Дело о бледных поганках

Глава 11

Комары кровожадно жужжали над головой и при малейшей оплошности жадно впивались в шею и лицо. Лиззи обмахивалась берёзовой веточкой, а Весею, кажется, эти твари облетали за три версты. Май же страдал от колких укусов, кожа краснела и жутко чесалась, того гляди, к вечеру повыскакивают волдыри. Они уже час шли по тропинке, которая сперва круто взбиралась на холм, а теперь сквозь смородиновые кусты и малинник продиралась к низине.

– Май, ты не устал? – Лиззи оглянулась и с жалостью посмотрела на него.

– Иди и не останавливайся, – проворчал он.

– Пить хочешь? – Лиззи многозначительно кивнула на корзинку.

– Иди… – он споткнулся и полетел в кусты, потеряв равновесие.

– Май! – истошно завопила Лиззи и кинулась следом за ним.

Он содрал ладони о колючие стебли малины, выпрямился и чертыхнулся, а затем заметил овраг, в котором укрывали при нападении оборотней. Пенёк стоял на месте, деревья тоже не сдвинулись, а вот самих бледных поганок не было.

– Подождите, – окликнул Май знахарку, успев показать Лиззи кулак, чтобы она не лезла к нему.

Весея остановилась и провела тыльной стороной ладони по вспотевшему лбу.

– Вы что-то увидели?

– Мне это место знакомо, – Май приблизился к оврагу и заглянул в него, земля сохранила его следы, как он карабкался наверх.

Он внимательно осмотрел пенёк и саму полянку – ни следа бледных поганок. Весея подошла к ним поближе и шумно принюхалась.

– Ох, и черники будет осенью! – обрадовалась Лиззи.

– Плохое место, – произнесла Весея.

– Что вы почувствовали? – накинулась Лиззи на знахарку с ворпосами. – Жжение? Запах какой-то не такой? Или?..

– Помолчи, – Май прижал указательный палец к губам помощницы, вынудив её прекратить болтовню.

Весея прошлась по полянке, обхватила руками себя за плечи и тихо промолвила:

– Проклятье здесь свершилось. Тяжёлые, злые слова, в самую душу проникают.

Лиззи тут же принялась ощупывать себя, явно пытаясь обнаружить место проникновения проклятья.

– Я видел здесь… – Май на мгновение задумался, а потом продолжил: – Мне она показалась призраком, был туман, и фигура в чёрном плаще скользила по поляне. А потом она пожалела, что бы её враги были прокляты во веки веков.

– Нам стоит поторопиться, – встревожилась Весея.

– Может, всё-таки скажете, что вас беспокоит? – поинтересовался Май.

– Были знамения в моих снах, – Весея двинулась в сторону тропинки. – А когда пришли туманы, то мне стала мерещиться всякая нечисть.

– Вы это уже говорили. Весея, вы мне можете доверять.

Знахарка замерла на месте, медленно обернулась и посмотрела на него.

– У вас сильная кровь, – заговорила Весея. – Не зря вас притянуло в наши места. Болотная колдунья жаждет мести, она ослеплена гневом, а в Болотино почти не осталось потомков князя, чтобы ей противостоять.

– Так её же убили, – вклинилась в разговор Лиззи.

Весея больше не стала отвечать на вопросы и ступила на тропинку. До самого болота они шли молча, а если Лиззи и оборачивалась к Маю, то он тут начинал смотреть в другую сторону. Особого энтузиазма у него не было. Конечно, в благом порыве Май желал разгадать тайну ведьмы, встретившейся ему в лунную ночь. Но сейчас его разум твердил, что лучше местную магию не тревожить. Да вот только Лиззи ему не даст ничего забыть.

Деревья расступились, и перед путниками открылась низина, утыканная кочками. Полянки, затянутые зелёной ряской, выглядели обманчиво дружелюбными, только ступи на них, как сразу затянет в трясину. Комариный писк звенел в ушах, тяжёлый аромат трав кружил голову. Весея уверенно ступила на кочку и позвала всех за собой, велев идти за ней след в след. Лиззи тут же пошла за знахаркой, Май тяжко вздохнул и двинулся следом за ними.

Вскоре они вышли на ровную землю, покрытую тонким ковром рыжеватого мха. Весея подошла к небольшому холму и стянула с него цепкие лианы хмеля. Обнажился посеревший от времени склеп, одна из створок дверей повисла на верхней петле. Май дёрнул её и освободил проход. Каменные ступени уходили вниз, изнутри тянуло сыростью и гнилью. Он начал спускаться, касаясь рукой стены. Тусклый свет проникал через вертикальные прорези и образовывал круг около гроба. Крышка была сдвинута в сторону, а внутри – пусто.

– Мамочки! – Лиззи вцепилась в руку Мая.

Весея обошла гроб, проверила полустёртые письмена и с горечью проговорила:

– Колдунья освободилась, грядёт беда.

Глава 12

Волчий вой заунывной песней разнёсся над болотом. Май ощутил тяжёлое дыхание трясины, её неимоверную глубину и силу, которая скрывалась в ней. Тёмная, алчная и ненасытная.

– Нам лучше вернуться, – промолвил Май. – Думаю, пока никому не стоит говорить о нашей находке.

– Боитесь паники среди жителей? – спросила Весея.

– Вполне возможно, это грабители открыли гроб, – предположил Май. – Нужно поднять городские архивы и узнать, находилось ли что-то ценное здесь. И да, вы правы, мне бы не хотелось поднимать волну страха в Болотино. Поверьте, это осложнит нашу задачу…

– По поиску колдуньи? – закончила за него Весея.

– Я пока не уверен, что она вообще была, – уклончиво ответил Май.

– Но вы же сами видели колдунью! – не унималась Весея, пока Лиззи с открытым ртом слушала их разговор.

– Мне нужны неопровержимые улики. Я не верю в сказки, – и на этих словах Мая его помощница многозначительно хмыкнула и посмотрела на руку, которую ему чуть не прокусил оборотень. – Но я люблю загадки. Весея, я вам обещаю, что расследую это дело. Но прошу прислушаться и ко мне.

– Хорошо, – согласилась с ним знахарка. – Но вы помните о данном мне слове.

– Теперь мы можем вернуться? – улыбнулся Май.

– А что делать с гробом? – спросила Лиззи.

– Ничего, – Май подтолкнул помощницу к лестнице.

– Может, ритуал какой-нибудь провести?

– Лиззи! – в один голос воскликнули Май и Весея.

– Уже и слова сказать нельзя, – фыркнула девушка и взбежала по ступенькам.

Май пропустил вперёд Весею, а затем оглянулся, тень в углу склепа протянула руки за ними. Он наклонил голову, видение пропало. «Вот же чёрт», – мысленно выругался Май и поспешил за Лиззи и Весеей.

Заунывный вой прекратился, птицы замолчали, но воздух всё равно был наполнен стрекотом и жужжанием насекомых. Весея двинулась в обратный путь, Лиззи последовала за ней, а Май опять замешкался. Он никак не мог отделаться от ощущения, будто за ними кто-то следит. Май оглянулся по сторонам и заметил под сенью ёлок мужчину. Темноволосый, худой, в зелёном сюртуке, кажется, ещё и глаза блестят на солнце.

– Кто это? – Лиззи тоже увидела незнакомца и сделала шаг с кочки на ровную поверхность, затянутую рыжеватым мхом.

Нога девушки мгновенно провалилась в трясину по колено. Лиззи беспомощно взмахнула руками, потеряв равновесие, и шлёпнулась на мох.

– Май! – испуганно закричала девушка.

– Не шевелись! – крикнула Весея.

Май наклонился, схватил Лиззи за лодыжку левой ноги и потянул на себя, но она прочно застряла правой ногой в трясине. Весея скрутила платок и кинула его одним концом девушке.

– Лиза, хватайся!

Девушка, всхлипывая и подвывая от ужаса, вцепилась в платок. Май стал тянуть Лиззи за ногу, не давая ей погрузиться в трясину. Весея вытягивала платок, который норовил выскользнуть из пальцев девушки. Май осторожно опустил ногу с кочки и нащупал твёрдую поверхность. Он перенёс вес тела на неё, наклонился и схватил Лиззи за талию, резко дёрнул и вытащил из зловонного плена.

– Ма-а-а-ай! – помощница обхватила руками его шею, чуть не задушив.

– Глупышка, всё закончилось, – ласково произнёс он.

– Я чуть не погибла!

– Ну, а кто же заставил тебя сделать глупость? Чего на кочке не осталась стоять?

– Я услышала, как он меня позвал, – сквозь слёзы призналась Лиззи.

– Кто? – насторожилась Весея.

– Он стоял там, – Лиззи указала на ёлку, под которой и Май заметил незнакомца.

– Нам лучше поторопиться, – промолвила Весея.

Май спорить не стал, ему и самому хотелось побыстрее убраться с болота. Он опустил Лиззи на кочку, и девушка уже смелее пошла за Весеей. Май старался не отставать от них, а когда они выбрались на лесную опушку, то увидел лукошко с земляникой. «Наверное, кто-то из девчушек обронил», – подумал он. Май потянулся к лукошку, но Весея его опередила.

– Не трогай!

– Почему?

– Это подношение водяному, – пояснила Весея. – Мы так делаем, когда надо идти на болото за ягодой и травами.

– Опять сказки, – проворчал Май.

– Когда вы перестанете сопротивляться, то вам откроется удивительный мир, – с улыбкой произнесла Весея. – Позвольте волшебству случиться.

– Вы меня извините, но мне хватает и моей обычной жизни, – усмехнулся Май.

Лиззи тяжко вздохнула и погладила его руку, укушенную оборотнем, за что тут же получила подзатыльник.

– За что?!

– Напугала нас, – сурово отчитал Май свою помощницу. – Под ноги не смотришь, ворон считаешь.

Весея прикрыла рот ладонью, и было неясно, смеётся она или грустит. Лиззи обиделась, его глазки гневно блестели, а губки дрожали, того гляди, проклятьями сыпать направо и налево начнёт. Май горделиво расправил плечи и шагнул в лес, показывая, что не намерен больше обсуждать проступок помощницы. И Лиззи была вынуждена пойти за ним, ворча на весь белый свет.

Глава 13

Если уж неприятности стали валиться на голову, то стоит приготовиться к ещё худшим событиям. Едва они вышли из леса и пересекли городские ворота, как разразилась гроза. Чистое небо мгновенно затянулось чёрными тучами, полыхнули молнии и пророкотал гром.

– Водяной шалит, – пробормотала Весея.

– Это… проклятье?! – перепугалась Лиззи.

– Кажись, оно самое, – утвердительно кивнула Весея.

Лиззи, бледнее белой поганки, повернулась к Маю и сдавленно прошептала:

– Водяной меня убьёт!..

– Лиззи, – укоризненно произнёс Май. – Ну, ты-то хоть не впадай в суеверную истерию.

– Конечно, у вас ещё есть время до полнолуния, – огрызнулась помощница.

Весея недоумённо посмотрела на них, Май толкнул в спину Лиззи, чтобы та пошевеливалась. Они дошли до водокачки и столкнулись с новой неприятностью. Молния выхватила фигуру в чёрном плаще, которая что-то сыпала из ведра в деревянный бак.

– Май! – закричала Весея, указывая на злодея.

Времени на раздумья не было. Май бросился к лестнице и стал карабкаться наверх. Злодей проворно перебрался на другую сторону, схватился за верёвку и спустился на землю. Май подхватил ведро и увидел в воде бледные поганки. Он принялся быстро вычерпывать отраву из бака, понимая, что это важнее, чем поимка злодея. «И ведь хотел же сходить сюда, но попёрся на болото, – мысленно укорил сам себя Май. – Ну, что же этим колдуньям да водяным не живётся спокойно? Обязательно надо напакостить».

– Май? – окликнул его Лиззи.

Он выловил последнюю поганку, а потом начал спускаться по лестнице.

– Теперь верите в колдовство? – спросила Весея.

– Я верю в злой умысел, – ответил Май. – Кто-то пытался отравить воду. Это факт!

– Я думаю, это была колдунья, – вклинилась в разговор Лиззи.

– Нужны неопровержимые улики, – возразил помощнице Май.

– Пока мы будем искать улики, водяной меня со свету сживёт!

– Весея, вас проводить до дома?

– Не стоит, – улыбнулась знахарка. – Вы лучше Лиззи помогите. Я к вам ещё загляну.

– Хорошего дня, – кивнул Май, и дождь припустил ещё сильнее.

Весея ушла, и они с Лиззи побрели в полицейский участок. Но дома их поджидали неприятности. Кто-то перевернул всё вверх дном, бумаги были разбросаны на полу, корзинка с картошкой и морковкой опрокинута, молоко разлито. Лиззи, увидев беспорядок, расплакалась.

– Тоже скажешь, что к нам водяной наведывался? – пробурчал Май.

– Колдунья, – шмыгнула носом Лиззи.

Май закатал рукава, первым делом он замотал помощницу в тёплый и сухой плед, усадил на стол, чтобы она ему не мешалась, а затем растопил печь. Огонь с жадностью набросился на дрова, потянуло дымком и горящей смолой. Май поставил на печь чайник, вернулся к Лиззе и сунул ей в ладонь красное яблоко. И пока помощница увлечённо грызла спелый плод, он стал прибираться в полицейском участке. Несмотря на беспорядок, ничего ценного не пропало. Май сложил бумаги на столе, подобрал картошку с морковкой, почистил их и положил на чугунную сковороду.

Гроза шумела за окном, Лиззи наслаждалась яблоком, а он готовил ужин. Май отложил тушёные овощи и занялся мясом. Дело о бледных поганках приобретало большой размах. Нападение оборотней, появление в лесу злоумышленницы. Даже мысленно Май отказывался называть женщину, обронившей проклятье, болотной колдуньей. Он верил, что магия существует в мире, но лично с ней практически не встречался, если не считать оборотней. Ах, да! Потом же был кровопийца, и тот явно намеревался прикончить Мая, изведя при этом несчастных курочек и кроликов. Теперь же возник пустой склеп и попытка отравления горожан. Лихие дела творились в Болотино!

– Май, мясо подгорает! – крикнула Лиззи.

Май вооружился деревянной лопаточкой и стал переворачивать сочные кусочки в чугунной сковороде.

– Посолить не забудь!

– Сейчас сама встанешь у печки, – пригрозил Май помощнице.

– Я не могу, – отозвалась Лиззи. – На мне проклятье водяного лежит.

– Это не оправдание, – усмехнулся Май.

– А если он меня утащит на болото? Вы пойдёте меня спасать?

– Нет, – честно признался Май, мысленно добавив: «Поскорей бы он тебя утащил».

– Как это?! – заверещала Лиззи, спрыгнула со стола и подбежала к нему. – Вы же полицейский! Вы обязаны спасти меня из лап злодея!

– Лиззи, у меня голова от тебя кругом идёт, – Май потянулся к жестяной баночке, прихватил щепотку соли и рассыпал её над мясом.

– Вы, что ли, в меня влю… – договорить помощница не успела, сильный удар сотряс дверь полицейского участка. – А-а-а!

– Ну, и кого нелёгкая ко мне принесла в грозу? – проворчал Май и пошёл впускать незваного гостя.

Глава 14

Май широко распахнул дверь, алая молния осветила незнакомца.

– Чёрт! – невольно вырвалось у него, когда он разглядел мужчину.

Высокий, худой, в зелёном сюртуке, серо-зелёные глаза и ямочка на подбородке. Именно этого мужчину Май и Лиззи видели на болоте.

– Я не чёрт, – скромно произнёс незнакомец. – Я – водяной, Арис Упадыш.

Лиззи заверещала как резаная, подскочила к порогу и швырнула в гостя пригоршню соли. Мужчина недоумённо посмотрел на девушку, стряхнул с себя белые крупинки и преспокойно перешагнул через порог.

– Но вы же должны были завертеться столбом, испустить дым и исчезнуть, – разочарованно промолвила Лиззи.

– Вы ещё меня кочергой раскалённой прижгите, – грустно улыбнулся Арис.

Лиззи метнулась к печке, и только гневный окрик Мая заставил девушку остановиться.

– Даже не вздумай! – предупредил он помощницу.

– Но когда нам ещё представится такая возможность, – невозмутимо ответила ему Лиззи.

Май показал девушке кулак, дабы она угомонилась, а потом пригласил водяного к столу. Лиззи сняла с печки сковороду с мясом и принялась хозяйничать. Водяной сел на стул и виновато улыбнулся.

– Гроза, – Арис поднял указательный палец вверх. – Я, понимаете ли, привязан к болоту, не могу свободно передвигаться, как бы мне ни хотелось. Но когда бушует гроза и льёт дождь, то я могу наведываться в город.

– И что же вас привело в полицейский участок? – полюбопытствовал Май.

– Я хоть и отношусь к нечистым силам по людскому поверью, но всё же озабочен своим честным именем. Понимаете ли, сейчас поспевает земляника. А я уж до дрожи люблю эту ягодку, но в зной и жару не имею никакой возможности собирать её. И у меня с местными уговор: они приносят мне землянику, а я потом по осени их беспрепятственно пускаю на болото. Вы сами можете убедиться, в последние сто лет не было ни одного случая утопления. Я слежу за договором, понимаете ли.

– Сто лет, – потрясённо проговорила Лиззи, наступив Маю на ногу.

– Чёрт! – выругался он.

Водяной подскочил на стуле и начал озираться по сторонам.

– Это господин Зем ругается, – с ехидной улыбкой произнесла Лиззи. – Рассказывайте дальше, пожалуйста.

Арис облегчённо выдохнул, видать, был не в ладах с местными чертями, а потом продолжил:

– Вы даже представить себе не можете, как я опечален. Меня ведь никто не спросил, поставили на болоте склеп, а в нём колдунью злую захоронили. Ужас!

– Так она ведь к вам на болото бегала, – Лиззи плеснула кипяток в кружки с чаем и попала на руку Мая.

– Сядь! – рявкнул он на помощницу и отобрал у неё горячий чайник.

Лиззи пододвинула стул поближе к водяному и послушно опустилась на него.

– Ну, было одно место гиблое у меня на болоте, – бледные щёки водяного окрасились ярким румянцем. – Что уж она там творила, только небесам известно. Но склеп поставили, да на самом лучшем месте. Мне пришлось смириться, в ту пору князь сильно лютовал. Я с годами смирился.

– Ну, сто лет – приличный срок, – закивала Лиззи.

Водяной подозрительно покосился на девушку, да ещё на всякий случай скрестил пальцы, видимо, принял её за колдунью.

– И что же теперь? – обратился Май к Арису.

– Проснулась колдунья, – водяной мгновенно перешёл на свистящий шёпот. – Волки с неделю выли, я их прочь отгонял. Понимаете ли, самому боязно, когда оборотни по болоту рыщут. Как вдруг посреди ночи раздался скрежет! Я перепугался, выждал маленько, да наружу выполз. Ночь тёмная, луна высоко стоит в небе. Жуть!

Май наколол на вилку кусочек мяса и отправил его в рот. Водяной и вправду выглядел напуганным, от его слов враньём не несло. Хотя нечисть способна любого обмануть. Арис же сам пришёл в полицейский участок, можно сказать, давал показания. «Надо приобщить к делу о бледных поганках», – подумал Май. Неугомонная Лиззи, пока водяной описывал ужасы на болоте, не удержалась от соблазна и ткнула серебряной вилкой в запястье Ариса. Май ещё никогда в жизни не слышал, чтобы мужчина мог так высоко и пронзительно кричать.

– Лиззи! – помощница всё же выпросила у него подзатыльник.

– А серебро-то на водяного действует, – торжествующе улыбнулась девушка.

– Простите её, – Май извинился за свою нерадивую помощницу.

– Чуть не убила! – возмутился Арис и показал четыре крошечных ожога на запястье.

– Мне жаль, – Май с трудом сохранил серьёзный вид.

– Вот придёшь ко мне на болото!.. – пригрозил Арис.

– Пожалуйста, – вмешался Май. – Вы хотели рассказать о колдунье.

– Выбралась она из склепа, – затараторил Арис. – Не знаю как, но сумела крышку сдвинуть. Я едва успел спрятаться. Она в лес пошла, злая была до жути. Я проследил её только до оврага, а как оборотней увидал, то дёру дал обратно на болото.

– И что вы от меня хотите?

– Защитите моё честно имя! – попросил Арис. – Непричастен я к лютому колдовству. А ежели она всех изводить начнёт, то кто же мне будет землянику носить?

– Арис, а вы умеет заговаривать воду? – спросил Май, потерев пальцами подбородок.

– Умею, – кивнул водяной.

– Воду в водокачке нашей пытались отравить бледными поганками, – промолвил Май. – Можете сделать так, чтобы вода всегда оставалась чистой.

– Обязательно, – заверил его Арис. – Только вы мне слово дайте, что очистите моё доброе имя.

– Договорились, – Май пожал руку водяному, скрепляя сделку.

Глава 15

Май проводил вечером Лиззи домой, а когда вернулся, то уселся за стол и принялся набрасывать заметки по вновь открывшимся обстоятельствам. Хоть он и сопротивлялся, но всё же память о женщине в лесу прочно впечаталась в его разум. Хотел Май того или нет, но колдунья явно существовала. Возможно, это не была та женщина из склепа, но тогда возникал вопрос – куда же делся скелет. Весея верила, что болотная колдунья возродилась, но Май не обнаружил никаких следов, указывающих на то, что крышку гроба сдвинули изнутри. Следовательно, кто-то приложил усилия, находясь снаружи. А это означало только одно: кто-то пытался сыграть на страхах местных людей, дабы посеять панику.

– Ну, и нечисть не стоит списывать со счетов, – пробурчал себе под нос Май, прекрасно понимая, что водяной ему не привиделся в дурном сне. – Её полно в окрестностях Болотино. Но кому выгодно воскрешение колдуньи?

Май поднялся из-за стола и прошёлся оп комнате, размахивая руками. И когда грянул гром над крышей дома, то его осенило. Наследники!

– Всё же придётся наведаться в местный архив, – решил Май и с чувством выполненного долга отправился спать.

Проснулся он от шорохов, розовая полоска рассвета едва забрезжила над городом, а чуть вдали ещё виднелись грозовые тучи. Но ветер относил их прочь, расчищая место на небе. Май прислушался, шорохи повторились. Он бесшумно выбрался из-под одеяла и спустился на первый этаж. Тяжёлое дыхание донеслось со стороны кухни. Май взял веник и ворвался туда, размахнулся и со всей силы ударил негодника по жопе.

– А-а-а! – заверещала Лиззи и резко выпрямилась.

Май едва успел отпрянуть.

– Какого чёрта, Лиззи?!

Девушка обернулась к нему лицом, бледная с алыми губами и глазищами, полными слёз.

– Хотела оберег поставить, – всхлипнула Лиззи, продолжая держаться руками за попу.

– Зачем?! – ещё больше возмутился Май.

– К вам стала нечисть захаживать. Это ведь не к добру! А вдруг они вас на болото сведут?

– Арис же сказал, что больше подобными вещами не занимается.

– Ага, как же, – фыркнула Лиззи. – А ещё по городу колдунья расхаживает. Вы-то у нас один полицейский на тысячу вёрст.

– Поставь чайник, – распорядился Май. – Я пока умоюсь. И больше не смей тайком пробираться в мой дом.

– Вы, что ли, испугались? – изумилась Лиззи.

– А если бы я тебя кочергой огрел?

Лиззи печально вздохнула и принялась хлопотать по хозяйству, Май поднялся наверх и укрылся от помощнице в ванной комнате. И на самом деле ему было очень стыдно, что он толком не разобрался и прошёлся веником по попке девушки. И пока Май приводил себя в порядок, умывался и брился, то в полицейский участок пожаловал сам голова Болотино.

– Доброе утро, Евграф Семёныч, – поздоровался Май с гостем.

– Лизка, чего копаешься, – прикрикнул тот на дочь. – Неси чай и булочки.

– Я тебе здесь не подчиняюсь, – возроптала девушка.

– Лизка, по жопе получишь, – пригрозил Евграф Семёныч, и она молниеносно скрылась на кухне.

– Что-то случилось? – поинтересовался Май, предлагая гостю сесть за стол.

– Даже не знаю, с чего начать, – Евграф Семёныч почесал затылок. – Дела чудные в Болотино творятся! На водокачке появилась печать водяного.

– Да вы что! – поддакнул Май, с интересом слушая мужчину.

– Весея проверила воду, говорит, что теперь она вкуснее стала. Я не удержался, тоже хлебнул водички, дык сразу в боку перестало колоть. Уж не знаю, за какие дары нас водяной облагодетельствовал, но я дядю Веню послал на болото с мёдом и яблоками. Надо уважить нечисть, всё-таки соседи.

– Но ведь не это вас сюда привело, – промолвил Май.

Лиззи тем временем выставила на столе чашки с горячим чаем и блюдце с булочками.

– Беда, – протяжно выдохнул Евграф Семёныч и закатил глаза, показывая, как плохи дела в Болотино.

– Пекарь Илия Пенюга пропал! – шёпотом произнёс Евграф Семёныч. – Его помощники вечером видели, сказали, он навеселе был, закрылся у себя дома и больше никто его не видел. Парнишки всю ночь хлеб пекли, а утром до Илии не достучались, меня позвали. Ну, я и разрешил дверь с петель вынести.

Лиззи пискнула от восторга и прижала руки к груди.

– И что было дальше?

– Ну, а что, – развёл руки в стороны Евграф Семёныч. – Мука повсюду разбросана, крупа рассыпана, кувшин с маслом перевёрнут – бардак кругом, а пекаря нигде нет. Мы даже на чердак поднимались.

– И все следы затоптали, – тяжко вздохнул Май.

– Ну, ты не сердись, – миролюбиво проговорил Евграф Семёныч. – Я же не знал, что Илия, как сквозь землю провалился. Не хотел тебя на рассвете будить, всё же беречь тебя надо.

– Почему это? – встрепенулся Май.

– Ну… – протянул Евграф Семёныч и выразительно покосился на дочку.