Нужна ли России правда? Записки идиота

Госдума является ширмой

Госдума является ширмой для принятия законов, поскольку все решения принимаются в другом месте… Я пришел сюда – меня выбирали, чтобы я что-то решал. В результате нам сказали – столько-то будет комитетов. Но почему? С этого началось. Может, нас всех следовало спросить по этому поводу, что мы думаем? Может быть, мы бы согласились, может– нет. И после этого предлагать количество комитетов…

Пошли дальше. У меня впечатление, что в принципе здесь у нас должны остаться только наши лидеры и четыре спортсмена, которые будут бегать нажимать на кнопки. Очень удобно– все решено… Мне это не нравится. Как и не нравится то, что я спросил у наших коллег, которые все решают – «Единая Россия», как у них все происходит. Точно так же, как и у остальных. В принципе, решение принято, мне осталось только нажать на кнопку.

Более того, как выясняется, четырех начальников и четырех спортсменов даже не нужно. Нужен один начальник и один спортсмен. Вы в принципе решаете все, как вам велят.

Мне 65 лет. Я что-то думаю по любому вопросу, но я член партии – я должен выполнять обязанности. Но может быть сначала, перед тем как решить в Совете Госдумы, может быть, спросите нас, а потом пойдете в совет Госдумы?

Вот сегодня было на заседании два толковых выступления по важнейшим вопросам обороны. Но что будет дальше? Да ничего не будет. Будет не так, как вы захотите. Вы просто нажмете кнопки. Правда? (обращается к «единороссам»). Правда…

А взять «правительственные часы», когда в Госдуму вызывают руководителей министерств и ведомств для отчета. Такие мероприятия не приносят никакого результата.

Приходит Чуров.

Ну, сейчас мы ему голову-то и открутим, есть за что… Чуров тут говорит полную фигню.

Он говорит: «Этот вопрос (об отставке) вы задали не от ума, а от сердца». Больше не задаешь ему вопроса. Не записался.

Откуда ж я знал, какую чушь будет нести Чуров?

После этого мне нужно встать и сказать: «Чуров, ты не ответил на этот вопрос».

Так зачем мы их зовем сюда?

Зачем приходил сюда министр сельского хозяйства? Ему задается вопрос, она что-то отвечает, а дальше уже все, и она гордо удаляется… Красивая женщина. А мы позвали ее сюда, чтобы выпороть, потому что есть за что. Но как, каким образом? Точно так же будет и дальше, кто бы сюда ни приходил. Он скажет то, что он думает, мы это проглотим…

Что будем делать по этому поводу? Мы будет просто ширмой, здесь сидящей, или будем сами решать – сами, каждый из нас?

Я хочу, чтобы вы сами себя уважали.

Вопросы к Путину

В. В. Бортко: Уважаемый Владимир Владимирович, извините Бога ради, хочу задать политический вопрос вам как премьеру, ну и как будущему президенту тоже. Скажите, пожалуйста, в целях расширения демократии, как вы относитесь к тому, если будет нами внесен (Думой) проект исключения слов «подряд два срока президентских полномочий?» Это первое.

Расширяя президентские полномочия, не обидитесь ли вы, если мы внесем такое предложение (с целью определения точно вас как представителя не законодательной, а исполнительной власти): лишить вас, извините, пожалуйста, законодательной инициативы, только потому, чтобы обозначить, что вы есть представитель законодательной власти?

И последнее. Как бы вы отнеслись к тому, если бы мы внесли инициативу изменить преамбулу Конституции, сказав, что мы, как сейчас, не «многонациональный народ», а мы – «русский народ и присоединившиеся к нему народы»?

В. В. Путин: Первое – по поводу того, чтобы убрать из Конституции «два срока подряд», а сделать просто «два срока». Я считаю, что это разумно, вполне можно подумать. Это мы вместе должны со всеми фракциями. Я говорю вам совершенно искренне и не только потому, что это меня касается в меньшей степени, как вы понимаете. Что там, мы же с вами понимаем, о чем мы говорим, мы же взрослые люди. Закон обратной силы не имеет, с того момента, когда он будет принят, у меня есть возможность работать сейчас и следующий срок, здесь проблем нет, но если ситуация позволит, если я захочу.

Вы понимаете, дело в том, что в жизни каждого из нас наступает момент, и, уверяю вас, в моей жизни он наступил, когда нет необходимости за что-то хвататься, а можно и нужно думать о судьбе страны. Я с вами согласен, нужно всегда думать о совершенствовании нашей системы политической таким образом, чтобы она была стабильной, надежной, эффективной и гибкой с точки зрения реакции на те процессы, которые происходят внутри страны и вокруг нее. Давайте вместе думать об этом обо всем. На самом деле для меня это суперзадача, сверхзадача всей моей работы, а может быть, и жизни, поэтому я не исключаю никаких вариантов обсуждения. Первое.

Второе. По поводу законодательной инициативы. А зачем, скажем, президента лишать законодательной инициативы? Я сейчас не о себе говорю, а в целом.

В. В. Бортко: Он символ.

В. В. Путин: Символ? А работать кто будет? А если президент – это работающий орган, то он должен иметь возможность представить на суд общества, на суд парламента свои предложения по совершенствованию нормативно-правовой базы. Я думаю, что это неверно. Я с этим не могу согласиться.

Дальше, вместо «многонационального народа» – «русский и присоединившиеся к нему». Вы понимаете, что мы сделаем? Часть нашего общества будет людьми первого сорта, а часть – второго. А этого нельзя делать, ведь мы же с вами хотим, чтобы у нас была сильная единая нация, единый народ, чтобы каждый человек, который живет на территории страны, чувствовал, что это его родина, другой родины нет и быть не может. А чтобы каждый человек так чувствовал, все мы должны быть равны. Это принципиальный вопрос. То, что русский народ является, безусловно, костяком, основой, цементом многонационального российского народа – это, безусловно. И знаете, мне это очень легко говорить, я уже публично говорил, мне подняли церковные документы с 1600 какого-то года. У меня здесь в 120 или 180 километрах от Москвы все мои родственники жили в одной деревне и 300 с лишним лет ходили в одну и ту же церковь. Я это нутром чувствую, нутром чувствую свою связь с этой страной и с этим народом. Но делить на первую, вторую, третью категорию, вы знаете, это очень опасный путь. Не надо нам с вами это делать…

Бардак в России очень хорошо организован

Друзья мои, я хочу вам рассказать о любви и коварстве. Вся наша жизнь состоит из любви и коварства. Любовь мы сегодня оставим, ибо этот законопроект имеет прямое отношение к коварству.

Необходимо заметить, что отечественная киноиндустрия складывается из двух совершенно разных частей: производства фильмов и их эксплуатации. То есть показа и получения за этот показ денег. Проблемы разные, но их объединяет одно емкое понятие – воровство. Для демонстрации этого воровства на конечной инстанции показа фильмов приведем сообщение ИТАР ТАСС от 29 апреля 2011 года.

Актер, режиссер, журналист Александр Гордон пожаловался премьер-министру Путину (тогда он был премьер-министром), что в связи с пробелами в законодательстве никто не знает, сколько зарабатывают кинотеатры, поскольку кинотеатры избавлены от НДС. По этому закону сегодня единый электронный билет не является фискальным документом, то есть кинотеатр продает за деньги зрителю воздух, нет чека. Этот билет не имеет никакой юридической силы.

В результате из 2 700 кинозалов на сегодняшний день, которые обязаны отчитываться о количестве проданных билетов, регулярно и то с враньем отчитываются 100. Какое количество денег они воруют, я не знаю, но деньги не доходят до производителя. Фискального номера на билете нет – закон бессмысленен.

Владимир Путин поинтересовался, почему это произошло. Вице-премьер Александр Жуков сообщил, что не готов ответить на этот вопрос, поскольку в первом чтении в законе эта норма была. «Обязательно вернитесь к этому вопросу и покажите мне этот законопроект», – поручил премьер Жукову.

Не прошло и полутора лет, и вот сегодня тот самый знаменательный день. Перед рассмотрением позвольте привести некоторые цифры, позволяющие сделать неутешительные выводы. За 2011 год выручка кинотеатров составила 1 миллиард 160 миллионов долларов.

Еще раз – 45 миллиардов рублей. Из них российские потребители получили 14 процентов. Кинотеатры получают 50 процентов выручки от показанных кинофильмов. При определении этих 50 процентов предполагалось, что кинотеатры будут участвовать в продвижении отечественной продукции – этого не происходит. Вообще определение процента, который остается у кинотеатров, ничем не объяснено.

В 2010 году владельцы кинотеатров получили 530 миллионов долларов за показы, а также 630 миллионов долларов от продажи попкорна и сопутствующего товара, при этом они освобождены от НДС– 18 процентов для строительства новых залов и поддержки отечественного кино, но этой поддержки нет.

Учитывая, что 80 процентов фильмов– это фильмы США, на их продвижение наши кинотеатры потратили подавляющую часть льгот, 90 миллионов рублей. То есть мы поддерживаем американскую продукцию, рублями, долларами, мы поддерживаем американскую продукцию на эту сумму. Это понятно.

Сегодня Россия занимает четвертое место в Европе, восьмое в мире по объему кинорынка – лакомый кусочек. И вот, наконец, мы взялись за этот оазис воровства и сейчас дружно проголосуем и вернем многострадальному государству кровные, народные, но нет. Вот тут вступает в действие то самое коварство, полностью сосредоточенное в этом лоббистском насквозь законе.

То есть в лучшем случае они будут отчитываться перед некой организацией ЕАИС, ими же самими созданной постановлением от 18 октября года. Правительство обязало кинотеатры отчитываться о показе перед Минкультуры. Но по экспертным оценкам, они говорят: 14 процентов, и того нет. По оценкам того же Минкультуры – 14 процентов. Но по новому закону теперь не то, ужас какие строгие меры – штраф ворюгам, зарабатывающим миллиард 200 тысяч долларов в год, то есть 45 миллиардов рублей, обложить штрафом негодяев в 200 тысяч рублей каждого, а за повтор – 400 тысяч рублей, пусть им будет несладко. Административную ответственность мерзавцам. В то время как любой ларек обладает кассовым аппаратом и отчитывается не перед ЕАИС, а перед финансовыми органами. И если злодей утащил 15 рублей– в тюрьму его, мерзавца, по уголовной статье…

Что же нам делать сейчас? Понимая, что киномафия обманула нас с вами, будем принимать закон в первом чтении, а перед вторым чтением его надо внимательно проанализировать, пропустив через комитеты по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству, по бюджету и налогам.

Говорят, что в России плохая организация. Примем закон, господа, и порадуемся, что бардак в России очень хорошо организован, может быть, лучше всех в мире.

Нас заставляют сидеть на трубе

… Я хотел бы задать вам вот такой вопрос с самого начала. А зачем? Почему с таким упорством в течение двадцати лет мы стремимся попасть в эту организацию? Кому это надо? Скажите, пожалуйста, те, кто сидят в этом зале, какая отрасль нашей страны выиграет от вступления в ВТО? Поднимите руки! Ноль! Тогда зачем же и почему? Понимаете, в чем дело, здесь еще что происходит… Каждый раз говорят: вот мы сделаем так, проценты там, проценты там… Да не в процентах дело! А в том, где находится наша страна географически, ее протяженность и что мы будем иметь в этом случае. Я не большой экономист, но здравого смысла у меня хватает. Нет ни одного, запомните, ни одного промышленного продукта, который был бы изготовлен в России, был бы дешевле, чем изготовленный в Европе или, тем более, в Китае. Ни одного! Кроме одного, правда: есть нефть и газ. Вот что мы должны делать. Вот чем заставляют нас торговать. Как это делается? Достаточно просто. Смотрите, пожалуйста.

Я сужу по тому, что я хорошо понимаю, по кино. Вот, казалось бы, область, совершенно не относящаяся к промышленности. И, тем не менее, 1 миллиард 350 миллионов крутится каждый, каждый год в этой области. Достаточное количество. Из них 80 процентов – это американское кино. Почему? Не только потому, что так непатриотичны люди, но и еще и потому, что американцы могут сделать то, чего мы сейчас сделать не можем. В частности, у них это выглядит гораздо более эффектно, значит, дороже. Мы этого сделать не можем, значит, они давят нас здесь и будут давить и дальше.

Теперь дальше… Мы давно живем в условиях ВТО. Да, давно. Действительно это так. Вот опять же кино! Мы живем полностью в условиях ВТО. Они нас давят. Но сейчас они нас давят по-другому: собственными, нашими собственными практически предателями, которые делают это. А при условии вступления в ВТО это будет абсолютно законодательно. Мы не сможем сделать ничего. И, наверное, не только в кино.

Здесь каждый раз произносятся общие слова: «Нам будет лучше». Так просто убедить всех, что нам будет хорошо. Скажите, пожалуйста: «Вот в этой области мы получим один рубль, в этой области мы получим два рубля прибыли». Почему этого никто не говорит? Потому что ее не будет просто. Ее не будет напрочь! Тогда что будет? А будет одно. Нас заставляют сидеть на трубе и только на трубе. Это нам выгодно. Понятно, да? Вам выгодно сидеть на трубе. Все остальное вам невыгодно.

Почему был железный занавес во время Иосифа Виссарионовича Сталина? Что, он был такой страшный человек и не понимал выгоды своей? Нет, понимал. И самое главное, что он понимал, что должно быть хорошо людям, которые здесь живут. Запомните это. Мы должны делать все то, чтобы сохранить здесь народ. Не сделать экономически выгоднее – это ерунда, а сохранить население. Население будет сохранено тогда, когда оно будет работать. Оно не выдержит конкуренции ни с Китаем, ни с Европой. Тогда что же мы должны сделать? Мы должны вступать в ВТО или нет? Первая задача, которая должна быть, – это обращение к своему народу. Народ, живи! А для того, чтобы он жил, он должен работать. Но он не выдержит конкуренции, в которую нас сейчас запихивают. И у нас останется один выход – вечно сидеть на трубе. Говорят: «Мы хотим выйти от трубы». Да нет– вы хотите туда попасть. И сделать это законодательно, чтобы мы никогда оттуда не вышли. Это мечта всех завоевателей, которые хотели завоевать Россию, начиная от Гитлера… и сейчас, что хотят с нами сделать.

Поэтому каждый, каждый, кто будет голосовать, кто будет думать, подумайте о своем народе. Вы же знаете все… всех своих родственников, всех своих знакомых. Спросите у них, что будет с их предприятиями во время вступления в ВТО. Смогут они это выдержать или нет? Нет, не смогут. Потому что сказал Иосиф Виссарионович Сталин: «Для меня ткачиха в Иваново гораздо важнее, чем платье, которое ты будешь носить». Сказал он своей дочери. И правильно сказал, потому что ткачиха родит трех детей. Это наши дети. Они будут жить в этой стране. А им нужно 50–60 миллионов населения обслуживающих трубу. Вот что делается. Но самое поразительное еще не в этом. Скажите – почему, кто это делает? Почему не выйдет сюда человек, не скажет: «Я хочу вступить в ВТО потому-то и потому». Может, он завтра придет, кстати сказать. И пускай скажет. Почему?! Ну мы же нормальные люди! Почему мы должны вступать? Где будет выгода? Никто не говорит. Говорят: «Ну да, конечно, вроде как…» Два с половиной процента, как сказал господин Митрофанов… Это, подождите, вот мы не можем управлять… Да именно поэтому мы должны туда идти! Сомнут нас в одну секунду! Я не выступаю, конечно, за железный занавес. Но подумать здесь надо восемь раз, перед тем как это делать. И самое главное – быть нормальными людьми. Пускай придут и скажут: «Вот здесь мы выигрываем, вот здесь мы выигрываем, а здесь мы чуть-чуть проигрываем». Никто этого не говорит. И не случайно. Нами управляют не отсюда! Нами управляют из-за границы. И вступление в ВТО – и есть элемент этого управления. Спасибо.

Будет распил, можете не сомневаться.…

Здравствуйте, коллеги!

Я хочу поговорить сегодня с вами в преддверии того, как придет к нам министр культуры, о культуре вообще.

Что есть культура как таковая? Был такой Катон Старший, который впервые ввел этот термин в употребление, имея в виду агрономию – возделывание земли. Такой вот агрономический термин «культура». И больше ничего. Но мы все понимаем, что это несколько не так. Культура – это шире, что-то по-другому. Культура есть практическая реализация общечеловеческих и духовных ценностей. И вот здесь самое интересное наступает: каковы ценности – такова и культура.

Главная заслуга советской власти, которую многие здесь не любят, даже не в том, что она построила много заводов, не в том, что она запустила человека в космос, не в этом. Главная заслуга советской власти – в донесении мировой культуры до широких масс трудящихся, вот это ее основная и самая главная заслуга. И что же происходит сейчас?

Не будем говорить о совершенно чудовищном снижении уровня культуры в нашей стране, оно вам известно. Кому неизвестно, почитайте газеты, они перед вами, вы это все увидите. Будем говорить о другой вещи.

Мы будем говорить о том, с чего, собственно говоря, начал министр культуры, который пришел к нам. Он начал не с обеспокоенности о падении культуры, например, в труде (я имею в виду уважение к труду). Он начал не с падения культуры в этнической области– это межэтнические конфликты. Он начал с выноса Ленина из Мавзолея. Почему? Что такое странное? Почему странное? Он хотел просто быть впереди паровоза. Почему это самое главное, что придумал Министр культуры?

Да, потому что существующей власти напоминание о Ленине, о Мавзолее, который является символом могущества нашей страны, стоит просто поперек горла. И недаром во время всяких парадов и наших праздников этот символ закрывается фанерным ящиком, и власть оттуда начинает говорить, – не с трибуны Мавзолея, а стоя рядом с этой деревянной конструкцией.

А напрасно, между прочим, потому что с этой трибуны произносились очень неплохие слова, например, такие: «Наше дело правое. Мы победили». Это многого стоит. И мне кажется, что нынешняя власть не должна стесняться, пускай выйдет на трибуну и постоит на этом месте. Может быть, изменится и направление деятельности этой власти.

Я говорю сейчас о политической культуре, она затрагивает очень многие сферы, в том числе, между прочим, и наши с вами, товарищи. Вот, например, сидит рядом со мной товарищ Бессонов, которого вы лишили неприкосновенности, собственно, лишила одна фракция, вот она сидит передо мной.

За что? Он что украл что-нибудь, как многие здесь (простите меня, пожалуйста, о чем писали газеты)? Он занимался какой-то деятельностью несовместимой? Нет. Он занимался политической деятельностью. Зачем тогда, спрашивается, неприкосновенность у депутата?

И что же происходит? Наши политические противники говорят: а, слушайте, это же ужасно, как же в 1937 году все единодушно и единогласно нажимали кнопку, и всех расстреливали? Вот здесь сейчас вы нажали эту кнопку. И если бы надо было расстрелять, поверьте мне, расстреляли бы. Сколько милых женщин здесь, нежным пальчиком: мы согласны. Кстати сказать, согласны ли, все ли?

Я говорю еще раз о необходимости тайного голосования, чтобы сидение наше было здесь не по указке, а по велению собственного сердца.

Но это все цветочки, а ягодки – вот они. Совсем недавно Дума проголосовала в первом чтении за известный всем закон. Я имею в виду закон о распределении наших богатств, которые мы копили на протяжении многих лет, в частные руки.

Вдумайтесь, что происходит! 40,5 миллиарда долларов! Или 4,5 триллиона рублей пойдут кому, зачем, почему, отчего? Кому это надо было?

И вот сейчас здесь была нажата кнопка. Но как это было сделано? Были феноменальные выступления. Вы знаете, вот господин Макаров, которого я когда-то снимал в кино, кстати, стоя на этой трибуне, произнес фантастическую речь. Я обалдел. Речь была очень простая: этот закон нельзя принимать потому-то, потому-то и потому-то, и потому что он не конституционный. Поэтому давайте его примем прямо в первом чтении. Фантастика совершенно. И он был принят. Но и этого мало.

Я хотел бы сейчас обратиться к господину Президенту. Владимир Владимирович, мы же все здесь собрались для блага нашей страны. Мы все понимаем и болеем душой за это. Объясните нам, пожалуйста. Может, он действительно нужен безумно. Тогда объясните, не скрываясь за выступлением господина Макарова, зачем это надо? Ведь это же важнейший закон. Тот, по которому пройдет распил. А то, что будет распил, можете не сомневаться.

Посмотрите, пожалуйста, на Сочи. Да не только на Сочи. Уже и в Сколково понятно, что пилят. А здесь триллионы рублей. Что будет? И тихо, тихо, тихо и спокойно…

А что делается ежедневно? Гениально же устроена еще и подача всего этого закона. В это же время происходит принятие закона о табакокурении, закона о геях. И феноменальной популярностью пользуется идея о ста фильмах. И все средства массовой информации говорят о ста фильмах, о табакокурении. И тихо, тихо, тихо, тихо проходит закон, который меняет нашу жизнь.

Вот это политическая культура. Это то, о чем надо говорить. А говорим ли мы об этом? Нет.

И я сейчас обращаюсь к сидящим вот здесь, в центре зала, представителям фракции «ЕР». Вы отдавали себе отчет, когда кнопочки нажимали, друзья мои, что это будет и почему это происходит?

Тихо-тихо принять не удастся, ибо это торпедирование нашей с вами жизни; торпедирование того, что мы накопили за 20 лет. А сколько было разговоров, господи, когда мы, фракция наша, предлагали: «Зачем же собирать такие средства: давайте потратим, как китайцы, построим заводы, будем делать что-нибудь полезное для народа…» Нет, нельзя. Не дай бог, придет тяжелое время, и тогда мы будем в порядке.

И что сейчас? Тяжелое время пришло? Тогда объясните-ка, что происходит, и почему это частные лица?

И почему они никем не контролируются? Никем, даже правительством. Зачем это делается? Кому? Это вопрос политической культуры.

Я хотел обратиться к вам с одним предложением. Каждый раз, когда будет нечто подобное, я хочу обратиться… Кстати сказать, еще одно, ведь все же против были, кроме вас. Даже господин Жириновский и его партия, которая всегда следовала за вами. И эти против. Я хотел бы, чтобы наш президент Владимир Владимирович Путин объяснил бы нам с вами, почему это надо, зачем и к чему это ведет? Спасибо. (Аплодисменты.)

Национальная идея: выживание и умножение

Для чего еще в пещерные времена нашим далеким предкам был нужен вождь? Это первое подобие социального устройства было необходимо для того, чтобы выжить, чтобы племя могло продолжить и умножить род.

С течением времени племена сменились нациями, а одного вождя заменила система власти – государство. И вождь, и государство существуют для сохранения племени или нации, которые они представляют. Для этого и только для этого. Выживание и умножение нации – вот основная цель государства, диктующая его необходимость. Только для этого оно и существует, или хотя бы должно существовать. ВОТ ЭТО И ЕСТЬ НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ. И другой быть не может.

Форма же государства зависит от наилучшего способа достижения этой цели.

Я спрашиваю себя, что нужно сделать, чтобы выжить 110-миллионному русскому народу, который теряет по семьсот тысяч в год своих сестер и братьев? И если нынешнее государство не в силах сохранить нацию, которая его породила (а Россия – это государство, образованное русским народом), зачем нужно такое государство? Разве такая постановка вопроса не закономерна?

Если над возможным исчезновением с лица земли какого-то насекомого рыдают отряды зеленых и принимаются решения международных организаций, обязательные для исполнения всеми государствами, то неужели перед исчезновением с лица земли великого народа не стоит принять самые решительные законы и меры? И тем не менее я вижу совсем обратное. Пугающее катастрофой вымирание русских… И едва слышны голоса в их защиту…