- -
- 100%
- +
В чародемию мы вернулись, когда солнце уже клонилось к закату, и сразу же отправились с отчетом к Лютобору Скуратову. Его пристальный, оценивающий взгляд прошелся по каждому члену нашего отряда. Андреас честно доложил обо всех этапах операции, не скрывая собственного провала и ошибки в расчетах. Но он также подчеркнул вклад каждого из нас, не делая исключения для боярских детей и простолюдинов.
— Этого и следовало ожидать, Андреас, — выслушав доклад, проверяющий хмуро кивнул. — Гордыня часто затмевает разум. Однако ты взял себя в руки и признал ошибки. Но самое главное, что научился задействовать способности каждого члена команды. В этом и заключаются обязанности лидера. Хорошая работа.
Признание Лютобора добавило нам уверенности в собственных силах. Однако я напряглась, когда задумчивый взгляд мужчины задержался на мне чуть дольше, чем на остальных. К счастью, нас быстро отпустили, и мы с чистой совестью отправились отдыхать.
Победоносное возвращение с первого задания принесло нашей команде не только похвалу Лютобора, но и волну зависти со стороны других команд, чьи рейды оказались не столь удачными. Как будто этого было мало, по чародемии поползли слухи, что мои способности основаны на тайной противоестественной связи с гневами. Будто бы мне удалось обмануть самого княжеского проверяющего и втереться в доверие к Андреасу, чтобы в дальнейшем нанести по ним сокрушительный удар.
Я догадывалась, кто распускал подобные слухи, но доказать ничего не могла. Более того, не понимала, что противопоставить такой тактике. Заряна действовала тонко, изощренно, настраивая против меня учеников и некоторых преподавателей. Поначалу я не замечала изменений, но потом увидела, как незнакомые парни и девушки начали меня сторониться. Где бы я ни появилась, разговоры моментально смолкали, а меня обходили по дуге, создавая искусственный вакуум. Осознание того, что снова началась непонятная травля, отзывалось давящим ощущением в груди.
— Ты слышала? — Уловила я обрывок фразы одной из послушниц. — Волконская говорила, что Лихарь не просто усмиряет тварей. Она с ними заодно.
— А видела, как она прикасалась к ним? Это не подавление, а общение. Дикарка подчиняет гневов. Разве такое возможно без прямого родства с Изнанкой?
Реагировать на обидные слова, спорить с пеной у рта я не собиралась. Ученики лишь укрепятся в своем мнении, если я начну доказывать обратное. А еще дам повод Заряне торжествовать над моим унижением. Пока я не показывала, как сильно меня задевают несправедливые обвинения, враги не получали морального удовлетворения от проделанных гадостей.
— Она ведь из леса, — случайно подслушала, как Заряна отзывалась обо мне. — Кто знает, чему ее научили за стенами городища? Там нет куполов, нет защиты и чаростражей. Только Изнанка и гневы. Ее магия оттуда. Дикарка опасна.
С каждым днем ощущение изоляции становилось все более тягостным. Только Славен и Ирия неизменно поддерживали меня и оставались рядом. Я старалась не забивать голову подобными глупостями, ведь все свободное время посвящала учебе. Мы ходили на занятия вместе с первым курсом, а после них штудировали учебники, нагоняя пропущенный материал. Если бы не учеба и поддержка друзей, не знаю, как бы справилась с очередной травлей.
— Не слушай ее, Гаяна, — шепнула мне Ирия, которая также услышала злобную речь Волконской. — Заряна просто завидует и злится, что Андреас прислушался к тебе. Пытается снова заслужить расположение боярича, хотя ее семья первой расторгла помолвку, когда он не прошел испытание на обережника. Теперь же, когда род Тумановых восстановил и укрепил свои позиции, она хочет вернуть все как было. Я сама слышала.
Я тоже слышала и часто наблюдала, как девушка вьется вокруг Андреаса, нашептывая гадости обо мне и напоминая о моем диком происхождении. Но самое обидное, что боярский сын прислушивался к ее словам. Вот что задевало меня больше всего. Я ведь учила Андреаса тому, что умела сама. И он не раз убеждался, что в моем подходе нет ничего противоестественного. Непривычный — да, в чародеев с рождения вбивают прописные истины. Но он ведь сам видел, чего мне стоило усмирить нава, как я выложилась на задании, после которого внутренний резерв восстанавливался несколько дней. И после этого все еще сомневался во мне.
Ближе к концу недели, после ранней побудки и изнурительной утренней разминки, в столовую заявился Скуратов. Его появление заставило притихнуть гул голосов.
— Группа боярича Туманова, — раскатистым эхом по помещению пронесся безэмоциональный голос Лютобора, — жду вас у себя через десять минут.
Андреас вздрогнул. Его аура полыхнула яркими всполохами, в которых смешалась гордость, волнение и предвкушение новых сражений. Заряна же победно ухмыльнулась, словно что-то знала о предстоящем задании.
— Нас ждет что-то серьезное? — опасливо предположила Ирия. — Господин Скуратов редко вызывает группы вот так, без предупреждения.
— Не переживай, — попыталась я ее приободрить. — Мы справимся. Главное — держаться вместе и доверять друг другу.
Однако моя собственная уверенность трещала по швам, отдаваясь покалыванием в ладонях и неприятной тяжестью в груди.
Через десять минут мы уже стояли в кабинете Лютобора, как и было приказано. Мужчина не стал тратить время на пустые разговоры и сразу перешел к сути. На письменном столе перед ним лежала карта городища, на которой темными кругами были обведены кварталы, где еще оставались гневы.
— Ваше новое задание, — начал Лют, указывая на карту. — Проверить старые катакомбы под административным кварталом от тварей. Поступили сведения, что в подземелья просочились матохи и даже злыдни. Основные силы чаростражей уже побывали там и зачистили гнездо, но подземелья слишком глубоки. Отдельные экземпляры могли уцелеть. Очевидцы сообщают, что видели монстров. — Его палец скользнул по извилистым линиям лабиринтов, обозначенным на схеме. — Помните, катакомбы полны завалов и старых защитных чар. Там легко заблудиться и еще легче попасть в беду.
Мои мысли невольно переключились на анализ задания. Матохи — противники первого ранга, но опаснее анчуг, с которыми мы уже сталкивались. О злыднях и говорить нечего. Они более сильные, быстрые и способные координировать свои действия. В условиях узких тоннелей они станут еще более непредсказуемыми и смертоносными.
— Я знаю, что задание непростое, — продолжил Лютобор, обводя каждого из нас тяжелым взглядом. — Но вы уже справились с довольно сложным поручением, поэтому я ожидаю от вас такого же уровня самоотдачи и умения действовать сообща.
Колючий взгляд проверяющего просверлил меня насквозь, как будто Лют устраивал эту проверку не для всей команды, а лично для меня. Испытывал, как мой дар проявит себя в еще более опасных условиях. Мои ладони вспотели от этого осознания, а по спине стекла холодная капля пота, но я не позволила беспокойству проявиться, внешне оставаясь невозмутимой.
Андреас тоже уловил особенное внимание к моей скромной персоне. Его бровь чуть дернулась, а в ауре проявились мимолетные всполохи подозрений.
— Наставник, почему именно катакомбы? — уточнил боярич. — Разве нет других мест для зачисток?
— Это приказ князя, — Лютобор одарил парня ледяным взглядом. — Самые опасные участки должны быть зачищены в первую очередь. И, поверьте, ваш отряд подходит для этой задачи как нельзя лучше.
Заряна бросила на меня злобный взгляд, полный нескрываемого торжества. В ее ауре пульсировали едкие желчные нотки, предвещающие новые козни. Я уже не сомневалась в том, что девушка что-то задумала.
Годимир молчаливо кивнул, внимательно изучая карту. Судя по его ауре, полной предвкушения и азарта, для него даже самое опасное задание было лишь возможностью продемонстрировать силу и мастерство. Славен, в отличие от боярского сына, выглядел растерянным. Ирия тревожилась, ведь ее целительские чары ничего не могли противопоставить сильному противнику. Ей приходилось рассчитывать только на нас.
— Ничего! — Славен коснулся руки девушки и прошептал: — Гаяна с нами. Мы справимся. — Его аура, хоть и с оттенками тревожности, излучала решимость.
— Помните, каждый член команды важен! — завершил инструктаж Лютобор. — Недооценка даже одного чародея может стоить жизни всей группе. Навыки каждого должны служить общему благу. Командная работа, точность и дисциплина — вот ключ к вашему успеху. Даю сутки на подготовку. Встречаемся у катакомб завтра на рассвете. — Он отпустил нас кивком головы.
В коридоре Андреас остановил нас, чтобы поделиться своим видением ситуации и подозрениями.
— Это не обычное задание, — произнес он твердо. — Лютобор хочет проверить Гаяну, но, возможно, и всех нас. Катакомбы — ловушка. Мы должны подготовиться к худшему сценарию и задействовать имеющиеся ресурсы по максимуму. Нам необходимо обсудить тактику, но перед этим каждый из вас должен продумать, как будет действовать в условиях кромешной тьмы и ограниченного пространства.
Глава 6
На следующее утро, едва лучи солнца озарили верхушки самых высоких башен, наша группа собралась на площади административного квартала у разрушенного здания, в руинах которого обнаружили вход в катакомбы. Лютобор прибыл, когда мы уже смотрели в сторону зияющего темнотой провала. Андреас еще в чародемии раздал нам факелы и обеспечил огнивом на случай, если чары подведут.
— Помните, о чем я вам говорил! — произнес Лют после краткого приветствия. — Продумывайте каждый шаг. Подземелья не прощают ошибок.
Волнение от такого напутствия только усилилось. У меня вспотели ладони, а по телу пробежала легкая дрожь, когда Андреас первым устремился к развалинам. Узкая лестница уходила в кромешную тьму; шаги эхом отдавались в каменном колодце, ведущем на глубину в пару этажей. Огонь зажженных факелов боролся с мраком, скупо вырывая из него лишь ограниченное пространство. Блики пламени отбрасывали причудливые тени на стены, поражая воображение и усиливая тревогу.
Сразу после спуска мы попали в просторный каменный зал, от которого в разные стороны расходилось множество ответвлений. Воздух здесь казался плотнее, в нос настойчиво бил запах плесени, затхлости и гнилостного разложения — зловещее место, откуда хотелось побыстрее уйти. Но вместо этого мы продолжили путь.
— Потребуется много времени, прежде чем мы проверим все тоннели, — сокрушенно констатировала Заряна, когда третий по счету проход оказался тупиковым.
— Мы не будем разделяться, пока не убедимся, что это безопасно, — возразил Андреас. — Не забываем об осторожности.
Однако еще два ответвления оказались пустыми. С одной стороны, нам же лучше, что здесь не было тварей; с другой — они все еще могли скрываться в темных тоннелях. Поиски не приносили результатов, а мы между тем наткнулись на еще один зал с множеством проходов.
— Гаяна, что скажешь? Есть гневы поблизости? — обратился ко мне боярич.
— Сложно ответить, — произнесла задумчиво. Я постоянно пыталась нащупать отголоски гнева, но ничего не получалось. Натыкалась лишь на холодную пустую тишину, словно кто-то искусственно заглушал сигналы. — У меня такое чувство, что стены поглощают малейшие всплески гнева.
— Этим катакомбам несколько сотен лет, — ответил Андреас, пожав плечами. — Возможно, их строили так, чтобы спрятаться от тварей в случае нападения?
— Предлагаю не тратить время впустую и разделиться, — предложила Заряна. — Иначе мы будем блуждать здесь до ночи. Коридоры узкие: если заметим опасность, сумеем отступить и дать отпор.
— Хорошо, — после недолгих раздумий согласился Андреас. — Разделимся на две группы. Ирия и Славен идут со мной. Гаяна, Заряна и Годимир составят вторую группу. Держитесь ближе друг к другу. При малейших признаках опасности — отступаем, чтобы объединить силы и уничтожить тварей, если они действительно где-то затаились. Обследуем каждый свой тоннель, возвращаемся и дожидаемся остальных. Затем проверяем следующие два. Так мы ускоримся, вовремя поймем, если с кем-то случится беда, и сможем прийти на помощь. Если что — действуем по ситуации.
Возражений не последовало, и вскоре я в компании Заряны и Годимира углубилась в ближайший тоннель. С уходом Андреаса меня накрыло тревожное, сжимающее чувство в области живота. Эта компания мне не нравилась. Годимир раньше поддерживал Стояну и не упускал случая позлословить в мой адрес. Про Заряну и говорить нечего: она устроила травлю в чародемии, а вела себя так, будто ни при чем.
Тоннель оказался длинным, извилистым, со следами разрушений на стенах. Даже воздух здесь казался более тяжелым, затхлым. Вдобавок по пути встречались тупиковые отнорки, которые тоже приходилось проверять.
— Как же медленно! — недовольно фыркнула Заряна, когда мы проверили боковое ответвление, уходящее на сотню метров в сторону. — Нам еще возвращаться и идти дальше. А первая группа, скорее всего, уже вернулась и ждет нас. Проклятье, еще развилка! — Девушка скривилась при виде двух ответвлений, уходящих вправо и влево от основного тоннеля. — Гаяна, иди туда! — приказала она, ткнув пальцем в ближайший проход. — Годимир, проверь вон тот отнорок. Ясно же, что гневов здесь нет. Только время теряем!
— Как скажешь, — парень не стал спорить с Заряной и направился к правому проходу.
— Андреас говорил держаться вместе, — напомнила я о приказе командира, но в ответ Заряна только хмыкнула:
— Он сказал, чтобы мы действовали по ситуации. Ты ведь успокоишь гневов, если они вдруг появятся? Не вижу причин торчать тут попусту.
Мне ничего не оставалось, как признать ее правоту и свернуть налево. Мы не успели углубиться в темный проход, как он расширился до подземной пещеры со следами построек по краям и уходящим вверх потолком.
— Проверь там! — указала девушка вглубь огромного зала, и я направилась вперед.
Заряна замешкалась у входа, пробурчав, что у нее развязался ботинок. Я продолжила путь, не заметив подвоха. Изредка нам попадались такие помещения — заброшенные и пустые. Но не в этот раз. Из темных углов, куда не доставал свет факелов, послышалось утробное рычание. Вокруг вспыхнули красные огоньки глаз, подтверждая самые худшие опасения.
— Злыдни! — взвизгнула Заряна, когда тусклый отблеск ее чародейского светляка выхватил мощную фигуру твари, подступившую слишком близко. — Сделай же что-нибудь! На помощь!
— Их слишком много, — возразила я, отмечая, что Заряна запаниковала и тем самым подпитала интерес тварей. Еще и чары использовала, чтобы уж наверняка. — Свет! Они реагируют на огонь! — сообразив, что гневы стягиваются ко мне, я отшвырнула факел в сторону.
Он покатился по полу, разбрасывая искры и вынуждая злыдней отступить. Но затем огонь соприкоснулся с кучей старого высохшего мусора, незаметного в темноте. Пламя вспыхнуло чересчур ярко и быстро распространилось, освещая помещение. Деревянная труха, остовы старых лежанок и сломанная мебель загорелись моментально. Злыдни взревели и бросились на свободное от огня пространство — в середину зала, где находилась я. Заряна успела отступить и оказалась практически у выхода, за стеной огня.
Среди мусора, как потом выяснилось, валялись старые масляные лампы. Их содержимое разлилось по полу, загорелось и перекрыло пути отступления. Я оказалась в огненной ловушке вместе с десятком злыдней. Они напирали со всех сторон, а я отчаянно пыталась сохранить спокойствие и транслировать его вокруг. Но тварей было слишком много, они нервничали из-за огня и хуже поддавались воздействию.
— Гаяна, держись! — на зов о помощи примчался Годимир.
Он столкнулся с тварями, оставшимися за пределами огненной ловушки, и вступил с ними в схватку, отбиваясь мечом и огненными пульсарами. Заряна нашла укрытие за колонной и оттуда наблюдала за нашими действиями. Ее аура пульсировала ехидным торжеством. Мне было некогда думать о ней, когда я оказалась в окружении монстров. Стараясь усмирить их, я чувствовала, как быстро иссякали силы, а подспудный страх тяжестью давил на грудную клетку и отдавался покалыванием в онемевших пальцах.
— Годимир, я долго не протяну! — крикнула парню, который уже расправился с тремя особями. — Их слишком много. Уходите!
Потоки моего спокойствия разбивались о яростный напор злыдней, которые никак не желали успокаиваться. Усилия тратились впустую. Я слабела с каждой минутой и ощущала, как меня захватывает ужас. Гнев внутри радостно урчал и питался страхом, сбивал с концентрации, угрожая вырваться и поглотить сознание. Я не понимала, как с этим справиться, и куда делись силы.
Нав был в тысячу раз опаснее, но я сумела его победить. А с десятком злыдней никак не могла справиться. В квартале Мастеровых мы уничтожили вдвое больше тварей, но там на каждого монстра воздействовала точечно, а парни их добивали. Сама я гневов не уничтожала, лишь замедляла и успокаивала.
Сложившаяся ситуация только доказывала, что моего дара недостаточно для победы. Замедлившихся тварей никто не добивал. Они сбрасывали мое воздействие, возвращаясь к прежнему агрессивному состоянию. Их ярость подпитывалась гибелью других монстров, боевым азартом Годимира и природной стихией огня.
Я решила держаться до последнего. Просто отказывалась верить, что моя жизнь так нелепо закончится. И тут в коридоре послышался гулкий топот. Робкая надежда на спасение вспыхнула внутри и разлилась приятным облегчением, когда я увидела Андреаса. Он ворвался в зал и на секунду замер, уставившись на меня и гневов, обступивших со всех сторон. Разогнавшись, боярич прыгнул через полыхающее пламя, сформировав в ладони чароимпульс.
— Годимир, ко мне! — крикнул он, вступая в бой с двумя ближайшими гневами. — Славен, расчисти проход. Ирия, будь готова оказать первую помощь. Заряна, вылезай уже из убежища и прикрой ребят.
Появление боярского сына прибавило сил. Теперь, когда спасение было так близко, я выкладывалась на полную, замедляя тех тварей, с которыми сражался боярич. Когда к нам присоединился Годимир, стало еще легче. Точечное воздействие требовало меньшего расхода резерва, и я больше не боялась, что злыдни нападут со спины.
Парни, измотанные бесполезным блужданием по катакомбам, будто соскучились по хорошей схватке. Они крушили гневов с азартной яростью, вызывая у остальных тварей злобный отклик. Но обережники не давали их гневу набрать силу и выступить против нас. Я держалась между ними и направляла потоки спокойствия на монстров. Едва злыдень замедлялся, как тут же на него обрушивалась холодная сталь меча или яркая вспышка чароимпульса. Щиты в виде двух серебристых полусфер то и дело озарялись от столкновений с монстрами и не давали подкрасться сбоку или застать нас врасплох.
Через десять минут со злыднями было покончено. Мусор прогорел, огонь поутих и освещал пространство слабыми бликами. Я обратила внимание на Ирию, которая залечивала царапину на плече Славена. Он даже не морщился, а глаза еще сияли отголосками утихшей битвы. Неподалеку валялась поверженная им тварь. Клинок чаростража в руках друга нашел свою первую жертву.
Остались еще две раненые твари с перебитыми ногами. Они не могли добраться до добычи, скребли когтями по каменному полу и разочарованно рычали.
Заряна выскочила из убежища, когда с гневами было покончено. Она бросилась к недобиткам и обрушила на них атакующие чары, демонстративно выставляя защитные сферы. Прикрывая Ирию и Славена, била по злыдням до тех пор, пока те не затихли. Мы все смотрели на ее действия с недоумением. Не поздновато ли спохватилась?
— Как же я испугалась! — воскликнула она, театрально заломив руки. — Эти твари полезли изо всех щелей. Гаяна, почему ты не предупредила, что здесь их логово? Мы могли погибнуть!
— Не мы, а я. Тебе ничего не угрожало, — спокойно ответила гадине, хотя внутри кипела от возмущения. — Ты сама отправила меня сюда, отослав Годимира в другой тоннель, хотя Андреас говорил держаться вместе.
— Да как ты смеешь, дикарка? — взвизгнула Заряна. — Ты меня в чем-то обвиняешь?
— Разве похоже, что обвиняю? — тяжело вздохнула, ощущая неприятное жжение в груди. — Ты увидела, что я попала в ловушку, и побежала за помощью. Или не побежала? Извини, мне некогда было за тобой следить. Хорошо, что Годимир подоспел вовремя.
Андреас посмотрел на Заряну холодным проницательным взглядом. Затем прошелся по площадке, рассматривая убитых тварей. За огненной преградой у стен валялось не меньше пяти злыдней. Одного убил Славен, остальные пали от чар Годимира. Заряна добила тех, кто уже не представлял опасности. Зато в углу, за колонной, на полу, покрытом копотью, отчетливо виднелись следы девушки.
— Вам не кажется странным, что мусор равномерно распределен по кругу? — перебил он Заряну, которая разразилась очередной тирадой в мой адрес. — Посмотрите на обломки. — Указал на обгоревшие остовы сломанных стульев и шкафов и коснулся мечом ближайшей обгорелой части. Та рассыпалась от прикосновения. — Слишком дешевая древесина, которая прогнила бы тут до трухи за пару лет, не говоря уже о столетиях. Значит, мебель притащили сюда не так давно. А масло из ламп будто специально пролили возле прохода, чтобы отрезать пути к отступлению. Мне кажется, что ловушку устроили нарочно. Проклятье! — Парень переместился в дальний угол, где валялись остатки недавнего пиршества злыдней. — А вот и приманка для выживших тварей. Вход в катакомбы вскрылся после разрушительной волны гневов. Кто в здравом уме сюда сунется, зная, что тут можно столкнуться с тварями?
***
Визуалы Годимира Абашева и Заряны Волконской
Глава 7
Вопросы остались без ответов, а в глазах боярича я увидела зародившееся подозрение. Заряна настояла, чтобы мы разделились. Она выбрала этот тоннель и отослала Годимира в другой. Совпадение? Допустим, в это я еще могу поверить. Но как объяснить, что она спряталась в единственном месте, где гневы бы ее не достали? Интуиция? Сомнительно, но есть небольшая вероятность. Однако в темноте этот закуток сложно найти, а ведь для этого следовало сместиться вправо от входа. Не самый логичный поступок — оставаться в помещении, полном злыдней, когда можно убежать и позвать на помощь остальных. Заряна лишь в самом начале якобы испугалась, а вылезла из убежища только тогда, когда парни расправились с тварями.
Больше мы не разделялись. Всей группой обследовали каждый тоннель и ответвление. Наткнулись на одиночных тварей, которых благополучно уничтожили. Из катакомб выбрались к вечеру, когда солнце уже клонилось к закату. Каждая клеточка гудела от усталости и давила на плечи, сковывая движения. Но вместо отдыха нас ожидал отчет перед Лютоборoм, в кабинет к которому отправились сразу после возвращения в чародемию.
Он внимательно оглядел нас, сохраняя невозмутимое выражение лица. Не думаю, что его волновал наш потрепанный вид, порванная одежда или другие мелкие неудобства.
— Докладывай, Андреас, — сухо произнес Лютобор. — Как прошла зачистка в катакомбах?
Я замерла, ожидая, какую версию преподнесет боярич. Будет ли он выгораживать бывшую невесту?
Андреас описал каждый наш шаг, поясняя свои решения. Он упомянул момент, когда мы разделились, и сказал, что Заряна случайно указала неверный путь, который привел в засаду. Ни слова о предательстве и намеренной попытке избавиться от меня. Как благородно! Аж тошнит.
После столкновения со злыднями у меня было время подумать. И чем больше размышляла, тем сильнее убеждалась, что Волконская причастна к ловушке. Она была полна ехидства и злопыхательства все то время, пока мы бродили по тоннелям. В момент нападения гадина не скрывала ликующей радости.
Я же предполагала, что она выкинет нечто подобное, так почему повелась на ее приказы?
Однако моих подозрений недостаточно, чтобы обвинить Заряну, а «неверный путь» — слишком удобная формулировка, позволяющая избежать наказания. Неужели ей все сойдет с рук только потому, что она из боярского рода? А если бы я допустила подобную ошибку, стал бы Андреас меня покрывать? Здравый смысл подсказывал, что нет. И от этого в груди разливалось жгучее чувство обиды и несправедливости.
— Волконская, должно быть, испугалась. — Андреас скользнул холодным взглядом по девушке, которая стояла рядом, смиренно опустив голову. — Катакомбы сами по себе опасны, любой может сбиться с пути. К счастью, Гаяна проявила невероятную стойкость, а мы сумели вовремя подойти на помощь.