Трон верховного бога. Часть первая

«Король демонов воспользуется, – усмехнулась она, вспомнив слова Амуна. – Его вообще-то Ксерон зовут».

Ксерон отправился ловить вырвавшихся безумцев, а ей пришлось разбираться с ними в аду, загоняя обратно. Колебания усилились, через некоторое время стихли и стали почти неощутимыми. Стянув на себя потоки силы Миров, Зелум ставил барьеры на пути Создателя, убирая бреши, пробитые в заклинании печати.

«Борьба на истощение», – грустно подумала Шантала.

И пока они побеждают, Зелуму удалось оттеснить Создателя обратно и восстановить поврежденные участки, хотя еще ничего не кончено. Если отец прорвется – кто знает, кто победит в открытом столкновении.

Шантала снова приложилась к бутылке. Ее глаза закрылись, но через пару минут она снова открыла их, шрамы почти затянулись.

«Сон для слабаков», – насмешливо подбодрила она себя, вставая.

Доспехи соткались на ней прямо из воздуха.

«Что ты знаешь о боли и ужасе, Амун…» – зло процедила Шантала.

Предстояло еще разобраться с какой-то жуткой тварью в пограничном мире, а потом вернуться в ад и проконтролировать, чтобы никто из безумцев не сломал удерживающие их барьеры.

Она переместилась прямо из своего кабинета.

***

Катаклизм

– Алина, ты молодец, – восхищенно произнес Амун, нежно лаская рукой небольшую девичью грудь.

Алина лежала рядом, положив голову ему на плечо.

«При таких веснушках она должна быть рыжей, под Шанталу косит», – усмехнулся Амун, бросив взгляд на темно-каштановые волосы.

– Ты уже ее помощница и вроде даже на уровне подруги, замечательно, – продолжил Амун.

Алина высвободилась из его объятий, повернувшись, она заглянула в глаза Амуну.

– Я тут голая лежу, а ты только об этой шлюхе и вспоминаешь, – процедила она.

Ее глаза зло сузились.

Амун весело рассмеялся.

– Ревнуешь? – приподняв ее над собой, он усадил ее сверху.

Пригнув ее голову к своей, припал к губам с поцелуем. Руки легли ей на грудь, массируя со все нарастающей страстью. Стон возбуждения вырвался из губ Алины. В глазах загорелась страсть.

– Извинения приняты? – спросил Амун, когда все закончилось.

Встал с кровати и наполнил бокалы, один протянул лежащей девушке.

– Приняты. Ты умеешь извиняться, – томно добавила она, принимая бокал.

«А глаза у них похожи», – отметил Амун про себя.

– Ты была осторожна?

– Она почти не появляется, иногда переместится на час-два и снова исчезает, так что вряд ли что-то заподозрит.

– Они что-то замышляют, верховный бог тоже обеспокоен, – задумчиво сказал Амун. – Будь предельно осторожна, если Шантала тебя в чем-то заподозрит, она убьет тебя.

Алина поджала губы, Амун не смог произнести имя высшей богини с полным безразличием.

«Бесит», – раздраженно подумал Амун, заметив ее реакцию.

– Верховный бог полагает, что она связана с карателями.

Алина испуганно посмотрела на него.

– Они ведь мертвы? – с паническими нотками в голосе произнесла Алина.

– Мы так думали, но… – Амун выдержал драматическую паузу. – Это секретная информация, не все члены совета в курсе, – предупредил он Алину. Она кивнула. – Контроль высшей богини ослабевает, она может потерять власть над советом. Верховный бог больше не собирается плясать под ее дудку, – Амун усмехнулся. – Единственный, кто ее поддержит – это Зелум, – ядовито добавил он.

– Зелум вроде очень сильный, – сказала Алина.

– Поверь, слухи о его силе сильно преувеличены, – улыбнулся Амун. – Думаю, он давно уже был под ее каблуком. Единственный шанс удержать власть – это призвать карателя.

Дикий ужас промелькнул в глазах Алины.

– Но это же… – она понизила голос до шепота и, оглядываясь, будто своими словами могла призвать древних богов, произнесла: – Каратели!

– Мы нашли одно свидетельство древности. Шантала старше, чем пытается показать, она занималась своими играми и при карателях. Конечно, эти данные не сохранились, но, думаю, она ответственна за некоторые из уничтоженных миров.

Алина была в ступоре. Амун забрал из ее руки бокал и наполнил до краев.

– Выпей, станет легче.

Повинуясь, она одним глотком осушила бокал.

– Думаешь, она одна из них? – спросила она, ее голос предательски дрогнул.

– Это вряд ли. Скорей всего, она активно пользовалась своей красотой, – ядовито предположил Амун.

– Шлюха, – с неприкрытой ненавистью в голосе сказала Алина.

– Не бойся, мы принимаем контрмеры, – успокаивающе произнес Амун. – Верховный бог и члены совета, естественно, кроме Зелума. Мы создали артефакт, он заточит силу карателя в себя, и их никогда не получится возродить.

Алина смотрела на него, как на спасителя Миров. Амун мысленно похвалил себя.

– Если мы правы в отношении Шанталы, она постарается помешать нам.

Алина продолжала смотреть на него широко распахнутыми глазами, не говоря ни слова.

– Об этом мы тоже позаботились, – грустно улыбнувшись, сказал Амун.

Выйдя из спальни, он через минуту вернулся. В его руке лежали два темных камня.

– Этим? – недоверчиво спросила Алина, наконец-то обретя дар речи.

Амун протянул руку к камню, он поплыл и материализовался кинжалом в его руке.

– Этим, – подтвердил Амун. – Если она нападет, я вонжу это ей в грудь. Кинжал лишит ее силы, и мы сможем завершить начатое.

– Она убьет тебя! – в ужасе проговорила Алина.

– Может быть, но это единственный шанс. Я буду рад отдать жизнь, лишь бы остановить ее.

– Почему именно ты? – слезы навернулись на ее глаза.

– Я один из лучших в совете, – он нежно посмотрел на Алину. – У меня получится, – он попытался сказать это уверенно, но голос дрогнул.

– Она убьет тебя и призовет карателя, – со злой уверенностью произнесла Алина. – Это второй нож? – спросила она, указывая глазами на второй камень.

– Да их два. Второй – если первая попытка не удастся. Но желающих нет, – презрительно добавил он.

Она протянула руку ко второму камню, он также материализовался кинжалом.

– Если ты умрешь, она не призовет никого, – с мрачной уверенностью произнесла Алина, ее глаза засветились решимостью идти до конца.

«Всего лишь месяц», – довольно подумал Амун.

Он ничего не ответил, нагнулся к ней и страстно поцеловал.

– Давай насладимся тем временем, что у нас осталось, – нежно произнес он, забрав кинжал из ее руки.

***

Катаклизм

Зал собрания был поглощен яростно бурлящим темным огнем, над ним образовалась огромная воронка. Темное пламя, как перевернутое торнадо, сузившейся частью уперлось в воронку, широкая часть закрутилась на земле. Сверкали гигантские молнии, раскаты грома перекрыли все звуки. Амун стоял в отдалении, наблюдая за процессом высвобождения силы темного меча. К его удивлению, верховный бог лично осуществлял финальную фазу и сейчас был где-то там, в эпицентре темного апокалипсиса.

Амун ни одно мгновение не сомневался, что Шантала появится. Письмо с извинениями, где он сообщал, что ошибся в верховном боге, должно было попасть к ней. Где-то неподалеку должна была находиться Алина. Облаченная в доспехи охрана из преданных верховному богов находилась на границе темного пламени.

Шантала появилась внезапно, она также была доспехах, в руке холодным пламенем светился меч. Мгновение – и вот она уже стоит перед темным огнем. Со своего места Амуну было хорошо видно все происходящее. Охрана бросилась к появившейся богине.

«Мечом она тоже хорошо владеет! – восхитился Амун. – Даже магию не применила».

Шантала быстро уничтожила нападавших и успела швырнуть созданное тут же огненное лезвие к вершине торнадо, пытаясь отсечь его от воронки. Отрезанная верхушка рассеялась, оставшаяся часть, завертевшись еще сильнее, снова соединилась с воронкой.

– Да чтоб тебя! – зло выругалась Шантала.

Языки ярко светящегося белого пламени врезались во тьму. Вращение замедлилось. Не мешкая, она вошла внутрь. Стена белого огня прорезала торнадо и ударила в эпицентр.

«А верховный непрост…» – усмехнулся Амун.

Языки белого пламени снова прорезали торнадо. Вращение остановилось, темнота стала густой, как будто замерла в ожидании. Вспышки молний, огня и внезапно появляющихся темных смерчей указывали Амуну местоположение высшей богини.

– Мощная баба! – восхищенно проговорил он. – Даже не знаю, на кого поставить в этой схватке.

Бой сместился, Шантала резко уходила в сторону от эпицентра.

«Похоже, Алина вступила в игру, – отметил Амун. Он не собирался вмешиваться. – Интересно, а что тебе верховный пообещал – мое место или место рядом с собой? Жаль, сейчас вряд ли это узнаешь».

Торнадо закрутилось еще яростней, чем в самом начале. Сила резко нарастала. Широкая часть торнадо приподнималось, открывая происходящее. Шантала стояла на коленях, черный клинок погружался в ее грудь, хвост смерча соединялся с клинком и, бешено вращаясь, пропадал в основной тьме. Сорвавшись со своего места, черный смерч ударил в воронку. Потоки тьмы с огромной скоростью устремились куда-то вдаль.

– Твоя цель была не она… – пораженно выдохнул Амун.

Крик ярости перерыл грохот происходящего, несмотря на смерч, бьющий в грудь, Шантала поднималась. Пламя взметнулось вокруг нее, над ее головой сформировалось огромное огненное лезвие, с невероятной скорость полетевшее в эпицентр темного смерча. Тьма разорвалась, темные всполохи быстро рассеивались. Воронка пропала. Верховный стоял на одном колене в центре зала, где раньше стоял трон. Темный меч, выбитый из его рук, валялся неподалеку. Его лицо залило кровью. Несмотря на это, он довольно рассмеялся и неторопливо поднялся.

– Вы проиграли, – сказал он, обращаясь к Шантале. – Печати разрушены.

Заклинание ударило в богиню. Амун видел, что она попыталась отбить его, но все равно ее сбило с ног. Несмотря на льющуюся изо рта кровь и то, что клинок уже полностью погрузился в ее грудь, Шантала снова поднялась. Рычание вперемешку с хлюпаньем вырвалось из ее горла. В разрушенный зал собрания вбежал вооруженный отряд богов.

«А верховный подготовился на совесть», – довольно отметил Амун, не двигаясь с места.

– Охренеть! – вырвалось у него.

Выпучив глаза, он наблюдал, как взбесившаяся красавица, бешено орудуя мечом, отправляла на тот свет нападавших одного за другим, а то и одновременно. Резкий приступ тошноты чуть не заставил его согнуться пополам. Всегда возвышенная и утонченная высшая богиня, воспользовавшись перегруппировкой, вонзила меч в одного слегка замешкавшегося воина, схватив его, зубами разорвала горло и выпила его силу вместе с кровью.

– Праведница, – с трудом выговорил Амун, закрывая рот рукой, приступы тошноты накатывали один за другим.

Сея смерть мечом, богиня выхватывала очередного оставшегося в живых после ее атаки, откатывалась по площади вместе с ним и, мгновенно разорвав горло, пила силу. Амун бросил взгляд на верховного – тот стоял и с интересом, Амуну даже показалось, с сильным удивлением наблюдал за происходящим. Второй отряд, подоспевший к сильно поредевшему первому, уже не пытался захватить богиню, сразу начали магическую атаку. Она отбивалась, отклонялась. Уже ничего не было видно. Боги били сокрушительными заклятиями по всей площади.

– Хватит уже! Прекратить! – громко раздался на удивление спокойный голос верховного бога.

Дым рассеялся, посреди развороченный площади лежало тело, изуродованное заклинаниями.

– Проверь – жива или нет, – приказал верховный первому попавшемуся на глаза воину.

– Еще жива, без сознания, – крикнул он, на всякий случай быстро отойдя подальше от тела.

Верховный бог не спеша подошел, поискал взглядом Амуна.

– Как и обещал – она твоя, – сказал он, как только Амун приблизился. – Но хочешь совет? Не связывайся с этой чокнутой. Видел, какая зубастая? Вмиг отгрызет. Будешь потом всю жизнь мучаться, – с сочувствующим вздохом добавил он.

После всего увиденного Амун был полностью согласен с верховным.

– Она королю демонов нравилась, пусть лучше ему отгрызает, – решил Амун. Он с опаской наклонился к телу. Через мгновение поднялся. – Мне и этого хватит.

В его руке были ее глаза.

– Мудрое решение, – равнодушно прокомментировал верховный. – Выбросьте ее где-нибудь, чтобы демоны подобрали, – приказал он в никуда, взмахом руки создавая портал.

Трое отделились от толпы и, взяв за руки и за ноги, потащили изуродованное тело в портал.

– Подготовьтесь к приходу Зелума, – приказал верховный бог.

Окинув удовлетворенным взглядом начавшуюся суету, он переместился в свой дворец.

Бросив темный меч на стол, верховный бог взял кубок и разом осушил половину. В зал, поклонившись, вошел лысый исследователь.

– Сатор! – поприветствовал он.

– Нет, ты это видел!? – воскликнул Сатор вместо приветствия, возмущение переполняло его. – Мерзавка мелкая! Больная на всю голову! Что устроила!

Лысый удивленно уставился на Сатора, на его лице ясно читалось, что он не понимает причины возмущений.

– Ну… после таких ударов вряд ли она восстановится, – осторожно произнес лысый. – А жаль, шикарная была, – грустный вздох подкрепил его слова. – А почему ее выбросили? В проекте использовать не будем? – Сатор не ответил. – Можно было бы как щит использовать, – предложил лысый.

– Свинтила она, – соблаговолил наконец ответить Сатор, покачав головой, как будто до конца не верил в увиденное. – Силу насосала и смылась. И тело подкинула, – уточнил он, заметив непонимающий взгляд лысого.

Лысый соображал очень быстро.

– Думаю, она не первый раз такими делами промышляет, судя по скорости, с какой она это делала, – мгновенно выдал он.

– Вот же мелкая дрянь, – снова прорвало верховного бога. – А Создатель куда смотрел? Пороть ее надо было каждый день, пока вся дурь не выбилась бы! – зло добавил он.

– Возвращаемся к первоначальному плану? – спросил лысый.

Сатор поднял кубок и допил содержимое.

– Да, – мрачно ответил. – Больная стерва, такую идею испортила! – еще раз возмутился он. – Отправь руку обратно, пусть продолжат работу.

– Как прикажете, – лысый поклонился, оставив верховного бога одного.

***

Катаклизм

Стройными рядами, сияя доспехами, армия богов выстроилась перед дворцом верховного бога, готовая встретить теперь уже бывшего члена совета Зелума, объявленного падшим. Верховный бог в малом тронном зале принимал доклады. Все были облачены в доспехи. Амун не исключение.

Он посмотрел в окно – из открывшегося портала выходили отряды, по приказу верховного переброшенные из районов боевых действий. На лицах в зале отражалось беспокойство. Падший уже уничтожил один из миров, не пощадив ни находящихся там богов, ни демонов. Взгляд Амуна переместился вверх – сверкая разрядами, над дворцом, залами совета и собрания стягивался защитный купол. Осталось совсем немного. Падшему придется пробиваться через защиту под массированной магической атакой. Все перемещения будут заблокированы, как только купол закроется. Сверкнув молниями, купол закрылся.

Верховный бог встал.

– Уверен, он появится в ближайшее время. У него нет другого выбора, – усмехнувшись, сказал он.

Никто не решился спросить, откуда ему это известно. Бросая настороженные взгляды на темный меч, из которого вырывались темные всполохи, боги совета согласно закивали.

– Отправляйтесь к войскам, – приказал верховный бог.

Поклонившись, все направились к выходу. Уже возводились заклятия, блокирующие перемещения. Пришлось идти пешком.

«Что-то никто не спешит озвучить перестановки в совете», – недовольно отметил Амун.

Его отряд поставили ближе всего к краю купола, напротив специально оставленной площадки. Боги решили, что Зелум переместится на это единственно возможное для перемещения место.

«А я, получается, на передовой», – продолжил размышлять Амун.

На его удивление, третий член совета с отрядом стоял сразу за ним.

«И тебя списали», – усмехнулся Амун.

Он кинул взгляд на дворец. Ему не нужно было видеть, и так знал – остальные сосредоточились поближе к верховному и темному мечу.

Небо в считанное мгновение покраснело. Кровавые капли упали на купол, тут же испаряясь.

Кто-то в ужасе прокричал:

– Каратели!!!

Стройные ряды дрогнули.

«Вырвать бы тебе язык! Кто же кричит такое?!» – зло подумал Амун.

Незаметное на красном фоне, гигантское лезвие врезалось в купол, за ним другое, третье. Внезапно появившийся огненный шар на огромной скорости пробил купол и ударился о мостовую перед дворцом. Обжигающее синее пламя огненным смерчем завертелось вокруг падшего, стоящего на месте, где упал шар. Огненные крылья сияли за его спиной. Взмах мечом – и отделившееся от него алое лезвие пронеслось в направлении верховного. Тьма, отделившись от темного меча, приняла на себя удар лезвия. Гигантские молнии ударили по защитникам. Огненные смерчи упали с неба. Кто-то замер, упав на колени, кто-то кричал «каратели!!!», пытаясь прорваться к площадке и переместиться прочь.

Амун оглянулся на дворец. Синее пламя яростно вращалась вокруг него. Темные всполохи прорывались сквозь пламя. В него кто-то врезался.

– Уходим, – третий член совета схватил его за руку и потащил в направлении площадки.

Амун согласно кивнул – в этом хаосе им делать нечего, разве что умереть.

В эпицентре огненного безумия Зелум и Сатор схватились в смертельной схватке. Лезвия тьмы и огня отделялись от мечей, ударяясь в тут же поставленную защиту. Они кружили друг напротив друга, нанося и отбивая удары.

– Ты расслабился, закостенел, ум уже не такой острый, – насмешливо произнес верховный бог. – Не пробовал головоломки решать? Говорят, помогают.

– Тебя забыл спросить, – зло ответил Зелум. – И давно ты в теле этого идиота?

– Достаточно. Как там красавица? Справился с клинком, может, помощь нужна? – продолжал ехидничать верховный бог.

– Обойдусь.

Они не переставали обмениваться ударами, несмотря на словесную перепалку. Внезапно Зелум провел мечом над своей рукой. Вены на руке разорвались, кровь, вместо того чтобы потечь вниз, крупными каплями всосалась в меч, сделав его кроваво-красным. Тут же переместившись, он нанес удар по верховному богу. Темный меч поднялся, отражая удар. Мечи столкнулись. Кровавый меч засветился, раздался взрыв, и темный меч раскололся. Продолжая движение, Зелум вонзил свой клинок в грудь верховного. Рука Зелума засветилась, поток света, прокатившись по мечу, ударил в противника. Верховный завопил от боли, засветился и рухнул как подкошенный, темный туман быстро испарялся из него.

– Жалко, что это тебя не убьет, но приятных ощущений добавит с лихвой, – зло прокомментировал Зелум.

Далекий удар сотряс Миры. Зелум шагнул к обломкам меча. Взмах рукой – и они исчезли. Со следующим шагом Зелум исчез.

***

Наши дни

Амун сидел в кресле, захваченный воспоминаниями. Налив еще бокал, пристально заглянул в глаз бюста.

– Красивые у тебя были глаза, Шантала, надеюсь, тебе нравится их обрамление.

Как потом выяснилось, падший рванул в миры демонов. Что конкретно дальше было, неизвестно. Эхо тамошней битвы прокатилось по Мирам, выжигая некоторые из них или превращая в такой же мир, какой облюбовала себе королева. По слухам, дошедшим позднее, в битве пали и король демонов, и падший. Шантала также ушла в мир иной. Тел, конечно же, не нашли, но это и неудивительно, все было сметено начисто.

– Так и живем с тех времен. Третий стал верховным, я вторым, а король пожирателей, которого мы добавили в совет, стал третьим, – не отрывая глаз от бюста, Амун холодно улыбнулся. – Вот и все. Жаль, ты не можешь сказать, каково тебе было, когда ты лишилась всего, и жизни тоже. – Его мысли снова вернулись к королеве. – Что не говори, а дурам действительно везет, – второй раз за вечер повторил Амун избитую фразу.

С самого появления королевы он не мог понять, почему повелительница ада никак не отреагировала, когда девчонка напала на одну из ее тварей. Амун не сомневался – если бы боги или демоны выкинули подобное, реакция адской стервы была бы незамедлительной, а тут – будто так и надо.

«Приличных слов нет! – возмутился он про себя. – Вот же не к добру вспомнилась эта ведьма», – слегка поежившись, подумал он, окидывая внимательным взглядом темные углы коллекционного зала.

Ад… Создан в незапамятные времена древними богами. Про него ходили только легенды. Место, где заточены самые ужасные существа, когда-либо появлявшиеся в Мирах.

Сказать по правде, Амун особо не верил во все эти суеверия до недавнего времени. Пока примерно сорок, может, пятьдесят лет назад из глубин этого жуткого места не вылезла могущественная темная тварь, объявившая себя повелительницей ада. За короткое время она умудрилась нагнать такой жути, что по ужасу, охватывающему Миры от одного ее упоминания, стала уступать только карателям.

Конечно, невозможно сказать, где была правда, а где нет.

«Но вообще-то дыма без огня не бывает», – мстительно вспомнил Амун старую пословицу.

Повелительница позиционировалась как антагонист Бога-отца – древнего бога, очень древнего. По официальной информации, он давно отошел от дел, оставил себе один мир и безвылазно находился там.

Амун усмехнулся.

«По официальной информации… а по неофициальной Бог-отец очень любил советовать, что делать и как править Мирами. Естественно, его советы были обязательны к исполнению. Ссориться с ним никто не хотел», – Амун отпил из бокала.

Повелительницу ада в Мирах также прозвали дьяволом. Или дьяволицей. Она отличалась своеобразным чувством юмора и оказалось весьма обидчивой персоной. Что-что, а это Амун прочувствовал на собственной шкуре.

Он сделал большой глоток. Даже сейчас, после стольких лет, вспоминать о ее шутке весьма неприятно.

Скептически относясь к сообщениям о могуществе дьяволицы, Амун выступил на собрании богов, где подверг резкой критике деятельность так называемой повелительницы ада. Вернувшись после заседания, Амун обнаружил, что его дворец осажден толпой живых мертвецов в разной степени разложения, поднятых с кладбищ ближайших миров. Мертвяки, не замолкая ни на минуту, громогласно скандировали неприятные для любого политика лозунги, тряся плакатами и транспарантами с обидными надписями и изображениями.

А в своей спальне он обнаружил приколотое к подушке розовым бантиком послание от повелительницы, выполненное в форме сердечка и источающее приятный аромат. В послании было приглашение посетить ад, а также дьяволица обещала ему незабываемую романтическую программу. Далее шел список мероприятий с его предполагаемым участием, при одном взгляде на который у любого нормального бога, да и не только, волосы встанут дыбом. Можно и не говорить, что Амун вежливо отказался.

Мертвецы с месяц повопили вокруг дворца и вернулись на свои кладбища.

«Значит, как мне, так мероприятия всякие, а девчонке все с рук сходит. Как-то несправедливо», – возмутился Амун.

Поначалу он даже думал, что королева как-то связана с повелительницей, но впоследствии пришел к выводу, что королева действует самостоятельно.

– Что ж, подождем, понаблюдаем, как сказал верховный, – задумчиво проведя ухоженным ногтем по щеке бюста, проговорил Амун и вышел из зала.