Избранная звёздами

Настоящая Астрид, вернее прошлая я, побежала в его открытые объятия. Она счастливо смеялась, и я ощущала тепло его тела, колючую, недавно проклюнувшуюся щетину на щеке.

Боги, это был Он, с самого начала тем самым был Эйдэт.

– Эй, голубки.

Что за чëрт? Новый голос в настоящем времени был более грубее. Но всë же я узнала этот ломающийся баритон.

Взгляд карих глаз тепло омыл меня и устремился к Нему. Да, называть его имя – это моя слабость.

Салливан был одновременно тем, кого я знала, и холодным незнакомцем, который сейчас, или боги-знают-сколько-времени-назад, испепелял Эйдэта взором очень тëмных глаз. Они были почти чëрными.

Крепкая рука схватила меня за локоть.

Я испуганно вдохнула.

Салливан склонился надо мной, делая прерывистые вдохи.

– Это то, о чëм я думаю?

Он кивнул.

– Что ж, лучше нам поскорее найти Эйдэта и выжить в этом месиве. И тогда, чëрт и святые боги, вы расскажете мне всë.

Его глаза были просто огромными, но я взяла его за руку, зацепила мечи за пояс, и мы окунулись в битву.

Главная площадь была в ужасном виде. Розовая вода из фонтана в виде какой-то богини, была на бетонной плитке. Сам фонтан был разрушен.

Повсюду валялись чьи-то шляпы, обугленные тела, были слышны стоны раненых.

Сзади раздался топот погони. Отлично. Дэйз и остальные прибыли.

Я обвела площадь в поисках Эйдэта. Что-то блестящее за скамейкой привлекло моё внимание.

Обнажив клинки, я двинулась в эту сторону.

Маленькое зëленое существо с блестящими глазами смотрело на меня. Из его широкого рта свисала струйка слюны. Квадратные зубы были измазаны кровью. Мерзость.

Существо зарычало. И тут мне в глаза бросились… звëзды на его болотной шкуре. Ужас наполнил меня.

– Ребята, берегитесь! Это засада! Звëздные гибриды.

Салливан бросил на меня взволнованный взгляд, но молча ринулся в бой, как и остальные.

Мелкие твари окружали меня со всех сторон. Я насчитала четыре лягушковидных тролля. Ха, поиграем.

Первого я сразу разрубила напополам, перекувыркнулась через второго и приземлилась на ноги. На этом моя удача закончилась.

Оставшиеся три и ещë с десяток накинулись на меня, и повалили на землю. Я хрипло завизжала.

Ох, чëрт. Все эти люди погибли здесь, потому что не были Избранными. Но я была.

Почувствовав в себе элемент воздуха, я призвала его. Он как ветерок, омыл всë внутри меня.

Выпустив смесь газов из рук, я с удовлетворением наблюдала, как парочку жабгибридов с тошнотворным хрустом прижало к лавке.

Остальные, извиваясь и визжа, приземлились на бетон и больше не встали.

Я оценила ущерб. Несколько рваных ран было у меня на руках и ногах.

Дэйзи была вся в царапинах, рукава её рубашки были порваны на лоскуты.

У Салливана была рассечена бровь, багровый синяк наливался на виске. Видимо, приземление не было удачным.

В целом, все были живыми, а это главное.

Даже Майкл и Трэвис не жаловались.

Казалось, все выдохнули с облегчением, как вдруг со стороны рынка показался целый строй звëздных гибридов со змеиными головами и плавниками вместо рук. Над ними витали серебристые пчëлы… с хоботками и клыками.

Какие-то фигуры выделялись в середине, но из-за сгущавшихся сумерек очертания были неясными.

Дерьмо. Раны жгло ужасной болью, но я напала на первого гибрида и вырубила его тыльной стороной меча.

Затем все произошло быстро. Дэйзи закричала, когда звëздное тутти-фрутти вцепилось в её плечо и вырвало солидный кусок её мышцы.

Перед мои затуманенным взором всё заполыхало красной яростью и белыми вспышками силы. И, святые небеса и младенцы, я почувствовала метку. Она пульсировала и просила взять силу из глубин моего разума. Это было божественно.

Кто-то прошептал:

– О, боги, её глаза…

Думаю, это был Майкл.

С ужасающей скоростью я метнулась к чудищу с куском мяса в пасти, впилась пальцами в его водянистую склизкую шею так, что брызнула мерцающая серебристая кровь, и прошептала:

– Тебе повезло, что твоя смерть будет быстрой.

Я сама не узнала свой голос. Он был немного хриплый, но такой твëрдый, властный и… я как-будто чувствовала лунный свет на своем языке.

Ещё крепче вцепившись в змеиную шею, я одним лëгким движением повернула её вокруг своей оси. Кто-то закричал. Но не было хруста костей. Не было серебряной крови. На месте разрыва плескалась какая-то очень прозрачная жидкость. Голова со стуком приземлилась в лужу розовой воды.

В мои пальцы как-будто впилось множество осколков. Я отдëрнула руку, потрясла ей. Чëрные пятна ожогов покрывали ладонь. Ах, так значит…

Передо мной всë стало кровавого цвета.

Гнев, ярость, боль, пустота в груди – всë это мощным чëрным липким потоком дëгтя поднималось по моим венам.

Раздался хлопок. Из моих раскрытых ладоней выстрелили прозрачные лучи, но в свете взошедшей луны они играли всеми красками. Сама Луна звала меня.

Мои энерголучи выстрелили во всех гибридов и разнесли тварей на кусочки. Серебряные фонтаны полились из дыр в чешуйчатой коже.

Противный визг был моей усладой. Однако на заднем фоне кто-то взвыл. От страха?

– Достаточно.

Ледяной дребезжащий голос перекрыл шум в моих ушах. Лошадегибрид. Вот кто ответственен за всë это. А она показалась мне хорошей.

Мы с Луной уже нацелили свои лазеры на неё, когда малочисленные гибриды позади неё вытолкнули в кружок света окровавленную, но до боли знакомую фигуру. Эйдэт.

Ох, сейчас будет кровавое шоу. Похлеще того что было.

Лошадь нервно переступила копытами.

– Я пришла с миром.

У меня челюсть отвисла. Она что с ума сошла? Я истерично рассмеялась.

После небольших переговоров мы с кобылицей пошли к аллее, под сень деревьев. Прежде чем Злая Астрид успела что-то брякнуть, Губы заговорили:

– Я смотрю, ты поняла как пользоваться пятым элементом.

Что? Я не ослышалась? Я разгромила всех радугой? Боги, если я выживу, то уже больше никогда не усну.

– Мы поэтому избавились от «ушей»?

Губы надулись.

– Ах, всë такая же нетерпеливая, как и во время нашего знакомства.

Пару дней назад. Мысленно добавила я.

– Зачем вы убили их всех?

– Я не хотела этого, принцесса, но Королева Теней приказала организовать нападение.

– Зачем? – судя по её взгляду, я не понимала очевидного.

– В стенах вашего убежища находилась наследница. До нас дошли сведения, что её ментальная защита ослаблена, и что она появится на приготовлениях. Мы всего лишь делали своё дело. Но… – она указала копытом на то, что осталось от моих жертв. Я поëжилась. – я с моей группой Отступников, которых ты нещадно истребила, принцесса, спасли твоего давнего друга.

– Ты ошибаешься. Мы с ним почти не знакомы.

Я вспомнила отблеск своего прошлого, но затолкнула его куда подальше в свой мозг. Ещё будет время подумать.

Мне серьёзно не нравилось то, что эта кобылица называла меня принцессой. А так же было любопытно, знакома ли я с таинственной наследницей. Плюс, напрягало то, что в Академии были звëздные шпионы.

В ответ она усмехнулась, показав ряд острых зубов.

– Я никогда не ошибаюсь.

– Ха. Ха. Смешно.

Она посерьëзнела.

– У меня послание. Предупреждение.

Вау.

– Поверь, принцесса, ты очень особенная, хоть и безбашенная. – Таких комплиментов мне ещё никто не говорил. – Мы встретимся ещё несколько раз, но Луна зовëт тебя, ты связываешь себя с ней.

Она покачала мохнатой головой.

– Найди старика Аркия и всë узнаешь. Он в Филле. В Лесах Быстрого Залива. Удачи.

И она исчезла.

Мы медленно шли к охотничьей хижине Эйдэта. Как оказалось, кровь на его одежде была не его. В целом, он был цел. Это немного ослабило давление в моей груди.

Все были очень удивлены тем, что я знакома с проклятым Лошадегибридом и расой Звëздных. Даже Дэйзи, без половины плеча, требовала объяснений.

Я удивлялась её стойкости. Чумные гибриды привели сестёр Уолтерс и Хлоя перебинтовала нашу пострадавшую. Чëрт, они и Дэйзи шли, держась за руки, как чëртовы лучшие подруги.

Моя ревность усилилась, когда я увидела как Ханна плачется моему Эйдэту. Чëрт, он не мой. Больше нет. Это тоже придется прояснить в хижине.

– Любимый, мне было так страшно. Я боюсь, вдруг в них какая-то зараза. Вдруг моё плечо сгниëт?

Оно выглядело скорее грязным, нежели кровавым. Эйдэт сочувственно ей улыбнулся, от чего моя грудная клетка сжалась.

– Ах, бедная, sinir bozucu orospu*¹.

Она улыбнулась ему, и поправило край своей разорванной майки, только так, что её груди стало отчëтливо видно.

Я еле слышно зарычала, когда затылок Эйдэта покраснел.

Салливан нежно сжал мою руку и это успокоило меня.

Я чувствовала взгляд Эйдэта на себе, и обняла кареглазого юношу. Он еле слышно вздохнул.

Мы уже подходили к хижине, и я готовилась выложить все карты на стол, как вдруг из кустов кто-то шикнул:

– Астрид Кейн.

Чëрт, Джеймс ждал меня.

Убедившись, что его никто больше не слышал, я сказала что отлучусь в одно место. Эйдэт сощурил глаза, а я показала ему язык.

Боги, он улыбнулся мне своей особенной улыбкой с ямочками.

– Так, ладно, времени нет…

Я нырнула в кусты.

– Джеймс.

ПРИМЕЧАНИЯ.

*¹ Раздражающая стерва. (турецк.)

ГЛАВА 6.

За кустами была небольшая полянка, освещëнная лунным светом. Блики играли на тëмных листочках и траве.

Я перевела взгляд на своего оппонента. Он был совершенно спокоен, словно в трансе. Отогнав эти мысли, я посмотрела в его сверкающие глаза.

– Что такое, Джеймс?

Он моргнул, и его взгляд просветлел.

– Я слышал, ты собираешься на поиски Аркия. – Монотонно произнëс он.

Судя по его чистой одежде, его не было среди бойцов. Откуда же он знает.

– Как ты догадался?

Его голова резко дëрнулась в моëм направлении и я сделала шаг назад.

– Мне Хелен сказала.

До меня дошло. Возможно, Хелен Богварт и была тем таинственным информатором Звëздных и наших. У монеты две стороны.

– Насколько вы близки?

Я нервно оглянулась. Что-то пугало меня в Джеймсе, но я не знала что.

– Астрид… – низко прогудел он.

Что-то блеснуло в его руке.

Я хотела закричать, но звук застрял в горле.

В следующее мгновение кинжал вспорол мне грудь.

Я открыла глаза, ожидая острую боль, что поглотит меня без остатка. Но ничего подобного не произошло.

Всë вокруг было ослепительно белым.

Сфокусировавшись, я вытянула из тумана очертания призрачных деревьев, на которых висели прозрачные лоскуты чего-то.

Услышав журчание водопада, я медленно поднялась. Всë поплыло перед глазами.

Голова стреляла болью, а метка сильно жгла, но я была рада, что наконец-то смогла её почувствовать.

Воспоминания этого вечера нахлынули на меня, как метеоритный дождь. Джеймс Мэттис. Весëлый парень и приятный человек. Хелен Богварт. Призрак, которого мы приютили в Академии и который разрушил наш дом и забрал моего" почти друга».

Джеймс сам бы никогда не прирезал меня. Кстати об этом.

Я с удивлением обнаружила себя в просторном белоснежном платье. Вырез был очень глубоким и я потрогала неровный шрам у моей груди.

Специально ли промахнулся Джеймс?

Я стала изучать местность. Призрачные растения обрели цвет, но их листья были белыми и светились.

На некоторых были разного вида плоды: вытянутые, в виде чëрных капель, прозрачные и круглые, с жидкостью внутри, некоторые были даже с лечебным запахом.

Но сказки-то я читала. Поэтому, как бы не урчало в моëм животе, я прошла мимо, на звук падающей воды.

Трава мягко шелестела под ногами. Голова наконец-то прошла, пелена спала с глаз и я могла спокойно всë обдумать.

Было так легко чувствовать себя бодрой, наполненной энергией.

Ах, что если я наследница? Но род Соррити не мог любить. И тогда меня бы не было. Всë это было очень странно, учитывая то, что я была знакома с Салливаном и Эйдэтом раньше. И очевидно судьба свела нас снова не просто так.

Но кому нужно было стирать наши воспоминания? Всех троих. Блин, я даже детства не помню.

И что ещё за Аркий?

Шум воды прервал мои мысли.

Водопад был поистине красивым, величайших размеров. Каскады разноцветной, клянусь, прямо радужной, воды, падали, казалось, со стаметровой высоты.

По берегам небольшого озерца были камни, покрытые разноцветными лишайниками.

Бабочки огромных размеров, с переливающимися крыльями сидели на кустах, окружающих этот оазис.

Разные животные выходили из дебрей. Змеи-великаны, птицы, в воде были даже пираньи.

Всё сверкало разными цветами.

Такое ощущение, словно я была в раю. Стоп, я что, умерла…?

– Где я?

– В завесе между миром смертных и Филлой. Это называется Пруффой, местом обитания всех Богов. И нет, это не рай. И ты не умерла. – Послышался мелодичный голос со странным акцентом, словно собранным со всех языков мира.

Я обернулась.

Восхитительной красоты женщина, даже девушка, стояла позади. Длинные рыжие локоны сочетались с её бежевым платьем, струившимся по её стройному телу. Глаза были ярко-жëлтыми, опасными. Нос был покрыт веснушками и вздëрнут. Пухлые губы были крепко сжаты.

Ну и конечно же, я ляпнула очередную глупость:

– Вы… умеете читать мысли?

Я зажмурилась, ожидая удара божественной молнии или чего-то такого. Но ничего не произошло.

Я осторожно открыла глаза. Оу, чëрт, её глаза смотрели с… пониманием и участием. Я что, в параллельном мире, где боги умеют сочувствовать? С малых лет дети знали, что они злые бесчувственные создания. Набравшись храбрости, я продолжила:

– Аполлон или Гера, или Марс, или Перун, они тоже здесь? И кто вы такая?

Её губы были плотно сжаты, но взгляд был тëплым. Думаю, это хороший знак.

– Если бы я была нормальной, то с радостью бы предъявила все доказательства того, что звëзды ошиблись. Но я вижу глубокую печаль в тебе, скрытую за этими шипами сарказма. Печаль, о которой ты не знаешь. Возможно, ты самый лучший выбор звëзд. И я очень зла на них, потому что, заметь тебя другой бог, ты бы ушла из мира живых.

Так, ладно, это очень и очень странно.

– При чём здесь я? Что за выбор звëзд?

Она не успела сказать что-либо, но я получила ответ на свой предыдущий вопрос. Три красивых девушки вышли из-за деревьев.

– Это Лакшми – индийская богиня жизни и благополучия.

Женщина с лëгким загаром, как мне было удобнее думать, потому что это был просто божественный цвет кожи, и блестящими чëрными волосами, облачëнная в красное одеяние, кивнула.

Я кивнула в ответ.

– Это, – она махнула на молодую девушку с блондинисто-жëлтыми волосами, – Геба – греческая богиня юности.

А третьей была Минерва – римская богиня мудрости и честного боя. Она мне понравилась больше всего.

Золотой шлем прикрывал кудрявую шевелюру, но рыжеватая чёлка выбивалась из-под него. Облачëнная в золотые доспехи, Минерва выглядела как амазонка-воин.

Я выпрямилась.

– Какое отношение они имеют ко мне?

Главная, по моему мнению, богиня растянула губы.

– Самое наипрямейшее, милочка. Они связаны с тобой. И прародителями трëх определëнных родов.

Стоп. Что? Я не ослышалась? За нами стояли боги?

Когда молчание затянулось, она причмокнула алыми губами.

– Мудрость, жизнь и благополучие, целеустремлëнность, это всë их частички в тебе. Ты их не чувствовала из-за отравы в твоëм теле, но попав сюда, она, слава нашей энергии, вывелась.

– Это та отрава, что дал мне Палмор?

Минерва вышла вперёд и её тëмные глаза сверлили насквозь, а голос был быстрым и резким, как у матери, отчитывающей своего

ребëнка. При мысли об этом я рассмеялась. Воительница нахмурилась.

– Я разочарована тем, что существо, в котором находится часть меня, я уверена что это её мозг, поступило так безрассудно.

Я подавила желание огрызнуться. Про Богов абсолютно точно говорили правду. Минерва продолжила.

– Палмор Оуэн находился под внушением Хелен Богварт, которая когда-то была прекрасной ученицей, но теперь я не вижу смысла в её существовании. Она лишь бездушная оболочка.

Прекрасная индийка вышла вперёд. Её речь лилась из уст как вода со вкусом мëда.

– Ты хороший стратег, Минерва, но тебе не хватает моей мудрости. Думаю, в этом Афина лучше тебя.

Минерва в прямом смысле раскраснелась. Блин, у них здесь прямо настоящие страсти. Соперничество.

– Да как ты смеешь, ты, жалкая…

Я откашлялась. Боги, моё безрассудство до добра не доведёт. Перебивать двух разозлëнных могущественных богов, это не шутки.

– Гм, я извиняюсь что прерываю вашу ценную дискуссию, но мне хотелось бы узнать…

Так, что бы спросить первым делом.

– Есть ли у Хелен какие-то шансы? И что насчёт Палмора?

Главная богиня…

– Ах, солнышко, я так польщена. Но я не главная богиня…

Блин, они всё-таки умеют читать мысли. Хотя все остальные уставились на нас. Боги, эти боги выглядели так человечно.

– Все зовут меня Анаби, и я скорее мать всех богов Филлы, а так же прародитель рода Сильвани, богиня жизни, и только я читаю мысли.– что ж, это радует. – Палмор Оуэн встретит вас в начале вашего пути, в Ландвард Тауне, там ближайший портал в Филлу, туда вам придётся ехать. Ах, думаю Хелен и остальные вернутся в «ваш» мир, когда ты остановишь грядущее.

Кто-нибудь, ткните меня в бок, чтобы я проснулась.

– Эм, я правильно понимаю, мы должны будем добраться до самого огромного города в нашей… ммм… реальности, войти в портал, попасть в страну Забвения и довериться предателю, который пытался меня отравить?

Она кивнула.

– Всë именно так, милая.

Интересно, где слабина в душе у самого принца Фэйри. Я промотала наш разговор назад и наткнулась на один момент.

– Вы говорите, что вы мать Эйдэта?

Анаби снова кивнула.

– И мать, и бабушка. Каждый из этого рода носит в себе частичку меня. Но ты- новый род, состоящий из всех остальных.

Я нахмурилась.

– Здесь только три богини.

Молчавшая до сих пор Геба заговорила быстро, как жужжащая пчела.

– Да, но мы не прародительницы, а символы родов: Каслов, Ромви и Сильвани.

От новой информации у меня закружилась голова.

– Боги договорились не разглашать основателей родов, чтобы не нападать друг на друга. Ты спросишь почему в тебе нет части Уолтерс, это потому, что в том роду истинная любовь между девочками. И нам очень интересно, какой бог ответствен за это.

Я подумала о Дэйзи и Хлое. Ах, чëрт.

– Но они же связаны с родом Сильвани. Ханна и Эйдэт.

Лакшми ответила.

– Это инстинкты, что вырабатывались веками. В их роду рождаются только девочки. Близняшки – родились впервые за это время.

Я удивлëнно вздохнула.

– Будь осторожна, девочка, Ханна Уолтерс приворожила Эйдэта Сильвани, ведомая инстинктом. Осторожнее, он может убить тебя за плохое слово о ней, как бы вы ни любили друг друга.

Моё сердце остановилось.

– Но… воспоминания?

Минерва неопределëнно пожала плечами.

– Боги вмешались.

И всë. Прежде чем я успела упасть в обморок, Анаби добила меня:

– И это не всë, деточка. Твоя цель – найти остальных прародителей, сплотить их вместе, нейтрализовать прародителя рода Соррити, а так же его последователей, – думаю, она это о Лукасе и Королеве. – и основать новый род. Ведь ты Наследница Вайолет Соррити.

Последние слова были как удар грома посреди ясного дня.

– Это ошибка. У меня другая фамилия и…

Анаби сочувственно кивнула.

– О твоей близняшке ты узнаешь от твоего брата, который живëт у Аркия. Твой отец носил фамилию Кейд, которую впоследствии переименовали в Кейн для маскировки. Он был из рода Касл и Ромви. Твоя мать была Соррити.

Она махнула рукой.

– Судьбы велят не вмешиваться дальше. Геба, проводи её.

Мы шли по освещëнной солнечным светом дорожке.

Я не обращала внимания на красоту летних красок вокруг. В голове роились мысли.

Я была Наследницей. Из-за меня были эти войны и смерти. Гибриды. Один всплыл в моей памяти. Она знала.

Горячие слëзы подкатили к горлу. И Эйдэт. Я потеряла его.

Тонкая рука опустилась мне на предплечье. Глаза Гебы были полны сожаления.

– Мне жаль, Вайолет.

Я отвернулась.

– Не называй меня так.

– Астрид, я понимаю…

Дальнейшие её слова были заглушены громким треском, и солнце над нашими головами заполыхало красным… и чëрным.

Я испуганно попятилась.

– Что это?

Она вздохнула.

– Аполлон и Ра снова делят территорию.

Вау. Это… интересно.

Не обращая внимания на мой изумлëнный взгляд, она тихо присвистнула.

Огромный волк вышел из-за золотого, в прямом смысле золотого, дерева. Его шкура жила словно собственной жизнью. Чернильно-чëрные волны колыхались на ней. Он был где-то в восемнадцать двестиэтажек в высоту.

На золотом дереве росли гранатовидные жëлтые фрукты. Волк сорвал один своей пастью, проткнул изогнутым когтем, и выпил прозрачную жидкость. Она стекала по его… морде.

В мгновение ока он превратился до размеров домашней собаки.

Я выдавила сухой смешок. Ничего уже не могло меня удивить, расшевелить мои окаменевшие чувства.

– Это Стикс. – произнесла богиня. Она почесала волка за ухом. – Он придëт к тебе, когда понадобится помощь. Ты ему нравишься. Погладь его.

Я с опаской дотронулась до животного. Встопорщенная на вид шерсть была необычайно мягкой, словно тëплое одеяло. Волк удовлетворëнно… заурчал.

Боги, у меня просто. Нет. Слов.

Геба усмехнулась.

– Знаешь почему Анаби отправила меня тебя проводить?

Ах, смена темы. И за это спасибо.

– Почему? – равнодушно спросила я.

– Минерва и Лакшми давно засыпали бы тебя мудрыми советами. Но я, несмотря на свою долгую жизнь, – По-моему это было большим преуменьшением. – все ещё подросток, и понимаю тебя.

– Не думала, что боги способны чувствовать.

Её взгляд помрачнел, и я немедленно пожалела о сказанном.

– Могут, поверь, но их потери и мучения были настолько тяжëлыми, что раны не до конца затянулись, слëзы кончились, а чувства утратились.

Я снова почувствовала себя нашкодившим ребëнком.

Геба сорвала фрукт, который поедал ранее Стикс, и отдала мне.

– Это намëк на то, что я гигант?

Она мелодично рассмеялась.

– Нет. Этот сок в другом мире, как целебная мазь. Он поможет твоей подруге… Ди?

– Дэйзи, – машинально поправила я.

– В любом случае, могла бы поблагодарить, что я залечила тебя и сделала твой шрам сексуальным, – она хитро улыбнулась.

Вопреки всему я рассмеялась. Слëзы благодарности потекли из глаз.

– Спасибо.

И я обняла её. Мы вместе плакали.

Ближе к вечеру мы подходили к границе между мирами. Она сверкала радужным светом.

– Выбери того, кого любишь. – Неожиданно произнесла юная богиня.

– Что ты вообще знаешь о любви? – зло рассмеялась я. Моя душа настолько зачерствела от сброшенной информации мне на голову, что было плевать на всë.

– Как насчëт того, что я избавила от смертельной кары Джеймса?

– Ты знаешь его имя?

Озарение снизошло на меня. Мои ладони вспотели. Не может быть…

Она горько усмехнулась.

– Но я уже замужем.

Затем она наклонилась и горячо зашептала мне на ухо.

– Ты невероятно сильная, Астрид Вайолет Кейд-Соррити. – я задрожала. – Мы поняли, почему Анаби хотела быть твоей прародительницей, и мы гордимся твоей выдержкой и ценим твою помощь. – Как-будто не я была причиной всего этого, чем бы это ни было. Я затолкнула эти мысли на задний план. Не время расклеиваться. – И в благодарность…

Она щëлкнула пальцами и небольшой золотой амулет появился у неё в ладонях.

– Надень его на того, кого любишь, и кто беззащитен перед тобой.

Смысл этих туманных слов был мне непонятен.

Геба продолжала.

– Позаботься о Джеймсе, и… Если хочешь вернуть Эйдэта – заставь его заревновать, пробуди его чувства.

Мои ноги подкосились, и я выдавила сдавленным от нового приступа слëз голосом.

– У тебя будут проблемы с Судьбами.

Она улыбнулась, и яркое солнце осветило меня. Чëрт, я хотела задушить её в объятиях. Столько всего эти четыре богини сделали для меня. Заботясь. Любя.

– Это стоит того.

С этими словами она толкнула меня в прозрачную грань.

Поцелуй был чувственным и нежным. Столько чувств он выражал: гнев, ярость, тревогу, страсть, облегчение… любовь.

Боги, Эйдэт был Богом поцелуев. Я хрипло застонала, зарывшись рукой в его волосы. Они были очень мягкими и… длинными. Странно, но ладно.

Я целовала его в ответ со всей страстью, интимностью, любовью, всем, на что была способна.

Он прикусил мою нижнюю губу и гортанный стон вырвался из его горла.