Четыре Искры на Байкале

Панорамное зрение составляет около семи квадратных километров.

Ещё одна его особенность в том, что глаз орла способен улавливать ультрафиолетовые лучи. Экспериментальным путём было выявлено, что у орла сетчатка глаза устроена таким образом, что она воспринимает света больше, чем у кого-либо на земле, включая человека.

Орёл различает не только цвета, но и лучше человека различает оттенки цветов.

Острота зрения у хищника развивается с возрастом. Птенец видит не дальше своего гнезда. В процессе взросления улучшается и острота зрения.

Орлиные глаза защищают два века, одна пара используется во время покоя, а вторая пара, мигательная перепонка, служит защитой от ярких солнечных лучей, ветра при скоростном пикировании за добычей и пыли.

Орлы, как и многие другие птицы, в результате особого строения глаза отлично видят два расположенных на расстоянии друг от друга объекта одновременно.

Если бы человек имел зрение как у орла, то он бы видел с десятого этажа дома ползающих насекомых на земле. Человек имеет только 52% зрения от зрения орла.

*** Ваше умение будет развиваться с повышением уровней.

*** Вызывается по требованию, не тратит количество магических единиц».

Ну что ж, меня всё более чем устраивало, и я вторично нажал зелёную кнопку.

Экран вновь подёрнулся разноцветной рябью и стал из выпуклого вогнутым.

В левом углу появилось лицо Сто девяносто первого, а прямо передо мной стоял я сам, полностью голый, слегка расставив руки и ноги.

– Ты можешь подправить свою внешность и телосложение, добавить шрамы и татуировки или убрать их, подобрать одежду, в общем, сделай себя сам!

Лицо Сто девяносто первого исчезло раньше, чем я успел его спросить, на каком этапе все остальные.

Ну конечно! Первое, что сделал мой двойник по моему приказу, – это почесал нос.

Постебавшись над самим собой ещё немного, я цыкнул зубом и принялся изменять свою внешность.

Прежде всего я стопил весь жир и омолодил лицо, оказавшись жутко похож на себя восемнадцатилетнего. Хмыкнул, вздохнул и прибавил себе возраста и мышц… потом ещё, потом ещё… поделал несколько бодибилдерских пассов, выпячивая то бицепс, то трапецию, пожалел, что нельзя фоткнуть себя такого на память. В ответ на мои мысли слева вновь появилось лицо Сто девяносто первого и указало мне на пиктограмму глаза, вместо зрачка в котором был мозг.

– Одно нажатие – снимок, сдвинуть – начать съёмку вида из глаз, можно активировать мысленной командой. Кнопка будет и у тебя в интерфейсе. Объём памяти неограничен. Хотя проще пользоваться кнопкой «память» – пока ты находишься в Иницианте, можно просмотреть всё, что с тобой происходило в любом из трёх видов: вид из глаз, вид сбоку, вид сверху, с привязкой к карте.

Я перестал баловаться, вернулся к себе двадцатипятилетнему, убрал жирок, чуть добавил роста, мышц и мужественности лицу. Вокруг правого глаза и через щёку к скуле пролегла тёмно-зелёная, в цвет лука татуировка. На ногах мягкие сапожки из кожи Траша, брюки, майка, куртка и бандана из тёмно-зелёного камуфляжа.

Я в третий раз нажал зелёную кнопку, и моё отражение стало мной. Или я стал как отражение… ну, как-то так.

Передо мной снова был матовый экран и лицо Сто девяносто первого слева.

– Осталось совсем немного, – сказал он. – Необходимо настроить под себя интерфейс, который будет отражаться у тебя в глазах, удобнее сделать это тут, а не в бою.

Я привычно, как делал это в играх, раскидал иконки: карту вправо, инфу о себе с уровнями жизни, силы и магии влево вверх, остальное – скопом – вниз вправо. Потом разберусь. Нельзя сказать, что я устал. Я не чувствовал голода или жажды. Просто вся эта ситуация вымотала меня, и хотелось какой-то определённости. ЛЮБОЙ!

Я поднял глаза на экран, повертел головой, привыкая к изменившемуся полю зрения, и сказал:

– Я готов!

+++++

Кабинка исчезла. Я всё так же стоял перед подиумом. Слева от меня во всей красе и полном латном облачении старинный русский богатырь – я бы сказал, Илья Муромец, но, заметив за стрелкой шлема хитрую Тимохину улыбку, понял, что это преобразился мой товарищ.

Справа от меня стоял… Гендальф из «Властелина колец» – белоснежная борода, правда, всего сантиметров двадцать, не более. Тёмно-синий колпак, на полтона светлее была мантия или плащ, я так сразу и не понял, что это. В руках – посох, словно собранный из мельчайших сапфиров и с огромным, точно под руку, сапфиром же в навершии. Я обратил внимание на него, когда рассматривал оружие, и он мне тоже очень понравился. Но магия – это точно не моё! Мне бы потихоньку подползти, шлёпнуть издалека, пока тебя никто не видит, и по-тихой смыться. А учить заклинания, пассы, надувать щёки, изображая из себя невесть кого… это пусть вон Женька продолжает из себя великого изображать!

Неожиданно справа истаяла последняя кабинка, и перед нами предстал невысокий, стройный ассасин, затянутый в черные одежды и с двумя изогнутыми кинжалами в руках. Он взвизгнул какой-то воинственный клич и запустил клинки в сторону Сто девяносто первого. Клинки сделали две красивые дуги наподобие ножниц, облетев Сто девяносто первого, и вернулись в руки Сержа, это, конечно, был он.

– Не балуй! – Сто девяносто первый поднял раскрытую ладонь, и ассасина, словно конь, лягнул в живот. Бедный Сержик сложился пополам и отлетел метров на пять, проехав последние пару метров на заднице.

– Да я… – обиженно начал он, поднимаясь, ладонь опустилась, и Серж заткнулся, подошёл и молча встал на своё место.

– Вы готовы! – без долгих предисловий сказал он.

– Мир, в который вы попадёте, называется Зея. Строй – дико феодальный, законов почти нет. Магия есть, и есть монстры, наделённые магией. По своей природе и структуре Зея очень похожа на Землю, но при этом она немного меньше и ближе к своему Солнцу. Поэтому растительность более пышная, климат более тёплый, а притяжение меньше. Это даст вам небольшую фору. Ваше обучение будет считаться законченным при достижении всеми вами пятидесятого уровня мастерства. Если доживёте. Если кто-то погибнет раньше, остальные застрянут в этом мире до гибели или до слияния со своей основной Искрой.

Один совет: недалеко от места вашей высадки есть гора Баргоз. На её вершине есть пещера, отлично подходящая для медитаций и постижения магии. А недалеко от подножия – многокилометровая штольня, в которой живут гноллы – воинственная жестокая раса, признающая только силу. Идеальное место для прокачки ассасина. Остальным хватит занятий при прогулках по округе. Думаю, дней за десять вы сможете лучше понять себя.

Сто девяносто первый помолчал, обвёл нас взглядом, спросил:

– Вопросы?

Мы только молча пожали плечами. Судьба дала нам второй – да ещё такой волшебный – шанс!

Перед нами на первой ступени подиума зажглась знакомая ледяная арка. Тимоха вынул меч, прижал его к груди и шагнул первым, я за ним…

Глава 6. И снова – Байкал

– О-хре-неть!!! – мы не сговаривались, но каждый, выйдя из портала и сделав первый шаг на новой Земле, а вернее, Зее, произнёс его.

Мы стояли в месте, очень похожем на то, откуда мы ушли с Земли. Была похожа скала за нами, мелкие камушки под ногами и безбрежное озеро перед нами. Вот только тут были лето и вода, а там – ранняя весна и лёд.

Я шагнул к воде, зачерпнул ладошкой, принюхался и глотнул.

– И как? – спросил Тимофей. В своём доспехе он выглядел массивно и нелепо. Вместо ответа я сполоснул руки у с удовольствием умылся, сбросив бандану на камни и наплескав воду на голову и на шею. Встряхнувшись, как довольный кот, я повернулся к друзьям.

– Чего стоим, кого ждём? Хороший тёплый августовский Байкал. Водичка прелесть!

Женя улыбнулся сквозь белую бородищу, и вдруг глаза его округлились, он судорожно схватил посох и вдарил в землю файерболом. Тима одним слитным движением встал перед ним и принялся рубить берег. Мы с Сержем не успели даже двинуться с места, когда всё было кончено. Я сделал шаг назад и увидел то, что скрыла от меня береговая насыпь. На берегу лежала слегка обожжённая двухметровая змея, перерубленная почти пополам. Вот только верхняя часть у неё заканчивалась капюшоном, как у кобры, из которой торчали две головы.

– Повезло, – сказал Тима, – крит прошёл!

Оторопелый Серж стоял, чуть разведя руки с зажатыми клинками, и недоумённо смотрел то на ребят, то на змею.

– Она из-за того камня выползла, – сказал Женя, – видимо, грелась там.

Мы переглянулись, видимо, подумав об одном.

– Ну-ка, приготовьтесь на всякий! – сказал он и, наклонив посох, метнул ещё один файербол, попав точно под камендулину. Движения не последовало, и я аккуратно обошёл камень с натянутым луком.

– Чисто, – сказал я, отпуская тетиву. Все немного расслабились. Серж подошёл и ловко подцепил кинжалами змеиные головы.

Следующее мгновение растянулось и разделилось на несколько фрагментов.

Глаза у змей распахнулись, и, раскрыв пасти, они зашипели, выпуская длинные раздвоенные языки.

Серж исчез, превратившись в туманную дымку, что-то мелькнуло, и на берег упали две отсечённые головы.

Мгновение сменилось, Серж проявился, и капюшон змеи упал, накрыв собой головы.

– А я даже моргнуть не успел! – не то сообщил, не то пожаловался Тимофей.

– А неплохо сработали! Предлагаю провести быструю летучку, чтобы понять, кто что умеет и может, – сказал я на правах старшего.

– И пожрать бы не помешало! – Тимоха так и стоял в позе статуи в блестящих доспехах и сложив руки в латных перчатках на навершие своего меча.

– У нас есть хлеб и воды вдоволь, – сказал маг.

– И змеюку поджарим! – добавил рыцарь. Все опасливо покосились на тело змеи, но возражать никто не стал.

– А откуда хлеб? Ты с Земли заныкал? – Серж похлопал себя по карманам, которых в его чёрном облачении, на мой взгляд, просто не было. Хотя кинжалы с лёгким хлопком куда-то исчезли.

– Дурня! – ему ответил Тимофей. И с таким же шелестящим хлопком его броня вместе с мечом словно скатилась с него, также растворившись в воздухе. Меч уменьшился сантиметров до восьмидесяти и стал больше походить на длинный кинжал на поясе. – У нас есть виртуальный карман – найдите иконку сундука и ткните в неё. Там 12 ячеек. Есть 2 хлеба, кусок вяленого мяса, фляга с водой и обычный нож – так, колбаски порезать, комплект деревенской одежды – без статов, так, срамоту прикрыть, если чё, – он гоготнул.

– Магия! – удовлетворённо сказал Женя, пристукнул посохом, и перед нами заполыхал средних размеров костерок.

– Прутики бы, – Тима взялся за змею, приноравливаясь снять с неё шкуру.

– Я метнусь! – сказал наш ассасин и действительно длинными не то прыжками, не то вспышками доскакал до ближайших кустов. Обратно, правда, вернулся обычным шагом, неся штук шесть прямых метровых прутков, уже очищенных и заострённых.

Мы расселись вокруг костерка, и я кивнул Тимофею – начинай, мол.

Тима, который к тому времени успел разделать змею, нанизать её на прутики и уложить их наподобие мангала, который сложил из камней, слегка задумавшись, покивал мне в ответ и начал:

– Силы у меня пятнадцать, остальные по единичке. Из умений – мельница, – он поднялся и отступил на пару шагов назад. В руке его появился меч, и через секунду вокруг него закружился сверкающий вихрь, напомнивший пропеллер «Хивуса», на котором мы практически приехали в этот мир.

Смерч потух, и тяжело отдувающийся Тимофей уселся к костру.

– Сил только жрёт прорву! Помахал и ложись отдыхать!

– А броню таскать не тяжело? Нетерпеливый Серж взял один из прутков и сунул его ближе к огню.

– Нет, броня для меня практически невесома, так же как и меч при простом применении. Я теряю одну силу в минуту при интенсивной работе или беге. Поэтому пятнадцать минут смогу вас защищать спокойно.

– Ясно, – я повернулся к ассасину: – Расскажи о себе, пока ты сырого мяса не наелся.

Серж отложил наиболее прожаренный в его понимании кусок и пожал плечами.

– Кинжалы и одежда в комплекте. Я их как увидел, сразу понял – это моё! Позволяют уйти в скрыт. Если никого не атаковать, то до пятнадцати минут. Короче, сколько ловкости, столько в скрыте. Остальное – по единичке.

– Ума у тебя минус один! – меланхолично заметил Женя. – Ты зачем к змеюке полез, болезный?

Лицо Сержа приняло недовольно-обиженное выражение, и он нараспев прогнусавил:

– ТАК ИНТЕРЕСНО ЖЕ БЫЛО!

Тимоха чуть склонился и, приобняв закутанную в чёрное фигурку, пробасил:

– Он молодец! Ишь как головы твари отсёк, я даже икнуть не успел! Я бы там со своей оглоблей ещё час махал, пока попал!

Мы рассмеялись, весело и облегчённо.

– А я всю свою жизнь, по-моему, хотел стать магом. – Женя задумчиво посмотрел на огонь. – А тут и посох, и мантия, и шляпа в комплекте! Магии у меня, понятно, пятнадцать, интеллекта – три, остальное единички. Есть пять базовых заклинаний: вот костёр, например, файербол, трансформация посоха. – Он сжал посох, и тот перетёк заострённым кверху браслетом ему на руку, сверкая синим камнем в навершии. При этом шляпа превратилась в бандану, а накидка, штаны и куртка – в подобие моих. Огромная бородища превратилась в усы и аккуратную бородку клинышком. – А ещё лампочка! – Он свёл пальцы в щепотку, и над его правым плечом появился светящийся шар. – Остальные будут появляться по мере их изучения и роста уровней. Но самое главное! Есть десятипроцентная возможность создания своих собственных заклинаний!

Наш импровизированный шашлык был готов, и мы приступили к еде. Я рассказал о возможностях лучника, которые приобрёл.

– Хорошая у нас подобралась команда, – сказал Тимофей. – Прямо по закону жанра: танк, маг, ДД и ро́га.

– Это ты меня ДД обозвал? – с подозрением спросил Серж, слегка отодвигаясь от Тимофея.

– Не-е-е, ДД – это дамагеры, то бишь наносящие урон. Ник – дальний, я ближний.

– А я?

– А ты – рога, то есть разбойник. Твоё дело – выскочил со спины, ткнул ножиком и свалил, пока самого не завалили. То есть нанесение точечного критического урона.

– Например: бьём мы какую-нибудь Чуду-юду, бьём, а одолеть не можем! А тут ты такой – швырк, к нему за спину и ножиками его своими, как ту змеюку, вжик-вжик! И хана́ Чудо-юде, а тебе вся слава за наши труды тяжкие!

– А-а-а-а, ну, это-то мы завсегда… это-то мы легко… – снял довольный ассасин зубами последний кусок мяса с шампура, подкинул его, что-то мелькнуло, и вот результат: в его руках два кинжала и на каждый нанизано по две разрезанные четвертинки от шашлыка. Он протянул кинжалы к нам, и мы сняли по кусочку с искрящихся лезвий.

– Бо-о-о-о-ольшой мастер! – Тимоха удовлетворённо улыбнулся, судя по всему, это была его наивысшая похвала, и прижал кулачище к груди.

– А ты, однако, стал побольше, – заметил Женя. Сам он при этом, как мне показалось, стал немного тоньше и выше.

– Есть немного, – скромно потупился Тимофей и напряг приложенную к груди руку. На мой взгляд, в его бицепс можно было спрятать мою голову, и даже нос бы не торчал наружу. Мы одобрительно хмыкнули.

Время за разговорами и едой пролетело незаметно, да и, признаться, навалилось на нас за эти неполные сутки – не высказать. Поэтому решили переночевать прямо тут, у костра, благо подкидывать его и искать дрова было не нужно.

Два момента оставались невыясненными, и я поднял руку, привлекая внимание.

– Давайте сверим наши карты. – На них была открыта лишь маленькая точка освоенного берега и отметка – гора Баргоз. Наш интерфейс позволял синхронизировать членов отряда, что мы немедленно и сделали. И теперь те кусты, до которых добежал Серж, отобразились не только на его карте, но и на наших. На максимальном приближении на наших картах видно было лучше, чем на спутниковой карте Земли. И ещё одно несомненное удобство: на максимальном же приближении можно было увидеть фигурку игрока и понять, в каком положении он сейчас находится – сидит, лежит или бежит. Фигурка хозяина карты при этом подсвечивалась синим, а фигурки друзей – зелёным. А ещё можно было определить расстояние между двумя точками с точностью до метра.

Мы попытались измерить расстояние до горы и проложить путь, но карта не позволила этого сделать по неисследованной территории.

– Не могли они сразу всю карту открыть, что ли? – ругнулся Серж.

– Тебе и так дали столько, что Аладдин вместе с джином обзавидовались бы! – урезонил его я и продолжил: – Как минимум у нас есть направление и план действий на первое время. По моим прикидкам, если по прямой, это километров пятнадцать отсюда.

– А это ты как определил, умник? – опять встрял неугомонный Серж.

– Почти просто. Измерил расстояние от нас до кустиков, где ты нарезал шампуры, получилось пятьдесят метров, уменьшил карту, удвоил это расстояние, получил сто метров, десять раз по сто – это километр, потом прикинул, сколько таких километров от нас до горы. Пять минут медитации, пришлось, правда, растянуть карту на всё поле зрения, но тем не менее. Вуаля!

Серж сделал лицо задумчивого удава из мультика, а Тима уважительно сказал:

– Вот поэтому Пятый его и назначил старшим – Ник мыслит нестандартно!

Я шутовски раскланялся и уже серьёзно продолжил:

– Спим тут, у костра. Дежурим по очереди, по два часа. Первый Серж, с десяти до двенадцати, потом Женя – заодно и костёр подновишь перед сменой, Тима и я. Встаём в шесть, поесть, оправиться, и в путь!

Возражений не последовало, народ полёг там, где стоял, и только чёрный ассасин, периодически оглядываясь и прислушиваясь, остался сидеть у костра.

Глава 7. Ночная битва

Проснулся я от лёгкого толчка в ногу. Женя стоял уже в полном магическом облачении и вглядывался в темноту.

– Я ничего не вижу и не слышу, но что-то чувствую!

Я кивнул:

– Развивай интуицию, пригодится!

Толкнув ногой Тимофея, я приложил палец к губам Сержа.

Тима встал уже в доспехе, вынимая меч. Серж сначала дёрнулся, но потом прикрыл глаза, показывая, что он понял. В его руках засветились кинжалы.

Я наложил стрелу на тетиву и стал отдавать приказы:

– Женя, зажги лампу и подними её максимально высоко.

– Серж, метнись вперёд два по пять метров и посмотри, нет ли кого впереди.

Через две секунды Серж вернулся и отрицательно мотнул головой:

– Никого.

– Женя! Иди под прикрытием Тёмы и на восьми метрах зажигай костёр, потом возвращаетесь!

– Серж, метнись вокруг них и посмотри внимательно.

Они зажгли костёр и успели сделать пять шагов назад, когда всё завертелось.

Через второй костёр прыгнул огромный волк и ещё в полёте поймал от меня стрелу в нос, подскочил свечкой вверх и тут же был насажен на меч Тимофея.

– Отступай! – крикнул он Женьке и с нижнего маха почти отсёк голову второму.

А сбоку летел уже третий волк с огромным чёрным горбом на спине, и только когда он упал и завалился на бок, а горб слетел с него, мы поняли, что это наш бесстрашный ассасин.

– Женя, бей огнём по кромке леса! Постарайся поджечь его!

Маг не ответил, но файерболы полетели дугой, и в одном месте вспыхнуло сухое дерево. Тима рубился чуть впереди, на месте падения первого волка, защищая нас он наступающей стаи, я бил вправо и влево, но стрел оставалось совсем мало, и я стал беречь их на точный выстрел.

Неожиданно откуда-то сзади, от воды, выпрыгнул седой, в подпалинах волк и сомкнул пасть на левом плече маленького ассасина. Передние клыки разодрали грудную клетку. Наверное, инстинктивно Серж ещё успел воткнуть клинок в глаз волку и обмяк. Так и лежали они в жуткой сцепке.

– Женя, костры! Тима, к нам, охраняем тело!

Я успел сделать шаг, когда в мою ногу вцепилась волчья пасть. Я выпустил на волю кинжалы и сверху вниз ударил волка в загривок. Волчара выпустил мою ногу и скуля попятился назад. Нога у меня подломилась, на миг я успел увидеть её, вывернутую под невозможным углом, и уже в падении врезал наотмашь своей импровизированной глефой волку по глазам.

В следующий миг небо надо мной озарилось яркой вспышкой, тренькнули колокольчики.

– Писец, помер… – подумал я, но всё оказалось с точностью до наоборот: нога моя выпрямилась, боль пропала, даже штанина была целой! Остатки крови и кости слетели с неё, словно сухие листья. И главное! Колчан снова был полон! На мой быстрый взгляд, показалось, что стрел стало больше. Стрелам я обрадовался, по-моему, даже больше, чем исцелённой ноге, видимо, не успел испытать в пылу боя боль и ужас до конца.

Второй уровень! Хорошо!

Я стрелял в видимых наседающих волков. Женя к тому времени успел зажечь ещё три костра вокруг тела Сержа, и мы бились теперь в огненном круге.

Тимофей и Женя апнулись почти одновременно. Прозвучало два салюта, сблямкали колокольчики, Тима поднялся с колен. Бился он ближнем боем, и голени ему, видимо, изгрызли, даже несмотря на латы, до такой степени, что в последние минуты две он упал на колени и бился из последних сил, уже не вставая.

Получив уровень, он поднялся, радостно что-то не то проорал, не то прорычал, да так, что даже почти добравшиеся до него волки присели на задние лапы. А потом врубил мельницу-вентилятор. Около пяти волков, почти добравшихся до них с Женей, были изрублены в капусту за две секунды.

Вихрь остановился, и тут ударил МАГ!

Заслонив собой тело ассасина, маг ударил посохом в землю, и от него покатилась волна пламени, сметая всё на своём пути! Всё, кроме нас. По мне прошла волна горячего воздуха, будто кто-то феном провёл, и всё!

А вот волкам было точно ФСЁ! Попавшие под струю огня умирали в страшных муках, не прекращая гореть, словно облитые напалмом, остальные, насколько было видно в угасающем пламени и начинающем светлеть небе, убегали без оглядки в лес, в горы.

Неожиданно тело ассасина дёрнулось, выгнулось, выскользнуло из волчьей хватки и легло ровно, словно по стойке смирно. Серж сделал глубокий вдох и открыл глаза. Видимо, вспомнив последнюю минуту, попытался сесть, но охнул и схватился за плечо. Одежда, ставшая целой, моментально пропиталась кровью.

Маг присел перед ним, положил голову ассасина себе на колени и приложил к раненому плечу раскрытые ладони. Между плечом и ладонями заискрило, появилось светло-изумрудное свечение, запахло озоном. Весь процесс занял полминуты-минуту. Свечение погасло, Женька осел без сил, лицо его побелело, бисеринки пота катились по лицу, словно всё его лицо плакало горючими слезами.

Я присел за ним, поддерживая теперь самого лекаря, до капли отдавшего себя на излечение друга. Протянул ему фляжку, из которой он сделал пару глотков, и отдал её Сержу, который немедленно присосался к ней.

– Ему сейчас много понадобится и еды, и воды.

– А у нас и того и другого вдосталь! – Тимофей повёл рукой, показывая на волков и на озеро. Вот жалко, котелка нет, надо прикупить при случае! – Он уже понял, что всё закончилось без потерь, и его отпустило.

Женя поднял на меня глаза, в которых плескалась не то боль, не то мука, не то просто усталость.

– Ник, ты говорил, у тебя есть магия?

– Да, – взглянул я на внутренний дисплей. – О! Уже десять единиц! Видимо, за уровень добавили!

– Можешь передать её мне? У тебя она со временем восстановится, а мне…

– Конечно! Но как?

– Дай мне свою руку и разреши мне воспользоваться твоей магией!

Наши кисти встретились, как при рукопожатии, и между ними слегка щёлкнуло, как у слабенького конденсатора.

Полоска МЕ у меня упала на ноль, а улыбающийся маг начал подниматься, потрепав ассасина за нос и приговаривая:

– Вставай, лежебока! А то валяешься тут словно больной! Кто за тебя будет шампуры делать?

Серёга неуверенно присел, ощупал своё плечо, и, встав на колени, снял через голову свою чёрную хламиду, всю заскорузлую от крови. На его груди виднелось несколько шрамов, синяков, но и только. На два пальца ниже левого соска алел крестообразный шрам с подсохшей каплей крови.

– Вот этот крестик можешь себе оставить на память, своим Лукерьям хвастаться будешь, когда наступит очередная игра «Найди кота», а остальное я тебе немного позже сведу!

Маг ещё раз с видимым удовольствием осмотрел итоги своей работы, шлёпнул легонько Сержа по плечу:

– Иди постирай одежонку, а мы пока тут приберёмся! – и он осмотрел поле боя под совсем уже посветлевшим небом.

Глава 8. Навстречу приключениям!

М-м-м-мда! Тут было на что посмотреть! Иссечённые и обугленные камни, небольшие воронки от файерболов и всюду туши волков, резаные, рубленые, обугленные… тьфу, жуть! А если учесть, что размерами эти волчата были почти с медведя… ну, сенбернар бы рядом с этими волками писал сидя)))

Что меня снова заставило посмотреть на карту, я даже и сам не знаю, словно что-то толкнуло! Или наоборот, остановило. Короче, я присел на камушки, там, где почище, и, развернув карту во весь обзор, чуть было не сказал «экран», максимально приблизил масштаб.