Время не пришло
- -
- 100%
- +
Такие сюда приходили часто. Не из разряда пьяниц, которым хотелось только нажраться, нет. Это те, кого подкосили проблемы и не могут найти выход. Мажоры в таких барах не тусовались, поэтому в Мэтте бармен не узнал такого, да и сейчас Диккерсона сложновато назвать настоящим «золотым мальчиком».
– Проблемы, серьёзные. Денег капец как мало, прикинь. У меня! Вот, наслаждаюсь нормальным виски в баре, пока могу, – пожаловался Мэтт после второго стакана напитка. Благо, бутылка перед ним и не нужно за каждым разом просить ещё по одной.
– О, ну это конечно отстой, – вздохнул молодой парень с пирсингом и несколько минут молчал, будто колеблясь и раздумывая о чем-то. Но потом ему стало просто жаль клиента, который так отчаянно пил виски. – Я тебе что-то скажу, но, если что, ты меня не знаешь. Вон к тем парням подойди, они работу предлагают… Может не лучший вариант, но бабло хорошее.
Уже немного пьяный мозг Мэтта пропустил практически все, кроме слов «бабло хорошее», но понять, о ком речь очень просто, ведь бармен кивнул в сторону небольшой и довольно громкой компании парней. А к черту это все, сам заработает деньги и вернёт все на свои места, тогда отец ещё пожалеет о том, что сделал.
Диккерсон с довольной улыбкой поднялся со стула, не глядя дал бармену последнюю купюру из кармана куртки, после чего направился за столик той самой компании.
– День добрый, пацаны! Я тут это… – начал говорить он, подбирая нужные слова. Черт, надо что-то нормальное сказать, а то денег не видать. Но уже на полуслове его прервал лысый мужчина, уже постарше. Наверное, главный среди них всех.
– Бабло нужно? Садись, пацан, – он кивнул на свободное кресло и Диккерсон без промедлений сел. – Работа немудрёная. Ты передаёшь посылки, скажем так. Полная анонимность с обеих сторон. Ты не просматриваешь содержимое, а твоего имени не знает никто.
– Наркоту продавать что ли? – удивлённо спросил он. Да уж, не ожидал, что заработок ему предложат именно такой. Хотел уже встать и уйти, но рука другого парня помоложе, со шрамом у глаза, расположилась на его плече и таким образом остановила.
– Ты не кипятись. Деньги хорошие, могу предложить ещё один вид занятия. Покупаешь партию у меня, продаёшь, а наценка тебе в карман. Все очень легко и просто, даже ребёнок справится, – продолжал убеждать главарь, хотя уже практически видел, что новенький согласен. Компания обменивалась странноватыми ухмылками, которые не мог увидеть и растолковать Мэтт.
– Меня же посадят… – вздохнул он, почесав голову.
– Раз мы все здесь, а не на зоне, значит, не посадят.
Мэтт терялся в мыслях. Рискнуть, поставить все на кон и сыграть с самой судьбой в русскую рулетку или продолжить плыть по течению и надеяться на доброту отца? Подвергнуть к опасности своё здоровье, жизнь и свободу или поискать другие выходы? Все так просто с одной стороны и совершенно безнадёжно запутано с другой. Но он точно знал, что будет искать выход. Какой – совсем другой вариант, комбинаций много, вот только не каждая сыграет с его характером.
Только после пары минут раздумий и одной кружки пива он был готов окончательно огласить своё решение, что и сделал. Теперь все будет иначе. Мэттью Диккерсон покажет всем, кто в него не верил, называл безответственным и импульсивным оболтусом. Они все пожалеют о своих словах. Он-то начинает меняться.
Рядовой день в Гарвардской школе права проходил как обычно. Все уже влились в работу, или выживание, как Мэтт. Своё отношение парень менять не собирался и с этим свыклись одногруппники, а преподаватели, скрепя сердцем, делали вид, что его нет. Как ни крути, его отец – друг декана, и его личной просьбой было помочь студенту получить образование. А можно ли что-то делать с тем, кто этого не хочет? Вряд ли, это же бесполезно.
Однако уже почти три недели Диккерсона было не узнать. Всегда угрюмый и безразличный ко всему, кроме подколов и тусовок, он вдруг стал приходить в хорошем настроении, редко хамил и даже иногда мог выкрикнуть какой-то ответ на вопрос преподавателей.
– Может в качестве подарка на день рождения? Да. Ну только одна, первая и последняя, все неплохо идёт. В клубах на выходные большую часть продал. О, полцены? Спасибо, спасибо, – улыбался Мэтт, говоря по телефону в коридоре. И он был абсолютно спокоен, даже доволен перед своим днём рождения, пока не заметил, что все это время за спиной у него стояла Меган.
– Ты чего стоишь здесь?! Не знаешь, что чужие разговоры нельзя подслушивать? – сразу же разозлился он. Эта девчонка могла услышать слишком много, а это уже риск для него.
– А ты не знаешь, что на людей нельзя орать просто так?! Терпеть твои психи не будут, и постоянно забивать на это тоже.
– Ты что-то попутала. Не смей со мной так разговаривать, лучше иди спрячься в уголок, Мышка, и так же ничего толкового с этого спора не будет. Уйди, говорю, тебе и так ни на что большее, чем это, смелости не хватит.
Диккерсон был абсолютно спокоен и доволен жизнью, ведь даже если она бы и услышала что-то ненужное, об этом бы никто не узнал. Меган не из тех, кто решится на подобные шаги, у неё трусости больше, чем роста и веса вместе взятых, а она маленькая и худенькая.
А вот Меган от этих слов практически сорвало крышу. Она прекрасно знала, что стала чересчур трусливой и несмелой, какой не была раньше, вот только до этого в лоб никто не озвучивал столь обидного факта. Пыталась отвечать на оскорбления и подколы Мэтта, но получалось очень плохо, после второй же фразы она уходила или просто замолкала.
– Хватит уже. Ты мне надоел, Мэтт! Твой постоянный ор, вседозволенность и высокомерие! Ты напыщенный индюк, который без денег своего отца не значит и не может ровным счётом ничего. С самого первого дня строишь с себя черт знает кого. Но запомни, ты не пуп земли, – она медленно приблизилась к нему, смотря прямо в глаза и чуть ли не тыкая пальцем в лицо парня, а тот схватил ее за запястье и с ухмылкой смотрел на сменившееся выражение оппонентки. – И рано или поздно, но тебя поставят на место, тогда и поймёшь всю свою ничтожность.
– Ты только говоришь, и не сделаешь ничего. Мыши не могут охотиться на котов, даже прыгать перед ними. Уйди с дороги, я не собираюсь тратить своё время на таких! – он резко убрал ее руку и пошёл вперёд, где стоял уже Тайлер, с претензиями и намерениями его проучить за такое обращение с девушкой.
Хартман взялась за красноватое запястье, а в глазах накопились слезы. Больше боли даже не от физической силы, а его сравнения. В детстве Мари говорила так же, сравнивая их с котом и мышкой, но они были ещё маленькими, только сейчас очень ярко вспомнила тот эпизод из жизни. Впервые вспомнила, честно говоря.
Меган было лет пять-шесть, сестре больше, и тогда они не могли поделить мамино платье, так, что порвали его. Естественно, угрожали обо всем рассказать и так дальше, и именно фраза: «Ты слишком маленькая, чтобы делать доносы на меня. Как кот и мышка. Мы скажем, что ничего не делали, и потом маме ничего рассказывать друг о дружке не будем».
Сейчас же этот эпизод был слишком тяжёлым, вызывающим множество воспоминаний. Черт, как же она скучала по ней. Захотелось просто разрыдаться, потому что выдержать все было тяжело. Может, так бы и случилось, если бы из туалета вовремя не вышла Клэр. Та быстро забрала подругу с собой, а в коридоре продолжились разборки.
– Ты совсем из ума выжил?! Придурок, она девушка и ты должен иметь банальное уважение. Сейчас же иди и извинись, – потребовал Тайлер, не желая больше терпеть такое ужасное поведение однокурсника, и его отношение к другим. Мэтт и слушать не хотел, только закатил глаза и пошёл дальше, но Дакински резко схватил его за ворот черной рубашки. – Извинись, я тебе говорю.
– Самый умный тут? Миротворец хренов, эта рубашка стоит больше твоей никчёмной жизни! Уйди и не беси меня, – прошипел он, сжимая кулаки, чтобы они невольно не переместились на шею противника. Придушить этого придурка мечтал чуть ли не с первого дня, боялся, что не сдержится.
– Да ты настолько слабый и ничтожный, что руки свои только к беззащитной девушке можешь распускать. Придурок!
– Это я боюсь ударить тебя? – даже засмеялся Мэтт, после чего резко ударил Дакински по лицу.
Из-за этого удара уже началась серьёзная драка. Наверное, дело зашло бы куда больше, чем пара синяков, порванная куртка у Мэтта и разбитая губа Тайлера, если бы не пришла Кэндис, которая разняла эту вакханалию.
– Вы что за петушиные бои устроили? Забыли, где находитесь? Мэтт, тебе лучше уйти. Тайлер, пойдём со мной, я обработаю губу, – сразу же начала Кэндис. Толпа, которая собралась вокруг этих двух, начала медленно расходиться под внимательным взглядом Кэртон.
– Но я ведь… – пытался оправдаться Мэтт, но тут же оказался перебит самой Кэндис.
– Я сказала, иди! – даже прикрикнула девушка, впервые за все время учёбы в Гарварде она вышла из себя.
После того, как Диккерсон махнул рукой и ушёл в машину, а потом и домой, Кэндис отвела Тайлера в свой автомобиль. Там аптечка, а у него кровь с губы, нужно остановить и обработать.
– Зачем это? Тай, ты же знаешь, Мэтт иногда бывает… неадекватным немного, – серьёзно сказала Кэндис, пытаясь как можно легче и аккуратнее обработать губу парня.
– Я сам о себе позабочусь. Тебе есть о ком думать, – он все ещё злился из-за того инцидента и наличия у неё мужа, в принципе.
Ведь успел и вправду влюбиться в Кэндис. Да и какой придурок бы не влюбился? Умная, красивая, добрая, весёлая и ещё тысяча качеств, которые крутились в голове Дакински при виде Кэртон. Но теперь придётся забыть абсолютно обо всем, потому что у неё уже обустроена личная жизнь.
– Не нужно. Ты все ещё важная часть моей жизни. И я скучаю… По нам, – она легко взяла его за руку, отложив перекись и вату. – По твоим шуткам, историям. По нашему прошлому скучаю.
Это признание далось девушке нелегко, если честно, но оно значило очень много для парня. Он расплылся в счастливой улыбке и поцеловал Кэндис. К черту все условности, штампы в паспорте и прочий бред. Если им вместе хорошо, то почему бы и нет? Она не была против, как минимум, не отталкивала, что сделало его ещё счастливее.
Двадцать первое ноября – день рождения Мэтта и он благополучно забыл о той ссоре и драке, которая была два дня назад. Парень полностью собрался ехать в клуб, отмечать. Друзья пообещали приехать, поздравить, да и с Гарварда будет пара ребят. В общем, хорошая компания, веселье, тусовка, ещё и подзаработает немного.
Он уже обувался, когда в дверь неожиданно позвонили. Без лишних раздумий открыл и с удивлением взглянул на гостью.
На пороге стояла шикарная модель с пышным бюстом. Он, не стесняясь, внимательно смотрел на незнакомку, и отметил красивые волосы, тёмный макияж, а также незастегнутое пальто, под которым виднелось кружевное белье. Такие ему нравились, с клубов чаще всего уезжал с похожими девушками.
– Мэтт? – с ослепительной улыбкой спросила она, а Мэтт даже не обращал внимания, рассматривая фигуру гостьи. Что-то здесь нечисто. – С днём рождения, красавчик.
Она с той же улыбкой толкнула его обратно в квартиру и зашла сама. Как только дверь закрылась, пальто незнакомки полетело на пол, а Мэтт и думать забыл о вечеринке с друзьями. Какие тут тусовки, когда такая красотка пришла? Да и он понял, что она здесь из-за кого-то с его друзей, они сделали такой подарочек, а значит, ждать его в клубе не будут. Отличный же праздник будет.
Глава 7
Во вторник школа права гудела. Все обсуждали фотографии, которые прислали утром на телефон каждого. А если кто-то и не успел посмотреть, показывали и рассказывали с огромной радостью. Такой скандал просто не мог остаться незамеченным. Перед первой парой в аудитории было слышно только смех, однако все прекратилось, когда в помещение зашёл Мэтт.
Эти странные взгляды не давали ему покоя. Впервые ловит на себе такого рода взгляд. Другие – да, причём много раз, а такое… То ли презрение, то ли насмешки. Хотя нет, бред, это же Мэттью Диккерсон, никто просто не наберётся смелости смеяться над ним или что-то в этом роде. Это же невероятно глупо и необоснованно.
Он пытался не обращать внимания, дальше заниматься своими делами, но это было нереально, особенно когда за спиной кто-то хихикал или шушукался, а стоило ему повернуться – опять тишина и это выражение лица, когда дико смешно, но нужно выглядеть адекватным. Ему-то это очень знакомо.
– Да что с вами такое?! Пялитесь в эти телефоны и ржёте, как придурки! Я тоже хочу, – он резко выхватил телефон с рук девушки, которая сидела рядом и был в шоке от увиденного. На экране он, причём не в лучшем виде и состоянии.
Он был просто в шоке, когда смотрел на эти фотографии. Он не мог так опозориться. Только сегодня Мэтт почувствовал новую эмоцию – стыд. Хотелось провалиться сквозь землю, только бы этого не было, они бы ничего не видели.
– Это что, у всех есть? – спросил он без привычной ухмылки и надменности. Глаза забегали на долю секунды, но потом он взял себя в руки и вёл себя как обычно. – Эти фотографии у всех есть?! Идиоты!
Диккерсон схватил свои вещи и буквально вылетел из аудитории, где сразу же снова прокатилась волна смеха. Парень чётко знал, куда и зачем идёт, не остановило даже начало лекции и присутствие в кабинете преподавателя.
– Это твоих рук дело, ублюдок?! – крикнул он уже с дверей, стремительно подходя к Тайлеру и снова же врезав ему по лицу. По мнению Мэтта, все даже слишком очевидно и виной его позору на весь университет – именно Дакински. Он подослал ту девушку, которая сделала фото, а потом это отправили всем.
– Слушай, я здесь ни при чем! Меня не интересует, что происходит в твоей жизни, вообще. Но я рад, что так получилось, ты заслужил, – презрительно выговорил Тайлер, после чего сел на своё место и уже не желал продолжать разговор. Кэндис молча сидела рядом с ним и не сказала и слова в защиту Мэтта, что его чертовски удивило и задело.
Однако это не было последним скандалом сегодня. Мэтт уже давно уехал, когда все стали обсуждать фото, где Тайлер и Кэндис держатся за руки. Естественно, поползли слухи, что те наконец сошлись, чему радовались многие. Некоторые даже успели поспорить ранее, что эти двое станут парой. События такого масштаба очень даже хорошо впечатляют студентов.
Однако Кэндис это не терпела, даже не собиралась. Девушка решила закончить с этим бредом в столовой, когда все были в одном месте. Кэртон стала на стул и даже сама с себя хихикнула, мол, детский сад. Однако говорить будет серьёзно.
– Я говорю это один раз, без повторений. Между мной и Тайлером ничего нет! Все это поняли? Ни-че-го. Спасибо за внимание, – коротко объявила Кэртон, а затем вернулась за кофе. Сейчас уже должна ехать домой, провожать мужа на рейс, но сначала хотела допить.
Эмоции студентов были весьма разнообразными, однако вполне ясной была реакция самого Дакински. На нем уже лица не было, только огорчение. Он очень сильно расстроился, ведь поверил, что после поцелуя между ним и Кэндис что-то поменяется. Верил, что однажды станет ее возлюбленным, потом мужем. Да что там, ему бы хватало хотя бы тайных встреч иногда, лишь бы она была рядом с ним, но реальность куда жёстче мечтаний.
От глупых мыслей и мечтаний отвлёк телефонный звонок. Странно, неизвестный номер.
– Алло. Диккерсон? Чего? Даже так… Ладно, еду. Ага, очень страшно, – абсолютно спокойно говорил Тайлер, даже не заметив, или не хотя замечать, что рядом стояла Кэндис. Она не могла понять, почему, но телефонный разговор ее насторожил. Два врага, немного не в себе после сегодняшних событий, это может закончиться плохо.
Но вот только Кэртон никак не могла поехать с Тайлером, или остановить его. Во-первых, теперь он очень сильно зол на неё и вряд ли захочет говорить, а во-вторых, должна ехать к мужу, обещала же. Она нервно бегала глазами по помещению, пытаясь найти человека с машиной и который будет в состоянии помочь ей.
– Меган! – выкрикнула она, надеясь не ошибиться с именем. Она единственная, кто сможет помочь, никому ничего не сказать лишнего и с машиной. По крайней мере, времени искать другие кандидатуры нет, а Хартман стояла ближе всех. – Послушай, мне очень нужна твоя помощь. С Тайлером может случиться беда… Прошу тебя, поезжай за ним, и останови, если что.
– Но я же… Как? Что мне делать, я не понимаю, – Хартман растерялась, причём очень сильно, вовремя к ним подошла Мари-Клэр, которая только что упустила поднос и хотела затеряться среди толпы.
– Поехали, Меган. Это Тайлер, мы постараемся ему помочь, если что. Не хочу, чтобы у него были проблемы, – девушка потащила подругу за собой, та даже не успела ничего сказать, возразить.
Благо, Тайлер только выезжал с парковки, а значит, они не опоздали. Меган ещё переваривала, что происходит и какого черта она должна ехать, ведь он взрослый парень. Однако эти мысли ушли, когда они выехали за город ближе к лесу, где почти нет людей. Похоже, у него серьёзные проблемы и опасения Кэндис были не обычной паранойей.
– Какое эпичное место, Мэтт. Вот только зачем ты меня сюда позвал? – безразлично спросил Тайлер, подойдя ближе к Мэтту, который стоял у заброшенного здания и смотрел на него. Девушки шли за ним по пятам и пока что спрятались в кустах, наблюдая за этим сдалека. Странно было видеть здесь Диккерсона.
– Ты сделал большую ошибку, когда перешёл мне дорогу, – начал он, сделав наш навстречу противнику. – И если я мог упустить то, что ты все время лез не в своё дело, попытки оскорблений, даже драку, то позор на весь университет я тебе не прощу, – Диккерсон выставил вперёд руку, которую держал за спиной.
И если бы это была просто рука, и намечалась обычная драка. В руке Мэтта был пистолет, дуло которого он направил прямо в сердце врага.
Этот поворот заставил Мари-Клэр выбежать к парням и быстро стать перед Тайлером, так, что пистолет практически упирался ей в грудь. Меган же застыла в кустах, боялась даже показаться на глаза этому психу. Он же способен на все, особенно когда такой злой. Она его боялась и этот страх не позволил стать на защиту человека, который отстаивал ее достоинство даже больше, чем она сама.
– Мэтт, успокойся и перестань винить во всем Тайлера. Он ни в чем не виноват… Это я, я заказала те фото. Хочешь – стреляй в меня, но его не трогай.
Это застало врасплох даже самого Мэтта. Он уставился на девушку, которая так отчаянно закрывала собой своего дружка и не мог понять, почему. Почему к этому идиоту все тянутся, готовы собой защищать, а против него только строят козни. Но к черту, это даже лучше, значит, в нем видят соперника, причём достойного.
В следующую секунду Диккерсон рассмеялся с этой драматичной глупости и решил оставить эту парочку идиотов в покое. Парень решил забить на них и просто уйти. Нет, эти придурки не стоят того. Ещё посадят, что ему вообще не нужно ни капли.
– Ты смотри, даже Мышка здесь. Что, испугалась выскочить, как твоя подружка? – смеялся Мэтт ещё больше, когда в кустах увидел испуганную Меган.
Дальше на подколы у него просто не было настроения, поэтому сразу же после это фразы пошёл в машину и уехал домой. Слишком много эмоций, да и, пожалуй, зря он попробовал свой же товар лично. Больше не нужно делать такой ерунды ни за что. Вот же придурок, додумался до такого.
– Боже, я так испугалась… Ты как? – испуганно спросила Клэр, на эмоциях крепко обняв Тайлера. Тот казался вполне спокоен, ни одна мышца не дрогнула, на лице привычная полуулыбка, будто не в него только что целились с пистолета.
Он будто чувствовал, что такое может быть, поэтому не сильно и удивился. Однако спокойствие вызвано не тем, что ему все равно или не боялся смерти. Знал, что Мэтт не выстрелит, только угрожает. Его слова громкие, но вот поступки вряд ли будут такими же. Он не из тех, у которых слова и поступки идут одинаково. Однако, Дакински не учёл в своих размышлениях, что Диккерсон в тот момент был не совсем собой и на эмоциях способен на все.
– Все в норме. Лучше скажи, как ты здесь оказалась? – он чуть отстранился и ещё раз посмотрел на девушку.
Тайлер никак не ожидал, что сюда приедет Мари-Клэр. Если уж на то пошло, то лучше бы встретил здесь Кэндис, к которой с самого начала учебного года был не безразличен. Она была для него идеалом девушки, о ней думал засыпая и просыпаясь.
– Я… Мы… Кэндис заподозрила что-то неладное и попросила нас поехать.
Хотелось бы Мари соврать, сказать, что сама решила поехать, позаботилась, но не смогла. Это заслуга Кэндис, иначе здесь могло бы случиться худшее. Хоть небезразлична к парню, видела, как он смотрит на блондинку, относится к ней и игнорировать это просто нереально.
– Но если бы я узнала, что творит этот псих, все равно бы поехала, даже если бы Кэндис не сказала. Я забочусь о тебе, и ничего с собой не могу поделать, – призналась девушка.
Ее ладонь уже потянулась к его руке. Такое несмелое, практически детское движение могло бы положить новое начало чему-то большему, но тут же они обернулись на звук, ведь под ногами Меган хрустнула ветка. Она неловко улыбнулась и взглянула на раздражённую подругу.
– Я поеду уже. Надо с Кэндис поговорить. И не рассказывайте никому об этом, – Тайлер заложил руки в карманы, быстро удалился к машине, не дав ни одной из девушек и слова вставить.
Он ценил эту поддержку, но она не была приятна для него. Он же мужчина, должен сам за себя стоять, защищаться, а тут целая женская пирамида охраны нарисовалась. Его не интересовало даже почему именно Клэр и Меган приехали, после имени Кэндис, уже не интересовало ничего. Она за него волнуется, значит, чувства есть.
Дакински должен с ней поговорить, ведь больше всего в этой жизни желал быть с этой девушкой. Может, это знак, что нужно делать более решительные шаги, а не стоять в сторонке и наблюдать за ее отношениями с другим мужчиной.
Сегодня выдался на удивление ветренный осенний день. Меган не терпелось поговорить с Клэр, а машина или общежитие для этого не самые лучшие места. Нужно найти тихое, уютное местечко для душевного разговора, что оказалось не такой уж простой задачей в разгар дня.
Небольшая кофейня рядом с участком полиции оказалась как раз таким местом. Мягкие пледы, которые лежали на диванчиках, белые деревянные столики, тёплый свет ламп создавали антураж дома, такой себе дачи, где каждый отдыхал душой за чашечкой чая. Только шторы в мелкий цветочек выдавали, что интерьер все же оформлял не дизайнер, ведь потом в глаза бросались другие предметы интерьера, которые не соответствовали общему стилю заведения.
Девушки заказали по чашечке травяного чая, дабы отойти от того взбудораженного состояния, в которое пришли из-за чёртовой поездки. Чересчур много странностей, как для обычных студентов. Меган уже начинала переставать считать свою жизнь скучной, пусть и все ещё не понимала, что творится в последнее время.
– Я правильно поняла то, что увидела, да? Ты неровно к нему дышишь? – сразу же начала Меган. Брови Клэр сразу же поднялись в удивлённом изгибе, она не ожидала от скромной подруги такой прямолинейности, нервная полуулыбка ещё раз это доказывала.
– Нет… Нет, конечно, нет, это глупо. Он и я из разных миров, этого разве слепой не заметит, – быстро ответила девушка, скрестив руки на груди. Ну уж нет, в этом боялась признаться даже лучшей подруге, так как любовь к такому парню невероятная глупость.
Мари прекрасно видела, что будущего с Тайлером у неё нет и быть не может. Он влюблён в лучшую девушку курса, а на неё даже не смотрит. И не посмотрит, ведь быть в чем-то лучше Кэртон ей даже во сне не приснится.
– А, по-моему, нет. Тайлер хороший, как раз под стать тебе. Он не козел, как Диккерсон и компашка, я бы на твоём месте подумала. Кэндис замужем, у них ничего не будет, а ты единственная, кто бы подошёл ему.
Меган была полностью искренней, ведь на самом деле так считала. Мари заслуживала счастья с лучшим мужчиной, а Тайлер будто воплощение мечтаний всех женщин на планете. Как потенциального партнёра для себя, Дакински она не рассматривала, ведь и не достойна его. Такому парню нужна умница, красавица, весёлая и добрая, а Хартман не соответствует этим и ещё десятку критериев, которые сама же и придумала.
– Ты несёшь невероятный бред, – засмеялась Мари и махнула рукой, так, что разлила чай. Но в этот раз девушки уже не смущались такой неловкости, а засмеялись.
Заметив злого официанта в паре метров, подруги бросились убегать на улицу. Не хотелось слушать нотаций, или платить за посуду. Гораздо веселее было бежать, хоть и немного странно ловить на себе удивлённые взгляды и улыбки строгих полицейских.
– Я не знаю, чем заслужила такую подругу, но спасибо тебе. За Мэтта, за все. Ты фантастическая, – почему-то Меган захотелось сказать именно это, когда они сели на скамейку отдышаться.
Хартман крепко обняла подругу. Ведь Клэр и вправду была единственным близким человеком здесь. Джульетта всегда сосредоточена на своих проблемах, а ещё пара знакомых не метят на статус друзей. Ей даже не важно, каким образом она добыла эти фото Диккерсона, важным было то, на что она готова ради дружбы.