Следуй за моим хвостом
- -
- 100%
- +
– Ты можешь разблокировать? – я готов был умолять друга об услуге, но держал невозмутимый вид. – Хочу все узнать.
– Послушай, Гирз, – вмешался растерянный Приом. – Не слишком ли все это заковыристо? Мало, что ли, наемных убийц сидят по тюрьмам при ненайденных заказчиках? Может, нас и правда отправят на каторгу?
– Взгляни на меня, – Гирзельд растопырил все щупальца разом. – По-твоему, я похож на существо, пригодное для тяжелых работ? Что мне делать на руднике?
– Водить гигантский бульдозер, – задумчиво пробасил Приом.
– Нет, мой чешуйчатый друг, – невесело улыбнулся Гирзельд. – Меня не допустят к управлению тяжелой и опасной техникой. По этой причине мы возвращаемся к разговору о том, что надо бежать.
– А не для того ли они нас откармливают, как скот на убой, и устраивают расслабляющие процедуры, чтобы мы вконец разленились и не подумывали о побеге? – Приом решил показать Гирзельду, что не настолько глуп, как его все считают, и тоже способен выстраивать причинно-следственные связи.
– Да, не исключено, – согласился скользкий гений. – Еще раз повторю, вокруг нас в последнее время творится нечто странное. И крайне подозрительное.
– Когда бежим? – после всего, что я узнал о Гирзельде, ничуть не сомневался в том, что гениальный друг без проблем вытащит нас из тюрьмы.
– Завтра? – нетерпеливо рыкнул Приом, позабыв обо всех обидах на друзей с их темными секретами.
Казалось, его широкие ноздри уже вдыхали пьянящий аромат свободы.
– Самый выгодный момент для побега – при транспортировке, – остудил его пыл Гирзельд. – Не думаю, что нас будет сопровождать целый взвод конвойных. Скорее, они понадеются на контроллеры и фиксаторы. Разобраться с теми и другими я смогу почти мгновенно. Быстрее вспышки молнии. Также нас вряд ли повезут на огромном специализированном корабле для перевозки заключенных. Не станут его пригонять ради трех обреченных смертников.
– Занятная версия, – похвалил я.
– Думаю, за нами пришлют небольшое юркое суденышко, на котором удобно сразу же смыться куда подальше, уйдя в гиперпрыжок, – увлеченно вещал Гирзельд. – Помните, я сказал вам про уединенное место? Где-то на отшибе галактики, куда практически никогда не заглядывает патруль. Нейтральная, или попросту говоря, ничейная слепоглухая зона. Стратегически невыгодная, за которую ни одна крупнейшая держава не станет бороться.
– Чтобы спрятаться в таком месте и незаметно убить нас, им придется отключить опознавательные маячки, – предположил я.
– Именно так, мой лохматый и хвостатый друг, – Гирзельд принял расплывчатую форму тела, растекаясь по койке от наслаждения собственной гениальностью. – Ты опытный пилот, и для тебя не составит труда угнать корабль. Мы захватим его, а несостоявшихся убийц выбросим в открытый космос. Прямо в момент гиперпрыжка. Пусть их разнесет на микрочастицы вместе с чипами, метками, или чем они там оснащены. Мы улетим навстречу новой счастливой жизни. У меня остались кое-какие знакомства. Найду того, кто может помочь нам легализоваться под новыми именами с кристально чистой биографией. На крайний случай сам этим займусь. Главное, верьте мне. Ну, если хотите жить.
– А разве у нас есть выбор? – мне понравился предложенный план.
В мыслях живо и красочно нарисовался высокоскоростной корабль, напоминающий боевой крейсер, только меньшего размера. Я видел подобные в Алверийском военно-космическом флоте. Алверы точно замешаны в деле, ведь это их корпорация, а значит, нам следует ждать их вояк в гости.
– Лучше выбраться на волю через пять дней, чем через пять лет, – подытожил Приом.
– А тем более, через сотню лет, до которой можно не дожить, – я подтянулся наверх и присел на койку рядом с Гирзельдом.
– Мейс, ты готов к знакомству с потерянными воспоминаниями? – скользкий умник подмигнул крайним ко мне из трех глаз.
– Гирз, я не уверен, что меня ждет приятное знакомство – такое, как с пышнохвостой красоткой. Но мне интересно узнать, что хотели утаить дельцы из корпорации. Либо главу “Данкорда” заказали их конкуренты. В любом случае я должен во всем разобраться и найти того, кто не смог угомониться за целый год и с завидным постоянством покушается на мою жизнь. А теперь еще и на ваши жизни в довесок. Простите, парни. Я, честно, не хотел вас втягивать во все это.
Я поочередно заглянул друзьям в глаза и виновато повесил уши.
– Впервые слышу, как Мейс за что-то извиняется, – рассмеялся Гирзельд. – Когда мне отдавил щупальце, ни слова не сказал. Будто не заметил, как на меня наступил.
Но я действительно не заметил, иначе бы извинился. Впрочем, говорить о том не стал. Держался за имидж хладнокровного убийцы… из теплокровной расы.
Что за ерунда мне в голову полезла? Наверное, так сказывается легкий страх перед неизведанным.
Окунуться в глубины собственного разума, в который внедрены посторонние воспоминания. Что может быть интереснее и в то же время неприятнее?
Я словно готовился открыть люк в черную бездну, готовую меня поглотить без остатка. Но должен был сунуться туда, чтобы найти ответы на самый главный вопрос – кто подставил меня и убил алверийского магната.
– Мейс у нас гордый, – насмехался Гирзельд, отвлекая меня от депрессивного самокопания. – Воин знаменитого на всю галактику кеоманского клана Стратокрылов. Птица высокого полета.
– Вы оба – слишком важные птицы. Вот и вытаскивайте меня отсюда на свободу, – Приом шлепнулся на нижнюю койку напротив нас, и та переливчато заскрипела.
– Осталось немного подождать, и мы все устроим. Не так ли, Мейс? – хитренько переглянулся со мной Гирзельд. – А пока вместе будем наслаждаться жизнью, как на элитном курорте. Но не расслабляться и помнить о побеге. Приом, ложись спать и помолчи. Не мешай мне проводить сложную кропотливую операцию.
– Собираешься копаться в его мозгах? – кряхтя и фыркая, Приом поудобнее разместился на скрипучей койке и сложил руки на толстом животе.
– Редкий случай, когда ты угадал, – сквозь широкую улыбку процедил Гирзельд. – Именно этим я и займусь. Ложись и закрой глаза.
Он отполз на железную перекладину изголовья, уступая мне место. Я лег на спину, прикрыл устало слипающиеся веки, расслабленно положил руки вдоль боков. Приготовился к не самым приятным ощущениям. Гирзельд прилип к моей голове, одно из его щупалец заползло мне в ухо, и в следующий миг я отключился.
Я проснулся раньше всеобщей побудки. Постарался собрать в голове четкую картину того, во что меня втянули против моей воли. Да, я не напрасно подозревал, что источником зла является проклятая алверийская корпорация “Данкорд”. Организатором тщательно продуманного убийства старого генерального директора был кто-то из его ближайшего окружения. Вероятнее всего, тот, кто впоследствии занял его такое мягкое, удобное и заманчивое кресло.
В память наемного убийцы было загружено более чем достаточно секретной корпоративной информации, включая коды и пароли доступа, координаты для маршрутов дальних полетов и гиперпрыжков, целый список объектов недвижимости на разных планетах – от промышленных предприятий, лабораторий и архитектурных бюро до роскошных особняков и космических яхт.
Вооруженного киборга беспрепятственно пропустили в башню центрального офиса – одно из самых тщательно охраняемых зданий на всем Дашиойне, напичканном современными системами контроля. Без участия начальника службы безопасности дело не обошлось. Вряд ли рядовой сотрудник сумел бы провернуть столь рискованную и хитроумную комбинацию. А будь так, ему бы не сносить головы.
Судили меня одного, а это значит, что на пути справедливой мести мне придется фактически пойти против нового руководства корпорации. Задача не из легких, и даже, можно смело заявить, мало совместимая с жизнью. Но я точно знал, что не отступлю.
Мне нужно вырваться на свободу не для того, чтобы затеряться на космических просторах, а чтобы добраться до всех тех, кто разрушил мою жизнь, и перерезать им глотки без единой мысли сожаления или сочувствия. Разблокированную информацию в моей электронной части мозга я намеревался использовать с максимальной выгодой для намеченной цели.
Гирзельд так и не понял, что я не наемный убийца. Заметив, что я проснулся, маленький скользкий друг подполз к моей голове и рассказал о том, что активировал в моих кибернетических составных частях скрытые возможности, к которым военные врачи не предоставили мне доступ, понимая, что я обречен на списание со службы. После того, как со мной поработал настоящий гений, я мог вступать в контакт с искусственным интеллектом, подчиняя его силой своего разума. Но пока Гирзельд не советовал испытывать новые способности на тюремной охранной системе. Ошейник-контроллер он частично деактивировал, чтобы не представлял для меня угрозы.
Мы с друзьями собрались в тесный кружок и обсудили план побега. Дождавшись тишины, Гирзельд прогулялся по потолку, освободил от непроницаемой слизи датчики в камере. И мы втроем, вдохновленные грандиозным планом, отправились получать свою долю завтрака, приготовленного как для постояльцев элитного отеля.
Глава 5. Путь к свободе
Мерайс
– Эй, вы! Пошевеливайтесь! Пора на выход! – рявкнул в распахнувшуюся дверь камеры пузатый краснощекий тип неопределенной расы, пришедший за нами в сопровождении трех боевых роботов.
Мы с нетерпением ждали этого прекрасного момента. Я опустил голову, приняв покорный вид, и первым подставил руки под фиксаторы. Не преминул возможностью пробежаться взглядом по закованной в киберброню округлой фигуре того, кого за нами прислали заказчики нашего убийства.
Мужчина вряд ли был чистокровным алвером, у тех сосуды покрепче и они так густо не краснеют. Может, помесь? Мало ли на свободном от многих запретов Дашиойне рождается гибридов всех мастей. Но властно покрикивающий на нас пузан принадлежал к тому же распространенному во вселенной расовому типу, что и алверы. Некоторые ученые знатоки его почему-то называют “человеческим”, на примере разумных существ с далекой планеты Земля, чья цивилизация пока что не отличается высоким уровнем развития и социальной ответственности.
Гирзельду надсмотрщик разрешил устроиться на моих плечах, связав ему щупальца тонким жгутом. Приом замыкал наше неторопливое шествие.
Мы тянули время, испытывая нервы присланного типа на устойчивость и оценивая ситуацию. Пока она складывалась в нашу пользу. Как и предполагал Гирзельд, за нами прислали небольшой корабль без тюремной маркировки. Зато я разглядел на его раздвоенном хвосте кое-что поинтереснее предупреждающего знака о перевозке опасных заключенных. Эмблема корпорации “Данкорд” едва заметно просвечивала сквозь саморастворимую краску для временного нанесения. Пузатый надсмотрщик вряд ли мог ее увидеть. У существ его типа довольно примитивное зрение, различающее ограниченный спектр цветовых оттенков.
В грузовом отсеке корабля, куда нас затолкали боевые роботы, я почуял следы еще трех мужчин. Там незадолго до нас побывали один алвер (или гибрид) и пара эжотромов, мерзких тварей с приплюснутыми рылами, у которых изо рта обычно торчит по шесть кривых желтых бивней. На Дашиойне их обитает немало, и как правило, они все поголовно замешаны в грязных делишках.
Боевые роботы не последовали за нами дальше тюремного шлюза, одной угрозой стало меньше. Наши уже не слишком таинственные похитители наивно понадеялись на надежность фиксаторов и контроллеров, пульты управления которыми держал при себе их главный. Но для Гирзельда избавить нас от лишних железяк было плевым делом. В прямом смысле слова, потому что, прежде чем снять с меня фиксаторы, друг оплевал их слизью.
Тюремный ошейник снять не удалось, он был прикреплен к шейному позвонку, и попытка от него избавиться могла повредить спинной мозг. Гирзельд отключил его импульсом и шепнул на ухо, что мне придется мириться с необычным, но почти безвредным украшением. “Почти” – означало приметность ошейника с выбитым на нем порядковым номером заключенного. Гирзельд с едкой усмешкой дал мне совет привыкать носить одежду с высоким воротником.
Мерзавцы из корпорации просчитались во многом. Начиная с того, что им не следовало нас оставлять без присмотра в грузовом отсеке, и заканчивая тем, что фатальным стратегическим просчетом стал выбор самого простого корабля для перевозки малогабаритного груза. Могли бы у галактического патруля одолжить легкий штурмовой крейсер. Или хотя бы укрепить внутренние перегородки.
Используя встроенное в механическую руку лезвие, я прорезал хлипкую стену по линии спайки металлических пластин. Действовать пришлось поспешно и как можно тише, пользуясь тем, что во время прохода по гиперпространственному туннелю двигатель корабля гудел, как кеоманский жрец Бога Ночи на длинной камышовой дудке.
Нам удалось напасть внезапно, сразу после выхода из гиперпрыжка. До этого атаковать находящихся в кабине врагов было слишком рискованно.
Гирзельд не нашел в грузовом отсеке ни одной точки подключения к системе управления кораблем. Автопилот мог не включиться в экстренном режиме, и нас бы разнесло на атомы, если бы корабль хоть на малейшую измерительную единицу отклонился от курса.
Запустив в двух огромных и превосходящих нас в физической силе эжотромов отвинченные от пола кресла, мы с Приомом вскрыли им глотки, перерезали до позвоночника. Желторылые твари на свою беду решили, что обойдутся без кибердоспехов. Или же служба безопасности корпорации не закупила для наемников защитное снаряжение нужного размера. Я использовал встроенное в руку лезвие, а чешуйчатый друг вооружился острым куском разрушенной стены.
Расправившись с эжотромами, мы занялись двумя условными алверами. Эти мне нужны были живыми, они могли знать имя организатора уже затрудняюсь сказать, какого по счету преступления.
Тощий рыжий выпустил в нас несколько примитивных разрывных пуль, не сообразив, что кибернетические детали, сконструированные для военного пилота, обладают способностью притягивать их как магнит и нейтрализовать мощным импульсом. Приом не рассчитал силу и прикончил худощавого алвера, нарушив мой приказ ограничиться оглушением.
Командир отряда не успел выхватить лазерный бластер из кобуры на поясе. Я вырвал оружие из его руки, сдернул с его головы шлем и отправил пузатого недотепу видеть сны, или какие там процессы могут выдать алверийские мозги в отключке.
Гирзельд приказал доставить его к панели управления идущего на автопилоте корабля. Хотел установить контакт с искусственным разумом главной системы. Я попросил скользкого друга немного подождать и взглянуть, не нужна ли помощь Приому. Не понравилось мне то, как странно пошатнулся рептилоид.
Приом оглянулся на нас и не смог развернуться. Замер, опершись об угол частично снесенной стены. Подойдя к нему, я увидел, что из пасти ящера течет розовая от крови слюна, а из живота торчит длинное тонкое лезвие с рукояткой, замаскированной под подарочную писчую ручку для росписи на популярных в Алверийской империи наградных документах и поздравительных открытках. Рыжий успел пырнуть нашего друга этой отравленной штукой.
Гирзельд закрыл мне щупальцами глаза, давая понять, что мы ничем не поможем Приому. Я лишь услышал грузный шлепок на пол и зарычал от злости и обжигающей досады.
Напрасно мы с Гирзельдом отвлеклись, горюя о потере товарища. Пузатый командир отряда и, похоже что капитан корабля, оказался выносливее и живучее обычного существа его биологического вида. Должно быть, и вправду сказалась примесь генов какой-либо из самых опасных гуманоидных рас. Мы не ожидали, что он очнется так быстро. И почему-то даже гениальному ученому не пришла в голову мысль о том, что под приборной панелью может находиться тайник с оружием. Я почувствовал легкий удар в затылок, и по моей шее потекло липкое месиво.
Антимагнитная пуля, микроплазменный разряд… Я так и не понял, чем выстрелил капитан. Уже после того, как очнулся от приступа ярости, затмившего все остальные чувства, и вынул окровавленное лезвие из его пробитого черепа, подумал о том, что Гирзельд пожертвовал собой, спасая мне жизнь. Вместо того, чтобы соскользнуть на пол, заметив угрозу, он поспешил обволочь мою голову своим расплывчатым телом. Принял на себя выстрел и погиб.
Я подумал, что скользкий друг просто не сказал мне о том, что изучил память не только искусственной части мозга. Гирзельд узнал, что я невиновен. Он хотел, чтобы я выжил и смог отомстить настоящим преступникам. Тем, чье место точно не в тюрьме и даже не в могиле, а в огромном котле для переработки биологических останков на компоненты топлива.
Мне было жаль друзей. Меня неутомимо грызло чувство вины за их гибель. Ведь если бы Гирз и Приом сидели в другой камере, не познакомились со мной, они бы через несколько лет вышли на свободу живыми и невредимыми. Но боги космоса свели нас вместе и втянули в общую авантюру. Впрочем, чего пенять на богов, если парни погибли только из-за меня. Вместе со мной они стали мишенью для тех, кто боялся меня даже находящегося под надежной стражей.
Мне хотелось верить в то, что скоро самые страшные кошмары тех подонков сбудутся наяву. Я отомщу им за все и сразу: за свою разрушенную судьбу, за убитых друзей. Каждый из них еще не раз вспомнит имя Мерайс Рейес Амас, прежде чем его поразит моя карающая рука. Естественная или механическая – не так уж и важно.
Я не позволил себе погрузиться в депрессивный просмотр воспоминаний о первых днях в галактической тюрьме, знакомстве с Гирзельдом и Приомом. Нельзя было терять драгоценное время.
Встряхнувшись, я помотал головой, прогоняя тоскливые воспоминания и смахивая с волос кровь и слизь Гирзельда. Сел за штурвал корабля, через вытянувшийся из механической ладони тонкий присоединительный стержень установил контакт с искусственным разумом управляющей системы. Погрузился в оцифрованный мир координат прошлых маршрутов, отправных и конечных точек. Их в блоке памяти нашлось немного, и все не подходили мне в качестве временного убежища.
Корабль был взят с перекупа, и вся его прошлая биография старательно почищена. Опознавательные маячки принадлежали к запрещенному типу, который невозможно было раздобыть легальным путем. Их сигналы легко перенастраивались и отключались.
Я порадовался тому, что отследить мое дальнейшее перемещение в космическом пространстве станет весьма проблематичной задачей. И это при условии, если замаскированный корабль кто-то станет целенаправленно искать. Нетрудно было догадаться, что капитан с помощниками намеревались взорвать его вместе с тремя пленниками на борту где-то на задворках вселенной. Официально корпорация “Данкорд” не покупала подобную рухлядь.
Перебрав известные мне коды доступа, я узнал, что большинство из них были изменены после убийства старого магната. А в такое негостеприимное местечко, как научно-исследовательская станция, размещенная на территории военной базы, я не горел желанием соваться. У меня хватило ума и на то, чтобы держаться подальше от рассадника всей этой дряни – Дашиойна. Прежде чем штурмовать небоскреб центрального офиса, если в том был хоть какой-то смысл, мне предстояло как можно больше узнать о врагах. А еще неплохо бы временно залечь на дно. Отсидеться в тихом убежище, пока не уляжется возня по поводу моего побега и убийства моих несостоявшихся убийц.
Трупы я решил выкинуть в открытый космос, не терять время на решение задачи, по каким астероидным выбоинам их распихать. Я и так смертник, одним повешенным на меня преступлением больше, одним меньше – невелика разница. Другой вопрос в том, что я не готов умереть прежде, чем отправлю за грань физического существования всех, кто меня подставил. Начиная с управляющих проклятой корпорацией и заканчивая их пособниками, такими как те две зеленые балаболки, которые внедрили чужие воспоминания в искусственную часть моего мозга.
Роскошная вилла на заповедной планете Финвее в нейтральной зоне далеко за пределами Алверийской империи и Дашиойнской торговой республики – чем не идеальное убежище? Координаты гиперпрыжка, коды доступа к построению маршрута и пароль разблокировки защитного орбитального поля – все это хранилось у меня в голове и пока оставалось активным, исходя из данных, предоставленных управляющей системой корабля.
Год назад вилла принадлежала Вермиллиану Данкорду, а после его убийства перешла в корпоративную собственность и была обозначена на картах внутреннего пользования как место для отдыха выдающихся сотрудников, заслуживших отпускное поощрение. В реальности этот объект недвижимости давно пустовал.
На Финвею не были проложены туристические маршруты. Планета считалась заповедной зоной, где разрешены только научные исследования, безопасные для окружающей среды, но никак не шумные гулянки распрощавшихся с трудовой порукой сотрудников. Сама законность строительства частного особняка на природоохранной территории была под большим вопросом. Но в данном случае я плевать хотел на юридические нестыковки. К моему несправедливому приговору они отношения не имели, зато могли помочь свершить возмездие. Вряд ли мои возможные преследователи помчатся в такую даль и глушь, чтобы искать меня среди тропических лесов и болот.
Вилла “Лиловая полночь” обозначена как засекреченный корпоративный объект. Без разблокировки воспоминаний наемного убийцы я бы не узнал о ее существовании во вселенной.
Оставалось надеяться, что план сработает. Я смогу отдохнуть с пользой для тела и дела. Может, даже накопаю что-то на заказчика убийства, если систему бытового обеспечения виллы не зачистили так же тщательно, как блок памяти старого корабля. Но раз никто не озаботился сменой кодов доступа, вряд ли преступники уделяли ей столько же внимания, сколько центральному офису.
Улыбаясь во вдохновляющем предвкушении, я загрузил в управляющую систему корабля все необходимые пароли, получил автоматический разрешающий отклик и развернутую систему координат для построения маршрута. Убедившись в том, что выбрал самый лучших из вариантов, я спокойно ввел корабль в гиперпрыжок.
Полет не должен был занять много времени. Система передала информацию, что к условному галактическому вечеру я прибуду на Финвею, и дополнила ее краткой справкой о том, настолько заповедная планета живописна для созерцания ее ландшафта и комфортна для проживания существ моей расовой классификационной группы. Идеальный для дыхания воздух, чистая вода. Вот только сбор плодов растений и охота на животных под строгим запретом. Но размышления о том, как добывать себе пищу, я отложил на вечер прибытия. Благодаря предкаторжному откорму я мог еще несколько суток обойтись без еды. Так что пока эти заботы не имели смысла.
Глава 6. Мир насекомых
Таллана Данкорд
Коммуникатор просигналил бодренькой мелодией, извещая меня о том, что запрос на ежегодный отпуск получил одобрение, пройдя по всем вышестоящим уровням, которым подчинялся наш отдел первичных биологических исследований.
В начале прошлого года с легкой руки дяди Верма меня назначили на должность ведущего специалиста второй исследовательской категории. К первой категории относились те, кому приходилось работать с бактериями, вирусами и паразитическими грибками. Эти микроорганизмы, даже изначально безвредные для разумных существ, могли опасно мутировать, а потому для всех имеющих к ним доступ назначалась доплата в виде регулярных премий.
Я занималась изучением насекомых и связанных с их жизненным циклом растений, мхов или грибов. В первое время после повышения мне было непросто привыкнуть к тому, что вчерашние коллеги по лаборатории стали моими подчиненными. Пришлось выслушать немало шепотков за спиной на одну и ту же тему. Мол, чрезмерно заботливый дядюшка назначил племянницу на выгодную должность только из-за родственной связи, а не за особые заслуги. Но я старалась не обращать на них внимания, работать как прежде и даже лучше.
Чаще стала задерживаться в лаборатории допоздна, отпустив домой подчиненных. Ведь кого-то из них ждали маленькие дети, кого-то домашние зверьки, птички или рыбки. А все то живое, что населяло мою корпоративную квартиру, не так сильно нуждалось в заботе и внимании. Изолированные в замкнутых мирках мини-экосистемы могли долгое время развиваться самостоятельно без вмешательства извне.
Из-за этого изобилия разнообразных форм жизни в квартире, а может, по более масштабной и психологически запутанной причине, распался наш недолгий союз с Дилондидом. Высокий симпатичный брюнет был сыном алверийки и теренца, но внешне больше походил на мать. От отца унаследовал маленькие рожки и торчащие из ушных раковин антенки для усиления восприятия ультразвука. Мой несостоявшийся супруг работал в салоне продаж слейдеров – компактных летательных аппаратов для перемещения в пределах нижних слоев атмосферы. Ему был привычнее и приятнее запах полироли или машинного масла, а не цветочный аромат. А еще Дилон терпеть не мог насекомых и ненавидел мою привычку брать работу на дом.