- -
- 100%
- +
На следующий день четвертый класс в полном составе стоял у дверей школы еще до её открытия. Ребята сбились в кучку на школьном крыльце и радостными возгласами встретили директора, который по старой привычке пришел на работу раньше всех.
Вчерашняя встреча молодой учительницей засела в голове у Олега Андреевича, и он нисколько не удивился, увидев детей, пришедших раньше его. А чему удивляться, если новая учительница в каждом ребенке видит чудо! К этим детям никто так никогда не относился.
Не успел Олег Андреевич открыть двери школы, как у калитки появилась сама Марина Владимировна. Дети с воплями радости полетели к ней. Девушка улыбалась каждому ребенку и гладила их по вихрастым головкам. Олег Андреевич с восхищением смотрел на эту необычную картину. Солнце, выглянувшее над кронами клёнов, на мгновение осветило голову девушки, и директору показалось, что это сияет нимб.
Встряхнув головой, отгоняя наваждение, мужчина сам подошел к Марине, чтобы поздороваться. Девушка удивила его снова, протянув руку для рукопожатия. Её ладошка была горячая и на удивление сильная. Порыв, энергия, доверие – это было так необычно!
– Доброе утро, Олег Андреевич! Я так рада, что утром сразу вас встретила. У меня к вам есть несколько просьб.
– Всё что угодно, Марина Владимировна! – не раздумывая, произнес директор.
Девушка на секунду отвлеклась, сказав детям, чтобы те ждали её в классе, а когда ребята убежали, продолжила.
– Возможно, мои просьбы покажутся вам необычными, но мне необходимо переоборудовать нашу классную комнату. Полностью! Она не должна напоминать о классической школе, уроках и обо всем том, что дети так не любят в школе. Нам нужно убрать почти все парты и казенные стулья, доску тоже можно убрать. Еще я прошу, чтобы нам выделили из кабинета технологии старших классов одну электрическую плиту с духовкой и необходимый набор посуды. Если в школе найдется пара ковриков, то я буду очень рада.
Олег Андреевич смотрел на Марину, как на сумасшедшую. Что она несёт? Как можно убрать из класса парты и стулья? Зачем ей плита с духовкой? Нет, её фантазии слишком далеко уходят от реальности!
Он не знал, что ей и ответить, но девушка его опередила.
– Я понимаю, что все это звучит слишком необычно, но такие методы обучения используют в передовых школах Запада. Что вы потеряете, если пойдете на мои условия? Дети все равно плохо учатся, я смотрела по журналу, а так есть шанс вывести их на новый уровень. Смотрите на наш класс как на научный эксперимент!
В памяти Олега Андреевича всплыли некоторые факты, о подобных необычных классах в Европе и в Японии. Он читал в какой-то педагогической статье, что дети на такой форме обучения за один год успевали освоить знания за несколько классов, выигрывали во всех творческих и учебных конкурсах. При этом изначально дети не отличались от сверстников ни талантами, ни уровнем знаний. Иногда, даже наоборот, они были более слабыми в школе.
Директор махнул рукой. А, чем черт не шутит! Пусть будет эксперимент! Действительно – что я теряю? Пряжинский четвертый класс по всем параметрам был самый неуспевающий среди школ района, успеваемость на нуле, про поведение и думать не хочется. А эта необычная девушка за один день превратила диких волчат в ласковых котят.
– Я согласен, Марина Владимировна! Пусть будет по-вашему. Я распоряжусь, и завхоз выделит вам все необходимое. А вы моё обещание помните, я буду вам во всем помогать.
Через пару часов кабинет четвертого класса Пряжинской школы было не узнать. Из тринадцати парт по краям комнаты стояло всего четыре, стульев тоже осталось немного. На полу были расстелены большие паласы и спортивные маты. В углу класса, где раньше стоял учительский стол, установили большую электрическую плиту с духовкой и стеллаж с посудой.
Ученики принимали самое активное участие в перепланировке своего класса. Они перетаскивали вещи, расставляли их так, как им нравилось. И со всех сторон к учительнице летел нескончаемый поток вопросов, главный из которых был: «Зачем мы это делаем?»
Когда все перестановки были закончены, Марина Владимировна предложила детям отдохнуть, и они, будто дожидаясь этого приглашения, повалились на пол, прямо на ковер и на спортивные маты. Как приятно было полежать после работы! Дети блаженно раскинули ноги и руки, закрыли глаза и грелись на солнышке, которое пробивалось сквозь большие окна.
Вместе с учениками отдыхала на ковре и их учительница. Это чувство покоя и единения было новым для детей, они с младенчества привыкли ожидать от взрослых подвох, приказы и страдания. А теперь с этой девушкой они были на равных, но в то же время воспринимали её как недостижимый идеал.
Марина привстала на локте и озорно подмигнула тем, кто, открыв глаза, смотрел на неё.
– Вы спрашивали, зачем мы делали сегодня перестановку, и как мы дальше будем учиться. А я исполняю свое обещание, что учиться мы больше не будем!
Изумленные дети подсели к девушке поближе. Они до сих пор не верили её словам. Вчера она, конечно, пошутила, сказав, что у них не будет уроков и домашки. Но ведь этого быть не может!
– А что мы тогда будем делать в школе? – как всегда, первым задал вопрос Колька Архипов.
– А мы будем жить! Хорошо жить, весело, легко! В одной книге я когда-то прочитала такую фразу: «А дети всё учатся и учатся, и никогда не начнут жить». Это из моей любимой книги «Алые паруса».
– Все равно непонятно! Как это – просто жить? А как же учеба? – не унимался Коля.
Остальные дети на него зашикали, зачем он такую сказку портит. Пусть эта мечта хоть ненадолго будет реальностью! Но учительница все же ответила.
– Коля, чтобы ответить на твой вопрос, я задам тебе встречный. А зачем вы учитесь в школе?
Дети неуверенно стали отвечать: чтобы знать историю, литературу, чтобы сдать хорошо выпускные экзамены и поступить потом в институт, а потом найти хорошую работу. Кто-то сказал, что они в школе находятся, потому что еще маленькие, дома не всегда родители могут с ними сидеть, вот их в школу и отдают, чтобы они заняты были и под присмотром. Но, в основном, все ответы сводились к тому, что учатся они, чтобы потом хорошо жить.
– Так зачем ждать того времени, когда отучитесь в школе, чтобы жить? Может, начнем жить уже сейчас?
Катя неуверенно подняла руку, как прилежная ученица, и прошептала.
– Марина Владимировна, а мы не умеем жить! Мы умеем только учиться.
Остальные дети закивали головами, соглашаясь с девочкой. У них в голове не было образа, что значит – жить! Их примеры взрослой жизни сводились к тяжелой работе во взрослой жизни, пьянкам родителей или семейным разборкам. Так жить они не хотели, а как хотели – не знали.
– Ну а что вы любите делать, когда у вас каникулы?
Вот теперь дети уже были посмелее в своих ответах. Гулять на улице с друзьями, смотреть телевизор, играть в компьютерные игры, читать книги, рисовать, слушать музыку, строить домики на деревьях. Одна девочка призналась, что любит листать кулинарные журналы и готовить с мамой. А Коля рассказал, что ему нравится наблюдать за птицами и насекомыми.
Марина Владимировна звонко захлопала в ладоши от радости, как маленькая девочка.
– Вот и здорово! Значит, мы все это и будем с вами делать – потому что это и есть настоящая жизнь! Когда мы делаем то, что любим больше всего на свете, мы по-настоящему живем. А теперь не пора ли нам немного подкрепиться? По-моему – пора!
Последнюю фразу учительница сказала, как Винни Пух, и дети покатились со смеху. Ко всеобщей радости, Марина Владимировна достала из сумки каравай хлеба и баночку мёда. Разрезав хлеб на четырнадцать кусков, она намазала их мёдом. В этот день они впервые устроили пикник прямо на полу их обновленного класса.
Глава 5. Жемчужина
Катя вернулась домой, испытывая восторг от всего, что произошло сегодня в школе. Перестановка в классе, и то, что было потом, все еще прокручивалось перед глазами девочки. Екатерина Владимировна предложила ученикам самим приготовить для себя обед. Что тут началось! Дети по очереди дежурили у плиты, резали продукты, предлагали свои варианты меню.
Решено было приготовить на первый раз простой суп-пюре с грибами, макароны с овощами и сладкий манник. Половину продуктов принесла с собой учительница, а что-то быстренько из дома принесли дети. Таня Смирнова принесла банку молока и сливочное масла, Наташа Костенкова выпросила у мамы три яйца, а Никита вспомнил, что у них есть целый мешок сушеных грибов.
Готовить в классе было весело: в кастрюльках булькала еда, ароматы супа и овощей заполнили класс, дети в возбуждении спорили, у кого лучше получается чистить картошку, а кто мельче режет овощи на кусочки.
Марина Владимировна включила приятную музыку. Она нашла на складе у завхоза древний проигрыватель и грампластинки. Из стопки потрепанных пластинок она достала сборник классической музыки. Прекрасные звуки скрипки и фортепиано заполнили класс. Разомлевшие дети уселись на ковер и слушали, возможно, впервые такую необычную для них музыку.
После обеда, который показался детям самым вкусным на свете, учительница позвала всех на прогулку. Рома, тихий полный мальчик, предложил сходить на речку.
– Мне очень нравится туда ходить, особенно если там народу нет. Там сейчас красиво, и утки плавают, – скромно пояснил он.
До речки идти было недалеко, она протекала в пяти минутах ходьбы от школы. Дети с учительницей пришли на безлюдный деревенский пляж, принесли несколько ивовых коряг, чтобы было на чем сидеть. Островки еще совсем зеленой гусиной лапчатки показались прекрасным мягким пледом. Дети захотели устроить еще один пикник, теперь уже на природе. Достали бутерброды, кусочки манника и бутылку морса.
– Эх, сейчас бы костерок! – мечтательно произнес Рома.
– Мы летом на купалке всегда костер разводим и греемся после речки. Да вот только сейчас спичек ни у кого нет! У вас случайно, Марина Владимировна, спичек нет с собой?
Все рассмеялись. Как-то не могли дети представить, чтобы у их учительницы были спички. Обычно спички носят те, кто курит.
– Нет, Рома, спичек нет! Но у меня есть кое-что поинтересней, и костер мы с вами разведем!
С этими словами девушка достала из сумочки старую лупу. Ручка у инструмента была резная и внушала трепет в детских сердцах. Наверное, с такой лупой раскрывал преступления сам Шерлок Холмс.
– Я знаю, что надо делать! – подскочил к учительнице Артем Дернов. Он был выше всех в классе, самый задиристый и бойкий.
Девушка с улыбкой протянула драгоценный инструмент Артёму. Кто-то попытался её остановить, боясь, что мальчик сломает дорогую штуку, но учительница с таким доверием посмотрела на Артема, что он взял старинную лупу, не дыша.
– Надо сначала дровишек собрать, чтобы было из чего костер сложить. И мелких веточек для растопки. И самое главное – нужно что-то лёгкое, что хорошо горит. Сухие листья и мох подойдут.
Как по команде, дети разбежались по пляжу в поисках дров для костра. Вскоре набралась такая куча, что хватило бы обогреваться несколько дней.
Артем деловито укладывал мелкие веточки и листья в кучку. Потом взял лупу, посмотрел на небо, как будто искал солнце – хотя на небе целый день не было ни облачка. Его приготовления вызвали среди детей смешки. Мальчик глянул исподлобья, и все замолчали, только с еще большим интересом стали смотреть, что же будет дальше.
Направив солнечный луч сквозь выпуклое стекло на кучку хвороста, мальчик замер в напряженной позе. Через несколько секунд над веточками заклубился тонкой струйкой дымок, вздох облегчения пролетел среди детей. Артем потихоньку подсовывал под тлеющие листья тонкие веточки, и через минуту костер горел в полную силу. Радости детей не было предела! Они кружочком уселись вокруг костра, поджаривая кусочки хлеба, нацепленные на ветки.
Еще раз перекусив, дети разошлись по пляжу. Кто-то нашел выброшенную на берег двустворчатую устрицу, и принес к костру.
– А давайте мы её поджарим! – предложил Артем. Он был вечно голодный, потому что рос в многодетной семье. Летом он часто готовил на костре такие ракушки. – На вкус, правда, не очень, воняет болтом. Но есть можно. – И заржал, как молодой конь.
Марина повертела в руках ракушку и сказала.
– Нет, Артем! Жарить живую ракушку мне не хочется. Ей ведь больно будет! Давай лучше мы её обратно в реку отпустим. Пусть живет. А через много лет, может, ты найдешь её снова, и она подарит тебе волшебную жемчужину!
Дети замерли, услышав про жемчужину. Они помнили, что в таинственной шкатулке учительницы среди других чудесных вещичек лежала красивая белоснежная жемчужина. Ученики обступили учительницу и стали просить, чтобы она рассказала им про эту жемчужину.
Учительница, прежде чем приступить к своему рассказу, отнесла ракушку к реке и аккуратно опустила её в ивовые заросли. По её кивку дети уселись на траве и стали слушать.
– Однажды мы с бабушкой гуляли по берегу реки, такой же, как эта. Я запускала блинчики по воде – мне это ужасно нравилось. Я только недавно научилась кидать камушки так, чтобы они отскакивали по четыре раза. Вдруг мне под руку попалась гладкая ракушка. Я хотела её запустить в воду, как и камушки, но бабушка меня остановила. Она сказала, что такие ракушки не живут на большой глубине, и если я её кину на середину реки, она погибнет. Тогда я понесла ракушку к зарослям ивы. И вдруг увидела, что створки раковины приоткрылись, и внутри что-то блестит. Я замерла, держа в ладонях это чудо, и через какое-то время ракушка полностью открылась. В ней был моллюск, нежный и розовый. А между его складок лежала жемчужина. Бабушка увидела это и сказала, что ракушка меня благодарит за спасение. Я взяла жемчужинку, и ракушка сразу захлопнулась. Тогда я аккуратно опустила её в воду на мелководье.
Потом бабушка мне сказала, что эта жемчужина будет мне всегда напоминанием, в чем самое главное предназначение человека.
– И в чем же? – стали нетерпеливо спрашивать дети.
– Все очень просто! Предназначение любого человека – делать мир прекрасней! Исправлять несправедливость, помогать тем, кто в беде, прибирать там, где намусорено, чинить неисправное. Быть самому как эта жемчужина – красивым и совершенным. Не верьте тому, кто говорит, что люди плохие. Нет плохих людей – есть только несчастные. А счастливый человек, он всегда хороший и добрый!
Дети молчали. В их глазах светился восторг. Они все хорошие! Они могут делать этот мир лучше – сейчас им казалось, что это так просто!
Вот именно с таким настроением вернулась Катя домой. Пока она шла из школы, то улыбалась каждому, кого видела, то играла с каждой собачкой, какую только встречала на пути. Она видела, что все вокруг действительно хорошие, когда счастливые. А много для счастья не надо – улыбка и приветливое слово.
Даже холодный неубранный дом не охладил радостный пыл девочки. Она решила во что бы то ни стало сделать свой мир лучше! Пусть ей всего десять лет, но она уже много чего может!
Мамы дома не было – она до вечера на смене в пекарне. Так даже лучше – Катя хотела сама всё сделать, испытать себя. Она раскрыла окна, впустив теплый ветерок и лучи солнца в дом, и принялась за уборку. Всю одежду, которую нашла в доме, она сложила в центре большой комнаты и стала разбирать. В одну сторону она складывала чистую одежду, в другую – грязную, а в третью кучку она сложила то, что больше никто носить не будет. Это были совсем изношенные кофты, маленькая юбка, дырявые колготки и носки. Эту кучу девочка выбросила в большой мешок для мусора.
Разобравшись с одеждой, Катя увидела, что уже стало посвободней в доме. По всему дому она собрала смятые бумажки, фантики от конфет и другой мусор. Убрала на места книг и журналы, которые валялись по всему дому. Освободила стол от карандашей и альбомов, унесла грязную посуду на кухню. Осталось только пропылесосить и протереть пыль с полок. Когда все было сделано, девочка ахнула от восторга, так стало в доме чисто и свежо!
Катя понимала, что это еще не всё, – её ждала уборка на кухне. Девочке захотелось чем-то порадовать маму, и она задумала еще и еду приготовить. По уже знакомому рецепту Катя стала готовить суп-пюре и манник. Она нашла все необходимые продукты и начала кухарничать. Ей вдруг представилось, что она принцесса из фильма «Зачарованная», и Катя замурлыкала любимую песенку из этого фильма. Казалось, что все дела делаются сами собой, как в любимом фильме! Пирог печется, суп варится, и посуда летает отмытая по кухне. Девочка так увлеклась своими волшебными делами, что не заметила, как в дверях кухни появилась мать.
Света смотрела на свою дочь, как будто раньше её не замечала. Маленькая, худенькая, руки, как спички, а столько в этом тельце жизни и энергии. Света любовалась дочкой, как та умело отмывала посуду и напевала себе под нос песенку. От женщины не ускользнул аромат готовящейся еды и необычная чистота в доме. И в этот момент Светлана заплакала. Ей стало так стыдно перед своей маленькой девочкой, что ей приходится самой наводить в доме уют и готовить еду. Ей стало горько, что столько лет она не дарила дочери тепла и ласки. Как будто пелена спала с глаз, и только сейчас она поняла, как виновата.
Катя увидела мать и испугалась.
– Мама, мамочка, тебе плохо? Тебе больно? Почему ты плачешь?
Обняла своими ручонками мать и сама заплакала. Так они сидели на полу кухни в обнимку и плакали, но это были слезы, какие бывают при встрече любящих людей после долгой разлуки.
Глава 6. Колька
А Коля не хотел возвращаться домой. Там отец.
Сегодня он опять загулял, об этом мальчику сказала продавщица, тётя Таня. Мальчик любил с друзьями забегать в сельповский магазин по дороге из школы. Они дружной ватагой вкатывались в небольшое помещение, пахнущее хлебом и мышами, и подсчитывали свои копейки, чтобы купить упаковку жвачек на всех или полторашку газводы. Тётя Таня иногда добавляла им недостающий пятак и старалась поскорей выпроводить из магазина, чтобы не создавать очередь у кассы. Сегодня она сказала Кольке, что его отец приходил с друзьями за бутылкой.
Всё, это опять на неделю! Бессонные ночи, вечернее ожидание пьяного отца, возможно, снова бежать к соседям или на сеновал, чтобы не попасть под горячую руку, если батя пришел в плохом настроении. А если настроение хорошее, то он требовал от Коли дневник с отметками, даже на каникулах. Так он «воспитывал» сына. За проверкой дневника следовал или нагоняй, или разговор по душам, длящийся порой несколько часов.
Мать в воспитательный процесс не встревала – себе дороже. Уже была не раз мужем битая и не за такие промахи. Иван, отец Коли, был мужик патриархальный, в вопросах семейных придерживался домостроевских взглядов.
Нина, так звали маму, была женщина тихая и запуганная мужем. Работала с утра до ночи, полдня на колхозной ферме, полдня в своём хозяйстве. Скотины держали много: лошадь, три коровы, свиньи, гуси и куры – присесть было некогда. Иван помогал немного, его работа была сезонная. Сена летом заготовить, да корма добыть, а домашнюю работу пусть жена делает. Изредка натаскает воды из колодца, когда в настроении.
Коля, как только повзрослей стал, все старался матери помогать. В свои десять лет он уже и сена мог скотине дать, и навоз убрать. Жалко ему было маму, она всегда казалась ему такой несчастной и уставшей. В редкие минуты, когда работа была сделана, Нина обнимала сына, уткнувшись носом в его светлую макушку, и тяжко вздыхала. Она вообще всегда молчала, и Коля не знал, о чем она постоянно думает.
С тяжелыми мыслями мальчик возвращался домой. Казалось, что к ногам его привязаны пудовые гири. Он оттягивал миг, когда зайдет домой и увидит красные заплаканные глаза матери. Впереди долгие часы ожидания. Что будет сегодня? Придет ли отец сам, или его притащат дружки? Лучше пусть дружки – тогда у него не будет сил гонять сына и жену. Тогда не придется прятаться по углам и сжиматься от ужаса.
Знакомство с новой учительницей в этот момент казалось чем-то сказочным, не из этого мира. В мире Марины Владимировны уж точно не было таких людей, как его отец. В её мире была мудрая бабушка и шкатулка с чудесными предметами.
Большой деревенский двор, собака на цепи, сухая, без единой травинки, земля. Из сараев слышно хрюканье свиней и храп коня. Мать встретила Колю на крыльце.
– Коленька, ты пока отдохни, покушай, а я к тёте Вере сбегаю. Соль закончилась, а в магазин бежать далеко.
Нина прятала от сына опухшие от слез глаза. «Знает», – понял парнишка. А к соседке она не за солью бежит, а договариваться о ночевке. Может, оно так и лучше, чем сидеть и ждать, что сегодня будет. Да и ничего хорошего уже давно не было. С каждым запоем отец становился дурней и уже нередко пугал родных ножом.
Ночевать у соседей Коля не любил, хоть там и жил его одноклассник Рома, с которым они дружили. Да и не просто соседкой была тётя Вера, а сестрой Ивана. Потому и принимала на ночлег непутевую сноху с племянником. Именно из-за этой показной благодетельности Коля и не любил тётку. Он чувствовал в каждом её взгляде, в каждом слове превосходство над убогими родственничками.
Одно радовало, что можно будет с Ромкой поиграть в гоночки на приставке «Денди». У Архиповых дома не было игровой приставки, даже телевизора не было, и Кольке было немного завидно, когда одноклассники обсуждали очередную игру. В такие моменты Коля чувствовал себя неудачником.
Уйти в этот вечер из дома Коля с мамой не успели. У ворот послышалось тарахтение мотоцикла, и калитка с жалобным звяканьем раскрылась от пинка грязного сапога. Иван Архипов был пьян, но еще не настолько, чтобы падать. Он был в состоянии злого возбуждения. Не хватило! В такие дни все были у него виноваты. В первую очередь жена.
– Где эта?! Куда опять умотала? К Верке жаловаться?
Как на грех, Нина вернулась от соседей. Увидела мужа, и глаза её расширились от ужаса. Иван уже летел к ней, размахивая кулаками. Колька выскочил наперерез. Последнее, что он помнил, – это как отец отшвырнул его в сторону, и почувствовал затылком глухой удар об стену.
Глава 7. В больнице
В кабинете четвертого класса Пряжинской школы стояла непривычная тишина. Утром дети узнали о том, что Коля Архипов попал в больницу с сотрясением мозга. Каждый молчал и думал о своём. Больше чем у половины класса отцы тоже пили, и сейчас в детях рождался новый страх. Они стали бояться своих родителей. А вдруг и их папа в порыве злости так же швырнет их на стенку. Ладно, если только сотрясение мозга, а то и убить так можно.
Марина не отвлекала детей от грустных мыслей – все чувства нужно пережить. Наконец Никита не выдержал.
– А что теперь с Колькой будет? Он выживет? Может он с ума сойдет, потому что мозги стряслись?
Дети ожили, начали делиться своими догадками на этот счет. Марина Владимировна внимательно наблюдала за всеми и сказала
– Конечно, от сотрясения мозга можно и умереть, но мне сказали, что у Коли не такой тяжелый случай. С ума от этого он не сойдет, а вот от грустных мыслей вполне может. Ему сейчас необходимы хорошие мысли. Давайте мы к нему в гости сходим! Я узнала, посещение к нему разрешают. Больница недалеко, вот мы и прогуляемся заодно! Только сначала давайте ему нарисуем открытку с пожеланиями.
Предложение учительницы было встречено радостными возгласами. Тут же нашли большой лист картона, начали рисовать на нем веселые смайлики и писать пожелания, чтобы Коля быстрей выздоравливал. Особенно старалась Катя – ей нравилось рисовать разные веселые рожицы.
Ребята решили не просто навестить одноклассника в больнице, но и принести ему что-то вкусное. Начали подсчитывать свои карманные деньги, чтобы на них купить вкусняшки по дороге. Насобиралась вполне приличная сумма – хватило на большую шоколадку, пакет сока и тянучки, которые нравились Коле.
Деревенские кумушки в этот вечер рассказывали, как по деревне катилась шумная компания школьников в сопровождении новой учительницы. Это зрелище было необычным для местных жителей. Все привыкли, что детей в школьное время никто не видел, да еще и сразу такой толпой. А больше всего их удивила новая учительница. Все в ней было особенным: и её одежда, напоминающая старинные наряды, и длинная коса, какой не было уже ни у одной деревенской бабы, и сияющий свет в глазах. Женщины шептались, что она была как ангел. К добру ли к худу такое чудо в Пряжино завелось – никто не знал.
Пряжинская больница была большой по деревенским меркам. Раньше, в советское время, здесь располагался районный туберкулезный диспансер, и местные его обходили за версту, чтобы не заразиться. После постройки нового диспансера, в районном центре, старое здание переделали под обычную деревенскую больницу. Остались даже хорошие врачи, практикующие на пенсии: старая акушерка, которая принимала всех пряжинских детей, подслеповатый стоматолог и фельдшерица Антонина Михайловна. Она была из той категории медицинских работников, которые были воспитаны на советских нормах здравоохранения.