Грешник с северных гор

«Не ужели нельзя было жить в деревне как все нормальные люди? Конечно быть наедине с природой замечательно, но ходить туда-сюда, каждое утро очень бесит!» – раздражённо думала маленькая девчушка.

Она прошла уже половину пути, когда вышла на небольшую полянку, с которой открывается замечательный вид на горы, вдалеке, Элизабет увидела яркую зелёную вспышку! Как будто взрыв. Всего пару секунд. Девочка никогда ни видела ничего подобного раньше.

—Но, ведь там же глухой лес… и наши лесорубы не ходят в ту сторону, тем более ночью… Надо скорее домой… – девочка ускорила шаг, ей стало как-то не по себе, глубокий снег, который так некстати надуло на тропу мешал идти. Но всё-таки она справлялась, не первый же день Элизабет уже живёт здесь. До дома ей оставалось совсем немного. Уже виднелась тропа лесорубов, которая подсвечивалась даже ночью, за ней следил специальный смотритель и проверял что бы свет не гас. Она нужна для того что бы охотники, или бригады рабочих засланные в лес на ночь, могли легче найти путь домой, была своего рода маяком для заблудших странников. Такая простая вещ, как несколько масляных ламп, спасли не мало жизней тех, кто заплутал в лесу. Её звали «тропой жизни», или «святой тропой». Внезапно, девочка услышала хруст веток, он раздался в нескольких метрах в лесу от тропинки по которой шла Элизабет.

– Кто здесь!? – страх начал быстро пробирать её до костей. Ответа не последовало…

Малышка побежала гонимая страхом, хруст повторился, но на этот раз ближе. Она бежала не оборачиваясь, но в конечном итоге ноги увязли в снегу и запнулись одна об другую, девочка плюхнулась в сугроб. Больно ударившись она, немного полежав, решила попробовать встать. Только Элизабет начала подниматься из снега, как услышала тяжёлое дыхание за спиной. Её охватил уже не страх. Это был ужас, кровь леденела, мурашки бежали по всему её телу. Девочка оцепенела. Медленно, она повернула голову и увидела невообразимой мерзости существо!

«Что это такое!?» – промелькнуло у неё в голове.

Раздался громкий пронзающий покой зимнего леса визг маленькой девочки. А затем, наступила звенящая тишина.

«Как-то часто я начал терять сознание, в последняя время…» – Айзек пришёл в себя от того что кто-то тряс его за плечо.

—Эй, парень. Ты как, живой? В лесу заблудился чтоль? Обледенел то как! Жуть!

Мальчик увидел дедулю, в смешной шапке ушанке, одно ухо которой торчало в верх, как будто для связи с другими мирами. У него была густая растительность на лице, и лихо закрученные, немного забавные густые усы. А ещё добрые глаза. От него буквально исходило тепло.

– Айзек! Ты чтоль!? Я тебя ещё совсем карапузом помню, у папки своего на плечах ездил. Ишь как время быстро летит, совсем большим стал. – улыбаясь произнёс старичок.

Он помог Айзеку подняться, и отряхнул его от налипшего снега. Мальчик вспомнил его.

«Ах! Это же, дедуля Ланселот! Он живёт тут так давно, что кажется, как будто он был здесь ещё во времена «империи змеелюдов», и говорил им как правильно лес валить…»

– Дедушка Ланселот, я так рад вас видеть! Где я? – жмурясь от света масляной лампы произнёс Айзек, только сейчас обращая внимание на то, что его правая рука сжимает что-то тяжёлое.

– Ты на «святой тропе»! Видать, в беспамятстве тело само тебя сюда привело. Ты как будто неделю в лесу пробыл. Вся куртка задубела, снег везде коркой намёрз. Удивительно что ты вообще можешь стоять на ногах. Кстати, чегось это за странное палено такое? – чеша висок, он указал на предмет что мальчик сжимал в руке.

Айзек, глянул на то что всё это время рефлекторно держала его рука. Это оказалось то самое дерево! Только уже в виде обработанного полена. Как будто само по себе оно отчистило себя от коры и сучков. Это была красивая заготовка метра два с половиной, с необычным зеленоватым пульсирующим узором. Из него получился бы хороший посох, лук, или несколько рукояток мечей.

Вдруг глаза деда округлились.

– Уж не то ли самое?! Ой не хорошо, не хорошо… – расстроено сказал дедушка, покачивая головой

—Что такое дедуль? Почему не хорошо? – недоумённо спросил Айзек.

—Дерево, защищает нас от бед всяческих. Слыхал я легенды разные, что срубили его однажды. И потом беда пришла страшная. Как же ты достать его смог то!?

Вдруг, они услышали женский пронзительный крик.

– Титаны всемогущие! Элизабет! Я же обещал отвести её домой! – схватив топор с земли, закинул за спину бревно, он за пару секунд обвязал его и что было сил, ломанулся в сторону звука.

Лёд посыпался с задубевшей одежды, снег слетал с него кусками, а дедуля что-то кричал в след, но Айзек уже не слушал. В его голове была только одна мысль.

«Титаны, пожалуйста, пусть с моей сестрой не чего не случится, пусть это будет не её крик. Я прошу вас о боги! Пусть она будет злая ждать меня дома…» – всё повторял и молил про себя напуганный Айзек.

Пробиваясь сквозь лесную чащу, задевая за деревья проклятущим бревно, он было подумал выкинуть его, но, вскоре буквально вылетел на тропу, ведущую к их дому. Как дикое животное ломая кусты Айзек вывалился на неё, воткнувшись бревном в ледяной отвал.

Увидев свежие следы маленьких ботинок, он испытал новый прилив страха. Эти следы кого-то, небольшого ростом. Закинув полено на плечо, он шёл по ним, держа топор на изготовке. Вскоре обнаружил, что следы начали становиться более рыхлыми, их хозяин перешёл на бег, и вот Айзек увидел место с разворошенным снегом. Видимо тот, кто бежал упал в него, по какой-то причине. На этом белоснежном снегу, были капли крови… Мальчик ещё никогда, не испытывал такой ужас. Даже перед лицом смерти он так не боялся. Айзек ломанулся дальше по следу. Это уже был след не только детских ботинок, но и каких-то других, больших лап… Капель крови стало больше. Он всё бежал и бежал, следы уходили в сторону леса, прочь с тропы. И, вот, юноша увидел её

Элизабет вжималась в ствол дерева. На её лице был панический ужас она открывала рот, но даже не могла кричать, и лишь хапала им воздух, обезумевшим от страха взглядом она смотрела на монстра. Одежда была изорвана, а кровь струилась из множества разрезов на руке и плече, видимо существо пыталось схватить её, но она выскользнула и убежала. Ужасная тварь уже почти нависала над маленькой девочкой, ей оставалось лишь несколько метров до неё.

Брата и сестру разделял монстер, который даже в ночном кошмаре не присниться. Он был высотой немного более двух метров. Его оголённые мышцы источали пар на холоде и сочились мерзкими малиновыми сгустками слизи. В центре его могучей спины были множественные отверстия разной величины. Кусками на нём присутствовала шерсть, слипшаяся от его выделений. Ноги, были точно лапы ястреба, с крючковатыми когтями. Мощную громаду мышц, увенчала голова волка, с сочащейся слюной пастью, частично плоть отсутствовала, и был виден оголённый череп с заплывшим глазом. Большие сильные лапы с когтями как кинжалы тянулись к маленькой сестрёнке Айзека.

– Прекрааааатииии! – прокричал Айзек что есть мочи, и со слезами на глазах метнул топор в спину чудовища.

Но, он не достиг цели. Из отверстий в спине хлынул ледяной поток, который наморозил что-то вроде панциря, и всего за считанные доли секунд. Топор со звоном отлетел от него и упал в снег. Существо повернулась к Айзеку и издало яростный рёв, напоминающий помесь рёва медведя, с частичками человеческого визга. Не передать словами как это не естественно и ужасно звучало.

– Нееет, Айзек! Беги, убегай, меня уже не спасти братик! Пожалуйста, прячься! Защити мамочку! – плача кричала сестра юноши, из-за шока ей с трудом удавалось говорить.

Но монстру был не интересен раненный беспомощный зверь, который уже и так от него не уйдёт, разглядев в Айзеке угрозу, существо, посмевшее посягнуть на его добычу. Он рванул к мальчику. Двигаясь не естественно, как будто переломанная тряпичная кукла которой управлял незримый кукловод. Его конечности выгибались в разные стороны, а пар со спины замораживал соседние деревья, и всё больше закрывал бронёй его тело. Он набросился на Айзека раскинув в стороны могучие лапы, тварь приготовилась сковать человека в смертельные объятья, и отгрызть его голову.

«Времени на раздумья нет! Этот монстер двигается невероятно быстро, похоже сволочь хочет наброситься на меня! Спасибо, Берк, что рассказал мне о тактике охоты на медведя…» – быстро мозг Айзека, смог проанализировать ситуацию и вспомнить рассказы наставника.

На длинной толстой палке, крепится специальный клинок, и когда зверь несётся на тебя пытаясь прыгнуть или навалиться что бы задавить весом, палка упирается обратным концом в землю и выставляется на зверя так, чтобы он напоролся на неё. Дальше особый клинок не даёт туши проехать по палке из-за горизонтальных ограничителей, и животное просто барахтается, пытаясь беспомощно дотянуться до своей жертвы истекая кровью. Это по сути копьё, только доработанное для охоты на крупную дичь. Так же удалось повторить и Айзеку, ну или по крайне мерее почти так же.

Несмотря на довольно широкое и не заострённое бревно, тварь двигалась так быстро и была такой тяжёлой что даже толстое дерево смогло пробить её грудь, ведь существо рухнуло на него на полной скорости. Но похоже, особо не чувствуя боли, оно начало медленно сползать по бревну в сторону мальчика. Тварь лязгала клыкастой пастью источая слюну и зловоние на мальчика. А всё что он мог делать, так это просто вопить и пытаться удержать дерево в земляном упоре, но из-за отсутствия сучков, монстер всё полз и полз на него. Как будто всё о чём он мечтал, это просто убить Айзека. Глаза существа засветились ярким зелёным светом, он рычал и визжал и всё ниже и ниже опускался к Айзеку. Ледяной панцирь замедлял его скребя по дереву, однако лапы уже совсем близко мелькали у лица юноши. Вдруг, древо, в руке лесоруба засветилось, и выдало разряд зелёной молнии в монстра, одновременно окатив его льдом и электричеством, кровь в груди твари замёрзла, и дерево пробившее его насквозь вмёрзло внутрь существа. Всплеск энергии отбросил их друг от друга.

У Айзека кружилась голова, он буквально слышал бешенный стук сердца.

«Чёрт, грудь теперь болит ещё сильнее, похоже разряд, что-то там доломал, дышать теперь больно до слёз. Ладно хоть монстра не видно…» – тварь куда-то пропала и лишь сестра Айзека, сидящая возле дерева, дрожала закрыв лицо руками.

Мальчик медленно пополз к Элизабет, стараясь сильно не тревожить болящие рёбра. Активная возня на земле, разворошила все полученные раны от падения.

«Не могу подняться из-за проклятой ноги, а рассечённая рана на голове снова за кровоточила, кровь глаза заливает, только этого мне и не хватало…» – юноша полз, снег доходил ему почти до горла.

—Всё будет хорошо Элизабет. Беги, я справлюсь. – Прохрипел он, продолжая ползти в сторону сестры.

—Браааатик! Не умирай, пожааалуйстаааа! – но, слова мальчика были бесполезны. Паника сковала её тело и помутнила рассудок.

«Проклятье! Если её не вывести за руку отсюда, то она отправиться на тот свет со мной! Нужно доползти до сестрёнки. Хотя бы столкну её с крутого склона. Тогда она кубарем скатится с него, и подальше… Хоть шанс выжить появится, – думал Айзек, ползя к сестре, пыхтя и отдуваясь от снега, лезущего в лицо, – может она возненавидит меня за это, что-то может даже повредит при падении. Но быть съеденной за живо этой тварью, однозначно худший вариант». – Айзек не раз уже сам котился кубарем с этой горы. Так что был уверен, что это шанс выжить для девочки.

Он старался быстрее доползти до Элизабет, он не верил, в то что этот монстер так легко умер, самым важным для Айзека сейчас было только спасти сестру. Раздался хруст деревьев, истошные звуки этой твари подтвердили опасения юноши, где-то в низине началась активная возня. «Скоро он придёт в себя! Ну где же хоть кто-нибудь!? Хоть кто-то должен был уже прибежать на вопли сестры!» – мальчику оставалось, ещё около четырёх метров до Элизабет, когда он увидел, как эта тварь, с бревном в груди, вылезает из оврага опираясь на рядом стоящее дерево, хрустящее под его лапой. Яростный зелёный взгляд и слюна капающая в снег. От монстра валил сильный ледяной пар. Внезапно, Айзек нащупал топор, который отлетев от монстра затерялся в снегу. Он выхватил его, и завопил, так сильно, как только мог.

—Беги сестрёнка! Убегай, ради всего святого! Скатись с холма. Пока я буду разбираться с ним, беги и приведи помощь!

—Нееет, ты же умрёшь! Я боюсь! Я не хочу умирать, братик! Мама, мааамааа, где мама? Пусть она разбудит меня, мне не нравится этот сон!

Дела Айзека были совсем плохи. Элизабет, видимо уже не понимала, что происходит, находясь в шоковом состоянии она просто вжималась в дерево. А тварь уже встала на свои омерзительные лапы, и приготовилась к рывку. Мальчик смог просчитать действия хищника, и подползя к краю крутого склона, начал кричать и всячески привлекать внимание твари к себе, пытаясь, как и в прошлый раз заставить монстра атаковать его.

—Эй! Уродская скотина! Я здесь, давай иди сюда кусок гниющего дерьма! Я тебя ещё не так уделаю! – кричал он, стуча по лезвию топора камнем над головой.

Айзек начинал задыхаться, ведь повреждённая грудная клетка не давала ему дышать нормально, он тратил невероятное количество сил на то что бы просто кричать. Благо, это сработало до того, как он потерял сознание, и существо побежало в его сторону, раскрыв пасть в ужасном визге.

«Ну вот и всё… Я выжал почти всё из своего тела», – уже наверно четвёртый раз за сегодня юноша готовился уйти на тот свет. Но этот раз, отличатся от предыдущих. Он был готов сражаться, он понял, что даже из самой ужасно ситуации есть выход, главное только не опускать руки. И если была хоть крупица шанса спастись, Айзек был готов цепляться до конца за неё.

«Я бы мог увеличить свои шансы и оставить сестру, но тогда он точно разорвёт Элизабет, а этот вариант не для меня. Может повезёт, и эта тварь убьётся об камень, когда полетит в низ… В любом случае, уже пора сгруппироваться…»

Множество мыслей мелькает в голове Айзека всего за несколько секунд, за которые монстер сокращает дистанцию между ними, выбрасывая фонтаны снега из-под своих лап.

Но, пережди чем тварь вцепилась в его мягкую и нежную плоть, она получила рюкзаком с вязанкой разноцветных дров по морде, который влетел в неё точно пушечное ядро, и это притом, что он весил добрых 30 кило. Разлетающиеся во все стороны дрова, и изменившая свою траекторию полёта тварь, направились прямиком в сторону склона, и благополучно покатились по нему, удаляясь от нашего везунчика. Только отломанный кусок, светящегося зелёным бревна, лежал у ног Айзека, а ещё, здоровенный клык, и капли крови. На пригорки, в свете ламп он увидел своего отца, вернувшегося на пару часов раньше с похода. Хорошо, что Джарек не любил сидеть на пятой точки попусту. Судя по всему, это его меткий бросок, заставил монстра отправиться в далёкий полёт. Его бригада, и он сам с изумлением смотрели на то что произошло. Дети уважаемого лесоруба, еле дышащие лежали на снегу. Айзек был в сознании, но его тело похоже больше было ему не подвластно. Он истратил последние силы и был невероятно истощён. Элизабет же, свернувшись в позу зародыша, просто лежала, закрывшись окровавленными руками, и всхлипывая. Хоть, и на мгновение, но лесорубы успели разглядеть монстра в тусклом свете ламп. И этого было достаточно что бы понять, что нормальные животные, или известные им твари не могут переносить такие тяжёлые раны, а тем более двигаться подобным образом. А ледяной панцирь на теле, придавал этому существу ещё более устрашающий вид. Если бы им пришлось драться с ним прямо сейчас, без жертв бы не обошлось. Даже Джарек, опытный и самый сильный из них, был встревожен! Они впервые видели его таким. Похоже за всю свою жизнь могучий лесоруб впервые испытал страх.

Дальше, для Айзека всё было как в тумане. Его с сестрой отнесли домой люди Джарека. Отец убедился, что дети в порядке, и с самыми крепкими своими парнями отправился незамедлительно на поиски существа. Предупредив всех в деревни. Они подняли сонных охотников, обратились даже к графу что бы он выделил им пару солдат. Тот разуметься согласился, ведь если просит Джарек, значит проблема действительно серьёзная. Они прочесали весь лес. По следам на снегу, они увидели куда свалилась эта тварь. Расплёскивая кровь и валя сухостой, она направилась куда-то параллельно деревни. Дальше её след исчезал. Несколько дней они искали этого монстра. Вскоре Опытные охотники смогли понять, что похоже, это существо прыгало по деревьям, цепляясь за них своими странными лапами, так как на некоторых были характерные отметины. Это немного помогло, но в конце концов след кончался нечем. Видимо существо набрало скорость, и дальше найти деревья с зарубками не представлялось возможным. Так и закончились спокойные времена у поселения «Серебряный пик».

После всего что случилось, Айзека осмотрел целитель. Он сказал, что сломано 3 ребра, а также нога чуть ниже колена. Ещё было вывихнуто левое плечо, множество ушибов, ссадин, синяков и различных небольших ранений, ну а про рассечённую голову мальчик и сам знал. Когда детей принесли домой, Маргарет естественно очень напугалась и долго тряслась над ними. После того как Айзека перемотали бинтами, измазали мазями и дали разных микстур, сказали завернуться в тёплые одеяла и лечь отдыхать возле камина. В целом ничего неизлечимого у мальчика не было, только вот ему запретили работать минимум 2 недели, да и вообще выходить на улицу. С сестрой Айзека, было всё хорошо. Ей прочистили рану и перевязали. Вот только у Элизабет был сильный шок, и она не с кем не хотела говорить. Девочка потеряла много крови, так что целитель порекомендовал ей как можно реже вставать с кровати, даже дал небольшое «зелье лечения». В здешних местах, оно было большой редкостью. Убедившись, что девочке больше нечего не угрожает, её отнесли в свою комнату, Айзек пожелал ей спокойной ночи, но она не чего не ответила. Улёгшись возле камина, юноша почувствовал растекающееся тепло. Как только он немного отогрелся, моментально почувствовал сильнейшая усталость, Айзек буквально улетел в океан сновидений, даже не успев переварить всё произошедшее за сегодняшний день.

«Мне снился сон… я, как будто горю в языках зелёного пламени, а вокруг меня десятки монстров, подобных тому что пытался сожрать Элизабет. Огонь не жжёт меня, он источает холод. Я чем-то похож на человека из моих галлюцинаций в горах. У меня пара клинков, объятых молниями, искрящиеся и потрескивающие. И вот, стая монстров набрасывается на меня. Но, для меня, это больше не проблема, ведь я быстрее и сильнее. Ещё в момент нахождения их в прыжке я рассёк ближайших 3 тварей, серией стремительных ударов, как разряд молнии взлетев в верх, я отталкивался от их туш прямо в полёте, и кромсал в мясо, одного за другим, методично расчленяя тварей, в сложных кульбитах и кувырках. Как будто гимнаст, или искусный танцор. Вот, остался последний. Но он не такой как остальные твари. Он равный мне по силе. В завязавшемся ожесточённом бою, десятки атак и уклонений проводились всего за секунды, и вот, я одерживаю верх. Переиграв монстра, я отсекаю ему правую руку, и готовлюсь к финальному удару. Тварь пытается уползти, скулит, и пробует скрыться. Я знаю, что легко добью её. Но вдруг, боковым зрением замечаю людей, что заперты в горящем доме. Они молят о помощи. Передо мной встаёт выбор, убить ли мне эту тварь и оставить людей умирать в муках, или спасти семью из огненной ловушки. Даже со своей скоростью я не успеваю сделать и то и другое. Меня разрывают терзания, я слышу нарастающие крики детей, рычащая тварь удаляется. Что же правильней, спасти людей, позволив монстру продолжить убивать, или заплатить кровавую цену за голову этой твари, оставив людей гореть заживо!? Я хватаюсь за волосы и падаю на колени. Картинки сменяются с монстра на дом и обратно, начиная мелькать в адском круговороте. В конце всё утихает, я слышу тихий и спокойный голос сестры

—Ты убил нас Айзек, ты всех нас убил…

Я поднимаю голову, и вижу ужасающие полуразложившееся лицо Элизабет, за её спиной в таком же виде стоят родители и знакомые.

С криком, в поту я просыпаюсь».

Этим утром, дети сидели дома, как им и было велено. Настроение после такого сна у Айзека было крайне паршивым. Его сестра почти не с кем не разговаривала. Максимум обронила пару фраз. В основном она лежала, и выглядела как-то нездорово, хоть целитель, заходивший утром и осмотревший их не чего у неё не нашёл. Навещавшие ребят люди, подбадривали их и говорили какие они храбрые. Заходил отец с лесорубами, рассказал, что найти монстра они пока что не могут. Он не когда не был мягким человеком, поэтому просто дежурно проявив внимание снова удалился, сказав, что завтра Берк зайдёт, и расспросит насчёт твари что напала на них. В течении дня к детям заглядывали знакомые, приносили вкусности и сопереживали тому ужасу что им пришлось пережить. Хотя Айзек считал, что это всё скорее фарс, нежели настоящее человеческое сострадание. Так что присутствие таких гостей ему претило. А по-настоящему беспокоило юношу то, что сестра до сих пор так и не оправилась от произошедшего, и отец почему-то до сих пор не чего не спрашивал о куске дерева, который был возле него, перед потерей сознания. А уж он то должен был заинтересоваться. Но как-то вечером, разбирая частично разорванный рюкзак, Айзек понял почему папа не спрашивал его об этом бревне, запутавшийся в ткани и запасных носках лежал кусок древесного артефакта, немногим больше ладони юноши, осколок дерева пульсировал зелёным. Он замотал его в рваньё, что было когда-то походной сумкой. И убрал под кровать.

Тело Айзека до сих пор болело, голова трещала. В течении дня он пролежал в постели, пару раз вставал поесть, ведь с намертво зафиксированной ногой особо не походишь, да и вообще состояние мальчика было паршивое, делать особо он не чего не мог, да и не хотел. Так прошёл весь день.

На следующее утро юноша проснулся по привычки очень рано, и долго не знал, чем себя занять, он чувствовал, что тело уже прилично восстановилось. Хотя бы дышать он теперь мог без болевых ощущений, и мигрень наконец пропала. Заглянув к сестре, он увидел, что она ещё спит, укутавшись аж в два одеяла. Айзек помучался от безделья всё утро, но ближе к обеду, его навестил Берк.

– Вижу ты ещё не помер, маленький засранец, но я могу подождать! Сколько тебе надо? Минут 10-15?

Посмеиваясь сказал он, заходя в комнату. Берк любит шутить на тему того какой Айзек не осмотрительный и безголовый, что каждые минут десять влипает в передрягу с риском для жизни. «Ну хоть кто-то ведёт себя как обычно, без этого бесконечно лицемерного оханья и аханья» – подумал мальчик, расплывшись в улыбки.

– Учитель, не мечтайте, так легко вы от меня не избавитесь. – юноша протянул ему руку.

Рукопожатие Берка было крепким, грубая рука, в мелких шрамах и царапинах. Что охотник, что лесоруб, здесь у всех кожа на руках с годами грубеет настолько, что можно мечи точить.

– Посмотрел я зуб, который батька твой, выбил той твари, раньше не видел не чего подобного. С такими монстрами мы не сталкивались, – сказал нахмурившийся Берк потирая подбородок, – клык у него, состоит частично как наростами из человеческих зубов, есть зазубрины, как у пилы. В общем удивительно что он вас не разорвал… – он присел на стул рядом с кроватью Айзека, и посмотрев ему в глаза с серьёзным взглядом сказал, – Айзек, расскажи мне всё что видел. Физические особенности, как действует, как движется, мне сказали у него грудь была бревном каким-то пробита, и хоть бы что, пока папка твой ему по морде вязанкой дров не заехал, так и бегало.

– Честно признаться, я раньше даже представить себе не мог что такое существо может действительно обитать в нашем мире… – задумчиво уставившись в окно, Айзек как будто переносясь в тот день, подробно рассказал ему всё что тогда произошло, естественно опустив подробности, связанные с деревом.

Старый охотник делал пометки и записи в небольшом блокноте. После рассказа, они немного поболтали, вспомнили забавные истории, в конце Берк снова отпустил пару шуточек и удалился. Айзек, проводив наставника, уселся возле окна, и уставился в узоры инея, на стекле, задумавшись о всём что произошло с ним и его сестрой. Так наступил вечер, в течении дня, юноша, просматривал собранные по «Дереву зелёной вьюги» материалы, но негде он не нашёл упоминаний что после срубки древа, происходили какие-то несчастья, как говорил Ланселот.

«Может старик просто его с чем-то спутал, или уже из-за возраста с головой проблемы начались?» – подумал Айзек, так нечего и не найдя.