветном четвертом этаже меня перехватил молодой ассистент.

– Фелисити Локвуд? – очаровательно улыбнулся высокий юноша, выходя навстречу. – Позвольте, я помогу.

Вот есть в этой фразе что-то особенное. Я бы даже сказала, магическое.

Как еще объяснить тот факт, что я позволила?

Позволила юноше отобрать зонт ядреного цвета, который при должном желании мог легко сойти за оружие психической атаки. Позволила отнять сумку с заветным кактусом. Позволила вытряхнуть себя из мокрого плаща, а ведь не планировала раздеваться! Планировала гневно вспыхнуть, настучать кактусом по башке и смыться. А что теперь?

Представила, как улепетываю от охраны с криками: «Сперва верните плащик, сволочи!», и мысленно хихикнула от абсурда.

– Вы очаровательны, Фелисити, – окончательно сбил с настроя обезоруживающий юноша и фактически втолкнул в зал, где уже и без меня кричали, возмущались и желали огреть Мастера Масок по голове чем-то очень тяжелым.

– …а после вломиться в особняк Алесандро Костигана?! – Нерд так психанул, что даже вскочил из-за стола, где вся эта развеселая компашка заседала.

– На минуточку, в одно из самых охраняемых мест империи! – поддержал его Взломщик.

– К человеку с личной маленькой армией, – от хриплого замечания Специалиста по возврату по спинам присутствующих кинулись врассыпную мурашки.

– Самому замкнутому и загадочному мужчине Звездной Элиты, – подытожила Мошенница, заправляя за ухо черный локон, и вкрадчиво уточнила: – Ты спятил?

Мастер Масок, тот самый негодяй, по которому плакал мой кактус возмездия, поправил закатанные рукава белоснежной рубашки и с лукавой улыбкой заявил:

– Возможно.

Несколько мучительных мгновений в комнате царила оторопелая тишина, которую сменила задумчивая неопределенность. Я неловко топталась у входа, ожидая подходящего момента для разборок. Остальные сосредоточенно размышляли над ситуацией.

По крайней мере, так могло показаться.

– Мясник мой. Я сам перережу ему глотку, – из уст перекачанного парня это звучало как угроза. Собственно, это и было угрозой.

– Никто не против, если в качестве трофея я сворую из его кабинета судейский коллар? – спросил Взломщик.

Ну как спросил.

Скорее констатировал.

– А я стяну бриллианты! – быстро сориентировался все еще стоящий Нерд.

– Тогда я беру на матримониальный прицел заместителя мэра города, – улыбнулась Мошенница.

Чего?!

Да они вконец охренели!

Я резко выступила вперед и заорала:

– Стоп, стоп, стоп! Никто ничего не крадет, не охмуряет и уж точно не убивает!

На меня с возмущением воззрились четыре самых наглых за всю историю существования наглости пар глаз, и даже Мастер Масок глянул с укором.

– Мы что же… в этот раз без маленьких, приятных сердцу сувениров? – заломила бровь Мошенница.

Я слегка охренела от ее понимания значения слова «сувенир». Все же заместитель мэра города – это вам не магнит на холодильник, но отважно кивнула.

– Именно!

– Фу, какая ты скучная, – надула губки Мошенница.

– К слову, а кто это? – убийственно глянул Специалист по возврату.

С какой-то такой нехорошей готовностью глянул. С готовностью любезно свернуть мне шейку и схоронить остывающий труп в ближайшем шкафу.

Ой, мамочки…

– И правда, – из своего кресла с грацией ленивого хищника поднялся Взломщик, – что за милую девочку ты позвал в команду?

И все дружно посмотрели на скромно улыбающегося Мастера Масок.

И я в том числе.

Просто тоже терзалась вопросом: «Предки, да за что мне все это?!»

Я же была послушной девочкой, ела кашу, не мочила прививки и никогда не рвала книги. Где?! Ну, где я так сильно прокололась? Где свернула не туда и очутилась в одном зале с сомнительными личностями?

Предки равнодушно молчали, зато ожила память.

Мерзавка подключила к внутреннему взору проектор и извлекла из загашников горячо лелеемую подборку самых грандиозных позоров Фелисити Локвуд. Покопавшись среди слайдов, она с глумливым смешком вставила один из них в специальную прорезь и взялась за ручку демонстрации, возвращая меня в прошлое.

Ровно две недели назад…

Глава первая. Две недели назад

Я балансировала на лестнице, расшатанной годами исправной службы, одновременно совершая три волевых усилия: держаться самой, держать кривую стопку книг, которую по закону подлости необходимо было убрать на самую-самую дальнюю полку стеллажа, и не разразиться громким чихом от махрового слоя пыли.

Дед вообще знаком с концепцией уборки?

Или планирует просто подождать еще годок-другой и снять с верхней полки коврик для ног?

«Кхх! Кхх!» – отчаянно стонала проржавевшими сочленениями недовольная лестница. Стопка трудов философа древности пыталась вырваться из рук и разлететься, аки стайка психованных голубей при виде прошмыгнувшего на чердак кота. Вдобавок ко всему мой центр равновесия стремительно мигал красными лампочками, свидетельствовавшими о перегрузке.

И именно в этот, крайне неудачный для посещения, момент колокольчик над входной дверью в магазинчик призывно тренькнул, извещая о приходе покупателя.

Ну да! А когда ж еще?

Уж явно не в те два часа, с восьми до десяти утра, когда я сидела в гордом одиночестве и зевала с риском вывиха челюсти. И уж, конечно, не в тот момент, когда я бесцельно болталась по залу в поисках чего-то, что поможет убить время. И уж точно загадочный посетитель не догадался заявиться в ту секунду, когда жажда немедленной деятельности заприметила тележку с новым поступлением книг и погнала меня в кладовку за расшатанной стремянкой.

«Динь!» – радостно пропел звонок на стойке, взывая к продавцу, ко мне то есть.

– Одну минуту! – крикнула я, демонстрируя чудеса эквилибристики на расшатанной стремянке.

Такое чувство, что фолианты знали: на второй ряд и верхнюю полку стеллажа книги приходят умирать в забвении и пыли, поэтому сейчас так отчаянно сопротивлялись. По ощущениям, каждая из книг отрастила парочку невидимых конечностей и теперь решительно упиралась во все подряд.

Но моему упрямству могло позавидовать даже самое несговорчивое вьючное животное. Я пыхтела, кипела от злости и мысленно крыла упертые фолианты неприличными словами, но попыток не бросала.

«Динь-динь-динь!» – клиентка настойчиво требовала моего внимания.

– Не тревожьтесь, я сейчас подойду! – «доброжелательно» рявкнула в ответ, стараясь не обращать внимания на то, что:

а) книги продолжали артачиться;

б) в носу свербело;

в) лестница ходила ходуном.

«Ди-и-и-инь!!!» – зашелся несчастный звоночек в истерике.

– Слышала! Не глухая! – вконец непочтительно огрызнулась и уловила тяжелую поступь шагов, свидетельствующую, что терпением неизвестная клиентка не отличается.

Нет, ну что – так сложно подождать пару минут?

Никуда не сбежит от тебя очередной иронический детектив «Зеленое танго с одноногим носорогом»! Или неизвестная дамочка всерьез опасается, что я тут коварно прячу переиздание нашумевшей академки «Адептка Риате в объятьях ректора Тьера», чтобы потом тайком поливать страницы слезами, сопереживая непростой судьбе героев?

Во-первых, я выше этого!

Во-вторых, предпочитаю взрослую литературу, наполненную глубинным поиском смысла бытия.

А в-третьих…

В-третьих, (чего уж притворяться?) книгу я прочитала и облила слезами аж три дня назад, когда свежий, только-только из типографии, томик доставили деду в магазин.

И вот загадка: сагу «Адептка Риате в объятьях ректора Тьера» я перечитывала уже раза четыре, но всякий раз пробивало, как в первый!

Магия.

Не иначе.

– Ну, давай! – сердито шипела я. – Впихивайся уже.

Злость и грубая сила решили исход дела в мою пользу, и недовольная жизнью в целом и мной в частности стопка таки встала куда следовало.

Мысленно возликовав, я услышала отрезвляюще-деловое покашливание, резко повернула голову на звук, узрела в проходе высокого мужчину и… потеряла точку контакта со стремянкой.

Внеплановый полет с лестницы проходил под бойкий аккомпанемент дождя по стеклу, мое истеричное «Иии!» и взмахи руками. Причем конечности выписывали такие восьмерки, что посрамили бы любого проповедника в священном экстазе или бедолагу с оголенным проводом в руках.

Ощутив мгновение свободного падения, инстинкт самосохранения вспомнил долгую эволюцию от макак к прямоходящим и откатил настройки до заводского уровня.

Шустрой обезьянкой я вцепилась в плечи так внезапно нагрянувшего в книжный рай мужчины. Сраженный красотой прыжка и силой тяжести, тот с изумленным кхеканьем инстинктивно подхватил дурную девицу, непроизвольно попятился, запнулся, и мы таки рухнули на пол.

Лежим.

Осознаем.

Пялимся.

– Ох… – я первая пришла в себя и с кряхтением приняла коленно-локтевую позу, да так и замерла.

Пока я раздумывала, что все же будет более уместно: оседлать неизвестного или откатиться в сторону, а посетитель с болезненной гримасой щупал затылок, лестница решила присоединиться к нам.

Зловеще гремя, как непокорный железный зверь из страшной сказки, мстительная стремянка начала заваливаться, держа на прицеле мой хребет.

– Чтоб тебя!.. – выдохнул сквозь стиснутые зубы мужчина и резко перевернулся, легко подмяв незадачливую продавщицу книжного магазинчика под свою массивную тушу.

«Бах!» – лестница с радостью огрела горе-спасителя по спине, с довольным грохотом рухнула на пол, и вновь воцарилась тишина.

Все еще лежим.

По-прежнему осознаем.

Все так же пялимся.

Побитый герой скользит по моему лицу взглядом темных, практически черных глаз с такой сосредоточенностью, словно мысленно делает карандашный набросок для плаката «Пропала без вести».

Я тоже не осталась равнодушной. С подчеркнутым интересом разглядываю короткий ежик, хмурую складку на переносице, тяжелую нижнюю челюсть упрямца.

О, Предки! На кой вы дали ему такую мощную шею и невероятно широкие плечи? Это же не спина, а настоящий щит от неприятностей. От стремянки – так точно!

– Габриэль, – внезапно представился мужчина, нависая сверху.

– Фелисити.

Ну, вот и познакомились.

Лежим дальше.

Осознаем случившееся.

Пялимся.

– А вы вставать собираетесь? – робко уточнила я, елозя под могучим телом.

– Думаю, в альтернативной версии Вселенной я уже поднялся, помог вам отряхнуть платье, и мы посмеялись над случившимся.

– А в этой?

– А в этой… – мужчина запнулся, имитируя задумчивость, и убил своей откровенностью: – Я подумываю о том, чтобы встать, задрать ваше платье и… Насчет посмеяться – точно нет, но гарантирую: нам будет хорошо.

Я округлила глаза.

Я открыла рот.

Я возмущенно выпалила:

– Вокруг же книги!

Предки! Да что я несу?! При чем тут вообще книги? Когда это книги были аргументом для сексуально озабоченных психов?

– Клянусь, что в процессе не пострадает ни один переплет, – хрипло заверил мужчина и начал коварно склоняться к моему лицу.

Взвизгнув, я уперлась в широкую грудь ладонями, но проще остановить взглядом работающий пресс, чем притормозить этого Габриэля. Задрыгала коленями, в надежде попасть по самому ценному, но мужчина очень осторожно переместился и прижал мои ноги к полу.

И тогда я набрала в легкие побольше воздуха, чтобы оглушить мерзавца воплем разгневанной сирены, но органы чувств внезапно вспомнили, что нос собирался и совсем забыл сделать кое-что крайне важное.

– АПЧХИ! – отважно чихнула я.

Лежим, как и лежали.

Осознаем случившееся.

Пялимся.

Точнее, пялюсь я одна, а обчиханный (и, высока вероятность, малость оплеванный) Габриэль навис сверху с закрытыми глазами и мелко трясется.

Псих! Как есть псих!

Или припадочный?

Вон и приступ, кажись, начался.

Но радует другое: мой грозный чих напрочь убил мужское либидо и энергично прибил лопатой землю на свежей могилке плотских мыслишек.

Пустячок, а приятно.

– Простите, Фелисити. Я очень неудачно пошутил, – с трудом сдерживая смех, пошел на попятную Габриэль и кивком указал на свою руку, которой упирался в пол. – Браслет моих часов запутался в ваших волосах, и я боюсь пошевелиться.

– Ааа… – облегченно протянула я, в то же время испытывая непонятное разочарование.

Вот вообще непонятное. Честно.

Но чих от маньяков обязательно запатентую!

– Обхватите меня за плечи.

Я как послушная девочка вцепилась пальцами в куртку мужчины, попутно отметив, что это только с виду – невзрачная одежка цвета грязи на болоте, а вот подкладка ярко-оранжевого цвета.

И нет, я не щупала всякие там бицепсы-трицепсы и уж точно не ловила тонкий запах парфюма.

Входная дверь хлопнула, впуская звуки дождя, прокатившийся по полу сквозняк и хозяина книжного царства.

– Лисичка, я вернулся! – крикнул дед чуть хрипловатым из-за непогоды голосом.

Мы с Габриэлем замерли, как пойманные на страстных лобзаниях подростки. В голове мелькнуло видение того, как ругающийся дед колотит моего незадачливого спасителя мокрым зонтом, тот пытается защититься, а я ору от боли, так как в процессе разборок никому и в голову не пришло отцепить невнятно-рыжую гриву из тисков браслета.

– Предлагаю ускориться, – шепнула я.

– По моей команде встаем, – полностью взял ситуацию по контроль Габриэль.

Ситуацию и меня.

И если первую – явно за горло, то меня любезно обхватил одной рукой за талию.

– Раз… Два… Три!

Поразительно, но нам удалось встать и даже высвободить волосы еще до того, как дед заглянул в проход между стеллажами.

Не иначе как адреналин подсобил.

– А, Габриэль! – добродушно улыбнулся дед. – Не предполагал, что вы придете так рано.

– Получил вашу весточку и решил не медлить.

Они обменялись рукопожатием, а я попятилась к стремянке в надежде, что дед уведет загадочного клиента наверх и оставит внучку в гордом одиночестве, чтобы та могла спокойно побиться о стеллаж лбом и от души попинать коварную лестницу.

– В таком случае, предлагаю подняться ко мне. Я не рискнул оставить настолько ценную книгу в общем зале… – не подвел дед и улыбнулся мне. – Лисичка, беги домой. Спасибо, что подменила.

– Рад был познакомиться, – одними глазами улыбнулся Габриэль и поторопился за хозяином книжного магазина.

А я стояла. Грустно смотрела вслед. Зачем-то кусала губы.

О, Предки. Да что со мной такое?!

Категорически запретив себе думать о позоре, быстренько вернула стремянку на место, оделась и выскочила в мокрую бяку, падающую с небес. Запрет просуществовал ровно десять шагов. Именно столько потребовалось, чтобы перебежать на противоположную сторону дороги и пробудить «другую» Фелисити.

«Думаю, – вкрадчиво шептал в моей голове воображаемый Габриэль, – в альтернативной версии Вселенной я уже поднялся, помог вам отряхнуть платье, и мы посмеялись над случившимся. А в этой…»

Воображаемый Габриэль зачем-то поиграл бровями.

«А в этой я встал, задрал ваше платье, и… нам было хорошо».

«Серьезно, – дерзко улыбалась воображаемая я. – В таком случае, где-то в параллельной Вселенной я так настучала вам по шарам, что кое-кто запел фальцетом!.. Повторить в этой?»

Воображаемый Габриэль был посрамлен моим ответом.

Вопрос: вот и почему я такая умная да находчивая только десять минут спустя? Где прячется красноречие в моменты, когда оно действительно нужно?!

Кто-то сильно толкнул меня в плечо, охнул, а после протанцевал по опять же моей конечности заковыристое па. Я взвыла.

– Ох, голубушка, простите старика, – запричитал морщинистый дядечка с тростью, с виноватой улыбкой демонстрируя очки и платок, которым, по всей видимости, пытался протереть от капель стекло. – Очки запотели. А без них я хуже крота.

– Все в порядке. Не переживайте, – вымученно улыбнулась я, хотя там даже близко все не было в порядке.

Нога ревела от зверской боли. Даже опираться на неё оказалось невыносимо. Рука так вообще почему-то онемела ниже локтя.

– Еще раз извините, голубушка. Хорошего дня, – распрощался сгорбленный старичок, водрузил очки на кончик носа и посеменил в сторону.

Вот так, даже сама того не осознавая, я впервые столкнулась с Мастером Масок.

Глава вторая. Улица Великих домов

Мысленно рыча от боли, я медленно брела вдоль зданий, выкрашенных в основные цвета магических домов, и старалась не сильно припадать на оттоптанную стариком ногу. Получалось хреново.

На контрасте с нижней конечностью рука болталась вдоль тела безвольной плетью и признаков беспокойства не подавала. Жизни, впрочем, тоже.

– Фелисити! – огласил улицу радостный вопль, я вздрогнула и вжала голову в плечи.

Вот тут, пожалуй, настало самое время пояснить, что дедушкин книжный магазинчик располагался на улице Великих домов. По директиве Элиты такая улица должна была быть в каждом более-менее крупном городе Звездной империи.

Но только в Золограде этот элемент инфраструктуры приютил всех чудиков из ближайших окрестностей.

– Фелисити! – вопль повторился, но уже заметно ближе, и на меня налетели три растрепанных чумазых вихря.

Первый врезался и обнял пострадавшую ногу, отчего та вспыхнула новым энтузиазмом боли, а меня знатно так перекосило. Второй вцепился в руку, травмированную старичком. Третий дотянулся только до пояска плаща, за который теперь дергал с такой интенсивностью, что меня прогибало в пояснице.

– Мы все поняли…

– Да-да! Теперь это сто процентов уверенности.

– Наиверняк!

– А? – только и смогла выдавить я, с ужасом оглядывая возбужденное трио.

То был ужас, летящий на крыльях детской непосредственности, а именно внуки старухи Джонсон – гиперактивные мальчики в нежном возрасте десяти, восьми и шести лет от роду. И если вам пока не довелось встретиться с этим маленьким диверсионным отрядом, то считайте себя сказочным везунчиком.

Увы, но в моем случае удачей даже не пахло.

Пахло беспризорными котами, которые отчего-то выбрали угол ближайшего дома в качестве общественной уборной.

– Фелисити, мы вычислили, зачем драконы похищали принцесс, – заявил старший из братьев.

К слову, никто в целом мире не был способен вводить в ступор и вгонять в стресс лучше, чем это делали внуки старухи Джонсон.

– Вот! – выкрикнул средний сорванец и повертел перед моим носом исчерканным блокнотом. – Здесь все очевидные варианты.

– Сперва мы склонялись к гастрономическому интересу, – пустился в пояснения старший.

– …но драконы не жрали похищенных, иначе принцам просто некого было бы спасать, – перехватил мысль средний.

– И тогда мы подумали об эксплуатации принцесс на ниве домашнего хозяйства…

– …но потом вспомнили молоденькую жену Хьюго из Алого тупика и пришли к выводу, что дамочки голубых кровей – не самые хорошие и бережливые хозяйки, – и снова средний.

– Вот тогда-то нам и пришла идея о похищении ради спаривания.

Инстинкт самосохранения тотчас поднял голову и напомнил, что Фелисити Локвуд еще не столь раскрепощена и устойчива, чтобы вести с детьми просветительские беседы на тему секса без угрозы сгореть со стыда и провалиться под землю.

– Пришлось проштудировать парочку учебников по биологии…

Инстинкт самосохранения облегченно выдохнул, а запаниковавшая было эрудиция бросилась листать потрепанную методичку по цензурному сексуальному воспитанию на примере пестиков и тычинок.

– …и кое-что из домашней библиотеки!

Внутренние голоса вновь напряглись и коллективно помолились, чтобы самообразовывались внуки не по бабушкиной коллекции романов «69 оттенков страсти», в противном случае…

– …и мы выучили столько новых слов, – заговорщическим шепотом поделился Джонсон-старший.

– Ага! – просиял молчавший доселе младший брат. – Мое любимое – коитус!

Сказал громко так. Радостно.

Так радостно и громко, что парочка стихийных прохожих обернулись в нашу сторону и сделали большие глаза. Я же с несчастным лицом подавила трусливое желание сбежать от подрастающих драконологов, громко вопя и размахивая руками.

– …но и с теорией размножения вышел облом, – очень грустно и как-то даже чересчур по-взрослому вздохнул Джонсон-средний.