Кассиопея и Лугаль

Глава 2

Кася сидела на лекции и крутила бумажку в руках, желая набрать номер и смыться с занятий. Она боролась с собой вот уже несколько дней и поэтому выглядела отстраненной. Однако Олегу, ее однокурснику, все же удалось вернуть ее в реальный мир неожиданным приглашением:

– В среду у меня день рождения. Приходи, буду тебя ждать, – самоуверенно произнес он, откровенно флиртуя.

Олег был красавчиком: выдающиеся скулы, курчавые короткие волосы, голубые глаза, крепкий торс. Он немного картавил, но Кассиопею это не смущало. Он мог бы ей понравиться, если бы она сейчас не была зациклена на своем внутреннем состоянии и хотя бы изредка смотрела по сторонам.

– Я подумаю, – ответила девушка, складывая тетрадки в дамскую сумку, вместившую бы даже бутылку вина. «Полезный девичий атрибут», – улыбнулась Кася, подумывая о расслабляющем вечере в кругу друзей. Олег просиял, ошибочно принимая ее улыбку на свой счет.

– Обязательно приходи. Будет весело! – бросил он, присоединившись к парням, гулко смеявшимся в предвкушении перекура.

Девушка вышла из аудитории. Одну из лекций отменили. До следующей оставалось чуть больше часа. В университетскую столовую она не ходила: столпотворение и гул голосов заставляли чувствовать себя неуютно. Обычно она наслаждалась пищей, и запихнуть в рот еду побыстрей, не замечая вкуса, было для нее настоящим преступлением. Поэтому Кася обогнула толпу курящих и направилась к ближайшему кафе, удачно расположенному через дорогу.

Внутри было светло, хотя массивные деревянные столы и стулья в большей степени ассоциировались с пивным заведением. Меню девушка знала наизусть. Усаживаясь за столик, она решила перекусить чем-то легким – выбор пал на салат с морепродуктами. Заказ принесли быстро.

Смакуя вкус необычного соуса, она не сразу заметила, как рядом отодвинулся увесистый стул. Оторвав взгляд от тарелки, девушка от неожиданности поперхнулась. «Дважды за неделю. Уровень везения – Бог!» – с иронией подумала Кася. Нежданная гостья звонко рассмеялась, с силой хлопнув ее по спине.

– Уверена, ты об этом мечтала, – огрызнулась Кася, откашлявшись.

– Еще как, звездочка! – хохотнула Алена, демонстрируя белоснежные зубы.

Неизменная свита красотки находилась тут же. Брюнетка сложила перед собой руки, по-хулигански шмыгая носом, а блондинка с круглым веснушчатым личиком принялась тереть глаз.

– Я тут вот что подумала… – протянула Алена, поправляя свои длинные волосы и перекидывая их на другое плечо, – что, если наша звездочка решит разбавить сегодня свое одиночество?

– Я не нуждаюсь в сопровождении, – насупилась Кася, вглядываясь в точеные черты лица собеседницы.

Алена была по-настоящему красива. Она будто сошла с обложки журнала. Но что-то в ее идеальном образе отталкивало.

Кася внимательно всматривалась в собеседницу, пока та болтала чепуху о социальном неравенстве и слоях общества. Тем временем ее свита наслаждалась обедом. В какой-то момент образ Алены начал расплываться, являя вместо себя маленький черный комочек. Не испугавшись, Кася продолжила на него смотреть и уловила еле заметное колыхание. Осознание увиденного пришло не сразу: она невольно ухватила Алену за плечо, выбираясь из тумана и размытого пятна, в центре которого оказалась.

– Так ты согласна? – улыбалась Алена.

– На что?! – непонимающе воскликнула Кася, прогоняя остатки тьмы, витавшие в воздухе.

– Пойти на вечеринку с нами? – прищурилась красотка. – Слушай, я знаю, что ты зубрила. Но выглядишь ты шикарно! – подпевалы согласно поддакивали словам заводилы. – Ты просто обязана тусить со мной! Обновим немножко гардероб, – отхлебнула Алена кофе. «Когда ей успели принести напиток?» – И ты настоящая Бейонсе! – Кася растеряно кивнула.

Удовлетворенные результатом беседы, девушки заплатили за обед и весьма дружелюбно попрощались с Касей. Они не собирались на лекцию. Эта троица часто прогуливала занятия. Кася же ковыряла вилкой в тарелке и думала, почему не рада столь заманчивому предложению.

Клочок бумажки, которую ей вручила Наталья, не давал девушке покоя. В конце концов она все же решилась на звонок. На другом конце провода отозвалась целительница. Не распыляясь на приветствия и обыденную болтовню, она поинтересовалась, все ли у девушки в порядке – видимо, почувствовала эмоциональную перемену. Однако Кася не спешила откровенничать, и Наталья с уважением отнеслась к ее личным границам.

Встречу загадочной группы назначили на среду, девушка согласилась присутствовать. До конца не осознавая, какой ответственный делает шаг, она думала о словах целительницы. «Зачем я нужна небожителям? – на глазах вновь выступили слезы. – Может, я запуталась, и все это просто психоз?» Ей хотелось бы спрятаться за ложными убеждениями, но в глубине души она знала ответ. Согласиться на встречу оказалось нелегко, но еще труднее – совладать с беспокойством и любопытством.

С самого детства Кассиопея ощущала себя неотъемлемой частью чего-то неизведанного. Она чувствовала, что является чем-то большим, нежели набором хромосом и костей, но не могла этого объяснить. А теперь, когда слова Натальи проникли ей в самую душу и затронули струны, к которым никто не прикасался, она не могла унять рвавшееся наружу воодушевление. Разум девушки прояснился, она жаждала истины. Видео на YouTube об информационных потоках лишь подстегнуло ее любопытство и придало ей решительности. «Неужели я попала в такой поток?» Кася прокручивала воспоминания о золотых волнах, повиновавшихся мужчине-целителю, голубых искрах, явившихся в момент близости к смерти, и черного комочка в груди однокурсницы, который на самом деле был ее сердцем. «Могу ли я верить своим глазам?» Ответ пришел сам собой: «Могу».

Наступила среда. День обещал быть насыщенным: занятия в университете, день рождения Олега в сопровождении новых «подруг» и собрание загадочной группы. Учеба заканчивалась в четыре часа, вечеринка начиналась в пять. Значит, у нее будет час, чтобы поздравить именинника и никого не обидеть, а после можно будет уйти по-английски и отправиться по более важным делам – на долгожданную встречу.

Алена со свитой явились ко второй паре. Красотка остановилась возле парты:

– Садись с нами, звездочка! – дружелюбно предложила девушка, кивая на задние парты, – обсудим новости.

– Я, пожалуй, послушаю лекцию, – твердо ответила Кася, сжав дрожащие пальцы в кулак.

– Что ж, как знаешь, зубрилка! – театрально вздохнула Алена, взлохматила ей волосы и поцокала к партам, до которых знания не долетали, как и тихий голос преподавателя.

Олег сидел позади Каси. Впрочем, как и всегда. Поначалу она думала, чтобы списывать. Но с недавнего времени начала замечать заинтересованность парня. От нее не укрылся и его похотливый взгляд, то и дело скользивший по фигурам девчонок, когда они проходили мимо. «Мужчины!» – раздраженно думала Кася.

После занятий она собиралась сесть на автобус, но Олег настаивал, чтобы девушка прокатилась с ним и его друзьями на машине. За рулем был приземистый однокурсник с округлым животиком – Ашот. Именинник сидел на пассажирском сиденье с открытой бутылкой шампанского и громко смеялся. А ее зажали на заднем сиденье незнакомые ребята из параллельной группы. Все они на первый взгляд казались забавными и симпатичными. Только почему-то девушке рядом с ними было невесело. Внутри у нее срабатывала сирена, прорывавшаяся наружу неосознанным страхом. Подстегиваемая необъяснимой тревогой, она написала эсэмэс единственному парню, с которым общалась, – Вите.

Просторная четырехкомнатная квартира родителей Олега находилась в центре города. В гостиной с люстрой в футуристическом стиле и черными стенами, обставленной белоснежной мебелью (явно работа дизайнера), их ожидал длинный, забитый салатами и закусками стол и барный уголок со всевозможными напитками. Олег откупорил шампанское, заливая пеной полы и кожаный диван. Ребята гоготали, весело переругивались между собой, не забывая прикладываться к алкоголю. Следом прибыла Алена с подругами. Она без стеснения ластилась к имениннику, а он почти незаметно касался ее талии, поглощенный словесной шутливой дуэлью с одним из ребят.

Кася угостилась бутербродом, выпила газировки, присела на кресло и принялась наблюдать за шумной компанией. Все они сливались для нее воедино, словно являлись одной сущностью, а не кучкой пьяных студентов. Алена в сотый раз предложила ей выпить, Ашот вцепился в непьющую гостью стальными клешнями и буквально заставлял ее попробовать алкоголь. Она мотала головой, борясь с подступающим гневом. Кася вспомнила, что кошки, когда их загоняют в угол, выпускают когти. Зажмурившись, она подавляла желание вцепиться однокурснику в глотку.

Вскочив с кресла, она вышла из комнаты и, оглядевшись, побрела на кухню – просторную, светлую, с ярко-красной столешницей и черными ящиками. И хотя квартира Олега буквально кричала о благосостоянии и неуемной фантазии ее жильцов, это не мешало ей выглядеть довольно агрессивно. Кася отодвинула шторы и выглянула в окно. На парковке, с цветами и подарками, курили с десяток человек: Олег не шутил, когда называл день рождения вечеринкой.

Она вздрогнула, ощутив на своих плечах чьи-то руки. Девушка стремительно обернулась и обнаружила рядом с собой Олега, который стоял очень близко и дышал ей в лицо перегаром. Кася отступила ближе к окну, упираясь в батарею, но он прижался теснее. Они практически соприкасались носами, голубые глаза парня потускнели, взгляд затуманился. Или ей так казалось?

Он наклонился и нежно поцеловал ее в губы. Однако запах алкоголя портил момент, и Кася прервала поцелуй, брезгливо отворачиваясь. Тогда парень неожиданно схватил ее за бедра, делая ей больно. «Ох», – испуганной пташкой сердце вырывалось из груди, в затылке пульсировало. Не готовая к такому повороту событий, она отбросила его руки. В глазах именинника сверкнул огонек ярости, лицо перекосилось, и он вцепился Касе в волосы. Девушка взвизгнула, вырываясь.

В гостиной от грохота музыки тряслись стекла. «Даже если я закричу, меня не услышат», – с ужасом подумала она. Олег отбивал все ее попытки защититься, по-прежнему крепко держа девушку за пышную гриву. Кася уступала ему в силе, поэтому он с легкостью заставил ее встать на колени, зажал в углу кухни и мотылялся из стороны в сторону, пытаясь свободной рукой расстегнуть ширинку.

Кася зажмурилась, повторяя про себя: «Это не со мной. Не со мной. Это просто сон. Я скоро проснусь». А он вожделенно пыхтел, расправляясь с пуговицей на джинсах. Собрав волю в кулак, она думала о своем друге. «Ты успеешь, Шпала. Ведь успеешь?» – тихо всхлипывала девушка. И когда, казалось, вот-вот свершится непоправимое, дверь с грохотом отлетела к стене, посыпались щепки. В проеме стоял Шпала. Друг стремительно преодолел расстояние, разделявшее его с Олегом, и врезал ему. Олег повалился на пол, ударившись головой о керамическую плитку. Тяжело дыша, Шпала схватил Касю за запястье и дернул вверх, причиняя девушке острую боль. Странно, но именно она и привела Касю в чувства. Девушка широко распахнула глаза, вышла из ступора и смогла контролировать трясущиеся ноги.

Им почти удалось выбраться из квартиры, как на пути возник Ашот. Он был изрядно пьян и, прислонясь к стене, бормотал что-то несвязное. Шпала врезал ему коленкой в живот, отбросил в сторону и потянул подругу на улицу.

Всю дорогу до дома они молчали. Таксист попался болтливый и разочарованно поглядывал на молодежь, игнорирующую его попытки завести беседу. Кася изредка всхлипывала, прислонившись лбом к холодному стеклу. Дождь зарядил основательно. Капли барабанили по крыше автомобиля, отстукивая стремительную мелодию, отвлекавшую от врезавшегося в память ужаса. Расплатившись с таксистом, они распахнули калитку и спрятались под навесом для машин.

– Какого хрена ты пошла туда одна?! – заорал он вдруг, размахивая руками. – Я был у бабушки, в получасе езды. Я мог не успеть, – принялся он расхаживать вдоль джипа ее отца.

– П-п-прости, – пролепетала Кася. От холода у нее стучали зубы, ветер пронзал до костей, капли, минуя навес, попадали ей на лицо. – Я и подумать не могла. Точнее, я чувствовала, но… – оправдывалась она.

– Но что?! – взревел Шпала.

Она взглянула на разгневанного друга и заметила темные тени, кружившие у него над головой. Они, словно нити, проникали ему в голову, скользили по плечам и скрывались на уровне груди под одеждой. Она знала – такие же нити вьются и над ней, отравляя жизнь. «Страх». Открытие потрясало, и девушка крепко зажмурилась, прогоняя навязчивого «гостя». Стараясь успокоиться и глубоко вдыхая свежий воздух, она подошла к парню и коснулась его груди. Шпала испуганно вздрогнул.

– Все позади. Ты же спас меня, – обняла его Кася. Сердце у друга стучало так, что казалось, будто оно вот-вот вырвется из груди.

– Коза, – выдохнул Шпала. Его сердцебиение замедлилось.

Кася отстранилась, наблюдая за исчезающими черными нитями, и удовлетворенно заулыбалась. Шпала недоверчиво щурился.

– Спятила, да? – спросил ласково. – Еще раз увижу рядом с тобой этого урода, убью, – играл он желваками.

– Спасибо тебе, дружище. Спасибо, – прервала она парня, обнимая его еще крепче.

Дома она поняла, что пропустила собрание. На телефоне высвечивались несколько пропущенных звонков от Натальи и одна тревожная эсэмэс: «Срочно позвони. Что случилось?» «От нее ничего не скроешь», – выдохнула девушка.

Гудки прервались, голос с хрипотцой потребовал объяснений. Она умело солгала, но Наталья, как детектор лжи, распознала вранье и немного пожурила ее. Следующая встреча должна была состояться через несколько дней, но женщина и слушать ничего не хотела — настаивала, чтобы девушка приехала к ней утром. Кася согласилась, капитулируя, и со вздохом забралась в кровать.

Уснуть после произошедшего оказалось непросто. Уязвленный случившимся мозг прокручивал события, как старую кинопленку. Страх вернулся, но она быстро отогнала его, с остервенением переворачиваясь на другой бок. Голову словно сдавило тисками, Кася понимала, что у нее разыгрывается мигрень. Чем больше она злилась, тем хуже себя чувствовала. «Я не дам ненависти руководить мной. Не позволю, – выровняла она дыхание. – Олег ублюдок. И он ответит за все. Только не мне его судить». Внезапная волна успокоения забрала с собой и головную боль, и чувство стыда. Кася вдруг осознала, что благодаря ужасу, который она пережила, ей открылась незримая истина. Вспомнились черные нити, проникавшие в голову и сердце друга, и еще почему-то покрытое корочкой сердце Алены. «Я вижу то, что не видно. Как это понять?» – вопрос повис в воздухе, плавно перетекая в сон.

Она скользила в пространстве, голубые искорки окружали ее, приподнимали ее тело, одеяло сползло на пол. Девушка парила над кроватью. Она блаженно улыбалась, покачиваясь в невесомости, будто в колыбели. Искорки соединялись, множились и преобразовывались в волны. Они касались спины, ног, головы, оставляя на коже приятный холодок. В какой-то момент волны стали настойчивее и устремились к потолку. Кася распахнула глаза и вскрикнула, выставив перед собой руки, – сон тут же развеялся. «С ума сойти! – она коснулась холодного затылка. – Его будто заморозили!» На часах было пять. Встав раньше обычного, девушка ушла из дома не позавтракав.

По дороге в университет она подбадривала себя, представляя непростой разговор с Олегом, вымаливающим у нее прощение. Оскорбленная, она мечтала, что он будет растерянным, беспомощным и жалким. Но девушку ждал сюрприз. Началось все с перешептываний и косых взглядов. Она крепко вцепилась в сумочку, вена вздулась на лбу. Даже отличники, ласково называемые «красным уголком», хихикали, отворачиваясь. Не сдерживая гнева, Кася подошла к кучке парней, в центре которой красовался Олег.

– Что происходит? – процедила она сквозь зубы, чувствуя, как закипает.

– Сама знаешь! Или память отшибло?! – оскалился парень, ребята заржали.

– Может, и меня порадуешь? – наклонился к ней и мерзко прошептал Ашот.

Она стояла посреди аудитории, не в силах вымолвить ни слова. Мало того что он причинил ей душевную и физическую боль, так еще и оклеветал! Кася ошарашено оглядывалась, замечая, как за ее спиной перешептывается добрая половина однокурсников. Она повторяла про себя: «Спокойно. Я должна отреагировать правильно. Иначе он выиграет. Он не должен победить». Сердце болело, сжимаясь в комок. Отчего-то вспомнилось черное сердце Алены, и гнев начал медленно затихать.

– Я тебе заплачу, если хочешь, – прошипел Ашот.

Гул аудитории звенел в голове, растворяя остатки самообладания. Девушка взревела, замахнулась и ударила Олега в живот, вкладывая в удар всю свою ненависть и боль. Он застонал и согнулся пополам. Повисла абсолютная тишина. Пряча кулак, Кася видела черные вязкие нити, тянувшиеся от костяшек пальцев. Внезапно на девушку накатила слабость, коленки подогнулись, и она рухнула в обморок.

Очнулась Кася уже в медпункте. Медсестра с аккуратной стрижкой (кажется, классический боб) по-доброму ей улыбнулась.

– Как себя чувствуешь? – участливо поинтересовалась она, ощупывая девушке лоб.

– Нормально, – буркнула Кася, приподнимаясь на локтях и ловя вертолетики.

– Давно пользуешься энергией? – Вопрос отскочил эхом от стен. Кася вздрогнула, хватаясь за край кушетки. – Ты использовала энергию во зло и поплатишься за это! – рявкнула женщина.

Кася встряхнула головой, прогоняя назойливое видение: глаза медсестры сверкали синевой, походившей на драгоценные камни, которые ослепляли неестественной яркостью. «Я спятила! Точно! Разве такое бывает?! Что у нее с глазами?!» Она предприняла еще одну неудачную попытку встать с кушетки.

– Ты истощила себя, дитя! – пробивался сквозь голос женщины совершенно иной, дребезжащий тембр. – Мы полагали, ты готова! Похоже, мы ошибались!

Кася беспомощно плакала, пытаясь отвести взгляд от сияющих глаз и жуткого лица женщины. Медсестра начала говорить на языке, который не походил ни на один слышимый девушкой ранее. Синева в ее глазах постепенно угасала – через пару секунд они снова приняли человеческий вид. Придя в себя, женщина тяжко дышала, будто только что пробежала марафон.

– Кажется, мне самой нужно прилечь. Ступай на занятия, – показала она девушке на дверь.

Еле переставляя ноги и для большей устойчивости цепляясь за стены, Кася побрела прочь.

Глава 3

Забыв про занятия, она села в маршрутку и покатила к ближайшей станции метро. Топографическим кретинизмом девушка не страдала – отлично помнила адрес Натальи и быстро выстроила в голове маршрут. «Какие, к черту, пары? Я сошла с ума! И вылечит меня только один человек! Если сумеет!» Силы отчасти вернулись, но слабость никуда не делась – так чувствуешь себя, когда болеешь и переносишь на ногах температуру. От метро Кася добиралась пешком, пользуясь Google Maps. Свернула не туда, покружилась среди одинаковых высоток, но вскоре вышла к нужному дому. Домофон не работал.

– Что за везуха! – вспылила она, расходуя необходимую жизненную энергию, и вновь почувствовала легкое головокружение.

Встав под окнами и немного придя в себя, девушка заорала во все горло имя целительницы. Штора в одном из окон отодвинулась, и из-за нее показалась обеспокоенная Наталья.

Она не могла отменить начатый прием, поэтому отвела девушку на кухню. Кася рухнула на стул, откинула голову назад и уставилась в потолок слипающимися глазами. Зелень зрачков потемнела, приобретая болотный оттенок. Кем бы ни было существо, вселившееся в тело медсестры, оно говорило правду: девушка себя обесточила. Но сейчас ей меньше всего хотелось думать о ярких синих глазах и дребезжащем голосе, поэтому Кася принялась разглядывать кухонную столешницу ядовито-салатного цвета.

В кухню вошел супруг Натальи. Загородив собой солнечный свет, он хлопотал возле чайника, наводя себе литровую кружечку кофе. За время знакомства она так и не удосужилась узнать его имя – жена называла его Данилычем. Кася не представляла, как к нему обращаться, ведь панибратская манера общения была ей не свойственна. Мужчина развернулся к девушке, прихлебывая горячий кофе, и чертыхнулся, пролив несколько капель напитка на пол.

– Что притихла? – спросил он, растирая миниатюрную лужицу носком. – Сегодня ты рано, – вгляделся повнимательнее, буркнул что-то себе под нос и соорудил для нее похожий напиток в кружке поменьше. – Я не вижу так, как супруга, – глухо пробасил он. – Моя стезя – руки. Но тут ясно видеть не нужно, – хмыкнул мужчина, сдвинув кустистые брови. – Что-то в тебе есть такое… Наталья разберется. Отцу и матери привет передавай! – напоследок сказал Данилыч и отправился в свою комнату.

Целительница закончила с клиенткой, проводила женщину, затворила за ней дверь, молча закурила в кухне сигаретку, немного помолчала, видимо, размышляя о чем-то своем, и, наконец, смогла взглянуть на Касю.

– Твои жизненные силы почти иссякли, – заключила она бесцветно. – Что нужно было сделать, чтобы так истощить себя? – повысила голос Наталья. В ее глазах на мгновение отразился страх, но она сумела с ним совладать. – Кассиопея? – сдержаннее спросила она.

– Я ударила парня, – вяло ворочала девушка языком.

– И?

– И он, наверное, пострадал. А потом был медпункт и женщина. Ее глаза… – осеклась она, вновь ведя борьбу с неосознанным страхом.

– Пойдем. Посмотрим.

Они сели за стол. Наталья взяла маятник, и он тут же пришел в движение. Только на этот раз Кася не видела искорок.

– Ты слишком ослабла, – пояснила женщина, читая в ее глазах вопрос. – Могу с ней работать? – спросила она у маятника, тот закачался вертикально. – Кто ей явился? – маятник быстро закружился и резко остановился. У Натальи затряслись руки, ее била дрожь. – Такое впервые, – прошептала она.

– Что это значит? – к девушке стремительно возвращались силы.

– Мне закрыли доступ. Закрыли и все тут.

Некоторое время они молчали. Наконец Наталья пришла в себя. Она положила руки на колени и, смотря прямо перед собой, выдала:

– Не знаю, кто это был. Но вряд ли доброжелатель, – Кася вздрогнула. Они встретились взглядами.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – обеспокоено спросила целительница. Кася кивнула. – Ты быстро восполняешь жизненные силы. Слишком быстро для человека, – криво ухмыльнулась женщина.

– На что вы намекаете? – с трудом выдавила девушка.

– Мне понадобится время, чтобы восстановить доступ. Кто-то отрубил меня от источника. Со мной не случалось ничего подобного с тех пор, как я ощутила энергию и начала развивать свои возможности.

– Но кто способен на это? – липкий страх кружился у Каси над головой и возле области сердца, она вновь могла его видеть.

– Кем бы он ни был, тебе следует быть осторожнее. К тому парню не приближайся. Кто знает, может, он в этом замешан. Странно это все…