Педпрактика. Из цикла «Учительские повести»

Юрке показалось, что они заранее сговорились о том, что им обоим нужно вернуться в Могилев и то, что говорит Виктор Петрович, это для него, для Юрки. Он почувствовал прилив крови к голове, как будто ему стало стыдно перед взрослыми людьми, что он может о чем-то догадаться, и быстро отвел глаза в сторону от продолжавшего что-то говорить тренера. До него стало доходить, что вот надо же, он остается один с тринадцатью детьми-подростками, справится ли?

– Ну, что, Юра, справишься? – глядя Юрке в глаза, спросила Валентина Георгиевна. – Я завтра утром приеду. Ну, ты же видишь, ночлег обеспечен, ужин и завтрак. Вот тебе талоны. Виктор Петрович, завтра к игре успеете? Ну, вот и хорошо, товарищ практикант.

Валентина Георгиевна хотела еще что-то сказать, но ее прервал женский крик. Из-за угла школы вышла пожилая женщина. В руке она держала вырванную из земли луковицу с зеленым пером. Решительно подойдя к педагогам, она спросила: «Вы здесь старшие?». Не дожидаясь ответа, потрясла луковицей перед лицом Валентины Георгиевны.

– Это что же вы? Это вы так своих детей воспитываете? Посмотрите, что они с грядой сделали, потоптали, порвали! Стоите и не знаете, где ваши дети! А может они дом поджигают?!

– Сначала успокойтесь, женщина! – почти закричала Валентина Георгиевна. – Во-первых, это могут сделать и не наши дети, во-вторых, не надо кричать, в-третьих, сейчас разберемся.

Не отходя от женщины, Валентина Георгиевна повернула голову в сторону школы и громко, как подают команду «Внимание!» перед стартом, крикнула:

– Юра!

Юра уже подходил к углу школы, из-за которого ему навстречу вышли пятеро во главе с Серым.

– Сережа! Где остальные? Быстро всех сюда! – почти закричала Валентина Георгиевна.

– Валентина Георгиевна, наших больше там не было.

– Где же они? – едва сдерживая себя и глядя на выбегающего из здания школы и разводящего руки Юрку, спросила Валентина Георгиевна. В школе действительно никого не было.

– А они побежали с Валегой за сырой резиной, – сказал, не поднимая глаз, Генка Малой, младший брат друга Серого – Федора, который был взят с командой по просьбе родителей. Валега недавно гостил в Кричеве у дедушки с бабушкой и хорошо знал город. Это успокаивало, но и вносило беспокойство: куда и зачем они побежали? Женщина с луковицей в полусогнутой руке вопросительно смотрела на Валентину Георгиевну.

– Что, лука не видели?

Валентина Григорьевна неожиданно выхватила луковицу из рук хозяйки и, размахивая ею перед лицом Серого, добавила:

– Просите извинения!

– Да?!

– Что «Да»?

– Простите нас, – наконец выговорил Серый, и остальные нестройно поддакнули.

– Или вам грядку поправить? – обернувшись к женщине, еще на парах спросила Валентина Георгиевна.

– Да нет, вижу, какие у вас тут поправщики.

– Ну, извините. Ребята городские, может и не видели, как лук растет, – уже спокойно проговорила Валентина Георгиевна.

Запыхавшись, прибежали остальные. В руках у каждого был кусок серой сырой резины, которую они то растягивали, то сжимали в комок. Впереди всех, опустив голову, шел Валега.

– А ну, стройся! – закричала снова Валентина Георгиевна.

– Кто отпустил? У кого отпрашивались? Куда бегали? Я тебя, Валера, спрашиваю в первую очередь, – обращаясь к стоящему первым в шеренге Валеге, спросила Валентина Георгиевна.

– Валентина Георгиевна, вы же знаете, я почти местный, вырос здесь, все здесь знаю. Мы же быстро – туда и назад.

– Н-никому! Н-никуда! Без раз-ре-ше-ни-я даже чтоб в туалет не ходили! – выставив вперед кулачки и напрягая нижнюю челюсть громко выдохнула Валентина Георгиевна. – Понятно? Не слышу!

– Понятно, Валентина Георгиевна, – произнес за всех Валега.

– Кто отвечает за вас, ваши жизни, ваше выступление?

– Вы, – снова один за всех ответил Валега.

– Вот, – показывая вытянутым указательным пальцем, как указкой, на Юрку, сказала Валентина Георгиевна. – Если хоть одну фамилию назовет Юрий Алексеевич завтра, – и после паузы, – вылетите из команды, не считая разборок с родителями. Мы с Виктором Петровичем приедем утром, Юрий Алексеевич остается с вами. Слушаться его и повиноваться, – уже почти улыбаясь, добавила Валентина Георгиевна.

– Игра завтра с командой из Бобруйска. Марш на тренировку!

Наконец-то Юрка остался один. Растянувшись на незастланном тюфяке, он с наслаждением потянулся и закурил. Ребята с Виктором Петровичем на стадионе. Валентина Георгиевна, вручив Юрке два ключа, попрощалась и до поезда решила пройтись по магазинам. Юрка полностью осознал сложившуюся ситуацию и уже смирился с ней. Что поделать? Он остается с детьми. Ну, как-нибудь справлюсь. Главное, чтоб без приключений. Валентину Георгиевну он понимал – маленький ребенок, но все равно, работа есть работа. Наверняка у нее кто-нибудь есть: муж, родственники, подруги, соседи, наконец. Учитывая свое положение и права практиканта, он и не помышлял сопротивляться обстоятельствам, хотя у Виктора Петровича ведь нет маленьких детей. Однако ж тренер есть тренер. И ночевать с детьми не входит в его обязанности. Вот сейчас проведет тренировку и – до завтра.

Запив припасенную булочку водой из-под крана, Юрка закрыл школу и поспешил на стадион. Пригородный отправлялся через пятнадцать минут, и нужно было сменить тренера. Но, прибежав на стадион, он не нашел Виктора Петровича, тот уже ушел на вокзал. На одной половине стадиона пасовались и отрабатывали удар в створ ворот пятеро «луковых» ребят, старшим из которых был Сергей Артишук. Кличку «Серый» он получил по имени и гордился ею, хотя по внешнему виду кличка «Рыжий» подходила бы ему больше. Сергей был коротко пострижен, но сомневаться в его натуральном цвете волос не приходилось. Серый и сообщил растерявшемуся Юрке, что вторая часть команды во главе с Валегой пошли пешком в центр и будут там до ужина.

Юрка действительно растерялся. Сразу ему показалось правильным пойти на розыски «резиновых», потом он прикинул по времени, что успеет добежать до вокзала и пожаловаться Валентине Георгиевне. Но вдруг разом понял, что ни того, ни другого он делать не будет. Во-первых, не хотелось показать свою слабость перед Валентиной Георгиевной и тренером, во-вторых, Юрка знал, что семья Валеги только два года как переехала из Кричева в Могилев. Значит, он хорошо знает город, да к тому же капитан команды. Но самое главное, на него смотрели «луковые», и Юрка, сев на скамейку, почти спокойным голосом сказал Серому продолжать тренировку.

Обида отпускала по чуть-чуть. Глядя на поле и никак не реагируя на действия пятерых игроков, Юрка рассуждал и делал выводы. Его бросили, оставили одного с детьми. С другой стороны, он же сам внушил себе, что едет с командой не один, а в сопровождении педагога и тренера, прикрывался этим фактом как щитом, а щит рассыпался на мелкие осколки. Он, Юрка, практикант, должен был предусмотреть любой вариант, даже такой, какой случился. И что? Нет, все нормально. Он выполнит задачу. «Резиновые» удрали, это напрягало. С другой стороны, они не выполнили указание Валентины, а не его. Он им ничего не говорил, и даже не видел, как они убегали. Более того, Валега передал Юрке через Сергея, что до ужина они будут в центре.

Не обратив внимания на то, что начал называть Валентину Георгиевну просто Валентиной, Юрка недоумевал, как так получилось, что команда развалилась на две части. Не стоило обвинять в этом Валегу, хотя он создал сегодня уже два прецедента. Капитаном его назначили уже давно. Игровой авторитет он заработал добросовестно. Но Сергей недолюбливал капитана. Валега был выше всех ростом, хорошо владел мячом, был первым на обводе и играл в нападении. В команду его привел Сашка Кудинов, с которым они подружились, жили рядом и учились в одной школе. Сашка картавил, а взяв под опеку новичка, постоянно обращался к нему, чтобы слышали остальные. Вместо «Валера» у него получалось «Валега». Так и повелось. Скоро стало понятно, что Валерке играть только в нападении. Сергей с Сашкой играли в полузащите.