Талисман для князя. Надежда рода
- -
- 100%
- +
Смешно ведь, к девятилетнему ребенку ревновать! А этой, похоже, дай только повод. И мстительная ведь, как итальянская мафия. Прознала, что участвуем в аукционе, заявилась на него и принялась ставки повышать. У Алима задание выкупить лот за любые деньги, а у этой звезды цель — насолить как можно сильнее. В итоге вместо заявленной стоимости в тридцать тысяч золотом, мы выложили двести сорок одну тысячу пятьсот рублей за кусок неосвоенной земли в пятнадцать гектаров.
Ну… мой камень-накопитель выкупили бы тысяч за сто. Учитывая, сколько алмазов в той пещере, цена смехотворная. Но не для безвестной девчонки, которая графиней-то стала три месяца назад. Конечно, у людей возникли вопросы. А зачем выкладывать такие деньжищи? За что? Отъедешь дальше по Транссибу километров на двести и занимай землю бесплатно. Только налоги в казну империи исправно плати.
Молодец, княжич, помог в скорейшем решении земельного вопроса!
Покинув аукционный зал, где распорядитель вручил расписку, что в течение трех дней нужно внести заявленную сумму, так и сказала ошарашенному молодому человеку:
— Спасибо за помощь, Клим Григорьевич! Вовек не забуду вашего посильного содействия!
— Я… Нина Николаевна, я не ожидал, что Златка взбрыкнет. Готов ссудить недостающую сумму, посодействовать… — запнулся, напоровшись на мой бешеный взгляд.
— Уже посодействовали! Покорнейше благодарю! — прошипела змеей. — Мы уж как-нибудь сами теперь разберемся.
В гостиницу возвращались в полном молчании. В паромобиле на полу примостился Венька, а при нем разговоры вести не хотелось. Да и что тут скажешь? Съездили на бал! Одни проблемы вроде как решили, так на ровном месте огребли новые! И винить тут некого. Что нам теперь Лизу под замком держать? Да и с дальними родственниками стоило встретиться, чтобы не питать ложных иллюзий на тему поддержки от дворянских родов. Все-таки, старый князь сказал правильно: призывать сторонников должна Нина Забелина, а не графиня Толпеева.
Кстати, вот и первое задание для нового члена команды: отыскать Владислава Андреевича. Посмотрела я на Веньку оценивающим взглядом, скривилась. Держать холопа при себе не собиралась, принесет клятву и пусть проваливает. Пока не найдет графа, чтобы на глаза не показывался. Поставлю жесткие условия, а то еще будет заниматься поисками до конца жизни. Такие типы ценят собственную шкуру, вот ее и попортим, если не достигнет результата.
Гаврила Силантьевич встретил с отчетом, что Юленька в порядке и крепко спит под лечебным конструктом целителя. А вот по нашему понурому виду мужчина сразу догадался, что праздник прошел не так, как мы рассчитывали.
— Лиза, одолжи ненадолго серьги? — попросила у девушки записывающие кристаллы. Она без лишних вопросов вытащила украшения из ушек и протянула мне. — Я верну! — пообещала с улыбкой. — Или жених подарит новые. Правда, Игнат? — хитро подмигнула брату.
— Завтра же! — подтвердил он.
— Ниночка Николаевна, зачем? Мне и без сережек хорошо, — возмутилась наша скромница.
— Как это зачем? Так положено: жених дарит невесте подарки и цветы, красиво ухаживает, балует, устраивает приятные сюрпризы и водит по ресторанам, выставкам, спектаклям. И не спорь! — пресекла возможные отговорки, что сейчас не время, не место и так далее. — Вот завтра этим и займетесь, а пока, Лиза, иди к себе, отдохни.
— Но я не устала…
— Юленька! — прибегла к тяжелой артиллерии. — Утром девочке понадобятся уход и внимание.
— Доброй ночи, господа! — тут же попрощалась Елизавета и направилась к себе.
— Доброй! — проводила ее взглядом, а после развернулась к остальным. — Алим, — передала помощнику серьги, — тут, на записывающих кристаллах, наш разговор с Григорием Демидовым. Послушай, это интересно. У тебя с собой кулон, что передал вон тот молодой человек? — кивнула на Веньку, притулившегося на входе.
— С собой, — ашкеназец выудил из внутреннего кармана подвеску, — не успел просмотреть, только со слов парня разобрался в ситуации.
— Ничего, на кристаллах в сережках запись полная. Советую начать с аудиенции у князя, чтобы обсудить дальнейший план действий, — вложила в руку Алима серьги, а кулон передала брату, — и тебе не помешают подробности. Встречаемся здесь же, через час. Как раз хватит времени, чтобы переодеться и подумать, что делать дальше. Ну а ты… — посмотрела на Веньку, нахмурившись, — иди за мной.
— М-может, не н-надо? — расширенными от страха глазами слуга смотрел, как безропотно взрослые дядьки подчиняются ребенку, и осознавал, что я вовсе не шутила с угрозами. — М-может, я т-тоже п-пойду?
— Пойдешь, когда я тебя отпущу, — произнесла зловещим голосом и не удержалась от гомерического, — ха-ха-ха! За мно-ой! — поманила пальцем и направилась к кабинету.
Однако парень и не подумал сдвинуться с места. Переборщила, что ли, с запугиванием? Обернулась. Так и есть: Венька уже у дверей беспомощно дергает заклинившую ручку. Ну, раз не хочет по-хорошему, будем по-плохому. Накинула парню на шею воздушную петлю, уменьшила вес тела заклинанием, отчего оно взмыло в воздух, и потащила за собой. Венька тоненько заскулил от страха и неуклюже задергался, как жук, перевернувшийся на спину. Жалеть его не собиралась, не заслужил. Сговорчивей будет и исполнительней. Тем более, дело серьезное. Пропажа графа Толпеева покоя не дает. Кто его похитил? Зачем? А если не похитил, то куда старик сбежал? Ему ведь некуда идти, ведь даже родной дочери он не нужен.
В кабинете я взяла нож для бумаг и вложила в руку парня. Удавку с шеи не снимала, чтобы не вздумал чудить, а вот вес тела вернула обратно, отчего холоп шлепнулся на пол.
— Клятву! — потребовала, насупив брови. — Ну? Я жду!
— Я… — дрожащим голосом начал парень, — В-вениамин Без-безродный, к-клянусь…
Говорила же, что подобные типы трясутся за собственную шкуру? Порезать себя, и то не смог, пришлось помогать и слова правильные подсказывать. Ведь клятву он приносил Нине Забелиной, так что одним посвященным в тайну стало больше. Насчет того, что Венька проболтается, я не переживала. Магия крови — страшная вещь на самом деле. Ни рассказать, ни намекнуть, ни написать или как-то навредить мне или моей семье парень не сможет. Даже мыслишки о предательстве не допустит, чтобы в ту же секунду не умереть на месте.
— Пока служишь верой и правдой, тебе нечего бояться, — заверила, любуясь, как в воздухе тает кровавый символ принесенной клятвы.
Не удержалась, чтобы не добавить чуточку театральности, ведь люди не видят действие магии, только ее результат или физическое проявление.
— Твоя задача искать! Искать врагов нашей семьи, искать тех, кто задумал причинить нам зло, опорочить имя или отнять то, что принадлежит Забелиным. Как ты это будешь делать, меня не волнует. К убийцам, насильникам, лжецам и прочим подлым личностям разрешаю применять любые меры. Желательно такие, чтобы соответствовали тяжести их грехов, вплоть до пыток и физического устранения. Но с честными людьми, благородными и главное — невиновными — подобное недопустимо. Я доходчиво разъяснила свою позицию?
— Более чем, — болванчиком закивал Венька, — все сделаю! Землю носом рыть буду, не спать и не есть, но исполню в лучшем виде!
— Вот и отлично, — поморщилась, не испытывая от происходящего никакой радости. — Месяц назад пропал граф Владислав Андреевич Толпеев. Хочу, чтобы ты нашел его, живого или мертвого. Выяснил, кто причастен к исчезновению, где граф находился, что делал, подписывал ли бумаги. В общем, мне нужны подробности. Знаю, для поисков понадобятся деньги, возьмешь у Алима Осиповича, предупрежу его на твой счет. Подчиняться будешь Игнату Александровичу. Каждые три дня будешь выходить на связь и докладывать, что нарыл за это время. Мне отчет раз в неделю, самое важное и по-существу. Запомнил?
— Да! Я могу приступить к работе?
— Эх, всем бы такое рвение, — вздохнула, — погоди, сообщу Игнату Александровичу, что у него появился помощник. Брат как раз просмотрел запись нашего с Лизой появления во дворце и будет несказанно рад новой встрече. Надеюсь, ты ее переживешь.
— Но я только выполнял приказ! — Венька посерел и сменился с лица.
— Ага, расскажешь об этом, если успеешь, — фыркнула и, не дожидаясь, что там просипит в оправдание холоп, открыла двери в гостиную.
Игнат даже не переоделся, пришел пораньше и мерял комнату крупными шагами. Братец пребывал в бешенстве, что проявлялось огненными всполохами, охватывающими его фигуру целиком, оставляя на ковре выжженные следы.
— Вот ты где, мразь! — углядел врага за моей спиной и двинулся к нему. — Нина, лучше уйди, а то зашибу ненароком.
— Ага, — увернулась в сторону, — только насмерть не убивай, он нам еще пригодится.
— Это уж как получится! — Игнат с размаху залепил кулаком в морду нашему обидчику, поймал его второй рукой за шкирку, чтобы не улетел далеко, и принялся методично наносить удары.
— А что тут происходит? — на пороге номера возник ашкеназец.
— Да вот, — потупилась, шаркнула ножкой, — Игнат собеседование проводит с новым работником.
— Эмм, — Алим поежился и заехал внутрь, а я поспешила прикрыть за ним двери, — суровые методы. А захочет ли молодой человек после такой проверки на нас работать? Кажется, Игнат Александрович вознамерился сделать из него отбивную.
— Захочет, даже не сомневайся, — усмехнулась, — выдели ему лечебный амулет из наших запасов и денег на расходы.
— И все-таки, зачем понадобился этот тип?
— А затем, — подошла к помощнику, облокотилась на спинку инвалидного кресла, — что князь Демидов преподал великолепный урок. Поддержка дворянских родов обойдется слишком дорого, пока я из себя ничего не представляю. Значит, я стану такой силой, с которой будут считаться. И основа всему — информация и люди.
— Разумно, — кивнул Алим, соглашаясь, — но этот прохвост здесь при чем? Врет, как дышит. Где гарантия, что завтра же не продаст наши секреты тому, кто больше заплатит?
— Нет, на этот счет не переживай. Шакал — самый преданный роду человек, и скорее умрет, чем допустит мысль о предательстве. Посмотри, он ведь не сопротивляется. Игнат! — громко позвала брата, — достаточно.
— А почему Шакал? — ашкеназец вопросительно вскинул бровь. — Мне Вениамином представился.
— По роду деятельности, — фыркнула презрительно, — и пока не докажет свою полезность, другого имени для него не будет.
— Нин, я одного не понимаю, зачем ты притащила эту падаль сюда? — взбешенный боевой маг хоть и выпустил пар, а все еще дымился от возмущения. С негодованием бросил потрепанную тушку Веньки к моим ногам. — Я бы с ним лучше на улице разобрался. Тут ведь Лиза, Юленька — услышат шум, проснутся. Чем ты думала?
— Так, он не в курсе собеседования? — сообразил Алим, радостно потирая руки. — Это будет забавно!
— Не в курсе чего? Какое собеседование? — мужчина нахмурился. — Что тут забавного?
Взгляды молодых людей скрестились на мне, помощнику для этого пришлось извернуться.
— Игнат… ух! — шумно выдохнула и наигранно бодро улыбнулась, — знакомься, это Шакал, наш человек по особым поручениям. Как ты уже убедился, ловкий тип, готовый исполнить любой приказ. Абсолютно любой, если это не нанесет вреда нашей семье. Отдаю в твое полное распоряжение!
— Не понял? — брат брезгливо пнул полудохлую тушку кончиком сапога. — Он же сдаст нас за милую душу!
— Да, что же вы такие недоверчивые оба! Шакал принес клятву верности на крови. Он даже помыслить не посмеет о предательстве, чтобы тут же не умереть в страшных муках. Этот человек будет делать то, что умеет лучше всего: шпионить, добывать нужные сведения, общаться с криминальными личностями, собирать сплетни и распускать их, если потребуется.
— Нин, — Игнат переглянулся с Алимом, — у меня от тебя мурашки по коже. Это ведь мне положено думать о таких вещах и беспокоиться о благополучии семьи.
— Это все нервы, Игнат Александрович, — похлопала мужчину по груди, выбивая из одежды скопившийся дым. Рубашка уже истлела, а в плотной ткани камзола образовались прорехи. — Думать о безопасности я не запрещаю. Наоборот, в самое ближайшее время подбери людей для дружины. Хватит с меня наемников! Пора организовать собственную службу безопасности, которую ты и возглавишь. Такие люди, как Шакал, тебе пригодятся.
Глава 5
На холопа пришлось потратить еще полчаса времени, чтобы привести в порядок после душевной беседы с Игнатом и сдать под временный присмотр Гаврилы Силантьевича. Скрипя зубами, брат признал необходимость в таких вот пронырливых личностях. Прежде чем отпустить Шакала, следовало договориться о способах связи и передачи информации, снабдить подотчетными деньгами, составить план действий. В общем, это уже не моя забота. Как оказалось, у каждого уважающего себя князя имелись на службе неприметные людишки, не отягощенные моральными принципами. Перед Венькой стояла непростая задача: выполнить поручение и при этом не попасться на глаза людям Демидова. Наверняка, Клим отдал тайный приказ об устранении бывшего слуги. Ну, пропал человек — бывает. Чему удивляться с такой-то репутацией? Зато о семейных секретах никто не проболтается.
Уладив организационные вопросы, мы с Алимом и Игнатом уединились в кабинете, который я опутала двойным пологом тишины. Требовалось срочно обсудить предложение Григория Климентьевича и решить вопрос по оплате земли.
— Что скажешь, Алим Осипович? Твои мысли о Климе Григорьевиче и союзе с Демидовыми? — поинтересовалась мнением помощника.
— Если бы речь шла только о выживании, я бы посоветовал сразу же заключить помолвку с княжичем. Но вы хотите сохранить род Забелиных, желаете мести врагам, и поэтому — нет! Пока жив, старый князь не допустит открытого противостояния с Шумским. Его позиции как никогда сильны. Он пользуется поддержкой Великого князя Бельского, точнее, его матери, регентствующей вместо несовершеннолетнего сына. Это означает, что и остальные князья выступят на одной стороне в возможной войне.
Слушая ашкеназца, я кивала, соглашаясь с каждым словом. Обстановку на политической арене я не изучала, но и без того представляла, каким безрассудным выглядит со стороны желание маленькой девочки расправиться с сильным кланом.
— А ты что думаешь? — посмотрела на Игната, когда помощник высказался.
— Я твой разящий меч, если не забыла. Оружие беспрекословно выполняет волю хозяина, на кого бы тот его не направил. Единственное, о чем прошу, не позволяй им уничтожить нас. Если мы погибнем, все остальное уже не будет иметь смысла. Ну а брак с младшим Демидовым — глупость, хотя поначалу я принял доводы старого князя о наследии предков и святой обязанности сохранить род. Наша семья всегда была малочисленной, но ни один не запятнал себя бесчестными поступками… — осекся, на напряженном лице отразилась давняя боль, — ты достойна лучшего мужчины, который станет твоим щитом и надежной опорой в любых начинаниях.
— Спасибо тебе за эти слова, — не удержалась и крепко обняла брата, зарывшись лицом в пропахший дымом камзол. Так легче было скрыть проступившие в уголках глаз слезы. — Я тоже не верю, что князь открыто выступит на нашей стороне. Ну, и раз вопрос с браком решен, давайте подумаем, как сохранить дружеские отношения с Демидовыми и впредь не допустить подобных ситуаций.
— Нин, отложим это на пару дней? Ответа князь ожидает через неделю, время есть, — возразил помощник, — гораздо важнее определиться, как выкупать землю. Взять ссуду или одолжить у знакомых?
— В смысле, одолжить? Зачем? — опешила. — Разве у нас недостаточно золота?
— Я не об этом, — Алим закусил нижнюю губу, сцепил руки в замок, — как бы это правильно выразить? Аукцион привлек нездоровое внимание местной знати. Заметила, что среди участников было полно отпрысков родовитых семейств?
— Как не заметить! Клим Григорьевич посодействовал, — досадливо поморщилась, — жених, блин.
— А теперь представь, как это выглядит со стороны. Никому неизвестная дворянка, которая и графиней-то стала недавно, вдруг появляется в обществе самого завидного холостяка Екатеринбурга. Причем, твой малый возраст только добавляет пикантности ситуации, потому что самая завидная невеста на балу вдруг начинает ревновать молодого Демидова. То, как она сражалась на аукционе за никчемный клочок земли, лишь бы насолить тебе, доказывает, насколько все серьезно. Ну а дальше девочка из разорившегося рода вдруг выкладывает годовой бюджет княжества, чтобы оплатить счет. Я бы на месте аристократов крепко задумался. Тут либо с землями нечисто, либо с графиней. Насчет земель ошибки быть не может. Я просматривал отчеты мага из Земельной палаты, что ничего ценного в тех местах не обнаружено — и слава богу! Уверен, копия того отчета с утра будет лежать на столах у глав влиятельных семей города и их помощников по финансовым делам. И какой же благородные господа сделают вывод? Правильно! Все дело в маленькой наследнице, происхождение которой невозможно доказать из-за пропажи ближайшего родственника. Значит, это какая-то хитрая игра старого князя? Значит, нужно присмотреться к тебе и твоему окружению? Как думаешь, сколько народу с хорошей памятью побывало в портретной галерее Демидовых? Вопрос времени, когда всплывет имя Забелиных и информация об этом достигнет врагов.
— Но мы не имеем права отступить! Я… — запнулась, понимая, что не могу рассказать об источнике и не нарушить при этом клятвы. — Это вопрос жизни и смерти. Если не выкупить землю, кара настигнет нас раньше, чем дружинники Шумского или орден Темников.
— Вот как? Я чего-то не знаю? — Алим удивленно взметнул брови, а я смущенно отвела взгляд, — ты бы рассказала, будь это важно, или… связана клятвой? — догадался помощник. Я и не сомневалась, ашкеназец достаточно умен, чтобы сделать правильные выводы. — И это связано с вашим спасением из-под обвала. Месторождение алмазов — большая ценность, но ты бы рассказала, потому что разработку поручила бы мне. Значит, там было что-то еще? Нечто, сумевшее взять клятву о неразглашении? Или же вы сами настолько прониклись открытием, что поклялись молчать? Не знаю, что и думать, но у меня только одно предположение… источник?
Судорожно сглотнув, посмотрела на брата. Тот побелел и застыл в ожидании кары небесной. Но нет… ничего не произошло. Можно спокойно выдохнуть? Или же наказание настигнет позднее? Мы ведь ни словом, ни намеком не выдали тайны. Просто Алим видел алмаз и единственный догадывался, что наше спасение было вовсе не таким, как мы рассказали остальным.
— Я… я должен подумать, — ашкеназец оказался в шоке от собственных выводов.
Источников в империи осталось не так много, и принадлежали они семьям с многовековой историей. Новоиспеченные аристократы как бы ни кичились богатством или вереницей благородных предков, а не сравняются по влиянию с теми родами, сила которых поддерживалась за счет природного накопителя энергии. Такие даже родовую метку не поставят, как граф Толпеев, и никогда не будут ровней дворянам, чьи фамилии вписаны в золотую книгу. Кальманы, Леви, Зельманы и другие семьи ашкеназцев собственного источника не имели. Они в принципе отвергали магию. Их поддерживали молитвы, родовые обряды и строгое соблюдение внутрисемейных правил.
— А что тут думать? — печально улыбнулась. — Завтра поедешь и расплатишься по счету, после чего займешься формальностями. Игнат станет опекуном, а дальше будем решать проблемы по мере поступления.
На этом разговор завершился, и мы разбрелись по комнатам, чтобы уже с раннего утра заняться делами.
Проворочавшись в кровати до рассвета, я провалилась в тревожный сон, в котором снова явился Гектор. Увидела ворона так отчетливо, что сердце защемило от предчувствия беды. Он ничего не говорил, не показывал, только смотрел, склонив голову набок. Но я и сама догадалась — время пришло. Дерево, на котором сидела птица, припорошило снегом. Глаза слепило от полуденного солнца, отражающегося в каждой снежинке, а природа вокруг безмятежно спала, убаюканная белым пленом.
— Гектор! — подскочила в кровати, растерянно озираясь и щурясь от ярких лучей, заглядывающих в спальню через тяжелые портьеры. — Ты вернулся? — подбежала к окошку, распахивая занавески. — Ох, красота какая! — вырвалось в восхищении.
Дома и голые деревья, дороги и крыши белым покрывалом укрыл снег. Не помню, шел ли он ночью, но под утро случилась снежная буря, раз город замело сугробами.
Из гостиной доносились восторженные голоса. Я накинула халат и поспешила к семье, чтобы разузнать последние новости. Никто меня не разбудил, и я бессовестно проспала до обеда.
— Эмм, доброе утро? — улыбнулась, увидев довольного Игната, подбрасывающего к потолку повизгивающую от восторга Юленьку.
Лиза кружилась вокруг, как наседка, и охала, когда брат подкидывал девочку слишком высоко. Гаврила Силантьевич с чашкой дымящегося чая сидел в кресле и щурился от удовольствия, наблюдая за молодежью.
— Ха, утро! Уже добрый день, соня! — Игнат передал Юленьку невесте и поманил к себе пальцем. — Иди-ка сюда. Ну-ка, ответь опекуну, почему пропустила утреннюю тренировку?
— Ну, я… — пикнуть не успела, как меня подхватили сильные руки и подкинули кверху. После поймали, что немаловажно! — Так, все получилось? — радостно взвизгнув, повисла у мужчины на шее. — Демидов не артачился? А чего меня не позвали? А что Алим, как у него дела?
— Все за-ме-ча-тель-но! Твой помощник завис в земельном приказе, бумаги оформляет, чтобы никто подкопаться не сумел, — доложил брат.
— Я рада! Отличные новости. А ты чего такой возбужденный? Или это еще не все? — посмотрела с нарочитым подозрением.
— Ты права, Нин. Не все, — давненько я Игната таким воодушевленным не видела, — представляешь, в Городском приказе встретил капитана Булатова, старого сослуживца. Со службы Гордей Иванович давно ушел, в наемники подался, на вольные хлеба. Я уж поначалу подумал, что выдаст, но нет — дал знать, чтобы подождал у выхода. В общем, встретились, разговорились о жизни, и выяснилось, что он как раз подыскивает место, где бы осесть. А я ему: набираю дружину, не желаете послужить нашему роду?
— А он что? Ты ведь предупредил, что мы в бегах и враги у нас серьезные?
— Сразу! Но, когда это останавливало настоящего воина? Так что, я уже приступил к выполнению приказа, как ты и хотела! Гордей с сослуживцами обещал переговорить. Желающих много в личную дружину дворянина попасть, но не всем доверять можно и не каждый согласится на риск.
— И то правда! Роду нужны опытные бойцы, но они все должны пройти проверку у Алима и присягнуть на верность. Познакомишь меня с Булатовым? Договорись о встрече.
— Уже! — Игнат самодовольно усмехнулся. — Ждет в ресторации на Купеческой через полтора часа. Алим тоже подъедет. Я тут подумал, а почему бы нам вместе не пообедать? Заодно отметим важное событие, — заговорщически подмигнул.
— Какое событие? — полюбопытствовала Елизавета, которая не сводила с жениха лучащихся счастьем глаз.
— Как какое? Скоро у нас будет новый дом: большой, красивый и надежный, — вот теперь я и уставилась на мужчину вопросительно. — Что же вы такие недогадливые! Землю-то купили для чего? Пра-авильно! Чтобы осесть основательно, укрепиться корнями. Вот, егоза наша, — потрепал Юленьку за щечку, — уже постаралась и фундамент надежный заложила. Завалы расчистим, стены крепкие возведем — ни один враг не пробьется. Нин, как ты на это смотришь?
— Ну… — закивала, невольно проникаясь идеей. Ведь родовые поместья в далеком прошлом как раз и строились над источником или вокруг него. — Положительно смотрю. Ты прав, как бы там дальше не сложилось, а этот день станет знаменательным для нашей семьи. Тогда я бегу одеваться?
— Ты еще здесь? — фыркнул Игнат, взглядом показывая, что остальные уже готовы к выходу.
Улочки Екатеринбурга стали меньше из-за сугробов, выросших у стен домов, и отвалов снега. Повсюду бегала веселая ребятня, пуляя снежками и радуясь новой забаве. Дороги большей частью уже расчистили, где магией, а где собственными силами с помощью лопат. Периодически на глаза попадались снежные кучи высотой до двух-трех метров, из которых детишки мастерили крепости или же, полив водой, оборудовали горки. Солнце и легкий морозец, пощипывающий щеки, так и манили присоединиться к шумному веселью, поучаствовать в снежной битве или же покататься на ледянке.