Только ты

Глава 1

Азалия

Дура! Дура! Дура!

Какая же я дура, что оставила документы на столе!

Чашки в моих руках дрожат, чай выплескивается на блюдце, но я замечаю это только потому, что горячая капля попадает на палец. Сердце грохочет где-то в горле, и несколько секунд я просто стою у входа в гостиную, не представляя, что теперь делать.

Гордей смотрит на меня. Свидетельство о рождении Феди все еще в его руке. Взгляд тяжелый, растерянный, и я впервые вижу его таким. Обычно он умеет сохранять спокойствие даже тогда, когда остальные давно его потеряли. Сейчас от привычной уверенности почти ничего не осталось.

Я столько раз боялась этого разговора, что успела поверить: если откладывать его достаточно долго, однажды необходимость говорить исчезнет сама.

Не исчезла.

– Федя мой сын, – повторяет Гордей.

В первый раз эти слова прозвучали почти как вывод, к которому он пришел сам. Сейчас в них появляется вопрос, хотя формулировка остается прежней.

– Да, – выдыхаю сдавленно и тихо.

Слово дается тяжело, но после него становится немного легче дышать. Наверное, потому что теперь уже ничего нельзя изменить. Почти десять лет я знала, что однажды Гордей может задать мне этот вопрос, и столько же времени надеялась, что этого никогда не произойдет. Теперь он знает правду, и обратно ее уже не спрячешь.

Гордей опускает взгляд на свидетельство, затем аккуратно кладет документ на стол.

Пальцы начинает сводить. Только сейчас замечаю, как сильно прижимаю их к нижней стороне блюдец, на которых стоят чашки. Пытаюсь немного ослабить хватку, но кисти уже ноют от напряжения.

Я представляла этот момент много раз, особенно в первые годы после рождения Феди. Иногда думала, что просто позвоню Гордею и скажу все сразу, пока не успела испугаться. Несколько раз даже находила его номер и долго смотрела на экран, убеждая себя нажать на вызов. Потом Федя подрос, Гордей оставался далеко, а у меня появилась жизнь, в которой для этой правды с каждым годом находилось все меньше места.

В какой-то момент я перестала представлять сам разговор. Решила, что его просто не будет.

Глупо, знаю.

Правда вообще редко интересуется тем, насколько удобно ей появляться в чужой жизни.

– Почему ты мне не сказала?

Я знала, что он спросит, но все равно оказываюсь не готова.

Пальцы сводит сильнее. Я ставлю блюдца с чашками на стол, пока действительно не уронила их, и несколько раз сжимаю и разжимаю ладони, пытаясь избавиться от неприятного онемения.

– Гордей…

– Почему, Аза?

В его голосе нет прежней растерянности. Шок никуда не делся, я вижу его в застывшем взгляде и напряженных плечах, но теперь рядом с ним появляется злость.

И боль.

– Я-я-я… – тяну, не понимая, как обо всем рассказать. – Я не могу объяснить это в двух словах.

– У тебя было почти десять лет, чтобы подобрать больше двух, – тихо и сипло произносит он.

Гордей делает шаг ко мне, и я машинально отступаю. Даже не успеваю понять, что делаю, пока не замечаю, как он замирает.

Черт.

Он смотрит на меня, потом его взгляд опускается к царапине на щеке и задерживается на разбитой губе. Понимаю, о чем именно он сейчас подумал.

В пятницу Артем ударил меня. С тех пор прошло всего несколько дней, а я до сих пор невольно напрягаюсь от резких движений рядом. Мужчина делает шаг в мою сторону – и я уже отступаю, хотя прекрасно знаю, что Гордей меня не тронет.

От этого становится не по себе.

Гордей больше не двигается. Даже руки оставляет опущенными, словно боится сделать еще что-нибудь, что заставит меня снова отступить.

Мне хочется сказать, что я не боюсь его, что дело вообще не в нем. Но любые оправдания сейчас прозвучат только хуже, поэтому я молчу.

– Я не хотел тебя напугать, – говорит он спустя несколько секунд.

– Ты не напугал.

Оба понимаем, что это не совсем правда, но спорить Гордей не начинает.

Он отворачивается и подходит к окну. Проводит ладонью по затылку, какое-то время смотрит на улицу, а я наконец заставляю себя оторваться от пола. Сажусь на край дивана и сцепляю пальцы, чтобы он не видел, как они дрожат.

Мне всегда казалось, что если Гордей когда-нибудь узнает, то разозлится. В некоторых придуманных разговорах он обвинял меня, в других молча уходил, а однажды воображение вообще услужливо нарисовало совершенно невозможную картину, где он спокойно принимает мое объяснение и говорит, что понимает.

Сейчас я впервые осознаю, что во всех этих фантазиях думала только о собственной реакции, о том, как будет страшно мне.

Как будто мужчина, которому сообщают, что у него девятилетний сын, должен был остаться всего лишь вторым участником моего кошмара.

– Кто еще знает? – спрашивает Гордей.

Голос звучит напряженно, и я поднимаю голову, встречаясь с ним взглядом.

– Влада, – отвечаю тихо.

Его брови едва заметно сходятся к переносице. Мелкая дрожь все еще пробегает по пальцам, поэтому я сильнее сцепляю их между собой, стараясь хотя бы так ее унять.

– Мстислав?

– Нет.

Гордей выдерживает короткую паузу, прежде чем задать следующий вопрос:

– Владимир Сергеевич?

– Тоже нет, – поджав губы, верчу головой.

На секунду в его глазах мелькает удивление. Гордей прекрасно знает, насколько мы близки с папой и братом, поэтому мой ответ наверняка кажется ему странным.

Иногда я и сама удивляюсь, что за столько лет ни один из них ничего не заподозрил. Особенно Мстислав, который обычно замечает любые перемены в моем настроении и лезет с вопросами, пока не получит ответ.

С Владой все получилось иначе. Ей я рассказала почти сразу и ни разу об этом не пожалела. Она хранила мою тайну все эти годы и никогда не пыталась заставить меня рассказать остальным.

Гордей некоторое время молчит. По напряженному лицу понимаю, что он перебирает в голове тех, кто еще мог знать, и следующий вопрос заставляет меня задержать дыхание.

– Артем знает?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.