- -
- 100%
- +
— А если бы не она, ты бы у меня тут не тявкал!
— Само бы зажило, — упрямо не согласился Сюй.
Лис уничижительно хмыкнул, показывая, какого он мнения о бахвальстве младшего родственника.
— Да и обнулилось прошлое, — сказал он устало спустя пары минут молчания. – Другой мир, другая судьба. Это мы с тобой нити тянем, а она захочет их оборвать. Так проще выжить и принять действительность. Ты лучше за дорогой следи. Упустишь – уши оторву.
— Ну вас, — обиделся парень, — целый день ни жравши и никакой благодарности.
Хайлин сам не понимал, что делает перед баром «Лисий переполох». Почему снова пришел сюда? Встретить ее? Глупость. Зачем ему эта девица? Таких полный Пекин, стоит лишь махнуть банкнотой покрупнее.
И все же он здесь. Стоит, переминаясь у входа. Спорит сам с собой, не решаясь войти.
Если она там, что он ей скажет?
Извинится?
Нет. Ему не за что извиняться. Он поступил, как благородный мужчина, не поддавшись соблазну.
Слабое утешение, потому что успел много раз пожалеть о собственной принципиальности. Да и не благородство это было, а испуг. Испугался, когда она назвала его по имени. Потерялся в страхе принести проблемы в семью.
Только девчонка, как заколдованная, не желала убираться из головы. Стоило прикрыть глаза, как тело вспоминало горячее тепло обнявших его рук, обжигающие поцелуи, покрывающие кожу и аромат женского тела: чистый, не отягощенный приторными духами и такой притягательный.
Хайлин с ненавистью глянул на вход в бар.
Что он только сегодня не делал, чтобы избавиться от наваждения! Загонял подчиненных, устроив три собрания подряд. Запросил всевозможные и невозможные отчеты, надеясь цифрами выбить девчонку из головы.
Не помогло. Она виделась ему в рекламных роликах компании, мерещилась в проходящих мимо женщинах.
Смеющаяся, наглая, соблазнительная со своим необычным цветом волос.
— Заплачу ей, — решился Хайлин, делая шаг к бару.
В конце концов все женщины одинаковы. Он попробует эту, успокоится и продолжит жить без дурацкого сердцебиения по пустякам.
Глава 4, в которой соль и стикеры воюют против нечисти
Домой я вернулась вымотанная, словно целый день напряженно работала. Утомительное это занятие – месть.
Особой радости по поводу достигнутого я не ощущала. Внутри в тугой узел сворачивалась тревога. Каким будет ответный удар Сяо? Она точно не успокоится, пока меня не уничтожит, хотя моя смерть и не имеет уже особого смысла. Или, убив меня, она надеется вернуть Минга?
Не понимаю, зачем он ей? Парень даже под приворотом сохранил здравый смысл и не стал просаживать на нее всю зарплату. Значит, рано или поздно приворот развеялся бы и без моей помощи. Я лишь послужила катализатором.
А теперь у Сяо и на работе проблемы, и парня потеряла. Чем еще заняться, как не отомстить той, которую она винит во всех неудачах?
Потому я и не люблю месть – одно зло тянет за собой другое… Умом понимаешь – ничего уже не исправить, а внутри все сжимается от ненависти и хочется вгрызться в горло Сяо, чтоб горячая кровь брызнула…
Я попыталась представить следующие шаги недоведьмы. Побежит к бабке, чтобы та снова меня прокляла?
Окинула свою комнату критичным взглядом. Переставила туалетный столик зеркалом к стене. Подумала и вытащила зеркало из шкафа. Поставила на столик лицом к первому. Пусть теперь сама себя проклинает.
А что если Сяо решила свои силы попробовать? Или чужую ведьму наймет? Может, у них правило: второе проклятие от одной ведьмы не работает?
Как же не хватает лиса, чтобы обсудить с ним этот вопрос. Лезть же в сеть бесполезно. Там такой хаос – лишь больше запутаюсь.
После ужина я разжилась солью. Разложила на письменном столе стикеры. У меня остались только розовые, но думаю, нечисти без разницы цвет.
Время до сна пролетело быстро. Я убрала мягкие игрушки с подоконника, насыпала широкую дорожку из соли. Приклеила на стекло с десяток бумажек, на которых вывела защитные иероглифы. Немного поколебавшись, проколола палец и добавила к тексту крови. Я, конечно, сейчас не лиса, но и Сяо не ведьма.
Самое сложное было решить вопрос со светом. Обычные свечи не подходили – их легко затушить, электричество замкнуть. Так что я слазила на антресоль и вытащила десяток светодиодных свечей – на батарейках. Пусть попробует с ними справиться. На всякий случай положила рядом с собой парочку ножей, молоток, лак для волос, зажигалку, острый молотый перец – такое в лицо кинешь, и противник будет до утра чихать.
Уселась на пол, для удобства подложив под попу подушку. Сделала круг из соли. Внутри разложила орудия обороны и… приготовилась ждать.
Даже любопытно стало, сможет ли Сяо достать меня на десятом этаже. Впрочем, прошлый раз высокий этаж не помешал бабке проклясть меня через зеркало.
Я сидела, смотря популярную дораму «Погоня за нефритом». Засмотрелась – интересный фильм оказался, не зря его в больнице хвалили. И тут в окно постучали. Причем чем-то острым. Когтем?
Свет замигал, словно его лихорадка хватила, а потом помер – комната погрузилась в устрашающую темноту.
Я хмыкнула, выключила планшет. На самом интересном месте прервали! Не могли подождать, пока я серию досмотрю!
Глянула на часы – одиннадцать вечера. Надо же. А я раньше двенадцати никого не ждала.
Зажгла первую свечу, потом вторую, третью… Комната оживала, наполняясь новогодней романтикой: язычки свечей трепетали в беззвучном танце. Я бы прониклась, если бы не была так зла.
Не то чтобы я сомневалась в способностях Сяо не забыть обо мне, но припереться ко мне домой?! Наглость. За стенкой дедушка с бабушкой спали, а их втягивать в это противостояние я не планировала.
В окно настойчиво постучали. Тень метнулась за стеклом. Что-то не очень большое, но с когтями. Зашипело негодующе, злясь на преграду между нами.
Ручка начала медленно поворачиваться…
— Шеф, может, нам вмешаться? – с беспокойством уточнил Сюй, глядя на то, как тварь забирается в окно на десятом этаже. И где только девчонка достала убитого ритуалом младенца, в которого посмертно вселили темный дух? Сюя аж чуть не стошнило, пока он смотрел, как тварь ползет по стене.
Нет, не зря он так ненавидит ведьм. Уничтожить бы всех, да не получится. Рано или поздно какая-нибудь дуреха заключит договор с темными, чтобы получить то, что ей хочется. Заплатит за помощь своей душой и будет ведьмовать до конца жизни…
— Ты визг слышишь? – спокойно уточнил дядя.
Парень прислушался – во дворе было тихо.
— Лучше за девчонкой следи, — приказал Лун, добавив: — Ли Я выжила в гареме, где, по слухам, властвовала упыриха, которая точно не прошла бы мимо молоденькой лисички. Но раз Ли Я дожила до битвы с императором, значит, упыриха обломала об нее зубы. Не сомневаюсь, что и сейчас Ли Я справится без нас. Главное, чтобы внучка, наконец, поняла, что без помощи бабки ей соперницу не одолеть и бросилась к ней за помощью.
Сюй кивнул, продолжая прислушиваться к тому, что происходило в комнате. Вдруг все-таки не справится?
Окно неспешно приоткрылось, и внутрь просунулась безобразная голова. Больше всего тварь походила на куклу младенца, которую забыли на десяток лет на чердаке. Землистая, испачканная грязью кожа, страшные, залитые тьмой глаза, шрам на лысой голове – нарочито небрежный, с крупными стежками.
Тварь оглядела комнату, проворачивая голову по кругу, точно стрелки часов. Нашла взглядом меня. Зашипела яростно, продемонстрировав полный рот острых зубов.
Уцепившись за створку когтистой рукой, вползла внутрь. Задержалась у полоски соли. Ловко отмахнулась от спланировавшего ей на спину стикера. И прыгнула – целясь мне в голову.
Я была наготове. Видела, как стремительны могут быть эти твари.
Лезвие вошло точно в правый глаз, и кукла повисла на длинном ноже, дергаясь телом, перебирая ручками и разъяренно шипя. Я отодвинула нож, чтобы тварь не могла дотянуться до меня своими не игрушечными когтями. Напрягла руку, удерживая ее на весу. Второй потянулась за стикером. Тем самым, на котором иероглифы были выведены целиком кровью. И с размаху приклеила его твари на лоб. Та истошно заверещала, задергалась, стремясь освободиться от стикера, из-под которого потянуло вонью паленой кожи.
Я держала нож двумя руками, не позволяя твари соскочить. Встала, дошла до окна. Распахнула пошире – и сбросила тварь вниз. Выдохнула, ощущая, как бешено колотится в груди сердце, как начинают трястись руки, как подгибаются от накатившей слабости ноги, как запоздало накатывает страх.
Снизу разъяренно зашипели. Твою же! Неубиваемая тварь!
Закрыла окно, замотала ручки шнуром – это ее чуть задержит. Схватила телефон, ключи. В один карман положила нож, во второй – пару стикеров. Прокралась в коридор, убедилась, что в соседней комнате все спят. Накинула куртку. Надела ботинки. И выскользнула из квартиры.
Когда вышла на улицу, в голове уже сложился план.
Обошла дом.
Сяо и не пряталась. Стояла у стены, задрав голову и наблюдая за перемещением питомца. Не знала, что ведьмы умеют оживлять кукол.
Встала у Сяо за спиной. Подняла голову – судя по резким рывкам тварь пыталась порвать когтями шнурок.
— Не надоело? – поинтересовалась я у девушки, ежась от холода.
Нужно отдать должное Сяо, она хоть и вздрогнула от неожиданности, но сразу узнала меня и медленно повернулась. Встретила мой спокойный взгляд боевым прищуром. Зрачки у нее были расширены. Под веществами или на нее так управление тварью влияет?
— Дурью же маешься, только время зря тратишь, — я добавила сочувствия в голос, — на работу я не вернусь – мне лучше вариант предложили, а Минг тебя сам не примет. Да и мне он больше не нужен. Я другого полюбила.
Сяо озадаченно заморгала. Она точно не готова была к такому разговору. Была уверена, что я на нее с обвинениями накинусь, а мне… Надоела эта вендетта. Жить нужно дальше, а с этой недоведьмой пусть судьба разбирается. Тем более что я уже запустила маховик неудач для Сяо.
— Какого другого? – нахмурилась она.
Кто о чем, а вшивый о бане!
— Будешь всех парней за мной подбирать? – хмыкнула я с сарказмом, и девушка аж покраснела от злости, дернулась было нагрубить, но я перебила:
— Ты даже не знаешь, куда меня зашвырнула. А там было занятно. И твари водились в разы страшнее этой, — я кивнула на сидевшую на подоконнике куклу.
— Тебе сейчас не обо мне нужно думать, а о том, как прощение у Минга выпросить, да на работе остаться.
Вряд ли Минг ее простит, но эту мысль я оставила при себе.
— А мы с тобой, как малышня в песочнице, игрушку поделить не можем.
Сяо глянула остро, потом усмехнулась и… расслабилась.
— Твоя правда, — согласилась она. – Да и Минг этот… Мне самой не нужен. Скряга он и зануда. То не делай, туда не ходи. Задолбал. Пусть катится, куда подальше.
Даже так? Неужели дитятко наигралось в игрушку, которую столь жадно пыталось получить? Минг счастливчик. Похоже, его не будут пытаться приворожить еще раз.
— Тогда разошлись? – спросила я.
Сяо презрительно дернула плечом, нехотя кивнула и спросила ехидно:
— А как тебе блохастой кошкой было? Мышей небось жрать пришлось?
Она поманила куклу, и та принялась шустро спускаться вниз.
— Не кошкой, а лисой, — проговорила я с улыбкой. Прошлое внезапно с ностальгией вспомнилось. – Мышь, увы, не осилила поймать. Рыбу воровала.
— Л-л-лисой? – побледнела вдруг девушка, отступила от меня, глянула со страхом.
– Ты была лисой? – переспросила она потрясенно.
Кивнула.
— Самой натуральной. Рыжей такой.
Сяо смотрела на меня расширенными глазами. Тварь добралась до нас, шипанула на меня для острастки, в пару движений забралась по ногам девушки и скрылась в рюкзаке.
— А других лис видела? – уточнила, нахмурившись, Сяо, судорожно оглядываясь, словно нас недруги в окружение брали.
— Одного, — честно призналась я. – Его охотники подстрелили. Не знаю, выжил ли бедняга.
— Мне пора, — засуетилась вдруг девушка, открывая мобильник и вызывая такси.
Прощаться я не стала. Отошла чуть в сторону. Подождала, пока Сяо сядет в подъехавшую машину, махнула ей на прощание и уже собиралась вернуться домой, как асфальт подсветили фары и с места, следом за такси, тронулась еще одна машина.
И вот тут профиль водителя показался мне до боли знаком…
Еще не додумав, я рванула к выезду со двора, обогнала черный электрокар и прыгнула ему наперерез.
Бампер ткнулся мне в колени, и я заскользила пальцами по капоту, стараясь удержаться на ногах и не опрокинуться назад. Машина затормозила в последний момент, не став меня давить.
— Жить надоело?!
С водительского сидения выскочил разъяренный парень, и я не сдержала торжествующей улыбки. Все-таки это был он, племянник лиса. Хоть я и сомневалась до последнего и под машину бросилась на одной интуиции, но та меня не подвела. Это действительно был Сюй. Тот самый, кому я вытаскивала стрелу из спины. И тот самый, который помогал с больными, обрушивая крышу на площади.
— Что улыбаешься, дура? — зло выдохнул он, на лице читалось много всего недоброжелательного в мой адрес, а я улыбнулась еще шире.
— Рада тебя видеть, — призналась честно.
Он осекся, посмотрел беспомощно в сторону дяди. Потом бросил страдальческий взгляд вперед, где такси сворачивало со двора направо, простонал:
— Упустим же.
И я поняла, что они здесь ради Сяо. Следят?
Внутри прозвенел первый звоночек пока только догадки.
— Я с вами, — заявила решительно, не собираясь убираться с дороги.
Парень страдальчески поморщился. Пошевелил губами, видимо посылая меня куда подальше и кивнул.
— Давай, только быстро.
Я не заставила себя ждать, шмыгнула на заднее сиденье, и мы мгновенно сорвались с места. Взвизгнув шинами, свернули направо и понеслись по пустому проулку, чтобы засечь, как красные огоньки исчезают за углом здания.
— Налево, — скомандовал старший лис, и мы оказались на шоссе, помчались по нему, обгоняя редкие машины. Через пару минут стало понятно, что двигаемся к выезду из города.
И куда это понесло Сяо на ночь глядя? Срочный заказ клиента? Или к бабуле в гости? Так вроде мы с ней договорились, и нет нужды меня проклинать.
Я постаралась припомнить слова Сяо, ее реакцию… Она не испугалась моего появления, осталась спокойна к дележке Минга, а вот узнав о моей лисьей половине, чуть в обморок не грохнулась. Если добавить к этому слежку, выходило презанятно…
Сюй ловко пристроился за одну машину от такси в очередь на хайвэй. Даже поздно вечером здесь было многомашинно.
Ехали молча. Ни одного вопроса ко мне от рыжих, ни одного упрека – словно меня здесь и не было. Догадка переросла в уверенность, и внутри запекло от обиды.
— Мне не понятны две вещи. Зачем было лгать мне в баре? И что вы не поделили с ведьмами?
Голос был полон ядовитого сарказма, но уверена, лисам на него плевать. Я словно пешка в их игре: захотели – использовали втемную или обманули. Они ведь через меня на Сяо вышли, иначе и быть не могло. Но даже помочь мне с недоведьмой справиться не потрудились.
Обида медленно, но верно перерастала в злость. Подумаешь, аж пять хвостов! Зато голова одна, и та с нехваткой мозга.
Лун ответил не сразу. Мне очень хотелось заглянуть ему в лицо, поймать выражение глаз, но в моем распоряжении был лишь кусочек затылка, шея и левое ухо, а они ничего особенного не выражали.
— Зачем тревожить воду, которая только успокоилась? – решил сыграть в философа старший лис. – Признайся я, ты бы стала искать с нами встречи. Вы, люди, такие впечатлительные, — в голосе явственно зазвучало пренебрежение к простым смертным.
– Потеряла бы покой, к журналистам пошла бы. Это твой мир, и ты его помнишь без нас. Я лишь хотел убедиться, что твоя личность не разрушена и сохранила память.
Ага. И поэтому пытался меня заманить куда-то, еще и с применением лисьего очарования? Не только соблазнитель хренов, но и врун первостепенный.
— А остальные почему здесь? – вспомнила я о Хайлине. Да и рано устраивать скандал, а то еще выкинут из машины, а я только-только начала к правде подбираться. – Они двойники тех из другого мира или переродились здесь? Но почему имена, да и лица те же?
— Ты видела кого-то еще? – удивился племянник.
Я промолчала, не желая делиться информацией.
— Твои друзья не перерожденные души, а перенесенные, — медленно, явно подбирая слова, ответил Лун.
Наверное, даже мое молчание было наполнено недоумением, потому как лис тяжело вздохнул – ему точно претила роль учителя – и принялся объяснять:
— Твое проклятие нарушило равновесие обоих миров. Его восстановление – не только наказание виновных, но и награда пострадавших. Безвинные получают чуть больше свободы, чем остальные. Потому связанным с тобою душам в конце их жизненного пути был предложен выбор: уйти на перерождение или оказаться с тобой в одном мире и в одном времени. Естественно, помнить они ничего не могут – это правило не подлежит изменению, но внешность и имена имеют право сохранить, как и выбрать возраст, в котором они тебя встретят.
Я нахмурилась. С памятью, допустим, согласна. О прошлых жизнях в истории человечества помнили единицы, видимо, более отблагодаренные, но в новой жизни у них были иные лица, национальности, да и имена тоже. А тут иной вариант. Без памяти о прошлом, зато с возможностью того, чтоб я их узнала при встрече. Если это благодарность мне, то несколько странная. Второй шанс, только для кого?
— А какой выбор получила я? – не удержалась от вопроса.
— Миллион юаней, — едко фыркнул племянник, и у меня аж руки зачесались надавать ему по шее. Серьезный же разговор!
— Разве ты уже не получаешь того, что хочешь? – многозначительно спросил старший лис, и я задумалась. Действительно… На крутую работу позвали. Минг бросил Сяо, признался мне в любви. Мне даже мелирование – на которое я никак не могла решиться – устроили.
Случись такое в прошлом, я бы прыгала от счастья.
— А как понять, что я выбрала всю положенную удачу и не живу в кредит? – поинтересовалась я, помня о суровости наказания за украденную рыбу.
— Учись, — бросил Лун племяннику, — девчонка без хвоста, а понимает больше тебя, с двумя!
— О! Целых два? – удивилась я.
— Недавно вырастил, — со смущенной гордостью признался Сюй.
— Мои поздравления! – искренне поздравила я. Все-таки хвосты важны для лисьих духов. Они с ними носятся почище, чем мы, женщины, с маникюром.
Ощущение нереальности накрывало медленно, но верно. Сижу тут… Рассуждаю с лисами о хвостах. Преследую недоведьму. Еду куда-то в ночь с теми, кого в этом мире вообще быть не должно… Мимо мелькают фонари хайвея, указатели и рекламные баннеры. А у меня полное чувство, что окружающий мир сейчас растает, и мы окажемся в повозке, запряженной лошадью и едущей мимо бамбуковой рощи. Наверное, на это намекал лис, когда говорил об успокоившейся воде. Сознание двоилось, не в силах совместить в себе обе реальности… Да меня даже ожившая кукла так не задела…
— А как же вы? – спросила, утрамбовывая в сознание: бессмертных лис, пять хвостов, ожившую куклу и ведьм, торгующих самодельным мылом.
— У нас свои тропы, — пожал плечами Лун.
— Вы здесь из-за ведьмы, — догадалась я. – Поняли, кто меня проклял и теперь пытаетесь ее найти? Зачем?
— Погодите, — гневно подалась я вперед, — то есть вы следили за мной все это время, чтобы выйти на Сяо?
— А я говорил, что догадается, — пробурчал Сюй.
Твою же… Да чтоб у них хвостопад случился с облысением!
То, что было догадкой, стало уверенностью.
— А общаться со мной не стали – боялись спугнуть, да? Знали, что Сяо боится вас. Почему, кстати? Вы воюете?
— Все должно было быть естественным, — важно подтвердил Лун, заставив меня стиснуть кулаки и мысленно пожелать лису много чего неприятного…
— А с ведьмами у нас договор, — добавил Сюй. – Мы к ним не лезем, они к нам, но с теми, кто договор нарушает, разговор короткий – мы открываем на них охоту, — и он агрессивно потряс кулаком в воздухе.
— Когда мы с тобой встретились, я сразу понял, что договор был нарушен, — подтвердил Лун. Отлип от спинки сиденья, потянулся, встряхнулся. Я бросила взгляд на часы – почти двенадцать, а мы все куда-то едем… Далеко же забралась бабка Сяо. С другой стороны, если она опасалась лис, то точно в какой-то дыре спряталась.
Ладно, мне бы к утру вернуться, чтобы старики не волновались, остальное не важно.
– Лишь волос собрата мог перенести тебя к нам и вселить в лису. Оставить сородича в беде было бы неправильно, так что я закончил свои дела в том мире и последовал за тобой, — разоткровенничался лис.
Мне очень хотелось спросить, как давно они здесь и как им современный мир после средневековья, но судя по тому, как уверенно держится Сюй за рулем машины, как проверяет карту на навигаторе, они здесь не первый день.
— Почему вы решили, что кто-то из ваших в беде? – уточнила я.
— Потому что ведьмы ловят молодых лисят, которые еще не умеют за себя постоять, — зло ответил вместо дяди Сюй, — и сажают их в клетки. Они используют нашу кровь, наши волосы для колдовства. И этот волос означает, что кто-то прямо сейчас сидит в ведьминской клетке и отдает свои силы для твоего проклятия. Отдавал, пока ты его не сняла, — поправился он.
Глава 5, в которой лисы идут по следу
Юного лиса было откровенно жаль. Я вспомнила о том, что бабуля говорила про кошачий волос, тоже волшебный, кстати. Хм, разве у нас есть кошачьи духи? И вот вопрос: то ли ведьма сама не знала о том, какой волос купила, то ли не хотела палиться перед внучкой и пугать Сяо, то ли она не купила его вовсе и лисенок где-то в подвале ее дома… Так что я не стала заранее разочаровывать охотников. Пусть проверяют. Ведьма соврет – недорого возьмет.
Зато понятно, почему бывшая коллега сорвалась из города. Испугалась, что лисы узнают о проклятии и придут за бабулей – убивать. Судя по мрачно-сосредоточенному взгляду Сюя, который я поймала в зеркале – вряд ли тот будет милосерден.
— А чем вы вообще здесь занимаетесь? – поинтересовалась я, чтобы разбить установившееся напряжение.
— Никак передумала и желаешь войти в лисью семью? – мгновенно оживился Лун, а я прикусила язык. Кто только за него тянул?
— Так я не лиса больше, — поспешила напомнить.
— Так это поправимо, — в тон мне отозвался Лун. – Диких еще не всех уничтожили по местным лесам. Подберем тебе какую-нибудь.
— То есть… — нахмурилась я, — лисий дух – это соединение человека и лисы? Вот так просто?
— Нашла простоту! – хмыкнул младший лис, заводясь: — Да, чтоб ты знала – даже соединение душ непростая вещь и для нее требуется сила кого-то из наших. А потом с одним хвостом ты и не дух, а так… кандидат в бессмертные. Два хвоста – лишь первая ступень.
— А как получить второй хвост? – не удержалась от вопроса.
— Когда первый заработаешь, тогда и поговорим, — проворчал Сюй, старший лис так и вовсе не удостоил меня ответа.
Ну да… Кто станет открывать такие тайны смертной человечке?
Ясно было одно – чем больше хвостов, тем сильнее дух. И это означало, что дядя не зря тогда волновался о племяннике. Не окажи я вовремя помощь, он мог бы и умереть от полученной стрелы.
Я с ностальгией вспомнила прошлое могущество: руки наложила – от смерти спасла. И честно призналась себе, что спасать людей мне понравилось.
Ладно, что было – то прошло.
Такси впереди показало поворотник, перестраиваясь в правый ряд. Мы чуть приотстали и свернули за ним на боковую дорогу.
Судя по указателю, Сяо направлялась в Гуайцунь, что переводилось с китайского как Деревня Странной травы. Самое место для ведьмы. И не важно, что та загадочная трава не более, чем легенда. Местные использовали ее банально – кидали на воду и переходили речку, не замочив ног, главное, Странная трава прекрасно сочеталась с колдовством.
Я заезжала сюда, когда училась в магистратуре. Места тут и правда красивые. Ступенчатые холмы, на которых стояли двух-трехэтажные деревянные домики, выкрашенные в светло-коричневый цвет, с покрытыми черепицей крышами. Извилистая речка, впадающая в водохранилище. И прямоугольники полей на каждом ровном участке. Весной здесь проводили фестиваль любования цветения рапса. Золотые поля, сладкий, дурманящий аромат. Романтика…
В декабре холмы и поля покрыты снегом, ступенчатость сглаживается сугробами, и деревня засыпает до весны…
Глянула на мобильник – начало первого. Не думаю, что полночь подходящее время для визита к нечисти, она вроде как в самой силе, но лис подобные трудности не волновали. Так что я решила держаться за их спинами. Мне то ведьме противопоставить нечего кроме складного ножа и пары стикеров с иероглифами.