Алард. Восход хаоса

‒ Направляемся в расположение бронированного корпуса, ‒ узнав у стражника дорогу, Эфель и Махаан направились в глубь города. Сайфел находится под защитой западной армии Целисера, которую возглавляет Пройт Канафен. Основная масса солдат принадлежит именно ему, но никто не мог отрицать огромное влияние бронированного корпуса на поле боя. Именно поэтому в каждом городе союза «Хэйминум» были расположены казармы, в которых жили воины корпуса. И хотя основная мощь всадников была сосредоточена в Борре, корпус не скупился на солдат для защиты и других городов. Эфель не мог доверять своему дяде, поэтому и решил не обращаться в расположение западной армии. Хоть вероятность того, что Махаану там могли причинить вред, была и невелика, торб не мог позволить себе рисковать. Именно по этой же причине он не пошёл в посольство бронтов. Благодаря близости к морю, в Сайфеле проживало немало представителей этого народа. В каждом городе, подконтрольном союзу «Хэйминум», располагались дипломатические представительства каждой из рас союзников. В столицах можно было даже увидеть посольства «Видеам». К сожалению, речной народ подорвал доверие Эфеля, и путь к ним тоже был закрыт. Оставался лишь бронированный корпус, в который Эфель верил безоговорочно.

Вскоре, на восточной окраине города, перед путниками предстали казармы. Из-за огромных размеров боевых скакунов, расположение бронированного корпуса всегда старались размещать на окраинах поселений, дабы избежать трагических случайностей, когда болгр или галифант мог ненароком кого-нибудь раздавить.

‒ Что вам нужно? – спросил стражник, облачённый в латы цвета бронзы и держащий в руках огромную алебарду. Бойцы корпуса, как правило, сами выбирали себе оружие, но это всегда было нечто внушительное и длинное, чем удобно разить врага, сидя верхом на скакуне.

‒ Прошу вас провести нас к главе бригады города Сайфел, – Эфель достал нефритовый медальон, на котором был искусно изображен болгр. Увидев его, солдат мгновенно вытянулся по струнке и отдал Эфелю честь.

‒ Так точно, следуйте за мной, – тон стражника мгновенно стал намного приветливее. Этот медальон Эфелю дал Элай, чтобы тот мог найти помощь в любом отделении бронированного корпуса. В зависимости от материала, медальоны давали разный уровень доступа и привилегий. Тот, что был у Эфеля, сделанный из нефрита, вручался лишь заместителям корпуса и главам дивизий. Самым редким был обсидиановый медальон, которым обладал лишь глава корпуса. По одному лишь слову обладателя этого атрибута власти, бойцы бронированного корпуса шли на верную смерть. Внутри казармы мало чем отличались от тех, что были в Борре, разве что были гораздо меньше по размеру. Всё же в Сайфеле размещалось лишь четыре тысячи солдат, вместо восьмидесяти тысяч, стоявших в Борре. Если честно, то по миру было разбросано больше солдат бронированного корпуса, чем стояло на их главной базе. Всего корпус насчитывал двести тысяч бойцов, каждый верхом на боевом скакуне. Армии же насчитывали минимум четыреста тысяч бойцов, но, несмотря на это, из-за специфики службы в бронированном корпусе, никто не смел смотреть на них свысока.

‒ Прошу, входите, глава бригады ждёт вас, – отсалютовал стражник, проводив Эфеля и Махаана к самому большому зданию в расположении.

‒ Спасибо, ‒ Эф поблагодарил стражника и вместе с бронтом зашёл в кабинет местного главы. Самсета и болгра было решено оставить у входа в казармы, так как торб не знал, как отреагируют местные звери на появление читаурга. Кабинет был обставлен скромно. Огромный стол стоял посреди комнаты, вокруг него располагались массивные стулья. Во главе стола восседал торб с шерстью цвета выжженной солнцем соломы. Эфель почувствовал вокруг него тяжелую, гнетущую атмосферу. Он сразу понял, что перед ним сидит ветеран, закалённый в бесчисленных битвах.

‒ Добро пожаловать, ‒ встал торб и пожал руку Эфу. – Меня зовут Картен, и я глава бригады Сайфела. Присаживайтесь.

‒ Здравствуйте. Меня зовут Эфель, и я очень благодарен, что вы согласились нас принять.

‒ Бросьте, ‒ улыбнулся Картен. – Ваш медальон дарует вам здесь власть, ничуть не меньшую, чем моя. К тому же я бы не посмел отказать сыну его величества Эничена. Это огромное горе для всех нас.

‒ Благодарю, – кивнул торб, в его голосе звучала усталость. – У меня есть несколько просьб. Надеюсь, вы сможете оказать нам содействие.

‒ Рассказывайте, и я постараюсь сделать все, что в моих силах.

‒ Для начала я хочу представить вам моего друга, ‒ Эфель указал рукой на бронта. – Это Махаан Пайр, наследник и единственный сын ныне правящего княза Теоа Пайра.

‒ Рад приветствовать Ваше Высочество, ‒ тут же встал Картен и слегка поклонился. Никто, кроме капитана корпуса и короля торбов, не имел права отдавать приказы солдатам торбов, но Картен прекрасно понимал, что перед ним – один из будущих столпов союза, и посему не мог позволить себе проявить неуважение.

‒ Я тоже рад знакомству с вами, ‒ спокойным голосом поздоровался Махаан. Бронт привык к почтению и уважению, которые достались ему вместе со статусом княжича.

‒ Чем могу быть полезен? ‒ Картен уже с большим интересом смотрел на своих гостей. Все же не часто к нему заявляются два кандидата на престол.

‒ Я прошу вас выделить сотню бойцов и сопроводить княжича Махаана в Маглит, ‒ не стал ходить вокруг до около Эфель.

‒ Прошу прощения, но почему вы просите об этом бронированный корпус? ‒ удивился Картен. – Не логичнее ли было бы доверить эту миссию королевской гвардии бронтов? Не хочу никого обидеть, но вам не хуже меня известно, что это входит в их компетенцию.

‒ Картен, поверьте, если бы я мог обратиться к ним, я бы сделал это незамедлительно, ‒ нахмурился Эфель, понизив голос. – То, что я вам сейчас поведаю – государственная тайна, и в случае ее разглашения я не могу гарантировать вам жизнь. На княжича было совершено нападение диверсионной группой акисов в самой глубине нашей территории. Как их пропустили патрули ‒ вопрос отдельный, но врагам каким-то образом стало известно о местонахождении Махаана. На данный момент я могу доверять лишь бронированному корпусу. Картен, вы оправдаете его?

Глава бригады нахмурился, в его взгляде читалась серьезность. Он понимал, что информация, которой поделился с ним Эфель, – не пустяк. Нападения вооруженных групп, увы, не были редкостью. Несмотря на борьбу с бандитизмом, полностью искоренить эту заразу представлялось практически невозможным. Однако, нападение на наследника престола, да еще и не абы кем, а диверсантами акисов, в сердце «Хэйминум» – это уже совсем другое дело. Это словно пощечина, отвешенная каждому солдату и представителю правопорядка.

‒ Я понимаю, ‒ быстро взял себя в руки Картен. – Для бронированного корпуса будет честью обеспечить безопасность княжича в пути. Премного благодарен за оказанное доверие.

‒ Эфель внутренне расслабился, на его лице появилась слабая улыбка. Одной проблемой стало меньше. Теперь торб был уверен в безопасности Махаана. Сотню всадников одолеть будет крайне сложно. Для победы над ними понадобилась бы, как минимум, тысяча отборных воинов союза «Видеам». И хотя разведка и упустила акисов, их было немного, и действовали они в глуши. Стоило бы такой группе появиться в крупном городе, как сотрудники тайной полиции тут же взяли бы их в оборот. – Когда вы будете готовы выдвинуться?

‒ Не раньше завтрашнего дня. Лучше всего ‒ послезавтра с утра. Мне необходимо внести коррективы в состав караулов и подготовиться к дороге. Путь предстоит неблизкий, – ответил Картен. Эфель понимал, что он прав. Маглит располагался практически в центре материка, неподалеку от столицы союза – Хэймпила. Путь займет не менее двух недель, и это в лучшем случае.

‒ Превосходно, – улыбнулся Эфель. – Тогда я попрошу главу бригады Картена помочь нам и выделить места для ночлега, а также пару стойл для зверей.

‒ Конечно, ‒ улыбнулся Картен. – В общем менажери найдется пару свободных стойл.

‒ Тут будут трудности, ‒ покачал головой Эфель. Менажери называли здание, в котором располагались стойла боевых скакунов. Обычно для детенышей, самок и самцов это были разные строения. В теплых местах у менажери часто был лишь легкий навес, защищающий от осадков, даже без стен. Торб боялся, что зверям корпуса не понравится соседство с читаургом. Ко всему прочему Самсет уже давно привык ночевать рядом с Эфелем и максимум, что мог стерпеть, так это спать на улице, рядом с комнатой торба. – Боюсь вашим скакунам не понравится их новый сосед.

‒ Ха, не стоит смотреть на нашу бригаду свысока, – усмехнулся Картен. – Все наши болгры, галифанты и лепидоны хорошо обучены и не нападут без команды.

‒ Боюсь, тут все несколько сложнее, ‒ ухмыльнулся Эфель. – Думаю, будет лучше один раз увидеть. Пойдемте.

‒ Эфель, вы умеете заинтриговать, – произнес Картен и направился вслед за гостями. Вскоре все трое покинули казарму и увидели мирно пасущегося болгра неподалеку. Самсета нигде не было видно.

‒ Если вы переживали за него, ‒ внутренне рассмеялся Картен, ‒ то не стоит. Никто из наших бойцов его не обидит.

Эфель прекрасно слышал насмешку в голосе командира, но промолчал. Внезапно он коротко свистнул. Болгр по-прежнему невозмутимо пасся на лугу.

‒ Похоже, вы его недостаточно выдрессировали, – с напускной доброжелательностью произнес Картен. – Честно говоря, я удивлен, что вам не выделили зверя посолиднее. Все-таки, всем известно о вашей дружбе с капитаном корпуса.

‒ Скоро сами все увидите, – Эфель не стал поддаваться на провокацию. Он знал, что произойдет дальше. И действительно, не прошло и пары минут, как лицо Картена начало меняться.

‒ Нам нужно срочно укрыться за стеной! Что-то огромное приближается с запада, – в голосе командира звучала неприкрытая тревога. Он, пятясь, вглядывался в едва заметную синюю точку, которая с чудовищной скоростью неслась по небу, стремительно увеличиваясь в размерах. Эфель не винил Картена за его реакцию. Пусть Самсет и был еще подростком, но уже сейчас мог устроить кровавую баню где угодно. Да и сам Эфель тоже не сильно отличался от главы бригады, когда впервые увидел читаурга.

‒ Не стоит бояться. Мы его и ждем.

Картен не поверил своим ушам и внутренне напрягся, готовый в любой момент вступить в бой. Он никогда не видел этого зверя, но инстинкты, отточенные в бесчисленных сражениях, кричали об опасности. Рука непроизвольно потянулась к рукояти меча. Вскоре, с оглушительным грохотом, читаург приземлился прямо перед ними, окинув командира бригады любопытным взглядом. Холодный пот проступил на спине Картена. Он чувствовал на себе тяжелый, оценивающий взгляд зверя, и понимал, что в схватке с ним победа вовсе не гарантирована. Эфель, стоя рядом с читаургом и поглаживая его по мощной шее, с улыбкой наблюдал за побледневшим Картеном.

‒ Надеюсь, теперь вы понимаете, что я имел в виду, когда говорил, что ваши звери могут не обрадоваться такому соседству, – прервал тишину Эфель, выводя Картена из оцепенения.

‒ Да, ‒ взглотнул он. – с трудом проглотил слюну тот. – Вполне. Значит, это и есть король севера – читаург?

‒ Все верно, ‒ кивнул Эфель. – Честно говоря, я удивлен, что вы его узнали.

‒ А я и не узнал, ‒ покивал головой торб. – покачал головой торб. – Просто недавно пошли слухи, что один из кандидатов на престол приручил невиданного зверя. Не думал, что это будете вы.

‒ Сочту за комплимент, ‒ усмехнулся Эфель.

‒ И все же вы правы. Наши звери сойдут с ума, если будут всю ночь находится рядом с ним, ‒ Картен кивнул головой в сторону Самсета.

‒ Самсет еще подросток, ‒ улыбнулся Эфель.

‒ Он… еще вырастет? – глаза Картена смешно расширились.

‒ Все верно, ‒ Эфель продолжил гладить читаурга. – Как минимум до десяти метров в высоту.

‒ Немыслимо, ‒ Картен встал как громом пораженный. – Даже не верится, что подобные монстры где-то существуют.

‒ Их гораздо больше, чем ты можешь себе представить, – улыбка не сходила с лица Эфеля, но на душе у него было далеко не так весело. Лишь чудом ему удалось одолеть взрослого читаурга, да и то, с помощью ловушки и двух помощников. А впереди его ждала схватка с королем запада – саликамом. Тварью, охота на которую не менее опасна, чем на читаурга. Если Эфелю повезет выжить и добыть голову взрослой особи, его ждут новые испытания. И кто станет следующей целью, ему неизвестно. В мире еще полно существ, куда более опасных, чем короли севера и запада. На Аларде множество неисследованных мест и тварей, которых никто никогда не видел.

‒ Эфель, мы могли бы запереть вашего зверя в отдельное стойло, но я не уверен, что оно его удержит в случае чего.

‒ Не нужно никого запирать. Если это возможно, я хотел бы попросить вас выделить нам на эти дни дом с отдельным, закрытым двором. Тогда я могу пообещать, что Самсет никуда не денется.

‒ Да, да, конечно, ‒ тут же закивал головой Картен. Ему совершенно не нужны были происшествия связанные с читаургом.

‒ Отлично. Ну что же, показывайте дорогу, – Эфель, взяв за поводья болгра, в компании Самсета и Махаана направился следом за Картеном. Солдаты с опаской и интересом смотрели на компанию, двигавшуюся по территории казарм. Звери во всех концах расположения чувствовали себя не уютно, а вожак стада, огромный галифант, ревел в стойле. Он чувствовал присутствие хищника на своей территории и был готов защищать свою группу. Стены дрожали от яростных ударов гиганта, но выдержали его напор. Галифанту ничего не оставалось, кроме как в ярости выть, пытаясь хотя бы так отпугнуть опасность.

‒ Видимо, вожак уже учуял Самсета, ‒ обратился к Картену Эфель. – Галифант?

‒ Именно, ‒ кивнул глава бригады. – Это мой напарник – Трап.

‒ Думаете, стены выдержат?

‒ Уверен, – заверил Картен, – но нам стоит поспешить и отвести вас и вашего читаурга к месту ночлега. Мы выделили для вас дом на окраине расположения. Надеюсь, это позволит зверям хоть немного успокоиться.

‒ Будем надеяться.

Вскоре Картен привел гостей к их временному пристанищу. Дом был окружен стеной, возвышавшейся над землей на шесть метров. Торб понимал, что подобное препятствие вряд ли остановит читаурга, но лучшего выхода не было. Стена дарила пусть и призрачное, но ощущение безопасности. Сам дом оказался просторным и светлым. Видимо, он предназначался для высокопоставленных гостей Сайфела, и в этот раз пришелся как нельзя кстати. Княжич бронтов и претендент на престол торбов – кто мог быть более важным гостем? В доме было две комнаты, просторная гостиная и уборная с ванной. Все было рассчитано на внушительные габариты торбов, поэтому Махаан, который был как минимум на три метра ниже, смотрелся словно карлик в стране великанов. Эфель поблагодарил Картена, и, попрощавшись, путники немедля отправились спать. Несмотря на внешнее спокойствие, торб чувствовал страшную усталость. Бессонная ночь и предшествующая ей битва выжали из него все силы. Бронт не стал спорить и тут же последовал примеру Эфеля. Кровать казалась ему огромной, но Махаана это не беспокоило. Он был бесконечно рад возможности наконец-то лечь на что-то мягкое. Сон на голой земле порядком ему наскучил. Едва их головы коснулись подушек, торб и бронт провалились в глубокий, безмятежный сон. Читаург, свернувшись клубком, устроился под окном комнаты Эфеля и вскоре тоже захрапел, охраняя покой своих спутников.

4

Эфель с Махааном проспали остаток дня и всю ночь. Лишь с рассветом торб открыл глаза и почувствовал, словно родился заново. С тех пор, как началось их путешествие, он не чувствовал себя настолько отдохнувшим. Подняв бронта, который сонно щурился, глядя на идущего рядом торба, они двинулись в город. Ни один из путников прежде не бывал в этом городе, и, поскольку Махаан собирался отправиться в Маглит лишь завтра, они решили побродить по улицам и поесть там. Все же обилие морепродуктов очень соблазняло путников. Самсет был оставлен во дворе дома. Для развлечения ему принесли много мяса и тренировочные снаряды зверей бронированного корпуса. Так как читаург был еще молод, он с радостью принялся носиться по двору, забавляясь с новыми игрушками. Не смотря на ранний час, город уже кипел жизнью. Лавки распахнули свои двери, предлагая свежие продукты, только что извлеченные из морских глубин. В других же были уже готовые блюда. Мясо шаркодов, шоплов и других морских созданий соблазнительно дымилось повсюду. Среди торговцев можно было увидеть не только торбов, бронтов и вейтеров, но и юрких акисов, снующих тут и там. Морскому народу было куда проще добывать пропитание в этих водах. Изредка мелькали гилфорги, окидывающие все вокруг настороженными взглядами. Врожденная тяга к насилию отвращала их от торговли. Эта профессия, как и любая другая, не связанная с войной и сражениями, не пользовалась у гилфоргов уважением. Те, кого видел Эфель, были либо рыбаками, либо охранниками, защищающими суда от пиратов в открытом море.

‒ Пошли же, наконец, поедим! – бронт схватил торба за руку и потащил в сторону лавки, откуда исходил неземной аромат. Эфель поразился силе, с которой Махаан увлек его за собой. Если бы бронт ударил его, торбу бы точно не поздоровилось.

‒ Здравствуйте, что будете? – улыбнулся им торговец вейтер, стоя за прилавком.

‒ Нам, пожалуйста, две порции жареного шопла, – сказал Махаан, но затем, задумчиво посмотрев на Эфеля, добавил: – Мне две, а моему большому другу – шесть.

‒ Как скажете, ‒ улыбнулся вейтер и отправился на кухню. Бронт тем временем положил золотую монету на прилавок.

‒ Ты перебарщиваешь.

‒ Тут такой чудесный аромат, что совесть не позволяет дать меньше, ‒ Махаан тут же отмахнулся от Эфеля и стал ждать свою еду. Махаан отмахнулся от Эфеля и стал ждать свою еду. Мясо шопла – восхитительное лакомство, особенно вкусное, когда его только что выловили. Шоплы обитают в теплых водах и являются огромными морскими паразитами. Их плоское тело с двумя плавниками по бокам напоминает крылья. Сзади у них два длинных вытянутых хвоста, а спереди, на трех длинных шеях, находятся круглые рты, усеянные острыми зубами. У этих созданий нет глаз, но они им и не нужны. Прекрасное обоняние позволяет шоплом чуять запах крови за многие километры. Хвосты и края плавников окрашены в ярко-красный цвет, в то время как остальное тело – синее. В длину они достигают четырех метров, а в ширину – столько же. Шоплы – паразиты. Они обожают присасываться к другим зверям и рыбам, спокойно поглощая их кровь, пока жертва не ослабеет от кровопотери. После этого шоплы пожирают тело своего кормильца целиком. Обычно так поступают лишь мальки и подростки. Взрослой особи, из-за ее размеров, трудно найти существо, которое не обратит внимания на паразита, но в морях водятся и такие звери, для которых шопл остается незамеченным. Сам Эфель никогда не видел этих существ вживую, но слышал о них немало рассказов. Взрослые особи предпочитают охотиться из засады. Они зарываются в песок на дне и поджидают добычу, которая, оказавшись на достаточно близком расстоянии, будет тут же проглочена целиком или получит укус сразу от трех пастей, полных острейших зубов. Шоплы иногда собираются в стаи, особенно в период размножения. Группа этих созданий наводит ужас на всех морских обитателей. К счастью для всей живности, шаркоды обожают мясо шоплов и никогда не упустят возможности полакомиться свежим деликатесом. Но иногда охотник превращается в жертву. Облепленный со всех сторон шоплами, шаркод может быть обескровлен за считанные минуты, поэтому они не рискуют нападать на стаю шоплов в одиночку.

Вскоре вернулся вейтер, неся в руках по четыре больших жареных куска мяса, нанизанных на деревянные шпажки. Передав еду гостям, хозяин увидел на прилавке золотую монету и изменился в лице.

‒ Простите, но у меня не найдется сдачи для вас, – проговорил вейтер.

‒ Не надо сдачи, это все вам, ‒ после этих слов бронт откусил кусочек жаренного мяса. – Ммм, восхитительно! Однозначно, это блюдо стоит своих денег. Просто фантастика.

‒ Угу, ‒ пробормотал торб, жуя свою порцию в блаженстве и соглашаясь с Махааном. В прошлом, будучи привилегированной особой, он пробовал множество деликатесов, но сейчас это простое жареное мясо казалось ему самым вкусным на свете. И хотя сейчас было раннее утро, вокруг лавки стояло множество жителей города и туристов, с наслаждением уплетающих еду.

‒ Я слышал, что из печени морского шаркода получается отличный паштет, – сказал бронт, прикончив первую порцию. – Надо будет во время обеда найти, где его здесь продают.

‒ Угу, ‒ снова односложно ответил торб, продолжая наслаждаться едой. Он уже заканчивал третью шпажку. Большие размеры тела требовали гораздо большего количества пищи. Внезапно позади раздался шум, и толпа пришла в движение. Очередь, успевшая собраться у прилавка, начала расходиться в стороны. Послышались недовольные крики.

‒ А ну заткнулись, если не хотите проблем, ‒ раздался громкий голос. На удивление Эфеля угроза сработала, и толпа затихла. Слышались лишь тихие вздохи недовольства. Вскоре перед прилавком показались те, на кого был направлен гнев толпы. Два торба: один был облачен в форму стражи правопорядка, а второй – в доспехи. По цвету доспехов Эфель сразу определил, к какому подразделению он принадлежит.

«Западная армия Целисера», ‒ торб был облачен в доспехи фиолетового цвета. Это был цвет войск, которыми руководил его дядя.

‒ Эй, Лит, а ну, иди сюда! – заорал торб из сил правопорядка.

‒ Быстрее! Ты знаешь, мы не любим ждать, ‒ вторил ему солдат из армии.

Из кухни донесся торопливый стук шагов, и тут же в дверях возник вейтер. Встретив взглядом торбов, застывших у прилавка, Лит испытал укол ненависти, но она тут же схлынула, словно волна, обнажив вынужденную учтивость.

‒ Рад приветствовать господ Грала и Дагла, ‒ улыбнулся вейтер. – Чем обязан? Хотите поесть?

‒ Не строй из себя дурака, ‒ Грал, страж порядка показал раскрытую ладонь. – Своими помоями будешь кормить зверей. Ты знаешь, зачем мы здесь.

‒ Но я уже отдавал оплату за этот месяц, ‒ на лице Лита появился испуг. – Только неделя прошла.

‒ Целая, Лит, целая, ‒ осклабился Дагл, солдат армии. ‒ Хватит разыгрывать комедию. Не тебе решать, когда нам приходить, а когда нет. Или ты полагаешь, что без нашей защиты справишься лучше?

‒ Действительно, Лит. Ты же знаешь, мы рискуем жизнями каждый день, оберегая твою лавку, ‒ начал распаляться Грал. ‒ Кто знает, что с ней может случиться, если нас вдруг не станет? Она ведь может случайно сгореть ночью…

‒ Хорошо, если только лавка, ‒ поддакнул Дагл, зловеще усмехнувшись. ‒ Все бандиты и грабители не смеют соваться к тебе, лишь потому что знают: ты под нашей защитой. Лит, представь только, если вдруг все эти преступники прознают, что ты одинок. Лит, представь только, если вдруг этим головорезам станет известно, что ты остался один… Как жаль будет твою жену и детей. Бедняжки, что же им придется пережить…

‒ Лишь бы не убили, притворно посочувствовал Грал. ‒ Всякое ведь случается.

В глазах вейтера можно было увидеть жгучую ненависть, плескалась жгучая ненависть, когда он смотрел на двух торбов перед собой. К сожалению, он не мог ничего сделать. Эти негодяи представляли собой самые влиятельные силы в городе, не считая разве что торгового дома «Нефрит», но всем было известно, что он и западная армия – почти одно и то же. Лит подумывал обратиться в службу правопорядка или к командиру бригады, но Грал и Дагл недвусмысленно дали понять, что у них там все схвачено, и ему лучше не высовываться, если он дорожит своей семьей. Лит боялся не столько за себя или свою лавку, сколько за жену и детей. Он слишком любил их, чтобы подвергать такой опасности. Была мысль продать бизнес и уехать, но эти двое каждый раз срывали сделку, отпугивая потенциальных покупателей. Они предлагали продать лавку им самим, но цена была смехотворной. Лит понимал, что его попросту пытаются ограбить. Так он стал заложником обстоятельств: либо ежемесячно отстегивать часть прибыли, либо продать лавку за бесценок и уехать нищим. Лит понимал, что в другом месте все может повториться. Лишь лица будут другими. Поэтому он терпел. Каждый месяц он отдавал пять золотых монет, что составляло большую часть его дохода. Денег едва хватало, но он еще держался на плаву. И вот, эти упыри явились снова, всего через неделю после последней выплаты, и снова требовали денег. У Лита еще оставались кое-какие сбережения, но он понимал, что ему нужно кормить семью, платить за товар, да и налоги никто не отменял. А в таком большом городе, как Сайфел, они были немаленькими.

‒ Не знал, что западная армия и силы правопорядка настолько прогнили, что занимаются вымогательством, ‒ Эфель, наконец, доел и в упор посмотрел на Дагла.

‒ А ты еще кто такой? ‒ Грал окинул торба и бронта презрительным взглядом. Не увидев на них никаких знаков отличия, он успокоился.

‒ Лучше убирайся отсюда, пока не нажил себе проблем, ‒ подхватил Дагл.

‒ Это ты мне устроишь проблемы? ‒ Эфель расхохотался.