- -
- 100%
- +
— Какого хрена? Ты говорящий?
Удар. Левый глаз застелила струйка крови. Одна из тварей рассекла ему бровь.
— Тупой кусок мяса. — Вожак улыбнулся во весь рот. Его голос хрипел, а глаза переливались яркими золотыми вспышками. В комнату вбежали еще девять желтоглазых. Они выстроились за спиной хозяина в ожидании приказа.
— Последний шанс. Где она?
— А ты что, ее парень? — пытаясь сфокусироваться, процедил Леша.
— Меня называют Жнец. И ты свой шанс упустил. — Он уверенно зашагал к Леше.
Андрей обернулся к Ане и прошептал: Как только займутся нами, беги…
Девушка в панике пыталась что-то сказать, схватить его за куртку, но было поздно. Андрей разбежался и выпрыгнул из проема вниз. Пролетев несколько метров, он всем своим весом рухнул на Жнеца и повалил его на землю.
Охотники разразились воплями. Воспользовавшись замешательством своих надзирателей, Леха сумел вырваться и повалить одного из них. Он со всей дури врезал ему ногой по лицу и, судорожно пытаясь встать, побежал к лежащему в пыли пистолету.
Жнец отбросил Андрея в толпу желтоглазых, и они тут же принялись избивать его ногами, руками и всем, что подвернулось под руку.
Леха подбежал к пистолету и взвел затвор. Жнец встал во весь рост и, сорвавшись в бег, в два прыжка оказался возле него. Леха замер. Он в панике огляделся на Андрея, свернувшегося клубком в пыли на земле, харкающего кровью. Было ясно, что охотники только начинали свой смертоносный аттракцион боли. Недолго думая, будто бы не замечая Жнеца, несущегося к нему, Леха занял стойку и начал полить по толпе желтоглазых. Он стрелял на уровне голов и плеч, чтобы не задеть Андрея. Но на секунду он подумал, что даже если случайно попадет в товарища, это будет не так уж и плохо. В данной ситуации он скорее всего был бы ему благодарен. Пули посекли нескольких тварей, прежде чем вожак схватил Леху за горло.
Желтоглазые отвлеклись от избиения теряющего сознание Андрея, что дало ему шанс выхватить нож. Он полоснул пару тварей по щиколоткам, и они тут же рухнули на землю, разразившись приступом идиотского животного хохота. Эта игра им нравилась, загнанная добыча пыталась огрызаться. Показывать зубы. Андрей пытался встать.
На втором этаже, в темной комнате без окон, сидела Аня, зажав голову между коленей. Каждый вскрик парней прошибал ее тело дрожью так, что она буквально чувствовала их предсмертную агонию. Ее голова гудела, мысли перемешивались с криками в одну липкую кашу боли. Она обхватила голову руками и прижалась к земле так низко, что ее дыхание раздуло пыль между валяющихся на полу осколков стекла. Аня пыталась зажмуриться, пока вдруг не заметила в одном из осколков свое отражение. Плавно, через боль, она открыла глаза. Сквозь поцарапанное стеклышко она увидела, как где-то в глубине ее взгляда проблескивали голубоватые огоньки. Они переливались оттенками, становились то ярче, то тусклее, перебегали по зрачку как по причудливой арене. Она смотрела на них не отрываясь, ее взгляд затягивал ее все глубже, в синеватую бездну ярких осколков пламени, сознание начало плыть, и она провалилась в черноту. Аня резко закрыла глаза и осталась совершенно одна. В темноте больше никто не кричал. Было абсолютно тихо. Но вдруг тьма зашевелилась. Словно невидимая черная комната вокруг нее начала перестраиваться, менять свои формы, размеры и даже запах. Подняв голову, она увидела, как перед ней разгорается маленький голубоватый шар света. Он вспыхивал странными короткими вспышками, так что на секунду ей показалось, что он будто бы… говорит.
— Я тебя знаю, — прошептала Аня, но не услышала собственного голосa.
Жнец, держа Лешу за шею, поднял его над землей, так что ноги болтались по бетону, поднимая пыль. Леха начал задыхаться, в глазах темнело. Он развернул руку с пистолетом, пытаясь выстрелить ему в лицо, но Жнец просто отмахивался от него.
В воздухе повис запал смерти. Желтые глаза убийцы, казалось, высасывали из Леши саму жизнь. Вожак брезжил слюной, его щека дергалась в конвульсии безумной улыбки, пока сухая рука все туже сжимала синеющую шею. Леха дернулся в тщетной попытке вырваться, но силы уже покидали его тело, глаза закатились, и он услышал странный звук. Почувствовал, как что-то пронеслось в нескольких сантиметрах от него, рассекло воздух и врезалось в грудь Жнеца. Хватка на его шее вдруг ослабла. Леха смог открыть глаза и увидел рукоятку ножа, торчащую из груди вожака. Переведя взгляд, он уставился на Андрея, держащего у земли вытянутую руку. Он стоял на ногах, а из его носа и ушей текла кровь. Едва Леха моргнул, как Андрей уже лежал на земле, поваленный охотниками.
Жнец отшатнулся, и Леха тут же высадил ему весь магазин прямо в лицо. Рука разжалась, Леха рухнул на землю. Жнец завопил, хватаясь за лицо руками; кровь хлестала сквозь его грязные пальцы, подсвеченная золотыми отблесками глаз. Он метался, как раненый лев, из стороны в сторону, пока наконец не остановился. Он оторвал перепачканные руки от лица, и угли его глаз впились в пытающегося встать Лешу. Раны на его лице тут же начали затягиваться, так что его физиономия с каждой секундой все меньше походила на кровавую кашу. Жнец зарычал и, подойдя к Лехе, схватил его за руку. Одним резким движением он вывернул ее наизнанку. Кровь брызнула на бетон. Леха заорал от боли, разглядывая собственную кость, торчащую сквозь разорванную кожу. Злобно рявкнув, Жнец со всей силы ударил его ногой в живот, так что тот, несколько раз перевернувшись в воздухе, рухнул без сознания лицом в пыльное варево битвы.
Жнец сделал шаг к нему, но вдруг замер. Комнату заполнил женский крик.
Жнец обернулся и впился глазами в дверной проем под потолком. Его зрачки расплылись по всему глазу, пылая алыми вспышками.
— Наверх!
Охотники тут же бросили парней и ринулись к стене. Они запрыгивали друг на друга, выстраивая из своих тел живую лестницу, неуклюже падая и вновь поднимаясь, прыгали в кучу. Жнец медленно зашагал следом.
Андрей открыл глаза. Лежа в пыли, он сквозь кровавое бельмо наблюдал, как желтоглазые забираются наверх. Все тело гудело; он попытался встать. Ноги не слушались. Каждое движение отдавалось пронизывающей болью. Сломаны? Плевать. Он увидел истекающего кровью друга и пополз к нему.
Жнец стоял у стены, наблюдая, как его последние псы забираются наверх. Их смех сливался в гулкое рычание. Наконец, когда последняя из тварей скрылась в темноте проема, все стихло. Давящая пустота обрушилась на бетонную коробку полуразваленного цеха. Доползший до Леши Андрей ощупывал свои порванные уши, думая, что оглох. Жнец застыл, глядя наверх, и почти не дышал. Наконец тишину разорвал крик.
Из черноты дверного проема вылетели два бездыханных тела. Они пролетели под потолком и впечатались в противоположную стену с такой силой, что их внутренности размазало по бетонным откосам. Жнец медленно перевел взгляд с них на проем под потолком и сделал несколько неуверенных шагов назад. Послышался шепот надвигающихся шагов. Мелкие стеклышки весело потрескивали под неуверенной, сбивчивой поступью.
Из темноты вышел паренек. Его рука была вырвана из плеча, так что мясо свисало с кости, хлеща его футболку. Один глаз светился желтым, а второй то вспыхивал, то гас снова. Он подошел к краю и застыл. Из темноты позади него хрупкая женская рука легла на его плечо и толчком отправила в полет. Парень рухнул вниз с четырехметровой высоты и, приземлившись прямиком на голову, забрызгал присутствующих содержимым своей черепной коробки.
Капли крови впились в лицо Жнеца. Подняв глаза, он уставился на Аню, смотрящую на него сверху вниз своими голубыми пылающими глазами.
Девушка сделала шаг вперед и в одно движение спорхнула вниз, подняв в воздух клубы пыли. Она повернулась к парням и встретилась взглядом с оцепеневшим Андреем. Ее лицо было совершенно холодным, словно она изучала их.
— Ан… Аня… — Андрей попытался воззвать к ней, но девушка просто отвернулась.
— Ты искал меня. — Ее голос был твердым, холодным. И хоть он звучал женским, и Андрей отчетливо видел, как слова слетают с ее губ, он точно знал, что он ей не принадлежал.
— За тобой должок! — прошипел Жнец и бросился на девушку.
Подбежав, он со всей силы вмазал ей в челюсть. Аня дернула головой, но даже не сошла с места. Жнец замахнулся, чтобы ударить еще раз, но девушка перехватила его руку и одним резким движением дернула его на себя так, что его развернуло. Жнец упал перед ней на колени. Аня вцепилась в его голову руками, все сильнее сдавливая его череп. Ее глаза полыхнули яркой вспышкой, и она в одно движение свернула ему шею.
Андрей смотрел прямо в его глаза. Длинноволосый убийца, который едва не прикончил их сейчас жадно хватал ртом воздух, а его веки дергались в конвульсиях в хрупких пальцах юной девушки. Пылающие зрачки начали попеременно гаснуть. Наконец Аня разжала пальцы, и Жнец рухнул на пол.
Девушка выпрямилась и подняв голову повернулась на уставившегося на нее Андрея. Ее взгляд заставил его забыть о боли. Заставил забыть, что ремнем который он сорвал с себя и держал в руке хотел перевязать Лешину руку чтобы он не потерял слишком много крови. Заставил забыть, что маленькая девчонка только что разорвала с десяток безумных тварей-маньяков, от встречи с которыми и взрослый мужик мог бы припустить в штаны. О том, что затухающие глаза Жнеца были полны недоумения и страха. Такого привычного человеческого ужаса.
Девушка медленно приближалась к ним. Андрей оцепенел, его руки тряслись. Она шла, не моргая уставившись на него и наконец нависнув над парнями остановилась. Наклонив голову, Аня, несколько секунд рассматривала Андрея. Ее пылающие зрачки метались по нему словно что-то выискивая, а затем будто бы не найдя желаемого она резко отвернулась к Леше. Осмотрев его, она словно удивленно откинула голову и медленно наклонилась, присаживаясь рядом на корточки. Одной рукой она крепко сжала его сломанную руку, а вторую положила ему на лицо.
— Что ты делаешь?! — Андрей еле смог выдавить из себя хоть какие-то слова. — Что ты с ним делаешь?!
Трясущимися руками Андрей нащупал валяющийся под ногой пистолет и взведя его наставил на девушку.
— Не трогай его!
Аня медленно повернулась к нему. Андрей целился ей прямо в лицо.
— Нажимай… Если хочешь его смерти, — сказала она совершенно спокойно, безразлично. Она пристально смотрела ему в глаза, не обращая никакого внимания на оружие.
Андрей тонул в синеве ее взгляда, неспособный ни моргнуть, ни отвести глаза. Он так и не смог ответить себе почему он так поступил, может он разглядел в ней что-то чистое, то, чего уже давно был лишен. Новую надежду. А может просто его мозг дал сбой под тяжестью пережитого, какой-то шоковый синдром, контузия или вроде того, а может, после всего увиденного, он понял, что выстрел навряд ли сможет ее остановить.
Андрей ослабил хватку, и рука с пистолетом обессиленно упала на колени.
Аня никак не отреагировала, просто отвернулась. Она набрала полную грудь воздуха и закрыла глаза. Ее руки сжались на Леше мертвой хваткой. Из-под ладоней повалил свет. Леша закричал. Девушка открыла глаза не в силах удержать под веками пылающее синее пламя.
Андрей не мог проронить ни слова. Наблюдая как торчащая окровавленная кость друга сама собой зарастает плотью. Как порезы на лице затягиваются, оставляя после себя лишь разводы грязной запекшейся крови. Как под майкой встают на место переломанные ребра. Леша открыл глаза. Его зрачки несколько секунд ярко горели синим светом, а затем огоньки бесследно растаяли. Аня разжала руки.
Леша жадно хватал ртом воздух. Он схватил себя рукой за локоть в панике пытаясь нащупать перелом. Затем принялся трогать свое лицо и грудь пока наконец не заметил висящую над собой девушку. Увидев ее глаза, он завопил, начал дергаться пытаясь отползти в сторону, но Андрей схватил его за штанину.
— Все хорошо! Тихо! — она спасла тебя.
Леша смотрел на него как на умалишенного, но еще раз осмотрев свою руку поутих.
— Теперь ты. — Андрей поймал на себе взгляд Ани. Он покорно придвинулся к ней.
— Что происходит? — в голосе Леши слышались нотки паники.
— Смотри… и не мешай. — Андрей закрыл глаза. Аня прижала руки по обе стороны его головы.
Время словно замедлилось. Андрей кричал в ее руках. А Леша, застыв, ни в силах ни объяснить, ни понять происходящее просто метался глазами между чудо девочкой, трупом патлатого с вывернутой наизнанку шеей, двумя кляксами кишок на стене и своей невредимой рукой.
Наконец Андрей замолчал. Девушка разжала руки, огоньки в ее глазах как кремний от зажигалки щелкнули яркими вспышками и погасли. Аня закрыла глаза и ее обессиленное тело повалилось на пол. Леша подхватил ее на руки и плавно опустил себе на колени, он провел рукой по ее лицу убрав спустившуюся прядь волос и уставился на посвежевшего напарника.
— Ты живой?
— Кажется да…
Правила Глава 3
Сквозь заколоченные окна прорывались лучи холодного света. Кира сидела на корточках в гостиной и старательно пытаясь сдержать рвотный позыв затирала, с каждой секундой все сильнее въедающиеся в потертый линолеум, следы крови. Выжав очередную порцию красной жижи из губки в металлическое ведро, она то и дело замирала, вслушиваясь в глубину коридора, где в комнате на раскладушке без сознания лежала Вика.
Кира смогла остановить кровь и на скорую руку перемотала ее голову марлевыми бинтами, из-под которых от места удара уже растягивала свои щупальца алая гематома. Щека и глаз заплыли так, что девочке было сложно дышать носом и при каждом глотке воздуха ее голова немного покачивалась.
Практически сразу после того, как Кира осознала произошедшее она перенесла девочку в спальню, а труп выволокла на улицу, на задний двор, так чтобы с улицы не было видно. Он тянула его за руки, наблюдая как тяжелые сапоги оставляют борозды на земле. С короткими передышками это заняло у нее минут десять. Наконец свалив тело в траву Кира заметила свои руки, перепачканные черно-красной жижей. Она кинулась к бочке и стала смывать с себя закисшую кровь, снова и снова пытаясь избавится от кусочков чужой кожи под ногтями. Кровь запеклась между пальцами. Заставляя девушку раз за разом запускать руки в ледяную воду, которая уже успела побагроветь до самого дна.
Наконец она успокоилась. Сделав пару нетвердых шагов, отошла к дому и опершись на стену выудила из кармана пачку сигарет. Кира сползла по стене до самой земли и жадно закурив разглядывала рассеченный череп трупа, на который уже успела позариться ворона.
Все стихло. Ни шума ветра, ни лая собак. Лишь тлеющая сигаретная бумага и чваканье отрываемых клювом кусочков мяса.
Машина почти не гудела. Гул колес превратился в монотонный глухой вакуум. Они просто неслись по трассе, не издавая ни звука. Леша все же сумел отыскать вторую канистру, так что беспокоиться о расстояниях временно не имело смысла. Аня наблюдала как сквозь покрытое испариной ее дыхания окно мимо пролетали деревья. Ее память искрила яркими вспышками. Крики, желтые глаза.
Она опустила голову заметив, как машинально потирает рукой ушиб на груди. Он уже практически не болел. Но в ее сознании ясно стоял момент удара. Молодой парень. Лет шестнадцати. Со всего размаха влепил ей расколотым кирпичом по грудине, процарапав кожу и мясо до самой кости. А потом ничего. Глухая чернота отделяла ее от произошедшего, как заботливый психотерапевт. Что с ним стало? Как затянулась ее рана? Вспышка. Рука, вырванная из плеча вместе с костью, летела в пыльную пропасть воспоминаний. Как я это сделала? Что со мной происходит черт возьми?
— Ты так и будешь всю дорогу молчать? — воспоминания в голове перемешивались словно шарики в погремушке которой жонглировал истеричный младенец. И сейчас, заслонив собой ночные ужасы, на поверхность вышли другие. Может быть, дорога навивала ностальгию, а может просто хотелось убежать туда, где все еще было относительно хорошо, но сейчас рядом с ней сидел ее брат.
— Аня? — Егор не отрывал взгляда от дороги и раз в пару минут звал ее по имени. Но девушка не желала вести с ним беседы. Кажется, она была смертельно на него обижена. Она переключила станцию на магнитоле, из которой послышалась старая песня группы Пилот:
«...кованы замки. Щедрые столы, да все не нам. На памяти моей, сколько телефонов полегло. На обочинах дорог, мятые бумажки ныряли в снег...»
— Ну музыка так музыка… — процедил Егор и развалился в кресле подперев голову рукой.
Мятые бумажки теперь сменились сгоревшими машинами, разбросанными шмотками и бесконечной грязью. Больше некому было чистить обочины, рисовать разметку, да и ездить по этим самым дорогам было больше некому, так что незаметно для всех в свои владения понемногу начала вступать природа, медленно пожирая дороги, отбойники, знаки и целые мегаполисы.
Правила Глава 4
Машина со скрипом вкатилась во двор через распахнутые ворота, звонко побрякивающие цепью. Ребята лениво высыпались наружу. Аня с Лешей пошли разбирать багажник, заваленный пакетами, а Андрей, уставившись на дом никак не мог понять почему никто их не встретил. Подойдя ближе, он заметил следы, тянущиеся изнутри дома, через входную дверь куда-то в недра двора. Его рука плавно упала на пистолет.
Первым в дом протиснулся взведенный Макаров. Андрей высунул голову из-за дверного косяка. Пробежав глазами по пустому холлу, он уперся взглядом в растертое кровавое месиво на полу и настороженно сделал несколько неуверенных шагов внутрь, когда услышал шаги за спиной.
Он обернулся услышав, как что-то просвистело над ухом и увидел Киру пытающуюся зарядить ему рукояткой пистолета по голове.
— Мать твою! Ты что сдурела? — Андрей увернулся и рухнул на пол.
— Ты? — Кира испугано отшатнулась назад.
— Вы чего?! — в дом влетели Леша и Аня. Перепуганная Кира тут же наставила ствол на них заставив Лешу инстинктивно прикрыть собой девушку от испуга, выронившую пакеты из рук.
— Ты что больная? Это же мы! — Андрей медленно поднимался с пола выставив руки перед собой словно щит.
— Уроды чертовы! Где вас носило? — Кира опустила пистолет и осела на стоящую у входа тумбочку — Я думала вы все…
— Ну… Спасибо что ты так в нас веришь. У нас возникли осложнения.
— Ага, целая толпа охуенно злобных осложнений, — поддакивал Леша.
Кира непонимающе осмотрела ребят.
— Что с вами случилось? — спросила она, успокоившись и наконец заметив на них следы минувшей схватки.
— Столкнулись с охотниками… — Андрей уткнулся взглядом в окровавленный топор, лежащий на полу возле ведра с красной жижей. — А это что за срань?
— Это топор. — Кира явно начала язвить. — Срань лежит за домом.
Леша подошел к ней и убрав волосы с ее лица открыл всем присутствующим плохо замытый кровавый подтек.
— Что у тебя с лицом?
— Какой-то урод залез в дом. Есть мысли кто это мог быть? — Кира сверлила взглядом виноватые глаза Алексея.
— Где он?
— Там. За домом. Ублюдок избил Вику и спер нашу еду. — Кира отдернула Лешину руку и спрятала пистолет под ремень. — Теперь он ваша проблема.
— Как Вика? — мягко спросил Андрей.
— Лучше, чем он. — Кира подошла к Ане и заглянула внутрь привезенных пакетов. — Ну и где долбаные прокладки?
Аня не нашлась что ответить и просто смотрела на женщину хлопая глазами. Презрительно окинув девочку взглядом Кира развернувшись, скрылась в черноте коридора оставив ребят наедине с тишиной сверлить друг друга испуганными взглядами.
— Проверь тело, — кивнув напарнику в сторону двора отчеканил Андрей и подняв с пола пакеты повернулся к Ане. — Пойдем. Поможешь разобрать. Кивнув, девушка молча последовала за ним на склад оставив Лешу в одиночестве.
Оставшись наедине со следами борьбы, он присел на корточки возле ведра и взяв в руку губку принялся дотирать бордовую лужу. Он был практически уверен, что любил Киру. А может просто горячо желал ее. Точно он знал только, что его к ней тянуло. В суете будней, в этом новом порядке, где твоя единственная цель выжить это, пожалуй, и не имело большого значения. Их связь означала прикрытые тылы и заботу и это было главным критерием. Но сейчас загоняя грязной губкой ошметки мозгов в щели половиц Леша не мог отделаться от липкого поедающего его чувства. Прикрытые тылы и забота. Простые правила. Но сейчас, труп во дворе говорил о том, что он оплошал.
— Смотри, консервы все сюда ставишь, — в полумраке складской комнаты с практически наглухо заколоченными окнами Андрей тыкал пальцем в полупустые полки. — Каши туда, вниз, к макаронам. Что там еще?
— Сахар, печенье, сода. Какие-то леденцы, — отчеканила Аня.
— Леденцы… Псих есть псих. — Андрей машинально расставлял припасы по местам. Он знал кто напал на девушек. Без каких-либо подсказок. Но хотел еще немного оттянуть момент этого горького осознания занявшись полезным делом. Да и что теперь сделаешь? Биться в припадке вины и отчаянья у него не было никакого желания. Да и не мог он себе позволить такой роскоши. Никто не спрашивал его хочет ли он быть главным. Готов ли он примерить на себя роль того, кем он никогда не являлся. Но так сложилось что именно ему приходилось принимать решения. Хорошие или плохие, но их надо было принимать и принимать быстро. От этого зависели жизни.
— Вы часто выбираетесь? — вопрос девушки оборвал его мысли.
— Все реже. После ночей как эта… Желание покидать дом отбивает надолго. — Андрей опустошил свой пакет и пошел за следующим уступив Ане место у полок.
Он сел на ящик и долго смотрел на нее, пропесочивая в памяти ночные события.
— У тебя были глаза как у них… — наконец он решился. Но девушка пропустила его слова мимо ушей. — Слушай, я бы хотел просто выбросить это из головы, но я не могу. Ты спасла нас сегодня.
— Это была не я, — холодно отрезала девушка. — Я помню только как очнулась, и вы стоите надо мной с квадратными глазами.
— Ты правда ничего не помнишь?
— Да говорю же! Пустота. Ноль! — банка кукурузы предательски выскользнула из руки и с грохотом приземлилась на Анин ботинок. — Ах ты черт! Зараза.
— Слушай, я же тебя не обвиняю ни в чем. Если бы не ты, я бы тут сейчас баночки не раскладывал. Понимаешь? И то, что ты с нами сделала, с его рукой, со мной… — Андрей подошел ближе. — Я просто пытаюсь понять. Раньше с тобой такое уже случалось?
— У меня были провалы. — Аня оперлась спиной на стеллаж и робко посмотрела на Андрея. — При сильном стрессе. Отец меня все возил по врачам, а потом и брат. Я ничего не помнила, а потом мне говорили, что вроде как я теряла сознание. Но мне еще никто не рассказывал, что я убила кого-то, понимаешь?
Андрей неловко взял ее за руку и повернул к себе. Девушка подняла на него покрасневшие влажные глаза и видя его лицо полное понимания и сочувствия, немного смущенно улыбнулась. Ей стало как-то легко. Спокойно. Она стерла со щеки успевшую сбежать с ресниц слезинку и снова улыбнулась.
— Не знаю, что это было. Но я тебе верю. — Андрей смотрел ей прямо в глаза заставляя девушку все больше краснеть. Он крепко сжал ее руку и продолжил. — Благодаря тебе я живой. И Леха живой. Если это плохой поступок, то пусть меня сейчас поразит молния.
Аня усмехнулась и согласно закивала. Андрей отпустил ее руку и принялся расставлять содержимое последних пакетов.
— Ты расскажешь Кире? Она от меня, кажется, не в восторге, — вытирая лицо тихо спросила девушка.
— Мы тоже не сразу поладили. Не стоит тебе переживать об этом, — повернувшись Андрей поймал на себе сверлящий взгляд девушки, ждущей ответа. Да, просто не парься. Совета дерьмовее и придумать сложно. Какой кретин. Отогнав от себя мысли самобичевания, он посмотрел ей в глаза. — Я скажу то, что она должна знать. Ни к чему нам сейчас лишние ссоры так?
Аня благодарно кивнула.
Алексей виновато вплыл в комнату Киры. Она сидела у кровати разводя в миске компресс для девочки. Леша уселся рядом и вжавшись сальным лбом в плечо Киры осторожно поцеловал ее под лямкой топа.
— Что у тебя с рукой? — не поворачиваясь к нему спросила Кира.
— Твари меня достали. Хотели оторвать. Но обошлось. Не досталось им халявного мяса, — он съязвил в своей манере, пытаясь не придавать большого значения случившемуся.
Кира отжала марлевую тряпку в миску и положив Вике на лоб повернулась к нему.
— Конечно. Такого медведя так просто не взять. — Леша поднял глаза, и она уткнулась щекой в его лоб. — Я правда думала, что вы уже не вернетесь.
— Я тоже милая. Я тоже…
Правила Глава 5
Задний двор их дома не мог похвастаться даже ухоженностью, не то что каким-то ландшафтным дизайном или организацией пространства. Кто здесь обитал до них они не знали. Бывшие жильцы в спешке покидая свой дом забрали с собой в придачу к документам и ценностям и все свои фотографии. Но, судя по обстановке и мебели, ребята пришли к выводу что это вероятно была пара лет за пятьдесят. К ним периодически приезжали дети, с внуками, для которых заботливые хозяева соорудили целую отдельную комнату. Им не было дела до всяких дорогих мангалов и беседок, распальцованных гранитных дорожек из магазина с секцией «патио». По всему было видно, что в отсутствие детей и внуков во дворе балом правили огородники.