Таинственный остров доктора Норка

Девушка зажгла свет, а я повалился поперек кровати, с ужасом ожидая бешеного натиска урагана.

– Фи, да вы просто невозможны, – заявила красотка. – Как, впрочем, и все остальные мужчины, с которыми мне когда-либо доводилось встречаться. Всего на свете пугаются. Я целых пять лет была Белой Богиней Джунглей, и меня уже мутит от этой роли. Постоянно ждешь мужественного красавца, сильного и отважного, который придет и завоюет тебя, как обычно происходит в комиксах. А что взамен? Сплошные задрипанные хлюпики, пугающиеся всего, что ни увидят – львов, змей, ураганов…

– А вы, разве, ничего не боитесь?

– Естественно, нет.

– Уверены?

Тут раздался жуткий грохот, и свет погас. Комната потонула в кромешной тьме чернильного вакуума чрева урагана. Я вздрогнул, однако в темноте уверенно и спокойно прозвучал голос девушки:

– Я ничего не боюсь. Даже Безликого Негодяя.

– Рад слышать. Мне бы вовсе не хотелось причинить вам хоть малейшее неудобство.

– Кто это? – воскликнул я. – Кто это сказал?

– Безликий Негодяй собственной персоной.

– Вы здесь? В комнате?

– Конечно. А где же еще? Гулял, понимаешь, по тайному ходу, ну и дай, думаю, зайду, проведаю гостя, – прошипел неприятный голос. – Жду не дождусь минуты, когда ты попадешь мне в руки.

– Я ничего не слышу и слышать не хочу, – прокричал я, двигаясь на ощупь в сторону двери. Снаружи гремела гроза и жутко завывал ветер.

– Попытка к бегству? – усмехнулся невидимый. – В отличие от меня ты в темноте не видишь.

– Спасите! – завопил я. – Альбинос, помоги!

– Замри на месте, – приказала девушка. – Иду.

– И я тоже, – подтвердил невидимый голос. Вдруг что-то обрушилось мне на голову, и я заорал. Но это всего-навсего обвалился потолок. Когда я снова открыл глаза, то обнаружил, что лежу связанный в длинной и узкой подземной камере. Зловеще мерцал голубоватый свет, а надо мной склонилась фигура в плаще. Между шеей и волосами этого монстра ничего не было, только пустота. У меня не осталось ни малейших сомнений, что он и есть тот самый Безликий Негодяй. Его зловещее хихиканье будто скатываясь с осклизлых стен.

– Не смотри так затравленно, дружище, – промурлыкал он. – Тебе бы следовало поблагодарить меня за спасение. Здесь ты в безопасности и полном здравии, поскольку находишься в милой и уютной канализационной трубе, пока там рушится лаборатория.

– Рушится? От удара молнии?

– Нет, просто от ливня. Взяла да и растеклась.

– Как это?

– Очень просто, дружок, – объяснил мой пленитель. – Доктор Норк всем стройматериалам предпочитал гуано. Но, похоже, птички не очень любят кушать цемент. В общем, вся постройка уничтожена, а твои приятели погибли. В живых, кроме нас, никого не осталось.

– Погибли? – не поверил я. – Все? Вы уверены?

– Несомненно! Пришел конец безумному проекту.

– Но девушка, – не унимался я, – ведь она же была в комнате вместе с нами…

– Была, вот это верно. А тебя я успел вытащить через люк и спустить по тайной лестнице. Боюсь, тебе придется взглянуть правде в лицо. Мы одни. Кстати, о лице…

Фигура в плаще помахала небольшой пилой.

– Говоря о лице, я имею в виду свое желание провести собственный эксперимент. С тех пор как лишился лица, я искал случая приобрести другое. Я скрывался в канализационных трубах под лабораторией и ждал своего шанса. Я не желал забирать тупоумную морду Норка, ну и, конечно, мне не подходила ни одна из образин его монстров.

Но когда ты утром появился на острове, я сразу понял: вот наконец то, что надо! К сожалению, не могу предложить тебе обезболивающих, но операция не займет много времени.

– Вы… вы намерены присвоить мое лицо? – со страхом проговорил я.

– Предпочитаю называть это операцией по пересадке тканей, – ответил мой пленитель. – А теперь расслабься, пожалуйста.

Безликий Негодяй занес пилу. Ничего не скажешь – типичная сценка из комиксов, каковыми, вероятно, наслаждались десятки миллионов читателей. Но меня она нисколько не веселила.

Пила коснулась моей шеи…

И тут по подземелью, отражаясь от стен, прокатился дикий рык. Покрытое рыжевато-коричневой шерстью тело подмяло фигуру в плаще и утащило ее в неосвещенную часть канализационной трубы. Оттуда послышались вопли, рычание и куда менее приятные звуки, которые услышишь разве что на президентских совещаниях или в зоопарках.

– Неплохо сработано.

Возле меня стояла Альбинос и перетирала пилой веревки. Она махнула рукой в сторону темной части трубы, где теперь лев трудился над своим экспериментом – переделкой Безликого Негодяя в Негодяя Бестелесного.

– Мы тоже успели спуститься в люк. Сразу за вами.

Потом рухнула стена, и нам пришлось задержаться… правда, ненадолго.

– Значит, он не врал? Лаборатория уничтожена?

– Да, – вздохнула девушка. – Канализация тоже долго не выдержит. Так что давайте выбираться отсюда.

Громкий скрежет придал ее словам больше убедительности. Я обернулся. Часть трубы исчезла, похоронив под обломками и льва, и Безликого Негодяя.

– Сюда, – приказала Альбинос, таща меня по коллектору. – Здесь канализационный сток выходит к морю.

– Благодарю за спасение, – задыхаясь, проговорил я.

– Не стоит, – ответила девушка. – Рефлекс сработал. Ведь моя участь – спасать попавших в беду.

Стенки трубы изгибались. Альбинос шла впереди, я плелся следом. Девушка скрылась за поворотом, и я на ощупь последовал за ней.

Вдруг она взвизгнула.

Я мгновенно проскочил поворот и ухватил ее за руку.

– Что случилось?

Девушка от страха не могла сдвинуться с места.

– Прогони прочь это ужасное существо!

– Кого? – не понял я.

Она прижалась ко мне и обхватила руками.

– Вон там! – визжала она. – Внизу!

– Но это же просто мышка!

Девушка разрыдалась.

Я взял красавицу на руки и храбро двинулся вперед. Мышка с писком юркнула в норку.

Альбинос зашлась в истерическом плаче. Но чем сильнее она плакала, тем шире я ухмылялся.

– Ладно, ладно, не бойся, – успокоил я ее. – Я тебя сумею защитить.

Больше слов не потребовалось. Когда мы выбрались на пляж, ураган уже утихомирился, и лишь несильный приятный дождик окроплял руины огромной лаборатории на утесе.

Вопреки всем опасениям я обнаружил, что мой самолет почти не поврежден, за исключением небольшой поломки шасси. Однако взлететь я сумел и несколькими часами позднее совершил посадку в аэропорту на Ямайке.

В течение одного дня мы с Альбинос вернулись в лоно цивилизации. А во время нашего путешествия мне даже удалось убедить девушку, что такие ее качества, как отвага и бесшабашная удаль, не представляют для Нью-Йорка какой-либо ценности.

– Люди в Нью-Йорке довольно редко встречаются со львами и тиграми, – пояснил я. – Зато мышей там – хоть пруд пруди. Так что тебе обязательно потребуется защитник вроде меня.

Девушка смиренно согласилась. От ее прежнего гонора не осталось и следа.

Мы умудрились пожениться гораздо раньше, чем я представил главному статью о докторе Норке.

Та встреча с редактором оставила в моей памяти болезненный след. Когда тебя обзывают лжецом и горьким пьяницей – это уже само по себе неприятно, но когда тебя вдобавок обвиняют в курении опиума и неумеренном потреблении героина…

У меня оставался лишь один путь.

– Я увольняюсь! – прокричал я, летя кубарем вниз по лестнице от весьма чувствительного пинка под зад, полученного в награду редакторским ботинком.

С журналистикой для меня было покончено. Но Альбинос не возражала. Теперь у меня новая работа. Я приобрел газетный стенд на Седьмой авеню. На продаже газет я зарабатываю не так чтоб уж много, но на несколько новых мышеловок для дома всегда хватает.

Но кроме того, я умудряюсь продавать еще дикое количество комиксов…