Песнь другого мира

– Так, так, так, наш крепыш нашел занятный экземпляр, – послышался скрипучий голос из-за кустов, где ранее стоял Навной.

Саша, повернув голову, увидела троих странных персонажей. Их одежда была такой же потрепанной и давно выцветшей, как у Навноя. Узкие вытянутые лица с крысоподобными чертами внушали отвращение. Маленькие глазки, массивные длинные носы, выдающиеся вперед подбородки и тонкие губы, едва прикрывавшие большие желтые зубы, заставили девушку передернуться от гадливости.

Такого реалистичного грима она никогда не видела. Но их стремительное приближение заставило ее насторожиться.

– Господа! У меня нет настроения на розыгрыши, – сказала, усмехнувшись, Саша и начала пятиться прочь от ручья.

– Да провалиться мне на месте, семерида! – высказался один из них, пропустив мимо ушей просьбу девушки.

– Да ну, не верю… – отозвался возмущенно заходящий сбоку гость. – Она какая-то бракованная! У тех волосы зеленые и кожа цвета земли.

– Да какая разница, их что часто видели, может она с других земель…

– Семе… кто? – состроив гримасу непонимания, переспросила она, продолжая, пятиться.

– Куда же ты, милая? – спросил один с крысиной мордой. – Пришла к нам в гости и уже собираешься уходить? – подходя все ближе к девушке, гадко ухмыляясь он.

– Ребят, ну на самом деле… Хватит. Шутка сыграна хорошо. Все посмеялись. Костюмы меня впечатлили, – с тревогой сказала Саша, глядя то на Навноя, то на новых гостей.

Но, вместо ответа, почувствовала резкую боль в голове – в глазах резко потемнело.

***

Подойдя с черным свертком к открытому месту за замком, седовласый мужчина остановился у небольшой проплешины на газоне. Была середина дня, и солнце начинало сильно припекать землю. Над редкой травой поднимался горячий, удушливый пар. Вдалеке, за стенами замка, на полях, фермеры заканчивали свою работу. Сюда долетали обрывки их разговоров да шум проезжающей мимо телеги. Сев на корточки, Залтис дотронулся рукой голой земли и стал что-то шептать. Как только он замолчал, под ладонью начала расти трещина.

Еще мгновение – и там, где только что была площадка сухой и пыльной земли, разверзлась черная дыра. Мужчина, не колеблясь, прыгнул в неё.

Он не догадывался, что из-за ближайшего угла здания его провожает холодный взгляд красно-карих глаз. Край красного плаща Залтиса уполз в пропасть. А загадочная женщина, скривив в ехидной усмешке накрашенные красной помадой губы, покинула место наблюдения и двинулась в замок, придерживаясь тени.

…Оказавшись в темной, влажной комнате, где недавно что-то горело, змееоборотень замер и стал прислушиваться.

С улицы доносились звуки работающей техники и людская брань. Чувствовался запах сырости и гари от которой скаблило горло.

Аккуратно отворив закоптившуюся дверь и выйдя из комнаты, он быстро оглядел пустой зал с большими окнами и стоящими рядами небольшие столики. На сыром полу виднелись многочисленные грязные следы от обуви. Покрытые масляной краской засаленные стены тускло освещались лучами едва проходящего сквозь погнутые жалюзи солнца. Поняв, что в зале находится один, мужчина закрыл дверь с оплавленной табличкой «служебный вход».

Вирбун догадался закрыть дверь, когда нагруженный сумками убегал из этого мира, и пламя не вырвалось наружу.

Темноту разрушил вспыхнувший в руке человека огонек. Смахнув пламя на пол, Залтис отошел к наименее закопченному углу и стал отстегивать плащ. Огненная лампочка с грязного пола продолжала послушно освещать небольшое помещение. Сложив плащ, нагрудник и меч в сухом углу, оборотень накинул на себя черный балахон, потом, подойдя к стене, прикоснулся к почерневшим кирпичам и, закрыв глаза, стал вновь что-то говорить. Облизанные когда-то пламенем кирпичи чуть шелохнулись, ссыпая с себя копоть. Вслушиваясь в доносившийся шепот стены, он искал нужные слова, те, которые произнесла сбежавшая девушка.

Раздался знакомый голос. Залтис, вздрогнув от неожиданности, открыл глаза и повторил слова, сказанные беглянкой.

Кирпичи стали вновь ссыпаться песком на пол, образуя проход в стене.

На лице седовласого мужчины появилась легкая улыбка, но лишь на мгновение. С серьезным видом он шагнул в пустоту.

Прошло несколько мгновений, и яркий свет заставил его прищуриться. В воздух, весело щебеча, поднялась стайка миниатюрных ярко-желтых птиц. Животные, похожие на очень худых косуль зеленоватого цвета, поспешили спрятаться от незваного гостя. Растительность в лесу и пробегавшая мимо живность ничем не отличались от тех, которые он привык видеть. Была почти середина дня – значит, портал открылся не на чужой планете и недалеко от владений Золтака.

Оглядевшись, змей заметил примятую траву: казалось, на ней кто-то лежал долгое время. Чуть дальше – сломанные молодые побеги кустарников. Все вокруг свидетельствовало о том, что девушка была здесь.

– Все будет намного проще, – тихо проговорил мужчина и, накинув капюшон черного балахона на голову, сломал растущее молодое дерево. Очистив ствол от веток, двинулся дальше в лес, ссутулившись и начав хромать.

***

Обрушившаяся на лицо холодная вода заставила Сашу проснуться. Вскочив и пытаясь продышаться, она стала сгонять пальцами воду с глаз.

– Подъем лесная гниль! – мерзко заскрежетал неизвестный голос.

Саднящая в затылке и разрывающая плечо боль в совокупности с уставившейся на неё крысиной мордой говорящего напомнили о произошедшем в лесу. Видно, один из троих зашел за спину девушке и оглушил ее.

Быстро оглядевшись, Саша поняла, что сидит в приподнятой над землей клети с деревянным полом.

– Какого черта?! – начала кипеть девушка, убирая мокрые пряди за острые уши. – Вы совсем больные? Как это понимать?! – схватившись за железные прутья, она продолжала злиться.

– Да мне наплевать, что ты там понимаешь. Ты теперь мой товар, замолкни, падаль! – сплюнув на землю, поставил точку в разговоре крысомордый и, развернувшись, ушел от клетки.

– Эй! Ты кого падалью назвал, ты, крысиное отродье?! – схватившись за прутья, закричала вслед уходящему девушка.

Поняв, что ее реплику никто не слышит и все её старания унес с собой ветер, Саша отошла от прутьев и начала мерить шагами пространство клетки, рассматривая щели в деревянном полу. Остановившись, постучала голой пяткой по доске.

– Крепкая зараза, – еле слышно пробубнила пленница.

– Да, выбраться из нее сложно, – раздался, знакомый юношеский голос поблизости.

Из-под клети, снаружи появилась голова мужичка.

– Навной! – узнав толстячка, подбежала поближе Саша. – Ты мне сейчас ВСЕ расскажешь! Какого лешего тут происходит?! За каким… кхм… на кой вы меня сюда посадили?! – присев на корточки спросила она, проглатывая вырывающуюся из уст ругань, и, прислонившись раненым плечом к прутьям клетки, взвыла от непереносимой боли. – Твою…!

Бородач обреченно опустил глаза и, глубоко вздохнув, ответил:

– Ты, на рынке контрабандистов. Прошу, не трогай, там жадный камень.

– Вы что обалдели?! – ошарашенно ответила девушка и попыталась развязать грязную от крови повязку. Но поняв, что любое прикосновение сопровождается невыносимой болью, оставила это дело. – Вытащите это немедленно!

– Увы, я не могу. Его уберет выкупивший тебя хозяин, – разведя руками, пояснил собеседник.

– Какой хозяин? Выпустите меня, вы знаете, какие у меня связи! Да вашу шайку к ногтю прижмут и упекут в тюрьму на долгие годы… – начала сочинять на ходу Саша.

– Да! Ты знаешь повстанцев? – взмолившись и обрадовавшись, спросил бородач.

– Да каких повстанцев? У меня связи с правительством, да меня губернатор в лицо знает! – продолжала гнуть свое девушка.

Но вместо испуга, который она ожидала увидеть, в глазах Навноя читалось полное непонимание.

Рядом послышался сдавленное фырканье – пленница, повернув голову в другую сторону, отпрыгнула в ужасе. В соседней клетке лежало на полу четвероногое создание, покрытое чешуей синего цвета. Его крупное тело было разрисовано изредка светящимися полосками. Животное заторможенно мотало вытянутой мордой, увенчанной клиновидным рогом. Оно вдыхало воздух влажными ноздрями и отмахивалось раздвоенным хвостом от назойливых насекомых.

– Что это? – теряя голос, спросила Саша.

– Мотура. Их полно в озерах, только поймать сложно, – махнув рукой, пояснил собеседник. – Подожди, ты его первый раз видишь? – наконец-то заметя неладное, переспросил мужичок.

Девушка медленно кивнула в ответ.

– Так ты не из нашего мира! – догадавшись, скрестил на груди пухленькие ручки бородач. – Но как ты сюда попала?

– Куда сюда? Ты о чем? – нахмурившись и подойдя поближе, спросила девушка.

– Ну, в земли Золтака, – пояснил Навной, но, видя непонимание в её глазах, продолжил. – Рафексы отлавливают живых магических существ, таких как мы с тобой, этот бедолага и другие, – кивая в сторону синего зверя. – А потом продают в таких вот скрытых местах.

Подняв голову, он описал круг носом, указывая на место, где они находятся.

– А на этих землях издан указ, что только подчиненные владыки могут нас сопровождать и ставить на путь истинный или ссылать на другие земли на работы во благо владыке. Остальным же запрещено на нас охотиться. За нарушение грозит серьезное наказание, вплоть до смерти. Но что не сделаешь ради денег, а кроме этого правителя, есть особи, которые не верят предостережениям. Они просто плюют в лицо закону, желая иметь диковинную зверюшку в своих покоях, – обреченно проговорил собеседник с нервной улыбкой на лице, странно жестикулируя на каждом слове.

– Пхахахаха! – сорвался истерический смех с губ Саши.

– Да тише ты!… – съежившись, замахал руками мужичок.

– О Боже! Сказочники… – восстанавливая дыхание и вытирая слезы, ответила, усаживаясь на пол клети девушка. – Так, еще раз. Каких там существ? И какой там правитель?

– Мне твоя реакция не понятна, – по-детски растерянно ответил бородач. – В твоем положении грешно смеяться.

– Да, да, простите меня, – с наигранной интонацией величия ответила девушка, но, заметив растерянность и даже страх собеседника, постаралась откинуть вырывающийся сарказм в сторону.

– Хорошо, допустим. Давай продолжим. Еще раз. Каких существ отлавливают и что за правитель? – на выдохе устало переспросила она. «Надеюсь, этот бред быстрее закончится если я подыграю».

– Эммм, ну это… кхм… это земли владыки Золтака. Они простираются от топей на северо-западе, где его замок, до великого обрыва на юго-востоке. Где-то семь дней ходу от края до края. Мы с тобой и все, кто сидит в клетках. – магические существа, – мужичок говорил медленно, стараясь, чтобы девушка поняла каждое слово.

– Господи! От меня несет как от собаки, – почуяв запах собственной одежды, с отвращением сказала собеседница – Может, хватит уже! Какой еще Зотак? Какое я еще магическое существо? Изуродовали черной краской мои волосы, ногти и непонятно, что сделали с кожей, подложив в придачу разукрашенную зверюшку! И думаешь: я поверю?! . – теряя терпение, возмущенно проговорила Саша, показывая на себя.

– Золтак, его зовут Золтак! – поправил Навной девушку. – Да никто тебе ничего не делал, ты – самое что ни на есть магическое существо, семерида, дух леса, одна из первых в вашей лесной рати. Младшие – вон они, – махнув рукой на стоящую через одну клеть с небольшими, похожими на детей, существами в ярких одеждах попытался объяснить собеседник. – Пикси!

Повернув голову, Саша проглотила язык от увиденного. Все это время она не замечала, что вокруг стоят далеко не пустые клетки, как ей показалось вначале. В одной из них сидели существа, не известные девушке. Ростом с двухлетнего ребенка, с большими глазами и длинными взлохмаченными волосами, из-под которых торчали острые уши, они отличались цветом кожи, глаз и волос. Кто-то имел бледно-голубую кожу, синие глаза и волосы; кто-то бледно-зеленую, кто-то серую, почти белую, желтую. Казалось, что в клетке сидят тропические птицы, а не маленькие люди. У всех на плечах виднелись такие же как у неё, кровавые повязки. Детские, чуть вытянутые лица были направлены в ее сторону. Они так же пристально рассматривали ее, как и она их. Саше стало не по себе, она потянулась к кончикам своих острых ушей и стала их нервно ощупывать.

– Что за чертовщина? – теперь уже шепотом спросила она саму себя, чувствуя легкую дурноту от происходящего. – Почему они так на меня смотрят? Чего хотят?

Навной ухмыльнулся, посмотрев на них.

– Потому, что ты их хозяйка. Семерида! Они надеятся на твою помощь. – сказал как очевидное бородач и посмотрел на пленницу распахнутыми от восхищения глазами.

– Что? Кто я – еще раз? – переспросила Саша, уставившись в пол и пытаясь выстроить логическую картинку. Но ничего не выходило. -Я – человек! А не какая-то там сенергида!

Она почувствовала наплывающую истерику. Голос начал срываться, ум отрицал увиденное и услышанное. Склонив голову к коленям и накрыв руками, она пыталась спрятаться от происходящего.

– Семерида, – опять поправил ее толстячок. – Эээ неее, люди выглядят совсем по-другому. Ты именно дух леса! Да ты на кожу свою и на зубы посмотри!

– Да бред! – взглянув на свои серые ладони, нервно отмела доводы заложница и, вскочив с места перебралась в противоположный угол, подальше от Навноя, и уставилась в деревянные пол.

– С чего начать- то?… – озадаченно проговорил мужичок и, подойдя поближе, стал оглядываться по сторонам.

– Давай я начну, а ты делай выводы сама. Хорошо? – спросил он у Саши, но, видя, что она молчит, решил продолжить. – Таких как ты, крупных представителей лесного пантеона, семь видов. Каждая обладает особым умением, в основном подчиняет свою стихию. Вы – как бы это верно сказать? – родились в них.

– В чем родились? – не выдержав, переспросила девушка.

– В стихиях, – повторил Навной, стараясь не обращать внимания на поведение собеседницы. – В воде и дожде, что питает лес. В камнях и земле, что дают ему жизнь. В ветре и воздухе, что поют лесу. В лаве и огне, что согревают и омолаживают. В снеге и льде, что горы стерегут. И в двух самых важных, что стоят над всеми. Это – жизнь и процветание, и смерть и разрушение. Ты – последняя. Тот болван был не прав, ты не бракованная. Они кроме лесных семерид больше никого не видели. А на человека ты не особо похожа, разве что только ростом. Существ с серой кожей немного в нашем мире…

– Навной! Где тебя носит? – прервал речь раздраженный крик откуда-то издалека.

– Ой-ой-ой, прости, я потом все объясню. Ты только камень не трогай! – заторопился мужичок, торопливо удаляясь от клетки и на бегу договаривая фразу.

Саша хотела огрызнуться в ответ, но вдруг ясно осознала, что она начинает верить в происходящее.

Все было реально! Постоянно пульсирующее от боли плечо и онемение тела от локтя до шеи. Сырой воротник свитера и прилипшая от жары к телу футболка. Ноющая боль в животе, затылке и пояснице. Болели ступни и ушибленная при падении коленка. Окружающие звуки, запахи и палящее по-летнему солнце. Все окружающее заставляло девушку поверить, что это не сон и не чья-то шутка.

Пустырь, размером с половину футбольного поля, жил своей жизнью. Куда бы, Саша ни повернула голову, везде стояли клети со странными созданиями. Изредка между ними ходили человекоподобные существа. Разные оттенки кожи, разные по форме лица и тела создавали впечатление, словно она попала на выставку фильмов и игр в стиле фэнтези. Но большинство составляли крысолюди – рефексы. Они, как надзиратели, расхаживали везде, скалясь и злорадствуя. Кто-то из них жарко спорил с посетителями, а кто-то развалился на скамье и, почесывая голое пузо, что-то потягивал из деревянной кружки, хмелея на глазах.

Почувствовав, что ее вот-вот хватит удар, пленница сняла жаркий свитер. Лимонная пуховая куртка и ботинки куда-то пропали. Они либо осталась в лесу, либо были утащены одним из красавцев, поймавших девушку.

– А я еще штаны хотела надеть потеплее, – прошептала она про себя, закатывая серыми руками джинсы, стараясь не обломать длинные ногти.

Время шло, оно казалось бесконечным. Солнце грело воздух, не щадя окружающих, отчего жутко хотелось пить, а рана на плече невыносимо чесалась, однако любое прикосновение к ней отзывалось острой болью. Каждый раз, обратив внимание на цвет своей кожи, Саша начинала тереть ее, намереваясь содрать краску. Но – безрезультатно: цвет оставался прежним, а кроме покрасневших царапин, на поверхности кожи ничего не появлялось.

Раз в час к клеткам подходили надзиратели, поднося большой черпак с водой на длинной деревянной ручке. Семерида, как и остальные пленники, с жадностью пила живительную влагу, несмотря на то что посуда прошла через многих. В середине дня, когда солнце, находясь в зените, стало совсем уж нещадно палить, крысолюди раздали черствые лепешки. Переползая с одного места на другое, Саша следовала за тенью, старательно пережевывая пресный хлеб, искоса поглядывая на заканчивающих свой обед пикси, которые начинали драться за остатки еды, как маленькие беспризорные дети. Проходящая мимо крысиная морда ударил палкой по железным прутьям.