За точкой невозврата. Полдень битвы

– Гут, – сухо произнес Роммель, – теперь, герр Иванов, мне хотелось бы знать – мы составим какую-нибудь бумагу или наше соглашение так и останется на словах?

– Конечно же, мы все оформим как положено, – широко улыбнулся тот. – У нас уже есть проект учредительного договора частной военной артели «Эрвин Роммель», в которой вы и ваши солдаты будете числиться пайщиками, с распределением долей от реализации добычи и контрактных сумм в зависимости от должности, звания и боевых успехов. Также у нас готов ваш первый контракт на захват Суэцкого канала. Мы знаем, что у британцев сейчас катастрофически не хватает сил, и лишь отсутствие снабжения топливом и отчасти боеприпасами не давало вам возможности сломать их оборону и ворваться в Каир.

– Да, это так, герр Иванов, – согласился Роммель, – снабжение в последнее время было из рук вон плохим. Но скажите, зачем это нужно вам, в смысле русским пришельцам из мира будущего, а не местным большевикам?

– После того как все скользкие дела в этом мире будут уже поделаны и между нами образуется серьезное доверие, – сказал посол Российской Федерации в СССР, – мы планируем ангажировать вашу частную военную артель для очистки Германии нашего мира от оккупирующих ее янки, британцев и французов. Да-да, и эти ушлепистые детки распутной Марианны тоже думают, что они вас победили…

– Да, Эрвин, – подтвердил Гудериан, – здесь господин Сталин под влияние господина Путина фактически организовал нам мягкую посадку без кровопролитных сражений на германской земле и без национального унижения немецкой нации. И даже то, что господин Сталин присоединил Германию к Советскому Союзу, ничуть не ущемляет немцев как народ. Многие наши соплеменники два столетия жили в одном государстве с русскими, но от этого ничуть не страдали – служили, делали карьеру, поднимаясь на самые высокие посты в государстве…

– Да, все так, герр Гудериан, условия капитуляции действительно чрезвычайно мягки! – воскликнул полковник Байерлайн, вмешавшись в разговор старших по чину. – Но ведь далеко не все немцы захотят жить при советской системе. И что же теперь – ссылать их в Сибирь?!

– Не говорите глупостей, герр полковник, – резко возразил Сергей Иванов. – Сибирь по большей части – вполне приятное для жизни место. Горы, леса, чистые реки – не чета похожему на клоаку Рейну. Помимо того, что в старые времена туда ссылали преступников, большой количество людей выбрало Сибирь своей новой родиной, и теперь благодаря им в некогда диких местах имеются дороги, села и города. Теперь там не только пилят лес и добывают золото, но еще строят превосходные танки и самолеты. Те немцы, которые не пожелают жить при советской системе, вместе с семьями и скарбом смогут перебраться в двадцать первый век – разумеется, после того, как вы очистите тамошнюю Германию от англосаксонской скверны.

– Действительно, Эрвин, – сказал Гудериан, – если ты сможешь сделать то, о чем сейчас сказал герр Иванов, то, быть может, станешь величайшим героем в немецкой истории. И я сам, и множество других немцев, пойдем вместе с тобой и будем биться против янки и лимонников со всей возможной тевтонской яростью. Когда ты узнаешь тамошнюю Германию, то Веймарский период покажется тебе настоящим процветанием. Тогда наш Фатерлянд был голодным, поджарым, злым, но при этом внутренне здоровым, зато в двадцать первом веке он стал похож на охолощенного перекормленного хряка, который уже не в силах пошевелиться от обременяющего его жира. При общем достатке в обществе процветает самый гнусный либерализм и всяческие извращения, убивающие германское общество. Еще немного, и немцы перестанут быть немцами. Единственное, что нам надо будет хорошенько позабыть, так это бредни Розенберга о расе господ и о белокурых бестиях. За такое русские будут бить нас по голове снова и снова, пока мы наизусть не заучим главные слова христианства о том, что нет ни эллина, ни иудея…

– Ну хорошо, – согласился Роммель, – допустим, моя карьера главаря отряда кондотьеров начнется с захвата для Советов Египта и Суэцкого канала и закончится освобождением от власти янки Германии двадцать первого века, в которую я, как новый Моисей, должен буду вывести немецкий народ, не желающий жить в государстве Советов. Предположим, что это так, и американская оккупация там и в самом деле гораздо хуже, чем власть русских большевиков здесь. Но мне хотелось бы знать, что будет потом – какое будущее вы, герр Иванов, планируете для Германии двадцать первого века?

– Будущее Германии должны определять сами немцы, – улыбнулся антипод Мефистофиля. – Единственные требования, которые мы вам предъявляем: эта Германия должна быть дружественной России и не повторяющей старых ошибок, о которых вам только что напомнил герр Гудериан. Все прочее – на усмотрение тех, кто эту Германию будет строить.

– Ну хорошо, – сухо кивнул Роммель, – можете считать, что в общих чертах я на все согласен. А теперь давайте проедем в наш штаб, чтобы закрепить наши договоренности на бумаге. И кстати, самолет, на котором вы прилетели, несколько великоват для такой небольшой делегации, что наводит на нехорошие мысли…

– Там, Эрвин, – хмыкнул Сергей Иванов, – медикаменты из двадцать первого века и перевязочные средства для твоих солдат. Мы знаем, что они нужны тебе ничуть не меньше, чем топливо, снаряды и патроны. Можешь считать их жестом нашей доброй воли в отношении тех, кто находится сейчас в твоих госпиталях и страдает от ран и болезней. Но с того момента, как мы подпишем все документы, твои войска получат настоящий воздушный мост. Каждый рейс такого красавца – это восемьдесят тонн груза: топлива, боеприпасов, снаряжения, медикаментов или продовольствия. А если будет надо, то и боевой техники.

– В таком случае, герр Иванофф, – сказал Роммель, – давайте поскорее приступим к нашим делам. Мне не терпится так накостылять лимонникам, чтобы они надолго запомнили эту взбучку.

13 июня 2019 года, 12:05. Киргизстан, 41 километр южнее Бишкека, предгорья Киргизского хребта, президентская резиденция «Ала-Арча».

24-й саммит Шанхайской Организации Сотрудничества.

Свежий Ветер Перемен трепал на флагштоках стяги стран-участниц Шанхайской организации Сотрудничества, стран-партнеров по диалогу и стран-наблюдателей. На эту встречу, несмотря на предшествующие события, приехали все, даже самые двуличные и трусливые. Некоторым из них все равно куда ехать: на саммит НАТО, ШОС или ЕАЭС, ибо ласковое теляти сосет все, до чего способно дотянуться. Собственно, вступая в ШОС, эти страны изначально ставили перед собой задачу, не ссорясь с американским гегемоном, иметь нормальные бесконфликтные отношения с Россией и Китаем. Исключением можно было считать только Иран, который на 2019 год, находясь в статусе кандидата в члены ШОС, давно и надежно рассорился с Вашингтоном, а состоявшийся год назад выход Соединенных штатов из так называемой иранской ядерной сделки ухудшил эти отношения до крайности.

А вот и флаг Армении – а это значит, что партнер по диалогу (таков его статус на этом собрании) Никол Пашинян уже здесь. Год назад он пришел к власти путем майдана, свергнувшего команду Роберта Кочаряна и Сержа Саргсяна. Предыдущее руководство Армении, составленное из ветеранов первой Карабахской войны, и приближенные к ним лица проворовались, зажрались, потеряли осторожность, и принялись демонстрировать в откровенно бедной стране показное богатство – мол, смотрите, какие мы успешные. Взрыв народного негодования в таком случае был неизбежен, тем более что ситуация искусственно подогревалась несколькими тысячами работников западных спецслужб под дипломатическим прикрытием. Они же позаботились о том, чтобы бурные события ереванской весны вытолкнули на поверхность нужного им человека.

Россия тогда в очередной раз сыграла в невмешательство во внутренние дела. Она в тот раз и за Врата бы не полезла, но на той стороне на них наткнулся германский генерал Модель, дурак с инициативой и фантазией, и сам сделал все, чтобы вся Россия, вспомнив былое, поднялась на дыбы как пришпоренный боевой конь. Лучшее средство от исторической амнезии – снова увидеть танки с германскими крестами на русской земле. Для армян подобным опытом могло бы стать, если бы на их землю ворвались турки и азербайджанцы, чтобы жечь, грабить и убивать, – но такой итог хозяйствования либерального проевропейского руководства должен наступить далеко не сразу, а пока ветры перемен дуют вдалеке от Кавказа. Таков же, как Пашинян – двуличный, улыбающийся на все стороны сразу – его оппонент, азербайджанский президент Ильхам Алиев. Уже четверть века его страна готовит реванш за проигранную первую карабахскую войну, и, хоть последняя пуговица к мундиру последнего солдата еще не пришита, начинать можно в любой момент, хоть прямо сейчас. Если Россия окажется в кольце фронтов и не сможет прийти на помощь Армении, то Карабахский вопрос решится быстро и кроваво.

Напряженное внимание всего мира (и деятели, собравшиеся на саммит ШОС, не исключение) направлено на противостояние воскресшей из пепла России и дряхлеющего на глазах Вашингтона. После того как самолет президента Трампа упал в Тихий океан неподалеку от побережья Камчатки (450 км), его преемник мистер Пенс своим заявлением о виновности в этой катастрофе России и лично Владимира Путина перевел партию в режим блица. Теперь только успевай увертываться от падающих флажков. Впрочем, отдаленность противоборствующих Москвы и Вашингтона от всех прочих регионов мира – мнимая, потому что в больницы европейских стран уже доставили первых пациентов с симптомами «атипичной вирусной пневмонии»…

Впрочем, саммит начался с заседания глав государств действительных членов организации. Первым выступил товарищ Си. Цветисто поблагодарив киргизского президента Жээнбекова за гостеприимство и расхвалив в превосходных выражениях красоты летних киргизских гор, китайский лидер перешел к насущным вопросам. Все по-китайски прогрессивно, гладко и обтекаемо, и ни слова, ни намека на боевые действия, что идут на территории Украины, а также на бездоказательные обвинения, сделанные в адрес России новым американским президентом Пенсом. Слушатели речи (читатели стенограммы), таким образом, могли сделать вывод, что Китай как минимум намерен отстраниться от российско-американского конфликта, а как максимум негласно помогать России. Расчеты в национальных валютах, которые призвал активизировать китайский лидер, хороши тем, что факт платежа в таком случае не может быть отслежен американским или европейским эмитентом. Конечно, товарищ Си надеялся, что большая часть таких расчетов будет осуществляться в юанях – валюте самой мощной экономики незападного мира, с 2015 года получившей права резервной валюты МВФ.

И только один фрагмент речи китайского лидера больно царапнул западный мир:

«…Те, кто сейчас рвется в узкие клики и разбрасывается бездоказательными обвинениями, втравят мир во все недобрые дела раскола и конфронтации. Нужно твердо защищать международную систему с главенствующей ролью ООН и миропорядок, основанный на международном праве, развивать общие ценности всего человечества, отказаться от игры с нулевой суммой и блоковой политики. Важно расширять связи Организации с международными и региональными организациями, включая ООН, совместно отстаивать подлинную многосторонность, объединенными усилиями совершенствовать глобальное управление, рука об руку продвигать формирование миропорядка в русле более справедливого и рационального развития…»

Ответная речь президента Путина была такой же гладкой и обтекаемой, как и речь председателя Си. Он говорил о пользе взаимного сотрудничества, мира, дружбы, защиты экологии и борьбы с терроризмом и экстремизмом. И только один кусок речи российского президента касался причин того, что в данный момент происходило на территории бывшей Украины:

«…То, что Запад всегда стремился к распаду нашей страны, это точно. Особое сожаление вызывает то, что с какого-то момента возникла идея использовать для достижения этих целей территорию Украины. Ради этого в Киеве был совершен незаконный переворот четырнадцатого года и начат геноцид русского населения непокорного Донбасса. Именно к этому западные страны во главе с США и стремятся, и стремились – создать на территории Украины антироссийский анклав и раскачивать, угрожать России с этого направления.

Мы пытались мирным путем предотвратить такое развитие событий, заключив с Киевом Минские соглашения, в которых обговаривались неотъемлемые права наших соотечественников. Впоследствии этот документ был закреплен резолюцией Совета Безопасности Организации Объединенных Наций. Но власти в Киеве, все более демонстрировавшие утрату суверенитета, отказывались их выполнять, подвергая непокорные народные республики артиллерийским и минометным обстрелам, устраивая на их территории теракты и политические убийства. Запад все время требовал от нас выполнить Минские соглашения, и наконец добился своего. Как законные правопродолжатели Союза Советских Социалистических Республик, частью которого была Украинская ССР, мы отозвали признание легитимности незаконного киевского режима и признали правопреемником бывшей Советской Украины Федеративную Украинскую Республику, образованную путем заключения федеративного договора между Луганской и Донецкой Народными Республиками.

Чтобы мы пошли на такой исключительный шаг, было недостаточно того, что господин Кравчук принял атрибуты и правопреемственность от давно исчезнувшего враждебного государства. До этого никому не было дела – как до четырнадцатого года (ибо тризуб и желто-голубой флаг воспринимались не более чем формальность), так и после переворота на майдане, когда у нас была надежда решить вопрос мирным путем через Минские соглашения, не задействовав никаких экстраординарных методов. Но, как оказалось, наши надежды на мирное решение были тщетны, список жертв обстрелов жилых кварталов Донецка, Горловки и других городов Донбасса непрерывно рос, и, что хуже всего, от этих действий украинских националистов гибли дети.

Мы все помним конфликт в Югославии, когда националистические власти Хорватии, накопив силы под прикрытием так называемого международного сообщества совершили акт геноцида и этнической чистки, ликвидировав на своей территории непризнанную Сербскую Краину. Чтобы предотвратить такое развитие событий, мы и начали военную операцию по защите признанной нами Федеративной Украины от банд международных преступников, ведь иначе чем преступлением не назовешь то, что киевские власти творили на Донбассе пять последних лет.

Мы не знаем, было ли крушение самолета президента Трампа трагической случайностью, ставшей следствием технической неисправности, или это был чей-то злой умысел. На нехорошие мысли наводит тот факт, что фактически сразу, без расследования и предъявления доказательств, эта катастрофа была использована для голословных обвинений и обострения международной ситуации. Такое мы видели уже не раз. Обвинения, обещания, что доказательства будут позже, и очередные санкции, наложенные на нашу страну, высланные дипломаты и прочие репрессалии. На этот раз дело выглядит крайне серьезно – гораздо серьезнее, чем в случае с отравлением Скрипалей или сбитым малазийским Боингом. Еще никто не присылал ядерной державе ультиматума с требованием капитулировать и выдать на неправедный суд свое руководство.

Недовольный тем, что мы сорвали его замысел, коллективный Запад, возглавляемый Соединенными Штатами Америки, фактически решил объявить России открытую войну. Врагу недостаточно, чтобы мы стали послушными – он хочет видеть нас мертвыми. Это уже не борьба за право жителей Украины самим выбирать свою судьбу без диктата западных стран, и не превентивная операция по предотвращению угрозы безопасности нашего государства – это сражение за выживание России и многонационального русского народа. Как и во времена Наполеона и Гитлера, на нас войной снова идет сила, объединившая под своей властью практически все европейские страны. В ответ мы заявляем, что с этого момента сами будем выбирать место и средство нанесения ответных ударов по главному врагу и его подручным. Мы не просим помощи и не стремимся вовлечь в эту борьбу другие постсоветские страны – мы просто предупреждаем, что если мы проиграем, то разрушение затронет все государства региона, никто не избежит беды, ни с кем заокеанский гегемон не будет церемониться, даже с самыми милыми и послушными.

Те лидеры бывших советских республик, которые примеряют украинскую ситуацию на себя, должны понять, что недопустимо, когда правительство постсоветского государства подпадает, как сказал председатель Си, под влияние сторонней, враждебной нам силы, недопустимы проявления национализма и прямого нацизма, недопустимо, когда территория одного государства становится источником угрозы для другого. Мы знаем, что некоторые постсоветские страны разместили на своей территории американские биологические лаборатории, обязавшись не интересоваться проводимыми там работами. Это, конечно, не военные базы, напичканные ядерным оружием, но в связи с грозными событиями, начавшимися в китайском Ухане, у нас возникли сомнения по поводу безопасности работ, проводимых в таких учреждениях, ведь на территории так называемых цивилизованных стран, даже Южной Кореи, нет ни одного подобного учреждения. Мы опасаемся, что данные лаборатории, их содержимое, могут стать источником угрозы для соседних стран, а потому требуем их международной инспекции и закрытия. Почему бы американцам не разместить эти лаборатории в прериях Техаса и пустынях Нью-Мехико, а не поблизости от наших границ?»

– Да, – сказал красный богдыхан Си, сопроводив свои действия неторопливым кивком, – мы поддерживаем это справедливое требование президента Путина. Ни одна из стран-членов Шанхайской Организации Сотрудничества не должна быть вовлечена в борьбу против западного мира, которую ведет Россия, и в то же время отношениям государств внутри нашей организации следует быть образчиком дружбы, мира, добрососедства и взаимной торговли. А если на одну или несколько стран сторонними силами будет оказано давление в виде экономических санкций или угрозы вооруженного вторжения, то отпор этим поползновениям следует давать совместными усилиями всех государств-членов, кандидатов, партнеров и наблюдателей нашей организации.

После этого комментария китайского лидера выступили прочие главы государств-членов Шанхайской Организации Сотрудничества, говоря длинные речи ни о чем, клянясь верности политике добрососедства и обязуясь углубить приграничное сотрудничество. Потом в зал заседаний пригласили наблюдателей, партнеров и кандидатов, и тут тоже один лишь иранский президент Хасан Роухани дал небу копоти, призвав Россию, Китай и все прочие страны мира объединиться против государства-шайтана – Соединенных Штатов Америки.

Встреча президента Российской Федерации и Председателя Китайской Народной Республики Си Цзиньпина.

В самом начале разговора высокие переговаривающиеся стороны обменялись приветственными заявлениями.

Владимир Путин сказал[9]:

«Уважаемый товарищ Си Цзиньпин! Дорогой друг!

Я рад приветствовать вас на встрече.

Хочу отметить, что мир стремительно меняется, но неизменным остаётся одно: дружба между Китаем и Россией, наши добрые отношения стратегического всеобъемлющего партнёрства, и мы продолжаем укреплять эти связи.

Хотел бы пожелать Вам, уважаемый товарищ Председатель, дальнейших успехов в осуществлении масштабного плана динамичного развития китайской нации.

Российско-китайское межгосударственное взаимодействие можно считать образцом. Внешнеполитический тандем Москвы и Пекина играет ключевую роль в обеспечении глобальной и региональной стабильности. Мы совместно выступаем за формирование справедливого, демократического и многополярного миропорядка, базирующегося на международном праве и центральной роли ООН, а не на каких-то правилах, которые кто-то придумал и пытается навязать другим, не объясняя даже, что это такое.

Вообще должен сказать, что попытки создания однополярного мира приобрели в последнее время абсолютно уродливые очертания, и абсолютно неприемлемы для подавляющего числа государств на планете.

Высоко оцениваем сбалансированную позицию китайских друзей в связи с украинским кризисом. Понимаем ваши вопросы и ваши озабоченности на этот счёт. В ходе сегодняшней встречи, конечно, подробно разъясним и нашу позицию по этому вопросу, хотя мы и раньше об этом говорили.

Со своей стороны твёрдо, на деле, придерживаемся принципа „одного Китая“ и осуждаем провокации США, направленные на признание независимости Тайваня.

Многоплановые связи между нашими странами активно развиваются. В прошлом году товарооборот увеличился на тридцать пять процентов и превысил сто двадцать миллиардов долларов. За первые семь месяцев текущего года объём взаимной торговли вырос ещё на двадцать пять процентов. Убеждён, что по итогам года мы выйдем на новые рекордные показатели, а в близкой перспективе, как договаривались, доведём годовой товарооборот до двухсот и более миллиардов долларов.

Сноски