Гать. Стихотворения. Проза
- -
- 100%
- +
Бардовская песня
Люблю тебя, свадьба! Ай, чувство какое…Как будто пора женихаться,Оставить свое словоблудье в покоеИ к девкам в покои забраться,И… и в сеновале льняные куделиНа палец, шутя, навивать и…Свадебной деве – любаве и паве —Запудрить мозги на закате!Люблю эти свадьбы: широкие жестыИ шумные шорохи шелка,И чуткое чувство таинственной мессы,И бурную брань кривотолка.Люблю разговоры, горячие песни,Такие, чтоб сердце хмелело,А певчие хоры зашлись, словно в раже,Душа бы покинула тело!..Душа б не покинула тело…Но хватит об этом! Уж хочется плакать,Прильнув к нашей свадебной паре.И хочется выпить со всем белым светом,Рука уже проситься к таре.И – слава-те, богу, – закуски готовы,Стихи – как лимонная долька!Пою мою оду супругам готовым.Итак, дорогие, мне горько!Маруся, Маша, Марья
На музыку Саши Холкина
Постой. Не спеши. Поворкуем.Про жизнь и любовь потолкуем.Коснемся друг друга – и токомВнезапно сразит нас истома.Маруся, Маша, Марья,Давай закроем ставни…И пусть поет гитараПро обнаженье тайны.Луч закатный над изголовьем,Словно меч, разделить нас не в силах.Мы так жадно друг друга ловим,Словно нежность вскипела в жилах.Маруся, Маша, Марья,Давай закроем ставни…И пусть поет гитараПро обнаженье тайны.Любить – значит, выбрать разлуку —Яд забвенья до будущей ночи.Шепни. Я воскресну по звукуКамертоном певучим. А впрочем…Маруся, Маша, Марья,Давай закроем ставни…И пусть поет гитараПро обнаженье тайны.Ветер с моря
На музыку Саши Холкина
Ветер с моря – свежий ветерС пенною волной.В брызгах волн тебя заметил,Лунный всадник мой.Море шумело, билось,И рокотал прибой.Случилось!.. А что случилось?Встретились с тобой.В этот теплый летний вечерБуду с тобой. Только с тобой одной!Лунный всадник, о нашей встречеЗнает лишь бриз да уходящий зной, зной, зной…Млечный Путь зовет, ты помнишь,Лунный всадник мой?Увези меня за полночьСонного домой.Море шумело, билось,И рокотал прибой.Случилось!.. А что случилось?Встретились с тобой.Упаду в пути, а лучшеПод своей звездой.Лунный всадник неразлучный,Где же наш постой?Море шумело, билось,И рокотал прибой.Случилось!.. А что случилось?Встретились с тобой.Лазурная песня
На музыку Анатолия Прохорова
Не знаю, не помню,За что меня ангел пометил:Шутя, начертал на лице восхищения знак.На пепельном небеЯ звезды внезапно заметилИ аквамарины собрал в акватории дна.Кораллы, кораллы, кораллыСозвездий на небе.Кораллы, кораллы, кораллыКоралловых рифов.Я словно Кусто заблудился.Но где бы я ни был —Халиф я на часИ из самых счастливых халифов.Я верю наивноВ слияние неба и моря.Лазурь горизонта, как парусник, манит меня.Лукавой русалкойБогиня восхода АврораВыходит из пены морской при рождении дня.Кораллы, кораллы, кораллыСозвездий на небе.Кораллы, кораллы, кораллыКоралловых рифов.Я словно Кусто заблудился.Но где бы я ни был —Халиф я на часИ из самых счастливых халифов.Купается солнцеВ лазоревом море восхода,И день обнажаетсяБлагопристойно вполне.Не знаю, не помню,За что не дает мне проходаНебес синева, как русалка в лазурной волне.Кораллы, кораллы, кораллыСозвездий на небе.Кораллы, кораллы, кораллыКоралловых рифов.Я, словно Кусто, заблудился.Но где бы я ни был —Халиф я на часИ из самых счастливых халифов.Весна
На музыку Саши Холкина
Весна – как невест чрезвычайный съездНа церемонии.Царит целый мир с облаками небесВ нежной гармонии.Весна – изо всех опьяняющих средствСамое пьяное,Дурманит своих прихожан и невестВербы дурманами.Вербы свиданий и вербы любви,Нежные вербы век…Вновь распускаются вербы твои,Мой дорогой человек.Забавы любви нас дурачат вновь,Вновь – обещания,Что блудная в мир возвратиться любовь,Необычайная.И каждый, мне кажется, каждый из насВновь обмануться рад,Готов окунуться в который уж разВ сиреневый маскарад.Сирени свиданий, сирени любви,Сирень твоих нежных век…Вновь расцветают сирени твои,Мой дорогой человек.Островок любви
На музыку Саши Холкина
На город падают хрустальные снежинки…Хрусталь засыплет дерева и тротуары.А я боюсь, что твои теплые слезинкиРасстроят тихий звук моей гитары.Сверкает мир хрустальною порошей.Скамейки, скверы, сумасшедшие рекламыИ звездочки в глазах моей хорошей,И слов ее обиженные гаммы…Где-то… на Млечном путиЕсть островок любви…Островок любви…Островок любвиСреди зимней стужи…
Замри, хрусталь, замри над городами.Вьюга Млечного Пути волнует души…Один кристалл моей прекрасной даме —Как островок любви средь зимней стужи.Где-то… на Млечном ПутиЕсть островок любви…Островок любви…Островок любвиСреди зимней стужи…
Бардовская песня
Для супругов Бедненко
Я гостюю у Бедненков,Фифти-фифти ром и баня.У плиты колдуют девки:Валя, Рая и Любаня,Из трубы струится облак,Из стаканов лезет пена,В анекдотах соль, как в воблах,Проступает откровенно.Ах, Бедненки – не бедненьки,Пес и кот живут на сене.У Бедненков пахнут деньгиВ феврале и в воскресенье.А цветы – оранжерея!..А ковры – сюжет Корана.А и вобла, как ни странно,Даже вобла здесь жирнее.Ах, Бедненки – не богаты,Нет скота и нету хлева.У бедненковковской хатыНет лишь герба в виде лева.Нет в системе Пал-секамаСвязи с римским папой Пием…Господа, какая драма!Даже нет проблемы с пивом!Ах, бувайте здоровеньки,Говорю я вам, Бедненкам,гостюю у Бедненки —Примечайте: это к деньгам!
«А мой внук играет на аккордеоне…»
Тимуру Злобину
А мой внук играет на аккордеоне…Ах, его величество… ах, аккордеон…Душу вынимает… душу вынимает!И сажает эту душу гордую на трон.А ну-ка тронь, аккордеон, аккордом за живое.Зажги нам зарево степи и позови нас в путь.Легенду века расскажи про знамя полковое.Акккорд… аккорд… Ещё аккордО жизни не забудь.А мой внук играет «Лунную сонату».Гимн из поднебесия извлекает внук.Только не луна тут… только не луна тут…Виноват Бетховен и волшебных клавиш звук.А ну-ка тронь, аккордеон, аккордом за живое,Зажги нам зарево степи и позови нас в путь,Легенду века расскажи про знамя полковое.Акккорд… аккорд… Ещё аккордО жизни не забудь.А мой внук играет… как мой внук играет…Божье вдохновение созидает он…И не надо рая нам, и не надо рая,Когда внук играет нам и – аккордеон.А ну-ка тронь, аккордеон, аккордом за живое,Зажги нам зарево степи и позови нас в путь,Легенду века расскажи про знамя полковое.Аккорд… аккорд… Ещё аккордО жизни не забудь.Уверовав в вечное…
«Поэт – как лесоруб в лесоповале…»
Поэт – как лесоруб в лесоповале.Валит стихов преображенный полк.И женщины глядят из-под вуали(уж лучше показали бы пупок).Отчаявшись на тяжкий путь сонета,Он в каждом шаге, как первопроходец:То дрожь берет в преддверии рассвета,То жажда гонит вычерпать колодец…По свежей рифме в кровь изголодавшись,Оскомину набив, греша глаголом,Уже не королем – поэтом голым! —На аутодафе выходит…Страшно…И вот уж стихослушатель разинулСчастливый рот в веселом изумленье:– Давай ещё!.. И не тяни резину!– Да ты не зэк, ты – Герострат, ты… Ленин!И – чувства, в кровь нахлынув, дух сковалиИ лезут в душу, как веселые мартышки…А женщины глядят из-под вуали,Стыдясь внезапной неотступной вспышки.«Все дурачат других и себя, одураченных…»
Все дурачат других и себя, одураченных,Выставляют иронией на смех и смерть.Всё осмеяно тонко, опошлено смачно…Эй, сатир, ты смеши,А смеяться – не сметь!Сонет
Он изможденным выглядит, сонет,Когда идет, печаль превозмогая.Строка запнется, а за ней другая,И вот уже лица на роже нет,И вот улыбка киснет виновато,А мысль смутится и замысловатоПлутает по катрену… А слова-то!..А рифмы! Строфы рыхлые, как вата,Слегка одушевляясь во терцетах,Печаль преодолев, приободрятся,И оживятся, и найдут в поэтахИ пафос, и возвышенность, и грации,И воскресят на выходе сонетаПоэзию – приют цивилизации.«Не припевая мед…»
Не припевая мед,Не преломляя хлеб,Газетной промышляя безделушкой,Поэт не строит дот.Обороняя свет,Довольствуется слова славной пушкой.А ну-ка, пли, сонет! Ядром строфа гудит.Поэма – арсенала мирный атом.Поэт не ест, не пьет,Над фабулой сидит,Хореем изъясняясь аки матом.Прицеливаясь, бьетОтточенной строкой!Прости его, Господь, патриотичность…Ах, он промазал?! Пьет?!А чин ему… на кой?Поэт плохой.Но все равно он личность.«Не тем любезен буду я народу…»
«…И тем любезен буду я народу…»
А. ПушкинНе тем любезен буду я народу,Что власть браню, ничтоже ни щадя,Что в люди вывожу свою породу,Но криком лишь… стихов на площадях!Писал их, кровью пропитав и потом,И шлифовал, как зернистый гранит,И, словно пчелы липкий мед по сотам,Закладывал в них яд и динамит.Ах, этот яд любви новорожденной!..Ах, динамит рождающихся чувств!..Почасовой работой и поденнойМетался между ними и – мечусь…По гулким площадям, по пьяным барамЖивых взрывал, а мертвых – воскрешал.И тем любезен был певцам и бардам,Что на партийных съездах не вещал.А если был народу чем любезен,Любезен был… да тем и интересен…Как яд пчелиный – с острия строки,Читать, читать, читать свои стихи.Претензия к интернету
Мой брат, поэт, обуреваем делом:Пегаса водружает на портал.Перо – долой!.. (Оно затрепетало…А как вчера гусиное скрипело!).Как пело золоченое пероПро брег морской и рыбку золотую! —Рунет, ты интернИровал перо!Насытил космос мёртвой чешуёю,И в ранг поэта водрузил Балду!Кого, скажи, на омут ставить Бесом?!Рунет с Эвтерпой милой не в ладу,И флудит-блудит, как Сусанин лесом.О, не держи обиды, интернет.За что на них, блаженных, обижаться?С поэзии давно уж пуха нетИ нет резона за перо держаться.«Я дерзок есть…»
Подруги милые! Покуда мир стоит,
Он держится на вашей нежной силе!
На хрупкие плеча кариатид
Когда-то небо эллины взвалили,
И женщины-столпы из века в век —
Не шелохнутся, держат мира своды…
Не в этом ли залог ТВОЕЙ свободы,
Земли хозяин, дерзкий имярек?!!!
Марина СаввиныхЯ дерзок есть.Но дерзостность мою…Былинную… банальную, как терпкость…Мою свободу с жадностью я пьюНе в вас ли, моя милая Эвтерпа?..Эрато ли…И, верно, Мельпомена…На плечи свои хрупкие не вы лиПодняли имяреков и взвалили,Как ношу, дерзостно и вдохновенно?!.«И страшно за поэзию, и стыдно…»
И страшно за поэзию, и стыдно.В неистовой запашке огород.На ниве слов усердствует народ.Ботва растет! Ну, а плодов не видно.«Стихи идут от искренности чувств…»
Стихи идут от искренности чувств,Влюбленности внезапной иль тоски.Я в мышеловке лжи, и я мечусь,А жажда жить вгрызается в виски.…Растет трава, неистовствуют злаки,Цветет и пахнет луговой бурьян,Но даже сбор пчелиный, горько-сладкий,Не исцеляют плоть душевных ран…«Денисы, Глебы, Германы… тут пишут…»
Денисы, Глебы, Германы… тут пишут.Я не пишу, не пишется, увы.Сижу в чалме, как сам индийский Кришна.Проблема, блин: расстройство головы.Расстроилась, наверно, из-за Геры.Как он сказал… «Я истину нашел!»И к Герману отсюда нету веры.Пошел ты, Гера, на… куда ты шел.Возможно из-за Глеба взрыв мигрени.Он написал мне в блоге: «Идиот?»И все из-за какой-то блогохрени,Которую я лайкнул: «глебажжот».И вот уж точно не из-за ДенисаТрещит моя больная голова.Он отбыл в Киев праху поклонитьсяКакого-то Мыколы-сотника…«Я, как и вы, сижу по вечерам…»
Я, как и вы, сижу по вечерамВ своей библиотечно-домной зале.И «вчикиваю» в Word из-под пераЦитаты для «Тесинской пасторали».Спич друзьям
Столы, как положено, в полном ажуре.Гуляющих ратников рать!..Хочу я сказать вам… соображу ли?Друзьям я без устали рад.На бранное поле явилась дружинаСражаться – ни шагу назад!Померяться силою с бражкой-вражинойИ стойкость свою показать.Дружиной мы бражничаем… аки вои.Когда ещё встренемся в поле!Друзья, не ленись в благородном загуле —Зело разгуляться на воле.За дружбу! За то, чтоб мы жили с любовью,А также за наших сударынь!Которые нас растревожили бровью…Но прежде, конечно, как встари,Поднимем заздравную полную чашуЗа отчину милую нашу,За душу её, достославную пашню,Поднимем заздравное брашно!«Обронила осень акварель…»
Обронила осень акварельНа палитры луга и небес.Ай-да праздник, выкрасивший лес!Ай-да гомон красок! Ай-да трель!..Охру ли в закаты окунув,Осинив ли заревом лазурь,Запалила осень травы нивИ пожар пустила ввысь и ширь.
«Теперь мы ждем семнадцатого года…»
Теперь мы ждем семнадцатого годаИ с ним – очередной Армаггедон.Такие мы! (В семье не без урода.У нас – не голова. У нас – дум дом.)Наверно, встанут мертвые из гроба.(Как вариант: совсем наоборот).И – счастье православного народа,Спаситель-бог – нас примет у ворот.И нам отдаст… долги. И наставленья.Сочтя грехи, по группам разберет.Мы за дверями испытаем тленья…(Как вариант: совсем наоборот).Земля сойдет с орбиты восвояси,Полярная Звезда сойдется с Марсом…Грядут по всей Вселенной катавасии,О, Хаос будет!..Хаос бы удался,Когда бы свечка в плошке не погасла,А на орбите – бледная Луна,Когда корабль бы не сбился с галса,А стихоплет с ума не сбился б на…«Мои друзья меня переживают…»
Мои друзья меня переживают.Я умираю, к своему стыду.То ли попойки со света сживают,То ль новые попойки не блюду.Друзья уходят день-деньской с поминок,Как шаркуны с шикарных именин.Я умираю пеплом из камина,Я каменею. Стыну я. Аминь…Пульсирует в ушах живучий хохот.И гвалт грызет объедки со стола.Скрипит в кровати спившаяся похотьИ стонет, будто *лядью умерла.…Забрезжит утро. Тени оживают.Сомнамбулами сонными с раньяДрузья мои меня переживают.Переживут! И снова ждут меня.«Ах, соколики! Ой, девочки-соколки!..»
Ах, соколики! Ой, девочки-соколки!Заходили через тын на брудершафт.Солнце ссыпало последние осколкиВ дыроватый медный мой ушат…Развалилось, томное, в постели,Слушает, как соколы трещат…А соколки в смачном пышнотелеПропевают песни о вещах,Растворимых в бражке и рассоле,И витают – дымкой! – в небесах.Лучше б уши мне зашили в школе!Да печать бы, бляху, на губах…«Свернул ботву холодный утренник…»
Свернул ботву холодный утренник.Ах-охает деревня над рассадой,А хиус-баловник в ведро проникИ форс-мажорит цинковой досадой.Октябрь двуличен, словно ян и инь.Сквозь солнце сеет дождик: чет и нечет.Роняет ручка гаммы с мандолин,Поёт пентюх, как будто бисер мечет.Баллада о барде
Бард-от взял бедро,Натянул струну.Пощипал это средним пальцем.Есть гитара! Но…Бард ни тпру, ни ну…Ну, не пёхом же телепаться?Бард оглоблю взял,Сунул в колесо,Пропустил это между ног.Есть повозка!.. Жаль,На одно лицо.А ведь мог же, скотина, мог!Бард гитару взял,Сунул за спину,На оглоблю хозяйство склал.Можно ехать!.. НоИз баллад – одну,Да и ту про лесоповал.А хита-то – нет!Стонет человек!Да и жизнь пошла наповал.Не созрел поэт.Не фатален век.Не случился рок-фестиваль.Бард-от взял жену.Это кто – кого?!.Пощипал это средним пальцем.Песня – ай-да-ну!И мотив – ого!..По утрам и то перепалка.Бард оглоблю взял.Сунул. Не пошло.Пропустил словцо между губ.Есть повозка – трал!Сто потов сошло…А ведь раньше мог, душегуб…Бард гитару взял,Сунул за спину.На оглоблю плюнул ещё.Можно ехать! Встал,Обнял мал-малу,Сопли взял на подол со щёк…И – созрел поэт!И очнулся век,И тоску сразил наповал.На весь белый светГромкий человекОбъявил-таки фестиваль!!!«Тепсей на Потрошилиху запал…»
Тепсей на Потрошилиху запал….Какой запал влюбленности и страсти!Как будто север на юга попал,Поплыл и растворился в нежном счастье.– Тепсей, ты витязь, доблестей не счесть,И, вероятно, чувственности тоже.С горы спеша, не обронил бы честь:У витязей нет ничего дороже. А ты уж, Потрошилиха, сама,Испытывая нежное влеченье,Того… ужо… не вожделяй ума,Не подпадай под символов значенья»……А впрочем, в Потрошилихе Тепсей,Возможно, и величие отыщет.И фестиваль, взойдя на Енисей,Свой южный облик здесь и возвеличит!«Теперь живем мажорно: фестивали!..»
Теперь живем мажорно: фестивали!– Здорово, барды!– Выпьешь с нами, мэтр?..Сойду с ума на пятый километрИ возвращусь, как правило, едва ли…Тепсей и Тесь, этническое лето.Теперь живем мажорно: фестивали…И к пиву пристрастились, и щи варим,А я при деле – в должности поэта.Приукрашаю сценками сценарий.«Любовь на пищеблоке», «Ссора в бане»,Огинский. «Полонез» – на барабане.А в перспективе – «Танцы-шманцы!» – баннер…«Поэты нынче рифмой не грешат…»
Поэты нынче рифмой не грешат.Слова шинкуют, квасят, как капусту.Я вам скажу стихи на брудершафт,А прозу… приготовлю на закуску!Я вам скажу под аккомпанементШумящих ветров, шелестящих листьев…И в этот фантастический моментЯвлюсь, предельно искренный, неистов.Я душу растерзаю – в аккуратНа каждое растерзанное сердце!Воскреснет и окрепнет во сто кратЕдиная душа единоверцев.И в этот фантастический моментМеридиан коснуться параллели,Волна накатит, как дивертисмент,Как птичьи поэтические трели!И поплывет над миром фестивальПоэтов, бардов, виртуозов кисти!И вот уже души девятый валОкатит этот хор сердец неистовый!«На фестиваль, на чрезвычайный съезд…»
На фестиваль, на чрезвычайный съезд,В объятия покладистого устья,В живую сказку енисейских местВлекут нас и фантазии, и чувства.Ты, брат, поэт, а я, пожалуй, бард…И коль костров молчанья неуместны,Пускай художник, избранный собрат,Напишет, как горят слова из песни…Чу, ночь… Уходит в небо фестиваль.Гирлянды звезд – как мотыльков нашествие.И лишь луны надкушенный овалНапоминает вкус – о, да! – блаженства…Ты – звездочет, а я, брат, трубочист…– Что на уме у нас?– А что на крыше?– … а пусть художник по трубе стучит…– …а пусть он… – …черта с два!..– …ноктюрн напишет!«Шляюсь по осинникам…»
Шляюсь по осинникам,Промышляя вальдшнепа.Вальдшнепа – не вальдшнепа…Шляюсь сентябрем.Плачет птичка пласидой,Прячется малинником.Подосиновик скрипитСкрипом под осинником.У бродяги бродскогоТень под тело прячется.Это, стало быть, уже…Полдник на носу?Листопадный первый тленОтпадет и падает,В мой упаднический духСея декаданс…«…Алкаши! Да и сам я активно алкал…»
…Алкаши! Да и сам я активно алкал.Но ни счастья, ни смысла не вылакал.Мой стакан не стихами – стенаньем стекал,Он лишь пьяную истину выплескал.«Ау, мой брат череззаборный…»
Ау, мой брат череззаборный,Не гоже лаять на луну.Ни лунный серп, ни крест соборныйНе имут за собой вину.И нет вины в луне наивной,И нет в распятье на кресте.Вина – она, брат, видно,Цепь не на шее – на душе.«Трещат перекрытий своды…»
Трещат перекрытий своды,Жмет шушенская вода.Знать, замысел у природы…Знать бы ещё – когдаРазверзнутся-таки горы,Обрушатся небеса…Чтоб встать и задернуть шторы,И выключить цвет лица.«Нет ничего неистовей любви?!..»
Нет ничего неистовей любви?!.Нет ничего неистовей отчаянья.Неистовость – она необычайна,Как лава извержения крови,Она неукротимо сокрушаетПогожий день, добросердечный мир…Она во мне живет! И жить мешает,Лишает жизнедеятельности!Неистовость – как хмель в стихотворенье,Зовет на бой! На торжество души!И нет ей широченнее арены,Чем широта раскрепощённости!..«Когда ты мерой нажитое меряешь? …»
Когда ты мерой нажитое меряешь? —Насколько молод иль насколько стар —Возьми вина, пойди в народ… Не звери жеСидят под липами, среди гитар.Иди-иди, и если в стаю примутИ тут же перестанут замечать,То это знак, что возраста не имутИ то, что ты им – чёт или чета…А не чета – они тебя гитарой…За шиворот, а может быть, за ворот.И ты поймешь своею мерной таройНасколько стар или насколько молод.«Есть что есть…»
Есть что естьИ есть что пить на Троицу,Есть что сказать,Но, к сожаленью, не в чем…Пока большой театр перестроится,Нас упомянут лишь в покое вечном.Ну, а пока живем единым днем,Стихи, как колокол за пазухою, носим.Мы скрытны, но… откроемся в одном —В любви.К какой-нибудь нас полюбившей Тосе.«Куда бежать от самого себя…»
«Однако рано забегать вперед»
Б. ПастернакКуда бежать от самого себя,В былое забегая за отдышкой?Не выпал снег. И, свет не серебря,День завтрашний не озаряет вспышкой.Куда?.. Куда девалась моя жизнь,Бродя по непротоптанным тропинкам?Куда она заходится за криком?Где кровь её?..Я вену… волком грыз…То снег идет… То зноем огнедышатЧасы, и дни, и завтрашние годы…Куда бежать от будущей свободы?..А волка вой… собакой… душу душит.«Гулы дола глуше и зазывней…»
Гулы дола глуше и зазывней,Словно клич кукушкиной невесты…И тоска…. тоска по жизни зимнейУж не знак ли смерти, уж не весть ли…«Был бы штопор, взял бы херес…»
Был бы штопор, взял бы херес.Закупоренный тоской,Охмелел бы в парк под топольЗабубенной головой.Тополь, желт и листопаден,Отсыпался на асфальт.От мента в затылок запах,Только дуба бы не дал…Трезво думать не услада,Жить бы не переставать.Веселей была б баллада.Чем бы было зажевать.Чем бы думать обо многом…Хоть и нечего скрывать…Хоть и стыдно перед богом:Нечем херес открывать.«Готов я отсидеть…»
Готов я отсидетьПо признакам банкротства.Поэт я, не поэт,Убей, а заплати…Как говорил мне сват,Уж изыщи нам средства,Перед страной ответь.Поэт ты, не поэт…«Строфотворение стихов …»
Строфотворение стихов —Венок сонетов.Идет катрен, несет виномИ женским потом.Петрарки пишут для лаур.Ля муры с дурой…И пир шекспиров —Дух спиртнойВ отчизне хмурой…Отчизна требует меняПочить на тризнe.А я не требую себяСлужить отчизне.«Стопотворение стихов…»
Стопотворение стихов,Строфотеченье…Возможно, кровля потеклаДушой бескровной.Теченье бравурных стихов —Шторма… Шторма и только!А может, только кутерьмаСреды застойной.А чуть строка сошла с ума,Как с рельс крушенье —Ниспровержение… ума!Умалишенье!..Сю строчку вынесет ХаронВперед ногами.Поэт предстанет, как юродПеред богами.И преступление меж строфСтроки порочной,Не минет.Век мой строг:В клочки и клочья!«Неистребимый облик века…»
Неистребимый облик векаСквозит стихами… за версту.Тьмы… тьмы ночей – фонарь, аптека,Акаций изгородь в цвету,Ночь, улица, фонарь… под глазомИ сумасшедшая тоска… —А. Блок с его бессмертным азомСтоят пистолью у виска.«Не суйся, Иисусе…»
Не суйся, Иисусе,В святая святых,Не святотатствуй вне храма.Душа, чуть дыша,Пеленает мой стих.Святить и крестить его рано.Рано, Иисус, славословить меня,Рано кропить мед на рану.Раным ранее под пагубный спиртАз воспарять к фимиаму.«Тратит осень за окном…»
Тратит осень за окномУтлые пожитки,Прибираясь перед сном,А уже не жить ей…И уже костер пожухИз рябины красной.И пророчит гиблый духВорон громогласный…«Остудите мне душу от смертного пала!..»
Остудите мне душу от смертного пала!Безжалостно и быстротечно…Не шлюпкой – водой баргузинского вала —Душа моя падает в вечность…«Кто там?.. Гости… Хлябь и слякоть…»
Кто там?.. Гости… Хлябь и слякоть.Мнется осень в кожушке…Выходи, мол, небо пахнетРедкой сволочью в мешке.Выходи на панихидуПо поникнувшим богам…Всё оплачет… боль, обиду…Трубных плакальщиц орган.«Кастальский родник…»
Кастальский родник…Жигулевское пиво…Запальчивый парень…Девический страх….Невероятно – естественно – лживоСосуществует суетность в мирах.Блекнет закат в эмпиреях кастальских.Бродят поэты в утоптанных тропах.И пузырятся в шампанях бокальскихСор ли стихов, сумасшествий ли строфы…Виртуальная молитва
Господи, ты мне не господин.Нет во мне молитвенной закваскиХмельных слов, что жаждешь ты от паствы.Флуд лишь рвется из больной груди.Господи, религиозный спамЗабивает персональный ящик.И к Тебе – толцы, мол, и обрящешь! —Фрейм толцыт, и то не настоящий…Господи, возможно, мы ублюдки…Я не буду, жертва интернета,В церковь тупо снашивать обуткиБудто веры раб и нищий будто.Не суди меня! Ибо судимЮзерами в виртуальном чате,Сам не хошь в блютузе отвечать?..Господи, ты мне не господин.Борису Панкину, моему поэту
…спасибо, что зашел.Сюда поэт не ходит.Ночь, улица, фонарь…Мертвили и мертвят.Спасибо, что зашел,Как в бухту пароходыС куделей и пенькойТвоих базаров, брат.Я выложу на столИзделья скобяные.Вот ковшик, вот ухват…Ты будешь из ковша?И уж потом, когдаБезумные, хмельныеМы выйдем в океан,Признаюсь: я пират.Там, в бухте привидений,Я наловчился грабитьЗашедших наугадПоэтов и бродяг.«Ночь, улица, фонарь…»О, мы, пираты, рады!..Спасибо, что зашел.Теперь и ты – мой стяг.