Человек, который кричал: «Волк!»

– Я видела его! – шептала она. – Он пришел ночью и заглянул в окно. Это был волк, но глаза у него были человеческие. Они пристально смотрели на меня, эти зеленые глаза. А затем он попытался открыть дверь и начал выть Я, наверное, потеряла сознание. О, Чарльз, помоги мне, прошу тебя…

Я не мог этого вынести и выполнять дальше свои планы, видя до какой степени она напугана. Поэтому я обнял ее и, как мог, попытался успокоить.

– Конечно, дорогая, – шепотом проговорил я. – Знаю, что ты видела его. Потому что я тоже его видел в лесу. Вот почему я пришел. И я тоже слышал его вой. Сейчас я знаю, что ты была права, волк существует.

– Оборотень, – упрямо сказала она.

– Во всяком случае, волк. А завтра я схожу к перекрестку, мы устроим охоту и поймаем его.

После этого она улыбнулась мне. Ей было трудно унять дрожь, но ей удалось улыбнуться.

– Дорогая, здесь нечего бояться, – успокоил я ее. – Ведь сейчас я с тобой. Все в порядке.

В ту ночь мы спали в объятиях друг друга, как испуганные дети.

Когда я проснулся, был уже день. Вайолет спокойно готовила завтрак. Я встал и лезвием побрил свое изможденное лицо. Сел за стол. Завтрак был уже готов, но есть почему-то не хотелось.

– Вокруг дома много следов, – сообщила Вайолет. При этом ее голос не дрожал – моя уверенность придала ей силы.

– Хорошо, – ответил я. – Сейчас я отправлюсь на перекресток и скажу об этом Леону, доктору Меру и нескольким другим парням. Если удастся, может быть, съезжу в участок конной полиции.

– Ты хочешь участвовать в этой охоте?

– Конечно. Это – наименьшее, что я могу сделать, иначе никогда не прощу себе того, что не верил твоим словам.

Она поцеловала меня.

– Теперь-то ты не будешь бояться оставаться дома одна? – спросил я.

– Нет, больше не буду.

– Хорошо.

Я ушел.

По дороге к перекрестку я много размышлял. Но мои раздумья неожиданно прервались, когда я вошел в таверну Леона, стоявшую у перекрестка, и заказал себе выпивку.

В это время толстяк Леон разговаривал в конце стойки бара с маленьким доктором Меру. Он размахивал руками и вращал глазами, но, увидев меня, остановился и подошел ко мне. Перегнулся через стойку и посмотрел на меня.

– О, месье Колби, рад вас видеть.

– Спасибо, Леон. В последние дни был очень занят и не мог часто заходить сюда.

– Не в своем ли доме вы были заняты?

Он снова внимательно посмотрел. Я колебался с ответом и даже прикусил губу. Собственно, а почему я должен колебаться?

– Да. Моя жена немного приболела, и большее время я проводил с ней.

– Там, наверное, одиноко, да?

– Вы же знаете это место, – я пожал плечами. – А что?

– Да нет, ничего. Просто меня интересует, не слышали ли вы случайно что-нибудь этой ночью?

– Слышал что-нибудь? А Что я мог слышать? Лягушек, сверчков и…

– Волков, например?

Я прищурился Толстяк Леон пристально смотрел на меня.

– Вы слышали вой волка? – шепотом спросил он.

Я покачал головой и надеялся, что он смотрит на нее, а не на мои дрожащие пальцы.

– Странно. Ведь по озеру крики будут отдаваться эхом.

– Но ведь в этих местах нет волков…

– О! – вздохнул Леон. – Вы ошибаетесь.

– Откуда вам это известно?

– Вы помните Большого Пьера, проводника? Ну, того темного мужика, который живет через озеро от вас? – спросил Леон.

– Да.

– Вчера Большой Пьер ушел с охотниками к реке, а его дочь Ивонна осталась присмотреть за домом. В ту ночь она была одна. Именно с ее помощью мы и узнали об этом волке.

– Она рассказала вам?;

– Она не рассказала нам, нет. Но сегодня утром добрый доктор Меру случайно проходил мимо ее дома и остановился, чтобы пожелать ей хорошего дня. Он обнаружил ее лежащей во дворе Вчера ночью на нее напал волк. Пусть душа ее покоится в мире.

– Она мертва?

– Несомненно. Неприятно об этом думать. Доктор Меру потерял следы в лесу, но когда Большой Пьер вернется, он выследит этого зверя.

Подошел доктор Меру, его усы заметно топорщились от возбуждения.

– Что ты думаешь об этом, Чарльз? В этих местах появился волк-убийца… Я собираюсь сообщить в конную полицию и убедиться, что сделано предупреждение. Если бы ты видел тело этой бедняжки…

Я поставил свой бокал на стойку и поспешно отвернулся.

– Вайолет! – второпях проговорил я. – Она же сейчас одна. Мне нужно вернуться к ней.

Я поспешно покинул таверну Леона и почти бегом побежал по залитой солнцем улице.

Теперь-то я знал, куда направилась Лиза после того, как она оставила Вайолет. Теперь-то я знал, что оборотни не только меняют свою форму, они и делают многое другое.

Я свернул к ее придорожному ларьку. Он был закрыт. Отбросив всякую осторожность, я поспешил к ее двери. Единственным откликом на мой стук было раздражительное ворчанье парализованного старика.

Но когда я отвернулся, дверь раскрылась настежь. В дверном проеме стояла Лиза, щурясь от солнечного света. Она была бледна, осунулась, а волосы висели распущенными на голой спине.

– Чарльз, что случилось?

Я оттащил ее в тень деревьев за домом. Она стояла и пристально смотрела на меня, ее лицо было изможденным, под глазами были мешки.

Потом я ее сильно шлепнул. Она дернулась, попыталась увернуться, но моя другая рука держала ее за плечо. Я ударил ее еще раз. Она начала тихо поскуливать, как собака. Как волк.

Я ударил ее еще раз, изо всей силы. Я почувствовал, что задыхаюсь от волнения и с трудом могу произнести слово.

– Ты идиотка! – прошипел я. – Зачем ты это сделала?

Она заплакала. Я сильно тряхнул ее за плечо.

– Прекрати это! Думаешь, я не знаю, что случилось вчера ночью? Можешь себе представить, что знаю. И все в округе знают об этом. Зачем ты это сделала, Лиза?

Тут она поняла, что обмануть меня ей не удастся.

– Мне нужно было это, – прошептала она. – Ты понятия не имеешь, на что это похоже. После того, как я ушла от твоей жены, я направилась вокруг озера. Именно тогда он овладел мною.

– Кто овладел тобой?

– Голод.

Она сказала это просто.

– Ты ведь не в состоянии понять, как возникает голод. Он вгрызается в желудок, а затем начинает поедать твой мозг – и ты не можешь думать. Ты можешь только действовать. Когда я оказалась у домика Большого Пьера, Ивонна была у колодца, набирая в темноте воду. Я помню, что видела ее там, а что потом – не помню.

Я тряхнул ее так, что у нее застучали зубы.

– Ты забыла, да? Ну что ж, эта девушка мертва.

– Слава Богу! – вздохнула Лиза.

Я открыл рот от изумления.

– Ты благодаришь Бога за это?

– Конечно. Поскольку, если бы она не умерла, то есть если бы выжила от укуса такого же существа, как я, она превратилась бы в такую же несчастную, как я сама.

– О-о… – Мне не удалось вымолвить ни слова.

– Ты не понимаешь? То, что я делаю, – это не по своему желанию. Это из-за голода, всегда из-за него. В прошлом, когда я чувствовала, что приближается превращение, то убегала далеко в лес, чтобы никто об этом не знал. Но прошлой ночью этот голод подкрался незаметно, и я не могла ничего поделать. Все же лучше, что она мертва, бедное дитя.

– Это ты так думаешь, – проговорил я. – Но есть одна маленькая деталь, и она рушит наши планы.

– Каким образом?

– Мою жену больше не напугать мыслями о воображаемом волке. Когда она придет с рассказами о том, что ее преследует зверь, никто не подумает, что она сошла с ума. Все теперь знают, что волк есть.

– Понимаю. Что ты предлагаешь?

– Я ничего не предлагаю. Нам придется подождать, пока все не успокоится.

Она обняла меня, ее лицо в ссадинах уткнулось в мое.

– Чарльз, – зарыдала она. – Ты считаешь, что мы больше не будем вместе…

– Как ты можешь ожидать этого после того, что сделала?

– Ты не любишь меня, Чарльз?

Сейчас она целовала меня своими мягкими губами. Это не был поцелуй волка, а теплый вибрирующий поцелуй любящей женщины. Ее руки были мягкими. Я почувствовал, что начинаю отвечать на ее объятия, почувствовал то невероятно сильное желание, которое девушка могла возбудить во мне. И расслабился.

– Что-нибудь придумаем, – сказал я ей. – Но ты должна пообещать мне: то, что случилось, прошлой ночью, больше не повторится. И ты не должна близко подходить к моей жене.

– Я обещаю. – Она вздохнула. – Трудно будет держаться, но сделаю все, что могу. Ты придешь сегодня ко мне вечером? Тогда мы сможем быть вместе, и ты защитишь меня от моего голода.

– Я приду к тебе сегодня вечером, – сказал я.

В ее глазах мелькнул неожиданный страх.

– Чарльз, – прошептала она. – Ты лучше приходи до того, как взойдет луна.

Когда я вернулся домой, Вайолет ждала меня перед дверью.

– Ты уже слышал? – спросила она.

– Откуда ты знаешь? – парировал я.

– Пришел человек поговорить с тобой. Он и сообщил мне. Спросил меня об этом волке, и я рассказала ему то, что случилось в последнее время. Сейчас он в доме и ждет тебя.

– Ты рассказала ему? – спросил я. – И сейчас он хочет увидеть меня?

– Да. Тебе лучше пойти одному. Его фамилия Крэгин, он из конной полиции.

Мне ничего не оставалось, как зайти в дом.

До этого я ни разу не встречал полицейского из Северо-Западной конной полиции. Если бы не его униформа, мистера Крэгина вполне можно было бы принять за солидного городского полицейского. У него были манеры, и, несомненно, он был умен.

– Мистер Чарльз Колби? – спросил он, поднимаясь с кресла, когда я вошел.

– Да, сэр. Чем могу быть для вас полезен?

– Думаю, вы уже знаете о смерти девочки, Ивонны Бочампс, которая жила на той стороне озера.

Я вздохнул.

– Мне рассказали об этом на перекрестке. Это был волк, да? Вы хотели бы узнать, не видел ли я каких-либо его признаков?

– Ну и?

Я колебался. Это была ошибка. Здоровяк в униформе посмотрел на меня и улыбнулся.

– Это не имеет значения. Всякий, кто осмотрит место вокруг вашего дома, увидит множество волчьих следов, это факт. Следы ведут отсюда вдоль озера к дому Бочампса. Сегодня днем я прошел по ним от вашего дома.

Я не мог произнести ни слова. Попытался закурить сигарету и хотел, чтобы это у меня не получилось.

– Кроме того, – сказал Крэгин, – я разговаривал с вашей женой. Она, кажется, знает об этом волке все.

– В самом деле? Она рассказала вам, что видела его прошлой ночью?

– Да. – Крэгин перестал улыбаться. – Кстати, а где прошлой ночью были вы, когда появился этот волк?

– В городе.

– В таверне?

– Нет. Просто прогуливался.

– Прогуливались, да?

Разговор был далеко не праздный, но интересовал меня. Мне было ясно, что Крэгин к чему-то ведет. Так это и оказалось.

– Давайте оставим на секунду этот аспект, – предложил он. – Я располагаю сейчас всеми фактами. Давайте просто попробуем поразмыслить над привычками этого волка-убийцы. Мы сейчас собираем отряд охотников. У вас нет желания присоединиться к нему? Я промолчал.

– Неужели не хотите? – настойчиво повторил он. – Вы же писатель.

Я кивнул.

– Мне сказали, что вы пишете много рассказов о сверхъестественном. Ваша жена говорит, что вы только что закончили рассказ о каком-то невидимом монстре.

Я снова кивнул. Кивать было нетрудно. Крэгин как бы невзначай встал.

– У вас когда-нибудь бывают необычные идеи? – спросил он меня.

– Что вы имеете в виду?

– Мне кажется, что такой писатель, как вы, естественно, будет немного… другим. Прошу извинить меня за то, что я скажу, но, по моим представлениям, человек, который пишет о монстрах, должен иметь достаточно своеобразную точку зрения на многие вещи.

Я сглотнул, но прикрыл это быстрой усмешкой.

– Уж не считаете ли вы, что, когда я пишу рассказ о монстре, это часть моей автобиографии?

Это было не то, что он ожидал. Я продолжил дальше.

– Что вас интересует? – растягивая слова, спросил я. – Вы полагаете, что я похож на вампира?

Крэгин выдавил из себя улыбку.

– У меня работа такая – быть подозрительным. Позвольте мне, прежде чем я отвечу, взглянуть на ваши зубы.

Я открыл свой рот и сказал:

– А-а…

Ему и это не понравилось. Я почувствовал свое преимущество и ухватился за него.

– Так вот куда вы клоните, Крэгин? – спросил я требовательным голосом. – Вы знаете, что моя жена видела в этих местах волка. Вы знаете, что он появился вчера ночью. Вы знаете, что он ушел отсюда. По-видимому, обошел вокруг озера, убил девочку и исчез.

Мы дали вам всю информацию, какую вы хотели. Разумеется, если у вас нет какой-то туманной идейки насчет того, что, возможно, я сам в некотором роде вампир. Может быть, ваша научная полицейская теория указывает на то, что я превращаюсь в волка, пугаю свою жену, а затем убегаю и убиваю в темноте какую-то жертву.

Сейчас я загнал его в угол и продолжил свое наступление.

– Конечно, я знал, что некоторые из живущих в этой глуши местных верят в привидения, оборотней и демонов, но не думал, что полицейские из конной полиции склонны к таким суевериям.

– Но, действительно, мистер Колби, я…

Моя рука была на двери. Я указал на нее, стараясь улыбаться как можно приятнее.

– Мой вам добрый совет: сэр, идите и хорошенько поищите вашего волка.

После этих слов полицейский уехал.

Когда вошла Вайолет, я сидел и позволил себе роскошь хорошо вспотеть.

Впервые я вел себя разумно. Моя прямая атака, несомненно, рассеяла какие-либо смутные подозрения, которые Крэгин, возможно, имел на уме. Я пристыдил его настолько, что он потерял всякую веру, какая, возможно, у него была, в слухи об оборотнях.

Я решил использовать ту же тактику и с Вайолет. Как бы невзначай, я пересказал ей детали нашего разговора.

Она слушала молча.

– Сейчас, дорогая, ты знаешь правду, – сказал я в заключение. – Этот волк, действительно, существует, но это всего лишь волк. Ты полагала, что он может быть чем-то большим, поскольку проявлял умственные способности. Доктор Меру рассказал мне, что такие волки как этот, обычно нападают на людей, и они гораздо хитрее. Но когда он убивал, он убивал как животное. Это – волк и больше ничего. Сегодня вечером они его выследят, и ты сможешь отдыхать спокойнее.

Вайолет положила свою руку на мою.

– Ты останешься здесь? – спросила она.

Я нахмурился.

– Нет. Я собираюсь отправиться на перекресток и присоединиться к охотникам. Я же сказал тебе об этом вчера ночью. И для меня это вопрос чести – присутствовать при его отстреле.

– Мне бы хотелось, чтобы ты остался, мне страшно.

– Закрой двери на засовы. Волк не сможет отпереть их.

– Но.

– Я собираюсь на охоту. Поверь мне, если меня ночью не будет, ты будешь в большей безопасности.

…Когда я пришел к домику Лизы, луна уже почти взошла.

Лиза стояла в тени деревьев, и в тот момент, как кто-то схватил меня за шею, я с облегчением понял, что меня поджидала женщина, а не волк.

Ее улыбка успокоила меня, как и ее быстрые ласки.

– Я знала, что ты придешь, – сказала она. – Сейчас мы можем быть вместе. О, Чарльз, я боюсь.

– Боишься?

– Да. Ты, что, не слышал? О чем говорил Крэгин из конной полиции? Он сегодня приходил ко мне и спрашивал, не знаю ли я чего-нибудь об этом волке. Леон в таверне сплетничал, как старуха, о том, что я гуляю по ночам. И при этом рассказывал истории об оборотнях.

– Тебе не о чем волноваться, – успокоил я и повторил самое основное из своего разговора с полицейским.

– Но они же собираются сегодня вечером на охоту, – возразила Лиза. – Леон закрыл свою таверну, и большинство из мужчин отправились с Крэгином в направлении озера. Они начнут с дома Большого Пьера и попробуют выследить волка.

– Почему это должно тебя беспокоить? – спросил я с улыбкой. – Никакого же волка нет. Сегодня вечером ты и я будем вместе.

– Это правда, – ответила Лиза. – Пока яс тобой, я в безопасности.

Она показала мне жестом на берег, видневшийся за деревьями.

– Посидим здесь и поговорим? – предложила она. – У Леона закрыто, но я заходила к нему до этого и купила немного вина. Тебе ведь нравится вино, Чарльз, верно?

Она достала какой-то кувшин, и мы расположились на траве.

Вине было сладкое, но крепкое. Когда на востоке поднялась луна, я выпил.

Неожиданно она сжала мое плечо.

– Слышишь?

Издалека, с той стороны озера, я услышал слабые людские голоса вперемежку с визгливым, монотонным лаем собак.

– Они уже охотятся, и с собаками.

Лиза вздрогнула. Л сделал полный глоток, и привлек девушку к себе.

– Нечего бояться, – успокаивал я ее. – Но чем пристальнее вглядывался я в небо, тем сильнее чувствовал, как внутри меня растет страх, растет пропорционально шуму, который нарастал с той стороны озера.

Они охотились на оборотня, а Лиза была в моих объятиях.

Ее гордый языческий профиль четко выделялся на фоне бледного полумесяца над головой.

Луна и девушка смотрели друг на друга, а я смотрел на них обеих…

«И когда прибывает луна, в жилах оборотня пробуждается этот проклятый порок».

– Лиза, – прошептал я. – С тобой все в порядке?

– Конечно, Чарльз. Давай выпьем!

– Я имею в виду, ты не ощущаешь, будто что-то должно случиться… с тобой.

– Нет. Не сегодня ночью. Со мной все в порядке. Сейчас я с тобой.

Она улыбнулась и поцеловала меня. Не в силах прогнать от себя страх, я решил утопить его в вине.

– Обещай мне, что больше не будешь бес покоить. Вайолет? И прекратишь рыскать по ночам до тех пор, пока все не утихнет.

– Да, конечно, – сказала она, держа бутылку у моих губ.

– Потерпишь? Сможешь подождать, пока я не придумаю чего-то еще?

– Как скажешь, любимый.

Я посмотрел на нее.

– Это может занять некоторое время. Возможно, что мы сможем быть вместе не так скоро, как я планировал. Может не оказаться другого способа, кроме развода. Вайолет строга в отношении таких вещей и будет сражаться. Судебное разбирательство может занять несколько лет, прежде чем я буду свободен. Сможешь ли ты столько прождать?

– Развод? Годы?

– Ты должна обещать мне, что будешь ждать. Что не нанесешь вреда Вайолет или кому-нибудь другому. Иначе мы не сможем оставаться вместе.

Она смотрела на меня, лицо ее было в тени. Затем она нагнулась ниже и нашла ртом мои губы.

– Очень хорошо, Чарльз, если это единственный способ, то могу подождать. Я могу подождать.

Я снова выпил. Все было очень ясно, затем все поплыло, потом опять прояснилось. В ушах стоял лай охотничьих собак, затем он утих до какого-то монотонного гудения Лицо Лизы стало очень большим, затем куда-то удалилось.

Это было очень крепкое и приятное вино, но меня оно не интересовало. У меня было обещание Лизы и ее губы. Я больше не мог выдержать напряжения. Эти последние несколько дней стали для меня непрекращающимся кошмаром.

Я получил свою дозу вина и поцелуев…

Чуть позже я уснул…

«Проснись!»

Этот голос настойчиво звучал в моих ушах. Я вдруг почувствовал, что кто-то бьет меня по шее.

– Колби, проснись! Быстрее!

Я открыл глаза и привстал с земли. Высоко над головой светила луна, и ее бледные лучи падали на склонившееся надо мной лицо, лицо доктора Меру.

– Я спал, – пробормотал я. – Где Лиза?

– Лиза? Здесь нет никого, кроме тебя. Вставай и пошли со мной.

Пошатываясь, поднялся на ноги.

– С тобой все в порядке?

– Да, доктор. А в чем дело?

– Я не знаю, если…

В его голосе чувствовалась нерешительность и намек на что-то ужасное. Я понял этот намек. Неожиданно я протрезвел и закричал.

– Доктор, скажите мне, что случилось?

– Это с вашей женой, – медленно произнес он. – Сегодня вечером, когда вас не было, к вашему дому пришел волк. Я оказался там случайно и остановился узнать, все ли в порядке. Когда я вошел, волк уже убежал. Но…

– Что?

– Волк разодрал горло Вайолет!

Мы неслись в темноте, в черной дымке ночи без всякого страха.

Лиза солгала. Она меня напоила вином, дождалась, когда я усну, а затем нанесла свой удар…

Я не мог думать ни о чем другом.

Наконец мы добрались до коттеджа. Доктор Меру опустился на камни перед кроватью, в которой лежала Вайолет. Она повернулась и слабо мне улыбнулась.

– Она еще жива?

– Да, Горло у ней было разодрано, но я ее вовремя обнаружил и остановил кровотечение. Рана не очень серьезная, но она была сильно напугана. День или два ей нужен покой.

Опустившись на колени рядом со своей женой, я прижался губами к ее щеке, стараясь не задеть перевязанную шею.

– Благодарю тебя, Господи, за это, – прошептал я.

– Не спрашивайте ее ни о чем, – посоветовал Меру. – Пусть она сейчас отдохнет.

Очевидно, я появился сразу же после того, как напал волк. Он, наверняка, проник через окно. Обратите внимание на осколки разбитого стекла на полу. Когда я подошел к дому, он выпрыгнул и убежал. Везде около дома его следы. Я обошел с ним вокруг коттеджа. Все было так, как он и говорил.

– Скоро здесь появятся охотники, – сообщил он мне. – Думаю, теперь они легко возьмут след.

Я кивнул.

Неожиданно из леса послышался неистовый лай гончих вперемежку с возбужденными криками людей.

Доктор Меру ущипнул себя за ус и воскликнул:

– Они, наверное, обнаружили его! Прислушайся!

Крики и гомон. Звуки, как будто кто-то копается в кустах. Пронзительный крик. А потом – залп оружейных выстрелов.

– Слава Богу! Они взяли его! – ликовал доктор.

Лай гончих приближался. Под бегущими людьми и собаками с треском ломались ветки кустов. Голоса звучали уже близко.

А потом из леса на открытое место перед домом выполз волк.

Этот огромный серый зверь тяжело дышал, он почти выбился из сил. Волк волочил свое раненое тело по земле, оставляя за собой темный кровавый след. Его большая пасть была открыта и из нее высовывался язык. Он полз в нашу сторону, и нам слышался его предсмертный хрип.

Меру вытащил револьвер и взвел курок, но я схватил его за руку.

– Нет, – прошептал я. – Нет!

И пошел навстречу волку. Наши взгляды встретились, но она меня не узнала – в ее глазах была лишь пелена близкой смерти.

– Лиза, – прошептал я. – Что же ты не дождалась?..

Доктор не слышал моих слов, но волк услышал. Он приподнял свою голову и на мгновение из его горла раздался какой-то сдавленный крик.

А после этого волчица умерла.

Я видел это. Это было достаточно просто.

Ее лапы окоченели, голова поникла, а сама она лежала на боку.

Я стоял и смотрел, как она умирала.

Случившееся после этого перенести было гораздо труднее, поскольку умирала Лиза.

Когда я следил за превращением женщины в волка, то хладнокровно замерил это по часам.

Сейчас же, наблюдая, как волк превращается в женщину, я смог лишь содрогнуться и закричать.

Тело зверя увеличивалось в размерах, корчилось, извивалось. Уши ушли в череп, конечности удлинились, появилась белая плоть. Рядом со мной что-то кричал доктор Меру, но я не слышал его слов. Я мог лишь смотреть, как волчьи формы исчезли, и нагая привлекательность Лизы неожиданно возникла, как распустившийся цветок – бледно-белая лилия смерти.

Она лежала на земле, мертвая девушка, освещаемая лунным светом. Я заплакал и отвернулся.

– Нет! Не может быть!

Резкий голос доктора позвал меня. Дрожащим пальцем он показал на лежавшее у наших ног белое тело.

Я взглянул и увидел… еще одно превращение!

У меня нет сил описать эту метаморфозу. Сейчас я лишь припоминаю, что Лиза никогда мне не рассказывала, как или когда она стала оборотнем. Могу лишь припомнить, что оборотень сохраняет неестественную молодость.

Женщина, лежавшая у наших ног, старела у нас на глазах.

Превращение женщины в волка достаточно отвратительное зрелище. Но это, последнее, оказалось еще более омерзительным. Очаровательная девушка становилась уродливой старухой.

А эта старуха превратилась в нечто еще более ужасное.

В конце концов, на земле осталось безжизненно лежать что-то невероятно старое, что-то скрюченное и сморщенное глазело на луну с усмешкой мумии.

Наконец-то Лиза приняла свою настоящую форму.

Остальное, должно быть, произошло очень быстро. Подошли охотники с собаками. Доктор Меру наклонился над тем, что когда-то было волком и женщиной, а сейчас было ни тем, ни другим. В этот момент я потерял сознание.

Когда на следующий день я проснулся, доктор Меру делал Вайолет перевязку раны. Она чувствовала себя достаточно хорошо, чтобы встать с постели, и принесла мне суп. Я снова уснул.

Следующим утром Меру пришел снова. Я смог уже сесть и расспросить его. То, что он сказал, успокоило меня.

По-видимому, доктор Меру был достаточно проницателен. Он подтвердил историю с оборотнем, но не сказал, что этим умершим существом была Лиза. С помощью Крэгина дело было закрыто. Так что в дальнейших расследованиях не было смысла.