Лермонтов. Злой рок мистического поэта

Шотландские струны Лермонта

С детства меня поражала пророческая сила стихов совсем еще юного Михаила Лермонтова. Насколько принято без нужды вспоминать о юном возрасте Михаила Шолохова, настолько же принято не замечать юных лет другого Михаила. Уже в 14 лет он начал писать стихи. К двадцати годам это был зрелый талант, автор классических творений. В 26 лет он погиб. А ведь Лермонтов тоже, по сути, в юном возрасте написал свой гениальный роман «Герой нашего времени». У кого списал? Откуда в нем обитала с детских лет такая вещая мистическая мрачновато-демоническая сила? Не от французского еврея-лекаря, не от безграмотного чеченца и не от крепостного кучера, мнимых его новоявленных отцов.

Есть же древняя генетическая связь времен. Будто чьи-то древние струны звучали в еще не окрепшей душе поэта. О каком поэте написано: «Улыбается он своим гостям, а глаза печальные. Говорят, никогда не сходит улыбка у него с губ, а глаза всегда печальны и смотрят вдаль, сквозь людей»? О шотландском поэте XIII века Томасе Лермонте. Его великом далеком предке, о котором он и не знал, но догадывался. Как-то многие лермонтоведы обходят стороной или чуть-чуть задевают отцовское происхождение, да и вообще роль отца в жизни Лермонтова. Бабка поэта гордилась своим знатным и древним родом, но она вряд ли догадывалась о еще более древнем и знатном роде нелюбимого ею отца поэта, из клана шотландских Лермонтов. Об этом, впрочем, и сам отец не любил рассуждать, почти никаких связей с его давней родиной у него не было. Почти ничего и не знал. Помнил, что его предок в России – какой-то шотландский бедный наемник. Он и родословие свое числил с XVIII века. Захудалый отставной капитан, соблазнивший богатенькую представительницу рода Столыпиных. Лишь гений мятежного юноши чувствовал нечто большее, чем родовую наследственную связь. Он обнаружил своих знаменитых предков по отцовской линии. Обнаружил прежде всего внутри себя, в своей поэтической душе. Он гордо носил фамилию Лермонтов, догадываясь о ее знатности.

Михаил Лермонтов писал в стихотворении «Желание» (1831):

Михаил Лермонтов сам не смог побывать в своих шотландских замках и полях, он как бы завещал это будущим поколениям. Вот по этим пустым лермонтовским замкам Шотландии я решился проехать и поискать незабвенный прах предков Лермонтова. Жаль, до него не дошла «Поколенная роспись рода Лермонтовых», составленная в 1698 году внуками шотландского наемника Георга Лермонта (George Learmonth), поступившего на службу русскому царю Михаилу Романову в 1613 году. Там еще указывается предок рода Лермонтов, который в XI веке оказал существенную помощь королю Малькольму III, сыну короля Дункана, в разгроме всем нам известного шекспировского героя Макбета. За верность Малькольм III наградил своих рыцарей. Вот так и появился, насколько я понимаю, согласно уже шотландской «Генеалогии почетной и древней фамилии Лермонт» некий Лэрд из Эрсилмонта (Ersilmont), который со временем превратился в Лэйрсилмонта (Lairsilmont) и далее в Лермонта (Learmonth[3]). И уже в XIII веке потомка этого Лэрда из Эрсилмонта, славного поэта и прорицателя Томаса Лермонта (Thomas Learmonth) звали, как всегда бывает в любой деревенской глуши, упрощенно – Томасом Рифмачом (Thomas the Rhymer), или Честным Томасом (True Thomas). Со временем и деревушка из Эрсилмонта превратилась в Эрсилдон, или Эрсилдун[4] (Erceldoune), сближаясь в своем названии по созвучию с таинственным Эйлдонским холмом, расположенным неподалеку. Внуки сами приблизительно знали свое шотландское родословие, тем более для внесения в гербовник хотелось кое-что и приукрасить. К примеру, помня что-то о замке Дерси, которым владели долгое время Лермонты, они лихо удлинили его принадлежность роду, сообщая, что именно Малькольм III, прозванный ими Милколумбусом, «И он, за такие службы, пожаловал вотчинами, а Лерманту дано в вотчину господинство Рарси, которым господинством и ныне владеют наследники его». (Замок Дерси, как я расскажу ниже, перешел к Лермонтам лишь в XV веке, а ко времени написания этой поколенной росписи он уже им и не принадлежал.)

Но не будем копаться в шотландской топонимике. Скажем только, что в древней Шотландии было очень почетно вести свою фамилию от места, в котором ты живешь и которое тебе принадлежит. Корни Лермонта не в каких-то там французских Эрмонтах или испанских Лерма, как считают некоторые лермонтоведы, а в той славной и милой деревушке на берегу реки Лидер, недалеко от впадения ее в одну из главных шотландских рек Твид, расположенной на юго-востоке Шотландии, вблизи от знаменитого Мелроузского аббатства, где спустя 100 лет после Томаса Лермонта жил еще один прорицатель и маг, Микаэль Скотт, упомянутый в дантовском Аду в «Божественной комедии». Как утверждал Гектор Боэций, автор «Шотландской истории» (1527), Лермонты, как и многие другие приверженцы короля Малькольма, были шотландцами. Я придерживаюсь версии этого известного средневекового историка. Никаких доказательств об англо-французском происхождении рода Лермонтов его оппоненты не приводят.

В поездке мне, конечно же, был интересен, прежде всего, знаменитый поэт и прорицатель XIII века Томас Лермонт из Эрсилдона, ведь по сути от этого Томаса Рифмача ведет свой род славный клан Лермонтов. Его слава как прорицателя сродни славе Нострадамуса или Мерлина. Впрочем, об этом еще писал Вальтер Скотт: «Летописи XIII столетия ознаменованы были именами трех великих шотландских волхвов, пред коими Нострадамус и Мерлин должны преклонить колена. Мы говорим о Томасе Эрсильдуне, Микаэле Скотте и лорде Соулисе».

Его поэтические пророчества составляют особый лирический жанр средневековой шотландской поэзии. Он изрекал свои провидческие стихи на Эйлдонском холме, где и повстречался с королевой фей и эльфов, уведшей его в волшебную страну сначала на семь лет, а затем уже и навсегда. Но, покидая друзей, он обещал когда-нибудь вернуться в земной мир поэтом. Это предсказание сбылось в России, когда его далекий потомок, Михаил Юрьевич Лермонтов, продолжил его поэтическую стезю. Иные лермонтоведы утверждают, что русский поэт знал о Томасе Лермонте и почитал его. При этом ссылаются на хорошее знание Лермонтовым Вальтера Скотта.

Но в балладе Вальтера Скотта о великом шотландском пророке и поэте тот назван лишь Томасом Рифмачом[5], его фамилия не указывается. Лишь в поэтическом дополнении к балладе Томаса Вальтер Скотт употребляет эту фамилию и пишет о Башне Лермонта, но читал ли дополнение Михаил Лермонтов? Думаю, если бы читал, то в своих шотландских стихах обязательно упомянул бы своего предка Томаса Рифмача. Да и башня эта никогда не называлась Learmonth Tower, до сих пор ее зовут Башней Томаса. Как говорят шотландские источники, фамилия Лермонт по отношению к роду Томаса Рифмача утвердилась лишь к XVI веку. Кое-кто предполагает даже, что поэт Томас был женат на наследнице семьи Лермонт, и должно было пройти какое-то время, чтобы его самого признали Лермонтом.

В официальных документах фамилия Лермонт прозвучала в XVII веке, когда в «Регистре Эдинбурга», старинном писании, принадлежащем роду Лермонтов из Балкоми, было зафиксировано: «…в «Генеалогии почетной и древней фамилии Лермонт» родоначальником был признан Лэрд из Эрсилмонта», за которым уже и следовал Томас Лермонт. Он был еще известен как автор ранней версии записи «Тристана и Изольды». Но, может быть, очень сложная мелодика, сложная форма стиха помешали утвердиться в мире лермонтовскому изложению народного предания.

В путешествии меня сопровождал сын – историк, кельтолог, доктор Белфастского Королевского университета Григорий Бондаренко. Мы направились в Эрлстон, расположенный в графстве Бервикшир – в приграничном с Англией районе, уже после посещения других родовых замков Лермонтов. Но так как этот род все-таки начинался в этом приграничье, начну свой рассказ с Башни Томаса.

Приехав из Эдинбурга в Эрлстон на автобусе, мы не нашли никаких турбюро, не увидели никаких туристов. Сразу мелькнула мысль: почему до сих пор какая-нибудь туристическая фирма не устроила для россиян тур «По замкам рода Лермонтов»?

Ведь всё к этому располагает: и связь с русским гением, и проживание в старинных замках, и живописные места. К тому же присутствует новизна, все другие туристические маршруты в Шотландии проходят мимо. Лермонтова нашего не знают, другие Лермонты не столь известны и значимы в Шотландии, а что до их предка Томаса Рифмача, то его давняя таинственная история пока еще в туристический перечень не попала. Едут больше на озеро Лох-Несс, посмотреть на макет мнимого чудовища. Может быть, «виновато» само предсказание Томаса? Уходя к эльфам, сам не пожелал сохранения памятных мест. Покидая свою Башню, он сказал:

«Прощай, мой отчий дом – замок Эрсилдон! Лежать тебе в развалинах. Зайчиха со своими зайчатами будет гнездиться в твоем очаге. Прощай, серебристая река Лидер, никогда больше я тебя не увижу! Но и в королевстве Фей буду я вспоминать о тебе.

Печальная моя судьба! На земле тосковал я по королеве Фей, а в ее стране буду вечно тосковать по тебе, край мой родной! Никогда не забуду я твои зеленые горы, озера и реки твои! Прощай, Шотландия, и помни мое слово: никогда не переведутся на твоей земле смелые воины и правдивые певцы»[6].

Вот и осталась от его Башни одна развалина во дворике малолюдного ресторанчика, и никаких памятных знаков в самом городке. И зайчиха с зайчатами, как говорил мне Джон Маккей, владелец ресторана «Башня Томаса», жила здесь, когда он 20 лет назад выкупил развалины. Никаких гламурных туристических буклетов, открыток, магнитиков.

Поразительно, о самом Томасе знают абсолютно все шотландцы, знают и о его реальном, не мистическом, существовании в далеком прошлом. Знают о его поэтических пророчествах, переиздают их; в последний раз они публиковались в 1980-е годы. И никакой туристической шелухи. Может быть, шотландцы хранят его для себя? Стоит себе гордая развалина в тишине и покое.

Впрочем, я этому малолюдью был только рад. Гостеприимные провинциалы сразу же рассказали нам, как дойти пешком до развалин Башни Томаса, расположенных где-то на краю городка. Идем километра два, подходим к ресторанчику, который так и называется «Rhymers Tower», расположен на дороге в Мелроуз, к старинному аббатству, которое мы перед этим проезжали. Ищу издали глазом развалины Башни, не вижу. Заходим в ресторанчик, у стойки хозяин – Джон Маккей, мы рассказываем, что приехали из России, посмотреть на Башню Томаса Лермонта, дальнего предка русского гения, и на другие места, связанные с его именем. Джон о Михаиле Лермонтове слышал, но за 20 лет работы его заведения ни один русский к нему не обращался. А попасть к Башне Томаса, минуя ресторанчик Джона, невозможно. Дело в том, что Джон Маккей купил это историческое место, и Башня Томаса находится в уютном дворике ресторана. С одной стороны, вот они – язвы капитализма, купил себе мавзолей, или Тарханы, Михайловское, и используй в свою выгоду. С другой стороны, Джон обязан содержать эти развалины в порядке. Государство перепоручило в частные руки сбережение исторических и литературных памятников.

Стены заведения Джона увешаны иллюстрациями к легенде о встрече Томаса с королевой фей, выходим на веранду: прямо перед нами развалины древней башни XII века, где, возможно, жил и работал великий шотландский поэт и прорицатель. Реальность его существования установлена. Историки даже называют более-менее точные даты его рождения и смерти, с 1220 по 1297 год. О нем поют народные баллады, одну из них блестяще перевел Самуил Маршак «Томас Рифмач». О нем писали Редьярд Киплинг, Вальтер Скотт, Джон Толкин. Он стал даже одним из мистических героев «Ночного дозора» Сергея Лукьяненко.

Я заказал в Британии книгу его стихов, надеюсь заинтересовать ею и русского издателя. Уверен, и в нынешнее нечитабельное время, особенно к двухсотлетию Михаила Лермонтова, книга «Томас Лермонт: Все пророчества» разлетится. Сочетание мистики, пророчеств и память о нашем русском гении…

Вальтер Скотт писал: «Память о нем сохраняется и почитается. Дерево Эйлдон, под сенью которого он произносил свои предсказания, сейчас уже больше не существует, но это место помечено большим камнем, названным Камнем Эйлдонского дерева». Истинный патриот Шотландии, плененный загадочным ликом Томаса Лермонта, Вальтер Скотт даже приобрел в 1812 году владение Абботсфорд, куда вошли и Башня Томаса, и Долина Рифмача, и ручей Лешего, и знаменитый камень – там, по преданию, Томас изрекал свои пророчества, там поцеловал королеву фей в алые уста. Так что, обходя эти ручьи, камни и долины, я заодно посещал и места, связанные с Вальтером Скоттом, любимым писателем моего детства.

По одной из версий, в знаменитом Эйлдонском дереве был потаенный вход в Страну фей и эльфов.

Потому Томас и королева под ним и встречались, потому Томас Лермонт, вернувшись через семь заколдованных лет, произносит здесь свои стихотворные предсказания. Легендарное дерево, естественно, с XIII века не уцелело, но каменная плита с надписью на том же месте осталась…

К этому камню с памятной надписью нас привез из ресторанчика «Башня Томаса» Джон Маккей. Рядом с камнем недавно посажены два перевитых деревца, это уже современный сентиментальный символ любви Томаса Лермонта и волшебной королевы фей и эльфов. Может, под плитой вход в волшебную страну?

На Башне Томаса в 1984 году Эдинбургской ассоциацией пограничных графств установлена памятная доска, на которой написаны строки из пожеланий Томаса: «Он говорил: «Прощай, отцовский дом! / Надолго я прощаюсь с замком древним. / Отныне ты не будешь никогда / Торжеств, пиров и мощи местом славным». Вот и напророчествовал – никаких особых пиров и торжеств. Хотя мы с сыном, конечно, помянули предка нашего Михаила Лермонтова не только добрым словом, но и стаканчиком шотландского двенадцатилетнего виски.

Естественно, походили мы и по протяженному Эйлдонскому холму с тремя вершинами, под которым, согласно некоторым легендам, покоятся король Артур и его рыцари, спускались к реке Твид.

В самом городке мы нашли владелицу небольшого отеля, собирающую все легенды о Томасе Лермонте, участницу небольшого краеведческого общества «The friends of Thomas group». Краеведы выпустили даже небольшую брошюру о поэте и прорицателе, упомянув в ней и о русском поэте Михаиле Лермонтове. Русских, интересовавшихся Лермонтами, она тоже до этого в Эрлстоне не встречала. Рассказала она нам и знаменитые шотландские легенды о своем земляке.

Согласно преданию, Томас встретил прекрасную королеву фей и эльфов еще юношей. Она пленила его своей красотой, и он не побоялся поцеловать ее в уста, за что и был отправлен на семь лет в волшебное королевство. Они скакали на волшебных конях, и перед ними открылись три дороги. Одна из них, заросшая колючками, малолюдная – дорога Правды, которая по христианской версии ведет в Рай, вторая – торная и многолюдная, широкий проспект для всех «жадной толпой стоящих у трона» – путь Лжи, ведущий в Ад. И третья дорога, скорее поэтическая тропинка, вела в Страну фей и эльфов. Вначале уснувший под раскидистым деревом Томас принял красавицу за Деву Марию, но королева эльфов и фей увела его, если честно, не в христианское, а в языческое царство, богатое таинственными поверьями и мудростью. Может, поэтому и сегодня англиканская церковь уклоняется от признания пророческого дара и величия Честного Томаса. Это подтверждение устойчивости шотландского язычества. Горцы с удовольствием ходят в христианские храмы, исполняют положенные обеты, но по сей день не забывают ни об Оссиане[7], ни о Томасе Лермонте, ни о других великих и мудрых язычниках.

Об этом троепутье между Раем, Адом и Мистикой очень хорошо написал знаменитый писатель Джон Толкин, приводя в книге «Хоббит, или Туда и обратно» фрагмент с переводом баллады о Томасе Лермонте:

Вот по этой, третьей, волшебной дороге и отправились Томас и его королева. Перед возвращением домой королева дала ему яблоко, съев которое, Томас обречен был не только предвидеть будущее, но говорить только правду, какой бы горькой она ни была. Вернулся он через семь лет. И стал Правдивым и Верным Томасом. Он не побоялся сказать королю Александру III о его скорой смерти, он предвидел исход битвы при Баннокберне и при Флоддене, объединение Шотландии и Англии под властью короля из рода Брюсов, выходца из Франции.

Пишет он и о разорении родного очага: «…когда зайчиха принесет зайчат на камни очага», и об угасании рода Лермонтов…