- -
- 100%
- +
– Окончательное решение остается за вами, – поправил я его. – Я хочу только вернуться на Лунгу и вызволить из плена моих солдат.
– Я могу дать согласие и, как только вы покинете «Кровавый охотник», расстрелять вас из своих орудий.
Я не подумал о такой возможности, но по-прежнему доверял здравому смыслу и чести старого ящера…
– Ваша правда. Вы это можете, – произнес я вслух.
– Взгляните! – прервал наш спор один из сотрудников Делоса.
Я перевел взгляд и заметил, что ворота дока приобрели красноватый оттенок. Механики пытались вскрыть их запоры с помощью портативного лазера. И в ту же минуту створки ворот шлюза медленно разошлись в стороны.
– Включены воздушные помпы шлюза! – снова прогремел у нас над головой голос громкоговорителя. – В течение десяти секунд помещение должно быть освобождено от технического персонала.
Оставив лазер валяться на палубе, мы поспешно нырнули в люк разведчика.
В кресле рядом с Делосом уже сидела Ранда.
– Капитан разрешает нам покинуть крейсер! – крикнул я.
Сквозь иллюминаторы мы могли видеть, как и внешние створки шлюза стали медленно расходиться в стороны.
– Да, а затем разнесет нас на куски, едва мы удалимся на приличное расстояние от его бесценного корабля, – скептически пробормотала Ранда.
– Не думаю, – возразил я, вспомнив недавний разговор в капитанской каюте.
Ворота шлюза были уже полностью раскрыты. Перед нашими глазами мерцали далекие огоньки звезд. Путь на Лунгу был свободен. Делос включил двигатели на полную мощность, и спустя мгновение мы оказались в открытом космосе.
Протиснувшись между моими спутниками, я включил монитор телекоммуникационной связи. С его экрана на меня неодобрительно уставились красные глаза капитана корабля.
– Сожалею, капитан, что мне пришлось прибегнуть к крайним мерам, – произнес я, – но, право, у меня не было выбора. Я должен спасти своих солдат.
– Предатель, – прошипел он. – Я не потрачу даже одного снаряда, чтобы уничтожить вас. Пусть вами займутся корабли скорписов. Их более чем достаточно между вами и Лунгой.
– Спасибо вам, капитан, – прошептал я.
Старый ящер закрыл глаза и на секунду отвернулся.
– Удачи тебе, Орион, – пробормотал он на прощанье.
Несколько минут спустя «Кровавый охотник» перешел световой барьер, оставив далеко позади армаду скорписов, и навсегда исчез с наших экранов. А мы занялись новыми неотложными делами.
Едва Ранда включила сенсор дальнего радиуса действия, на экране монитора появились изображения полудюжины кораблей противника. Делос немедленно начал передавать послание, адресованное адмиралу эскадры.
«Говорит доктор Делос из университета Фэрколла, начальник научной экспедиции на планету Лунга. Мы возвращаемся на базу на борту корабля-разведчика, принадлежащего тзинам. Корабль не вооружен. На борту находятся двадцать два члена экспедиции и землянин по имени Орион. Тзинов нет. Повторяю: мы не вооружены и возвращаемся на Лунгу».
Мы сбросили скорость до выяснения реакции адмирала.
Прислушаются ли они к нашему сообщению или вместо этого просто откроют огонь?
Они прислушались, и общий вздох облегчения прозвучал в помещениях корабля. Сама адмирал после небольшого раздумья снизошла до личного разговора с Делосом.
Крейсеры скорписов образовали вокруг нас своеобразное каре, и в таком порядке мы двинулись в направлении Лунги.
Сотрудники Делоса собрались вокруг меня, чтобы выразить свою признательность за неожиданное избавление. Только теперь я по-настоящему понял, насколько они опасались своих противников.
– При одном виде этих ящериц у меня стынет кровь в жилах, – доверительно сообщила мне одна из женщин. – В них нет и крупицы гуманности, присущей нам, людям.
Я невольно подумал о скорписах, пожиравших своих пленников, но так и не решился напомнить ей об этом.
Чем одни были лучше других?
С тех пор как люди начали воевать против людей, они не стесняли себя в выборе союзников.
А за спиной и тех и других стояли сами Творцы, подлинные инициаторы галактической бойни.
По словам Атена, последний кризис мог обернуться более страшной катастрофой, чем война, уже унесшая жизни миллиардов разумных существ и приведшая к гибели десятков планет.
Наконец, существовали ещё и патриархи, но они предпочли оставаться в стороне от конфликта, охватившего практически всю Вселенную.
Существовали ли ещё другие расы сверхлюдей, помимо Творцов? Принимали ли они участие в звездных войнах?
Были ли они каким-то образом связаны с последним кризисом, столь пугавшим Атена и других Творцов?
У меня было слишком мало времени, чтобы всерьез задуматься над этими проблемами. Мы приближались к Лунге, где мне предстояло провести трудные переговоры с комендантом базы, ставкой в которых была жизнь моих людей.
Иными словами, это означало то, что мои теперешние спутники, только что благодарившие меня за свое спасение, скоро станут проклинать меня, а может быть, и добиваться моей смерти.
Глава 17
– Так кто же вы на самом деле? – спросил меня Делос.
Мы стояли вдвоем в крошечном камбузе разведчика. До выхода на орбиту Лунги оставалось чуть больше часа.
Я только что закончил разговор с адмиралом эскадры, предложившей нам свою помощь, от которой я тут же вежливо, но решительно отказался, заверив её, что мы прекрасно обойдемся собственными силами.
– Орион, – ответил я, наливая себе чашечку стимулирующего напитка из металлического бачка, вмонтированного в переборку кухни.
Делос улыбнулся и разочарованно покачал головой.
– Послушайте, – сказал он примирительно, – я тоже могу сказать, что меня зовут Делос, но это мало что скажет кому-нибудь, кроме моих ближайших знакомых.
Мне понравилась его улыбка.
– Не скромничайте, – усмехнулся я. – Вы доктор Делос, профессор Национального университета Фэрколла, шеф научно-исследовательской экспедиции, направленной правительством Гегемонии со специальным заданием на планету Лунга.
Делос в свою очередь налил себе крошечную чашечку того же напитка, после чего снова повернулся ко мне.
– Помимо того, я ещё сын профессора Леона из университета Албиона и леди Джессики, директора Фэркольского института экзопсихологии, лауреат премии Золотого Кольца и, наконец, муж Ранды.
– Вы и Ранда – муж и жена! – недоуменно воскликнул я.
– Почему вас это так удивляет?
– В это трудно поверить, если учесть, что вы постоянно спорите при обсуждении любого мало-мальски серьезного вопроса, – улыбнулся я.
– А теперь, когда вам известно, кто я такой, – рассмеялся Делос, – разрешите мне повторить свой вопрос. Кто же вы такой, Орион?
– Просто солдат, – ответил я, пожимая плечами.
– Простите меня, но я не могу поверить в это.
Нельзя сказать, что я не доверял Делосу, но что я мог поделать? Если бы я сказал ему, что я был сотворен полубезумным эгоманьяком, решившим обрести послушного исполнителя своей воли, профессионального воина и убийцу, путешественника во времени, он, безусловно, решил бы, что либо я сошел с ума, либо откровенно насмехаюсь над ним. Поэтому я не стал говорить ничего.
– Вы ошибаетесь, мне нечего добавить к уже сказанному, – вздохнул я, разведя руками.
– Кто ваши родители?
– Я солдат, – повторил я. – Разве солдаты Фэрколла имеют родителей? Разве на вашей планете они не те же клоны, взращенные исключительно для войны? Разве они не воюют ради вас, когда это необходимо, и не отправляются в криогенные камеры, когда в них отпадает надобность? Разве они являются полноправными членами вашего общества?
Он задумчиво погладил свою бороду.
– В ваших словах, безусловно, есть свой резон, хотя я ученый и мало что знаю о нашей военной системе. Эта экспедиция, пожалуй, единственный случай в моей практике, когда я оказался втянутым в проблемы военных… – Он запнулся на минуту и тихо добавил: – И поверьте мне, этого опыта мне хватит на всю жизнь.
– Война идет уже больше двух столетий. Она началась задолго до вашего рождения!
– Да, но война – дело военных. Мы, ученые, не имеем к ней никакого отношения.
– Но это военный проект. Вы находитесь под охраной военных.
– Конечно, для этого они и существуют. Я невольно вздохнул. Похоже, он так ничего и не понял.
– В таком случае что мешает вам думать обо мне как об одном из таких безымянных солдат?
Несколько секунд он изучал меня своими добрыми карими глазами.
– Нет, Орион, вам не обмануть меня. Вы гораздо более сложная фигура, чем та, за которую себя выдаете. Я хочу знать, что вы скрываете от меня, а главное почему.
– Что заставляет вас думать, будто я что-то скрываю?
Его глаза сверкнули, на мгновение обнажив его истинные чувства.
– Потому что патриархи говорили именно с вами! – рявкнул он. – Мы провели на Лунге почти два месяца. Мы сделали все возможное и невозможное, чтобы завоевать их доверие, но они не пожелали пойти на контакт с нами. Вы являетесь на планету, и они сами находят вас через какие-то жалкие несколько часов после того, как вы достигаете берега океана.
Я не смог удержаться от улыбки. Оказывается, Делос был способен на ревность.
– Это могло быть чистейшей случайностью.
– Нет, это не было случайностью. Вы не простой солдат, Орион. Скажите мне, кто вы? Почему вас послали на Лунгу?
– Хотел бы я сам это знать, – ответил я совершенно правдиво.
Допив свою чашку, я повернулся и, не сказав более ни слова, покинул камбуз, так и не удовлетворив любопытства Делоса.
Ранда в обществе одного из своих коллег все ещё находилась в капитанской рубке.
– Можете пойти отдохнуть, – предложил я. – Я возьму управление на себя.
Она бросила на меня скептический взгляд.
– Вы уверены, что сможете справиться? Точно вывести корабль на орбиту – не простая задача даже для профессионалов, Орион.
Смысл её слов был более чем очевиден. Снисходительная улыбка, промелькнувшая на её губах, говорила сама за себя.
«Я – ученый, – утверждала она, – и для того, чтобы управлять этим кораблем, мне достаточно инструкций и показаний бортового компьютера. Вы же – всего лишь простой солдат, и эта проблема вам не по зубам, мой друг, несмотря на все ваши достоинства».
Я наклонился вперед и, взяв за руку, заставил её покинуть кресло пилота.
– Я мог бы управлять линкором, если бы возникла такая необходимость, – небрежно обронил я. – Ступайте на кухню и спросите вашего мужа, что он думает о моих способностях.
Она была явно удивлена и даже раздражена, но спорить не осмелилась. Смерив меня презрительным взглядом, она направилась к двери.
– А вам что, нужно особое приглашение? – повернулся я к мужчине, занимавшему соседнее кресло. – Марш в салон. Я управлюсь без вашей помощи.
Он нахмурился, но безропотно подчинился моему распоряжению.
Все оказалось гораздо проще, чем я предполагал.
Переключив панель управления, я выяснил, что разведчик обладает программой автоматического выхода на орбиту, заключенную в памяти компьютера.
На экране монитора непрерывно мелькали цифры, указывавшие расстояние, отделявшее корабль от расчетной точки. Все, что от меня требовалось, это в надлежащий момент ввести программу в действие.
Включив переговорное устройство, я попросил выйти на связь коменданта базы. Решительно отказавшись разговаривать с её помощниками, я повторял свой вызов до тех пор, пока не увидел на экране телевизора знакомую мохнатую физиономию.
– Итак, вы решили сдаться, Орион? Ее слова меньше всего походили на вопрос. Скорее в них прозвучало торжество победителя.
– Нет, – возразил я, – я вернулся для того, чтобы предложить вам сделку.
– Что же вы можете предложить мне? – спросила она презрительно.
– Группу ученых Гегемонии. Она злобно оскалила зубы.
– Вы захватили их в плен, а теперь возвращаете?
– Я вызволил их из плена тзинов, а теперь предлагаю их вам для обмена, – поправил я её.
Машинально она начала оглаживать серую шерсть на своей физиономии.
– Надо думать, что они не имеют никакой цены для вас, если вы столь охотно предлагаете их мне?
Я едва не расхохотался, вспомнив уловки торговцев на базарах Каракорума. Несмотря на все различия в происхождении и воспитании, женщина-кошка сейчас подсознательно использовала приемы торговцев Древней Азии.
– Они жизненно важны для вас, и это, пожалуй, единственное, что сейчас имеет значение, – подчеркнул я.
– Какую ценность они могут иметь для меня? – огрызнулась она. – Толку от них никакого. Они не умеют сражаться. Их нельзя употреблять в пищу. Они провалили свою миссию. По их милости я потеряла почти два батальона моих солдат.
Я ухватился за её последние слова.
– Согласно полученному вами приказу, группа ученых находилась на вашем попечении. Вы были обязаны защищать их любой ценой. Вы сражались с честью, не спорю, но тем не менее не выполнили возложенной на вас задачи. Ученые были захвачены в плен, хотя вам и пришлось положить целых два батальона для их защиты. На мой взгляд, ваше положение весьма незавидно. Что теперь вы скажете своему начальству?
Если бы кошки могли улыбаться, наверное, она рассмеялась бы мне прямо в лицо.
– Они по-прежнему в моей власти, идиот, раз уж находятся на вашем корабле.
– Совершенно верно, на моем корабле!
– Что вы хотите этим сказать?
– Только то, что в моей власти взорвать корабль вместе с учеными, если вы не примете моих условий.
– Вы готовы погибнуть вместе с ними? – насмешливо фыркнула она.
– Если того потребуют обстоятельства. Боюсь, что вам не удастся отведать моего мяса. Корабль вместе с его командой обратится в облако ионизированного газа.
Женщина-кошка почти человеческим жестом пожала своими массивными плечами.
– Воля ваша, меня это нисколько не касается.
– А что скажет ваше командование, узнав о гибели ученых? – продолжал я гнуть свою линию. – Особенно после того, как станет известно, что вы из-за своего упрямства вполне сознательно отказались спасти их жизни. Надо думать, с вашей карьерой будет покончено.
– В наших силах захватить ваш корабль, – прошипела она.
– У вас на это просто не хватит времени.
Она со злобой уставилась на меня. Даже на экране телевизора я мог видеть, какие молнии метали её желтые кошачьи глаза.
Можно было не сомневаться, что в этот момент она мечтала только об одном, как бы запустить свои когти в мое горло.
– И тем не менее я по-прежнему готов вернуть вам группу специалистов, – добавил я миролюбиво.
– На каких условиях?
– Вернуть мне моих солдат.
– Какие они солдаты, если сдались без единого выстрела. Они мои пленники!… Да и есть в них фактически нечего.
– Следовательно, с военной точки зрения они не представляют для вас никакой ценности, – невинно заметил я.
– Тогда зачем они вам?
– Я не оставил надежду сделать из них со временем настоящих солдат, достойных своего высокого звания. Так что, если мы ещё встретимся, у вас появится возможность оценить их со всех сторон, в том числе и каковы они на вкус.
Пришла её очередь задуматься.
Разумеется, она не поверила мне и теперь отчаянно пыталась сообразить, что же в действительности скрывалось за моими словами.
На самом деле я немногим погрешил против истины. Ребята и вправду нуждались в более совершенной подготовке, большем опыте и лучшем начальнике, если серьезно рассчитывали остаться в живых.
– Мне необходимо как следует обдумать ваше предложение, – объявила она наконец. – Пленники находятся в криогенных камерах. Они принадлежат тем, кто захватил их в плен. Я должна найти способ успокоить своих солдат, потому что лишаю их заслуженной пищи.
– Я оставлю свой корабль на стационарной орбите, – сообщил я, – но предупреждаю, что если в течение часа я не получу вашего ответа, то разнесу его на куски.
– Я принимаю ваши условия. Вы получите ответ в установленное вами время, Орион.
– Договорились, – я отключил связь и только тут обнаружил, что у меня дрожат руки.
В изнеможении я откинулся на спинку кресла.
– Вы, вне сомнения, блефовали, Орион? – услышал я за спиной знакомый голос. – Вы не могли говорить это серьезно.
Обернувшись, я увидел Ранду, стоявшую на пороге рубки. Она так и не пошла на камбуз и слышала каждое слово из моего разговора с комендантом базы.
– Уверяю вас, что я говорил вполне серьезно, – возразил я.
– Вы намеревались убить всех нас ради спасения горстки солдат? Солдат! Чем они лучше рабочих машин?
– Они такие же люди, как и вы, – сердито огрызнулся я, тщетно пытаясь сохранить спокойствие.
– И вы полагаете, что мы позволим вам спокойно осуществить ваш безумный план?
Я знал, что у них не было оружия. Даже рабочие инструменты находились в грузовом отсеке, вне досягаемости обитателей пассажирского модуля. Поэтому я мог позволить себе улыбнуться.
– В вашей группе двадцать два человека – Я могу рассчитывать только на себя. Но уверяю вас, что все преимущества на моей стороне. Вы не можете проникнуть в рубку все одновременно. С тремя или четырьмя из вас я справлюсь без малейшего труда.
– Вы – сумасшедший! – взорвалась Ранда. – Мы – ученые, идиот! Каждый из нас стоит сотни ваших жалких солдат.
Я пропустил её замечание мимо ушей.
– Если вы будете сохранять спокойствие, – ответил я, – и не будете делать никаких глупостей, самое большее через два часа вы окажетесь на базе скорписов или что там от неё осталось. Если же вы попытаетесь помешать мне, можете заранее считать себя покойниками.
Мое спокойствие испугало её.
– Вас нисколько не беспокоит ваша собственная судьба? – спросила она. Я покачал головой.
– Нет. Честно говоря, мне на это наплевать. Смерть не пугает меня. Скорее она будет облегчением.
Ранда вздрогнула, повернулась и со всех ног бросилась к пассажирскому модулю, где находились её коллеги.
От нечего делать, я несколько минут лениво размышлял о том, употребляли ли скорписы в пищу пленных тзинов, но так и не пришел ни к какому решению. Впрочем, меня это нисколько и не волновало.
Комендант вышла на связь, когда до истечения обусловленного часа оставалось чуть больше пяти минут.
Я и не ожидал большего, отдавая себе полный отчет в том, сколько очень непростых для себя проблем ей пришлось разрешить за это время.
Хотя и с явной неохотой, она безоговорочно приняла все мои условия. Сорок девять криогенных контейнеров были доставлены на орбиту тремя шатлами скорписов. Мне не хотелось рисковать жизнями моих солдат, доверив их транспортировку приемно-передающему устройству. Убедившись, что все контейнеры надлежащим образом установлены в грузовом отсеке, я разрешил ученым Гегемонии перейти на борт последнего из шатлов.
Делос стоял рядом со мной, наблюдая за переходом своих коллег через воздушный шлюз.
– Куда вы направитесь теперь? – спросил он.
– Надо найти какое-то место, где имеется возможность вернуть к жизни этих бедняг, – ответил я.
– А потом?
Я пожал плечами.
– Пока ещё не знаю.
– Будете продолжать воевать?
– Скорее всего…
Ранда стояла последней в линии своих коллег. Когда подошла её очередь, она задержалась и бросила на меня испытующий взгляд.
– Вы действительно собирались осуществить свою угрозу и убить нас ради каких-то замороженных трупов? – спросила она.
На сей раз она дипломатично опустила некоторые выражения, способные, по её мнению, задеть мои чувства.
«Замороженные трупы… какие-то солдаты… полулюди, способные только сражаться и умирать ради интересов своих хозяев».
– Только в том случае, если бы меня к этому вынудили обстоятельства, – мягко ответил я.
Уголки её рта поднялись в презрительной усмешке.
– Откуда вам известно, что эти контейнеры действительно, содержат трупы ваших драгоценных солдат? Вы не допускаете мысли, что в них могут находиться тела вооруженных скорписов, которые при пробуждении способны будут убить вас?
Я нашел в себе силы улыбнуться ей в ответ.
– Комендант базы имеет понятие о воинской чести. Она настоящий солдат! Она убила бы меня, если бы имела такую возможность, но не стала бы лгать!
– Вы на самом деле так думаете?
– Кроме того, она не претендует на обладание теми духовными ценностями, которые есть у вас, – ответил я почти грубо.
Ранда перевела взгляд на своего мужа.
– Идем, – бросила она, ныряя в люк переходного шлюза, – пусть этот безумец сам разбирается со своими проблемами.
Делос печально взглянул на меня.
– Иногда я думаю, что мне ещё многому надо научиться, Орион. Вы бы не могли помочь мне в этом?
– Всегда к вашим услугам, – ответил я. Он грустно покачал головой.
– У меня никогда не будет такой возможности. Хотя я и не солдат, у меня есть свои обязанности. Я знаю свое место.
– Может быть, у вас есть желание покончить с этой войной?
– Но как?
– Хотел бы я сам знать, – скорбно признался я. Делос протянул мне руку.
– Я знаю, что мы находимся по разные стороны баррикады, Орион. Тем не менее я желаю вам удачи. И еще, мне бы очень хотелось найти способ закончить эту войну.
– Ищите и найдите его, – посоветовал я, пожимая протянутую мне руку.
Глава 18
Составной частью моего соглашения с комендантом было право беспрепятственно покинуть систему Лунги. Оставшись единственным членом экипажа разведчика, я незамедлительно развернул свое судно в направлении, избранном чуть ранее эскадрой тзи-нов. Флот наших противников продолжал оставаться на орбите, но я был уверен, что могу положиться на слово его адмирала.
Мой разведчик не имел сверхсветовых двигателей. Единственной моей надеждой была случайная встреча с одним из кораблей Содружества в обычном пространстве. Весьма призрачная надежда, космос велик, и подавляющее большинство кораблей пересекают его на сверхсветовой скорости, но на что ещё я мог рассчитывать?
Впрочем, на этот счет у меня были и кой-какие собственные соображения.
Я включил автопилот и дал задание компьютеру немедленно известить меня, если какой-нибудь корабль, принадлежащий скорписам или Гегемонии, окажется поблизости. Затем я откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и воззвал к Творцам.
На сей раз затруднений с установлением контакта у меня не было. Золотой бог появился почти немедленно, излучая величие и силу. Можно было подумать, что он болтался в пространстве где-то поблизости и только и ждал случая откликнуться на мой зов.
– Ну и странное же ты существо, Орион, – произнес он раздраженно. – Это надо же додуматься: угрожать взорвать себя и корабль, если противник откажется вернуть тебе твоих солдатиков.
– Мне случалось умирать и раньше, – напомнил я.
– Не можешь же ты ожидать, что каждый раз я стану воскрешать тебя?
Невольно я вспомнил тихого индуса с темной кожей и большими бархатными глазами.
– «Облегчение уйти навсегда из вечного обращения колеса жизни», – процитировал я.
– Ну да, – фыркнул Атен. – Уйти в небытие… Быть преданным забвению… Какая прелесть!
– Навсегда избавиться от страдания, – поправил я. Атен с любопытством посмотрел на меня.
– Твоя нирвана ещё очень далека от тебя, Орион. У меня другие планы относительно тебя.
– Сначала верните к жизни моих солдат, – потребовал я, – и позвольте им дожить свой век нормальной человеческой жизнью. Они заслужили хотя бы этого.
– Я выполню твою просьбу, обещаю тебе, но немного позднее. Я не оставил ещё надежду добиться помощи патриархов и других представителей древних рас. Твои солдаты помогут тебе выйти на новый контакт с ними.
– Покончите с войной, – попытался убедить я его. – Прекратите бессмысленное кровопролитие. Никакая, самая благородная цель не может оправдать гибель миллиардов людей.
– Какое тебе дело до этих ничтожных существ, Орион? Они всего лишь результат акта творения. Моего творения! Они принадлежат мне, и я могу использовать их по своему усмотрению.
– Но почему я должен помогать вам продолжать эту войну? Почему вы не хотите остановить ее? Какова ваша цель?
Атен разочарованно покачал головой.
– Ты мало чему научился, Орион. Ты думаешь, я могу окончить эту войну в любой момент, когда захочу? Все не так просто.
– Я не понимаю вас.
– Воюют всегда две стороны, и столько же требуется, чтобы заключить мир. Аня и её компания не хотят принять его на моих условиях. Со своей стороны, я не могу принять их требования, поскольку предлагаемый ими путь приведет нас всех к катастрофе.
– Вероятно, у неё другое мнение.
– Она ошибается!
Я задумался.
Если бы я только мог найти Аню, поговорить с нею, услышать её доводы, узнать её цели.
Золотой бог читал мои мысли так же просто, как если бы я произносил их вслух.
– Она убьет тебя, Орион. Убьет сразу же, едва увидит тебя. Богиня, которую ты любишь, не думает ни о чем другом, кроме мести. Она жаждет крови. Всех тех, кто служит мне, она уничтожает без всякого сожаления. Она мой смертельный враг, Орион, а следовательно, и твой тоже.