Русский шпион. Операция «Антарктида»
- -
- 100%
- +
Юрий, специалист по анализу данных, был не совсем убежден: «Но почему они привезли нас сюда, в Антарктиду? Есть много других научных баз, расположенных ближе к России».
На следующее утро команда Смирнова собралась в столовой, чтобы позавтракать. Пока они рассаживались, люди Романова прервали их срочным сообщением: генерал Рыбаков требует их немедленно в зал заседаний.
Команду провели в большую комнату, где во главе стола сидел генерал. Его взгляд был холодным и отстраненным, когда он говорил.
«Как вы узнали вчера вечером, мы сделали невероятное открытие, – начал он торжественным тоном.
«Полгода назад наши люди обнаружили под слоем льда в районе Антарктиды капсулы древних пришельцев. Каждая из этих шести капсул содержит жидкость голубого цвета. Наша цель – проанализировать содержимое этих капсул и выяснить их свойства».
Генерал Рыбаков продолжил, скрупулезно объясняя научной группе, чем она должна заниматься в дальнейшем. Смирнов, Наталья и Павел займутся анализом химического состава капсул и их молекулярной структуры, а Юрий – управлением данными и систематизацией результатов анализа.
В заключение своего монолога генерал Рыбаков предложил слушателям задать вопросы или высказать свои опасения.
Первым встал Смирнов
«Генерал, мы обязаны обеспечить безопасность этих синих жидкостей», – сказал он обеспокоенным голосом.
«Мы не можем игнорировать негативные последствия, которые могут возникнуть в результате нашей работы. Существует значительный риск того, что эти жидкости опасны для здоровья человека. Мы должны работать осторожно и внимательно».
Генерал ответил твердо и решительно: «Наша группа военных ученых исследовала шесть капсул, содержащихся в инопланетном артефакте, и обнаружила, что голубая жидкость содержит особое вещество, которое мы назвали „Элемент X“. Мы понятия не имеем, на что оно способно, но наши тесты показали, что оно крайне нестабильно и потенциально опасно».
Игорь Смирнов и его команда были недоверчивы
Значит, наша задача – изучить это вещество и понять, чем рискует человечество, если оно попадет не в те руки? «», – спросил Смирнов.
«Да, вы правильно поняли, – твердо ответил генерал. Наше правительство выбрало вас, лучших ученых России, для изучения этого вещества и поиска способа его нейтрализации и безвредности.
Судя по имеющимся у нас первым элементам, это очень токсичное вещество, способное при попадании в воздух уничтожить все человечество.
Из Москвы генерал Рыбаков привез все необходимое оборудование для создания пятой лаборатории безопасности, которая была готова и функционировала. Они построили ее с нуля в отдельной части базы, охраняемой военными, куда имели доступ только семь человек благодаря специальному магнитному ключу, который они должны были носить с собой, куда бы ни пошли.»
«И последний вопрос, – надавил на него Смирнов, – когда мы с командой сможем приступить к работе и начать исследовать это вещество?».
«Заседание окончено!», – ответил генерал
«Приготовьтесь покинуть базу. Мы будем сопровождать вас до лаборатории. В целях безопасности она была построена в 50 метрах отсюда. Между базой и лабораторией нет соединительного коридора, они полностью разделены. Входить и выходить из лаборатории можно только один раз в сутки, за исключением редких и обоснованных случаев, заранее разрешенных мной».
Группа ученых и военных, облачившись в снаряжение, направилась в лабораторию. За окном было невероятно солнечное утро и кристально голубое небо.
Лаборатория безопасности представляла собой внушительное здание со строгим и неприветливым внешним видом. Она была полностью изолирована от остальной территории базы, и группа Смирнова будет работать в ней в течение ближайших нескольких месяцев. Генерал передал им магнитные ключи и пригласил войти.
Попав внутрь, Смирнов был поражен передовыми технологиями. Здесь было несколько самых современных приборов, сложнейшие микроскопы и ультрасовременная система вентиляции. Было очевидно, что Москва вложила значительные средства в создание этой лаборатории безопасности.
Генерал провел их в сводчатое помещение, где хранилось инопланетное вещество. Смирнов посмотрел на шесть маленьких капсул с голубой жидкостью. Он никогда не видел ничего подобного. Его удивило, как трудно было получить такое маленькое и ценное вещество.
Генерал повернулся к команде и сказал: «Можете приступать к работе! Мы должны как можно скорее понять, что это такое и какое влияние оно может оказать на нашу планету.
Смирнов кивнул, понимая, что это будет один из самых важных проектов в его карьере.
4
Генерал Рыбаков в то утро, как обычно, внимательно следил за записями камер и заметил нечто странное. Один из четырех ученых, доктор Юрий Петрович Орлов, подошел к одному из компьютеров лаборатории, вставил в него USB-накопитель и начал копировать файлы. Никаких видимых причин для этого не было, так как все данные анализа капсулы уже находились на серверах базы.
Генерал решил не спускать с него глаз, надеясь, что рано или поздно он совершит ошибку, которая подтвердит его опасения. А пока он продолжал работать в тесном контакте с командой Смирнова, стараясь не вызывать подозрений. Но напряжение нарастало, и генерал понимал, что время уходит.
Вечером, когда команда, как обычно, ужинала в столовой, Рыбаков решил устроить внезапный осмотр лаборатории. Придя туда, он сразу же заметил нечто необычное: дверь одного из холодильников была открыта, а капсулы пришельцев уже не было на месте. Он стал проверять записи камер, и то, что он увидел, заставило его потерять дар речи: Орлов вошел в лабораторию вскоре после того, как команда ушла на обед, взял капсулы и унес их.
Генерал Рыбаков решил не поднимать тревогу сразу, а разработать план поимки предателя.
Он связался с группой элитных военных, которые вскоре прибыли в лабораторию.
Вместе они спланировали ловушку для доктора Орлова, ожидая, когда он вернется в лабораторию, чтобы поставить капсулы на место.
Ночь была долгой и напряженной, но в конце концов план сработал: Юрий Орлов, полагая, что он один, вернулся в лабораторию и оказался в окружении военных. Его немедленно арестовали и увезли на допрос.
Генерал Рыбаков сел напротив него и презрительно спросил, пристально глядя ему в глаза: «Кто вы такой?
«Как я уже говорил и повторял тысячу раз, меня зовут Юрий Петрович Орлов и я являюсь аналитиком данных для этой миссии», – спокойно ответил он.
«Я в это не верю», – ответил генерал.
«У меня есть много оснований подозревать, что вы иностранный шпион, что вы пытаетесь похитить информацию о нашем открытии».
«Неправда, это чепуха», – ответил заключенный, но голос его слегка дрожал. «Скажите мне правду», – настаивает Рыбаков.
«На кого вы работаете? На ЦРУ, МИ-5?»
Юрий огляделся, пытаясь оценить ситуацию. Он оказался в тупике: если он будет продолжать отрицать, то, скорее всего, его запрут в камере и он потеряет возможность выполнить свою миссию. Другого выхода у него не было: он решил открыть свою сущность.
Он глубоко вздохнул, затем посмотрел генералу в глаза.
«Я – майор Дмитрий Иванович Иванов. Я работаю в Московском отделении СВР. Я работаю с группой доктора Смирнова уже несколько лет. Мы очень внимательно следим за ним, потому что он слишком важен для нашей страны, и мы опасаемся, что он может поделиться конфиденциальной информацией с другими иностранными коллегами. Все его сообщения перехватываются и отслеживаются. До этой миссии поведение доктора было безупречным, но в последние недели произошла утечка информации, в частности, о новой чудодейственной вакцине, над которой Смирнов работает уже много лет. Я могу без тени сомнения утверждать, что в команде доктора скрывается ловкий иностранный шпион.
Генерал, если мы объединим наши усилия, я уверен, что нам удастся ее разоблачить».
Рыбаков с минуту смотрел на него и спросил, на этот раз уже дружеским тоном: «Если ваша личность подтвердится, я вас отпущу, и вы сможете сразу же вернуться к работе. Если нет, то вы станете первой жертвой этого задания, и я получу удовольствие, вот этими руками сделав вашу кожу. Но до тех пор вы останетесь здесь, под арестом».
Многолетний опыт подсказывал ему, что враг всегда затаился, готовый перехватить любое его сообщение. Поэтому, чтобы не подвергать риску безопасность миссии, он исключил использование радиоволн.
Проверив целостность защищенной системы спутниковой связи, генерал Рыбаков приготовился отправить зашифрованное сообщение в СВР в Москву. Напряжение было ощутимым, но он понимал, что не может допустить ошибки. Не дрогнувшей рукой он начал набирать сообщение, используя сложный код, расшифровать который могли только сотрудники СВР и некоторые другие.
Сообщение гласило: " Запрос на подтверждение подлинности личности Дмитрия Ивановича Иванова, он же Юрий Петрович Орлов. Код доступа: ALPHA-BRAVO-CHARLIE».
Через несколько минут ожидания пришел ответ из московской штаб- квартиры СВР. Генерал открыл сообщение, содержащее код подтверждения, и тут же удовлетворенно улыбнулся. Было подтверждено, что Юрий действительно тот, за кого себя выдает, а именно майор Дмитрий Иванович Иванов, секретный агент СВР, выполняющий секретную миссию в Антарктиде.
Он тут же вернулся в комнату пленника, и по его расслабленной улыбке Юрий понял, что генерал получил искомое подтверждение.
«Я разрешаю вам вернуться к работе с доктором Смирновым, – сказал он примирительным тоном, – но вы должны будете доказать мне свою преданность и благодарность за то, что я вас не убил. Отныне мы играем в одной команде, и вы будете лично информировать меня обо всем, что вам удастся обнаружить».
Юрий кивнул и, скорчив гримасу боли, дал знак снять наручники с его запястий, которые начинали сильно болеть.
«Вы можете рассчитывать на мою помощь, я уверен, что мы скоро узнаем, кто настоящий предатель».
Чтобы не тревожить шпиона, Рыбаков решил сообщить Смирнову, что арест доктора Юрия Орлова был результатом недоразумения и что виновный уже наказан.
Он прошел в лабораторию и созвал группу ученых. Затем взял слово: «У меня к вам важное сообщение. Арест вашего коллеги был лишь результатом недоразумения. Никакого предательства в вашей команде не было. Виновный в аресте уже понес суровое наказание, и я заверяю вас, что подобное больше не повторится».
Генерал заметил, что лица присутствующих, до этого очень напряженные, наконец-то расслабились. Особенно Смирнову, похоже, стало легче.
«Спасибо, генерал, что проинформировали нас. Мы все очень волновались за нашего коллегу, но мы рады, что это было просто недоразумение».
Рыбаков кивнул, довольный реакцией команды.
В глубине души он понимал, что это лишь вопрос времени и что круг вокруг настоящего шпиона становится все теснее и теснее.
Наталья первой обняла Юрия и с обеспокоенным выражением лица спросила его: «Как ты? Они тебя не обидели?»
Юрий притворился испуганным.
«Я не понимаю, что происходит», – ответил он дрожащим голосом.
«Я никогда не делал ничего плохого. Я до сих пор не понимаю, почему они меня арестовали?»
Игорь попытался его успокоить.
«Скорее всего, это было просто недоразумение. Военные очень взволнованы этим событием, и нужно было всего лишь что-то, чтобы их расстроить. Вы же знаете, какие они параноики».
Павел кивнул.
«Да, вы правы, лучше не волноваться слишком сильно. Может быть, лучше сразу вернуться к работе, чтобы поскорее забыть эту неприятную историю».
Но Юрий по-прежнему выглядел взволнованным.
«Но если бы они арестовали меня, они могли бы сделать то же самое с одним из вас», – сказал он со вздохом.
«Я не знаю, смогу ли я это выдержать».
Группа обнялась, пытаясь успокоить друг друга, не зная, что среди них скрывается настоящий предатель.
Глава третья
«Охота на шпиона»
5
За пределами базы в Антарктиде бушевала метель, словно ярость природы хотела еще больше изолировать научную группу Игоря Смирнова от остального мира. Снег и лед нагромождались на стены базы, создавая внутри ощущение клаустрофобии. Связь с Москвой была прервана на несколько дней, и команда оказалась в полной изоляции, оставшись наедине со своими мыслями и страхами.
После окончательного секвенирования инопланетного вируса команда оживленно обсуждала, что делать с этим открытием. Одни с энтузиазмом отнеслись к идее использования вируса в научных целях, надеясь улучшить здоровье людей, другие были более осторожны, опасаясь последствий такого могущества в руках человека.
На базе тем временем объявили общую тревогу: на экране радара внезапно появился мигающий сигнал. Это была белая точка, которая не могла принадлежать ни одному российскому кораблю, так как, по последним данным, полученным перед штормом, ближайший из них находился на расстоянии более ста миль. Напряжение на базе еще более возросло, тем более что не было известно, кто именно обнаружил инопланетный вирус – гражданское научно-исследовательское судно или военная миссия какой-либо другой иностранной державы.
Генерал Рыбаков начал беспокоиться, понимая, что его открытие может привлечь внимание других стран и международных держав. И пока за пределами базы бушевала метель, напряжение внутри достигло своего апогея. Иностранный корабль приближался, и никто не знал, что он принесет с собой.
Генерал Рыбаков, сидя в оперативном зале, внимательно смотрел на экран радара, на котором виднелась приближающаяся белая точка.
«Господа, у нас проблема», – сказал он своим сотрудникам.
«Этот корабль быстро приближается к нашей позиции, и мы не можем связаться с Москвой, чтобы запросить инструкции. Как вы думаете, что лучше сделать?»
«Первый шаг – определить, кто это, – ответил один из его коллег, полковник Романов.
«Это может быть научно-исследовательское судно, но может быть и иностранная военная операция. Мы должны быть готовы к любому развитию событий».
«Но как мы можем это выяснить?» – спросил другой сотрудник. «Наш радар не дает нам достаточно информации», – ответил генерал.
«Мы должны послать разведывательную группу, чтобы определить корабль и его назначение».
Но как послать разведку в таких погодных условиях? спрашивали себя все. Тем временем четверо ученых бурно обсуждали в лаборатории, что делать с инопланетным вирусом.
«Мы должны испытать вирус на животных на базе, – говорит Наташа, – только тогда мы сможем понять, можно ли использовать его для улучшения здоровья людей».
«Но это слишком рискованно, – вмешался Павел, – мы не знаем, как это может повлиять на местные виды. Мы можем нанести непоправимый ущерб экосистеме».
Наш долг – выяснить все, что можно, об этом вирусе, – ответила Наташа, – только тогда мы сможем использовать его потенциал.
6
Тем временем в Вирджинии, в Лэнгли, день прошел как обычно, утро едва началось, когда начальник отдела Ричардс, отвечавший за деятельность в России своих тайных агентов, получил тревожное и сенсационное сообщение от «Химеры», российского агента ФСБ, который уже много лет был двойным агентом и до этого момента всегда снабжал его новостями и документами, имеющими хоть какое-то значение. Но прочитанное сообщение заставило его опуститься в кресло.
Однако новость, которую он только что узнал, была слишком важной и невероятной, чтобы не сообщить ее по официальным каналам. Ричардс надел пиджак и вышел из комнаты, не здороваясь и не обращаясь ни к кому, как будто в него вселилось странное присутствие. Его глаза были устремлены прямо перед собой, а на лице было такое озабоченное выражение, какое редко доводилось видеть его коллегам.
Он направился к лифту и, как только двери открылись, шагнул внутрь и нажал кнопку, которая привела его на верхний этаж, прямо в кабинет его начальника, директора ЦРУ, Уильяма Джонсона.
Джон Ричардс вошел в кабинет директора с обеспокоенным выражением лица.
Директор, я получил невероятное сообщение от Химеры, нашего «крота» в российской ФСБ. Он говорит, что русские обнаружили инопланетный вирус и проводят эксперименты по созданию биологического оружия», – объявил Ричардс.
Джонсон поднял глаза от своего компьютера и с интересом посмотрел на него.
«Джон… пожалуйста, продолжай»
«Химера» также сообщила мне, что российская научная группа отправляется с мурманской базы на российскую базу «Восток», которая недавно была расширена для размещения большего числа военнослужащих и где была построена очень сложная лаборатория, – продолжает Ричардс.
Директор ЦРУ встал с кресла и в задумчивости подошел к окну.
«Это шокирующая новость. Мы должны действовать немедленно», – сказал он с нарастающим беспокойством.
Я должен немедленно связаться с Белым домом и лично переговорить с президентом. А пока я поручаю вам собрать команду экспертов, причем самую лучшую, и составить два-три убедительных плана действий для ознакомления с ними самого президента. Даю Вам 48 часов на то, чтобы предоставить мне полное досье».
Ричардс решительно кивнул.
«Да, сэр. Я немедленно приступлю к работе. Я знаю нескольких экспертов, которые могут быть полезны для этой миссии».
Джонсон внимательно посмотрел на него.
«Это критическая ситуация, Ричардс. Мы не можем позволить себе совершить ошибки. Тщательно подбирайте членов своей команды и убедитесь, что у вас есть все необходимые ресурсы для выполнения этой миссии».
«Обязательно, сэр. Не волнуйтесь.»
«Что касается России, то мы должны быть осторожны и не действовать так, чтобы не поставить под угрозу наше сотрудничество с ней. Мы не можем позволить себе разрушить работу последних лет».
«Я понимаю, сэр. Я буду действовать с максимальной осторожностью». Джонсон кивнул.
«Хорошо. Я пойду позвоню в Белый дом. Будьте готовы в течение 48 часов с полным отчетом».
Ричардс встал со стула и подошел к двери. «Да, сэр. Увидимся через два дня». «Удачи, Ричардс».
«Спасибо, сэр».
И с этими словами Ричардс вышел из кабинета директора, готовый к выполнению одной из самых сложных и опасных миссий в своей карьере.
7
Шеф ЦРУ поднялся с кресла и заговорил: «Господин президент, ситуация становится все более критической. Тайный агент „Химера“ сообщил нам о существовании инопланетного вируса на российской базе „Восток“ в Антарктиде. Мы выяснили, что русские проводят исследования с целью выяснить, как использовать эту инопланетную форму жизни для своих военных целей».
Президент почесал бороду, наблюдая за остальными присутствующими. «Итак, что мы можем сделать, чтобы разрешить эту ситуацию?»
Слово взял начальник отдела ЦРУ Ричардс: «У нас есть два варианта: дипломатический вариант или военная операция в Антарктиде по возвращению вируса и агента Колибри».
Президент выглядел озадаченным и обратился за ответом к советнику по национальной безопасности Макнамаре.
Макнамара взял слово: «Господин президент, я понимаю озабоченность возможностью конфликта с Россией, но считаю, что ситуация требует немедленного и решительного ответа. Дипломатический вариант может не принести желаемых результатов, в то время как военная операция является наиболее прямым и быстрым решением, гарантирующим национальную безопасность».
Президент кивнул, все еще не определившись.
«Я согласен. Однако военная миссия рискованна. Есть много вещей, которые могут пойти не так».
Макнамара ответил твердо: «Национальная безопасность иногда требует рискованных действий. Но мы подготовимся как можно лучше, чтобы минимизировать риски и обеспечить успех операции».
Президент на мгновение задумался, а затем принял решение.
«Хорошо. Но я хочу получить подробный план военной операции через 24 часа. Кого вы выбрали командиром этой миссии?»
Начальник штаба начал листать список потенциальных командиров.
«У нас есть три варианта, – сказал он, – полковник Томпсон, генерал Брэдли и подполковник Джонсон».
Президент поднял брови. «Кто эти люди?»
Начальник штаба рассказал об их военной карьере и опыте.
«Но полковник Томпсон – единственный из кандидатов, кто ранее участвовал в секретной миссии в Антарктиде на базе США», – заключил он.
Советник по национальной безопасности кивнул.
«Я думаю, что Томпсон – правильный выбор для этой миссии». Президент колебался.
«Но достаточно ли он подготовлен, чтобы справиться с такой деликатной ситуацией?»
Руководитель аппарата заверил президента, что Томпсон – лучший кандидат на эту должность, обладающий отличным послужным списком и уникальным опытом работы в данной области. Руководитель ЦРУ подтвердил, что Томпсон хорошо известен агентству и доказал свою надежность в прошлом.
После короткого обсуждения все согласились с тем, что полковник Томпсон – лучший выбор для руководства миссией.
«Томпсон, решение принято. Давайте подготовим его к работе», – сказал президент.
Начальник штаба кивнул и поднялся с кресла. «Мы все организуем, господин Президент».
Советник по национальной безопасности обратился к Президенту.
«Господин Президент, эта миссия будет нелегкой. Может возникнуть риск конфликта с русскими».
Президент кивнул.
«Я знаю, но мы должны действовать. Мы должны сделать все возможное, чтобы защитить нашу страну и весь мир».
Отдав честь и поклонившись, присутствующие покинули Овальный кабинет, чтобы подготовить полковника Томпсона и его команду к выполнению задания.
8
Американское судно с трудом пробивалось сквозь льды, настроение на борту было не самым лучшим, а налетевший арктический шторм не способствовал улучшению атмосферы. Всего на борту находилось 50 человек.
Помимо капитана Джека Томпсона, на борту находились члены его группы специального назначения, в том числе несколько экспертов по выживанию в экстремальных условиях, а также инженеры, техники, врачи и другие члены экипажа корабля. Дополняли группу всемирно известные американские ученые и исследователи, эксперты по всем известным на сегодняшний день типам вирусов, перед которыми стояла задача научного прикрытия миссии.
На борту ощущалось напряжение, каждый из членов экипажа понимал, что его ждет рискованное и потенциально смертельно опасное задание. Томпсон находился в капитанской рубке, внимательно изучая оперативные планы и карту арктической зоны, когда к нему присоединился его заместитель, подполковник Дэвис.
«Командир, как у нас дела?» – спросил Дэвис, имея в виду ситуацию на борту корабля.
«Не очень хорошо, лейтенант. Шторм усиливается, и мы должны сделать все возможное, чтобы противостоять порывам ветра.
Напряжение еще больше возросло, когда внезапно на судно налетел сильный порыв ветра. Оглушительный шум арктического шторма был слышен повсюду, и экипаж стал беспокоиться об остойчивости судна.
Томпсон немедленно созвал экстренное совещание со своей оперативной группой. Пришло время решать детали штурма российской базы.
Джек Томпсон был 45-летним мужчиной внушительного роста, стройного телосложения, с мускулистой фигурой, свидетельствующей о многолетней военной подготовке.
На его лице были видны следы напряженной жизни: тонкий, но заметный шрам, тянувшийся чуть ниже правого глаза, придавал ему вид решительного воина.
Несмотря на внешнюю непоколебимость, в его голубых глазах порой отражалась глубокая печаль и чувство внутренней усталости. На нем всегда была камуфляжная боевая форма, на голове – черная кепка, на запястье – военные часы, на шее – цепочка со скромным серебряным кольцом, подаренным сестрой.
Его репутация военного героя не вызывала сомнений, но под броней мужества скрывалась сложная личность, терзаемая сожалениями и ошибками прошлого. Он был немногословным человеком, но с золотым сердцем, глубоко заботившимся о благополучии своих подчиненных.
Его личная жизнь была отмечена разводом и отдалением от сына Майка, который жил с матерью и с которым Джек редко виделся из-за постоянных военных командировок по всему миру. Джек был экспертом в тактике партизанских действий и миссий на враждебной территории, прирожденным лидером, которому суждено было возглавить американскую военную экспедицию на российскую базу в Антарктиде.
В ночь перед отъездом, когда тусклый свет лампы освещал комнату, Джек сел за письменный стол и начал писать письмо своему сыну Майку. Это было письмо, предназначенное для передачи мальчику только в том случае, если он не вернется с опасного задания. Слова выходили из-под пера со смесью любви и грусти, Джек пытался выразить все, что он чувствовал к сыну. Он знал, что миссия будет трудной и рискованной, но у него не было другого выбора, кроме как отправиться в путь. Аккуратно запечатав письмо и надежно сохранив его, Джек лег, стараясь прогнать из головы мрачные мысли и сосредоточиться на предстоящем задании.