- -
- 100%
- +
Из люка выпал грешник.
– Его слегка поджаривают…
Гиена огненная дыхнула огнем.
– Солят, а пуд соли, я вам скажу это не ерунда…
Черти засыпали в давящегося грешника соль через маленькую красную воронку.
– И сажают в бочку, в маринад из их дерьма и крови, – весело закончил Коварный Злодей.
– Идем отсюда, – проговорила Кристина, прижав к лицу рукав и стараясь не смотреть.
– Конечно! – еще сильнее повеселел Коварный Злодей. – Вперед, – и простер руку указывая на бочку.
– В смысле? – спросил Димитрий, недоверчиво глядя на Коварного Злодея.
– Да что ж ты заладил, в смысле, в смысле… В прямом! Видите, как черти ходят? Так вот, на той стороне в стене такой же туннель, как и здесь. Так что вам просто надо пройтись через бочку по их головам.
– Я не пойду! – сказала Кристина.
– Оставайся здесь! – ни секунды не медля, отозвался Коварный Злодей.
– Но как мы удержимся-то? – спросил Димитрий. – Они же могут головой качнуть и вообще скользко, или… схватить могут…
– О, не волнуйтесь, – улыбнулся Коварный Злодей. – Они в своих бочках слишком тесно сидят, чтобы что-нибудь сделать. Они даже голову повернуть не могут, настолько плотно их набивают!..
Первым на голову ближайшего человека шагнул Димитрий. Белые фирменные кроссовки покачнулись, но удержали равновесие. Пара шагов, и дальше он пошел увереннее.
Кристина со все возрастающим неприятием глядела, как беленькие кроссовки наступают на грязные немытые и вонючие головы несчастных, прижимая их вниз, в вонючую жижу, в которой они стояли. Грешники даже не кричали. Их гноящиеся глаза провожали Димитрия, казавшегося существом не от мира сего в своих белых чистых одеждах. Губы грешников, застывшие кровавой коркой с запекшимися белыми кристалликами соли, шевелились, словно они силились что-то сказать. Но он не смотрел на них, во всяком случае, не видел, бросая взгляд только чтобы оценить куда поставить ногу.
Димитрий добрался до того края и, ободряюще помахав рукой, скрылся в тоннеле.
– Теперь ты, Кристина. – сказал Коварный Злодей
– Но это же люди, – сказала Кристина. – Как я могу – по головам?
– Это же не люди, это грешники, – ласково улыбнулся Коварный Злодей.
– А грешники что, не люди? – с вызовом сказала она.
Коварный Злодей только с улыбкой пожал плечами.
– Получается и я не человек, я ведь тоже не святая!..
Он снова пожал плечами:
– Тем не менее, делать тебе нечего. Другой дороги, кажется, нет.
Кристина огляделась. Края бочки были слишком тонкими, чтобы по ним можно было пройтись и, потом, их почти везде заслоняли головы грешников. Она нерешительно посмотрела на людей и разулась.
Коварный злодей с усмешкой наблюдал за ней.
Кристина подошла к самому краю пятачка и, некоторое время нерешительно постояв, опустила ногу в вонючую жижу – не на голову, а на плечи грешника.
Осторожный шаг, еще один… И вдруг она почувствовала острую боль в лодыжке. Опустив глаза, она увидела, что один из грешников вынимает зубы из ее окровавленной ноги. Он облизнулся и улыбнулся зло и мерзко, белые зубы его были измазаны кровью, которая стекала по его подбородку. Кристина завизжала, отчего черти, отошедшие и возившиеся в соседних бочках, разразились громким злым хохотом. Она инстинктивно двинула ногой ему в лицо и, поскальзываясь, побежала по головам.
Коварный Злодей подождал, пока она исчезнет в тоннеле, усмехнулся и щелкнул пальцами. Перед ним, прямо в воздухе, возникла дорожка из красных камней, ведущая к выходу из третьего круга ада.
В тоннеле было тихо, прохладно и пахло землей. Что после криков и вони казалось просто раем. Кристина осмотрела лодыжку и поняла, что та, к ее удивлению, совершенно цела.
– Ну что, идем дальше? – спросил появившийся в проходе Коварный Злодей.
– А это обязательно? – спросил Димитрий.
– Обязательно, – вздохнул Коварный Злодей и двинулся вперед.
– В чем виноваты эти люди? – спросила Кристина, заступая ему дорогу. – Вы так и не ответили тогда.
– Ты спрашивала про второй круг, а не про третий.
Он попытался обойти ее, но она упрямо становилась у него на пути.
– Расскажите и про тот и про этот.
Коварный Злодей вздохнул.
– Ты действительно хочешь это знать?
– Действительно хочу, – твердо ответила Кристина.
Коварный злодей раздраженно отвел волосы с лица и устало посмотрел на Кристину.
– Ваша проблема в том, что вы все знаете, но не желаете думать своей головой! В чем они виноваты, спрашиваешь?
– Да, если исходить из ада Данте, каждый круг должен быть в чем-то виновен. В чем виноваты эти люди?
Коварный Злодей снисходительно посмотрел на Кристину и пожал плечами:
– Да ни в чем.
– Как это – ни в чем? – опешила Кристина.
– Так тут никто ни в чем не виноват, – Коварный Злодей развел руками, усмехаясь. – Это же главное правило Ада.
– Погодите-ка, – начала Кристина. – Как главным правилом Ада может быть правило, что никто ни в чем не виноват?! Это же ад! АД! Сам смысл его существования в том, что здесь грешники мучаются за свои грехи! Это то, что отличает рай от ада – в аду виноватые, в раю невиновные! Разве не так? Что за ерунда?
– Какая ты занятная, – саркастически проговорил Коварный Злодей. – А вот тебе тогда задачка. У нас есть Прекрасная Дама. А у Прекрасной Дамы есть Рыцарь, которого она очень любит, но как друга. А он ее любит как мужчина женщину, да еще и со всем пылом своего рыцарского сердца. А Прекрасная Дама этого в упор не видит, так, как она особа о-очень уж невнимательная. И вот вдруг в один прекрасный день, появляется Принц В Сияющих Доспехах. И Прекрасная Дама влюбляется в Принца В Сияющих Доспехах, а Принц в Сияющих Доспехах влюбляется в Прекрасную Даму. А Рыцарь за бортом, и он наконец понимает, что надеяться ему не на что. И тогда наш Рыцарь в приступе отчаяния кидается с Высокой Башни и разбивается в волосатую лепешку. Вопрос: кто виноват?
– Конечно же Рыцарь, дурак, нашел из-за чего кидаться! – возмутилась Кристина.
– Чудесно, – послал ей кроткую улыбку Коварный Злодей. – Давайте его в ад. Тем более, что он там и будет, по христианским-то правилам. Ладно, с ним разобрались. Ну а Прекрасная Дама – она виновата? – Коварный Злодей смотрел на Кристину, та жевала губы. – Ведь она стала причиной гибели Рыцаря, и хоть она в ней и не виновата, на ее руках его кровь. Как может кто-то, чьи руки вымазаны в крови, попасть в рай?
– Но она же не виновата, – неуверенно начала Кристина.
– Но она же причина его гибели.
– Да, ладно. Нуу… – Кристина помотала головой – Так можно сказать про что угодно!
– Верно, даже про самое, казалось бы, непорочное – святыни, за сохранность которых люди расплачиваются жизнью, или невинные младенцы, чьи матери умирают в родах. Что угодно может стать причиной чьей-то крови. Равнодушие, недосмотр, совпадение событий… Да мы сами даже никогда не узнаем, причинами скольких драм являлись. Если бы не было причины, не было бы и следствия. Если бы не было любви, не было бы и смерти. Весь мир вымазан теплой алой кровью.
– Вы говорите, что все виновны, – сказала Кристина, – я спрашиваю – почему никто не виноват! Почему в аду никто не виноват?!
– Каждый так или иначе виновен, а значит никто не виноват.
– Бред. Игра слов, – подал голос Димитрий, стоявший, прислонившись к стенке тоннеля и с интересом взирающий на них.
– Допустим. Но Прекрасная Дама разве виновата в своем существовании? А святыни? А младенцы? Разве кто-нибудь виноват в том, что он существует?
– Если так говорить, то это не вина человека, это вина Бога?
– Не будем трогать Бога, – поморщился Коварный Злодей. – Это пошло, господа, говоря об аде упоминать Бога.
– Не уходите в сторону, – отрезала Кристина. – Вы говорите о случаях, когда люди причиняют зло неумышленно. Не думаю, что им есть место в аду. Мне кажется, дело в умысле – хотел человек причинить боль или нет. Что если говорить о закоренелых преступниках, о людях, которые…
– А об этом поговорим позже, – отчеканил Коварный Злодей. – Думайте головой, господа, думайте головой, – постучал себе по макушке Коварный Злодей и, обогнув Кристину, пошел дальше по проходу. – Если бы все это делали, знак вопроса не существовал бы в природе.
Тоннель вывел их к четвертому кругу.
Котлован. Огромный, пугающий. Дно скрывается где-то в темноте, куда ведут ступени, спиралью опоясывающие котлован. Ступеньки вырыты прямо в земляных стенах так, что с каждым витком котлован становится все уже и уже, сужаясь в темноту.
– А где выход? – с замиранием сердца спросила Кристина, стараясь не смотреть вниз.
– Внизу, – лаконично ответил Коварный Злодей.
Кристина изучила предстоящий путь. Перил естественно не было, сама тропинка шириной едва дотягивала до метра. Двух вещей Кристина боялась больше всего в жизни. Первое – высота, второе – темнота.
– Я не пойду, – сказала Кристина, прижимаясь к стене. – Я лучше здесь останусь. Я лучше назад… Нет… – она закусила губу, глаза ее с отчаянием перебегали с Димитрия на Коварного Злодея и снова… – Придумайте что-нибудь, пожалуйста! Неужели нет другого выхода? Не может быть!
– Только если оставаться, – пожал плечами Коварный Злодей, и, развернувшись, стал спускаться вниз.
– Идем, вариантов немного, – сказал Димитрий. – Вон как ты бодренько пробежалась по этой жуткой бочке. А тут всего лишь лестница! – он посмотрел в ее большие испуганные глаза и смягчил тон. – Я знаю, страшно. Но иначе мы не выберемся отсюда, понимаешь? У нас нет выбора. – он взял ее за руку.
– Нет, – помотала головой Кристина, вырывая руку.
Димитрий посмотрел на нее, раздраженно покачал головой и пошел вниз за Коварным Злодеем.
Они отошли уже достаточно далеко, когда Кристина вскрикнула:
– Подождите! – и шагнула вниз, прижимаясь спиной к стене.
Она в ужасе смотрела на дорожку. В нескольких сантиметрах от подошв ее туфель, земляные ступеньки обрывались вниз, в темноту, глубокую, глубокую темноту. Остальные, ушедшие уже на виток вперед, казались крошечными букашками, по сравнению с гигантскими размерами котлована.
– Подождите! – снова крикнула Кристина.
Никто не ответил ей, только эхо пробежало и исчезло где-то внизу. И ей стало так жутко, так невыносимо страшно остаться одной, что она сломя голову кинулась вниз по лестнице, не обращая внимания ни на темноту, ни на высоту. Она остановилась только добежав до Димитрия, только обхватив его теплую живую руку, она успокоилась. Ногти ее, которыми она цеплялась за земляную стену, пока бежала, все были поломаны, с черной грязью.
Вниз.
Вниз.
Вниз.
Они спускались уже довольно долго, в полной тишине. Отчего-то ни у кого не было ни малейшего желания разговаривать. Многое оставалось невыясненным, но эта давящая темнота, казалось, была неким огромным древним существом, драконом, свернувшимся на дне ада. И они боялись разбудить его.
Кристина споткнулась, и чуть было не сорвалась вниз, если бы не подхвативший ее Димитрий. Оба прижались к стене, бледные как смерть.
– Спокойно! – крикнул Коварный злодей.
– Покойно…
– Покойно…
– Покойно… – разносилось вокруг дробящееся жутковатое эхо.
Кристину пробрал озноб. Она шла последняя и все время оглядывалась – ей все казалось, будто чей-то взгляд, следит за ней, голодный и злой. Вниз же она и вовсе не глядела. Вокруг была темнота, но черней всего она была в провале. Там, внизу, казалось, живет что-то настолько жуткое, что просто неподвластно человеческому разуму.
Чавк… Чавк… Чвок…
Кристина расширила глаза и прислушалась, чуть нагнувшись над черным провалом.
Чвок… Чвок… Чавк…
Из провала, вылетели какие-то черные капли, попав ей на руку – она отшатнулась мазнула пальцем и приглядевшись поняла, что это кровь.
– ААААААААААААААА!!!!!!!!!!!!!!!!!!! – завизжала Кристина, и попыталась рвануть вверх по лестнице.
Коварный Злодей успел перехватить ее за талию, отчего она завизжала еще громче.
– Тсс! – шепнул он ей в ухо, зажимая рот – Ты что хочешь, чтобы тебя съели?
Кристина закрыла рот и взглянула на него с ужасом.
– Шучу, – рассмеялся Коварный Злодей. – Там никого не едят, ты сейчас увидишь.
Он взмахнул рукой, и по стенам, начиная с самого верха, по цепочке стали зажигаться факелы. Наконец вспыхнули факелы, окружавшие их, и огненная змея поползла все ниже и ниже, наконец осветив провал. Сначала Кристина разглядела что-то блестящее, большое и копошащееся. Красный цвет, черный цвет, белый цвет… белесые тела, белесые волосы, слепые глаза… Черный пот, грязь, красная кровь…
– Господи, что они делают? – с ужасом прошептала Кристина.
Сотни, тысячи людей, если их можно было назвать людьми…
Они рыли землю.
У кого-то уже не было пальцев, у кого-то рук – до запястий, до локтей, до плеч… Если они не могли стоять – они лежали, вгрызаясь зубами в землю, словно саранча, которая сжирает все на своем пути, и прыгает, даже если оторвать ей голову. Обрубки втыкались в землю, незаживающие, гниющие раны разбрызгивали вокруг себя гной и кровь, они поскальзывались в собственном дерьме, крови и поднятой со дна земле, но продолжали рыть яму, словно не в силах остановиться.
Что-то блеснуло внизу, на мир глаза Кристины вычленили из сотен тел лицо маленькой девочки, обращенное к ней. Рот ее был разорван и измазан грязью (грязью ли?), синие глаза смотрели спокойно и отстраненно.
Кристине казалось, словно она смотрит какой-то фильм, совершенно безумный и нереальный. Пробудь она еще немного там, она бы, наверное, сошла с ума, просто перестала бы воспринимать происходящее, как реальность, настолько жуткой была открывшаяся в свете факелов картина.
– Довольно, – сказал Коварный Злодей, и, схватив их за руки, потащил их за собой, к двери внизу тропинки. Никто из них с уверенностью не смог бы сказать, как они оказались в тоннеле. Просто в какой-то момент Коварный Злодей позволил им повалиться на пол, хватая ртом воздух.
Никто не хотел ничего знать, даже Кристина, с ее неуемным любопытством. Им просто хотелось забыть, убрать это из своей головы.
Они оправились, сели, переглядываясь, Кристина вдруг заплакала горько, Димитрий обнял ее за плечи и положив ее голову к себе на колени, стал гладить ее волосы, руки его дрожали.
– Я… Я… Не знаю, – всхлипывала Кристина. – Первый было странно, второй я не смотрела, и они далеко… третий жалко… Но это!… Страшно, страшно!.. Прости, я сейчас перестану… О боже…
Кристина разглядывала свои трясущиеся руки, Димитрий гладил волосы Кристины, они пытались не думать.
– Осталось пять кругов, – сказал Коварный Злодей.
Несколько секунд они молчали, неверяще глядя на него.
– Что?
– Сколько можно этого бреда?!! – заорала вдруг Кристина. Димитрий от неожиданности отстранился от нее, настолько непривычно было видеть маленькое лицо, искаженное яростью. – Почему я вообще должна это смотреть?! Кто меня обязал?! Я хочу проснуться! Слышите?! Хочу проснуться! Хватит с меня!!! – она поднялась и подбоченясь посмотрела на Коварного Злодея, – Что это вообще за чертовщина?! Нам говорили про игру!.. Игру с испытаниями, так?! А мы просто ходим и смотрим на всякую гнусь!
– Хватит с нас экскурсий! – наконец поддержал ее Димитрий. – Почему мы должны на какие-то извращения смотреть?!
– Вы что думаете, мы выдержим девять кругов этих ваших?!
– Я не моральный урод и не психопат, чтобы наслаждаться глядя на этот бред!
– Да я потом просто спать не смогу! Зачем мне это показывать?? К чему вообще?!
– Чего это за хрень?! Какой-то бред происходит!
– Какая-то ваша тупая мораль, да кого она вообще интересует?! Я на такое не подписывалась!..
– Я не хочу!
– Делайте что хотите! Я и с места не сдвинусь!
В какой-то момент, никто этого не заметил – они кричали, глядели друг на друга, черпая поддержку, толкали речи… Так вот, в какой-то момент Коварный Злодей просто шагнул назад и исчез в стене. В обычной серой стене. Провалился сквозь.
– Куда!..
– Эээй, ты!..
Они разом замолчали и кинулись к стене.
– Он что ушел?!
– Вот мудак!
Они замолчали и потыкали в стену, в которую он ушел.
– И что нам делать?
– Можно подождать здесь, – предложил Димитрий после некоторой паузы.
– Давай, – поддержала его Кристина, – Я больше не хочу никуда идти.
Они сели, Димитрий постелил куртку, чтобы было не так холодно сидеть, и они вдвоем умостились на ней.
– А что там, – спросила через какое-то время Кристина, указывая на выход из тоннеля.
Димитрий пожал плечами
– Может очередной круг? – предположила Кристина. – Пятый?
– Десятый, – отрезал Димитрий. – Я туда не пойду.
– Да никто не пойдет.
– Ну тогда ждем.
– Ждем.
Они снова замолчали. Сначала они просто сидели, потом стали переговариваться, потом играли в города. Так прошло еще некоторое время.
– Сколько можно? – спросила наконец Кристина. – Мы уже часа три тут сидим. Я уже все города, которые знала назвала, больше от меня никакого толку не будет.
– И что делать? – спросил ее Димитрий.
– Ты мужчина, ты и решай, – развела руками Кристина.
– Да ты вообще, я погляжу, не любишь ответственность на себя брать.
– Что это ты хочешь этим сказать? – зло спросила Кристина.
– О-о-о, – поднял руки Димитрий – началось!
– Ты ведешь себя как идиот, – не выдержала Кристина, и встала, – Идем.
– Куда? – спросил Димитрий, тоже поднимаясь.
– Вперед! Я так полагаю, особого выбора у нас нет – назад я точно не хочу. И, в конце концов, давай не забывать, что это сон. Нам просто надо проснуться.
– Как?! – разозлился Димитрий.
– Ну тогда можно попробовать поменять сон.
Он недоуменно уставился на нее.
– Давай думать про что-то приятное, цветы там, бабочки… А не дерьмо всякое… – Они вздрогнули, вспомнив коричневые потоки, низвергавшиеся с небес. – Ну короче про что-то приятное… – закруглилась Кристина.
– Приятное… – протянул Димитрий. – Мне сейчас ничего приятного в голову не придет.
– Ну я не знаю… Вот у меня есть любимое кафе в центре, я буду про него думать. Туманное утро, шум города, кофе, ммм… – Она мечтательно закатила глаза.
Вдруг Кристина повела носом:
– Ты чувствуешь?
В воздухе разливался чудесный аромат.
Димитрий втянул воздух и удивленно пробормотал:
– Кофе?
– Оно, родное, – воскликнула Кристина, побежав к выходу.
Они выбежали из тоннеля, прямо к белому дневному свету и тут же ошарашенно застыли.
Они стояли на огромном столе, застеленном голубой хлопковой скатертью. Вокруг них блестели глянцевые бока гигантских фарфоровых соусников, салатников, мисок, чашек и прочей дребедени, неподалеку от Кристины гордо вздымался вверх хрустальный бокал на длинной ножке, преломлявшей солнечный свет. Отовсюду шли одуряющие запахи чеснока, трав, овощей… Пахло хорошо прожаренным мясцом, так и представлялась румяная курочка в тоненькой хрустящей кожице.
Однако, по всей видимости нашим путешественникам полакомиться чудесными блюдами не светило, так как даже двухметровый Димитрий доставал самой маленькой чашке, дай бог, до краю, и то, если хорошенько подпрыгнуть.
– Где это мы? – удивленно выдохнула Кристина, обходя белую салатницу с нарисованными красными маками.
– Лучше назад посмотри, – мрачно отозвался Димитрий, пытаясь раскачать бокал, пиная ножку.
Кристина обернулась:
– Ты о че… Мамочки мои! Это чего ж делать-то нам тогда?
Тоннель, из которого они пришли, был на месте. Все такой же каменный и темный, одна беда – нарисованный. На столе, прислоненная к стене, стояла большая книжка, с заглавием на непонятном языке, похожем то ли на арабскую, то ли на индийскую вязь, и вот на этой самой книжке и был нарисован вход в тоннель.
Кристина потыкала в рисунок – он им так и остался, не желая пропускать путников назад.
– Нда, дела… – протянул Димитрий.
– Пойдем, посмотрим, может он как очаг папы Карло, за ним дверка есть? – Кристина обошла книжку и, вернувшись, развела руками: – Неа, там тоже книжка! Может попробуем другой поискать? Если есть вход, то должен быть и выход. – оптимистично сказала Кристина.
– Почему-то мне так не кажется, – пробормотал Димитрий.
После нескольких минут поисков они вернулись к нарисованному тоннелю.
Надо объяснить, что стол находился в большой просторной комнате, выдержанной, что называется, в стиле «Прованс» – деревянные полы, пастельных тонов мебель, кружевные занавески на окне… Занавески шевелил ветерок, приоткрывая кусочек синего неба и пышную крону какого-то зеленого дерева. Судя по плите, раковине и навесным шкафчикам, а также связке лука и сетке с ржаными сухарями, подвешенным к потолку – это была кухня. Скорее всего в деревенском домике, поскольку в правом углу виднелась деревянная лестница с перилами, ведущая на второй этаж.
– Ну, во всяком случае, мы знаем откуда пахнет кофе, – заметила Кристина, показывая на турку, кипящую на плите. Коричневая пена в данный момент как раз переливалась через край. – Так и хочется подбежать и выключить!
– Проблема в том, что подбежать мы не сможем, – мрачно отозвался Димитрий. – И убежать не сможем, если чего. Лилипуты, мать их…
– И что делать? – спросила в никуда Кристина.
– Без понятия, – развел руками Димитрий.
Вдруг послышался топот, звякнул дверной колокольчик, и входная дверь распахнулась, впустив вместе с собой порыв ветра, напоенный запахом ромашек. На пороге дома стояла гигантская женщина лет примерно сорока. На темных волосах ее покоилась белая косынка, щеки разрумянились. В правой руке она сжимала пластиковое ведро, закрытое крышкой, а левой прижимала к пышной груди букет садовых ромашек. Из ведра раздавался невнятный писк, словно у нее там сидела куча мышей.
– Эээй! – крикнула женщина, – ссспуууссскааайтееессь оообееедааать! – то есть она, конечно, сказала: «ЭЙ! Спускайтесь обедать!», но почему-то это прозвучало словно в замедленной съемке. Да и все ее движения были медленными и текучими, словно она шагала сквозь воду.
Наша парочка порскнула за ближайшую миску и стала делиться впечатлениями:
– Великанша!
– А почему она так говорит?
– Может это просто мы слишком быстро говорим?
– А почему?
– Ну, потому что мы такие маленькие.
– Ну и при чем здесь размер? – резонно возразил Димитрий.
Откуда-то сверху послышался медленный топот и на лестнице, появилась «бегущая» вниз маленькая девочка, черноглазая и черноволосая с двумя торчащими из-под красной кепки косичками. За ней послышался еще более громкий топот – на лестнице появился здоровый мужик с окладистой бородой и кустистыми седыми бровями.
– Мааамааа прииишлааа! – радостно закричала девочка.
– Ооо, цееелоооеее вееедрооо, – прогудел мужчина.
– Ааа тооо! – горделиво ответила женщина, ставя ведро на столешницу рядом с плитой. Она порылась в навесном шкафчике и достала большую глубокую фарфоровую миску с красными маками. И открыла ведро.
– Ааааа!
– Неееет!!!!
– Господи! – услышали далекие крики Кристина и Димитрий
– Что это? – спросила неверяще Кристина.
– Да быть не может, – прошептал Димитрий.
Из ведра в миску посыпались люди. Окровавленные, белые голые тела, одно за другим падали в фарфоровую миску.
Кристина закрыла глаза. Димитрий, наоборот, смотрел, не в силах оторваться.
Хозяйка потрясла ведро и постучала по крышке, проверяя – все ли высыпалось. Девчушка подбежала к матери и заглянула в миску:
– Ууух тыыы, вкууусняяятииинааа!
Папа подошел к столу, на котором затаилась наша парочка и стал отодвигать стулья. Сел, зачем-то заправил салфетку за ворот и посмотрел на жену.
Кристина попятилась, в ужасе глядя на Димитрия:
– Это не черти, – прошептала она.
– Но мы все еще в аду, – закончил за нее Димитрий.
– И что делать??? – Кристину трясло, она не знала, куда бежать, где прятаться.
Тем временем Папа потянулся и поднял один из соусников, наливая себе в тарелку кетчуп.
– Они, что будут есть людей??? – завороженно шепнул Димитрий.
– А ты еще сомневаешься??? – зло воскликнула Кристина.
– А если он увидит нас?
– И нас съедят, – истерически засмеялась Кристина.
Мама уже несла к столу две миски – одну с людьми, а другую пустую.
– Для костей, наверное, – снова засмеялся Димитрий. – Выплевывать…
Кристина не выдержала и отвесила ему пощечину. Димитрий недоуменно и зло посмотрел на нее, потирая заалевшую щеку.
– Пошли за мной, – сказала она.
Они осторожно прокрались назад к книжке, из которой вышли. Тоннель все так же не реагировал ни на что, тогда Кристина обошла книжку и спряталась за ней.
– И что мы здесь делаем? – прошептал Димитрий.
– А у нас есть выбор? – спросила Кристина.
– Можно найти выход. Из каждого круга ада был выход, – сказал Димитрий.