Врачебная тайна доктора Штанца
- -
- 100%
- +
Помещение внутри освещалось несколькими зажжёнными светильниками, свисающими с довольно низкого потолка. Гостиная была опрятна, но сильно заставлена мебелью, многие шкафы и комоды которой, казались попросту лишними. По широкой деревянной лестнице в помещение спустилась очень худая пожилая женщина в застиранном платье.
– Добро пожаловать герр Штанц, – поздоровалась женщина с гостем.
Мужчина ответил ей лишь едва уловимым поклоном головы.
Вид у гостя был довольно суровый: широкий лоб пересекали несколько глубоких морщин, на переносице собралась складка от нахмуренных, хорошо очерченных кустистых бровей, а круглые большие глаза с острым взглядом и неестественно чёрными зрачками придавали его лицу выражение постоянного недовольства и злобы. Под длинным прямым носом росли ровные, пышные, но ухоженные усы с закрученными концами. Левый угол нижней губы визуально оттягивал прямой глубокий шрам лилового оттенка. Из-за широких волевых скул и массивного подбородка, лицо казалось чуть-чуть одутловатым. Возраст его определить было практически невозможно. Он выглядел, как на тридцать пять, так временами и на пятьдесят, всё зависело от мимики и выражения лица, которые постоянно менялись. Вследствие выдающегося роста под шесть с половиной футов, он чуть ли не посшибал макушкой своей головы все светильники, весьма предусмотрительно заранее сняв с себя высокий цилиндр.
– Отобедаете? – поинтересовалась у гостя пожилая женщина.
– Да, – ответил мужчина, – пока я плотно не поем, ни за что не засну.
– Тогда пройдите в столовую, там уже накрыт для вас стол, – указала ему хозяйка на одну из дверей.
Мужчина повесил плащ на огромную старую вешалку, тут же оставил цилиндр, и, стуча тростью по скрипучему деревянному полу, прошёл из передней в маленькую уютную столовую.
Тем временем хозяин дома, вооружившись стареньким фитильным ружьём из-за соображений собственной безопасности, ввиду нескончаемого лая дворовых собак, впустил на внутренний двор своего дома экипаж гостя. Заперев въездные ворота, он подошёл к повозке, чтобы распрячь лошадей, но был внезапно напуган неким низкорослым существом, ловко спустившимся с козел дормеза.
Сначала ему показалось, что на землю соскочило какое-то животное наподобие обезьяны, приглядевшись же внимательнее, он понял, что перед ним всё-таки человек. Только человек этот был очень низкого роста и с невероятно длинными руками. Из-за густой шевелюры волос, лица карлика никак не удавалось рассмотреть.
Он обошёл повозку, и как настоящая обезьяна, вскарабкавшись сзади на её крышу, спустил вниз большой чемодан гостя.
Всё это карлик проделал почти молниеносно и с такой невероятной лёгкостью, словно огромный багажный чемодан ничего и не весил. Теперь, на крыше оставался лишь один огромный ящик, накрепко привязанный цепью. Мыча и гукая, слуга стал подталкивать опешившего хозяина заведения в спину, тем самым как бы намекая ему показать то место, куда следует отнести вещи своего господина.
Ошеломлённый мужичок развернулся и направился к входу в дом с внутреннего двора, слыша, как когтистые лапы одичавших собак, уже царапают въездные ворота.
«Странно, чего это они сегодня так гавкают», – недовольно пробубнил он, поднимаясь по маленькой каменной лестнице.
Войдя в прихожую и миновав длинный коридор, он оказался в вестибюле, где показал карлику лестницу, ведущую в комнату его господина.
Сам же хозяин столь странного слуги уже находился в столовой. Усевшись на стул с низкой и неудобной спинкой, он, без малейших церемоний, начал свою одинокую трапезу.
Глотая очередной кусок холодной говядины, он вдруг услышал за одной из стен дома, чей-то тяжёлый кашель. Чуть поперхнувшись и протолкнув пищу добрым глотком домашнего вина, мужчина прислушался, пытаясь распознать источник этого звука.
Через минуту кашель повторился, а вслед за ним раздались и шаги входящего в столовую хозяина дома, всё ещё державшего в руке своё старое ружьё.
– Не обращайте внимания, – сказал он, увидев, как гость насторожился. – Это кашляет наша дочь, Герти. Вот, прошли уже больше двух месяцев, как она искупалась в холодных водах Майна, а всё не может выздороветь. Не помогли и местные лекари. Что делать, ума не приложу.
Вслед за его словами опять послышался тугой надрывный кашель.
– Кстати, ваш слуга принёс только один чемодан, – добавил мужичок. – Остальные вещи накрепко привязаны цепью и закрыты на замок.
– Не прикасайтесь к ним! – резко ответил гость. Затем, более мягко добавил: – Там ценные книги и кое-какой инструмент. Что же касается вашей дочери, то ей поможет только священник.
– Вы так верите в силу молитвы? – удивлённо спросил его, хозяин жилища.
– Нет, – ответил человек, – я так верю своему слуху, а судя по тому какие хрипы, раздаются при кашле вашей дочери у неё последняя стадия загнивающих лёгких. По всей вероятности у девочки не спадает жар?
– Да, вы правы, – тихо проговорил хозяин. – Но, откуда вам это известно?
– Я доктор, – ответил гость, наливая себе ещё вина.
– Ах, доктор! – вскинув брови, воскликнул мужичок. – Так значит, доктор, вы вот так, сходу, определили болезнь моей несчастной единственной дочери?
– Извините, – причмокивая, и громко ставя оловянный стакан на стол, сказал человек, – я просто очень устал и слегка позабыл о врачебной этике. Но, к сожалению, это правда. Лучше, давайте поговорим с вами вот о чём…
– О чём же? – сипло спросил хозяин дома, присаживаясь за стол.
– Видите ли, я очень давно подыскиваю себе постоянное место жительства. Когда-то моя профессия заставила меня покинуть город, в котором я жил, и отправиться на войну. Честно выполняя свой долг в войсках конфедерации, судьба кидала меня по всей территории Восточной Европы, пока я не оказался в ваших краях. Вюрцбург мне очень понравился, и я хочу у вас спросить; свободен ли ещё дом, принадлежавший когда-то фон Веберам?
– Странно, что вы мне задаёте такой вопрос, – немного удивился хозяин. – Разве вы уже бывали в нашем городе?
– Ни разу, – категорично замотав головой, ответил герр Штанц.
– В таком случае разрешите у вас спросить, откуда же вам известно про имение фон Веберов? Неужели вы о нём слышали где-то за пределами нашего города?
– Я узнал о нём от трактирщика из Карлштадта, где останавливался позавчера. Не найдя подходящего для себя дома у них в городе, трактирщик мне любезно сообщил, что в соседнем Вюрцбурге есть свободное имение, принадлежавшее когда-то фон Веберам. Он-то любезно и порекомендовал остановиться у вас, дав мне ваш адрес. А проехав сегодня вечером по вашему городу, я понял, что это и есть то место, которое я так долго для себя искал.
– А-а-а, – раскрыв рот, потянул хозяин заведения. Хотя в его взгляде читались явные нотки сомнения.
Вскоре в столовую вошла и хозяйка, та самая пожилая худощавая женщина.
– Эльза, наш гость оказывается доктор, – сообщил ей муж. – И он собирается остаться жить в нашем городе, купив себе имение графа фон Вебера.
– Да ведь их особняк находится на самой окраине Вюрцбурга, – сказала удивлённым писклявым голосом женщина. – А усадьба там сильно запущена. Вам придётся немало вложиться в неё.
– Так значит, этот дом по-прежнему никому не принадлежит? – переспросил у своей жены муж.
– Насколько мне известно – никому, – ответила женщина, убирая со стола грязную посуду.
– Прекрасно, – кивнул головой представившийся доктором, гость, явно довольный полученной информацией. – Завтра же отправлюсь посмотреть это имение. Надеюсь, вы не откажетесь составить мне компанию и показать его точное месторасположение? – спросил он, пристально смотря на хозяев жилища.
– Конечно-конечно, – ответил герр Хорьх, – как только вы будете завтра готовы, я закажу фиакр и съезжу с вами туда. Хотя, любой возница на площади знает, где находится поместье фон Веберов.
– Но с вами, будет всё же сподручней, – сказал гость, кладя на стол золотую монету.
– Ах, можете не сомневаться, он с вами съездит, – заверила гостя хозяйка, молниеносно хватая со стола монету, и многозначительно смотря на мужа. – Не правда ли, Георг?
– А? – облизнув губы, переспросил её мужичок, которого она назвала Георгом. – Ну да, конечно-конечно, – пробубнил он, проследив жадным взглядом, как монета скрылась в кожаном мешочке на поясе жены.
– А теперь позвольте проводить вас в вашу комнату, – сказал он, вежливо обращаясь к гостю, когда женщина отошла от стола, унося в своих руках грязную посуду.
– Нет-нет, – отказался гость, – не беспокойтесь. Я ещё хочу проверить сохранность своего багажа. Путь, видите ли, был неблизким, а дорога очень ухабистой, а у меня в поклаже, как я уже сказал, имеется много хрупких и дорогих вещей. Так, где вы его оставили?
– Во дворе, – ответил хозяин. – Пройдите в ту маленькую дверь в гостиной, за ней находится коридор и выход на улицу.
Больше ничего не сказав, гость вытер салфеткой губы и направился в указанном направлении. На улице было уже очень темно. Внутренний двор дома представлял из себя колодец, окружённый тремя соседними строениями и большими общими въездными воротами с аркой, за которыми по-прежнему разрывались городские бездомные псы.
Небо было ясным и засыпано мириадами звёзд. Гость ступил на довольно грязный двор и, не обращая никакого внимания на собачий гвалт, направился к своему экипажу. Поднявшись на место кучера, он стал осматривать огромный дорожный ящик, привязанный цепью к крыше дормеза.
Вдруг, внизу кто-то запищал, словно замёрзший голодный щенок и из темноты показалась сгорбленная фигура слуги. Однако доктор резким жестом руки приказал слуге удалиться и тот опять скрылся во тьме.
Оглянувшись по сторонам, мужчина приложил к ящику своё ухо. Так, он простоял ни меньше минуты, пока, вдруг, его внимание не привлекло какое-то движение за окном дома, в сторону которого был обращён его сосредоточенный боковой взгляд.
Он резко выпрямился и внимательно всмотрелся в это окно. Доктору показалось, что за чёрным стеклом шевельнулась портьера. Однако сколько он ни вглядывался, ничего рассмотреть не удалось; больше никакого движения там не возникало.
Мужчина спрыгнул с козел и направился в дом, так и не узнав, что из-за только что опущенной плотной портьеры выходящего во двор окна за ним следил хозяин жилища. Тяжело дыша и вытирая со лба пот, он наблюдал за гостем до тех пор, пока тот не исчез за входной дверью его дома.
2 глава
На следующий день, когда солнце уже окончательно прогнало ночную тьму и коснулось своими золотистыми лучами высоких шпилей собора Святого Килиана, к одному из домов города подъехал фиакр. Как только в него сели двое мужчин фиакр сорвался с места и помчался по узким мощёным улочкам Вюрцбурга в неизвестном направлении, ещё долго сопровождаясь целой армией местной собачьей братии. В фиакре сидели, представленный ранее доктор Штанц и хозяин его временного жилья Георг Хорьх.
На протяжении всей поездки герр Штанц не проронил ни слова. В маленькое дверное оконце кареты он задумчиво и с большим интересом рассматривал мелькающие перед ним достопримечательности города, положив кисти своих рук на набалдашник огромной трости.
После получасовой езды фиакр, наконец, выскочил из тесного мегаполиса, и прямая лента дорожного полотна резко завилась змейкой между раскинувшихся с обеих сторон волнистых полей. Покрывающий нивы жёлтый ковёр скошенной травы предвещал наступление скорой осени.
Неожиданно фиакр сделал резкий поворот и ухабистую гравийку, плавно пошедшую на подъём, начали подпирать заросли кустарников. Между их оголённых ветвей, где-то вдалеке, замелькали кресты погоста. Стали всё чаще появляться деревья, которые постепенно уплотнились, и, сплетаясь своими корявыми кронами над узкой каменистой дорогой, превратились в аллею. Затяжное восхождение вскоре заставило несчастную старую кобылу хрипеть от усталости. Проехав ещё немного, карета сначала замедлила ход, а потом и вовсе остановилась.
Выйдя из экипажа, мужчины увидели перед собой большой особняк, стоящий на холмистой возвышенности долины и окружённый прекрасным парком. Само здание и участок не выглядели такими уж сильно запущенными.
– По-моему неплохо, – высказал своё мнение, сопровождающий доктора герр Хорьх. – Только стоит немного потрудиться в саду, и открыть эти ужасные ставни. А ещё, хорошо было бы пройти внутрь, только, к сожалению, для этого нужно получить разрешение и ключи.
– А у кого взять ключи и получить разрешение на осмотр дома? – тут же поинтересовался доктор.
– Раз дом и место его расположения вас устраивают, можно проехаться до маклерской конторы нашего округа, в которой должен храниться весь реестр документов на недвижимость города. У них есть и агент и нотариус. Правда до недавнего времени их контора подчинялась епископату, но будем надеяться, что этот дом ещё не перешёл во владения нашей Вюрцбургской церкви. Ведь у бывшего владельца усадьбы не осталось никаких наследников. Я сам когда-то оформлял там кадастровую карту на свой участок. Думаю, у них же хранятся и ключи от ворот.
– А вы можете это сделать без меня? – спросил его вежливо мужчина, не прерывая осмотра усадьбы. – Съездите, пожалуйста, в эту контору, сообщите там о потенциальном покупателе, и привезите сюда ключи. Я же пока прогуляюсь и осмотрю окрестности. Не возражаете?
– Ну что вы, герр Штанц, – ответил своему спутнику мужичок и при этом многозначительно кашлянул. Однако доктор уже вытащил из внутреннего кармана пиджака несколько монет и протянул их на раскрытой ладони своему провожатому.
Выхватив монеты, герр Хорьх назвал кучеру адрес и быстро скрылся в громыхающем фиакре за поворотом дороги. Герр Штанц сначала проводил его долгим взглядом, а потом развернулся и зашагал вдоль высокой ограды изучать прилегающую к дому территорию.
Как оказалось, места здесь были довольно глухими. Что находилось за усадьбой, доктор не видел, но перед ней возвышались сплошные холмы, покрытые высокими деревьями, успевшими окраситься в яркий предосенний наряд, что было очень странным и необычным для конца августа. Усадьбу от долины отделяла только узкая дорожная колея, которая шла параллельно с оградой. И насколько хватало обзора, больше не было видно ни одного жилого дома или постоялого двора. Лишь за лысым бугром, за которым скрывалась дорога в город, торчали высокие шпили главного Вюрцбургского собора.
Упёршись в непроходимые заросли лещины, в которых исчезала ограда, доктор направился обратно. Вернувшись к воротам, он не пошёл в другом направлении, а стал с любопытством рассматривать экстерьер особняка.
Дом был правильной прямоугольной формы, на очень высоком фундаменте с неотёсанных камней. Из пологой четырёхскатной крыши торчали несколько печных труб, обрамлённых медными остроконечными зонтами. Пара флюгеров воткнутых по краям конька жалобно поскрипывали, вращаясь на длинных заржавелых игольных штоках, указывая направление ветра геральдическими флажками и пиками. Кое-где по каменному фасаду, стилизованному гладкими рантами в духе эпохи возрождения, вился разросшийся плющ. Над парадным входом с огромным крыльцом и массивной каменной лестницей, имелся балкон с балюстрадой, который поддерживали монументальные колонны, обвитые всё тем же растением. Арочные окна окаймляли декоративные элементы. Под широкими карнизами прилип затейливый орнамент на греческий мотив. Всюду чувствовалась идеальная нотная симметрия раннего ренессанса. В целом, вид у этого жилища был респектабельным даже несмотря на небольшое запустение. На территории участка, за особняком, доктор заметил ещё один домик, совсем небольшой, предназначавшийся скорей всего для проживания прислуги или гостей. Однако он чётко повторял архитектуру главного здания и выглядел как ребёнок, унаследовавший все основные черты своего родителя.
Не прошло и двух часов, как уехавший фиакр вновь появился возле высоких ворот особняка. Только на этот раз из него вышли два человека. Одним из них был его провожатый, а вот другой, судя по одежде и большой связке ключей в руках, маклер из конторы.
Пройдя им навстречу, доктор вежливо поприветствовал обоих.
– Это герр Форж, – представил своего спутника, провожатый. – Он маклер. Специально приехал, чтобы показать вам дом.
– Форж, – чуть приподняв шляпу, представился человек. На вид ему было около сорока лет. Он имел невысокий рост и худощавое телосложение с совсем незапоминающейся внешностью. – Очень рад видеть у нас в городе нового жителя, – сказал он. – Хорьх сообщил мне, что вы доктор.
– Хенрик Штанц, – представился мужчина. – Вы правы, я доктор.
– Идёмте за мной, – позвал его за собой Форж, – я покажу вам дом изнутри. Уверен, что он поразит вас.
К особняку от больших железных ворот до самого крыльца вела широкая, уложенная камнями, но сейчас немного покрытая уже посохшей порослью дорожка. Высокие входные двери дома, выполненные из тёмного дерева, были заперты огромным замком, висящим на цепи, намотанной вокруг красивых витых медных ручек. Сняв замок и распутав цепь, Форж сначала пропустил в дом доктора Штанца, затем герр Хорьха и только потом зашёл сам.
Внутри дом ничуть не разочаровывал. Просторный вестибюль мог вместить с десяток человек сразу. Большие колонны, держащие высокий потолок, ослепляли своей мраморной белизной. Из вестибюля имелось несколько широких арочных проходов в другие части здания. Правда было темновато и пыльно. Форж подошёл к окну, открыл тяжёлую раму, и, распахнув створки железных ставен, впустил в помещение потоки солнечного света и свежего воздуха.
Пройдя в центральный проход, посетители дома оказались в огромной гостиной. Здесь Форжу пришлось пробираться к окну на ощупь, но зато когда он открыл ставни стало видно и богатую обстановку дома и его шикарный дорогой интерьер. Справа, между гостиной и вестибюлем, спряталась лестница. Она вела наверх и оканчивалась большой балюстрадой второго этажа. Слева находился тёмный коридор с высоким сводчатым потолком и крестообразными подпорками из тёмного дерева.
Форж суетился и пытался угадать малейшее желание покупателя, ни на секунду не сводя с него глаз. Однако у доктора во время осмотра мимика так ни разу и не изменилась. Он важно расхаживал по дому, открывая деревянные лакированные двери комнат толчками своей огромной трости и вёл себя как полноправный хозяин, лишь ненадолго отлучившийся по делам и теперь проверяющий всё ли в порядке с его имуществом.
– Посмотрите, какая просторная столовая! Гляньте, какой огромный зал для приёма гостей! Обратите внимание на эти комнаты; как они огромны и как обставлены. Вся мебель качественная, без единого жучка, – не унимался Форж, стуча по предметам, но доктор, казалось, даже не слышал лебезившего перед ним маклера.
Обойдя бо́льшую часть особняка, и вернувшись в гостиную через левый коридор, он, наконец, торжественно сообщил о своём решении:
– Я покупаю этот дом!
Форж чуть руками не всплеснул от радости, но сдержал свой порыв из-за неожиданно раздавшегося, мощного удара доктора тростью о паркетный пол. Жутковатое эхо от этого стука мгновенно заполнило весь дом, прогремев как первый весенний гром, от чердака до подвала. Маклеру даже показалось, что стены особняка задрожали, издав тихий скрипучий стон, словно это был единый живой организм, испытавший от такого мощного удара по нему нестерпимую боль. И, несмотря на льющийся в открытые окна дневной свет, набалдашник трости доктора при этом неестественно ярко засиял, создав вокруг себя голубоватый мерцающий ореол.
Однако уже через секунду видения Форжа развеялись и зайдя с другой стороны, он понял, что этот эффект был создан солнечным лучом, случайно упавшим на необычную трость доктора. Смахнув с себя наваждение, маклер, наконец, громко огласил цену. При этом, как опытный продавец, желая видеть эмоции покупателя, он пристально посмотрел на него. Но на лице герр Штанца эта информация никак не отразилась. Он по-прежнему стоял посреди гостиной, широко расставив ноги и опираясь на свою трость, на хрустальном набалдашнике которой покоились кисти его обеих рук, и с невозмутимым видом досматривал окружающий интерьер. Форжа, это очень смутило.
– Хорошо, я принимаю вашу цену, – наконец сказал Штанц, – но так как у меня нет пока в наличии денег вашего королевства, позволите ли вы расплатиться золотыми монетами другого государства? – задал он вопрос удивлённому маклеру, даже не посмотрев на него.
– Золотыми монетами? – переспросил Форж, утирая со лба пот. – Ну да, конечно-конечно, – более тихо и растерянно пробубнил он.
Ему было настолько некомфортно и тяжело находиться рядом с этим человеком, что он уже собирался согласиться на любые предложенные покупателем условия сделки, лишь бы поскорее выйти на улицу и оказаться подальше от него.
– Тогда готовьте все необходимые документы, – сказал доктор, направляясь к выходу и при этом громко стуча каблуками и тростью по старому стонущему паркету. – Сегодня, после обеда, я посещу вашу контору и мы всё оформим, – добавил он, когда они вышли, наконец-таки, из дома.
Затем, доктор обратился к герр Хорьху, следующему за ним словно тень:
– А к вам, любезный, у меня будет ещё одна просьба. – Хорьх внимательно посмотрел на доктора и в предвкушении лёгких денег зашевелил пальцами. – Прошу вас, помогите мне нанять людей, которые убрались бы в этом доме за неделю до такого состояния, чтобы мы с женой смогли переехать сюда жить.
– Нет ничего проще, – ответил Хорьх, – я найду вам нужных людей. Мой родственник построил в нашем городе не один дом, и у него имеется несколько рабочих, составляющих целую бригаду. – И тут же, поинтересовался: – Так значит, у вас есть жена?
– Есть, – ответил герр Штанц.
– А где же она?
– Моя супруга прибудет чуть позже. Кое-какие дела задержали её в дороге. Она ждёт моего вызова. Хочу, чтобы она приехала сюда сразу хозяйкой этого дома, а не моталась со мной по съёмным квартирам.
– Отличная идея герр доктор, – льстиво сказал Хорьх. – Будут ли у вас ещё какие-нибудь пожелания?
– Да, давайте проедем в какое-нибудь заведение, где можно поесть. После столь продолжительной прогулки, я порядком устал и проголодался, – ответил доктор, шагая к выходу с территории участка.
– Ну что вы, – возразил ему мужичок, когда они втроём садились в фиакр, – моя жена Эльза давно нас ждёт к обеду. Она прекрасно готовит, в чём вы сами могли вчера убедиться, так что вам незачем посещать городские трактиры и харчевни. А как только мы вернёмся в город, я сойду вместе с герр Форжем и навещу пару своих знакомых, которые за хорошую плату быстро вернут вашему дому жилой вид. Так что, ни о чём не беспокойтесь.
Однако пока доктор вернулся в съёмную квартиру, прошло не менее часа, поэтому мучающий его голод усилился вдвое. Наспех скинув свой плащ, он сразу же прошёл в столовую.
Хорьх не обманул, его жена действительно приготовила прекрасный обед, который уже стоял на столе и поджидал доктора. Когда герр Штанц накинулся на еду, появилась хозяйка дома и поинтересовалась у него, не хочет ли он что-нибудь ещё. Вцепившись зубами в куриный окорок, который в его руках выглядел крохотным, он отрицательно покачал головой. Женщина вышла и вернулась лишь через полчаса, когда её постоялец уже допивал вино.
– Прошу вас, соберите немного еды для моего личного слуги, – попросил он вежливо свою квартирную хозяйку.
– Давайте лучше я позову вашего слугу к нам на кухню, – предложила пожилая женщина.
– Нет-нет, – быстро возразил ей доктор, – к сожалению, он ест только ту еду, которую ему подаю я. И если вы успели заметить, мой слуга слишком мал ростом для вашего огромного стола.
Женщина была немного удивлена ответом доктора, но спорить и уговаривать его больше не стала. Поставив на стол деревянный, грязный поднос, она быстро собрала на него кое-какую еду.
Забрав поднос, доктор встал из-за стола и отправился на улицу.
Подойдя к повозке, он чудно́ гукнул и негромко, коротко просвистел. Тут же, откуда-то из-под навеса, где были привязаны лошади, появился маленький человек, который прыжками подбежал к доктору. Герр Штанц потрепал карлика за огромную густую шевелюру, словно хозяин своего любимого пса, и протянул ему миску с едой. Забрав и обнюхав её, будто животное, слуга опять скрылся.
Доктор подошёл к дормезу и, поднявшись на козлы, постучал по огромному, привязанному к его крыше ящику. После этого потянулся и приложил к стенке ящика руку. Продержав её так с минуту, словно медитируя, он спрыгнул обратно на землю и направился в дом, под пристальным взглядом пожилой женщины, подглядывающей за постояльцем через грязное кухонное окно.
Сразу после обеда, доктор вышел из дома и направился к агентству недвижимости, адрес которого узнал у своей квартирной хозяйки.
У входа в агентство доктора уже с нетерпением поджидал Форж. Они сразу прошли в контору, где герр Штанцу был предоставлен заранее подготовленный пакет документов на покупаемую им недвижимость. Проведя за их изучением не более получаса, доктор, без лишних вопросов стал подписывать необходимые бумаги.