Все тайны Златы и Урсулы. Шестая часть

6. Лучше быть любовницей?

Пока Злата и Алексей были в горах, ей постоянно звонила Урсула. И угрожала тем, что она покончит с собой. Но Злата игнорировала ее шантаж. Ей хотелось просто отдохнуть от рутины в шале, пока стоит отличная погода.

А потому она с удовольствием плескалась в джакузи с подогревом и в небольшом теплом бассейне. А потом с аппетитом лакомилась форелью, которую приносил ей прямо с костра Алексей.

Хотелось еще вина, но Злата не стала пить из-за беременности. А обошлась виноградным соком и травяными чаями.

Она не собиралась думать о том, что будет со старшей дочерью. Ей хотелось своего счастья. И перемен. Переехать в большой город и в роскошный дом Алексея. Она объявила ему о том, что ей нужна отдельная комната. И поинтересовалась, есть ли у него помощники?

Алексей удивился такому желанию Златы и простодушно ответил, что весь быт на себе тянула теща после смерти жены. Но она тоже умерла. А чужих людей в своем доме он не хочет.

Сестра призналась, что не собирается делать уборку такого большого пространства и готовить на всю семью. Это нее конек. Раньше всем этим занимался ее муж Ваня. Или папа приносил готовые обеды и ужины.

Но Алексей заметил, что работа для него превыше всего. И ему некогда будет хлопотать еще и о доме. И даже разочаровался в том, что Злата не хочет быть полноценной домохозяйкой.

Он представлял себе семейную жизнь по-другому. Как с покойной Ниной, которая варила борщ, пекла хлеб, и содержала дом в идеальной чистоте. А зачем еще нужна женщина? Ведь Злата не работает. Чем же ей тогда еще заниматься? Вот как раз будет помогать его детям делать уроки и собирать их в школу. Ходить на собрания и готовить завтраки и обеды.

А комната у них будет с Алексеем на двоих. С большой супружеской кроватью.

Но Злата начала спорить с Алексеем и говорить о том, что муж ей всегда мешал. И потому спал на полу или на раскладушке в кухне. А ей нужно отдыхать от всех. И своя комната. Она любит спать до обеда. Какая школа и завтраки?

Злата вытаращила свои огромные карие глаза на любовника. Нет. Она не умеет готовить борщ и не собирается стоять у плиты. Это не к ней. После того, как она просыпается, то приводит себя в порядок. За красотой нужно ухаживать. А она уже не в том возрасте, чтобы надрываться.

Потому для детей нужна будет гувернантка или няня. Да и вообще, помощница по дому.

Алексей стоял обескураженный возле кресла-качалки, в котором отдыхала его любимая женщина. И ничего не понимал. Он наивно полагал, что все женщины будут, как его Нина или теща, с удовольствием обслуживать большую семью и его в том числе. Это такое счастье для женщины – быт и всем угождать.

Но вот Злата разбила все его стереотипы. Она другая. И хочет жить только для себя. Зачем тогда она согласилась к нему переехать?

Он в лоб задал этот вопрос ей. Когда она лениво начала дремать, качаясь в кресле.

– Я тебе сделала одолжение. – Отрезала Злата. – Ты же сам настаивал. Меня добивался. Вот я и согласилась.

Алексей впервые в жизни испытал чувства сожаления и досады. Ему было обидно, что, оказывается, брак нужен только ему. А Злата просто сдалась под его натиском.

Бурная страсть ничего не стоит, думал про себя Алексей. Она ни о чем не говорит. А я надеялся. Он снова смотрел на безмятежное и красивое лицо своей любовницы и уже не умилялся правильным чертам лица.

– Ты что опять пьешь? – Услышал он от Златы. – Прекращай. Не люблю запах перегара. Тогда на интим не рассчитывай.

Полковник хотел налить в бокал хорошего вина, но осекся от замечания. Его Нина никогда такое ему не говорила. Ему вообще никто и никогда не перечил. На работе он был главным и дома тоже.

– Хочу и буду пить. – Как бунтующий подросток, заявил Людмилович, злясь и чувствуя снова приступ досады.

– Тогда никакого секса не получишь. – Резко ответила Злата. – Я возвращаюсь домой.

Она взяла телефон и начала там что-то рассматривать и как будто бы писать. И хихикать при этом, вызывая в своем любовнике ревность. И он отреагировал.

– Ты кому там улыбаешься? – Начал закипать он.

Но Злата его игнорировала и продолжала делать вид, что у нее диалог с мужчиной, хотя телефон почти не работал после того, как Алексей его разбил. Ей хотелось оторвать от вина своего любовника и настоять на своем.

Полковник, выходя из себя, подлетел к Злате и выхватил у нее гаджет из рук, который итак имел трещину, и собирался его швырнуть об землю. Но осекся.

И решил спуститься к морю, чтобы остыть. Хотя оно было уже холодным. И никто не купался.

Злата вызвала такси, чтобы вернуться домой. Она поняла, что роль прислуги в большом доме ей не подходит. И нянькой чужим детям она быть не собирается. Пусть кто угодно делает уроки со школьниками. Ей хватило Урсулы и Марка.

Злате пришла в голову мысль отправить старшую дочь к Лизе в Москву. Родить девочку и получать пособие. И подать на алименты на Алексея, но сначала выяснить с помощью экспертизы, он ли отец ее ребенка.

Она всегда была эгоисткой и ею же осталась. Страсть, которая на нее нахлынула в машине, прошла. Получив порцию хорошего с@кса, она решила держать Алексея при себе в роли любовника. Как муж он ей совсем не подходил.

Это очень удобно всегда принимать мужчину при полном параде, хорошо пахнущего, ухоженного и чистого. И не стирать его грязные трусы и носки. Не видеть его в домашней одежде, с похмелья или в плохом настроении.

Не колотиться с завтраками и ужинами. Не надраивать унитазы. И не выслушивать капризы чужих детей.

Куда приятнее вот так иногда отдыхать в домике в горах, плескаться в бассейне, спускаться к морю или к водопадам и наслаждаться свежим воздухом и хорошей едой.

И получать подарки от своего любовника, обедать с ним в кафе или в ресторанах. А если он женится, то пусть какая-то там унылая домохозяйка в нелепых халатах ждет его с ужином дома.

Нет. Она для такой жертвенной роли не подходит. Когда за ней приехала машина, Злата со спокойной душой, не сообщая ни о чем Алексею, села в такси, чтобы вернуться домой.

И отключила телефон чтобы он снова нервничал и ее ревновал. Ей нравилось наблюдать за тем, как любовник закипает от злости.

Пусть мучается. И купит ей новый телефон. Довольная, Злата села в машину и попросила водителя найти по радио лиричную музыку. Алексей, который уже далеко уплыл в море, увидел, как она уезжает.

И начал махать ей рукой и что-то кричать. Но она не остановилась.

7. Нужно ли жить ради детей

Злата вернулась домой очень довольная тем, что ей удалось свернуть кровь своему любовнику. Пусть теперь мучается один в море, раз позволяет себе грубость по отношению к ней. То, что Алексей мог утонуть, купаясь в нетрезвом состоянии и в одиночестве, не приходило ей в голову.

Злата редко задумывалась о чувствах других людей. Особенно мужчин. Так уж она устроена, что все время зациклена только на своей персоне и на своих удовольствиях. На своем месте под солнцем.

Сейчас она вынашивала дочку, а потому запретила себе лишние переживания по поводу чего-либо. Какой толк изводить себя? Разве поможешь бестолковыми рефлексиями чему-либо?

Злата собиралась уехать к маме, прекрасно зная, что Людмилович будет ее искать, поскольку она отключила телефон. И обязательно приедет к ней домой и устроит разборку со сценами ревности.

Ей хотелось усилить драму и придать себе значительности. Создать вокруг себя историю.

Но дома она обнаружила свою старшую дочь с перевязанным запястьем. Урсула успела порезать себе вены, как и угрожала матери. Но испугалась. И тут же перевязала раны. Но кровь все равно хлестала очень сильно, хотя она прошлась ножом по одной руке не глубоко.

Такой трюк Урсула проделывала всякий раз, когда не хотела учить уроки. Или когда хотела склонить родителей к какой-то крупной покупке. У нее отлично получалось напугать родственников, которые после такой истории всегда делали для нее то, что она требовала.

Злату взбесило такое поведение дочери. Она собиралась вызвать Скорую и отправить потом Урсулу в психушку. Ей надоело каждый раз отмазывать своего ребенка от направления в соответствующее отделение.

Никакой жалости по отношению к своей дочери она не испытывала. Наоборот, забеременев новым ребенком, она стала чувствовать постоянное раздражение на старших детей. Сына она пристроила к маме. А вот от Урсулы не могла никак избавиться.

И теперь нашла повод ее сдать на лечение. Хотя и раньше ей давали направление психиатры. Но Урсуле удавалось избежать психушки.

Злата взяла телефон, который глючил после того, как Алексей швырнул его об стену, и собиралась позвонить медикам, чтобы сообщить о попытке суицида.

Но как только она включила телефон, он позвонил. Тревожно. И глухо. И она вздрогнула, почувствовав недоброе.

Но подняла трубку.

8. Зачем мы получаем уроки от жизни

Алексей утонул. Об этом Злате сообщили по телефону, когда она подняла трубку. Поскольку в записной книжке она была записана – Жена.

Никакого ужаса или вины за то, что все так произошло, Злата не испытывала. Наоборот, отстраненность и непонимание, зачем ей то звонят?

Как будто ей назойливо какой-то голос в телефонной трубке предлагал взять кредит или пройти бесплатно медицинское обследование.

По сути, если бы Злата остановилась и позвала на помощь, возможно, ее любовника удалось бы спасти. Ему свело судорогой ногу от холодной воды. К тому же, он полез в море в не трезвом состоянии.

Лодка со спасателями не успела вовремя вытащить его из воды. Его заметили только тогда, когда тело полковника вынесло волнами на берег.

И то какие-то местные жители, которые собирали хворост в лесу, и возвращались домой по берегу моря.

Жизнь еще одного мужчины, который был влюблен в Злату, оборвалась. Видимо, в ней обнаружилась какая-то способность забирать из них всю энергию.

Сестре настолько стала ситуация безразлична, что она просто сидела за кухонным столом и молчала, забыв вызвать Скорую и сдать свою старшую дочь в руки психиатров.

Так она сидела неподвижно до ночи, а ее малышка шевелилась внутри нее изо всех сил, как будто напоминая ей, что жизнь продолжается.

Злата по привычке хотела купить бутылку и снова выпить, чтобы дать ситуации определенность. Но, благодаря толчкам внутри себя, сделала над собой усилие и никуда не пошла.

Хотя накачаться алкоголем и впасть снова в какое-то бессознательное состояние стало ее единственным желанием.

Маме она звонить не хотела, поскольку та бы ее отчитала, обвинив в том, что это она бросила Алексея и уехала с базы отдыха.

Точно так же, как она сбежала от своего искалеченного мужа в госпитале. Ведь все, что было красивым и гармоничным, привлекало Злату. А то, что выглядело уродливым, печальным или оскорбляющим ее чувства, ее возмущало и пугало.

Как, например, грязные волосы у студентов, или чья-то немощность, растяжки, оставшиеся у нее после беременности, ее сын, который пачкал штаны и был не в состоянии решать простые уравнения.

Если и заводила Злата животных, то только породистых, с родословной, чтобы похвастаться перед окружающими статусом своей кошечки или собачки.

Подобрать какое-то больное чудище ей казалось бессмысленностью. Зачем вкладывать свои ресурсы в то, что не даст никаких дивидендов? Что никогда не будет целостным, прекрасным, восхитительным, радующим глаз.

Ничего и никогда Злата не делала по зову души, бескорыстно, отрывая от себя какую-то огромную часть и жертвуя собой ради других. Наоборот, она уяснила для себя простую формулу – это для нее должны жить мужчины, заботиться о ней, веселить ее, совершать поступки и решать проблемы.

От мужчин должна быть хоть какая-то выгода, как и от людей в целом. Если и соглашалась Злата принять у себя родственников, то не для того, чтобы им помочь по зову сердца, нет, под давлением социума, перед которым она хотела выглядеть порядочно.

Она была человеком долга. Ответственной и справедливой. Если студенты не могли выучить какой-то предмет, то считала, что они должны вечно пересдавать ей одни и те же параграфы из методички до тех пор, пока не зазубрят научные тексты.

А взяток не брала из принципа. Полагая, что это оставит след на ее репутации педагога с известным именем. Хотя сколько раз бабушки или мамы ее учеников умоляли не разрушать жизнь их детям.

Но Злата могла сделать так, что именно из-за долгов по ее предмету, появлялись целые списки фамилий призывников.

Перед глазами у нее все время стояла почему-то бабушка одного двоечника, опрятная, но очень бедная старушка, устроившая своего внука по льготе к ней в группу. Которого в скором времени отчислили. Учиться он не хотел или не мог. А Злата всегда была убеждена, что раз молодежь настолько ленива, чтобы запоминать формулы, то пусть идет работать.

Например, официантами, грузчиками или кассирами. Или служить. Это священный долг каждого. Сделать что-то для родины.

Ее бывший студент Слава зачем-то, отслужив несколько месяцев, подписал контракт. Это бабушка потом упрекала Злату в том, что вот если бы не она, внук бы был жив.

Злату она выхватила в холле красивого корпуса ВУЗа, когда та торопилась на лекцию. И сначала говорила с ней с глазу на глаз, а потом перешла в плач, обвиняя педагога в смерти внука. Ее двоечника и недотепу, но единственного и любимого Славку, мать у которого была простит@ткой, а отец сгнил в тюрьме.

Злата точно помнила, что была тишина, которая раскалывала громадное пространство университета, в котором были слышны глухие рыдания отчаявшейся и пожилой женщины, упавшей на колени и проклинавшей Злату за тот список, в который она включила Славу.

Сколько было таких матерей, умоляющих ее поставить зачет или оценку их детям, бестолковым, но все равно родным и драгоценным. А Злата из какого-то профессионального упрямства одним росчерком пера меняла судьбы своих студентов, будучи убежденной в том, что дороже ее принципов ничего нет.

И гордилась своей неподкупностью и непрошибаемостью. Хотя остальные педагоги закрывали глаза на многое и шли навстречу тем, кто совершал ошибки.

Мы все имеем право ошибаться. Потому что люди. А люди не безгрешны, увы.

Но Злата всегда считала себя лучше, чем остальные. Это она писала диссертации, столько лет посвятила науке и образованию в то время, как другие могут жить беспечно и требовать у нее оценку или зачет.

Нет. Такое допустить она не могла. И заставляла молодых людей меняться. Трудиться и совершенствоваться.

Поскольку к этому стремилась сама. И тщательно ухаживала за собой, не толстела, приходила на лекции с идеальной укладкой, свежая и бодрая.

И ненавидела у студентов запахов грязных носков, их перхоти и сала в волосах, их похмелье, бездарность, лень, лишний вес и неспособность выучить хотя бы простенькое определение.

Злата вообще не выдавала никому авансов. И не делала ни в чью сторону реверансов, расшаркиваясь перед другими в благодарности, неуместных извинениях или оправданиях.

Нет. Она была структурированной, правильной, монументальной. И ничего не могло пошатнуть систему ее ценностей, состоящих из глав книги ее почти праведной жизни.

Почти, поскольку Злата имела любовников, и не выполняла свои обязанности матери, но она считала, что имеет право давать себе шанс на отдых. На получение удовольствий, поскольку итак довела свой внешний вид и профессионализм до совершенства.

А значит мужчины просто обязаны сделать ее жизнь веселее и роскошнее.

И сейчас, сидя на кухне в одиночестве, она не обвиняла саму себя в том, что это итог, хоть и печальный или страшный, но вполне закономерный и предсказуемый. И это она приложила руку к тому, что происходит в ее жизни.

Злата снова и снова спрашивала кого-то, за что мне все это? И как быть дальше? Мы всегда задаем эти вопросы кому-то, чувствуя, что получили какие-то уроки от жизни не заслуженно.

Планы переехать в большой город и удобно устроиться за счет любящего ее мужчины у Златы рухнули.

Самого Алексея, который так глупо погиб в расцвете сил, ей было не жалко. И его четверых детей, двое из которых были вообще несовершеннолетними, тоже.

Если и могла сочувствовать кому-то сейчас Злата, так это только себе. Она потеряла очень удобного и преданного поклонника. И, возможно, отца своей дочери, которая снова зашевелилась внутри нее.

И Злата, выпив снотворное, решила лечь спать, машинально проходя в свою комнату и заглядывая к Урсуле. Та тоже спала, выставив вперед перевязанную бинтом руку.

Но и свою старшую дочь Злате было почему-то не жалко. Злата вообще заметила в себе одну странность – она перестала рефлексировать.

Ее чувства вообще почему-то притупились или вовсе исчезли.

9. Про роковых женщин

Через пару дней Злате позвонила какая-то незнакомая женщина. Она представилась Таней. Оказалось, что это старшая дочь ее любовника. Злата сначала не поняла, зачем ее приглашают на похороны.

А потом до нее дошло, что это дочь ее погибшего Алексея. Что удивило мою сестру.

Полковник при жизни, готовясь к женитьбе, поручил Тане забрать то самое кольцо, которое хотел вручить Злате. Он уже попытался сделать такой подарок своей любимой женщине, но ошибся с размерами пальцев. А потому заказал новое. Наконец-то кольцо было готово.

Дочь нашла также среди его вещей все письма, которые он не отправил Злате. И не знала, что с ними делать. А потому уточняла у нее самой адрес, чтобы доставить все это курьером.

На похороны Злата решила не идти, поскольку понимала, что ее начнут осуждать за то, что она не оказала помощь тонущему Алексею. И второе – она беспокоилась о своей беременности. Зачем женщине в положении такие переживания?

Но адрес, разумеется, подтвердила. Таня не упрекала ее ни в чем и не обвиняла. Наоборот, ей хотелось посмотреть на ту женщину, которую выбрал ее отец после смерти мамы.

Она даже предлагала лично привести Злате посылку. Но та почему-то боялась этого визита. И решила оградить себя от лишних волнений. А кольцо принять. Поскольку это было очень дорогое украшение с редким бриллиантом от известного бренда.

Злата призналась когда-то Людмиловичу, что хотела бы получить именно такое кольцо в зеленой коробочке. Ей казалось, что вместе с таким ценным камушком и ее стоимость как женщины увеличится.

Ей хотелось компенсировать самой себе какую-то внутреннюю пустоту и утрату. Она всегда так делала, когда чувствовала свое одиночество. Как только получала аванс, то тут же все деньги инвестировала в покупки.

И приобретала красивые платья, туфли, сумки, цепочки и сережки. Которые ей тут же переставали нравиться, и она ждала уже зарплату, чтобы снова совершить шопинг, истратив все до копейки.

Коммунальные услуги оплачивали родители, кредиты – муж. Питанием детей и мужа Злата не заморачивалась. Хозяйки из нее не вышло. Дети покупали себе бургеры или магазинные пельмени.

Злата игнорировала ту часть своей жизни, в которой нужно было быть матерью и женой. Хотя упорно выставляла в сети жизнеутверждающие статусы про счастье и постановочные фотографии, под которыми ее коллеги и студенты оставляли тысячу восторженных комментариев, поражаясь эстетике и красоте кадров.

А восхищаться было чем. Каждый раз Злата тщательно отбирала снимки, которые нужно транслировать окружающим. И на всех она была безупречной. Поскольку заранее проводила репетиции всей семье, даже если это были моменты из их совместных поездок на море.

Не было никакой расслабленности в этих фотосессиях. Наоборот, начиная от детей и заканчивая собаками и кошками в кадре, все выглядело дешевым реквизитом. И все улыбались. Дети – отрепетированными улыбками. Злата натянутой и правильной улыбкой модели. А ее муж Ваня – всегда выглядел вымученным и беспомощным на фоне своей уверенной жены, идеальной, отретушированной местами, похожей на фарфоровую куклу в своих неестественных жестах.

Пожалуй, только роль педагога у Златы получалась лучше всего. С именем. С хорошей репутацией. Неподкупного. Дающего отличные результаты. С кучей кубков и наград. Со статусом, уважаемым и почитаемым.

И еще одно амплуа отлично закрепилось за Златой – любовницы, из-за которой мужчины в буквальном смысле умирали. И ей это состояние роковой женщины нравилось. И устраивало то, что это не она страдает по мужчинам и каждый день добивается их внимания.