Фиолетово черный

Ядвига… Ядвига… Ядвига…

И вдруг его пронзила молния. Ядя, Ядвига. Шквал эмоций, смесь из разных чувств заполнили его умирающий мозг. Воспоминания обрушились на него такой большой холодной волной, что он схватился за кресло, а после облокотился на стол, чтобы его не штормило, и в конце концов просто рухнул в кресло, успокаивая своё прерывистое дыхание:

– Господи, Ядвига!… Ядя! Господи…

И тут же Её глаза заполнили его мир. Два огромных чистых топаза смотрели на него из 2009 года.

Она смеялась, и на её щеках появлялись две очаровательные ямочки. Шатенка с длинными вьющимися волосами, она была похожа на богиню, богиню страсти, умопомрачительного желания. И тут Анатолия окунуло, утопило в его прошлом, словно он падал на дно, на дно времени и даже не пытался сопротивляться, даже не вздрогнул.

Он работал тогда в лаборатории «МОК» (московской ореховой компании) электромехаником. Это было превосходное, доброе время…

2009, июль

В лаборатории было душно. Сняв с себя майку, Толя продолжал ремонт. Вот тебе и новое оборудование, вот тебе и импорт… всё летело к чёртовой матери, всё оборудование, вся техника. Жара. От этой духоты, которая резко нависла над городом, постоянно хотелось пить, но два года в армии не прошли даром. Толик налил себе из кулера холодной воды и сделал два жадных глотка, от ледяной жидкости у него заломили зубы. Всё, норма. Прапорщик Зверев (кстати, очень подходящая фамилия) разрешал бойцам наполнять свои фляги только раз в сутки и строго следил за расходом каждой, ну а если кому не хватало воды до утра, засыпали с пересохшими губами, а на следующий день были намного экономнее. Вот так вот, служить в ВДВ непросто, а Толя это знал не понаслышке.

Запах поджаренных орехов перебивал аромат готового обеда, шедший из столовки, и желудок молодого механика заурчал, едва тот подумал о еде. Отбросив в сторону уже испачканную майку, Толик решил, что ремонт подождёт, а вот с обедом и желудком шутить нельзя.

Ореховая компания, совсем недавно обосновавшаяся, сейчас переживала подъём, и было приятно осознавать, что любого работника тут ценят. Деятельность была хорошо спланирована, следовательно, компанию ждёт успех, а что ещё нужно парню, который только вернулся из армии и жаждал покорить весь мир. Для начала было неплохо устроиться и на такое место.

Толя вышел в длинный коридор, который заканчивался столовой. Огромная комната была выполнена в светлых тонах, что поднимало аппетит, атмосфера тут говорила о дружном коллективе, о хороших, может, так только казалось, отношениях между начальством и рабочими. И Толя по всем параметрам был доволен такой работой.

– …Да? Зайцев? – грубый голос администратора по кондитерскому цеху вывел его из задумчивого состояния. Молодой человек растерянно посмотрел на высокого, широкоплечего начальника, Андрея Григорьевича, суровое лицо которого всегда предвещало бурю среди ясного дня.

– Что? – робко переспросил механик. Он побаивался его, хотя ещё никогда не сталкивался с ним и не получал «по шапке», чем и вызывал зависть остальных сотрудников. Пожалуй, это единственный начальник, который был чрезвычайно строг, и даже поговаривали о его неудавшейся карьере, очевидно, из-за которой он и стал таким вот придирчивым.

– Я говорю, ты, как всегда, витаешь в облаках, в столовую собрался?

– А… да…

– Ну, иди, иди…. Там уже почти все разошлись… а я вот новому сотруднику наши плантации показываю…

Только тут Толик заметил, что Андрей Григорьевич стоит не один, вот уж правда, Толик всегда витает в облаках. Сначала он увидел голубые глаза, они растворяли, гипнотизировали любого, кто попадал под их чары, кто хоть один раз позволил себе окунуться в них, не побоявшись остаться там навсегда. Толик позволил. Её кудри, чёрные, весёлые завитки спускались по белому рабочему халату, окутывая плечи, спадая по спине и игриво пружиня по двум выпуклостям. Разрез рабочего халата лишь прикрывал её грудь, и давая волю фантазии, можно было лишь представлять, насколько она идеальна. На шее, игриво касаясь её груди, висел медальон, необычный камень фиолетово-черного отлива. Он весьма ей подходил, но Толик никогда в жизни не видел такого странного камня, хоть и не был геологом. Белое и черное создавали необыкновенный контраст, сочетание добра и зла, плохого и хорошего. Тонкий изгиб бровей подчёркивал изящество её лица, лица богини, лица неземной красоты.

– Ядвига… Ядвига Заирова… Это оператор и, кстати, в твоём зале. Так что все вопросы будешь задавать теперь ей, а меня больше не трогай… я, ей-богу, устал от твоих вопросов… – он засмеялся и подмигнул Ядвиге. – Очень талантливый мальчик, но уж очень много у него вопросов…

Толик понял, что дальше стоять разинув рот он не может, поэтому, спасая положение, протянул руку Ядвиге:

– Толя… Анатолий … – господи, ну и кожа. Какая у неё кожа! Словно бархат коснулся загрубевшей руки Анатолия. Холодок пробежал по спине механика.

– Ты ещё отчество назови с родословной… – усмехнулся Андрей Григорьевич.

– Николаевич… – тут же отреагировал он.

– Ядвига… Ядя, – голос её был слегка хрипловат. Она открыто улыбнулась, показав ряд маленьких зубов, словно нить жемчуга. – Можно я буду вас называть просто Анатолием, без отчества?

– Толя… вы можете называть меня просто Толя…

– Ну, вот и познакомились… – Андрей Григорьевич слегка подтолкнул Ядвигу вперёд, давая понять, что разговор закончен. – Сегодня как раз всё и обсудите на смене, кто кого и как будет называть, у вас смены совпадают… А сейчас мы с Ядвигой пойдём в наш обычный цех, который мы, между прочим, называем «шквальным», там работы уйма, просто заваливают… особенно когда…

Андрей Григорьевич уводил Ядвигу всё дальше и дальше, оставляя Толю глупо пялиться им вслед.

ГЛАВА№3

– Па, мне не нравится твоё состояние. Галл говорит, что ты не вышел за сегодня из своей комнаты ни разу…

– Ну ты же был сегодня утром, больше мне незачем спускаться вниз…

Анатолий Николаевич сидел всё в той же позе, которую принял час назад, облокотившись на широкие резные подлокотники, удобно уложив голову, он восседал над широким рабочим столом. Его глаза были прикрыты и поэтому он не сразу уловил изображение своего сына. Телефонов не было в помине уже лет 40, их заменила многофункциональная антенна, в одну из функций которой как раз и входила фоно-видео связь. Ребёнку, как только он покидал утробу матери, вводили в кору головного мозга микрочип, эту самую многофункциональную антенну. Она была уникальна. Ещё одно изобретение человечества. Любая болезнь, любой вирус распознавались на стадии развития, и информация передавалась на личную карту пациента. Его тут же госпитализировали. Антенна связывала людей, отодвигая на второй план мобильные телефоны. Помимо фоновой связи, в кору передавались и видеоизображения, которые проецировались в сознание человека, и он мог видеть своего собеседника, даже открыв глаза. Дополняла это чудо техники телепатическая передача информации. Теперь разговор был мысленный. Кстати, и сила человеческой мысли была теперь развита, и развить её не составляло никакого труда, всему этому обучали в начальной школе, а к выпускному классу формировался обычный человек 22-го века. Вот тебе и звони, сколько хочешь, сим-карту менять не нужно, твой номер остаётся твоим на протяжении всей жизни, ну, а захочешь номер поменять – пожалуйста, специалисты с «Мобил ком+» установят всё очень быстро, и займёт это не больше 10 минут. Это всё было удобно, удобно и вредно. Всё в этой жизни было вредно, человек перестал существовать таким, каким его создал бог. Он был напичкан всякими чипами, проводами, микроволнами…

Однако криминал действительно удалось побороть, его теперь практически не осталось. Всё благодаря этим вот микрочипам и микроволнам.

– Па, ты не волнуйся… Я нашёл выход… У нас 11 дней и несколько часов. Завтра я встречаюсь с главным врачом креативной клиники, мы тебя заморозим…

Перед глазами Анатолия Николаевича появился высокий плотный мужчина в белом халате и чепце, он доброжелательно раскинул свои объятия, приглашая войти в медкабинет. Теперь стало ясно, куда так торопился сегодня утром Гоша, у него была первая бесплатная консультация, и он передал изображение отцу. Что ж, смелый поступок. Анатолий Николаевич с издёвкой усмехнулся и подумал о шикарных похоронах, на что тут же отреагировал сын:

– Прекрати, я открою глаза и не буду смотреть твой бред! Послушай меня, па… ты пролежишь всего несколько лет в крио-камере, а потом, когда наука достигнет высшего пилотажа, мы разморозим тебя… Поверь мне… Доктор мне приоткрыл завесу медицинской тайны, разработки этого вопроса уже вовсю обсуждаются в верхах… Осталось ещё чуть-чуть, и новый прорыв, новое открытие…

Анатолий открыл глаза, чем разорвал видеосвязь:

– Гоша, ты просто боишься смерти. Поверь, через несколько лет ты сам поймёшь, что больше ничего не хочешь… оставь меня… дай мне отдохнуть…

– Па… я завтра заеду, и мы решим этот вопрос…

Связь была прервана.

2009, июль

– Ты сама говорила, что это просто… – Толя посмотрел на часы. Ровно половина третьего ночи. Ядвига, сидя за пультом видеонаблюдения, звонко рассмеялась:

– Я говорила, не спорю, но ведь ты же не такой дурак, чтобы верить женщине на слово?

Речь шла о свидании. С их первой встречи прошло чуть меньше месяца. Уже тогда молодой человек уловил в себе первые приступы влюблённости. Они были подобны солнечному ясному дню, когда светило солнце, в небе щебетали птицы, и мир казался прекрасным, как и всё вокруг. Он почувствовал это, но боялся себе в этом признаться. Однако Толя всё-таки смог побороть в себе эти чувства, отчего ему самому стало легче, ведь ревнивая Светлана всегда была начеку. Он любил Свету. Любил её глаза, любил её запах, её смех, любил то, что она делала для него. И вдруг его прошибло, словно током, вдруг спустя сто лет он понял, что позволял любить себя, отчего и был счастлив с ней. Он просто позволял ей любить себя. Сам, конечно, тоже любил её, но по-своему, какой-то своей, странной любовью! Он позволял ей утешать себя на груди, словно матери, утешающей своё дитя, и она всегда открывала для него объятия, свои прощающие, ласкающие и любящие объятия! Откровение, постигшее его, так возбуждало полумёртвый мозг, что Анатолий Николаевич попросил Галла принести ему марсианской витаминизирующей воды. Её часто привозил с Марса командированный Гоша. Она действительно была лечебной, наполняющей живительной бодростью. Её открыли в 2014 году, когда исследовали четвертую планету солнечной системы и случайно наткнулись на грунтовые воды. Поначалу её доставали за бешеные деньги, но потом она стала доступна всему населению Земли.

– Я продолжаю настаивать, мне кажется, что нам будет, о чём поговорить! —

Толик сидел на высоком стуле напротив пульта управления, и ему была открыта великолепная панорама расстёгнутого рабочего халатика Ядвиги. Панорама двух вздутых холмиков, таких пышных, таких воздушных, что Толик едва смог утихомирить то снова нахлынувшее чувство, с которым он почти справился за целый месяц.

– И о чём мы будем говорить? – Ядвига играла с ним, он видел это, чувствовал.

Анатолий не был обделён вниманием со стороны женского пола, женщины и он сам были довольны его внешностью, умом и умением вести любовные дела. Он был галантен, деликатен, практически честен и чертовски мил, вот секрет его успеха на любовном фронте! Однако свой выбор он уже сделал. Светлана была его второй половиной, но вот с влечением к Ядвиге он пока ничего сделать не мог.

– Ядя, мне не верится, что с тобой можно попасть в нелепое молчание!

Ядвига сдвинула кудрявый локон со лба:

– Как ни странно, но мой муж такого же мнения!

Пощёчина! Удар ниже пояса! Его, как щенка, поставили на место, укротили. Он знал, что она несвободна, он это чувствовал, но в их разговорах это было что-то вроде неозвученной договорённости, никто из них двоих не говорил про свои вторые половинки. Сегодня, сейчас это прозвучало как предательство. Именно сегодня он решился на первый шаг, именно сегодня он хотел пригласить её прогуляться по тихой набережной Москвы-реки. Он ничего не хотел, а она никогда не давала повода. Их разговоры текли по возбуждающей бурлящей реке, но только и всего. И именно сегодня он ощутил нехватку её, как воздуха, её недостаточность в нём, в его крови и, не умея отступать, он решил идти напролом. Что ж, милая леди, вы хотели остудить, осадить? Кого? Молодого, энергичного, знающего толк в женской логике человека? Человека, который моложе вас на 7 лет, который может вам показать мир, полный любви и страсти? Вам, которая утонула в семейной жизни и не разу не вкушала вкус измены (а это, поверьте, мужскому глазу заметно сразу). Ну, что ж! Вы только поддали огня, жару!