Пустая карта. Уравнение измены
- -
- 100%
- +
В вестибюль Арены уже заходили дети с родителями. Мальчики – на хоккей, девочки – на фигурное катание. На стоянке, рядом с белым фордом, стояли невысокий коренастый мужик и щуплый мальчик лет восьми. Мужик никак не походил на того, вчерашнего из парка, номер один.
Да, Мария Васильевна! Стоило мужу отвернуться на минутку и ослабить внимание, к вам уже очередь выстроилась, как в мавзолей.
Витольд не стал сам себе уточнять, что минутка растянулась на два года, а отсутствие внимания свелось к полному безразличию. Стрельникова душили ревность и злость. Он всегда знал: что бы ни случилось, Мэри его дождется, как верная Сольвейг. Оказалось, ошибался!
Витольд держал Еву за руку. Дочка приплясывала и болтала без умолку. Леня шел с другой стороны, нес сам спортивную сумку и ворчал на сестру:
– Вот ведь болтушка! Зачем ты ее только с собой взял! Она тебе не даст тренировку посмотреть.
– Зато не разбудит мать, – отрезал Витольд и отрывисто бросил сыну: – Как давно этот тип к нашей маме клеится?
– Сначала Гордея бабушка на тренировки водила. И с нашей Эльзой познакомилась. Потом, когда меня мама водить стала, бабушка у них заболела вроде. И его отец…
– Леня, когда?
– Так я же и говорю. Полгода назад, не больше, отец с ним ходить начал. А на прошлой неделе цветы приволок. Хорошо, что ты вовремя вернулся!
«Действительно! – мысленно хмыкнул Витольд. Но горечь в словах сына и понуро опущенные плечи заставили задуматься. – Что же пережил этот маленький мужичок с моим уходом? Наверное, истерикам Евы я тоже виной? Погулял, нечего сказать».
В знакомом вестибюле толпился народ. Дети всех возрастов, тренеры, взрослые спортсмены. Десять лет подряд он ходил сюда почти каждый день. Он тогда не мыслил без тренировки не единого дня. Синяки становились привычным делом, переломы тоже.
– Какие люди и без охраны! – окликнул Коля Загибин, игравший когда-то в его команде, теперь Ленькин тренер.
Обнялись, щеками потерлись, руки пожали.
– Давно тебя не видел на Арене, – протянул Коля.
– Некогда было, – лениво ответил Витольд. – Как смог, сразу пришел.
– Ну и молоток! – радостно сказал Коля и, ухмыляясь, добавил:– Глянь, вон Серега Архипов притащился. Может, сегодня какой день встречи, а я не знаю?
Сергей быстро шел к ним, но то и дело вертел головой по сторонам.
– Маша где? – рыкнул, не здороваясь.
– И тебе здрасьте, братан! – разулыбался Коля. – Идите через служебный вход на тренерскую трибуну, покалякаем! – И громким строгим голосом объявил:
– Так, пацаны! В раздевалку! Тренировка через пятнадцать минут! Не опаздывать!
Глеб Тимофеев чувствовал, как накатывает ярость. Хорошо хоть, очередной веник не вытащил из машины. Он издалека видел, как подъезжает к стоянке Марусин серебристый туарег и уже собирался приветственно посигналить или поморгать фарами, но машина свернула к другому шлагбауму. Из окна водителя показалась большая мужская рука с зажатыми в пальцах синими корочками, волшебным образом открывающими путь на почти пустую служебную парковку. Он немного завозился около багажника, поэтому увидел только со спины Марусиного мужа. Высокого крепко сколоченного мужчину с коротким ежиком волос. Дети шли рядом и чуть не прыгали от радости. Вернее, Ева прыгала и приплясывала, а Леня смотрел на отца во все глаза и даже головы не повернул поздороваться.
В вестибюле начался ажиотаж. К Стрельникову-старшему подходили люди, одни уважительно здоровались, другие по-простому, без церемоний, кидались обниматься. Ясно, что отец Лени Стрельникова сюда пришел не в первый раз, со многими знаком. Даже тренер Николай Юрьевич, к которому и на хромой козе не подъедешь, улыбался во весь рот и радовался, как мальчик.
– Смотри, вон видишь, мужик стоит рядом с Загом! – услышал Глеб позади себя басовитый голос. – Это сам Витольд Стрельников, капитан нашей сборной в восемьдесят восьмом! Они тогда еще чемпионат среди юниоров выиграли.
– Да, легендарный мужик!
Через служебный вход не пошли. Витольд сослался на Еву, которая начнет бродить среди рядов и мешать вести тренировку.
– Я не понял, где Маша? – недовольно спросил Сергей, когда поднимались по лестнице вместе с другими родителями к трибунам.
Витольд заметил краем глаза идущего прямо за ними неудачника-воздыхателя, папашу какого-то там Гордея.
– Мэри дома в койке спит, – фыркнул Витольд грубовато, но достаточно громко. Мужик услышал. Дернулся.
– Полночи заснуть не могли. У нас Ева куксилась, – словно об обыденном деле поведал Витольд.
– Сейчас и не скажешь! – улыбнулся Сергей, умильно глядя на племянницу, восседавшую на руках у отца. – Может, пора на третий заход? – осведомился он, ухмыляясь.
– Думаем, – осклабился Витольд. Они вышли на трибуну и по привычке направились вниз, ближе ко льду. Куда делся мужик, Стрельников не заметил. Он уже сказал все, что требуется. Мэри – его жена, руками не трогать!
Ото льда веяло холодом. Витольд с трудом натянул носки и кофту на нежнейшее создание, которое они породили с Мэри. Голубые глаза, белые локоны. Берегись, мужской люд! Одно слово, Ева!
Дочка отправилась гулять по пустым рядам и прыгать на ступеньках. Внизу на льду мальчишки готовились к разминке.
– Ты правда вернулся к Маше? – строго поинтересовался Сергей.
– Да, вчера. Ночевал уже на Суворовской.
– Она пустила тебя?
– В семью – да. К себе – нет, – скривился Витольд.
– Хорошо, хоть так! Как камень с души, – проговорил Сергей. – Наши знают?
– Родители? Понятия не имею! – хмыкнул Витольд, пожав плечами. – Хотя в нашей с тобой большой семье новости распространяются слишком быстро.
Сергей засмеялся.
Витольд посмотрел на дочку, которая все еще прыгала вверх и вниз. Долго это не продлится. Скоро ей это надоест, она замерзнет и придет к нему греться. Лучше поговорить до ее прихода, дабы маленькие ушки не дали потом повод язычку сболтнуть лишнее.
– Мэри спрашивала про Лиду, – сказал он тихо. Сергей напрягся.
– Что?
– Хочет разобраться в той истории.
– А ты?
– Я ведь могу рассказать только официальную версию, – пожал плечами Витольд.
– Я тоже, – недовольно хмыкнул Сережка и полез за сигаретами. Занервничал. Поняв, что курить в помещении нельзя, сунул пачку обратно в карман.
– Я вообще ничего не пойму, – пробурчал Витольд. – Откуда взялась эта тема? Неужели моя жена видится с этой дрянью?
– Навряд ли! Но я поинтересуюсь!
– Есть коны?
– Да, – самодовольно заявил Сергей. – Я специально плачу тетке в доме напротив Лидкиного. Та, если что, позвонит мне.
– Она видела Мэри? – насторожился Витольд. – Если видела, когда?
– Давно мне не звонила. Я сам вечером побеспокою.
– Если Чапай узнает, Мэри попадет. Интересно, а мамОля общается с Лидкой?
– Скорее всего, нет. Мама без ведома отца на улицу не выйдет. А поехать на другой конец города, даже с Никитой, без спросу не осмелится.
– Вот у кого нужно мастер-класс брать, как держать семью в строгости. Правда, сам Чапай никогда не гулял. Моногамный черт.
– Не смеши мои сандалии, – усмехнулся Сергей. – Нора с ним разошлась из-за этого. Твой моногамный тесть такие творил чудеса по всему городу Ленинграду! Это когда он уже маму встретил, у него почти весь запал прошел. Тихий и смирный стал. Правда, всех нас гонял, кроме твоей Мэри!
– Теперь я его понимаю, – удрученно заметил Витольд, кивая на Еву, бежавшую к нему между кресел.
– Спасибо, что жену на работу устроил.
– Это не я, – усмехнулся Сергей.
– Тогда кто? – изумился Стрельников. – Она отказалась от моих денег, представляешь?
Архипов пожал плечами, словно давая понять: а что ты хотел, брат?
– Все гораздо хуже, чем я думал. Машка – кремень, дочка Чапая! – гордо заявил он.
– Все мы его дети, в той или иной степени, – философски заметил Витольд.
– Да! Но именно тебе придется обратно жену возвращать. А это трудно. И тут я тебе не помощник. Ты мою сестру сильно обидел.
– Ты всегда с ней нянчился! – фыркнул Витольд.
– Я и сейчас это делаю, только она не знает, – буркнул Сергей.
– Кстати, ты сегодня чего пришел в Арену? А, Серый? – заинтересовавшись, прищурился Витольд.
– Мне Колька доложил, что тип один к моей Маше клинья подбивает. Я и решил глянуть.
– Какой?
– Шел за нами по лестнице. Но ты же и сам знаешь.
– Да, Ленька сообщил.
– Мужская солидарность, – хмыкнул Сергей. – Почему в Барселону не поехал?
Витольд не стал отвечать.
Прибежала замерзшая Ева и уткнулась отцу в плечо. Витольд обнял хрупкое тельце, прижал к себе, прошептал на ушко:
– Ева, доченька, как же я люблю тебя!
– Я жнаю, – звонко заявила дочка и радостно чмокнула отца в щеку. Поцелуй вышел быстрый и слюнявый. У Витольда на глаза навернулись слезы.
Глава 5
– А чего ты гадаешь? – пробурчал Сергей, как только Ева отошла. – На Машкиной машине стоит gps. Можно отчет сделать и посмотреть, куда моя сестра катается.
– Даже не подозревал, что у нее машина таким девайсом оборудована.
– Это против угона. Самая угоняемая модель. Вот и поставили. В бардачке как таблетка приклеена. Сразу не отыщешь. Зато автомобиль найти можно.
– Мэри знает?
– Естественно, – передернул плечами Сергей. – Сейчас сформирую.
– У тебя есть доступ?
– Да, Машка сама дала. На всякий случай.
– Давай! Хочу понять, где находилась моя любимая вчера днем, – жестко велел Витольд.
Серый пощелкал пальцем по экрану смартфона. Закрутился зеленый диск. Витольд посмотрел на лед, где его сын уверенно перехватил шайбу у какого-то мальчишки.
– Тимофеев, как клюшку держишь? – завопил с тренерской лавки Загибин. – Это тебе не палка для слепых!
Витольд усмехнулся тренерской шутке и внимательно глянул на руки проезжавшего мимо мальчишки, неумело держащего в руках клюшку.
– Стрельников, – заорал тренер. – Веди шайбу! Нижнюю руку не сгибай. Сколько говорить можно!
Витольд залюбовался сыном, отрабатывающим технику бросков.
«Как и я когда-то», – подумал он печально и обернулся к Архипову. Сергей понажимал еще на кнопки и протянул мобильник.
– Смотри, машина четыре часа стояла на Театральной улице. Значит, Маша к Катерине в гости ездила…
– Ну да. К Катерине, – пробурчал Витольд, прикидывая в уме, что лучшая подружка Мэри живет в трех кварталах от центрального парка.
«Красивая комбинация, Мария Васильевна», – в сердцах подумал он и словно опомнился.
– А где Ева? Ты ее видишь, Серый?
Дочки нигде не наблюдалось. Витольд переполошился не на шутку.
– Куда она деться могла? – Он в замешательстве потер голову. – Бежим по арене, – предложил он Архипову и, не дожидаясь ответа, понесся по рядам направо. Сергей, тут же подскочив, побежал в противоположную сторону. Как когда-то на тренировках. Сколько они тут бегали по ступенькам? Вверх на одной ноге, а вниз на другой. Сколько раз Юрьич, их незабвенный тренер, заставлял наяривать круги между рядами? Но сейчас Витольд, насторожившись, словно дикий зверь на охоте, быстрым шагом обходил арену по периметру, высматривая свою ненаглядную дочку. Страх подкатывал к горлу, и затылок немел только от мысли, что если они с Серым встретятся снова, но так и не найдут Еву. Что он скажет Мэри? Как объяснит, что не уследил?
Сергея Архипова исчезновение племянницы не удивило. Где-то тут бродит несносная Ева! Нужно Маше выговор сделать. Девчонке только три года исполнилось, а уже такая своевольная. Он посмотрел вниз, где находился выход на лед для фигуристов, и увидел племянницу. Ева стояла рядом с тренером по фигурному катанию и что-то деловито расспрашивала. Сергей вгляделся в лицо удивленной женщины. Марина Супрун. Поклонница Витольда Стрельникова двадцатилетней давности. Только тогда волосы, собранные в высокий хвост, казались русыми, а фигура походила на песочные часы. Маринка почти не изменилась, только красилась в ужасный блонд и укладывала жуткую прическу.
– Привет, – улыбнулся Сергей Марине, быстро спускаясь вниз.
– Привет, Архипов, – кивнула она.
– Пивет, Сеый! – радостно запрыгала Ева и бросилась на руки.
– Твоя? – удивилась Марина.
– Ага, племянница, – хмыкнул Сергей, подхватывая малышку. – Ева, ты почему одна так далеко ушла? – строго осведомился он и, не дожидаясь ответа, нажал кнопку быстрого дозвона.
– Вит, нашлось твое сокровище!
– Только не говори, что это дочка Стрельникова, – изумленно протянула Марина.
– Ага, его и моей сестры, – подтвердил Сергей.
– А-а-а, та самая Мэри Архипова… Великая любовь на все времена. Помню, он всегда говорил, только никто не верил.
– Та самая, Марин, – хмыкнул Витольд, подойдя почти вплотную к Архипову и забирая у него малышку.
– А я думала, что это сказка такая, – заметила Супрун. – Выдуманная невеста, чтобы девчонки не липли.
– Нет, – пожал плечами Витольд и добавил довольно:– Я давно женат на Сережкиной сестре.
Марина посмотрела на него с сомнением и рассмеялась.
– Твоя дочка сама пришла в фигуристки записываться.
Витольд удивленно уставился на свою своенравную дочь.
– А Леонид Стрельников, наша восходящая звезда? – уточнила Супрун.
– Мой сын, – весело заметил Витольд. – Только его гонять надо, не дорос еще до звезды.
– Тогда я поняла, кто твоя жена, – неуверенно пробормотала Маринка.
Витольд внутренне поморщился.
«Если сейчас еще она заявит, что видела Мэри с мужиком, я могу и не выдержать».
Он, решив поменять тему, усмехнулся, глядя на Еву.
– Хочешь красиво на льду кататься?
– Да! – кивнула дочка.
– Не боишься?
– Неть!
– Тогда осенью придем к Марине Андреевне, – пообещал он девочке и собрался уже попрощаться, как Марина остановила его.
– Вит, пожалуйста, помоги! – взмолилась она.
Он уже понял, о чем пойдет речь.
– У моей мамы онкология, а очередь в диспансере никак не дойдет. Ты же там вроде работаешь?
– На четверть ставки, – мотнул головой Витольд. – Я руковожу центром «Семейное здоровье» и пару раз в неделю оперирую в диспансере в сложных случаях. – Он молча опустил дочку на пол и полез в карман. Выудил портмоне, достал визитку.
– Вот телефоны, Марина. Позвони и привози маму. Только возьми историю болезни. Я помогу. Но давай лучше в понедельник после обеда. Во вторник я улечу в Барселону и вернусь только через неделю. А так уже закрутятся колесики, и мы не потеряем драгоценное время.
– Спасибо, – силясь не зареветь, закивала головой Марина. – Мы обязательно будем. – Чтобы скрыть волнение, Супрун наклонилась к Еве и, взяв ее за руку, поинтересовалась игриво: – Ты тоже едешь в Барселону?
– Басеону? – переспросила своенравная дочка и, дернув отца за штанину, требовательно заявила: – Папа, Басеону!
Витольд собирался объяснить, что едет не гулять по столице басков, а в командировку, но внезапно его озарило.
«Замечательная идея!»
Он махнул на прощание Марине и, взяв Еву на руки, направился вслед за Сережкой к выходу.
– Басеону, – пробормотала дочка на ухо. – Мы поедем в Басеону?
– Да, котинька. – Витольд чмокнул малышку в висок.
– А мама? – уточнила Ева. – А Леня?
– Все вместе поедем, – заверил дочку Витольд.
Маша проснулась в детской и огляделась по сторонам. Тишина. Даже ни звука не слышно. Никто не ходит по квартире, не бежит сломя голову через все комнаты.
– Ленькина тренировка! Проспали! – в сердцах простонала она и скатилась с дивана. Вышла в свою спальню, прошла в комнату к сыну. Никого. Ни Лени, ни Евы. Маша выскочила на кухню, где, балдея от тишины и одиночества, Эльза смаковала кофе из маленькой чашечки.
– Где дети? – испуганно вскрикнула она.
– Виташа повез Ленечку на тренировку и Еву с собой взял, чтобы тебя не разбудить, – доложила золовка. – Садись завтракать, пока сырники теплые.
– Сейчас, – отмахнулась Маша и, влетев в спальню, набрала номер старшего брата.
– Сережка, прошу тебя, – взмолилась она, услышав бодрый голос.
– Не дрейфь, Машундра, – пробормотал Сергей. – Мы тут все вместе на Арене. Ева твоя решила в фигуристки податься. Вит договорился, чтобы с осени пошла.
– Сережка, проследи, чтобы он детей у меня не забрал, пожалуйста!
– Маша, не нагнетай. Все в порядке. Мы сейчас к нам на Майскую поедем. Давай ты тоже приходи! – велел брат и отключился.
Маша быстро влезла в джинсы и натянула голубую тунику, затем на кухне хлебнула сок и заела сырником. Направилась к выходу, но, словно вспомнив что-то в последний момент, заскочила в кабинет и полезла в сейф, встроенный в книжный шкаф. Она пересмотрела все содержимое, залезла в кошелек. Обругала себя последними словами и принялась искать снова.
– Что ты ищешь? – поинтересовалась Эльза, входя в комнату.
– Карту, – бросила Маша. – Куда Витольд перечисляет алименты.
– Зачем она тебе? – строго осведомилась Эльза.
– Нужна. Что за вопросы? Это моя карта.
– Я отдала ее Витольду, – резко заявила золовка. – Пусть проверит баланс и убедится, что мы не брали его деньги! – высокопарно выкрикнула она.
– Что? – не поняла Маша. – А кто тебе разрешил распоряжаться моими деньгами? Ты же понимаешь, что он, зная пароль, просто снимет их с карты? – всплеснула руками она.
– Ну и что? Он вернулся в семью! Какая разница?! – топнула ногой Эльза. – Зачем тебе эти деньги?
– Ты вправду так думаешь? – растерялась Маша, но, взяв себя в руки, холодно отрезала: – Придется заблокировать.
– Ты не сделаешь этого! – закричала Эльза. – Витольда могут арестовать!
Маша, ничего не ответив, выскочила на лестницу и резко хлопнула дверью.
Звонок сестры застал Витольда в машине. Тренировка закончилась, и Сергей попросил заскочить к Чапаю на Майскую.
– У него нарыв на ноге. Никак к врачам не можем отвезти, – пожаловался Архипов. – Ты хоть его напугай!
– А мне почему не позвонили? – в который раз задался вопросом Стрельников, поймав себя на неприятной мысли, что, похоже, его родственники не желали с ним общаться, а он сам не заметил этого.
– Мы поедем в Басиону, – напевала Ева. – Вместе с папой, вместе с мамой! Все-все-все!
– Что ты несешь, пиявка? – зашикал на сестру Леня.
– Это павда, – воскликнула Ева. – Папа сказал.
– Пап? – неуверенно начал сын. И Витольду самому захотелось закричать от досады.
«Это правда!»
– Пап, – повторил Леня. А Ева напряженно уставилась на отца.
– Да, поедем, – кивнул Витольд. – Только нужно уговорить маму.
Сын запрыгал на сиденье. А дочка радостно засмеялась. Стрельников почувствовал, как теплеет в груди, и в зеркало заднего вида улыбнулся детям.
Но тут позвонила Эльза. И своими рыданиями все испортила. Он даже сначала не понял, что она лопочет и почему его должны арестовать.
Когда наконец дошло, Витольд набрался терпения и принялся объяснять, как маленькой:
– Мы поступили с тобой нехорошо. Это карточка Мэри, ее деньги. Я верну и не стану смотреть баланс.
– Зачем ей столько денег? – сварливо прошипела сестра.
«Хороший вопрос, – сам себе заметил Витольд, попрощавшись. – Нужно поинтересоваться при случае. Плохо, что у нас с Мэри появились тайны. А доверие пропало».
* * *– Мне кажется, слава о вас сильно преувеличена. Вам даже не под силу решить проблему с обычной домохозяйкой.
– Она все время на людях. Рядом дети или кавалеры…
– Не сочиняйте, всего лишь один, и тот в командировку умотал. Сегодня утром вам что помешало? По дороге на Арену?
– За рулем была не она.
– А кто же? Ребенок двенадцати лет или притрушенная родственница?
– Мужик. Я его знаю. С ним шутки плохи. У него кулаки с вашу голову.
– И кто же это?
– Витольд Стрельников. Наша местная знаменитость.
– А-а, это ее муж. Ничего страшного. Он долго рядом не пробудет. Дождитесь, когда уедет, и приступайте к выполнению заказа. Времени остается мало. Я даже помогу вам. Попробую узнать, куда она соберется одна, и позвоню. Только в этот раз не оплошайте.
– Не стоит учить меня жить. Чревато.
– Не надо угрожать. Вы же знаете, кто стоит за этим заказом?
– Только поэтому я связался с вами.
Глава 6
Он поднимался по мраморным ступеням просторного парадного. Дом, построенный еще в эпоху отца народов, знавал многое. Того же Витольда, мальчишкой чуть младше теперешнего Леньки, взбегавшего на третий этаж на одном дыхании. Стрельников помнил, как вместе с Архиповыми ездили выбирать квартиру и остановились на этой, в Майском переулке. Солнечной и большой. С окнами во двор и на улицу. Витольд словно увидел, как по казавшимся тогда огромным комнатам деловито бродит мамОля в пальто с меховым воротником и затейливой фетровой шляпке и, уложив обе ладони на большой живот с Никитосом, спрашивает:
– Эта вроде лучше других, да, Еленочка?
И мама… Красивая и величавая, в золотом облаке рыжих волос, радостно кивает.
– Ты права, Оля, нужно брать именно эту квартиру.
Потом приезжает Чапай, и обе женщины наперебой рассказывают ему, что это жилье самое удачное и нужно поскорее ехать за ордером. Архипов слушает внимательно. Молча кивает, соглашаясь. Высокий насупленный лоб почти не видно из-под козырька фуражки, а широкая, словно бычья, шея спрятана под шинелью и мундиром.
А Витольд с Сережкой носятся по комнатам, галдят и толкаются. И пробегая мимо женщин, Сергей слегка задевает мать, и тут же на весь дом слышится командный глас Чапая:
– А ну-ка, пацаны!
Стрельникову тогда показалось, что на минуту затих весь дом. И только мама с мамОлей зашушукались и рассмеялись.
– Теперь все жильцы будут знать, что здесь полковник поселился!
Чапай, тяжело припадая на правую ногу, встретил блудного зятя настороженно. Он перецеловал внуков, разрешил Еве взъерошить остатки волос на голове, а затем, отправив детей к бабушке, повернул насупленный лик в сторону Витольда.
– Каким… ветром тебя к нам из Парижу занесло? – осведомился угрюмо.
– Это я попросил ногу твою посмотреть, – встрял Сережка и тут же доложил по инстанции: – Если гора не идет к Магомету…
– Если этот Магомет еще раз пойдет к другой горе, то может больше вообще на глаза не попадаться, – пробормотал тесть и, глядя Витольду прямо в глаза, добавил: – Уяснил?
– Бать, да я… – начал было Стрельников, но Чапай остановил его.
– Молчать, – рыкнул он и, откашлявшись, пробурчал: – Ты нам не чужой. Вырос на наших глазах. И сам знаешь, мы бы абы кому Марью в жены не отдали. Ты же уверял нас с Ольгой, что только одну нашу дочку любишь. А оказалось… Пустая брехня!
– Бать… – снова попробовал вставить хоть слово Витольд.
– Разговоры. Команды открывать рот не было. Я не стану сейчас вмешиваться. Хотя сам не понимаю, чего она не развелась с тобой и жила на Суворовской. Ждала тебя, небось, идиотка. Но еще раз напортачишь, пеняй на себя, понял?
– Да, бать, понял, – опустил голову Витольд и повернулся на звук открываемой двери. МамОля, бледная и настороженная, тихо вступила в комнату.
– А я думала, дети сочиняют, – прошептала она, изумленно глядя на Витольда. Он наклонился к ней, намереваясь поцеловать в щеку по давней привычке, но в этот момент тонкая рука птицей взметнулась в воздухе и упала ему на лицо крепкой пощечиной.
– Это тебе за мою Машу, – в сердцах бросила она.
– Ну что за рукоприкладство, – фыркнул довольный Чапай. – Сережка Витольда привел мою ногу посмотреть, а ты врача лупишь, не пускаешь к больному.
– Все вы, мужики, одним миром мазаны, – бросила Ольга и поспешила к Еве, прыгающей в спальне на кровати.
– Что-то слишком бледная мамОля, – тихо заметил Витольд. – Нужно анализы сдать.
– Как мы без тебя два года прожили, ума не приложу, – осадил тесть. – Она ходит в поликлинику, лечат ее там. Если уж тебе так приспичило, смотри ногу и убирайся. Дел полно! Только ни в какую больницу я не поеду.
И задрав брючину тренировочных штанов, показал багровый нарыв на икре. Витольд присел на корточки рядом, потрогал кожу вокруг.
– Ну и чего скажете, профессор? – ехидно осведомился тесть.
– Хороший большой абсцесс, бать, – отрапортовал Витольд и велел хмуро: – Срочно оперировать!
– Дома режь!
– Где? На кухне? Или в туалете? – ощерился Стрельников. – Собирайтесь, Василий Иванович. Я сейчас велю операционную готовить.
– Велит он, – недовольно пробурчал Чапай. – А меня ты спросил?
Витольд даже оторопел на минуту. Абсцесс вскрыть и тут не проблема. Но хотелось провести выходные с семьей. Увезти их в старый дом в Кирпичниках. Не позволить Мэри сорваться с крючка. Стрельников помнил о нелюбви Чапая к докторам, поэтому так грозно и заявил о больнице. Слава богу, что за два года ничего не изменилось. Витольд до конца не мог поверить в такую удачу. Тесть, как всегда, наотрез отказался ехать в стационар. Зять вполуха слушал его доводы, уже зная, что предпримет. Кушетка и яркая лампа в кабинете вполне сойдут за операционную. Внутренне ликуя, он увидел маленькую светелку в мансарде, так любимую Мэри, и даже услышал стон жены. Только бы не сорвалось!