Осколки тьмы. Отблески света

– Значит, нам придется прогуляться по лабиринту?

– Совсем немного. Благодаря твоему свету нам ничего не угрожает. Когда мы окажемся в зале, попытайся уничтожить так много теней, сколько сможешь. Желательно одним ударом – глядя на его мощь и воздействие на тени, мы поймем, каков уровень твоих сил. Сразу же после этого я перенесу нас обратно в замок.

Я вновь почти не обращаю внимания на полет в карете, поддерживаемой одним лишь ветром. Если в прошлый раз я размышляла о том, что может ожидать нашу команду на игре, то сейчас я точно знаю, куда мы отправляемся. И от этого только страшней.

Неужели я действительно согласилась на эту авантюру? Сумасшедшая! Никто ведь силой меня не тащил. Или… откажись я, проснулась бы этим утром уже в лабиринте?..

Амфитеатр пустует. Гигантский круг из тысяч ступенчато расположенных сидений навевает тоску, вызывает ощущение заброшенности и ненужности. Впрочем, так оно и есть. Уже почти год здесь никто не появляется: с того самого дня проведения игр.

Странно находиться посреди этой пустынной громады вдвоем с аллиром – кажется, будто мы превратились в маленьких, жалких существ, в незаметные песчинки в центре мертвого, равнодушного величия.

Пока Альрайен возится с порталом, чтобы настроить его на нужное место и нам не пришлось блуждать по собранным воедино клочкам из разных частей мира, я топчусь рядом, занимаясь самовнушением. «Я спокойна, я сильная, я справлюсь», – мысленно повторяю снова и снова, стараясь не поддаваться панике, по крайней мере, заранее.

– Готово, – победно объявляет аллир, заставляя вздрогнуть от неожиданности. Ведь не от страха? Я же смелая, уверенная в своей победе, и… мне определенно не помогает самовнушение.

Стоящая посреди площади на дне амфитеатра арка мерцает голубоватым светом. По воздуху между двумя каменными колоннами, украшенными витиеватыми узорами, проходит мелкая рябь. Альрайен протягивает мне руку. Рассудив, что рядом с ним все равно чувствую себя спокойней, даже несмотря на его выходку со зверем-иллюзией, я вкладываю свою ладонь в руку аллира. Мы шагаем в арку вместе.

Дневной свет гаснет, оставаясь где-то далеко позади. На нас со всех сторон наплывает темнота, с непривычки совершенно беспроглядная. Даже Альрайена я лишь чувствую рядом с собой, но не вижу: ни его серебристых волос, ни светлой куртки.

Темнота кажется самой обыкновенной. Без цепких, проницательных и хищных взглядов, без шелеста и подозрительных шорохов, но я все равно спешу зажечь на ладони небольшой огонек золотистого света, прямо как у охотившихся на нас с друзьями Последователей. Теперь можно разглядеть узкий коридор, тянущийся в обе стороны, где и тонет в кромешной тьме. Чужое присутствие по-прежнему не ощущается: здесь мы с аллиром одни.

– Ну что, в какую сторону идти? – спрашиваю я, высвобождая руку, за которую меня держит Альрайен. Как ни стараюсь, голос все-таки немного подрагивает.

– Направо. Не беспокойся, мы сумеем за себя постоять, – улыбается аллир.

Я фыркаю, тем самым выражая свое мнение по поводу его попыток приободрить и моей в этом нужды, и отправляюсь в указанном направлении. С моих пальцев в воздух срывается еще несколько маленьких огоньков света – они заключают нас с аллиром в круг. А лежащий на другой ладони шар, подчиняясь моей воле, увеличивается в размерах. Хорошо, что удается все верно рассчитать: шар не взрывается, как порой случается.

Теперь я чувствую себя более защищенной – при нападении есть чем ударить, уже не концентрируясь на вызове света, а коридор проглядывается метра на четыре вперед и на столько же назад.

С каждым шагом я все меньше верю, что действительно согласилась на это. Как я могла вернуться в лабиринт, воспоминания о котором превратились в настоящий кошмар? Как могла вернуться туда, где погибло столько людей? Неужели все это на самом деле происходит?

Ради какого-то дурацкого эксперимента вновь оказаться там, где тьма потеряла свою первозданную, смертоносную, но такую великолепную красоту, превратившись в нечто неправильное, отвратительно грязное.

Окружающая тишина угнетает и нервирует еще больше, чем если бы поблизости притаились тени. Так я хотя бы знала, где они! Сейчас же неизвестно, чего ожидать. Почему они до сих пор не появляются, почему не нападают? Ведь в прошлый раз спокойно вздохнуть было невозможно.

Спустя некоторое время чуть впереди в левой стене показывается черный провал, свидетельствующий о наличии бокового коридора. Я готова к нападению и очень внимательно слежу за окружающим пространством, но все равно промахиваюсь, когда в мою сторону с тихим шелестом бросается тень.

Швыряю в нее шар света, но тень слишком проворно ныряет под руку и бьет меня в бок. Шар света уходит вверх, никого не задевая. Врезается в стену, растекается по ней золотистым всплеском и на мгновение озаряет черные, копошащиеся в воздухе обрывки. Острые когти разрывают ткань одежды, но я вовремя уворачиваюсь, не позволяя им добраться до кожи. Ладони начинает покалывать, прозрачное свечение быстро сгущается и двумя жалящими молниями устремляется к противнику. Чудовище истаивает еще до того, как успевает развернуться и повторить атаку. Однако на этом все только начинается.

Маленькие огоньки света, неподвижно парящие в воздухе, позволяют оценить обстановку. Семь или восемь теней быстро приближаются, выпрыгивая из глубин коридора. Черные силуэты кажутся почти материальными – настолько плотные сгустки тьмы. Но, несмотря на то, что они могут резать и рвать, как настоящие звери, все же это существа бесплотные, вред которым не причиняет ни оружие, ни магия – лишь свет.

Больше всего они походят на человеческие фигуры в широких балахонах, полностью скрывающих тела и свисающих вниз чуть колышущимися рваными клочьями. Я застываю в неподвижности и наблюдаю за их приближением, почему-то даже не думая, что нужно защищаться. Сердце колотится где-то на уровне горла, а все остальное внутри, наоборот, замирает, скованное почти неконтролируемым страхом.

В прошлый раз, очутившись в лабиринте, я чувствовала себя уязвимой и беспомощной, не способной защитить себя, полностью зависящей от магии напарников. И все эти чувства возвращаются сейчас, мешая мыслить, не позволяя что-либо предпринять.

– Алиса, призови свет! – восклицает Альрайен за секунду до того, как множество теней накрывает меня бесплотными телами с запахом смерти. Зловонная волна поднимается и душит, как будто прямо передо мной потрошат старые лохмотья.

С тихим шелестом сгустки темноты вытягивают отростки, похожие на тонкие когтистые руки, в намерении разорвать меня на части, превратить в такие же неровные клочья, как их собственные тела. Они действительно могут это сделать – я уже видела своими глазами.

Как ни странно, боль отрезвляет меня, сбрасывает оцепенение и вновь возвращает способность двигаться. Оцарапанную щеку обжигает, будто я прикладываюсь к раскаленной поверхности. Плечи и руки, которыми я пытаюсь защититься, в одно мгновение покрываются множеством рваных, пока еще неглубоких царапин. Некоторые тени, не задерживаясь возле меня, скользят дальше, к Альрайену. Кажется, он атакует ветром, но упругий воздух может лишь ненадолго задержать их приближение. Натыкаясь на невидимую стену, тени повторяют рывок и на этот раз уже беспрепятственно набрасываются на аллира.

Страх наполняет каждую клеточку тела, но больше не застилает собой разум. Заставляя свет вновь разгореться на руках, я впиваюсь пальцами в ближайшую тень, чуть не повалившую меня на пол. Та с шипением скукоживается и распадается под действием магии.

Пока не потеряла необходимый настрой, спешу выставить перед собой руки ладонями вперед и окатываю тени густым потоком света, удивительно быстро сжигающим всех, кто на меня нападает. Расправляясь со своими противниками, я поворачиваюсь к Альрайену. Он сражается с двумя тенями, ловко ускользая из-под когтей и мечом разрывая черные силуэты на части, но они сразу срастаются воедино, не теряя способности нападать ни на секунду. Тени и аллир двигаются настолько быстро, что я боюсь задеть Альрайена.

Несмотря на то, что он затащил меня в это жуткое место, испепелить его все же не хочется. Остается лишь наблюдать, выжидая подходящего случая. А впрочем… кое-что я все-таки могу!

Мысленно молясь, чтобы Альрайен в пылу сражения не задел меня мелькающим в воздухе с огромной скоростью клинком, я бросаюсь в самую гущу схватки. По коже рук скользит уже привычный теплый свет, я уворачиваюсь от меча и прикладываю ладони к тени, которая когтями целится Альрайену в плечо. Чернота под моими руками начинает истончаться, распадаясь на отдельные клочки, на этот раз почти безобидные.

Альрайен ориентируется и быстро пригибается, позволяя мне беспрепятственно атаковать последнюю тень. Всплеск света – и все заканчивается. Только в воздухе еще висит несколько огоньков, которые я незадолго до боя оставила освещать коридор. Тени их не тронули, все это время огибая, не касаясь маленьких светлячков.

Почему-то вспоминается мое предыдущее посещение подземного лабиринта. Молодой маг, по воле случая влившийся в нашу команду, вызывал такие же небольшие огоньки, но тени их поглощали, не принимая за серьезную угрозу. Почему сейчас они не трогают эти светящиеся шарики? Неужели боятся? Пожалуй, сей факт может натолкнуть на некоторые предположения, но мы ведь хотим совершенно точно определить уровень моих сил?

Видимо, Альрайена посещают те же мысли. Поправляя разодранную куртку, он говорит:

– Пойдем. Зал совсем близко.

– По-моему, ты сейчас подвергаешь себя большей опасности, чем я – себя, – замечаю я, чувствуя вину за то, что так долго не могла призвать свет. Промедли я еще немного, и аллир мог погибнуть! Ему-то, в отличие от меня, нечего противопоставить теням.

– И что ты предлагаешь? Если я уйду, то кто же тебя отсюда вытащит?

– Предлагаю просто держаться поближе друг к другу.

Судя по всему, мои слова оказываются пророческими, вот только в обратную сторону.

Монстр двигается почти бесшумно, однако аллир успевает среагировать. Не знаю, что монстр ел целых полгода, но, напитавшись человеческой кровью во время игры и став самым настоящим материальным существом, он дожил до этого дня.

Монстр незаметно приближается со спины и бросается на меня. На этом все могло бы закончиться, однако Альрайен успевает оттолкнуть меня с траектории прыжка и принять удар на себя.

Толчок настолько сильный, что я теряю равновесие, лечу по воздуху и встречаюсь лицом с каменным полом. Из носа выбивает струйку крови, но обращать внимание на такие мелочи времени нет.

Оказывается, Альрайен втолкнул меня прямо в тот зал, куда мы направлялись.

Я даже не успеваю подняться на ноги – лишь переворачиваюсь на спину, а на меня уже несется черная волна.

Огоньки света остаются в коридоре, где с материальным монстром сражается Альрайен, а я оказываюсь в почти кромешной темноте, но мне не нужно видеть, чтобы понимать, что происходит.

Через несколько шагов от меня каменная поверхность резко обрывается – там зияет гигантский бездонный провал, на дне которого живут тысячи теней. В прошлый раз мне удалось все это хорошенько разглядеть, ужаснуться, чуть не погибнуть, но проредить ряды этих мерзких созданий. Однако их остается по-прежнему много.

Тени поднимаются из бездонных глубин пропасти и с оглушительным, все нарастающим шелестом несутся ко мне сплошной черной массой. Они затопляют собою все вокруг, погребая меня под тяжестью невесомых, но таких ощутимых тел и вливаясь в коридор, где остается Альрайен. Сотни когтей тянутся ко мне, царапают, разрывают одежду, перемешивая раскисшие волокна ткани с кровью, стремительно вытекающей из ран. А я вновь не чувствую внутри себя света: только страх, боль и пустоту.

Кажется, я кричу. Кажется, закрываю лицо непослушными руками, но когти только глубже вонзаются в тело, жаждая одного – крови, способной подарить им материальность. Зловонные сгустки тьмы копошатся вокруг, толкая соперников, пытаясь дотянуться до изорванной плоти и отхватить себе глоток боли. Искаженная, мерзкая, извращенная темнота вызывает отвращение. Она лишена чистоты и смертоносного великолепия Первозданной Тьмы. Всего лишь грязь, которая не должна была родиться!

Не знаю, что в этот момент пробуждается в моей душе, но это не свет. Может, память о прекрасной, несравненной красоте Первозданной Тьмы, а может, и нечто другое, но я всем своим существом желаю уничтожить отвратительных тварей. Свет вспыхивает где-то внутри и быстро разрастается до таких размеров, что во мне ему становится тесно. Лучи рвутся не только из рук, как прежде, а из всего тела. Накладываясь друг на друга, сплошным ослепительным потоком льются в разные стороны. Тени не успевают даже зашипеть – они растворяются в волнах света совершенно беззвучно.

Альрайен… как же я боюсь сжечь его вместе с тенями…

Похоже, я умудрилась потерять сознание. Прикосновение чьих-то рук к истерзанному телу оказывается неожиданным. С трудом открываю глаза, вижу склонившегося надо мной Альрайена. Изрезанное лицо, спутанные, слипшиеся от крови волосы, серебристый цвет которых угадывается с трудом. Судя по всему, сознание я потеряла не на пару секунд, а на несколько часов – в таком состоянии аллир наверняка полз до меня очень долго.

– Ты уничтожила их всех, – ошеломленно шепчет Альрайен.

– Ну вот, конец аллирскому творению, – бормочу, еле шевеля губами. – И не жалко тебе? Вдруг создатели лабиринта будут ругаться.

О том, что означает результат нашего эксперимента, я, к счастью, подумать не успеваю. Теней было очень много – как можно уничтожить их все?

Спасительный обморок вовремя утаскивает меня в темноту, не имеющую ничего общего с отвратительными тенями.

Прихожу в себя уже в своей кровати. Возле меня сидит знакомый маг – специалист по наведению иллюзий. Видимо, талантов у него много – почти все раны, полученные в подземном лабиринте, затянуты и покрыты тонкими коросточками, под которыми прячется новая кожа. Маг еще не закончил лечение, но большая часть работы уже сделана. Замечаю Альрайена, устроившегося на стуле чуть поодаль, и ехидно предлагаю:

– Надо бы поселить мага в твоем замке на постоянное проживание. А то благодаря тебе слишком часто требуются его услуги.

– Ничего, скоро научишься исцелению сама, Хранительница Света, – издевательски усмехается Альрайен.

– Что?! Какая я тебе Хранительница?! – возмущаюсь я, вскакивая на ноги, но сразу же падаю обратно. Оказывается, несмотря на магическое лечение, тело еще слишком слабо.

– До завтрашнего утра вам лучше соблюдать постельный режим, – замечает маг, обрывая тонкую золотистую ниточку, которая до этого вливалась в меня.

– А этот почему не в постели? – спрашиваю я, бросая в аллира недовольный взгляд. Он, как всегда, выглядит прекрасно. И следа не осталось от пребывания в подземелье. Разве что кожа чуть бледнее обычного, совсем белая, но это аллира не портит – синий цвет глаз кажется еще более ярким и насыщенным.

– Почему не в постели? – переспрашивает Альрайен, приподнимая бровь. С многообещающей улыбкой добавляет: – А это, Алиса, походит на приглашение.

Аллир поднимается со стула и медленно направляется ко мне. Маг же, наоборот, пятится, спеша покинуть комнату и явно думая о нас что-то не то, очень личное и непристойное. А иначе с чего бы ему уходить так торопливо? Что опять Альрайен всем наговорил?!

Злясь, я выдергиваю из-под себя одну из двух подушек и запускаю в наглое лицо Альрайена. Аллиру еще везет, что я не привыкла чуть что использовать свет, а то прилетело бы ему не столь безобидной подушкой! Кстати…

– Неужели тебя не задело светом? Там, в лабиринте, когда я уничтожала всех этих тварей…

Ловя подушку, аллир кладет ее обратно мне под голову, нисколько не интересуясь моим мнением, и присаживается на кровать.

– Ты ведь направляла свет против теней, – замечает он. – Судя по всему, меня убить ты не хотела, несмотря на твои частые угрозы.

– Да разве это имеет значение? Независимо от моего желания, тьма причиняла вред всем, кто оказывался в пределах ее досягаемости. В подземелье я себя совершенно не контролировала. Где тени, где ты… все перемешалось.

– Свет намного послушней Тьмы. К тому же, это ведь не Первозданный элемент, а сила Хранителя.

– Все-таки Хранителя? – спрашиваю упавшим голосом.

– Обычный Последователь Света не способен выжечь всех жителей темноты лабиринта. – Немного помолчав, Альрайен задумчиво добавляет: – Даже я не предполагал, что Хранитель Света способен на такое.

– Я не Хранитель Света! – по привычке огрызаюсь я, но тоже задумываюсь.

Да, даже для Хранителя Света то, что сделала я, кажется невероятным.

– По крайней мере, теперь мы знаем, что Высшие хорошенько позаботились о тебе и дали все шансы на то, чтобы выполнить задание.

– Кстати! Мы так и не обсудили ничего! Не хочешь рассказать, что ждет нас в мире, куда мы отправляемся?

– Расскажу, но позже. Сейчас тебе нужно отдохнуть, а то опять в обморок хлопнешься, – хмыкает аллир, поднимаясь с кровати. Возмущаюсь я, к сожалению, недолго – Альрайен просто уходит, а разговаривать с дверью мне быстро наскучивает.

Следующий день мы посвящаем подготовке к путешествию в другой мир. Берем здешнюю одежду, прочие вещи перекладываем из принесенных мною с Земли спортивных сумок в обычные походные, не такие удобные, но зато менее заметные и вполне надежные благодаря бытовым заклинаниям, какими владеют только маги среди обычных людей. Аллиры по таким мелочам не размениваются – их силы узконаправленные, стихийные, однако удивительно могущественные.

Пару часов отводим для тренировки. Использовать свет теперь намного легче. Его постоянное присутствие не ощущается так, как когда-то жившая в моей душе Первозданная Тьма, но свет уже послушно отзывается, подчиняясь моим желаниям. Интенсивность выплескиваемой магии проконтролировать по-прежнему удается не каждый раз, но это, думаю, вполне поправимо, успею еще наловчиться. По крайней мере, я могу быть уверена, что даже в экстренной ситуации свет не причинит вреда тем, кому я сама не захочу навредить.

– Может, ты наконец расскажешь, что нас ждет в другом мире и что мы там будем делать? – интересуюсь во время сборов.

– Найдем избранных близнецов и заберем с собой в Аль’ерхан, – небрежно отмахивается аллир.

– А подробнее? – настаиваю я, начиная раздражаться. – Какая там будет погода? Какая местность? Где именно мы окажемся, чего ожидать от местных жителей? Какая там культура? Имею я право знать или нет?!

– Климат довольно мягкий, к моменту нашего прибытия там будет конец лета. Однако наступления осени бояться не стоит, обычно она теплая и сухая, – невозмутимо отзывается Альрайен, складывая в сумку шерстяные одеяла. – Местность… мы окажемся на опушке леса, чтобы было время привыкнуть к обстановке, прежде чем покажемся людям на глаза. Местные жители – обычные люди, в подробности культуры я не вдавался. Что ты там спрашивала? Я ничего не упустил?

– А что насчет магии? – уточняю, игнорируя насмешку в последней фразе аллира.

– Магия тоже обычная, человеческая. Помнишь мага, который тебя вчера лечил? Таких там много, магия довольно широко распространена. Колебания силы очень велики – есть слабенькие маги, а есть довольно могущественные, но с аллирами, конечно, не сравнятся.

– И ты, значит, превратишься в средненького мага, – усмехаюсь я, желая отомстить Альрайену за то, что ему с самого начала известно все, а мне приходится выяснять по крупицам.

– Мне хватит. Недостающую силу всегда можно заменить умениями, – насмешливо улыбается Альрайен, бросая на меня мимолетный взгляд. Догадывается ведь о моей маленькой мести! Да и чего я ожидала? Истерики на тему того, как же ему будет не хватать привычного могущества?

– Не понимаю, почему Высшие отправили нас на задание, но в подробности посвятили только тебя, – бормочу себе под нос, проверяя, ничего ли не забыла из тех вещей, которые понадобятся лично мне.

– Думаю, для того, чтобы твой вздорный характер не стал помехой для нашего дела, – невозмутимо отвечает Альрайен.

– Что?! – резко разворачиваясь, я перевожу возмущенный взгляд на аллира.

– Тебе что-нибудь не понравится, ты вспылишь, решишь, что сумеешь со всем справиться сама, и сбежишь от меня. А так ты будешь ко мне привязана, – с едва угадывающейся улыбкой поясняет Альрайен. – Очень мудро и предусмотрительно со стороны Высших.

Первым порывом хочется хорошенько врезать аллиру и заодно припомнить все его немалочисленные прегрешения. Стоит большого труда, чтобы взять себя в руки.

Когда удается успокоиться, я поворачиваюсь обратно к сумке и небрежно замечаю:

– Начинаю подозревать, что на самом деле у Высших был другой коварный план. Им просто до чертиков надоел один самонадеянный аллир, и они решили от него избавиться чужими руками.

– Сначала научись нормально пользоваться светом, – скептически хмыкает Альрайен.

– О, для такого дела – обязательно! – обещаю я, в своих мыслях уже представляя, как жестоко отомщу им всем за их издевательства.

Остаток дня проходит почти спокойно. Ближе к вечеру Альрайена посещает парочка надменных аллиров, которым он дает какие-то распоряжения на время своего отсутствия.

Все бы проходило совсем спокойно, если бы не наша с ними встреча в одном из коридоров. Оба аллира очень красивые… были. До встречи со мной. Темно-серебристые волосы, бледная идеальная кожа, хрустально-синие глаза, подтянутые фигуры в насыщенно-синих жакетах. Вот только высказывают аллиры нечто нелицеприятное в мой адрес, дивясь тому, что их глава до сих пор не нашел мне более привлекательную замену.

Поскольку с момента знакомства с иллюзорным зверем я даже сплю в обнимку с оружием (кто знает, что еще может прийти в голову Альрайену?), выхватываю из висящих на поясе ножен кинжал и набрасываюсь на аллиров. Кинжал довольно быстро выбивают из вывихнутой руки, но в этот момент я решаю использовать свет. Надо же привыкать?

Вспышка вырывается сразу из всего тела – после посещения подземелья получается вызывать свет не только руками, а как угодно, из любого положения, хоть ногой, согнутой в пинке. К счастью, вспышка получается не слишком сильной и производит именно такой эффект, которого я добиваюсь. Ухоженные серебристые волосы приобретают цвет сажи, местами выгорают и начинают пованивать паленым. Та же участь постигает брови и шикарные ресницы. Кожа краснеет, словно аллиры перегрелись на солнце. Ожогов, конечно, не будет… наверное.

– Хранительница Света? – ошеломленно выдыхает тот аллир, который вывихнул мне руку. Красная кожа как-то вдруг сереет, плечи аллира никнут, а он сам отшатывается от меня, как будто я превратилась в монстра. Или в нечто неприкосновенное, но гадкое и противное.

В этот момент к нам подоспевает Альрайен и аллиры просто-напросто сбегают от разозленного главы. Он не преследует их лишь потому, что отправляет за аллирами такой порыв ветра, что я не удивлюсь, если вскоре обнаружу размазанные по стенам, полу и даже потолку останки.

– Ты как? – спрашивает Альрайен, явно обеспокоенный моим самочувствием.

– Нормально. – Я задумчиво ощупываю вывихнутое и чуть распухшее запястье пальцами здоровой руки. – Надеюсь, маг еще в замке?

– Да, – говорит Альрайен, растерянно глядя на меня.

– Не подскажешь, где его можно найти? – Я уже делаю несколько шагов в предполагаемом направлении, как вдруг в голове что-то щелкает. Останавливаюсь. С подозрением смотрю на Альрайена: – Почему эти аллиры сразу определили, что у меня сила Хранителя?! А тебе для этого понадобилось увидеть, как я уничтожаю бездну теней!

– После происшествия в подземелье твоя сила оформилась, теперь любой аллир ее узнает.

– И в мире, куда мы отправляемся, я буду светиться перед всеми своей силой? Как неведома зверушка?!

– Нет. Первозданные элементы хранятся в нашем мире, потому аллиры знают. Обычные люди и прочие существа других миров ничего не поймут и примут твой свет за простую магию.