Голоса эпохи – 2025. Избранная проза и поэзия современности. Том 2

Приехав в Кисловодск, я стала разыскивать своих приятельниц – Аннушку и Леру. Несколько раз звонила Аннушке, но никто не отзывался. Через сотрудницу санатория, соседку Аннушки, я узнала, что моя подруга продала квартиру и теперь живёт в Московской области. С Лерой мне удалось связаться сразу же, и мы несколько раз вместе с ней и её подругой слушали концерты в нашей любимой филармонии. А вот подниматься со мной в гору Лера не захотела, даже на Малое Седло.

До отъезда из санатория оставалось совсем немного времени, а надежды на хорошую погоду не было. В последнюю перед отъездом субботу я дошла до нижней станции подвесной канатной дороги и села на камень, устремив взгляд на горы. Моя душа рвалась туда, на Большое Седло. И я – всегда недоумевавшая, почему альпинисты так стремятся в горы, рискуя жизнью и часто действительно теряя её, – неожиданно для себя осознала, что для них взойти на вершину, возможно, является смыслом жизни. Просто у них одна высота, а у меня – другая: пониже, но столь же желанная.

Я с тоской слушала, как в горах «одна за одной» сходят снежные лавины. Мне казалось, что они не шумели и не грохотали, но я никак не могла подобрать нужного слова, которое точно отражало бы мои ощущения. Я повторяла рвущие душу слова песни Владимира Высоцкого:

На следующий день я решила: пойду и будь что будет. В этот раз я даже не искала попутчиков, поскольку это было бесполезно. Я добралась до верхней станции канатки и направилась к Малому Седлу. Снег падал хлопьями. Мои пальто и шапочка были облеплены снегом, ноги утопали в снежном океане, я передвигалась с большим трудом, видимость была практически нулевой, но я упорно продолжала идти. Людей, обгонявших меня, было очень мало, а шедших навстречу не было совсем. И вот оно, Малое Седло. Там я увидела несколько человек, поднявшихся сюда раньше меня.

Если бы кто-нибудь из них пошёл на Большое Седло, я бы непременно присоединилась. Но желающих не нашлось.

Передо мной расстилалось огромное заснеженное пространство, на котором не было видно никаких отличительных знаков. Падавший снег уменьшал видимость до нескольких метров. В таких условиях ничего не стоило заблудиться. Мне пришлось вернуться назад. Я старалась идти по следам путников, чтобы не сбиться с дороги, и очень торопилась, чтобы следы окончательно не занесло снегом. Видимо, я была румяной, потому что кто-то из шедших навстречу супругов воскликнул: «Вот русская красавица!» Ни то, ни другое не соответствовало истине, но я благодарно улыбнулась в ответ. В этот раз восхождение не состоялось, но не по моей вине: силы природы бывают сильнее нас.

Однажды я погналась за двумя зайцам и ни одного не поймала. Это случилось в 2013 году, когда я отдыхала в Пятигорске и дважды приезжала в Кисловодск, чтобы послушать концерты в филармонии. Я совершенно забыла, что бесплатно билеты предоставляются отдыхающим только в тех санаториях, где руководство заключило с филармонией соответствующий договор. Я опаздывала на концерт и буквально бежала, чтобы не оказаться перед закрытыми дверями, и только вопрос билетёра «А что у вас?» меня отрезвил. Однако инерция моего физического и эмоционального стремления попасть в зал была настолько велика, что я пулей пролетела мимо блюстителя порядка.

В программе концерта значились увертюра к опере «Геновева», концерт для виолончели с оркестром Шумана, а также произведения Верди: интродукция к опере «Луиза Миллер», сцена и дуэт из оперы «Трубадур» и увертюра к опере «Сила судьбы». Дирижировал оркестром лауреат всероссийского и международного конкурсов Станислав Кочановский.

При первых же звуках музыки меня охватило блаженство, я упивалась омывавшими всё моё существо потоками исцеляющей энергии. Я испытывала наслаждение, несравнимое с тем, какое получала на концертах в других залах. Здесь сама атмосфера зала гармонизировала, успокаивала и возвышала.

Покидая филармонию, я взяла концертную программу, из которой узнала, что первого и второго ноября состоится концерт, на котором будут исполняться произведения Моцарта – концерт для фортепиано с оркестром № 24 и увертюра к опере «Так поступают женщины», – а также симфония № 9 Шостаковича. Я решила во что бы то ни стало ещё раз приехать в Кисловодск и попасть в филармонию.

Я исполнила своё намерение, приехав в Кисловодск первого ноября – в день своего отъезда в Москву. Меня слегка смущало, что концерт состоится в пятницу. Раньше симфонические концерты проводились в филармонии только по субботам. Но памятуя, что при моём последнем посещении филармонии все места были заняты, я подумала, что из-за большого числа желающих послушать выступление симфонического оркестра филармония решила устраивать концерты два раза в неделю. Кроме того, выйдя из электрички, я увидела огромный рекламный щит с объявлением о концертах оркестра 1 и 2 ноября. Больше никаких сведений там не было.

Успокоившись относительно дня проведения концерта, я решила совершить очередное восхождение на Большое Седло, ибо именно это желание заставило меня остаться на Северном Кавказе ещё на один день по окончании лечения в санатории в Пятигорске. В последнюю ночь я очень плохо спала, так как за окном всё время гудел и завывал ветер и лил сильный дождь. В такие дни, видимо, сильно меняется атмосферное давление, и мой уже немолодой организм бурно на это реагирует. Если я не высыпаюсь, то силёнок на выполнение «великих» дел оказывается недостаточно. Тем не менее я решила попытаться дойти до той высоты, до которой позволят мне силы.

Было уже около 11 часов, а концерт в филармонии должен был начаться в 4 часа дня, поэтому в моём распоряжении было совсем немного времени.

В отличие от Пятигорска, здесь была прекрасная солнечная погода, и не воспользоваться предоставленной самой природой возможностью подняться в горы было бы грешно.

Поднявшись на канатке к верхней станции, я направилась к Малому Седлу. Бессонная ночь давала о себе знать: на этот раз подъём показался мне более трудным, чем раньше. У меня даже начало побаливать сердце, и я пыталась уговорить его немного потерпеть. В гору я поднималась очень медленно. Было ясно, что при таком физическом состоянии восхождение на Большое Седло не состоится. Теперь моей задачей стало добраться хотя бы до Малого Седла.

До него я всё-таки добралась. Подошла к триангуляционному знаку, сфотографировалась, немного постояла, отдышалась и неожиданно почувствовала прилив свежих сил. Теперь мне захотелось идти дальше. Но я опасалась совершать восхождение одна, да и дорогу на Большое Седло уже забыла.

Я стала расспрашивать находившихся поблизости молодых людей, кто из них пойдёт на Большое Седло, но таковых не оказалось. Я огорчилась, так как продолжить путь в одиночестве не решалась. Вдруг я увидела молодую стройную женщину, направлявшуюся в сторону Большого Седла. На мой вопрос она ответила неопределённо, но я поняла, что хотя бы часть пути могу пройти вместе с ней.

Я рассказала своей попутчице Инне, что утром неважно себя чувствовала, и она стала периодически справляться о моём состоянии, временами предлагала отдохнуть, а потом двигаться дальше. Меня растрогала её забота. Позже оказалось, что Инна не такая юная, как мне показалось вначале. Просто она была очень спортивной, но на самом деле ей сорок лет, и она врач из Ростова. Я даже рассмеялась от такого неожиданного признания.

Начальный этап нашего восхождения на Большое Седло был очень лёгким, так как тропинка стелилась вдоль подножия гор, и мы быстро прошли почти половину пути. Потом начался подъём на первую гору. Поднявшись на неё, мы огляделись и увидели на окрестных горах немало мужчин.

– Что они здесь делают? – спросила я.

– Просто гуляют, – ответила Инна. – Многие из них ежедневно в качестве разминки поднимаются на Большое Седло.

Я чувствовала, что свежий воздух и радость от совершённого подъёма на первую гору наполнили меня живительной энергией. Мы устремились вперёд и поднялись на вершину следующей горы, расположенную на высоте 1352 метров. И если Большое Седло находится на высоте 1409 метров, то нам оставалось подняться всего на 57 метров. Я чувствовала, что могу, могу преодолеть оставшиеся метры. Вот она, желанная гора!

Однако я взглянула на часы и приуныла: было уже около двух часов дня. Через два часа начнётся концерт в филармонии. Моё сердце разрывалось между желанием подняться на Большое Седло и послушать симфонический концерт. Для подъёма на гору требовался ещё час времени и ещё какое-то время на спуск. Скрепя сердце я предложила Инне двинуться в обратный путь. Она с готовностью поддержала моё предложение. Видимо, из-за своего доброго нрава она просто сопровождала меня, видя, что мне очень хотелось подняться на Большое Седло.

Обратный путь до верхней станции канатки занял совсем немного времени. Вниз я буквально катилась, как шарик. Инна даже пошутила, что едва успевает за мной. Теперь ей, наверное, было трудно себе представить, что ещё утром я чувствовала себя действительно скверно.

Без двадцати четыре я подошла к филармонии, но меня встретили закрытые двери. Я обратилась к кассирше, которая с сожалением спросила:

– А почему вы решили, что концерт состоится в Кисловодске?

Я протянула ей программу и сказала, что в ней указаны две даты. Тогда она пояснила, что по пятницам концерты проводятся в Ессентуках. Я возразила:

– Ни в программе, ни на афише это не указано!

Кассирша ответила, что об этом знают все. Не знала только я, так как не была в Кисловодске два года. Так я и ушла несолоно хлебавши.

В этот раз мне не удалось ни подняться на Большое Седло, ни послушать концерт в исполнении симфонического оркестра. И виновата в этом я сама, поскольку погналась сразу за двумя зайцами. Может быть, в следующий раз я буду разумнее? Однако следующего раза не случилось. Мне больше не довелось приехать в Кисловодск.

Виктор Дроздов

Белгородский поэт. Родился в 1958 году. Подполковник запаса. Ветеран труда. Член ИСП, член-корреспондент МАНИ. Издал восемь персональных сборников стихов, участвовал в 70 альманахах, в том числе с переводом на китайский и английский язык. Неоднократно издавался в издательстве «Четыре», ИД М. Бурдина, журналах «Звонница», «Российский колокол», «СовременникЪ» и других. Лауреат в номинации «Поэзия» Международной литературной премии Мира 2020 года, «Золотое перо России», «Литературный Феникс» за восстановление русской литературы. За творческую деятельность награждён медалями, дипломами. Стихи носят разноплановый характер: юмор, лирика, военная и патриотическая темы, размышления о людях, их поступках.

Виктор Дроздов проживает в Белгороде.

Танцплощадка

Плывёт мелодияНочью морозною,Где пары модныеИ крыша звёздная.Дорожка лунная,Позёмка змеями,А ноты грустныеВ душе навеяны.Как же люблю тебя,Но завтра снова бой.В танце кружу любяИ расстаюсь с тобой.Усталость по ногам,Так поспать хочется,Здесь доиграют нам,Что и как сложится.Шепчут твои уста:«Вернусь, любимая».Словам твоим слетатьС губ ночью синею.На танцах гул затих,И все уж разошлись,Вот мне куда идти,Когда взвода ушли?И ты ушёл в свой мир,Как сигаретный дым.Не будешь старым ты,Не станешь ты седым.Нам песню не допеть,Не сочинить свой стих,Уж очень часто смертьГостит у молодых.Как мне теперь однойТут без твоих жить рук?Звучит всегда со мнойТолько печальный звук.Грущу, чтоб не слыхалНикто – ни жалоб, слёз.Ушёл ты!.. Навсегда!..С улыбкой, но всерьёз!

Бог не с вами

Иду по битому стеклу,хруст под ногами.Я пятна крови обхожу,коляску с мамой.Висело что-то и теклопод самой крышей.А из подъезда донеслось:«Нас Бог не слышит!»Война – то горе и беда,гибнут солдаты.Где поле битвы, там всегдарожденье правды.Только от схватки у бойцак победе гордость.Но мстить ребёнку за отца —какая подлость!И посылают детям смерть,где наше знамя.Это не просто злая месть —детишек ранить.Ведь в детях ангелы живут,по ним вы – сапогами…Нет. Ангелы вам не споют.Нет. Бог не с вами…

Голгофы и кресты

Ему не миновать, ведь точно знал!Понёс свой крест, пошёл на смерть,Ведь в этот путь его Отец послалЗатем, чтоб ради нас всех умереть!Он шёл, и по пути всем делал благо.Вставал и падал, крест свой поднимал,Пускай устал, но на Голгофу ему надо,Свой путь Он шаг за шагом прошагал.Пески неспешно стёрли пару тысяч лет,А с тех времён, когда за нас просил,Быть может, изменилось что-то? Нет!Свои Отцы, Сыны, Голгофы и кресты.Пусть перекинуты по времени мосты,Свой мы, как прежде, выбираем путь.За правду и страну уходят на кресты,И ныне много тех, которым не минуть.Здесь далеко не все – мессия и пророк.Как Он, за веру вознеслись душою вверх,И, сделав сами шаг за вечный тот порог,Они становятся святыми нам для всех!

Живите счастливо!

Туча гроздья свои развесила,Тёмно-серые, чёрные, криво,Духотой так давила – грезила,Чтоб дышали, и то через силу.Дождевою струёю с ветромПисала: «Не жить счастливо!»Не ленилась, на каждом метреПо дорогам в горячей пыли.И уже на грунтовках месиво,Стоят лужи, где были травы,И ей многие просто поверили,И уже кто-то ныл нездраво.Но, к счастью, другие были,Кто дерзко всегда прорвётся,И крыльями тучу прошили,Поднялись повыше к солнцу.Цветную дугу там подвесили,И над тучей светло и красиво,А солнце лучами им веселоНаписало: «Живите счастливо!»

Дочь русского Ивана

Сильна Россия наша женскою душой,Сильна Россия наша женскими руками.Если мы погибнем, наш сохранят покой.И когда в бою, душой ведь тоже с нами.И сенью из забот женщины над нами.Сестра или жена, в доброте нет равных.Накормит, напоит и перевяжет раны.А если захандрим, они и спросят прямо.И видит всего раз, но угостит блинами.Про горечь и обиду послушает, как мама.И сколько же Тамар с душою самой, самой…Вам ото всех поклон, дочь русского Ивана!

Ангел-хранитель

Здесь понимали все, на что пошли!Что нам там «зори тихие» не светят.Там как в аду и не летают журавли.Пошли. Прощаясь с белым светом.Шутили: «Нас там чёрт сам ждёт».Привычного нет неба над землёю,Но только шли братья мои вперёд,Кто в авангарде, рядом, и за мною.В трубе, конечно, жуть и темнота.И я вверху вдруг Ангела увидел!В бою я в небесах не видел никогда,А в черноте он, белый, очень виден.Их светлых в светлом небе не видать.Мы своих Ангелов поэтому не знаем.Подумалось, что хорошо бы им летатьВо весь свой рост, рядом с кустами рая.А мы вперёд, чтоб план врага сорвать,И Ангел мой светился белым светом.Его, коль захочу, рукой могу достатьВ этой трубе – под потолком их небо.Труба сто сорок два, а выше небеса!Задачу «сохранить» он выполняет…Крылами не взмахнуть – вот чудеса.Он, кажется, скользит, а не летает.Идём, ползём. Присел мне на плечо.Устал? Дойдём, хотя и гарью дышим.Вдруг я погибну, Ангел, то скажу ещё,Что я хочу, чтобы живой ты вышел.Я в маске полз, весь дó смерти устал.Он трубами скользил уже привычно,Всё время рядом, жизнь мне сберегал,Кто незаметен в жизни той, обычной.

Лампадка

Фитиль да елей покорны,вот лампадки и зажигаем,а душа, не давши прощенья,благость огня не познает.Огонёк лампадки, пылая,не бросает на стены тени,трепещущее в ней пламя —живая защита от скверны.Она освещает нам души(те ведь не умирают!),но кто-то лампадки тушит,с жизнью мосты сжигая.Жить или нет, он решает,душам приют предлагает,и души парят, улетая,и рады там где-то в стаях.Живут, пока их не забыли,приют без огня и с садом,печалясь, что не простиликого им простить бы надо.Идём, неся крест покорно,огонёк добрый греет душу,освещая от тьмы и скорбно,от бед защищает и стужи.А когда навсегда в туманыуйдут поезда – те, что были,вопрос будет задан годами:«А ушедшие души-то живы?»В лампадке огонь погаснет,и рукою зажечь нет силы,а всё же горит звезда ясноздесь, которая нас любила.

Письмо младшему брату

Привет, младшóй. Скоро я приеду.На этот раз вернусь уж навсегда,Рассчитываю дома быть к обеду,Встречай меня и маме передай!Вот загружусь в России – и в Россию.Прямо со штурма, с лесополосы,Сдам АКМ и бронник, что носил я,И БТРом до вокзала три версты.Друг соскоблил грязищу с камуфляжа,Последний раз стрельба не холостых.Лицо помог мне оттереть от сажи,Ну, всё! С войной разрушены мосты.Нет, я не буду колесить по свету.Я насмотрелся тут на разные края,Домой хочу, в деревню. Вот приеду,И чтобы рядом – вся моя семья…Теперь я знаю, в чём и где есть правда,Что значит фраза: «Родина моя».И почему любить Отчизну надо,И почему нам не нужна ничья земля.Скажу по-честному, что я ещё б осилил,Да только пуля сердце порвала…Прошу, братишка, береги Россию,Как я берёг! Такие вот дела…

Душа боролась, уставала…

Бродила смерть вокруг санбата,Своё ждала здесь не спеша.А там, в палате у солдата,За всё… цеплялась душа.Молитвой матери цеплялась,Надеждой дочек и жены,Слезой своею умывалась,Чтоб вместе им домой с войны.Она и с сердцем говорила,И печени дала зарок,Чтоб не губила, и простилаПристрастия к вину порок.Ещё к сестричке, к санитару,К врачу – уставшие глазаИ руки, плача, целовала:«Пойми, ему никак нельзя!»Душа бороться уставала…На ангелов бросала взгляд,Чтобы те крылья раскрывали.«Закрой его, – просила, – брат!»Молить Всевышнего собралась.А утром заблестел рассвет.Она в окошко увидала,Как прочь шёл тёмный силуэт.

Затюльпанилась весна

Затюльпанилась весна и… раскрылась.Желтизной, краснотой… одарила.Над степями, где туча… ходила,Солнце встало, теплом… одарило.Обнадёжила всех ты нас… рано.К сожаленью, не кончились… раны.Пожужжат пчёлы с ульев и… в соты.Везут в скорых двухсотых… трёхсотых.Разогрела нам землю… не в меру.Тебе хочется, видно, быть… первой.Нам теплом показать, что жизнь… будет.Что про беды с печалью… забудем.Что стараться? Всё зря… не обманешь.Ты в этом году совсем уже… ранней.Но светлеют углы… где иконы.Если с боя вернутся все… к дому.…Когда все, кто ушёл, будут дома.

Как-то странно всё в СВО

Часто слышу один я вопрос:Что творится сейчас, объясни,Вроде вместе мы не всерьёз,Полстраны живёт вне войны.Поражает народ в эСВэО,Даже хочется взвыть с тоски.Кто-то там «не щадит живот»,Здесь старушки делят куски.Пока там отважный отрядПодпирает небесный свод,Горлопанов тщедушный рядРазмножает никчёмный род.Кто-то тут подставляет плечо,А кто смог, те взялись за мечи,Но никчёмному всё нипочём,Ты его в тёплых норках сыщи?!Ведь со зла, от их подлостиМожет рухнуть небесный свод,Разлетится здесь всё на куски,Да закончится жизни ход.Но достойные всё же стоят,Небосвод прикрыв от войны,И не дрогнут в тылу и в боях,Чтоб на звёзды глядели мы.

Вячеслав Кашин

Врач, кандидат медицинских наук, доцент, академик Российской академии медико-технических наук, член-корреспондент МАНИ, заслуженный работник здравоохранения Республики Карелия, лауреат Республики Карелия 2000 и 2012 годов, депутат Петрозаводского городского Совета шести созывов, член комиссии по помилованию Республики Карелия, член Совета ветеранов общественной организации ветеранов войны, труда, Вооружённых Сил и правоохранительных органов Республики Карелия. Почётный гражданин города Петрозаводска. С 2005 года на заслуженном отдыхе. Активно сотрудничает с издательством «Четыре» с 2022 года. Публиковался в сборниках издательства в прозе и стихах. Издал книжку для детей «Солнечный зайчик: раскраска в стихах». Публикует стихи как для детей, так и для взрослых. Является обладателем знака «Литературный Феникс», знака «Золотое перо», ордена «Хранитель традиций», знака «Искусство слова».

Беседка поцелуев

В сортавальском славном паркеНа горе КухавуориЯ мальчишкой часто былИ в «Беседке поцелуев»,Признаюсь, тайком курил.Собирались мы все вместе,Озорные пареньки.Несмышлёные покуда,Мы природой любовалисьЛетней, северной порой.Повзрослев, гулял по паркуВместе с девочкой не раз,И к «Беседке поцелуев»Подходили, обнимались,Словно это всё для нас.Судьба беседки непростая:Она два века здесь стоит.Была из дерева, резная.Горела, вновь воссоздана.Теперь в металле ожила.Названья разные в народеБеседки этой прижились:«Беседкой белой» называют,«Беседкой в парке» величают«Беседку поцелуев» ту.Стоит беседка на уступе,Блестит контрастной белизной.Скалы горы Кухавуори.А пред ней ласкает взорАйранне озера простор.

Крым. Судак

Для кого-то в жизниЭто раз бывает.Ну а кто-то влюбчив,Даже повторяет.В этот давний августВместе мы с тобойМесяц проводилиЗдесь медовый свой.Крым. Судак нас встретилЩедро, от души.Здесь под жарким солнцемПляжи хороши!Море нас ласкалоТёплою водой.Солнышко светилоНам над головой.Шли мы на аллеюВ полдень, в жаркий день.На скамью садилисьПод каштанов тень.Вечером с друзьямиВ ресторане «Бочка»Шумно отдыхалиДо глубокой ночи.Крепость ГенуэзскаяВстала перед намиИ очаровала насБашнями, стенами.Город, ты святой, священный,Что не забывается!Отдыхать в Судак приедем,Нам здесь очень нравится!Солнце! Солнце дорогоеНас благословилоИ на крымских берегахЗдесь соединило.

Лирическое о зиме

Зимний вечер.Холодно и неуютно.Снег повсюду.Нет дорог.Хорошо дрематьУ тёплого камина,Сидя в кресле,И мечтать, мечтать!Вот запрячь бы тройку,В сани сесть.Дёрнуть вожжи. СвистнутьДа помчаться вдаль!Надышаться вдовольВоздухом морозным,Отпустить в полётСвои мечты!Пролететь по полю снежному,Оставляя след копыт, саней.Словно на бумаге пишутсяНовые стихи зиме!

Пишу стихи

Я – поэт двадцать первого века!Беспокойных и тягостных лет.С набирающей силу РоссиейВ унисон моё сердце стучит.Пусть не всё получается сразу.Не приходится слов на стихи.Но пылает огонь в моём сердце —Значит, скоро польются они.Моё слово огнём запылает,И строка за строкой полетит.Прочь, невзгоды, уйдите, печали,Помечтаю о жизни, любви.Жизнь моя не была беспечной.Школа. Армия. Мединститут.Бескорыстная служба народу!Медицине вся жизнь отдана.А любовь, она крепла с годами.Пятьдесят пять лет уж позади.Жизнь врачебная нас охранялаИ семейный союз берегла.

Первое свидание

На свиданье пригласилПервый раз девчонку,Что сразила сердце мне,Малому мальчонке.Мы сидели на скамейкеВ метре друг от друга.Говорили, говорили…Двигаясь друг к другу.Глаз с неё я не свожу,Сердце часто бьётся.Что-то ей я говорю,А она смеётся.Незаметно, потихонькуОказался рядом.Обнялись, поцеловались.Обменялись взглядом.Расставаясь, обещалиДружбой дорожить.Что бы в жизни ни случилось,Верить и любить!

Любовь к поэзии

Открою тайные желанья,Они живут в душе моей:Дружить с поэзией и Музой,Быть неизменно верным ей.Однажды, мимо пролетая,Коснулась моего чела.И, будто не подозревая,Огонь поэзии зажгла!Он разгорался год от года.Душа стихами ожила.А сердце? Сердце нежно пело!И жизнь счастливая текла!О Муза! Дай мне вдохновенье!Меня, как друга, поддержи.Моей истерзанной РоссииХочу поэзией служить!

Первая любовь

Я был влюблён. Страдал я сильно,Надеялся на встречу. Ждал.От чувств неведомых и чудныхЯ, томный юноша, сгорал.О первая любовь. О память.О клятвы. Слёзы. Ночь без сна.И ожиданье новой встречи,Чтоб говорить и говорить…Так сердце юноши пылалоВ надежде на ответность чувств.Но чтоб любить и быть любимым,Нам надо сердцем сердце понимать!Так быстротечны даты, встречи.И птицами летят года.Лишь в памяти навеки будетТа первая любовь моя.Она звездой на небосводеГорит и шлёт небесный свет,Из юных лет воспоминаньемУнёсшую внезапно жизнь.

Рассвет

Ещё в полях стоял туман,Над озером клубился пар.И тишина вокруг стояла.Всё замерло перед рассветом.Рассвет! Он пробуждает всё.Туман развеялся в полях,Запели птицы, разлетелись,И ветерок подул несмело.Всё шире солнца ореол,Сиянье яркое его.И, всё лучами освещая,Скользит над озера водою.Уже свет солнца золотойДорожкой водной засиял.Рассвет! Кто видел это чудо,Его вовеки не забудет.А я на лодке плыву,Неспешно вёслами гребу.Держу свой путь дорожкой солнцаИ наслаждаюсь красотою.

Проходила мимо, взглядом обожгла

Как-то я, задумчив,Не спеша гулял.Что вокруг творится,Я не замечал.Вдруг тревожно стало,Тут я обернулся.Девушку увиделИ от грёз очнулся.Девица-красоткаМимо тихо шла.На меня взглянула,Сердце обожгла.Я остановился:Что это со мной?Видно, я влюбился,Будто молодой.Как в былые годы,Помню, так бывало:Сердце, беспокоясь,Всё любви искало.

Позову сегодня друга

Позову сегодня другаНа душевный разговор.Посидим, повспоминаемДанный в детстве уговор.Мы, безусые мальчишки,Жили и мечталиДорожить надёжной дружбой,Где б ни обитали.Посидим, бывало, вместе,Выпьем и закусим.Всё, что в мире происходит,Мы вдвоём обсудим.Вспомним и свои дела,Трудности в работе.Помощь друга и совет —Он у нас в почёте.Хорошо иметь друзей:Веселей живётся.Вместе всё одолевать —Дружбою зовётся.Год за годом, день за днёмПодходила старость.Бог друзей моих забрал,Я один остался.Я сегодня приглашуДруга на беседу.Говорить с ним буду я,Виртуально встретясь.