АнтиМетро, Буэнос-Айрес

– Озвучьте, пожалуйста, наши – с супругой – должности и полномочия, – вежливо попросил Артём.

– Без проблем, голуби мои. Без проблем…. Только – сугубо для начала разговора – я проясню суть проблемы, стоящей перед нами всеми…. Понимаете, Аргентина – это Аргентина. То бишь, страна отличная от всех других стран…. С одной стороны – приверженность традициям и старинным устоям, с другой же – беспредельное свободолюбие и стремление к истинной справедливости, не обременённой лицемерными условностями…. Чёрт, понимаю, что говорю совершенно ни то…. Короче говоря, это – необъяснимо.… Вот, конкретный пример. Уже начиная с третьей четверти двадцатого века, Буэнос-Айрес считался крупнейшим городом Южной Америки. Но светофоры в нём установили гораздо позже, чем в столицах других государств нашего континента. Причина? Сугубо в аргентинском нестандартном менталитете. Тут логика простейшая: – «Чтобы мне, свободному кабальеро, всякие дурацкие огоньки указывали, когда ехать, а когда стоять? Не бывать такого! Ущемление гражданских прав, к оружию, братья и сёстры! Свобода – превыше всего!»…. Вот, так и живём. Светофоры, конечно же, установили – года через три с половиной после свержения диктатора Перрона – но легче от этого, поверьте, не стало. Народный менталитет-то остался прежним. Вот, и в нашем конкретном случае – не так всё и просто….

– Дорогая тётушка, вы не крутите – вокруг, да около, – попросила Таня, заговорщицки перемигнувшись с Марией. – Говорите прямо и чётко. Ничего не скрывая. Мол, от нас требуется – то и то…

Сеньора Сервантес, недовольно поморщившись, подытожила:

– Младший лейтенант – самое противное и бестолковое армейское звание на этом свете! Во всех воинских поражениях, как, впрочем, и в провалах конгениальных секретных операций, виноваты – именно – младшие лейтенанты. Правильно я говорю, подполковник Белов? Вот-вот, кивай головой, кивай. Ничего, всё ещё поправимо…. Ладно, перехожу к глубинной сути всего проекта. Он, кстати, называется кратко и ёмко – «Старинный цемент»…. Смотрю, никакого впечатления на вас это название-наименование не произвело? Что же, узнаю авторский почерк Виталия Павловича. Умеет он, затейник неординарный, кадры готовить-подбирать, ничего не скажешь. Старая школа, так её растак…. Итак, о деле. Подземный ход, обнаруженный в доме номер восемь на Пласа Италия, ведёт в подсобные помещения так называемого «старого» метро. Как вы знаете, в 1955-ом году в Аргентине был отстранён от власти диктатор Хуан Перрон. Тот ещё был субчик. Говорят, что в его родословной и агуары – красные степные волки – присутствовали. Впрочем, дело совсем и не в этом…. Достоверно известно, что у генерала Перрона под землёй – при метрополитене Буэнос-Айреса – был оборудован целый подземный город непонятного назначения. Ходили даже упорные слухи, что там располагалось хранилище страшного химического оружия (может, ядерного?), вывезенного нацистами в 1944-45-ых годах из фашистской Германии.… Как бы там ни было, но ребята, пришедшие в 1955-ом году к власти, сочли за благо – все двери и ворота, ведущие в тайные катакомбы Перрона, для начала заварить, а после и надёжно замуровать цементным раствором. Более того, со временем вышел и соответствующий закон, запрещающий гражданам и гражданкам Аргентины – под страхом сурового уголовного преследования – проникать на означенные территории.

– Законы, они для того и пишутся, чтобы потом их усердно нарушать и отменять, – хмуро заявил Артём.

– Верно подмечено! – тепло улыбнулась пожила женщина, называть которую «старушкой» язык не поворачивался. – Но только – не перед выборами…. Не забывайте, голубки, что вы находитесь в Аргентине! Представляете, какую козырную карту может получить наглая и отвязанная оппозиция? Мол: – «Ничего святого нет для правящей партии! Отменять закон, которому уже больше шестидесяти лет? Это же – натуральное святотатство! Ату, их, ату!»…. Более того, можно всё повернуть ещё более изощрённым образом. Я, по крайней мере, так бы и поступила. Мол: – «Они осознают, что поражение на выборах – неминуемо! Поэтому и полезли в тайные катакомбы генерала Перрона, чтобы найти там спрятанное когда-то страшное химическое (бактериологическое?), оружие нацистов. То бишь, хотят нас всех отравить! К оружию, граждане и гражданки! Защитим наши семьи! В смысле, голосуйте – за правильную политическую партию…»…. Понятно излагаю? Именно по этому важному поводу – это я про предстоящие выборы – мы и обратились к вашей спецслужбе «АнтиМетро». Наша Президентша (не без моих подсказок, ясная пампа!), посчитала, что так будет наиболее эффективно и надёжно. А ваш (наш, российский?), Президент с ней любезно согласился…. Надеюсь, что определённая ясность внесена? Молодцы, ничего не скажешь! Что же, переходим ко второй части классического марлезонского балета…. Сейчас сеньорита Мари прочтёт вам маленькую вводную лекцию о метрополитене Буэнос-Айреса. Я, конечно, понимаю, что вы, господа Беловы, старательно готовились к этой поездке. Наверняка, знаете наизусть схему местного метро. Опять же, всесильный Интернет…. Но, всё же. Послушайте. Лишняя информация никому и никогда не помешает…

Рыжий – симпатичный и задорный – аналог Татьяны, поднявшись с места, приступил к изложению. Причём, девушка начала своё выступление с неожиданного вопроса:

– Интересно, а в России ещё есть путные мужички, хотя бы немного похожие на сеньора Белова? Мне, честно говоря, совершенно не хочется портить отношения с моей племянницей…

– Мария! – прикрикнула сеньора Мартина. – Прекращай свои дурацкие шуточки!

– Найдутся, – хладнокровно заверил Артём. – Вот, скоро из Сантьяго прибудет майор Никоненко…

– Какое странное имя – «Никоненко».

– Это такая русская фамилия. А зовут данного симпатичного и отважного кавалера – Алексеем, Лёхой.

– Алексом, если выражаться по-местному, – дополнила Таня.

– Алексом? – широко улыбнулась рыжеволосая красотка. – Мне, определённо, нравится это имя…. Бабушка, пожалуйста, не надо так смотреть! Дыру прожжёшь в моей белоснежной модной блузке. Как же я – с огромной и дымящейся дырой – предстану перед загадочным ухажёром из не менее загадочной России? Хотя, может быть, так будет и пикантнее…. Ладно, начинаю повествование о метрополитене Буэнос-Айреса. Открытие нашего метро состоялось первого декабря 1913-го года. Тогда заработали сразу девять станций линии «А», соединившей торговый порт с наземной электричкой. Спустя ровно пять месяцев после открытия первых станций, первого апреля 1914-го года, открылись ещё три станции линии «А», продлившие её на запад. А первого июля того же года линия была продлена на юго-запад ещё на две станции. Причём, некоторые станции дублировали наземную железную дорогу, но с более частыми остановками. Почти, как в Париже, там между станциями – в среднестатистическом исчислении – насчитывается порядка пятисот девяноста метров, а у нас – где-то шестьсот семьдесят…. Замечу, что с тех самых пор линия «А» практически не претерпела существенных изменений, сейчас её общая протяжённость не превышает семи километров. Новые станции в Буэнос-Айресе открывались уже на других линиях, и случилось это спустя шестнадцать лет, а именно, семнадцатого октября 1930-го года. Тогда были запущены в эксплуатацию сразу девять станций пускового участка линии «В». Эта линия связывает порт (морской и речной), с ещё одной конечной станцией железной дороги, только уже другого направления. В отличие от линии «А», линию «В» строили не из порта на окраину, а наоборот.… Двадцать второго июля 1931-го года линия была продлена в сторону порта ещё на две станции, а в начале декабря – ещё на две. То есть, дошла непосредственно до порта…. Но пересадочных станций – по извечному головотяпству проектировщиков – не было предусмотрено. Поэтому власти решили построить линию «С», которая охватывает гигантской дугой стратегически важный – для всей страны в целом – порт. Причём, линия «С» связывает между собой и две конечные железнодорожные станции, что придаёт ей особую важность и значимость. Кроме того, через узловые станции можно пересесть с линии «А» на линию «В», и наоборот. Запутанная такая картинка получается, но, извините, другой-то и нет.… Если обобщать – в глобальном смысле, ясная пампа (или, к примеру, сельва), то линия «С» играет в нашем Буэнос-Айресе роль Кольцевой линии в вашей благословенной Москве. Плюсом – морской порт и две стратегически-важные железнодорожные станции…. Да, предки умели планировать и проектировать! Умом можно тронуться…. В том числе, это касается и вспомогательных подземных помещений. В первую очередь – складских. Особенно генерал Перрон поусердствовал на этом архитектурном поприще. Впрочем, продолжаю.… Девятого ноября 1934-го года на линии «С» открылся пусковой участок из шести станций, позволивший связать линии «А» и «В» метрополитена в единую транспортную систему. А шестого февраля 1936-го года линия была дотянута на севере до очередного железнодорожного терминала. Попутно с этим, началось и строительство линии «Д», ведущей, как легко догадаться, опять же к морскому порту. Третьего июня 1937-го года начал функционировать участок из трёх новых станций, но – при этом – две центральные станции имели пересадки на все линии – «А», «В» и «С». Следующие восемь станций были открыты двадцать третьего февраля 1940-го года, сделав линию «Д» уже полноценной и ключевой линией. После этого метростроители взялись за строительство очередного радиуса – линии «Е». Строить её начали не от порта и не от окраины, а с середины. Очередная аргентинская мулька…. В декабре 1944-го эта года линия была продлена в сторону окраины. Все остальные станции метрополитена Буэнос-Айреса строились уже после свержения Хуана Перрона. Поэтому, они нас совершенно не интересуют.

– А какие столичные станции для нас…наиболее перспективны? – спросила Татьяна.

– Те, которые – так, или иначе – связаны с именами Хуана Перрона и его обожаемой жены Эвиты. «Кальяо», «Боедо», «Генерал Сан-Мартин». Хотя, и такие станции как «Плаца де Майо» и «Плаца Италия» вызывают определённый интерес. Видите ли, вблизи всех этих станций ночные рабочие метрополитена неоднократно видели немецкую овчарку. Некоторые даже уверяет, что пару раз собаку сопровождала молоденькая девушка в тёмно-синем плаще…

Зазвонил – мелодией Михаила Круга «Владимирский централ» – мобильный телефон. Сеньора Мартина – неуловимым и элегантным движением – достала из кармана серебристо-серого платья крохотную чёрную трубку и, нажав на нужную кнопку, известила:

– Здесь Изумруд! Слушаю вас, – через десять-двенадцать секунд, вернув мобильник в карман, велела Марии: – Сходи, разберись. У входа в «Милонгу» вертятся два весьма подозрительных типа. Только, прошу, обойтись без излишней жёсткости.

– Как скажете, милая, э-э-э, тётушка, – томно улыбнулась Мария, грациозно поднимаясь со стула. – Все сделаем – в лучшем и эксклюзивном виде, не сомневайтесь…

Проводив внучку строгим и праведным взглядом, донья Марта загадочно вздохнула:

– Шалопайка! Как и я – в далёкие молодые годы. Ладно, как говорят у вас в России: – «Перемелется, мука будет…». Лишь бы, не мука…. А что это, милые родственнички, вы так жадно и синхронно сглатываете слюну? Не успели позавтракать?

– Ведь, «Милонга» – бар, – логично пояснила Таня. – Мы и подумали, что поедим здесь. Я, вообще, обожаю итальянскую кухню…

– «Милонга» – бар? – не наигранно удивилась сеньора Мартина. – Полноте, мальчики и девочки…. Начиная со славного 1954-го года, «Милонга» является самым натуральным шпионским гнездом, где плетутся самые изощрённые заговоры и запутанные интриги. Скажу вам по большому секрету, что именно здесь и был свёрстан – на живую нитку, понятное дело – план по свержению гадкого Хуана Перрона…. Правильно я говорю, Домингес?

– Всё верно, миледи, – покорно кивнул головой комендант местного метрополитена. – Хотя я – на тот момент – ещё и не родился. Так получилось, извините. Впрочем, вам виднее.…А ещё говорят, что именно в нашей «Милонге» славные кабальерос – Алекс Сервантес и Оскар Рамос – разработали знаменитый план по ликвидации Мартина Бормана.

– Да, примерно так всё и было. Примерно – так…. Я в этот момент, правда, находилась в Парагвае. Вернее, в тамошних топких болотах, на маленьком острове, в окружении пару тысяч голодных серых кайманов. Те ещё страхолюдные образины. Б-р-р-р! До сих пор мороз идёт по коже, как вспомню…. Ладно, проехали. Значит, проголодались, голубь и голубка? Домингес, распорядись, чтобы молодым людям предложили кофе и бутерброды!

– А, можно, и пару бутылочек «Кильмес-Кристаль»? – спросил-попросил Артём. – Замечательное, на мой вкус, пиво….

– Нельзя! – невежливо отрезала донья Мартина. – Благовоспитанные аргентинцы с утра пива не употребляют…. Ох, уж, эти русские! Пиво – с утра пораньше! Откровенный кошмар и сплошная некультурность…. Впрочем, мой покойный муж тоже любил пиво, причём, в любое время суток и без всяких ограничений. Это был его единственный недостаток…. Домингес! Пусть и пиво принесут – на всю честную компанию. В смысле, один ящик…

Минут через десять-двенадцать вернулась рыжеволосая Мария и искренне удивилась:

– Надо же, и одиннадцати часов ещё нет, а они уже пиво пьют! Прямо, как вшивые американцы! Тетушка, а вы куда смотрите? Впрочем, Домингес – многодетный папаша и дедушка – открой-ка и мне бутылочку. А сушёные криветки есть? Вяленые щупальца кальмаров? Давайте!

– Что там с нашими подозрительными личностями? – лениво поинтересовалась сеньора Марта, ловко очищая от чешуи пиранью холодного копчения.

– Спеленали, понятное дело, – мило улыбнулась Мари. – Беззаботно отдыхают и ждут допроса. В том плане, что когда придут в себя, – бросила на стол две квадратные фотографии. – Один из них – вполне даже и ничего, симпатичный и разговорчивый. Клинья ко мне бил с усердием и глазки строил. До тех пор, пока не вырубился, понятное дело, получив удар по соответствующей болевой точке…

– Вот этот, с густыми пшеничными усами? – неуверенно улыбнувшись, уточнила Таня.

– Ага, он самый! – подтвердила Мари, весело и беззаботно тряхнув рыжими кудряшками. – Красавчик писанный!

– Это он и есть, майор российского ГРУ Алексей Никоненко, – невозмутимо сообщил Артём. – Как говорится, знакомство состоялось, а роман обещал быть бурным…

Примечания