Мальчик и гоблин

Глава 3 – Мальчик и тайна

Взяв себя в руки, Гоша ещё раз внимательно пошарил под кроватью. Решив, что ошибся, вытащил пыльный чемодан и открыл его, проверяя, не положил ли бобра туда. В ноздри ударила слежавшаяся пыль. Не удержавшись, мальчик пару раз яростно чихнул.

Задвинув чемодан обратно, он уселся на кровать и принялся отчаянно думать. Кто взял бобра? Бабушка? Но почему она ничего не сказала? Нет, баба Соня молчать бы не стала. Получается, что кто-то чужой пробрался в комнату и незаметно умыкнул находку. Так, что никто даже не заметил!

Гоша вспомнил о шпионах и ему стало не по себе. Он рванулся было закрыть настежь распахнутое окно, но вовремя остановился. Паника уступила место незнакомому холодному чувству, в голове прояснилось. Что он, в самом деле, мечется? А если тот, кто взял бобра, сейчас за ним наблюдает? А в комнате, между прочим, свет горит, и снаружи всё видно как на ладони!

В любимых Гошиных детективах попавшие в трудную ситуацию герои старались вести себя обычно, чтобы не вызвать подозрений. Он и сам ведь об этом вспомнил, когда сдержался и не побежал к Юлиному дому, опасаясь, что разыскивающие бобра злодеи возьмут его на заметку. Вспомнил да забыл!

Медленно поднявшись, Гоша расстроенно оглянулся и не спеша подошёл к заваленному всякой всячиной столу. Порывшись в груде бумажек, игрушек, и мелких деталей, картинно хлопнул себя по лбу и, выдвинув ящик, достал старенькие электронные часы. Сосредоточенно потрогав кнопки, кинул часы обратно и скучающе посмотрел в окно. Зевнув, выключил свет и лёг в кровать, отвернувшись к стене.

Вот теперь порядок. Если кто и наблюдает, то ничего особенного не увидит. Поискал он, дескать, бобра, не нашёл, решил, что его забрала бабушка и, немного расстроившись, переключился на другую игрушку. Не знает он ничего и не ведает, а на странности внимания не обратил или не придал значения. К счастью, бобра он закрыл, придав тому первозданный вид. И даже завернул в пакет.

Спал Гоша, как и в прошлый раз, плохо. Попробуй усни, когда у тебя в комнате побывал невесть кто! Спустя пару часов он, наконец, погрузился в лишённый сновидений сон. Точнее, почти лишённый, ведь один сон всё-таки приснился. Мечась по кровати, мальчик наблюдал за тихонько вползающим в комнату незнакомцем в чёрном призрачном комбинезоне. Плавно подойдя к кровати, безликая фигура протянула руку прямо к его плечу. Что-то кольнуло, потом зачесалось и Гоша, проснувшись, словно ошпаренный слетел на пол.

В комнате было тихо, пусто и темно. Плечо зудело, но, включив свет, Гоша не обнаружил ничего, кроме небольшой припухлости. Комаров этим летом было мало, спасибо расплодившимся стрекозам, но выжившие кусались отчаянно. Почесавшись и поискав на стене засевшее гадкое насекомое, мальчик снова улёгся спать. Больше в ту ночь ему не снилось ничего.

***

Утром он встал разбитым и в ужасном настроении. Делать ничего не хотелось, а тут ещё на небо набежали серые тяжёлые облака. Мелкими каплями барабанил дождь, на подоконнике разлилась небольшая лужица.

Несколько минут Гоша мрачно лежал, рассматривая трещины в потолке. Как теперь быть? Что делать? А если те, кто украл бобра, скоро придут и за ним? В детективах таких, как он, называли «опасными свидетелями», и ничего хорошего подобным персонажам не светило.

«А Юлька? – пронзила мозг тревожная мысль. – Её, получается, тоже?..»

В душе поднялась злость. Девчонку он в обиду не даст и выход обязательно найдёт. Для начала надо выяснить, кто украл парового бобра. Ну не призрак же похититель в самом деле, да и бабушка весь день дома была. Понять сначала это, а уж потом…

– Георгий! – тихо позвал выросший в оконном проёме дядя Олег. Отвлёкшись от размышлений, Гоша торопливо подошёл к заговорщицки оглянувшемуся по сторонам соседу.

– Слушай, тут такое дело, – нерешительно начал тот. – Во-первых – это ничего, что я к тебе в окно, как к себе домой?..

Гоша нетерпеливо помахал головой. Какие, мол, разговоры между своими людьми?

– Я насчёт твоей находки, – кивнул дядя Олег в сторону кровати. – Да не красней так, что ты там прятал – меня не касается. Я ведь тебе тоже не все тайны рассказываю, – улыбнулся он мальчику. – Ты, как мне думается, что-то важное потерял, потому что вчера ночью по комнате словно укушенный метался. Я с рыбалки шёл, а тебя в окне издалека видать. Хотел подойти, спросить, а потом думаю – не моё это, в общем, дело.

Гоша грустно отвёл глаза. Получается, ночная конспирация была напрасной, если даже проходящий мимо сосед так быстро всё понял.

– В общем, – продолжал тот, – если ты что потерял, то знай, что это Валерий Кузьмич. Он вчера к бабушке приходил, лекарство ей принёс. Я в огороде забор ремонтировал и краем глаза его заметил. Мне этот дед давно не нравится. Суётся везде, на всех рычит, к тебе с Юлей тогда пристал. И вчера, когда пришёл, как-то нехорошо в твоё окно зыркнул. Затаился я, значит, за поленницей, смотрю в оба, а тут он к тебе в комнату и зашёл. Я хотел ему крикнуть, а потом думаю – вдруг его Софья Матвеевна попросила? Он ещё себя так по-хозяйски вёл, осмотре-елся, ящики пооткрывал, кровать отодвинул. Достал какой-то свёрток, кровать на место вернул и ушёл. Даже половичок ногой расправил, чтобы следов не оставлять. Ты прости, что его не остановил. А ещё так выходит, будто я за тобой слежу, что ли. Но я не специально, честно. Просто от соседей что-то скрыть трудно, а мы же с тобой они и есть.

Он улыбнулся, потрепал Гошу за вихры и протянул в знак примирения руку, которую мальчик тут же пожал. За что, правда, дядя Олег извиняется? За то, что помог и за комнатой присмотрел?

– Какой-то ты помятый, Георгий, – сочувственно оглядел мальчика сосед. – У тебя всё хорошо? Может, помощь нужна? Ты говори, не стесняйся.

Секунду Гоша боролся с искушением выложить всё, что случилось с момента приезда к бабушке. Победив себя, он отрицательно мотнул головой и улыбнулся. Не надо впутывать взрослых, сами с Юлькой разберутся, тем более что главный подозреваемый уже определён. А если что-то пойдёт не так, попросить о помощи они всегда успеют.

Задержав на Гоше внимательный взгляд, дядя Олег улыбнулся и кивнул.

– На нет и суда нет. Я бы на твоём месте бабушку спросил, по какому праву этот товарищ у вас дома шастает. А если опять приставать будет, я ему…

Приняв боксёрскую стойку, он провёл серию ударов, метя в воображаемого деда. Снова улыбнувшись и помахав на прощание, дядя Олег ушёл к себе.

***

– Бабуль, а Валерий Кузьмич приходил? – невинно спросил за завтраком Гоша.

– Приходил, как не приходить, – закивала бабушка. – Лекарство вот принёс, – встав из-за стола, Софья Матвеевна подошла к буфету и достала наполненную прозрачной жидкостью скляночку.

– Что за лекарство? – заинтересовался Гоша.

– Не знаю, внучок, – задумчиво ответила баба Соня. – Но точно не химия. На вкус как вода и не пахнет. Я выпила ложечку, меня-то и сморило. Так спала хорошо – не передать. Перед Валерием Кузьмичом, правда, неудобно, я ведь его обедом накормить собиралась.

Заснула, значит. Как раз когда колдун рылся в комнате! А что, если он специально чем-то бабушку опоил? Что, если…

– Можно посмотреть? – борясь с подступающим волнением, спросил мальчик.

– Смотри, там и смотреть-то нечего, – пожала плечами бабушка, собирая со стола тарелки. – Только пить не вздумай! – грозно предупредила она, уходя на кухню.

Взяв загадочный пузырёк, Гоша вытащил пробку и принюхался. Запаха никакого, да и на вид бесцветная жидкость неотличима от воды. Может, и правда вода? Может, Валерий Кузьмич – обычный шарлатан, как часто называла экстрасенсов мама? Хотя какой же он шарлатан, если с Юлькой такое устроил?

В кухне звякнула посуда, громко зашипела побежавшая из крана вода. Бабушка мыла тарелки, весело напевая под нос старую мелодию. Последний раз Гоша видел её такой несколько лет назад. Похоже, Валерий Кузьмич действительно помог бабе Соне. Но что это за лекарство такое волшебное? Настой на травах, что иногда покупала в аптеке мама? Но те непрозрачные и резко пахнут, а здесь ничего такого не наблюдается.

Подняв нагревшуюся от тепла ладоней склянку, Гоша прищурился. Спустя мгновение ему показалось, что по флакончику пробежал солнечный зайчик. Удивлённо мигнув, мальчик присмотрелся повнимательнее. Словно в ответ пузырёк засветился и тихонько зажужжал, словно поставленный на режим вибрации телефон. По ладоням пробежало живительное тепло, свечение усилилось. Пузырёк уже не светился – сиял, словно маленькая звёздочка. И гудел так, будто в руках завёлся дизельный моторчик.

– И чего ты в него вцепился? – с улыбкой спросила вернувшаяся бабушка. Вздрогнув, Гоша отвёл взгляд от флакона, краем глаза заметив, что свечение тут же померкло. Он глянул на бабушку, ожидая, что та удивится произошедшей с пузырьком метаморфозе, но Софья Матвеевна не повела и глазом. Складывалось впечатление, что случившееся осталось для неё невидимым.

– Шёл бы, погулял, – проворчала баба Соня, отбирая у внука флакончик. – Юлю бы заодно проведал. Я вчера Валентину Павловну встретила, говорит, приступ был у девочки. Хорошо, Валерий Кузьмич подсобил, а то увезли бы в Москву.

Гоша промолчал. Про старика говорить не хотелось, про Юлю тем более. Накинув по бабушкиному настоянию ветровку, мальчик вышел на улицу, задумчиво почёсывая всё ещё зудящее плечо.

***

– А ещё он, представляешь, светился! – размахивая руками, рассказывал Гоша. – Я его в руки взял, хотел рассмотреть, а он вдруг загудел, как паровоз. Потом бабушка зашла, я думал, увидит и испугается, а она даже не заметила! Что это за лекарство такое?

– Не слышала я про такие лекарства, – покачала головой Юля, – и не видела.

Сердце кольнула жалость. Юлька, поди, на подобные пузырьки до тошноты насмотрелась. И всё же он был рад, что ей лучше и можно вот так, сидя на пустом берегу, делиться с ней сокровенным. Гоша подумал, что привязался к Юле так, как ещё ни к кому не привязывался. От внезапного осознания на душе стало тепло и слегка волнительно.

– У тебя же мама врач, – вспомнила Юля. – Может, она что-то рассказывала?

Гоша покачал головой. Не рассказывала и не упоминала. Да и к чему лекарству гудеть и светиться? Больному ведь от этого не лучше.

– Ничего не понимаю, – задумчиво произнесла девочка, бросая в озеро подвернувшийся под руку камешек. С тихим «бульком» голыш ушёл в чистую воду, по спокойной глади пошли гулять круги.

– Я думаю дяде Олегу рассказать, – решился Гоша. – Сначала не хотел, а теперь, мне кажется, – слишком много странного творится.

– Не надо ему рассказывать, – серьёзно посмотрела Юля. – Ты его совсем не знаешь.

– Я не знаю?! – задохнулся от возмущения Гоша. – Он маму в электричке защитил, бабушке помогает, вора выследил. Да если бы не он, мы бы так и гадали, кто бобра украл!

– Всё равно – не надо, – отрезала Юля. – Тем более что ничего не изменилось. Теперь мы знаем, что правильно Валерия Кузьмича подозревали. Значит, и следить за ним будем, как и собирались.

– Подожди, – нахмурился Гоша. – Если он украл бобра, то уже вернул хозяевам. Зачем тогда следить?

– А лекарство? – прищурилась Юля. – Откуда оно?

– Ну как, – заупрямился Гоша. – Валерий Кузьмич его, наверное, дома делает. Сама же рассказывала: когда этот дед тебя лечил, аж воздух дрожал. Мало ли, что он ещё умеет.

– То, что Валерий Кузьмич экстрасенс – это понятно, – принялась растолковывать Юля. – Таких много, в одной передаче они даже соревнуются. Но вот чтобы экстрасенсы лекарства делали – это редкость. И потом, почему он Софью Матвеевну сразу не вылечил? Чего ждал?

Гоша задумался. Действительно, почему старик помог бабушке лишь спустя несколько лет? Он что, курсы повышения квалификации закончил?

– Ты хочешь сказать, что это лекарство…

– Не его. – спокойно кивнула Юля. – Что он его где-то берёт. Вполне возможно, на той самой базе.

– Глупо как-то, – заметил Гоша. – Не складывается.

– Это почему ещё? – надула губы девочка.

– Ты не обижайся, сама подумай, – зачастил озарённый смутной догадкой мальчик. – Зачем секретным военным помогать моей бабушке? Их же это не касается, а тут ещё вопросы пойдут. И потом, кто им Валерий Кузьмич? Да никто, считай, сторож. Получается, приходит он к ним и говорит: «Дайте-ка мне засекреченное лекарство, соседке хочу помочь». А они ему р-раз – и выдали? Да они с ним и разговаривать не станут, точно тебе говорю. Не военные это, а кто-то ещё.

– Кто? – тихо спросила Юля. Гоша понял, что ей не по себе. Да и самому, честно говоря, становилось страшновато.

– Пришельцы, – решился он наконец.

– С чего ты взял? – еле слышно уточнила девочка. Было видно, что ей отчаянно не хочется верить.

– Сама подумай, – воровато оглянувшись, придвинулся к подруге мальчик. – Помнишь ту ночь, когда мы бобра нашли? Ты ещё рассказывала, что у тебя над головой будто невидимое что-то пронеслось. А что, если это они? Тогда очень логично получается. Валерий Кузьмич вступил с ними в контакт, экстрасенсы ведь часто рассказывают, как с инопланетянами общаются. А они ему и помогли. Может, за так, а может, он что-то для них сделал.

– Что… сделал? – растерянно переспросила Юля.

– Я не знаю, например, образцы добыл. Воды, почвы, или там… корову.

– Ну ты фантазёр! – рассмеялась Юля. – Зачем же им корова?

– Для изучения. Они, говорят, в Америке коров похищают целыми стадами, чтобы…

– Хватит, Гошка, не пугай меня, – замахала руками девочка.

– Я не пугаю, – обиделся Гоша. – Просто думаю, что если они бабушке помогли, то, может… и тебе помогут?

– Не надо так шутить, – грустно отвернулась Юлька. – Даже если это пришельцы, станут они мне помогать.

– Станут, – ткнул кулаком в песок Гоша. – А не станут – так я их заставлю! Из-под земли вытащу. Ну, или с орбиты!

Девочка удивлённо посмотрела на друга, словно видела его впервые. Он и сам не мог понять, откуда в нём эта суровая решимость. Но точно знал одно – Юле он поможет. Чего бы это ни стоило!

– Короче, план такой, – решительно продолжил мальчик. – Колдуна я беру на себя, а ты пока отдыхаешь. Как что узнаю – сразу сообщу.

– Ещё чего! – вскинулась Юля. – Не собираюсь я дома сидеть, пока ты за ним следишь. Во-первых, так нечестно. Во-вторых, одного он быстро заметит. В-третьих, меня это, между прочим, напрямую касается. А в-четвёртых, если с тобой что-то… В общем, даже не думай!

Гоша понял, что спорить бесполезно. Да и права Юлька, целиком и полностью. Общее это дело, не его одного. И заставлять её сидеть дома и переживать, пока он будет невесть где пропадать – неправильно.

– И потом, – продолжила Юля, – как ты собираешься за ним следить? В деревне ещё ладно, а если он к озеру пойдёт? Ты что, на велике за ним поедешь? Там тебя за километр видно.

– И что ты предлагаешь? – озадаченно спросил Гоша.

– Предлагаю не брать нахрапом, – подняла пальчик Юля. – Тут система нужна.

***

– Это что? – презрительно покосился Гоша на игрушечную рацию. Розовую и покрытую отвратительными для любого пацана стразиками.

– Связь, – с нажимом ответила Юля. – Других нет, извини. Дедушка на день рождения подарил, у них, между прочим, дальность больше километра. А на цвет не смотри, самой тошно. Я выкинуть хотела, да дедушка расстроится.

Гоша брезгливо взял протянутый приборчик. Переборов отвращение, щёлкнул кнопкой:

– Приём.

«Приём», – хрустнуло из динамика Юлькиной рации. Качество звука было хорошим, даром что «мейд ин Чайна».

– Батарейки я свежие вставила, – озабоченно сообщила девочка. – Теперь давай план набросаем.

Гоша подобрался. Похоже, не один он любил детективы. Сейчас они распределят роли и будут, сменяя друг друга и переодеваясь, неотступно следовать за колдуном, пока тот не выведет на замаскированный корабль инопланетян.

– Наблюдать будем сверху, – ошарашила девочка.

– С дерева, что ли? – изумился Гоша.

– Возле озера есть старая церковь, – принялась как неразумному объяснять Юля. – Я туда разок лазила, с неё всё видно. Будем там посменно дежурить. Скучно, конечно. Кто его знает, сколько времени просидим, пока Валерий Кузьмич куда-нибудь пойдёт. Зато точно нас не заметит.

– Не, я не согласен, – уныло протянул Гоша. – А если он месяц дома проторчит?

– Не знаю, – развела руками Юля. – А как тогда?

– Не надо нигде сидеть, – щёлкнул пальцами мальчик. – Зачем, если мы приблизительно знаем время контакта? У бабушки лекарства хватает на неделю, потом он ей новый флакон приносит. Значит, примерно тогда с друзьями своими и встречается.

– И что ты предлагаешь? – скептически хмыкнула Юля. – Заявиться туда следом и поздороваться? А если они тебя тоже… как корову? Я же говорила, нахрапом действовать опасно. Надо аккуратно и не торопясь. Лучше лишнюю неделю потерять, это во-первых. А во-вторых, важно понять, что мы ищем.

– В смысле? – удивился Гоша. – Пришельцев ищем.

– Ты, по-моему, кино пересмотрел. – улыбнулась Юля. – Ну, допустим, это инопланетяне. Как они выглядят? Как передают ему лекарство?

А действительно – как? Приходит старик на поляну, в небе вспыхивают огни, а в руки красиво спускается наполненный гудящим составом пузырёк? Ерунда какая-то. Так действительно только в фильмах бывает.

– В общем, ты прав – подытожила Юля. – Куковать там днями напролёт не стоит. Будем следить за ним после того, как у бабушки закончится лекарство. Новое он, скорее всего, получает ночью, днём его могут обнаружить. Ты как, сможешь ночь не спать?

Гоша кивнул.

– Я с тобой пойду, – продолжала Юля. – Если что заметим…

– Не надо, – махнул головой Гоша. – Тебе отдыхать надо, вот и отдыхай. Рацию рядом с кроватью положи, а я, если что увижу, сразу сообщу.

Подумав, Юля кивнула.

– Обещаешь, без меня ничего делать? – строго уточнила она.

– Честное слово, – заверил Гоша. – Даже не пикну.

– Хорошо, – вздохнула Юля. – На ночь крепкого чаю выпей, чтобы спать не тянуло. Хотя я тебе лучше в термосе заварю. И бутерброды сделаю, чтобы не проголодался. Вдруг тебе до утра придётся лежать? Да, и надень что-нибудь старенькое. Если запачкаешь и порвёшь, не так обидно. И взрослым не так заметно.

– Не переживай, – коротко кивнул Гоша. – Исполню в лучшем виде.

***

– Ну что, готов? – критически осмотрев друга, спросила девочка. – Вырядился-то как…

– Сама же говорила – надеть старое, – насупился Гоша, оглядывая заштопанную футболку с выцветшим изображением летающей тарелки и старенькие протёртые джинсы, извлечённые из недр бабушкиного сарая.

– Говорила, – пытаясь спрятать улыбку, кивнула Юля. На её щеках проступили весёлые, задорные ямочки. – Ладно, давай к делу. Вот термос, вот бутерброды. Чай заварила зелёный, покрепче. И без сахара, от него в сон тянет. Рацию положу у кровати, сама надену наушники, чтобы бабушку с дедушкой не будить. Ты нашёл, что я просила?

Гоша молча извлёк из рюкзака старый, подаренный папой бинокль. В городе смотреть в него некуда, а вот в деревне виды что надо. И никаких тебе многоэтажек, нервные жители которых почему-то убеждены, что соседский мальчик обязательно за ними подглядывает.

– Дай-ка, – протянула руку Юля. Придирчиво осмотрев бинокль, она сосредоточенно кивнула и подняла взгляд. – Всё, я пошла, дальше работаем по плану. Ничего не забыл?

– Не забыл, не бойся, – отмахнулся Гоша. План был скрупулёзен и утверждён на совместном военном совете. Бабушке было сказано, что они с Юлей уходят в лесной поход и вернутся по обыкновению поздно. В эти дни Софья Матвеевна ложилась спать пораньше – от принесённого колдуном лекарства её клонило в сон. Скрепя сердце, она согласилась отпустить внука, вручив тяжёлый ключ от входной двери, болтавшийся сейчас у Гоши на шее. Разумеется, потребовав дать честное слово, что он вернётся вовремя.

– Тогда всё, – кивнула Юля и вдруг, не сдержавшись, схватила ладонь друга холодными пальчиками.

– Будь осторожен, понял? – очень серьёзно сказала она. – И смотри у меня, Гошка. Только попробуй не разбудить!

Шмыгнув в ночь, Юля оставила мальчика одного. Вздохнув, тот окинул взглядом видневшуюся неподалёку церковь и, подхватив термос и пакет с бутербродами, направился к зияющему проёму входа.

Внутри было темно, хоть выколи глаз. Споткнувшись о твёрдое, Гоша чертыхнулся и достал из кармана фонарик. Пятно света выхватило из темноты обшарпанные стены с видневшимися из-под остатков древних росписей кирпичами и закиданный строительным мусором пол.

«А вдруг тут кто-то есть? – подумал Гоша. – К примеру, сбежавшие преступники или бездомные?»

Воображение живо нарисовало залёгших в ночи небритых суровых бандитов, скрывающихся от полиции. Поборов приступ паники, Гоша мысленно отчитал себя за трусость. Какие в Телепино бандиты? Тут не Москва, все про всех знают. Если в церкви кто-то поселится, об этом мигом станет известно всей деревне.