Владимирская книга. Год 2026. Итоги

11.

Оберегает Пресвятая Мать

Своих детей, пусть даже отвернулся, –

Пред Сыном жаждет душу оправдать

Любого, кто к иконе прикоснулся.

Своей судьбы я помню чёрный год …

Накрыл, душил несчастий грозных свод.

Казалось: мир катился в бездну хрупкий,

Но держат свет Пречистой Девы руки.

Икона Умиление… Пред Ней

Просил я отвести беду слепую:

У алтаря собора, одесную,

Провел немало долгих, слёзных дней.

Всех грешников услышит лик небесный –

Берёт под кров, лелея край чудесный.

12.

Берёт под кров, лелея край чудесный.

Собор Успенский, древний Божий дом.

Хранит святыни, фрески храм известный,

Прославленный подвижников трудом.

Царица край и город осеняет.

И души православных окрыляет

Святое православие крестом –

Сияет кафедры божественный престол.

«С весёлым сердцем, с радостной душою»

Духовной жизни свет течёт рекою.

Владыка окормляет дом добра.

Владимир стольный дух святой вобрал.

Живую связь времён не разрубить.

Основа жизни – верить, возлюбить.

13.

Основа жизни – верить, возлюбить.

Нелёгок путь, сокрыт Господней волей.

Немного тех, кто не успел убить

Росток любви в груди греховной долей.

Смотрю на жизнь свою: пустые дни

Да памяти печальные огни.

Их без следа ночная тьма угасит.

Талант разменян и судьбу не красит.

Всего я Господу отдать не смог.

Слеза раскаянья, прожги мне сердце.

Закрыл тропинку к Небу прочной дверцей

Падений прошлых ядовитый смог.

Мечтаю рифмой душу окропить,

Русь древнюю, завет её хранить.

14.

Русь древнюю, завет её хранить

И воспевать Мещерский край, Владимир –

пусть радостно любовь в груди царит,

ввек рифмой славу воспоёт над ними!

По парку после службы я пройдусь,

К берёзке у ограды вновь прижмусь.

Вот Русь моя, награда и отрада.

Нет, мне любой другой земли не надо.

Успение... А следом Рождество.

Марии день откроет круг заветный. (*)

Звон колокольный – веры торжество –

жар сердца отзвуком поёт ответным.

С собором к вечности спешит дорога.

Вселенский мир устроен свыше Богом.

(*) Из истории иконы Владимирской Божией Матери.

В 1395 году оригинал Владимирской иконы Божией Матери был торжественно перенесён из Владимира в Москву. Это событие имело огромное духовное значение: икона прибыла в столицу для защиты от нашествия Тамерлана. Произошло чудо – войска Тамерлана неожиданно отступили, не дойдя до Москвы. С этого момента образ остался в столице – сначала как главная святыня Русского государства, а позднее и как духовный символ самого города. Однако Успенский собор во Владимире, бывший главным храмом Северо-Восточной Руси, потерял свою сердцевину – чудотворный образ, вокруг которого строилась вся духовная жизнь. Возникла необходимость в достойном преемнике, который бы продолжил молитвенную традицию, связанную с Владимирской иконой.

Таким преемником стал список, созданный святителем Петром, митрополитом Киевским и всея Руси. Родом с Волыни, по преданию он с юности проявлял склонность к иконописи и обучался этому искусству. До поставления в митрополиты Пётр был игуменом Спасо-Преображенского монастыря на реке Рате. То, что автором списка стал не просто мастер, а будущий святой, придавало иконе особый статус. Это был не просто ремесленный труд, а молитвенное творение человека, достигшего высот духовной жизни, что делало образ особенно почитаемым.

Наиболее вероятное время создания этого списка – рубеж XIII – XIV веков, после смерти митрополита Максима в 1305 году и до переезда святителя Петра в Москву около 1325 года. Возможно, он был написан по заказу владимирского духовенства или местного князя. Местом создания, по всей видимости, стал сам Владимир, куда митрополит Пётр перенёс свою кафедру из Киева в 1299 году.

Хотя в древнем «Патерике» не сохранилось подробного описания иконы, на основании традиций того времени можно предположить, что список точно воспроизводил иконографический тип оригинала – «Умиление» (Елеуса), где Младенец Христос прижимается щекой к щеке Матери. Такой образ символизировал глубокую любовь и скорбь, предвещающую крестные страдания.

С момента своего появления и вплоть до XVII века список митрополита Петра занимал главное место в иконостасе Успенского собора Владимира. Перед ним молились князья, духовенство и обычные люди. В 1774 году, когда собор переживал масштабное обновление и старый иконостас был заменён на новый, выполненный в барочном стиле, икону митрополита Петра сохранили как особо чтимую святыню. Она продолжала оставаться главным образом храма.

В 1920-е годы, несмотря на активную кампанию по изъятию церковных ценностей, сам образ, судя по свидетельствам, не пострадал. Был изъят лишь его драгоценный оклад. Однако как памятник истории и культуры икона была взята на учет музеем. В 1944 году, когда Успенский собор вновь открыли для богослужений, образ вернули на его традиционное место. С тех пор икона вновь стала центром духовной жизни храма.

Сегодня этот список Владимирской иконы Божией Матери, созданный святителем Петром, находится в иконостасе Успенского кафедрального собора города Владимира. Он остаётся главной святыней не только собора, но и всей Владимирской епархии. За века икона неоднократно поновлялась, но сохранила свою изначальную композицию, а вместе с ней – духовную силу и значение для поколений верующих.

(опубликовано 10.09.2025. Свято-Успенский кафедральный собор г. Владимир. sobor 33. ru )

(*) Первым великим праздником нового церковного года становится Рождество Пресвятой Богородицы (21 сентября по новому стилю). Завершает годовой круг празднование Успения Пресвятой Богородицы (28 августа по новому стилю).

Праздники Богородицы тесно связаны с церковным Новолетием, так как они формируют годовой богослужебный круг, который начинается с Новолетия и завершается воспоминанием о переходе Пресвятой Богородицы в вечную жизнь.

Город Владимир. Патриарший сад. Утро

Дышит сад рассветной негой.

Серым кровом облака.

Морось далям не помеха.

Ветер землю обласкал.

Дом зелёный – патриаршей

властью полон тёплый дол.

Клязьма ввек сестрою старшей

омывает жизни долг.

Гул, соборно растекаясь,

приближает службы час.

Хором зов церквей скликает

души – строг и грустен глас.

Город мой – Владимир древний –

солнцем в золоте кресты.

Современный, переменный

млеет мир – уставший – спит.

Патриаршим садом тихим

утром по тропинке в храм

всех давно ушедших лики...

Вновь прильнём к святым дарам.

Купол неба. Вседержитель

смотрит в вечность. Добрый свет –

град мой, мой вселенной житель –

правит службу...

Долгих лет!

Город Владимир. Благовест над Клязьмой

Мой Владимир, город древний, здравствуй!

Богородицы собор зовёт.

Над просторами, над домом царствуй,

веры, мира и души оплот!

Издревле сбирал приход и город

колокол на службу, на совет.

Край родной и милый — добр и молод.

Ты рождаешь в сердце радость, свет.

***

Благовест рыдает колокольный.

Синевою медная слеза.

Сон слетел. Над Клязьмой ширь раздолий.

Ветер на рассвете темь слизал.

Мерные удары – зов на службу.

Разделило звоном мрак и свет,

чтобы сердце, сбросив ночи стужу,

не забыло солнца лик, завет.

В храме сумрак. Свечи зажигают.

Изнутри взлетают брызги искр –

то в окладах радуги играют.

Блеск огней проснулся – жив да быстр.

Очеса (*) иконные отверсты,

смотрят на меня. Глаза в глаза!

Кто ты, человек из рода перстных?

Верой православной возрастай!

Веком упокоены в иконах

вехи восхождения к Любви.

У скрижалей Вышняго закона

есть ответ на боль невзгод любых.

Первообраз. Образ. Отраженья.

Глубина и вечность в образАх.

Нескончаемы с грехом сраженья:

зло, добро в расхристанных сердцах.

На Спасителя живу надеждой.

Небеса – всхождение с крестом.

Скинь, душа, земные тлен-одежды,

на колени пав перед Христом...

Солнце в храме осветило купол.

Освятило лик, престол, алтарь.

Каюсь: гордость человека – глупость.

Только триединый правит Царь.

Отче наш, весь мир по вышней воле

зиждется лишь именем Твоим!

Бьётся пульсом кровь в сердцах, доколе

мы Тобой и дышим, и стоим!

А когда на судный час речЕнный

призовёшь, взмолюсь слезой души:

Вседержитель жизни всей вселенной,

мне прости, во ад не сокруши!

***

К храму Богородицы успенья

путь сквозь годы, суету спешит.

Дар любви покровом и спасеньем

помогает и судьбу вершит.

Чтимая икона... Умиленье.

Пред Царицей на коленах вновь стою:

Помолись перед Сыном...

Нет сомнений! —

слышит Пресвятая боль мою.

* Очеса – устаревшее слово, обозначающее глаза (множественное число, более чем два глаза.

Закат октябрьский

Закат октябрьский. Лист осинки

Сорвался с веточки родной.

Уплывших дней дрожат слезинки.

Их лижет ветер озорной.

Взмывает ввысь листок-кораблик.

Свет скрылся под вуаль ночи.

В заветный путь пустился странник.

Сонм звёзд сияет и молчит.

Полёт в предвечность. Лист трепещет.

За гранью тьмы зажжён огонь.

Сгорит? Иль звездочкой заблещет,

Присев на ангела ладонь?

Город Владимир. Никитская церковь. День Святой Троицы

Зовёт Владимир мой на службу.

День Троицы. Никитский храм.

При входе голубь мерит лужу.

Лик солнца нежен по утрам.

***

Христовой Церкви день рожденья –

Пятидесятница. Святой

Дух Божий миру внял схожденьем;

огнём живит с минуты той.

ВоспламенЕнный благодатью

апостолов избрАнных сонм

напитан христианской ратью –

счищают с душ греховный сон.

Мне жар Небес, лозой привитый,

крещением, причастьем дан.

Любовь лелеет в сердце влитый

от Духа вечный Божий дар.

И нет преград для сирых, малых.

УтЕшитель живёт в груди.

Непобедимый светоч алый

изгонит мрак ночной в пути.

Горчичным семенем из персти

по лону лет и я спешу.

Повязан оловянный крестик

рукой отца Петра (*) – ношу!

Грешу и каюсь, уповая:

Души молитвы слышит Спас!

Живёт любовь, не угасая.

Дух пламенеет каждый час...

***

Старинный город. Храм Никитский.

Звон колокольни – верным зов.

Поклон мой преклонЕнно-низкий:

Бог с нами! Вечен Неба кров!

Приход мой добрый – дом Никитский –

навечно с нами Божий кров.

(*) Исповедник Петр Чельцов (1888–1972) – выпускник Киевской духовной академии. Многократно арестовывался советской властью и провёл в лагерях 15 лет. После окончания срока ссылки служил в храмах Владимирской области, стяжав любовь паствы даром прозорливости и состраданием к людям. Несмотря на преследования, до конца жизни нёс пастырское служение.

Последние годы жизни служил в селе Пятница (Великодворье).

Был прославлен в лике святых в 2000 году.

Город Владимир. Драмтеатр. Комедия «13»

Бабье лето. Солнце. Вечер.

Мой Владимир дорогой.

Неба синь и тёплый ветер.

Путь в театр лежит прямой.

Фото – рядом два актёра.

Драмтеатр мне дарит смех.

Вот находка режиссёра:

«Несчастливый»?

Лучше всех!

Но;мера сюжет – «Тринадцать» –

искромётная игра.

Как в актёров не влюбляться?

Юмор «аглицкий» – ура!

Ждёт антракт – коньяк «под тыщу».

Бутерброд – пятьсот! (С икрой.)

Пусть подряд три раза вычтут.

Ритм спектакля – заводной!

А в финале торжествую!

Счастье встретил Секретарь,

истину приняв простую:

Слушай сердце, правду шпарь!

Мой театр, прекрасен праздник!

Занавес... Домой пора.

Засыпай, сентябрь-проказник.

На работу всем с утра.

«13» – эксцентрическая комедия в двух действиях, которая идёт в Владимирском академическом театре драмы. Пьеса английского драматурга Рэя Куни – одна из лучших комедий последних десятилетий, в 1991 году она была удостоена премии Лоуренса Оливье как лучшая комедия года.

Владимирской земли певец

Владимирской земли певец,

Мещёры тихой дивный голос,

весны отрада и сердец –

скворец – прогонит мрак и холод.

Пусть невелик проталин след,

пронзает леденящий ветер,

всё дольше дарит Солнце свет

и топит снега серый пепел.

Разлился в чаще ив родник,

мороз почил в бору суровом,

весенний жар горит – проник

под тёплый кров лесных сугробов.

И будит землю, воды, свет

скворец, вернувшийся с чужбины,

свой звонкий, ласковый привет

несёт в мещёрские глубины.

Сладчайший жизни сок порвёт

берёз распухнувшие почки.

Дух Родины любовь вдохнёт.

Накинет дымкой лес сорочки.

Там, в материнской ласке их

совьёт гнездо певец Мещёры.

Любви напевы так легки –

прольются в вечные просторы.

Покровская родительская суббота

Сосна вздымает к небу руки.

На яркой сини облака,

Попутчиков немой разлуки,

Луч светом дивным обласкал.

Октябрь. Покровская суббота.

Тишь кладбища, поминный день.

Прибрался – не трудна работа.

Звон церкви, донага раздень

Мне душу от скорлуп разбитых.

Лик солнца, память освети.

Иголки прошлых лет забыты.

Снежинок первых след притих.

Отец и мать, колена рода –

Беззвучность взглядов, глаз тепло.

Закон земной: спешит природа,

Для многих время истекло.

Слеза смолы как капля миро

в морщинах на сухой коре.

Ушедших души там, над миром,

Огонь заката их согрел.

Родительской субботы свечи

В лампадках тень сомнений жгут.

Дождинки судеб так беспечны.

Нас не торопят... Просто ждут.

Мещёрский дух питают соки.

Волокна древа тянут вверх.

А осенью проходят сроки

Смирить сует и мыслей бег.

Так будь вовек благословенен

Предвечный и заветный круг.

Деревья шепчут: "Век разменян".

Прижмусь к сосне, как сын, как друг...

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.