Темница зависти и зверь тщеславия

Часть 1 Под замком сургуча.

В тот день ветра играли песню,

И дождь обильно поливал,

Гонец пред дверью оказался,

Как призрак бледный он стоял.

Трещала сущность мирозданья,

Пожары гнали мирный люд.

Дворецкий злобно улыбался,

Настало время. Божий суд.

Гонец:

Письмо владыка, из-за моря,

В нём спрятано большое горе.

Посылку сам не открывал,

Приметы мне дают сигнал.

В пути разбойники напали,

Избили, злато отобрали.

В насмешку бросили письмо.

Там кровь, попомните словцо.

Корабль волны разломали,

Но выжил я, письмо в кармане.

И волки гнались из лесов,

Я чудом избежал зубов.

Дворецкий:

Тебя хранило проведенье,

Знать судьбоносное решенье.

В конверте спрятано…открой,

Чтоб подарить себе покой.

Гонец:

Конверт, упоенный слезами,

Не должен жить…решайте сами.

Упал сургуч, скрипит бумага.

И жадный взгляд себе в усладу,

За буквой буковку читает,

Слова манерно разбирает.

И тайна из письма звучала,

Душа гонца, изнемогала.

Он заслужил узнать секрет,

Назад теперь дороги нет.

Гонец:

Вы подчинитесь повеленью?

Ведь доброе сие решенье.

Дворецкий:

Ты нёс великое добро,

В двух строках всё заключено.

А если их придать огню,

Конец письма я запалю.

Гонец:

Безумная сия затея!

Не делайте себя злодеем!

Дворецкий:

Здесь нет греха, лишь суд судьбы,

И благодать наполнит дни.

Когда злодей наказан будет,

Тебя Господь не позабудет.

Гонец:

Ты лжёшь от самого чрева,

Но я избегну пут и плена.

В котёл отправишь один,

А я подамся в монастырь.

Дворецкий:

Как заяц, дела испугался.

Пожалуй, в нём я ошибался.

Пускай бежит хвост поджимая.

Его заменит чернь любая.

Теперь осталось много пить,

Чтоб память крепкую залить.

Наутро встану и письмо,

Не вспомню я, кто жёг его.

Слова последние забыв,

Исполню собственный мотив.

Я справедливо поступлю,

Когда чужую кровь пролью.

Часть 2 В ожидании чуда.

В те дни Россия постарела,

И обветшала, посидела,

Цари земли, на трон взойдя,

Любили только лишь себя.

В балах ненужных потонули,

И от народа улизнули.

Поля в то время колосились,

Ветра над ними проносились,

И лица грубые ласкали,

Нужду в заботе восполняли.

Во времена плохих царей,

Природа тешила людей.

И вера каждый день крепчала,

Ведь ободряла, согревала,

Надежду крепкую дарила,

И души миром укрепила.

Так вот история моя,

Её готов поведать я.

Провинциальна и проста,

Но истины не лишена.

Помещик жил тогда один,

По крови чистый дворянин.

И должен был он поутру,

Прибыть, не медля ко двору.

Часть 3 Тёмное откровение.

Тьма укрывает землю нежно,

И, кажется, она безбрежна.

За звёздочкой звезду зажгла,

И тихо на покой ушла.

Ночь пробиралась осторожно,

Там где не спали, но возможно,

Возможно, думала она,

Им тьма понравится меж сна.

Так странно, размышляла ночь,

Я людям не могу помочь,

Когда виденья подарю,

Рассвет забрезжит, я уйду.

А напугать вполне способна,

Хотя пуста я и бескровна.

Но нету демонов во мне,

И зло не прячется во тьме.

Нет барабашек и чертей,

И душ исчезнувших детей,

Так почему плохая я,

Ведь только свет скрываю дня?

За что вы прокляли меня,

О люди, темноты друзья?

За что вы прокляли, за что,

Может за тёмное чело?

За сущность мрачную мою,

За душу чуждую одну?

При свете дня твориться зло,

Во тьме оно с добром равно.

Все кошки серые лишь я,

С закатом скрою облака.

Все убивают и крадут,

Злословят, и нахально лгут.

Злодей во тьме творит дела,

А днём он, чист белей стекла.

Хорошим хочется предстать,

Другим лишь шкуру показать.

Пускай во тьме он гнусный вор,

Забрезжит свет и день без ссор.

Я укрывала все пороки,

Таких, не видывали боги.

И всё равно плохая я,

Грехи за вас скрывает тьма,

А вы грешите на меня,

Как на обитель, лоно зла.

Рассвет уж небо коронует,

Травинки солнышком балует.

Мой мир растает без следа,

Но завтра снова буду я.

Князь вдумчиво во мрак глядел,

Украдкой вслушаться хотел.

Но слов, увы, не разобрал,

Когда рассвет венчал финал.

Родная кровь кричит, взывает,

И сон – предатель убегает.

Давно в поместье нет покоя,

За причинённое им горе.

Часть 4 Украденная мечта.

Карету подали с утра,

И значит, в путь уже пора.

Предчувствие звало – останься,

Коль хочешь жить, не собирайся.

Картуз отцовский дал холоп,

В нём сильный отчим занемог.

И тяжко ранен был в бою,

Пред смертью, словно на краю.

Но вот судьба решила так,

Пускай живёт, какой пустяк.

И земли от царя – награда,

Как кость хромому псу – отрада.

Так первый воин средь полков,

Сменил режим на жир боков.

Мечтал он душами владеть,

И власти ценность всю узреть.

А получил клочок земли,

Чтобы работать до зори.

Но счастье нынче мимолётно,

Под ветром изгори подобно.

Щепотка яда дорого,

Уговорит уйти любого.

Герой:

Обман раскрыт? Не может быть.

Пойду и проявлю всю прыть,

Чтоб душу чёрную спасти.

Под казнь другого подвести.

Часть 5 Жертва змея.

И кучер крикнул: Но! Пошли!

Карета тронулась степенно.

Дорогою князь размышлял,

Какие будут перемены.

Найти предателя одно,

Убийц найти иное дело.

Ещё мне нужен дуралей,

Что спрячет оба тёплых тела.

А с ним потом, как поступить?

Сейчас вопросы без ответа,

Но люди глупые весьма,

Управлюсь быстро, до обеда.

Не раз на шкуре проверял,

Богатство сильно помогает.

А коли принцип на пути,

Кинжал всем глотки затыкает.

Весь мир живёт вокруг меня,

Чего ещё для счастья надо?

Доход стабильный, но давно,

Не в золоте моя отрада,

Ведь я великий над людьми,

Как только прикажу холопам,

Тот час дерутся до крови.

И люд не скажет мне упрёка.

Я волен миловать народ,

Но все они слабы душою.

Работают и за гроши,

И нет им сна и нет покоя.

Как скот за пищу отданы,

Ведомы лишь души страстями.

Лишь похоти в сердцах царят.

И я смерено правлю балом.

Дворец предстал, как исполин,

Спокойный властный господин.

Я спесь у входа оставляю,

В сундук глубокий убираю.

Пусть думают, пришёл слуга.

Ведь и мудрейшая змея,

Не сразу жалит, долго ждёт,

Но час настанет сделать ход.

Охрана волю исполняет,

Решать прислуга не должна.

Коль господин благословляет,

Извольте отворить врата.

Царь ожидал в покоях тихих,

Меж мрачных сводов и картин.

Старик едва держал корону,

Но был, как лёд, невозмутим.

Величье давит лучше камня,

И если стар, то отойди.

С презрением я скрёб ногтями,

Желая поскорей уйти.

Царь прогнусавил: здравствуй мальчик,

Отца я помню, как сейчас.

Ох, и великий был воитель.

Здоров ли он, в сей трудный час?

Герой:

Он умер ваше благородье.

Уже лет десять, как почил.

Но смею вас заверить крепко,

Империю всегда любил.

Царь:

Досадно слышать эти вести,

Награды не увидел он.

Но справедливость есть на свете,

Тебе дарю я свой поклон.

Герой:

Так, я едва сдержал презренье.

Мы ехали сюда три дня.

Я отложил свою охоту,

А царь не чествует меня!

Зачем поклоны? Уваженье?

Я так пресыщен от балов.

Спасибо ваше благородье,

За эту сухость добрых слов.

Царь:

Но уважение не кормит,

И как в народе говорят:

Коль любишь сердцем поспособствуй,

Чтоб стал и я, как ты, богат.

Герой:

Да что вы, что вы, право слово,

Довольно этого с меня.

Быть князем в вашем королевстве,

Вот лучшая на век судьба.

Царь:

Не нужно лишних церемоний,

Награда эта для отца.

Ты получаешь Землю Солнца,

Вблизи от моего дворца.

В ответ я скромно улыбнулся,

Но дух мой буйно ликовал.

Земля, в которой нет печали,

Любви и славы ареал.

Живут там толстые бароны,

И графы, герцогини там.

Мой мир практически устроен,

Отец хвалу тебе воздам.

Царь:

Поместье жалую в придачу,

Там жили предки королей.

Пусть знает мир, служить почётно,

Награда будет без затей.

Пора ударить, близко время.

Правитель щедрую рукой,

Отсыплет в лоно сколько нужно,

Когда я помогу игрой.

И сделался мрачнее тучи,

Со скорбью опустив глаза.

Лицо напоминало маску,

Я малевал, по ней шутя.

Неловко кашлял, долго мялся,

Краснея, изредка икал.

Вот, наконец, старик заметил,

Манерным взмахом подозвал.

Герой:

О, ваша мудрость безгранична,

Но я не столь же даровит.

О, дайте ваше благородье,

Мне верного, что подсобит.

Ваш дар столь щедр, не взыщите,

Боюсь по молодости лет.

Я загублю сие творенье,

И вам ещё прибавлю бед.

Царь:

Хочешь слугу? Вот целый список,

Умелых много при дворе.

Ты выбирай юнец любого,

И вечером доложишь мне.

Я уходил, как победитель,

Старик не выжил из ума.

Ведь щедрость признак благородства,

Ещё была ему верна.

Как долго ждал я сладкой дол,

Оставлю грязь чужих полей.

И не отёсанные люди,

Уйдут, как сон из ясных дней,

Багряный саван ждёт владельца,

Я упокою прах отца.

Когда легко найду убийцу,

Вблизи от царского дворца.

Часть 6 Молчаливая игра.

Карету прочь несли гнедые,

И Царь мне службу поручил:

Чтоб напоследок я заехал,

В селение, где Друг служил.

Он может управлять поместьем,

Хозяйство будет содержать.

А я предамся развлеченьям,

Начну гулять и танцевать.

А не захочет службы даром,

Тем хуже кара ждёт его.

Пожар скандала разрастётся,

Спалит дотла, сожжёт за всё.

Предатель наглый, душегубец,

Как мог он отчима убить?

Багаж, наполненный костями,

Готов я нынче подложить.

Герой спаситель и мессия,

Повесы быстро раструбят.

Страна мне звание подарит,

Не тянет множество наград.

Как скажут люди друг хороший?

Или кто скажет ты плохой?

Решаю так: кто верно служит,

Тот для меня всегда благой.

Где тот оценщик? Эй, ребята!

Судью зовите поскорей.

Но, судьи нет, страна забыта,

И мрак гнездиться внутри тел.

Дорога скуку навивала,

Я, как ребёнок, изнывал.

Ещё чуть-чуть и буду богом,

Так я себя, в ночи, прозвал.

Из памяти являлись лица,

Я помню каждого из вас.

Кто не вернул добро с торицей,

Кто как бельмо при свете глаз.

Кто должен денег, забывает,

Кого кормил, плюёт в лицо.

Вот скоро, скоро стану главным,

И вам воздам с лихвой за то.

Карета мягко тормознула,

Скрывая, прочь обрывки сна.

Я вышел в сладкой полудрёме,

И свет злодей слепил глаза.

Но сон чудесный продолжался,

Ведь дом загадочный предстал.

Какой художник на мольберте,

Дворец такой нарисовал?

Из красной черепицы крыша,

Нет сажи на печной трубе.

И стены галькою обшиты,

И слуги бегают везде.

Одни спокойно подметают,

Другие чистят зеркала,

Работают упорства ради,

Не подгоняет их нужда.

Одеты чинно, благородно,

Передник чист, как первый снег,

И волосы завиты в узел.

Так, что до вшей им дела нет.

Побрёл я робко по тропинке.

Она, как белая река,

Проистекала прямо к дому,

На век трудились мастера.

Мимо пруда, что полон рыбы,

Мимо цветов, каких не счесть,

Я шёл, ступая осторожно,

Боясь испортить праздник здесь.

Вот, постучал, страшась огласки,

Чтоб не заметили пятна.

Ведь в мире полном совершенства,

Я, как пятно, сотрут меня,

Встречал поджарый незнакомец,

И улыбался, как родной.

На трость, он властно, опирался,

С густой и пышной бородой.

Глаза блестели от азарта,

И тонкие черты лица,

Едва скрывали мудрость сердца,

Он разглядел насквозь меня.

Герой:

Вы здесь, наверное, хозяин?

Покорнейше прошу простить.

Я красотой залюбовался,

И не спешил к вам приходить.

Друг:

О нет, я просто управляю,

Владелиц отбыл за моря.

Покуда мастер не вернётся,

Моя царит над всем рука.

Пройдёмте внутрь, холодает.

Я рад всем странникам земли.

И напою вас сладким чаем,

Чтоб силы заново пришли

И я пошёл искать ответы,

Как он устроил райский дом?

Здесь сладостью дышали стены,

И сладко находиться в нём.

Так благовонии манили,

Надёжней тысячи оков.

Кальян стоял в углу гостиной,

Дым плыл, туманя ясность слов.

Друг:

Зачем ты здесь, ответь-ка честно,

Ведь я обиды не чиню.

Коль на устах с хорошей вестью,

Тебя, как сына, я приму.

А коль беда, всегда поможем,

К чему нам множество врагов,

И руку помощи предложим.

Отсыпать золото готов.

Упало сердце, как стекляшка,

Вот это щедрость, вот так да.

Он имени, не зная даже,

Готов принять меня в друзья.

Герой:

Я от отца пришёл с поклоном,

Глава семьи почил давно.

Но говорят, что дружба вечна,

И сердце ваше широко.

Мне нужен пастырь для поместья,

Поверьте, службу оплачу.

И вы получите приволье,

Ни в чём слугу не огорчу.

Друг:

Манить меня деньгами глупо,

Богатство сердца есть всегда.

Но коль я Друг пойду с тобою,

Чтоб совесть чистою была.

Он согласился слишком быстро,

Так, словно ждал меня всегда.

Мы встретились, как два артиста,

Тебя переиграю я.

Герой:

Быть может, спросите про цену,

Сколько согласен вам плотить?

Иль, где лежит моё поместье,

Ведь там придётся долго жить.

Друг:

К чему избыток ритуалов,

Славней всего служить другим.

Коль хочешь мудрым стать от века,

Пойми, что в мире не один.

Тут я заметил ещё больше,

Старик здоров, как пять быков.

Я рядом с ним, подобен кошке,

А он из стаи горных львов.

Герой:

Могу я осмотреть владенья,

Чтоб убедится в правоте?

Ведь если ты хорош в служенье,

То ты хорош и на земле.

Друг:

Взгляните на мои посевы,

Я сею в сердце меж людей,

И доброта, как семя всходит,

Ведь Бог всех любит, ты поверь.

Сомненье грызло всё сильнее,

Он улыбался так хитро.

Ох, что-то леший ты затеял,

Но я узнаю всё равно,

Часть 7 Приговор тщеславию.

Мы двинулись в поля густые,

Где рожь царицею была.

И золото при свете солнца,

Блистало лучше струй огня.

Я шёл, вперед ища придирки,

И грубо колыхал кусты.

Но Друг спокойно улыбался,

Он знал, что соберет плоды.

Мы быстро осмотрели землю,

Колосья шли, как на подбор.

Я к пугалу решил придраться,

Перемахнув через забор.

Как он уродлив, я прикрикнул,

На человека не похож.

А на плечах кочан капусты,

Рубаха в дырах словно ковш.

Зачем тут яма, в центре поля,

Она не в меру глубока.

Удар последовал, как буря,

Что застигает простака.

Я вскрикнул, поддаваясь боли,

Что злыдень, дерзко причинил

Лишь смех в ушах, надменный гогот,

Как язва душу отравил.

Во мраке я лежал, смирённый,

Боясь дышать, ведь смерть близка.

На поле лесом окружённый,

Хотелось жить, как никогда.

И голос мягко разносился,

Он влёк меня к себе во мрак.

Друг:

Ты над людьми превозносился,

Будь как они. Ведь ты бедняк.

Снимали мой камзол нарядный,

Рубаху изорвали всю.

Герой:

Не бейте сударь благородный!

Я вам по-царски отплачу!

Удар, награда за учтивость,

И кровь мне губы залила.

Друг:

Молчи холоп превознесённый!

Жить в яме будешь ты всегда.

Я полетел, хватая корни,

Упал в объятия земли.

Умру, вот станет сердцу легче,

Ведь дни, как деньги, сочтены.

Не откуплюсь теперь от смерти.

Уж больно высока цена,

Кому достанется поместье,

Уже неважно для меня.

Хрустели кости, сухожилья,

Упал на колья, дуралей.

Так словно мать бросает сына,

Судьбы швырнула карусель.

Открыл, глаза смотря на небо,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.