С мечтой входить без стука

(Из записок школьного психолога)

До сих пор снится сон, что я не подготовился к уроку, надо отвечать, а я рот не могу открыть. Такая мука! Просыпаясь, понимаю, что уже вырос, с радостью гоню сон прочь. Я – взрослый! Несмотря на многочисленные предложения преподавать философию в вузах, даже из областных центров, я решительно пошел в родную школу психологом.

Школьный коридор наполнен ученическими страхами, прошлыми и нынешними, как воздухом. Необычно оказаться взрослым в школе, где прошла большая часть детства. Вот подоконник, свидетель редкой радости. Мой школьный приятель Димон однажды во время перемены вырос в окне на втором этаже, поразив ребят и учителей. Мой вклад в этот трюк тоже был, хоть и скромный: помог перенести строительную лестницу к окну и вовремя открыть щеколду. Даже завуч Мариэта Петровна с величественным, как памятник, бюстом, не кричала, а замерла, как вкопанная. Шутка удалась, несмотря на вызовы наших мам к завучу. О ней еще долго вспоминали со смехом и похлопывали Димона по плечу.

Да, я хорошо помнил ученические годы и рассчитывал, что меня с радостью встретят и учителя, и дети. И тем, и другим, как оказалось, наплевать на меня вместе с психологией. Наверное, у противоборствующих сторон выработался определенный баланс, который всех устраивал. Кто на него посягал, становился общим врагом.

Мне долго не хотели выделить ставку и комнату психологической помощи, предлагая вместо этого вести беседы о вредных привычках, вдобавок к урокам обществоведения. Я сопротивлялся как мог, ссылаясь на то, что школьные психологи существуют не для этого.

– Вы что, собираетесь сидеть в кабинете и за это получать зарплату? – удивилась Мариэта Петровна. – Странный вы какой‑то психолог.

«Хорошо, что не «сраный» – подумал я про себя.

Я предложил в качестве теста на нужность провести небольшое исследование в девятом классе по методике Элвина Тоффлера: написать сочинение, как ребята представляют свою жизнь через пять лет, через десять, через пятнадцать. Думал, в результате покажу, что может психология.

Пол-урока девятиклассники думали, пытались советоваться друг с другом, несмотря на мои уговоры. Наконец, один парень, явно не из отличников, сказал:

– Все, у меня поперло.

Глядя на него, и другие стали писать.

Сочинения были анонимными, но я сразу отложил листок вдохновенного девятиклассника.

«Каким я вижу свое будущее? Я задумывался над этим вопросом, но никогда всерьез. Это была мимолетная мысль, которая не задерживалась надолго в голове. Жизнь через пять лет мне сложно ещё представить, так как передо мной стоит выбор: учиться дальше или пойду в армию. Ну, если буду дальше учиться в каком‑нибудь колледже, то, я думаю, что моя жизнь не очень изменится. Просто я стану старше. Но может быть и другой поворот событий, если я сразу после школы пойду в армию. Там моя жизнь может конкретно поменяться. Но я думаю, что мой независимый характер не поменяется. Через десять лет и даже раньше я буду жить отдельно от родителей, а значит мне придется разрываться на два фронта – учеба и работа… Но не будем о грустном, пускай все будет хорошо. Я также не исключаю женитьбы в этот период жизни. Через пятнадцать лет я буду думать, наверно, правильно ли я выбрал профессию и спутницу жизни».

Одна девушка написала коротко: «Мои мечты. Через пять лет я бы хотела, чтобы меня показали по телевизору, и я стала бы знаменитой! Через десять лет я бы хотела, чтоб у меня были СОБСТВЕННЫЙ дом, СОБСТВЕННАЯ машина, СОБСТВЕННАЯ лошадь, и чтоб с моей семьёй все было ПРЕКРАСНО!!! Думаю, этого хватит и на следующие пять лет».

Юноша с претензией на оригинальность написал: «Через пять лет, когда мне будет уже целых двадцать, я думаю, что моя жизнь мало изменится. Я так же буду жить в неуютной коммуналке с мамой и собакой, которая меня ненавидит, потому что мы с этим мохнатым уродом никак не можем найти общий язык. Ну, возможно, его уже не будет, и, наконец, у меня появится кошка. Я соберу пяток друзей отпраздновать это событие в пивнушке. А потом все эти уроды как всегда набухаются, но я конечно же нет, потому что дома меня ждёт Мама. Если я сдам в школе всё хорошо, то поеду в Москву.

Буду работать официантом в ресторане, учится в ВУЗе. Если некоторые мои друзья не помрут, то они тоже переедут в Москву. Может, от тоски буду волонтёром в кошачьем приюте. Не хочу проживать скучную и унылую жизнь, а для того чтобы проживать жизнь весело и интересно, обязательно нужны деньги!»

К сожалению, подавляющее большинство сочинений были примитивными и тусклыми.

На педсовете я попытался поговорить о результатах. Диагноз неутешительный: большинство не задумывается о будущем, нет мотивации для учебы и вообще роста. Ребят надо учить мечтать, ставить цели и продумывать пути их осуществления. Энтузиазма мое сообщение не вызвало.

– Все решает не мечта, а ЕГЭ, – объяснили мне. – Нет высокого балла – никакая мечта не поможет.

Все‑таки я получил кабинет, если таковым можно назвать каморку, которая до этого была комнатой отдыха охранника, нажив в его лице врага. На мое «Здравствуйте», он отворачивался, как будто бы я был невидимкой. Разве я виноват, что детям для бесед необходимо свое пространство?

У «Кабинета психологической поддержки» не толпился народ, как я ожидал. Мне показалось, что его обходили стороной, как кабинет зубного врача. Я повесил на двери объявление: «За мечтой входить без стука». Принес электрочайник и чашки. На первое чаепитие пригласил нескольких ребят во главе с Василием, вдохновенным автором первого сочинения.

– Как наши сочинения?

– Есть одна притча. Молодому человеку предложили написать желания, ради которых стоит жить. Предупредили, чтобы думал как следует, потому что больше ничего в жизни не будет. Он написал: «Хочу иномарку, много денег, дачу».

Просыпается на следующий день в прекрасном загородном доме, за окном иномарка, в кармане карточка с безграничным кредитом.

– Мне бы так!

– Как вы думаете, что случилось через год? Посыпались предположения одно лучше другого.

– Нет, молодой человек сначала запил, а потом повесился в своем шикарном доме. Его же предупредили, что больше ничего не будет. Скучно стало. Что из этого следует?

– Конечно, лучше самому хорошо зарабатывать.

– Зарабатывать зачем? Это цель или средство? Во время войны в концлагере выживали те, у кого было ради чего: ради детей, любимых, незавершенных открытий или ненаписанных картин.

Может быть, я никого не убедил, но с ними было интересней, чем с их учителями.

– Заходите еще. Помечтаем.

Я купил толстую тетрадь альбомного размера, в докомпьютерную эру она называлась «конторской книгой». И стал записывать истории.

РЫЖИК

Я открыл дверь и увидел рыжеволосого, веснушчатого мальчика, взволнованного, с закипающими слезами.

– Ты ко мне?

Он кивнул. Зайдя в комнату, мальчик больше не мог сдерживаться. Вылилось столько слез, будто он их всю свою жизнь копил. Так и оказалось.

Я замечал его раньше. Мальчик застенчиво и приветливо улыбался, здоровался. Мне в голову не могло прийти, что у него беда. Имя у него такое светлое, хорошее – Сеня.

Оказывается, его с первого класса дразнили из‑за рыжих волос. Сначала Сеня не очень обижался, потому что считал, что это заслуженно. Раз такой уродился. Последнее время издеваются, проходу не дают.

– Выходишь отвечать к доске – как будто сквозь строй. Каждый старается что‑нибудь обидное шепнуть, ножку подставить. Я сбиваюсь. Больше так не могу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.