Под мальтийским флагом

Серия «Морские истории и байки»

© Оформление. ООО «Издательство Горизонт», 2024

© Бортников Михаил, 2025

Глава 1

Медкомиссия

В поликлинике плавсостава Валерий не был почти три года, но ничего в ней за это время не изменилось. Отстояв неизбежную с утра очередь в регистратуру, он протянул в окошко санитарный паспорт и направление от Черноморского пароходства.

– На профотбор.

– Алексеев Валерий Георгиевич? Когда вы у нас были последний раз?

– Алексейчев, девушка. Алексеевых, знаете, много…

Девушка не была расположена к флирту, очередь за спиной Валерия была внушительной.

– Так когда?

– В восемьдесят девятом, когда последний раз медкомиссию проходил.

– Значит, пойдёте, как вновь поступающий, по полной программе, включая кардиограмму. Фотографии есть с собой?

– Есть.

– Давайте. Год рождения?

– Шестидесятый. Тысяча девятьсот! – уточнил Валерий.

– Остряк! – фыркнула девушка. – Вот вам список кабинетов врачей. Начинайте с анализов и флюорографии. Потом – ко всем специалистам, терапевт – первый. Всё ясно? Следующий!

«Деловая, – подумал Валера, направляясь в лабораторию, – в самом деле, если с каждым шутки шутить, быстро с работы попросят. Народу – не продохнуть».

Уже через час Валерий зашёл в кабинет терапевта, блондинки лет сорока в тщательно отутюженном белоснежном халате, и положил на стол свою карточку.

– Алексейчев? Становитесь на весы, – скомандовала она.

– Раздеваться?

– Не нужно.

– Шестьдесят восемь, пятьсот, – доложила врачу медсестра. – Рост свой знаете?

– Шесть футов ровно. Метр восемьдесят три.

– Маловато веса на шесть футов.

– Хороший петух жирным не бывает, – подмигнул Валера сестричке.

– Садись к столу, петух, давление будем мерить.

– Закатайте рукав… сто двадцать пять на семьдесят. Нормально.

– Теперь куда?

– Ко всем врачам в любой очередности. А потом снова ко мне за заключением.

– Ясно, доктор, спасибо!

За результаты профотбора, в отличие от многих других моряков, Валерий нисколько не беспокоился. Никаких хронических заболеваний и операций у него не было, он не курил, спиртного не любил, прекрасно видел и слышал, много и регулярно работал физически. Два года назад, вернувшись из последнего рейса, он, по настоянию жены, уволился из пароходства и устроился работать дежурным электромехаником на районную подстанцию. Всё свободное время Валера был занят строительством собственного дома. Сбережения его давно закончились, заморские тряпки поистрепались, а работа, казалось, не убывала, стройка продвигалась медленно.

«Зря я Ларку послушал! – подумал Валерий, в который уже раз, – за два года сколько денег бы заработал! Нанял бы строителей, а сам за стройкой только приглядывал, и дом уже давно готовый стоял!». Вчетвером, с женой, тёщей и сыном – пятиклассником, Алексейчевы ютились в двух комнатках времянки, которая обещала стать их домом на долгие годы.

– Алекс, снова в моря? – на соседний стул перед кабинетом стоматолога плюхнулся невысокий толстяк с голливудской бородкой.

– Кому Алекс, а кому и Валерий Георгиевич! А вот вашу личность… Андрюха, ты?!

– Узнал всё же! Ты где пропадал столько времени? Друг, называется, как в воду канул, и пузырей не разглядеть!

– Извини, Андрей! Не до общения мне. Третий год на берегу, а здесь знай только поворачивайся. Работаю, в свободное время дом строю в Крыжановке, ещё и «Рыбку» успел окончить.

– А почему «Рыбку»? И быстро что-то – за два года.

– «Рыбку» – потому, что там сразу на четвёртый курс меня взяли, теперь уже рабочий диплом получил. Электромехаником, правда, в пароходство не берут, электриком пока устраиваюсь.

– В ЧМП устраиваешься? Да ещё электриком? Вот и видно, что ты два года в Крыжановке сидел, не высовываясь. Кто же теперь в пароходство идёт? Все, наоборот, оттуда разбегаются. Суда наши за границей арестовывают одно за другим за долги. А что за долги, откуда они взялись, неведомо.

– Ты-то сам где? Старпомом, наверное, давно? – поинтересовался Валерий.

– Если бы! Всё ещё вторым помощником, и пока в пароходстве, но документы сдал уже и в «Диамант», и в «Интермарин». Курсы английского для штурманов окончил. Обещают вот-вот в рейс послать. Ты тоже не теряйся. Не вздумай в пароходство возвращаться! Деньги, правда, нужны на контракт. Долларов пятьсот. Найдёшь?

– Я вижу, это ты от жизни оторвался, а не я. Какие доллары? Живу от аванса до получки, вся надежда на пароходство.

– Ну, прости, не подумал я. Но время ты всё равно неподходящее выбрал в пароходство возвращаться. А как семья? Лариса твоя всё такая же красотка?

– Ну, когда нарядится… Да мне её красота вот уже где сидит, – Валерий провёл ребром ладони по горлу. – Семейная лодка разбилась о быт, как писал Володя Маяковский. Грызёмся с Ларкой каждый день, как собаки, и мамаша её ещё подгавкивает. Костик уже в пятый класс осенью пойдёт, всё понимает. Скорее бы уже вырос.

– А дом ты хоть построил?

Валера вздохнул.

– Андрюха, ты хоть не дави на больной мозоль, на нём жена каждый день топчется. Коробку только выгнал, крышей накрыл, так и стоит без окон, без дверей. Деньги кончились, не на зарплату же строить. Поэтому и хочу в море вернуться. Надоело всё, жалею, что ушел в девяностом. Дом этот… На фиг он мне был нужен? Только глаза закрою, цемент снится, кирпичи и доски. В море хоть отдохну, отосплюсь, наконец. Воздухом морским подышу. Не поверишь, море в двух шагах, а я с прошлого года не купался. И заработать пора уже. Люрекса какого-нибудь привезу, или что там теперь возят, не знаю.

– Да может ты и прав. Поработаешь годик, а дальше будет видно. И английским займись всерьёз, скоро он пригодится. Смотри, очередь твоя подошла! Бывай, Валерка! Звони, телефон у меня не изменился.

Глава 2

Неприметный круинг

К часу дня Алексейчев получил заключение комиссии и вышел на улицу. Он не был ни записным остряком, ни ловеласом, а шутил сегодня с утра беспрерывно только потому, что впервые за долгое время вырвался из дома, где держали его бесконечные заботы. Из головы не выходил разговор с Андреем. «У кого бы разузнать про эти агентства круинговые? Хуже ведь не будет, если зайду поговорить. За спрос денег не берут. А может, после рейса можно за контракт рассчитаться?» – Валера решил не торопиться в отдел кадров, а прогуляться пешком и немного подумать. Коренной одессит, он любил свой город, но уже стал забывать, когда и в центре был в последний раз. Проклятая стройка забирала все силы и всё свободное время.

«Совсем что-то я отупел, – подумал Алексейчев, заметив впереди газетный киоск – «Моряк» же можно купить! Наверняка там объявления есть о вакансиях».

– Девушка, где можно прочитать о найме на работу моряков?

– «Моряк Украины» вчерашний есть. Давать?

– Давайте.

Дойдя до Соборной площади, Валера присел на скамейку перед памятником графу Воронцову и развернул газету. Памятник этот, устоявший в тридцатые годы, благодаря крепости фундамента, ему всегда нравился.

«Так, вот оно: Интерброкер – требуются… помощники капитана, механики… электромеханики первого и второго разрядов. Диамант – требуются… электромеханики со стажем не менее… ТИРС – требуются… электромеханики на рефрижераторы и танкера. Прогресс – требуются… электромеханики второго и третьего разрядов. Знание английского языка обязательное. Условия при собеседовании.

«Съезжу-ка я сюда, попытаю счастья, – решил Валера, – пароходство за день никуда не денется».

Круинговое агентство «Прогресс», прячущееся в полуподвале знакомой Валере с юности улицы, внутри напоминало знаменитое Черноморское отделение Арбатовской конторы по заготовке рогов и копыт. В единственной комнате стояли три стола, но только за одним из них сидел мужчина лет пятидесяти со смутно-знакомым Алексейчеву лицом.

– Слушаю вас, – поднял он глаза на вошедшего Валерия, – чем могу быть полезен?

– В газете пишут, что у вас работа есть для электромехаников третьего разряда. Я восемь лет электриком ходил в море. Недавно заочно окончил среднее мореходное училище, получил рабочий диплом и ищу работу у иностранных судовладельцев.

– How well do you know English? – неожиданно перешёл на английский хозяин кабинета.

– Ouite well. I have leaned English at secondary school and in the college! So sure I can read, write and speak English. I just need a little practice.

– Can you read wire diagrams and manuals in English?

– Yes, I can. No problem.

– That will do. Достаточно. Как у вас с медкомиссией? Давно проходили?

– С медкомиссией у меня полный порядок. Час назад заключение получил.

– Отлично. Свидетельство о международных прививках есть? Заключение комиссии с собой?

– Вот свидетельство о прививках, а заключение – в санпаспорте. Если нужно на отдельном листе, мне дадут.

– Да, нужно будет, и поскорее. Как ваше имя?

– Валерий. Валерий Алексейчев.

– Так вот, Валерий. Вы, конечно, понимаете, что без стажа работы электромехаником вас никто не возьмёт?

Валера кивнул головой. Что-то подсказывало ему, что сегодня Фортуна на его стороне.

– Честно говоря, неделю назад я бы у вас и документы не принял. Но, – Гарий Иванович, как представился работник круинга, сделал многозначительную паузу и поднял вверх указательный палец.

– Я вас внимательно слушаю, Гарий Иванович.

– Есть небольшая греческая компания, у которой всего три балкера грузоподъёмностью по двадцать две – двадцать четыре тысячи тонн с грузовыми кранами. Два судна из трех сейчас находятся в ремонте, поэтому хозяева экономят на всем, на чём можно.

– Понимаю.

– И решили они своих электромехаников заменить электриками. Как вы думаете, справитесь один на балкере? Экипаж смешанный, «наших», бывших советских, никого нет. Но английский у вас бойкий, проблем быть не должно. Главное – работа. Опыт работы с грузовыми кранами есть?

– Опыт достаточный. А работать я как раз и предпочитаю один. Такой у меня характер. Если надо, и вечером буду работать, и ночью.

– Ну, что же. Рискнем, пожалуй. Время поджимает. Паспорт моряка есть? Не просрочен?

– Есть, на год хватит. А сколько месяцев контракт, какие условия, где судно? И когда?

– Если вас утвердят, то очень скоро. Теплоход «Барса» ходит под мальтийским флагом, даёт приход в Лас Пальмас уже в это воскресенье. Контракт – восемь месяцев. Зарплата – семьсот пятьдесят долларов плюс овертайм, если рабочее время превысит сто тридцать часов в месяц.

– А сколько вы берёте за услуги? Для меня это немаловажно.

– Понимаю. Вы такой не первый. Поэтому в исключительных случаях мы авансом денег не берём. С вас будут высчитывать двенадцать процентов зарплаты. За восемь месяцев – семьсот двадцать долларов. Подходит?

– Подходит. Спецодежду, инструмент на пароходе, конечно, дают?

– Как правило. Но из своего опыта скажу, что лучше захватить робу из дому. Лишняя не будет. И обувь удобную, и тестер свой, и нормальные пассатижи, отвёртки, мелкие свёрла, метчики. Всякое может случиться, лучше своё иметь. И отношение к вам сразу будет соответствующее, поверьте.

– Гарий Иванович, так что? Нести документы?

– Все документы, и как можно быстрее. Медицинское заключение комиссии со всеми печатями, паспорт моряка, рабочий диплом электромеханика, НБЖС. Лучше всего сегодня.

– А что такое НБЖС? У меня такого нет.

– Свидетельство о прохождении тренинга по борьбе за живучесть судна. Ладно, это я помогу сделать. Успеем. Всё, что есть – несите. И фотографии, четыре на шесть. Успеете сегодня?

– Конечно, Гарий Иванович. До шести успею. А скажите, вы в пароходстве работали? На какой должности?

– Последние годы был капитаном на «Василии Клочкове». А раньше – там же старпомом. А что?

– Правильно, там я вас и видел. Я в резерве у вас работал неделю, вы мне инструктаж по технике безопасности читали.

– Ну, извини. Я тебя не помню, – перешёл на «ты» Гарий Иванович. – Вот тебе наш телефон, если что, звони. Бери ноги в руки и шевелись. Бикицер! – добавил он по-одесски.

Ошарашенный и счастливый, Алексейчев вышел на улицу и посмотрел на невзрачный двухэтажный дом Ленки, находящийся почти напротив него.

«Ладно, сейчас не до воспоминаний», – Валерий побежал на автобус. На такси денег у него не было даже для такого случая. Но скоро появятся! Господи, что за день такой удачный сегодня?

А день был, в самом деле, прекрасный. Тёплый, но не жаркий. Не солнечный, но и не дождливый. И люди вокруг – в ярких, летних нарядах. И девушки – самые красивые в мире. Всё, как всегда. Просто раньше Валерке было не до этого. А в календаре стояла дата – пятое августа 1992 года, вторник.

Глава 3

Последние дни дома

И следующие три дня для Валерия тоже были удачными. Гарий Иванович забрал у него паспорт моряка, снял копии со всех документов, велел утром привезти из поликлиники требуемое заключение. Затем послал его в какой-то офис при морском ПТУ на пятой станции Большого Фонтана, где Алексейчеву провели инструктаж по тушению пожара, по оказанию первой помощи и пользованию спасательными плотами.

Документ о проведении инструктажей был выдан, в виде исключения, немедленно, не бесплатно, конечно. Уже вечером копии всех документов ушли по факсу в Грецию, а в четверг утром Шеф, как стал про себя Валерий звать Гария Ивановича, поздравил его:

– Всё, Валера, тебя утвердили. В судовой роли будет написано, что ты электромеханик. Так что ты на полном основании будешь занимать его каюту и место за столом в кают-компании. И ценз тебе на второй разряд начнёт идти. В другую компанию с третьим разрядом не возьмут, только на суда река-море. Но разве это пароходы? Доволен?

– Не то слово, Гарий Иванович. Ещё позавчера я и помыслить не мог, что так быстро на судне окажусь.

– Всё будет хорошо. Завтра утром приходи к десяти. Подпишем контракт, выдам тебе судовую роль для иммиграционных служб, гарантийное письмо о том, что компания оплатит все твои расходы в дороге, билет на поезд Одесса-Москва и пакет для капитана, копия контракта будет внутри. Обычно и оплата за оформление контракта происходит в этот момент. Если найдёшь деньги, можешь заплатить эквивалент пятисот долларов. Если нет – как договаривались. Компания будет каждый месяц удерживать двенадцать процентов. Вопросы есть?

– Пополнение экипажа украинцами не планируется? Или заход на Чёрное море?

– Валера, всё может быть. А может и не быть. Это не в моей власти. А вот ты как раз можешь повлиять на процесс.

– Каким образом? – удивился Алексейчев.

– Ну, как же. По тебе будут судить о подготовке наших моряков. Если не будешь сачковать, хныкать, жаловаться на трудности, если сможешь содержать электрооборудование в постоянной готовности, если станешь своим в коллективе… Кстати, как у тебя со спиртным?

– Не пью, не курю, и не тянет

– Отлично. Между прочим, в контракте записано, что на судне запрещены спиртные напитки и наркотики. Ещё учти, что врача на судне нет. Возьми с собой, на всякий случай, йод, лекарства самые необходимые. Теплые вещи не забудь, неизвестно, где окажетесь. И англо-русский словарь по солиднее.

– Гарий Иванович, да вы прямо, как отец родной. Не в первый же рейс иду.

– Считай, что в первый, Валера. У иностранцев многое по-другому. Вот скажи, что такое кофе-тайм? Видишь? Самую простую вещь не знаешь? Что такое овертайм? Кто твой прямой начальник? Положены ли тебе выходные дни в море? Какой помощник является грузовым? Даже расписание вахт в мировом флоте не такое, как у нас. Вернее, это у нас не такое, как во всём мире. Так что в первую очередь внимательно изучи приложение к контракту, эгримент, по-английски. Это соглашение между судовладельцем, профсоюзом и моряком. Там много полезного. Деньги будешь жене переводить?

– Обязательно. Нам дом достраивать нужно.

– Завтра же открой ей счет в банке. Реквизиты отдашь капитану. Всё, гуляй до завтра.

– Спасибо, Батя! – не выдержал Валерка.

Теперь предстояло рассказать всё Костику. Ну, он знает, что папа моряк, и так дома засиделся. Поймёт правильно. Может, ещё и сам в моряки пойдёт.

А Ларисе он сказал о неожиданном повороте судьбы ещё во вторник. Иначе с ней нельзя было. Холерический темперамент – никогда не знаешь, чего от неё ждать. Но на удивление Лариса всё приняла спокойно.

– Что же, я рада. Думаешь, не понимаю, как тебе осточертело это строительство? Не вижу, во что превратилась наша семья? А так, поживём раздельно и поймём, стоит ли её сохранять. А дом в любом случае нужно достраивать. Ты деньги сможешь присылать? Письма слать, радиограммы?

– Радиограммы – точно нет. Письма – может быть.

Редко и нерегулярно. Деньги буду посылать ежемесячно, начиная с октября. Может быть, и через месяц пришлю – долларов триста. Попрошу капитана. Буду изредка звонить, но коротко. Сказали, что очень дорого. Не забыла, как по радиотелефону говорить?

– Громко, отчётливо, и по очереди, друг друга не перебивать.

– Умница. И Костика научишь. Я ему позже сам скажу, что в рейс ухожу. Насчёт стройки сумеешь договориться?

– Конечно, Валера. Дом достроим, я даже в Крыжановке мастеров найду. Осенью постараюсь закончить столярку, застеклить окна, подключить отопление. Если денег не хватит, одолжу где-нибудь на пару месяцев. Лишь бы у тебя всё хорошо было.

– Не волнуйся за меня, не в тайгу еду. Любимой работой буду заниматься, наконец. А на работу ко мне сама сходишь, я заявление на увольнение написал. Подойдёшь к главному инженеру, он в курсе моих дел. И вот что, позвоню-ка я Андрюхе!

– Алло!

– Андрей, это Валера. В рейс не ушёл ещё?

– Через неделю обещают, только это пока неточно. А у тебя как?

– Андрюха, я у тебя денег не просил взаймы, и знаешь, почему?

– Догадываюсь. Подозревал, что не дам.

– А вот и не поэтому. Потому, что не знал, чем отдавать буду. Но сейчас обстоятельства изменились. Я тебя послушал, подумал, и нашел себе работу на семьсот баксов.

– Как же ты умудрился?

– Я тебе вечером расскажу, если ты мне одолжишь две-три сотни. Мне нужно Ларке на первое время оставить, купить кое-что из одежды и с собой взять – ну, хоть тридцатку. Выручай, друг, с меня магарыч.

– Ну, раз ты с моей лёгкой руки так резко стартовал, то грех не распить бутылочку. Ко мне приедешь, или в «Гамбринусе» встретимся?

– Андрей, я бы приехал, но уже чемодан пора собирать. Давай в городе пересечёмся. В «Двух Карлах» через час. «Гамбринус» не люблю, там всегда дым столбом стоит. Сможешь?

– Хорошо, через час. Тебе триста точно хватит?

– Я бы и пятьсот взял, надо дом достраивать, но столько просить не осмеливаюсь, не знаю, когда отдам.

– Я с женой поговорю. Она тебя помнит. Без неё я такие суммы не одалживаю. До встречи.

Глава 4

Отъезд

Пятница прошла в хлопотах. Счастье ещё, что билеты были на дневной субботний поезд. В воскресенье – Москва, там где-то перекантоваться придётся до утра, а уже в одиннадцать – вылет на Лас-Пальмас. Субботний завтрак дома накрыли поздно, зато праздничный. Деньги, одолженные у Андрея, тут же пошли в ход.

С утра Валера с Костиком пробежались по магазинам. Вернее, по промтоварному рынку. Кто знает, есть ли у греков судовой ларёк. На всякий случай он купил два тюбика зубной пасты, новую щётку, шампунь, хорошие ножницы для усов и бородки, которые четыре года уже носил, два шкалика четырёхзвёздочного коньяка – на всякий случай.

Ну, и по промтоварам тоже прошёлся. Раз уж деньги в кармане появились. Электромеханик не должен в обносках ходить. Купил большую сумку на колёсах, и начал туда покупки складывать, с каждой минутой всё больше входя в азарт. Обновил запас белья. Купил приглянувшийся ему спортивный костюм, пару тёмных футболок, сандалии, вьетнамки для душа, кроссовки, модную красивую рубашку для выхода в город.

Немного подумав, выбрал себе и джинсы. Не из дорогих, но приличные, классического стиля. Старые его уже и на джинсы не были похожи. Опять же, в расчёте на приличный порт. В Африке-то и в комбинезоне можно выйти, никто не удивится.

И про сына он не забыл, подсластил Костику грусть расставания обновками, купил всё, что сын попросил. И бутылку водки взял напоследок, выпить с тёщей мировую, что уж теперь. Зашли и в парикмахерскую, грива его рыжая давно уже просилась привести её в порядок. Сразу пять лет скинул.

Билет ему достался в девятый вагон (возле ресторана), зато место тринадцатое. Не то, чтобы Валера был суеверным, но могли бы и другое купить. Ладно, зато нижняя полка. Верхние места купейных вагонов Валерка не любил, ноги его длинные там не помещались.

Простились с женой и сыном дома. На этом Валера сам настоял. (Я всё равно мыслями уже на пароходе). Попутчиками оказалась пожилая пара, едущая в Киев, и мальчик лет четырнадцати до Москвы. Тут же старики и попросили отдать им тринадцатое место. Валера не отказал, старость надо уважать. Проводница обмен полками одобрила, и сказала, что в час ночи поезд прибудет в Киев, и Валерка может занять своё законное место.

Выпив на прощание дома три рюмки водки, Валера, не привыкший к спиртному, в поезде сразу же постелил постель и забрался на второй этаж. С наслаждением перевернулся на спину и подумал, что на судне будет каждый вечер ложиться в десять. Какое это удовольствие, отдельная каюта, своя собственная кровать! А ещё море баюкать начнёт… Лепота!

Так он и провалялся целый день, то спал, то газету читал, то просто блаженно улыбался, глядя в потолок и вспоминая, как ловко у него всё сладилось. Андрюшка два месяца должность ждет, и курсы английского языка окончил, а на судно устроиться пока не получилось.

Будущего своего Валерий не опасался нисколько. В прежние времена, при штате электро-группы в три или четыре человека, именно он всегда был опорой электромеханика, брался за самые сложные работы. И двигатели ему пару раз приходилось перематывать, небольшие, правда. А с автоматикой разобраться ему помогали знания, полученные в техникуме, учился он там всерьёз и с охотой.

Ещё неизвестно, получил бы он столько знаний в морской академии. Валера сомневался, в ВУЗе половина учебного времени уходило на общетеоретические науки, и марксизм-ленинизм с политэкономией. На пароходе это нисколько не помогает.

За окном стемнело, в вагоне зажгли свет. Проводница зашла, предложила чай с лимоном, и Валерка заказал сразу два стакана. Старики уже сидели за столом, разложив домашние припасы, и угощали Тимку, московского парнишку, возвращавшегося домой к родителям. Пригласили и Валеру поужинать с ними. Сам он от Ларкиных бутербродов отказался сгоряча, так что приглашение было кстати.

За едой и представился, сказался бывшим моряком, решившим вернуться на флот. Старики заохали, стали вспоминать одесских знакомых, в Одессе в каждой семье моряки, или бывшие, или будущие. Тимка, хоть и москвич, тоже к морю ездит, дядя у него в порту работает, за малым не моряк. Полтора месяца у него пробыл, и не в первый раз.

В Киеве Алексейчев помог соседям спуститься на перрон, снес вещи, и с удовольствием прошелся по перрону. Стоянка поезда была более получаса. Сразу после отправления поезда проводница заглянула в его купе:

– Вы вниз не будете переселяться? Мне нужны два нижних места для женщины с ребёнком.

– Нет, не буду. Я пока в коридор выйду, пусть устраиваются.

– А помочь с вещами не сможете? Женщина больная, сама не справится.

– Без проблем, помогу, конечно.

Валера шагнул в коридор и увидел девочку, лет пятнадцати на вид, а за ней – женщину среднего роста, прислонившуюся к переборке соседнего купе.

– Заходите, пожалуйста, и давайте ваши вещи, я помогу их занести. Тим, а ты чего встал, лезь на свою полку, больше места будет. Чемодан можно под полку положить, или он вам будет нужен?

– Мама, как ты думаешь? – переадресовала вопрос девочка. Ответ Валера не услышал.

– Можно, мама сказала. Всё, что нужно, у нас в сумке. Меня Маша зовут. А маму – Елена Михайловна. Мы в Москву едем, домой.

– И мы с Тимкой до Москвы. Я пока выйду, чтобы вам не мешать.

Проводница принесла постельное бельё, привычно быстро постелила постели. Свет в купе был уже выключен, когда он вернулся. Горел только ночник над Машиной постелью. Валера подтянулся на руках, забираясь наверх. Под ним расположилась Елена Михайловна.

Глава 5

Новые попутчики

Спал в эту ночь Валерий плохо. Вагон шатало и швыряло. Кондиционер не работал. В купе было жарко и душно. Чтобы хоть как-то уснуть, пришлось снять спортивный костюм, а потом футболку. Под утро в купе похолодало, и он, наконец, уснул и даже замёрз. Валера не слышал, как первой поднялась Елена Михайловна, укрыла обоих, раскрывшихся ночью детей, сходила умыться и долго и тщательно расчесывалась перед зеркальной дверью.