- -
- 100%
- +
Остановились мы перед неприметной дверью, и Макнолин, воспользовавшись нашим состоянием, лихо нацепил на нас широкие металлические браслеты. Не объяснив сие явление, он распахнул дверь и сказал:
– Добро пожаловать в Небесный город!
Ну что сказать? Свое название он оправдывает. Глядя на раскинувшийся на плато город, чувствуешь, будто ты на небе и можешь рукой потрогать облака. Дворец Макнолина располагался в самом центре, а остальные дома – по расходящимся радиусам вокруг него.
Дворец утопал в зелени снаружи и роскоши внутри. Легкие колонны перемежались ажурными решетками, перевитыми виноградной лозой с поспевшими гроздьями. Благоухающие до головокружения клумбы с грациозными статуями танцовщиц между ними. И искрящиеся потоки магии везде и повсюду. Как же мне не хватало этого ощущения наполненности!
Нас поселили на втором этаже. Чуть выше прислуги, но ниже дорогих гостей. Нас не ждали, но мы приперлися, что называется. Показав наши комнаты и предложив привести себя в порядок, воспользовавшись местным гардеробом, сообщили, что за нами через некоторое время придут и проводят на встречу с главой города и советом старейшин.
В наших покоях мы обнаружили уже ожидавший нас обед, приготовленную одежду и такую желанную дверь в ванную комнату. В первую очередь я помогла Винсу смыть мази, промыть его ожоги, затем отпустила его и помылась сама. Выйдя, обнаружила его не лежащим на кровати, как ожидалось, а накрывающим на стол. Ну что ж, умереть от голода нам не грозило. Проверив Рэмлонгом еду, я позволила Винсу начать трапезу, а сама сбегала к Валине и проверила ее обед. В ее напитке я обнаружила легкое приворотное зелье, и мы приняли решение всегда есть и пить вместе. Прихватив безопасную еду, мы вернулись в наши покои. Нам дали достаточно времени пообедать и приготовиться к встрече. Магическим лечением Винса, посовещавшись, решили заняться вечером, после беседы с главой города, тем более что мази и зелья прекрасно справлялись.
Мы шли по путаным коридорам дворца за одетым в короткую белую тунику и широкие белые штаны мальчишкой лет тринадцати. То ли архитектор им попался криворукий, то ли нас водили кругами, чтобы запутать, но путь от наших покоев до зала встречи занял минут сорок. Мне это порядком надоело, а Винс уже устал, хоть и не признавался в этом: его учащенное дыхание и обильное потоотделение говорили мне, что он еще слаб для столь продолжительных прогулок. Наконец перед нами распахнули высокие белоснежные двери и пригласили войти.
На возвышении на резном троне сидел Макнолин. Он себя хозяином, что ли, считает? У нас главы городов скромнее. На ступень ниже расположились несколько таких же возрастных толстопузиков, обвешанных амулетами.
– Добрый день, – вежливо начала Валина. Я не поняла, а чего это наш главный хрыч так на нее пристально смотрит, будто ищет след от начавшего действовать заклинания? Так! Валину ему не видать как своих ушей!
– Добрый, – откликнулись толстопузики. По именам нам их, конечно, представили, но на кой они мне сдались? Задерживаться здесь я не планирую.
– Устроили вас покои и обед? Всем ли вы довольны? – начал самый правый, Ройнин, кажется.
– Благодарим вас за гостеприимство. Все было прекрасно, – присоединился к взаимному расшаркиванию Винс.
– Могу я поинтересоваться целью визита в наш мир? – о, и левый заговорил. – Признаться откровенно, о том, что нас посещали другие разумные расы, мы только в исторических хрониках читали, считая это выдумкой. Да и в существование других миров верится с трудом.
– Ну зачем вы так? Миров необъятное множество, мы даже посетили несколько. А моя жена обучалась в академии именно хождению между мирами, – так как Винсент с детства готовился к таким вот политическим танцам, то и беседу с цветом этого городка мы смело спихнули на него.
– О, как интересно, а расскажите подробнее о том, кто и что из вас еще умеет. Думаю, мы найдем применение вашим талантам в нашем славном городе, – продолжал любезничать левый.
– Спасибо вам за столь щедрое предложение, но мы хотели бы вернуться в свой мир к своей семье, – глядя прямо в глаза Макнолину, твердо произнес Винс.
– Это невозможно, – холодно отрезал наш царек. – Никто из попавших в Небесный город отсюда не уходит.
– Почему вы позволяете себе распоряжаться нашими жизнями? Мы не напрашивались к вам в гости. Помнится, это вы настояли на нашем посещении города! – начала звереть я. Не вернусь я к Валианту. Ага, как же!
Чувствуя, как стремительно начинает охлаждаться воздух вокруг меня, Винс сжал мою руку, пытаясь успокоить, и вдруг мои запястья пронзила жуткая боль, а удар током пронесся по всему организму, погружая в пучину беспамятства.
– Что происходит? – вскрикнула Валина, бросаясь ко мне и принимая мою несчастную головушку на свои колени. Винсент встал, гордо расправил плечи и тоном, не терпящим возражений, потребовал объяснений.
– Понимаете, магией в этом городе, да и мире в целом, пользуются только с моего позволения, – гаденько улыбаясь, ответил Макнолин. – Тех же, кто посмеет нарушить это правило, ждет то же самое, что и произошло с вашей женой. Браслеты на ваших руках – не простое украшение и способ вас обнаружить в любой точке этого мира, это мощнейшие блокаторы магической энергии. Чем сильнее попытка колдовства, тем сильнее наказание. От попытки произнести мощное заклинание можно и умереть.
– Благодарю за «теплый» прием, – Винс поднял меня на руки. – Мы вернемся в свои покои.
Он не спрашивал, а ставил в известность.
– Конечно, конечно, – вновь залебезил левый, – вашей супруге необходимо прийти в себя. А разговор мы продолжим в другой раз.
Глава 11
В то же утро где-то в темной империи происходил взволнованный разговор.
– Как я здесь оказался? Кто вы такие? – вопросы сыпались из Мака словно горох.
– Меня зовут Лакнэль а это мой кузен Саймор, вчера мы пригласили тебя у нас погостить, неужели не помнишь? – не сводя ласкового, как у голодной акулы, взгляда с Мака, представился кузен.
– А зачем вы меня пригласили? – еще сильнее забиваясь в угол кровати и запутываясь в одеяло, спросил Мак.
– Ты очень громко вчера кричал о знакомстве с нашей императрицей не в самых подобающих местах, – продолжал гипнотизировать его кузен.
– И что, вы работаете на императора? – заикаясь, спросил Мак.
– В каком-то смысле да, – твердо ответил Лакнэль.
– И вы сдадите меня ему? Не надо, пожалуйста, я все сделаю, только не выдавайте меня императору, – бухнулся на колени гость.
– Ну-ну, что же вы! Мы не причиним вам вреда и императору не отдадим, если поможете нам в небольшом деле, – поднял мужчину с пола кузен.
– Я все для вас сделаю, – кивал головой Мак.
– Вот и отлично, – похлопал его по плечу кузен. – А пока отдыхай.
Приходила я в себя долго и мучительно. Непрекращающиеся головные боли, периодическое беспамятство, крайне медленное восстановление магического резерва.
– Эля, милая, родная, – услышала я сквозь сон, – вернись ко мне. Очнись, пожалуйста.
– Винс, она уже третий день не реагирует ни на что, – голос Валины просто сочился беспокойством. – Может, уже пора позвать местных целителей?
– Боюсь, они меня окончательно угробят, – проскрипела я.
– Эля!
– Любимая, – хором воскликнули они и бросились меня обнимать.
– Задушите же, – я с улыбкой смотрела в родные лица. – Я вернулась.
– Ты два дня не приходила в себя. То у тебя начинался бред, и ты звала Оникса, то начинался жар, мы еле остудили тебя холодной водой, – рассказывал Винсент, пока я кушала.
– Милый, я в порядке, – погладила я его по щеке. – Магическое истощение всегда тяжело проходит. А этот браслет разом осушил меня. Хоть магии тут и достаточно вокруг, восстанавливаемся мы очень медленно.
Опустошив все тарелки, которые мне подставлял Винс, я сыто зевнула и почувствовала, что меня клонит в сон. В нормальный здоровый сон. Ну и посплю немного. Во сне лучше восстанавливается организм. Я устроилась поуютнее, закрыла глаза и… знакомая пещерка. Давно не виделись.
– Лалинэль… – позвала я.
– Как ты смогла сюда переместиться? – раздался сзади голос, заставивший меня подпрыгнуть.
– Я не перемещалась. Я просто сплю.
– Тогда как ты смогла спроецировать свое тело сюда? Я теперь тебя не только слышу, но и вижу, – она подошла и ткнула в меня пальцем. Как ребенок, ей-богу! – И даже чувствую. Потрясающе!
– Наверное, потому, что сейчас я во дворце Макнолина, – когда я произнесла это имя, Лалинэль прямо передернулась вся, – а там все пронизано магией. Только пользоваться ей нельзя…
Пришлось присесть рядом с ней на пол и пересказать все, что с нами приключилось с момента нашего последнего разговора.
– Почему я чувствую в тебе родную кровь? – внезапно спросила она. Она рассматривала меня, словно удивительную бабочку, пришпиленную к стене.
– Наверное, тебе показалось, ведь я даже не из этого мира.
Я почувствовала, что как будто таю.
– Я просыпаюсь. Я еще приду к тебе и постараюсь придумать, как помочь.
– Просто думай обо мне перед сном…..
Это последнее, что я услышала перед тем, как проснуться. А тут, оказывается, уже утро. Несколько дней прошли в ленивом ничегонеделании. Винс и Валина не позволили мне встать, даже до ванной комнаты носили на руках, и ни на секунду не оставляли одну. А каждую ночь я переносилась в пещеру к Лалинэль. В первые дни она просто просила рассказывать в подробностях обо всем, что я видела за свою не очень продолжительную жизнь. На третий день Лалинэль к моему появлению уже нервно вышагивала по пещере. Почувствовав приближение плохих новостей, я заранее присела на пол и сказала:
– Рассказывай!
– Ты не сможешь снять проклятье с Валианта! – резко остановившись напротив меня, «обрадовала» она.
– Что значит, не смогу? – я аж из положения сидя подпрыгнула от такого «воодушевляющего» заявления.
– Кровные проклятия смываются только кровью наложившего, а вашего Савьела и в живых нет, да и умер он в другом мире. Поэтому с его смертью оно не разрушилось.
– И что, совсем нет выхода? – я не желала верить, что мой сын будет вынужден прожить короткую жизнь без магии.
– Есть, но это может стоить тебе очень дорого.
– Я готова заплатить любую цену за жизнь Валианта, – уверенно подняла я глаза на Хранительницу.
Лалинэль подошла, обняла меня за плечи и усадила обратно. Расположившись напротив меня, внимательно уставившись прямо в глаза, сказала:
– Запоминай. Это мертвый язык, а заклинание сложное. Не знаю, сможешь ли ты с ним справиться. Оно доступно лишь Хранителям и может отнять у тебя не только магию, но и жизнь.
– Неважно. Я готова.
С этого дня каждую ночь Лалинэль учила меня одному единственному заклинанию. Еще никогда так тяжело не давалась мне учеба. Я просыпалась с ощущением, что по мне как минимум потоптался Оникс на пару с Мраком, но была твердо намерена идти до конца.
Спустя неделю мне позволили спуститься вниз и выйти на улицу. Правда, с двух сторон, как приклеенные, шли Винс и Валина. Как под конвоем иду, даже неуютно. Но они и слышать ничего не желали. Пройдя немного вглубь прекрасного парка, мы присели на скамейку напротив клумбы с сиренево-розовыми цветами. Названия их мы не знали, но переливающиеся на солнце лепестки с каплями росы заворожили нас. Такое умиротворение накрыло, затягивая все глубже. Хотелось расслабиться и ни о чем не думать, забыть о проблемах, своем мире, о том, что там ждет Валиант… Что?! Валиант! Я встрепенулась, принялась тормошить Винса и Валину, с блаженной улыбкой уставившихся на цветы.
– Немедленно уходим отсюда. Винсент, бери ее!
Муж, еще не до конца понимавший, что произошло, схватил Валину за руку и потянул сопротивляющееся тело в наши покои. Чтобы окончательно привести их в чувство, пришлось окатить ледяной водой.
– Что это было? – сидя в кресле и вытирая волосы, спросила Валина.
– Кто-то пытался внушить нам желание остаться и забыть прежнюю жизнь, видимо.
– А как ты смогла сбросить наведенные чары? – спросил Винс.
– Валиант! Это то, что я не смогу забыть и оставить. Он мой якорь!
Оставшееся время мы провели в покоях, обсуждая возможности побега из этого «доброжелательного» города и ища способ снять браслеты. Ничего дельного, правда, не придумали. От такого волнительного дня все устали и решили пораньше лечь спать. Как только я коснулась подушки, меня перенесло в уже такую знакомую пещеру.
– Я ждала тебя, – сказала сразу Лалинэль. Запоминать заклинание мы окончили в прошлую ночь, пришлось его еще немного доработать, что отняло остатки сил. Но теперь мы могли немного расслабиться и поболтать.
– Как же ты жила тут все время, пока меня не было? – решила подразнить я ее.
– Очень тяжело. Я хоть и отдаленно, но чувствую свой мир. Его боль. Он зовет меня, нуждается во мне, – смеяться как-то вдруг расхотелось.
– Как мне освободить тебя?
– Иногда ко мне приходит Макнолин, проверить, жива ли еще, наверное. Но Хранителя нельзя убить заточением, только свести с ума. Что ему почти удалось. Если бы ты не появилась, долго бы я не протянула, – я ободряюще пожала ее руку.
– Я размышляла о том, как тебе найти меня, – продолжила собранно Лалинэль. – Надо заиметь волосы и кровь Макнолина и прочесть заклинание памяти. Возьми мои волосы, добавь к его, и тогда нить памяти свяжет нас с ним, а по ней ты найдешь дорогу ко мне.
– Хорошо. Я постараюсь.
На том и порешили. Осталось придумать, как добыть волосы и тем более кровь Макнолина. А утром нас ждал сюрприз. Возле дверей появилась охрана. Да, на любые прогулки мы теперь ходили с сопровождением.
– Нас слушают и за нами постоянно следят, – вечером того же дня в ванной я сказала на ухо Винсу. Пришлось устроить целое представление, чтобы затащить его в ванну с собой. Что-то с ним сегодня не так: обычно он охотно разделял со мной купание. Я обняла его, уткнулась носом в ухо, а руками перебирала волосы над воротником рубашки. Вдруг под пальцами я почувствовала укол магии. Стянув с сопротивлявшегося Винса рубашку, распорола воротник и нашла вшитую иглу, искрившуюся магией. Иглу я бросила в камин, а муж вроде очнулся, судя по крепким объятьям, грозящим переломать мне ребра. Надо быть внимательнее и осторожнее. Не нравятся мне эти игры.
С этого дня, осторожно предупредив Валину, мы вели себя тише воды ниже травы. Сидели в основном в наших покоях, изредка выходя в парк. Мы ждали случая разжиться волосами и кровью Макнолина. Только ждать пришлось долго. Практически целый месяц бездействия и ожидания. Только мысли о сыне да ночные беседы с Лалинэль не давали отчаяться и наделать глупостей.
На дело пришлось снарядить Валину. Этот наш царек местного розлива иногда присылал Валине цветы, милые безделушки, большинство из которых оказывалось на дне коробки сразу при получении: ведь все было пропитано магией обольщения и подчинения. Только цветы были чисты: им хватало природной красоты для произведения впечатления. И вот день икс настал. Макнолин пригласил Валину пройтись по саду и лично посмотреть, где и как выращивают цветы.
Подсмотреть за нашими голубками не представилось возможным, а, вручая мне по возвращении спутанный клок волос и платок с каплями крови Макнолина, Валина тактично, но твердо отказалась выдать подробности их прогулки. Мы удостоились убийственного взгляда из-под бровей, грозного рыка, что никогда больше она не приблизится к этому вонючему слизняку ближе, чем пара длин дракона. Говоря это, наша всегда спокойная и уравновешенная душка Валина только что копытом не била, а из раздувавшихся ноздрей почти валил пар. Это что же такого должен был сделать наш царек-то? Я ж от любопытства с ума сойду. Надеюсь, скоро Валина все расскажет сама, и к ней не придется применять пытки щекотанием.
Глава 12
Сходить на еще одну прогулку Валине все же пришлось. После нескольких дней уговоров и обещания даже сквозь боль отнять у нее заклинанием обоняние.
Пытки все же применять не пришлось. Наша красавица сама раскололась. Оказывается, идя на свидание, Макнолин облился парфюмом, в основе которого вытяжка из корня мандрагоры, а Валина на дух не переносит ее запах. Хоть и стоит такой парфюм баснословных денег, впечатление Макнолин окончательно испортил своими стараниями. А уж его мокрые лобзания рук кузина Винса без содрогания и вспоминать не может.
Испытывая мучительную боль – заклинание все же не самое простое, я отключила Валине нос на пару часов и благословила на очередной подвиг. Она должна была узнать, где находится лаборатория. Хоть самая завалящая. Вот и придумала Валина попросить Макнолина показать, где делают такие «потрясающие» духи.
Все прошло на удивление без проблем. Лаборатория оказалась за оранжереей, и даже вход в нее никто не охранял, что позволило нам быстренько сделать вытяжку из крови на платке, соединить с волосами и прочесть заклинание.
Крались мы по коридорам под бледное освещение луны, заглядывавшей в окна, и полнейшей тишине. Приходилось осторожно переставлять по начищенному мрамору замотанные в лоскуты одного из моих платьев ноги. Поймав ощущение от магии по крови Макнолина, я четко вела нас вниз к лестнице в подвал. Каково же было наше изумление, когда мы уперлись в стену, хотя по всем ощущениям путь вниз был именно здесь. Зато стало понятно, почему никто его не охраняет. Его же не видно. А любое применение магии било разрядом тока, и это было больно. Винс не понял моей заминки, а общаться мысленно мы не умели. Стараясь не шуметь, я стала обшаривать стену. Сегодня удача была на нашей стороне. Нажав на один из завитков барельефа, я почувствовала легкий щелчок, и дверь бесшумно скользнула в сторону. Надеюсь, обратно мы вернемся так же незаметно. Спускаться пришлось в кромешной тьме, придерживаясь за стену. Шагнув с последней ступеньки, мы оказались перед входом в темный лабиринт. Если бы не четко ведущий след, мы, наверное, никогда бы не нашли дорогу. Спустя бесчисленное количество поворотов мы вышли в круглый зал, в центре которого над глубоким колодцем висела арфа Хранительницы. Вокруг нее мерцал охранный контур, и если я правильно понимаю, любая попытка взломать его – и арфа канет в яростно ревущее пламя колодца. Он что, ведет прямо в бездну, что ли? Перейдя на магическое зрение, я стала рассматривать затейливое плетение заклинания. Вот навертел кто-то! Но что же так неаккуратно концы-то пообрывал? Присмотревшись, я поняла, что защиту накладывали несколько магов. Каждый свою стихию. Вряд ли они ожидали меня такую всю талантливую здесь. Аккуратно подхватив кончики нитей заклинания, потянула на себя и, пустив по пальцам энергию всех стихий, но не позволяя вырваться – кому же охота корчиться от удара током! – не мудрствуя лукаво, стянула всю защиту на колодец. Заклинания льнули к рукам, словно котята, выпрашивающие ласку, чувствуя родную энергию. Ощущая лишь небольшие покалывания от браслетов, я позволяла лишь намек на магию. Как только я сняла кокон, Винс подхватил арфу и тут же бросил ее на пол обожженными руками.
– Что за…? – начал он.
Я быстро закрыла ему рот ладошкой и знаком велела двигаться за мной к выходу. По пути подцепила арфу на скрученный шарф и, не касаясь ее руками, привязала, как мешок, на спину. Руки мне нужны были свободными на случай непредвиденных ситуаций.
Повесив арфу на спину, я почувствовала исходящее от нее тепло, но не обжигающий жар. А еще она меня тянула к противоположной от входа стене. Подойдя вплотную, я увидела лишь сплошной монолит породы и никаких намеков на дверь. Но арфа была очень настойчива, толкая меня вперед.
– Винс, а давай я попробую усилить тебя магически, и рискнем сдвинуть или сломать стену, – попросила я.
– Эля, я, конечно, ничуть не сомневаюсь в том, что ты знаешь, что делаешь, но, может, объяснишь, зачем? – с присущим ему спокойствием ответил Винсент. – И ты не забыла, что колдовать здесь чревато? В прошлый раз ты два дня встать не могла от головной боли.
– Ох, не спрашивай, я просто чувствую, что арфа требует попасть за эту стену. Наверное, там ее Хранительница.
– Кто????
– Давай я тебе подробности попозже расскажу, в более располагающей к откровенной беседе обстановке. Иди сюда, – поманила я мужа.
Подойдя ближе и взяв меня за руки, Винс был готов к любым моим выходкам, демонстрируя полнейшее доверие. Я же, приготовившись к сильнейшей боли от удара током из браслета, призвала силу и направила ее по рукам к мужу. Почувствовав, как перетекает сила, я распахнула глаза, удивленно осознав, что боли нет.
– Наверное, арфа блокирует действие браслетов, ничем иным отсутствие боли я объяснить не могу, – ответила я на изумленный взгляд любимого.
Передав ему достаточное количество силы, я разорвала контакт и отошла, позволяя моей сильной половине разобраться со стеной. Подойдя вплотную к проблеме, приложив к ней руки, Винс сильно надавил, да так, что вздулись все мышцы, проступили вены и пот потек ручьем. После нескольких титанических попыток сдвинуть стену послышался скрип, и она подалась, явив нашему взору маленькую пыльную пещерку и съежившуюся в углу Хранительницу. Я подбежала к ней, схватила за руку и пыталась поделиться магией, но услышала тихое:
– Арфа…, дай арфу…
Я сдернула со спины загадочную арфу, распутала ее и сунула в обессилевшие руки Ланинэль. А дальше было чудо. Иными словами произошедшее и не опишешь. Оказавшись в руках Хранительницы, арфа засияла нежным голубым светом, по пещере разлилась изумительная мелодия, и я почувствовала, как меня наполняют сила и свет, как затягиваются ранки и осыпаются пеплом блокирующие браслеты. А посреди пещеры стоит изумительно прекрасная женщина. Невысокая, ладно сложенная, в струящемся, словно водопад, платье, перехваченном пояском под полной грудью. Крупные белоснежные локоны доходили до тонкой талии, а зеленые миндалевидные глаза с задорной хитринкой весело блестели. Она глубоко вздохнула и, стремительно шагнув ко мне, обняла, прижав к себе.
– Спасибо тебе, дитя! Огромное спасибо! – и исчезла в веере брызг почему-то соленой воды.
– И кто это был? – спросил, отряхиваясь, Винс.
Почувствовав, как вокруг разливается живительная магия, я сотворила вокруг нас купол и ответила:
– Это Ланинэль, Хранительница этого мира, – и я пересказала мужу все наши встречи во снах.
– А ты заметила, что вы с ней похожи? – задал вдруг вопрос Винсент. – Особенно глаза.
– Да перестань, – отмахнулась я от него. – Давай лучше выбираться отсюда, пока нас не хватились.
Глава 13
– Ты уверен, что это не Ее императорское высочество Элина сейчас присутствует на совете старейшин? – уточнили Саймор с Лакнэлем, прижав Мака к стенке.
– Абсолютно уверен, – твердо ответил Мак, не опустив глаз. – Элина живая, хотя немного застенчивая, а эта…. Не знаю, как описать. У этой в глазах тьма и смерть.
– Скройся, чтоб никто тебя не видел. Понадобишься – сообщим.
Мак коротко, но почтительно поклонился и исчез из поля зрения друзей-кузенов.
– Это крайне интересная информация, друг мой, и за нее можно получить кучу золота, – задумчиво потирая пальцем подбородок, сказал Лакнэль.
В то же время в зале старейшины практически единогласно утвердили Ранбета в статусе главы совета. А в отсутствие императора это практически неограниченная власть.
– Надо бы присмотреть за ним и его сынком, – сказал тихонько Амрел сидящему рядом Асину.
Клея решительно не желала одна принимать важные для целой империи решения, а у Асин, Шаднора и Амрела был опыт. И самое главное – им доверяли Эля и Винс. Вот, сыграв на том, что после исчезновения императора она должна заботиться о наследнике, Клея и привлекла их к участию в совете и помощи в управлении.
Путь обратно до своих покоев мы преодолели легко и быстро. Сдерживающих магию браслетов у меня не было, поэтому путь через лабиринт я нашла легко, ориентируясь по магическим маякам на стенах, а в Винсе еще бурлила переданная сила. И всю дорогу от пещеры до наших покоев я проделала на руках мужа, а он бегом. Не успели мы устроиться поудобнее на кровати, как в дверь настойчиво постучали, да и в коридоре слышалась какая-то беготня. Винсент встал, открыл дверь, и к нам бесцеремонно ворвался Макнолин.
– Вы здесь? – задал он вопрос. Как будто это не очевидно. Обшарил комнату глазами и впился взглядом в браслеты на моих руках, благо я заранее наколдовала иллюзию их присутствия.
– А где же нам быть ночью? – ответила я, зевая. – А что происходит? Что за паника?
– Ничего, – рявкнул он в ответ и вышел, хлопнув дверью.
Где-то, наверное, с неделю во дворце царила нервная тишина. Макнолин сорвался куда-то после посещения нас ночью, и когда он вернется, никто не знал. Мы же использовали это время, чтобы отдохнуть, восстановить силы и исследовать дворец и город на плато на предмет того, как бы нам отсюда скрыться поскорее. В один прекрасный солнечный день мы сидели с Винсом на скамье в парке, и вдруг я почувствовала, как кто-то сносит все мои ментальные щиты. Напрячься и отреагировать не успела. В мои мысли ворвался вопль Оникса: