Встретимся в ЗАГСе!

Я с ужасом смотрел на вошедшую в кабинет дородную даму с тремя подбородками. Слать ее лесом можно было прямо с порога, но для статистики я поинтересовался:

– Вы кто?

– Я – Зинаида Львовна, главный бухгалтер! – пробасила она.

Шевелившийся до этого момента в смутной надежде найти Афродиту член мгновенно и безнадежно упал.

Кинув взгляд на список, я сурово нахмурился:

– Я вас не приглашал.

– Я сама пришла! – ничуть не смутилась та.

Вздернув брови, я еще раз осмотрел наглую бухгалтершу. Да уж, ни о каких «до сорока» тут и речи не шло уже давно.

– Вот как пришли – так можете той же дорогой и идти на свое рабочее место. Пока оно еще ваше, – распорядился я.

– Да я уже трех гендиректоров тут пережила! – хохотнула Зинаида Львовна.

– Все когда-то заканчивается, – холодно улыбнулся я.

– Ладно-ладно, – буркнула главбух, до которой, видимо, что-то стало доходить. – Я просто подумала, вдруг тоже сгожусь на что… – К моему изумлению, она мне кокетливо подмигнула и все три подбородка призывно колыхнулись в такт. – Я женщина с большим… опытом, – заявила многозначительно Зинаида Львовна.

«И аппетитом, во всех смыслах», – мысленно добавил я. Вслух же сказал:

– Вот идите и примените весь свой… опыт на благо фирмы.

Обиженно зыркнув на меня глазами (хотя подбородки, казалось, каждым своим движением осуждали меня тоже), бухгалтерша наконец покинула кабинет. А я, тяжело вздохнув, скомандовал секретарше:

– Следующую.

Когда в кабинет вошла блондинка роста примерно такого же, что у Афродиты, я на мгновение оживился. Пробежался взглядом по стройной фигуре и, замерев на груди, спросил:

– Вы?…

– Ульяна. Репина, – пояснила та, кокетливо взмахнув ресницами.

Я же всячески прикидывал, как бы мне добраться до ее груди, где я, помнится, тоже оставил Богине свой автограф.

– Нравится? – спросила, тем временем, Репина, заметив мой явный интерес к некоторым частям ее тела.

– Очень. Размер? – спросил я напрямую.

– Что?

– Ваш размер груди, – спокойно пояснил я.

– Неприлично спрашивать такое у девушки!

– Неприлично обманывать мужчин пуш-апом, – парировал я.

Сам же пытался вслушаться в голос. Конечно, Афродита могла говорить на корпоративе умышленно иначе, но все же в этой блондинке я ее не узнавал. И кое-что еще меня смущало – эта девица откровенно со мной флиртовала. Афродита же, казалось, смущалась даже под маской. И это меня особенно заводило.

– Можете идти, – скомандовал я блондинке, поставив в списке напротив ее имени знак вопроса.

Когда Репина вышла за дверь, до меня из приемной донеслись звуки какой-то возни и что-то вроде:

– Иди давай! Он такой красавчик!

Хмыкнув, я уставился на дверь в ожидании. Даже начал нетерпеливо тарабанить пальцами по столу к тому моменту, как в кабинет вошла очередная девушка. На сей раз – шатенка.

– Вы?.. – спросил я, хотя, кинув взгляд на список, понял, что эта последняя. – Вера Красникова, так?

Она кивнула.

Вскинув на нее взгляд, я окунулся с головой в темные глаза и тут же пропал. Член снова оживился, словно лучше меня мог распознать Богиню любви.

– Подойдите ближе, – отрывисто скомандовал я, жадно вглядываясь в двигавшуюся мне навстречу фигуру. Внешне все очень походило на Афродиту. И мне было даже плевать, что подумает насчет моих действий эта девица, правду я намерен был выяснить прямо здесь и сейчас!

– Присаживайтесь, – кивнул ей, сам же, тем временем, поднимаясь на ноги. – На стол, – пояснил, когда Красникова хотела уж было опуститься в кресло.

– Зачем? – наконец заговорила она, и я довольно усмехнулся. Ее явное смущение от этой просьбы можно было рассматривать как добрый знак.

– Хочу примерить вас к своему столу, – нарочито-медленно растянул я губы в многозначительной улыбке, подходя к ней почти вплотную.

– В каком смысле? – возмутилась было она, но я, взглянув на нее совершенно невинно, пояснил:

– Ищу модель среди своих сотрудниц для новой коллекции офисной одежды, а вы что подумали?

– Я….

– Садитесь, – скомандовал жестко, перебивая ее. И, когда Красникова не шелохнулась, приподнял и усадил упрямицу на стол сам. Так, что оказался при этом напротив ее бедер. Идеально. Она подходила идеально – моему столу и мне. И даже член задрожал от восторга, когда меня накрыли уже знакомые ощущения. «Она!» – буквально орало все нутро. Член же молча набухал, грозя сдать меня с потрохами.

Отодвинувшись, я вернулся на свое место и мило поинтересовался:

– Ну как вам?

– Что? – непонимающе выдохнула она.

– Как вам на моем столе? – усмехнувшись, пояснил я.

– Да на что вы намекаете?! – буквально выпалила Красникова и резко вскочила на ноги. При этом ее узкая юбка издала жалобный звук и… треснула. Аккурат сзади, так, что моему взору предстали красноречивые отметины, хорошо заметные через тонкие колготки.

– Ммм, – промурлыкал я, – это больше, чем я надеялся увидеть.

– Ах! – вспыхнула до состояния алого Красникова и, пятясь, вылетела из моего кабинета.

Было жаль так быстро лишаться ее общества и прекрасного вида, но, не удержавшись, я расхохотался под действием всего произошедшего.

Продолжить мы успеем и завтра. А сегодня… главное, что я нашел ее! И не собирался впредь упускать.

Кто придумал корпоративы, но не придумал выходные после них?

Сев на постели с гудящей головой и не менее саднящими частями тела (некоторые особенно ярко напоминали о моем божественном грехопадении), я зажмурилась и посмотрела на часы. Нет. Это и взаправду было утро.

Прошлепав на кухню, заварила себе кофе. В голову настойчиво лезли воспоминания о том, как я вчера позажигала с совершенно незнакомым мне мужиком. А если – знакомым?

Ой-ой!

Я села за стол и уткнулась в чашку крепкого напитка. Даже представлять не хотела, что будет, если вдруг я переспала с кем-то мне известным. Придется тогда, видимо, уволиться куда подальше, потому что из тех кандидатов, что шли на ум, мне не нравился ни один.

Ну а если этот незнакомец какая-то темная лошадка, то передо мной будет стоять другая задача. Выяснить, кто же это столько времени ходил рядом со мной незамеченным. Потому что как бы то ни было, а меня он зацепил. Да так, что всю ночь только и делала, что видела сны с ним в главной роли.

В офис через пару часов я входила вооружившись планом. Если кто-то сходу пристанет ко мне и начнет намекать на вчерашнее – отправлю ко всем чертям. Ну, из знакомых, разумеется. А если все пройдет тихо и мирно, после обеда попробую начать выяснять, кто же вчера оказался исполнителем настольной программы на двоих.

– Красниковааааа, убей меня! Я хочу сдохнууууть! – просипела Ульяна, когда я вошла в кабинет, который мы делили на троих – я, Репина и Лариса Веснушкина. Последнюю мы обе недолюбливали, она отвечала нам взаимностью.

– Рано сдыхать, Уль. Кто вчера кричал, что сегодня надо непременно к станку? – напомнила я подруге, но все же сжалилась и пошла налить ей кофе.

– А как же еще? День-то рабочий.

– Ну и что? – подернула я плечами. – Босс будет только завтра. И новый, и тот, который и.о.

– И точно… чего я, дура, дома не осталась?

Пока Ульяна пила кофе и причитала по поводу того, что рабочий день пойдет псу под хвост, я успела о многом подумать. В офисе никто не встретил меня у порога с попыткой напомнить, что было вчера, и я выдохнула с облегчением. Зато предстоящие поиски Эроса захватывали меня все больше, и я собиралась начать их прямо сегодня.

С чего бы вы взяли старт, если бы в вашем распоряжении имелась одна-единственная информация? А именно та, что у искомого мужчины есть родимое пятно на заднице? Правильно! С посещения туалетов.

В нашем офисе они делились на мужские и женские, а значит, путь мой был предопределен с самого начала. Впрочем, мой пыл пересмотреть задницы всех сотрудников, кто войдет в определенный сортир, быстро испарился, когда я достигла объекта назначения.

Первым делом в голове появилось осознание, что мой бог любви уже мог забыть меня. А что? Как я и говорила, мы славно покувыркались вчера (да так, что у меня до сих пор пятая точка приятно ныла от его лапаний), но на этом все! И зачем же я сейчас его выслеживаю?

Все банально. Мне хочется понять, так ли я понравилась Эросу, как мне это представлялось.

– Вера! А я тебя везде ищу! – раздался голос, который удержал меня от того, чтобы я вот-вот начала заглядывать в кабинки мужского туалета.

Сначала я прикрыла глаза, вспоминая, так ли звучал тембр голоса бога любви, но вскоре поняла, что это дурацкая затея. Вчера наше знакомство было обрамлено таинственностью и алкогольным дурманом, а сегодня все стало иначе.

Я повернулась и увидела того, кого, собственно и ожидала – Миронов Максим собственной персоной. Стоит, ухмыляясь и выглядит так, как будто знает какую-то тайну. Я даже замерла на месте, сдуру заподозрив, что он и был давешним Эросом.

– Да? – выдавила из себя, глядя на Макса.

А ведь когда-то он мне даже нравился. Хотя, сейчас я вообще не понимала, почему.

– Я хотел тебе кое-что сказать. Вчера ты…

Ой-ой! Только не это… пожалуйста, Зевс, Гера, да и все боги Олимпа заодно! Пусть Миронов не окажется Эросом!

– Вчера я? – напомнила Максу, в любую секунду готовая сбежать.

– Вчера ты была очень красивой.

– И?

– Может, сходим куда-то?

Ну не могла же я так напиться, чтобы не признать в боге любви Миронова! Выпила-то всего пару бокалов. Ну три максимум!

– Макс, я сейчас… ммм… занята, – сказала то, что первым пришло в голову.

И тут меня осенило! Нужно признаться в том, на что Миронов уж точно отреагирует соответственно, если он и есть Эрос!

– И вообще я замужем! – выпалила два слова, от которых Макс остолбенел.

Прошло некоторое время – пара минут, во время которых я чувствовала себя полной дурой. И ошарашенный взгляд Миронова явно говорил, что он тоже считает меня полоумной. Но давал мне понять и другое – это наверняка не Эрос.

– Ладно, я понял, – сказал наконец Макс, после чего исчез.

Я же осталась, глядя ему вслед. И думала в этот момент о двух вещах: как же хорошо, что Эрос – не Миронов.

И как же плохо, если Макс распустит по офису слухи о моем замужестве!

На следующий день меня ждало еще большее потрясение, чем вероятность того, что Эросом окажется Миронов. Вызов к новому боссу всех женщин офиса до сорока лет.

– Под сокращение, что ли, попадем? – пробормотала никогда не унывающая Ульяна. – Хотя зачем ему отправлять на покой молодух? Уволил бы Львовну, она одна троих стоит.

– Вот поэтому ее и оставят, – буркнула я в ответ. – Зинаидушка наша успевает и там, и сям. Фигаро бы просто умер от зависти.

– Ладно, посмотрим, чем все кончится.

В кабинет к новому боссу идти мне не хотелось по вполне понятной причине. Я даже не представляла себе, что почувствую, когда окажусь один на один со столом, на котором меня оприходовал бог любви.

– Иди давай! Он такой красавчик! – закатила глаза Ульяна, только что вышедшая из боссова кабинета, и я огляделась. Похоже, что из кандидаток больше никого не осталось. И не успела я расспросить подругу о том, что меня ждет за дверьми шефова обиталища, как была буквально водворена верной рукой Ульяны в святая святых нашей фирмы.

А дальше последовало такое, отчего я мгновенно захотела уволиться. Новый босс (весьма неприятный тип, скажу я вам!) сразу дал понять, что он в курсе моих приключений с богом любви!

Ну, конечно, сделал он это весьма двусмысленно. Дескать, примерьтесь к моему столу, удобно ли вам и всякое прочее, бла-бла. Но за этим же стоял конкретный посыл! В его кабинете располагались камеры и он, после ознакомления с тем, как кто-то совокупился прямиком под его носом (в тот момент отсутствующим), решил выяснить виновников этой вакханалии! Ну, знаете!

– Он что, порвал на тебе одежду? – ужаснулась Уля, когда я пулей вылетела из кабинета Соколовского.

– Что? – не сразу поняла я. – А! Это…

Я с горем пополам стянула на себе края юбки и прошипела:

– Идем к нам. Надо зашить этот позор!

Мы закрылись в нашем кабинете (в котором по счастью отсутствовала Лариса), я стащила порванный предмет гардероба и Ульяна принялась его штопать. Я же стала расхаживать туда и сюда, что солдат на плацу.

– Он примерил меня к своему столу! – процедила, делая третий круг по кабинету.

– Примерил… к столу? – откусывающая нитку от катушки Ульяна округлила глаза.

– Да! Усадил на него и говорит: «Как вам на нем сидится?». Нет, ты представляешь?

Подруга закивала, накладывая быстрые стежки на порванную ткань.

– Представляю. Но он босс. И красавчик, ко всему. Так что…

– Так – что? – потребовала я ответа. – Можно соблазнять своих сотрудниц?… Да еще и… и…

Запнувшись, я попыталась подобрать слово. На язык просилось только одно – замужних.

О! Точно! Приду к шефу и заявлю ему, что я не свободна! И пусть он видел мой секс хоть десять раз! Я занималась им на весьма законных основаниях!

– Ты дошила? Давай юбку, – потребовала я у Ульяны, и едва та успела снова перекусить нитку, схватила свою одежду и стала натягивать на себя.

Прямо сейчас отправлюсь к боссу и расскажу ему, что если его стол и был осквернен, то случилось это по закону!

– Вер… ты чего это? – спросила подруга, но я уже выбегала из кабинета и мчалась к Соколовскому.

Пыл мой, правда говоря, поутих, когда я добралась до двери босса. Прислушалась – тихо. Значит, досмотр женщин офиса уж точно закончен.

Постучала и, услышав короткое «войдите», проследовала в кабинет. Соколовский сидел за столом и при моем появлении удивленно приподнял брови.

Ульяна считала его красавчиком? Что ж… возможно, она и была права. Только он был наверняка не в моем вкусе.

– Я хотела кое-что вам сказать! – выдала я сразу, подходя к столу босса и опираясь на него руками. – Да! Я все поняла. Вы не просто так сажали меня сюда. – Сказав это, я провела пальцами по деревянной поверхности. – И я даже знаю причину, по которой вы это сделали. Вы видели записи с камер видеонаблюдения. И на них я весьма раскованно себя вела. В вашем кабинете, который тогда был совсем не вашим! Но так же знайте – я делала это не просто так. Я делала это со своим мужем!

Сказав это, я отстранилась. Расставила все точки, и надеялась, что на этом намеки босса закончатся. Однако слово теперь было только за ним.

В первый момент я откровенно опешил. Какой-такой муж? Мужей в моем плане владения этой женщиной не числилось категорически. И если таковой экземпляр все же имелся – ему же хуже. Потому что делить свою женщину с какими-то там мужьями я решительно не собирался!

А потом до меня дошло! Господи, да она же имеет в виду Эроса! Занятно. Малышка настолько серьезно восприняла свершенную над нами пьяными сотрудниками церемонию? Может, уже и свадебное платье выбирала, в котором придет ко мне в загс через месяц?

Хотелось ржать в голос. То есть я соперничал… с собой же самим? Что ж, приятно было понимать, что в любом случае окажусь в выигрыше.

– Ага, – сказал я многозначительно, пока Вера, практически не моргая, смотрела на меня в ожидании реакции на такую потрясающую новость.

– Значит, ваш муж – один из моих работников? – уточнил с вежливой улыбкой. Было страсть как интересно, что она мне ответит, с учетом того, что явно меня не узнала.

– Он… – запнулась было Красникова, но я тут же вмешался:

– Ну конечно же. Ведь это был корпоратив исключительно для своих. Не так ли?

– Так, – кивнула она, но как-то неуверенно.

– Прекрасно, – снова растянул я губы в улыбке. – А сообщаете вы мне о своих развлечениях, видимо, с той целью, чтобы я уволил на хрен и вас, и вашего мужа за осквернение моего стола? Так сказать, парой, чтобы вам одной было не скучно сосать….

Красникова стала настолько красная, практически в тон своей фамилии, что я уж было испугался за ее здоровье. Поэтому быстро пояснил:

–… палец сосать в смысле. Без работы и денег. А как я успел узнать, зарплату вы получаете весьма щедрую.

– Вообще-то я не за этим, – на удивление быстро пришла в себя Вера. – Я пришла, чтобы… просить вас отдать мне эти записи с камер. Для домашнего, так сказать, пользования. Приятные воспоминания, знаете ли.

Она дерзко улыбнулась, а я поймал себя на том, что инстинктивно облизываю губы. Желание подойти, сгрести в охапку ее волосы и трахнуть… сначала – языком рот, а затем поставить на колени и толкнуться членом меж чувственных губ, зашкаливало. Она была наглой до невозможности и любую другую на ее месте я бы уже послал на три веселых буквы вместе с приказом об увольнении. Но ей, как моей так называемой «жене», с которой я провел незабываемые минуты на этом самом столе, что сейчас отделял нас друг от друга, готов был сделать скидку.

– Для домашнего пользования, – повторил я с усмешкой.

Надо же, как ей понравилось! Ай да я, ай да сукин сын! Даже пересматривать хочет, как я ее имел. Впрочем… почему бы нам не сделать это вместе?

– Я имею все права на эти записи! – продолжала настаивать Вера.

– Авторское право и все такое? – уточнил я с ухмылкой. – Что ж, так и быть. Зайдите через полчаса. Сейчас я занят.

А я и взаправду был занят. Член просто колом стоял, еще немного – и стол поднимет над полом. Не мешало бы несколько… прийти в себя. Возможно ли вообще, черт возьми, рядом с этой женщиной не возбуждаться, как одержимый?

Но была проблема и посерьезнее, чем мой стояк. А именно – реальное существование записей с камер. Нужно было связаться с охраной и все выяснить. Если записи есть – мы с Красниковой посмотрим занимательное кино, если их нет – я скажу ей, что попросту все удалил.

Кивнув на мою реплику, Вера вышла, а я набрал свою секретаршу и потребовал к себе начальника охраны.

Полчаса спустя я быстро проматывал видео с записью из своего кабинета, где мы с Верой провели отменную брачную ночь. На моменте, когда прижал Красникову к столу, я поставил запись на паузу и приказал Лене вызвать ко мне в кабинет мою «жену».

– Садитесь, – пригласил я, когда Красникова вошла, глядя на меня с опаской. – Сюда, – указал на кресло рядом с собой.

– Зачем? – уточнила она, будто ожидая подвоха. И правильно делала.

– Вам нужно ваше хоум, а точнее, офис-видео, или нет? – уточнил я бескомпромиссным тоном.

Вера покорно присела рядом. И тут я нажал на «плэй».

– Продолжаааааай, – донеслось с экрана, где Красникова в самой развратной позе лежала передо мной на столе. Правда, о том, что это был я, видимо и не подозревала. И от этого как-то даже обидно стало.

– Это видео вы хотели получить? – поинтересовался я любезно, глядя при этом на то, как лицо Веры снова приобретало красный оттенок. А еще пытался понять – не узнает ли она меня сейчас? Когда прямо перед ней видео, где я беру ее на этом самом столе? Неужели ни малейшего подозрения в том, кого она выдает за своего мужа?

– Даааа, я сейчаааас, – донесся с экрана очередной стон Красниковой и я даже звук погромче сделал. Так, что, наверно, слышно было на весь офис. Слушал бы и слушал как она подо мной кричит!

– Выключите немедленно! – не выдержала Вера, вскакивая на ноги.

– Вам не нравится? – невинно осведомился я. – Жаль. А вот мне – очень. Поэтому я решил – оставлю это кино, пожалуй, себе.

– Вы не имеете права! – взорвалась Красникова.

Ах, сколько экспрессии, сколько страсти! Все это – да в лучшее бы русло направить! Например, снова завалить ее на этот чертов стол и оттрахать так, чтоб живо вспомнила, под кем стонала здесь позавчера!

– Можете судиться со мной за авторские права, – с милейшей улыбкой разрешил я.

– Вы… вы… – задохнулась от возмущения Красникова и, не договорив (хотя я догадывался, что далее должны были следовать эпитеты, самым печатным из которых было бы слово «мерзавец»), кинулась к двери.

Но я не собирался позволять ей убежать так просто.

– Я – тот, кто трахнет вас на этом столе, прямо как на том видео, – дополнил незаконченную фразу, прижав свою чертовку к двери. – И вы также будете кричать от удовольствия и просить продолжать….

– Нет, – выдохнула она.

– Да, – отрезал я и, вжавшись в упругое тело, запечатал рот Красниковой поцелуем, опережая очередные возражения, готовые сорваться с пухлых губ.

Она пыталась сопротивляться, но это возбуждало еще сильнее. Ее непокорность. Ее страсть во всем, что делала. Я хотел до безумия ту Афродиту, что горячо отдавалась мне прямо в этом самом кабинете, но еще яростнее я хотел теперь эту Веру, которая мне сопротивлялась.

– Да, – повторил, разрывая грубый поцелуй. – Я хочу тебя. И я тебя получу. И ни твое замужество, ни бегство на другой континент, ни даже постриг в монашки, тебя от этого не спасет, имей в виду.

Проговорив это, я позволил Вере наконец отстраниться. И со смешанными чувствами наблюдал, как она выскочила из моего кабинета с такой скоростью, что могла бы прямо сейчас выиграть олимпийские соревнования по бегу.

– Мерзавец! Нет, он просто сволочь! Уволюсь прямо сейчас! – выкрикнула я, вернувшись в свой кабинет.

Лариска уже была здесь, но меня мало волновало ее наличие. Я вся кипела от праведного негодования.

– Так. Так-так! Стой!

Ульяна схватила меня за плечи и усадила в кресло.

– Рассказывай, – велела она.

Я покосилась на Лару, и видимо, взгляд мой был настолько кровожадным, что Веснушкина подскочила и ретировалась во мгновение ока.

И я рассказала. Обо всем, включая ту самую ночь с Эросом. И о том, что теперь не представляю, где его искать. Ну и закончила, конечно, повествованием о последней встрече с боссом.

– Он так тебе и сказал? Я тот, кто трахнет вас на столе? – восхищенно-испуганно выдохнула Уля.

– Именно! И я поняла одно – после этого видео он уверен, что я готова переспать с кем угодно!

– Ну, это он зря. Хм… а может, он сам знает, кто это был?

– Уж об этом я точно расспрашивать его не стану! – отрезала я. – И перед тем, как уйду с работы навсегда, хочу забрать эти записи. Не хватало еще, чтобы этот мерзавец их пересматривал на досуге!

Я встала из кресла и заходила по кабинету. Как именно изъять наше с Эросом видео-приключение, я не представляла. И вообще, почему я должна заниматься этим одна?

Вновь сев в кресло, я уронила голову на руки.

– Что? – обеспокоилась Ульяна. – Случилось что-то?

– Нет, – приглушенно откликнулась я. – Просто думаю о том, почему я должна все это проворачивать в одиночку.

– Как это в одиночку? – оскорбилась Уля. – А я тебе зачем?

Я даже едва не прослезилась от ее слов. Знала, что можно на нее положиться, но чтобы настолько…

– Только у меня условие есть, – сказала она, и я прищурилась.

– Какое? – все же потребовала ответа.

– Взамен ты бросаешь любые мысли об увольнении. Идет?

Я усмехнулась и покачала головой. Подруга была неисправима.

– Пока – идет. А дальше посмотрим, – ответила ей.

– Ну и прекрасно! – согласилась Ульяна. – А теперь ждем, пока Соколовский уедет до дому, до хаты – и к нему!

Как мы будем пробираться в кабинет шефа – я не представляла. Однако, у Ульяны оказался целый план, и вскоре сотрудники охраны, павшие смертью храбрых под нашим обаянием, уже вверяли нам ключи от обиталища Сокола.

Нет, конечно же, мы проникли в него не просто так! Пришлось изобрести легенду о том, что во время «кастинга», устроенного шефом, Ульяна обронила одну из двух сережек, которые достались ей от пра-прабабушки. Но ведь это сработало!

– Только не трогайте там ничего, – буркнул Иван, один из безопасников. – Найдете сережку и пулей обратно.

– Да-да! – похлопала глазами Ульяна и, послав Ване недвусмысленный взгляд, схватила ключи и уволокла меня в путешествие по опустевшему офису.

Мы добрались до кабинета шефа в считанные секунды. Дело было за малым – вскрыть его и попытаться отыскать флешку, на которой была та самая запись.

С первой задачей мы справились на ура, и вскоре уже обыскивали кабинет. Правда, не очень успешно, потому что ни в компьютере, ни в ящиках стала искомой флешки не было!

Забрал он ее с собой, что ли?

– Извращенец! – выдохнула я, упав от бессилия в кресло Соколовского. – Наверняка унес с собой, чтобы пересмотреть горяченькое на ночь!

– Не дрейфь, Красникова. Еще не все потеряно! – объявила Ульяна и стала в очередной раз перетряхивать ящики стола.

И тут до меня дошло. Может, и не было никакой флешки, и Соколовский просто попросил перекинуть файлы ему на комп? Ну и заодно приказал уничтожить первоисточник, имеющийся у охраны?

– Нам нужно проникнуть в компьютер шефа! – выдохнула я и начала запускать моноблок.

– Он явно запаролен! – озвучила очевидное Ульяна, но присела на подлокотник кресла. – А какой пароль может быть у Сокола?