Демоны моих желаний. Темный эллерат

Возможно, так принимал меня новый мир. Истончал связи с прошлым, крепче привязывая к настоящему, и настойчиво подбрасывал самые яркие моменты моего пребывания здесь. Мама, папа, старший брат и племянники. Сашка. Друзья. Меня для них более не существовало. Я не помнила лиц. Только то, что крепко любила их когда-то. Но Ленка Аникина умерла, разбилась, превратившись в кровавое месиво. А у новой Леа, кроме имени, ничего нет. Даже вещи, в которых прибыла, куда-то исчезли. Все, что у меня есть, – это Рей. Быть может, если бы он полюбил меня, этого было достаточно. Но вспыхнувшая страсть, как наваждение. Дикий голод, утолив который демон вернется к прежней жизни, в которой уже не будет меня.

Ощущение уязвимости и собственной слабости липкой паутиной опутало сознание. Забеспокоилась и Сцина, присутствие которой поначалу не заметила. Она дремала, притулившись на пуфе и облокотившись на боковину хозяйского кресла. Багровый отпечаток с полосой изогнутого шва остался на красной коже. В полусонных глазах сквозила тревога.

– Доброго дня, госпожа, – девушка склонилась, придирчиво рассматривая мое лицо, будто могла отыскать следы кошмарных сновидений, – плохой сон? Вы выглядите напуганной.

– Добрый… эээ, день. Все нормально. Что-то действительно приснилось. Не помню уже.

– Желаете принять ванну? Я уже приготовила. Пойдемте. Если голодны, распоряжусь насчет завтрака. Вы где предпочитаете есть? Можно накрыть в столовой. Или в ваших покоях. Или в гостиной господина Крейгсхарта.

– Пожалуй, останусь здесь, – немного подумав, решила, что так будет лучше. Передвигаться по замку, даже в компании служанки и охраны, побаивалась. Та же охрана и нагоняла страха голодными взглядами.

Хозяйская ванна поразила размерами и вычурностью. Не купальня, а целый бассейн, выложенный натуральным камнем бордово-красного цвета с вкраплениями золота. Зеркальный потолок и стены из черного гранита. Позолоченные кариатиды и фигурные колонны, визуально делящие помещение на небольшие зоны. Что и говорить, демон жил в роскоши. Вчера не удосужилась осмотреться, а сегодня возможностей для этого хоть отбавляй. Одна только кровать размером с вертолетную площадку поражала массивностью и неординарным дизайном. Мощные ножки будто лапы какого-то чудовища. Панель у изголовья инкрустирована камнями. Деревянные колонны по бокам выточены в виде грозных горгулий, глаза которых горят кровавыми рубинами. Вместо прикроватных ковриков, серебристые шкуры гигантских кошек. Одна стена полностью увешана холодным оружием, вторую занимает камин, в очаг которого может поместиться взрослый мужчина. Над кроватью висит громадный щит в два человеческих роста. Внешне выглядит простовато: деревянная основа с натянутой кожей какого-то зверя, металлические заклепки, полустертое изображение оскаленной горгульи, старые царапины и вмятины. Но только даже неискушенному зрителю, вроде меня, становится ясно, что это ценная реликвия, не нуждающаяся в дополнительных украшениях. Сцина рассказала, что щит принадлежал Ришваю Дискаменону, основателю рода и первому эллервангу, объединившему разрозненные кланы и создавшему Темный эллерат.

Насколько поняла, эллерат – это что-то вроде империи, соответственно эллерванг – император. Сейчас Темным эллератом правил эллер Дезварт Анилок. Под его началом находились арреи – главы кланов. Они же первые претенденты на место эллерванга. По всему выходило, Рей занимал один из высших постов в иерархии демонов. Первый аррей – это правая рука императора, Советник и Военный министр в одном флаконе.

– Наш хозяин, – благоговела и восторгалась Сцина, – первый меч эллерата. Сам эллер Анилок не смог победить его на турнире арреев.

Вот это да! – мысленно охнула, – неудивительно, что он пришел в ярость, когда не захотела склониться перед ним.

– Ллеру Дискаменону принадлежат четыре домена, а это треть всей территории Эллерата. Если бы не твари Красной пустыни, прорывающиеся через Пустые земли, хозяин давно стал эллером.

– Сцина, ты что-то про ванную говорила, – напомнила увлекшейся рассказом девушке про насущные вопросы. Не то чтобы мне было неинтересно, но не хотелось мыться в холодной воде. А без помощи служанки я бы не обошлась. Пусть мышцы болели не так сильно, как в прошлый раз, но ссадины и синяки доставляли неудобства, да раздражала непривычная слабость в теле.

Опомнившись, демоница виновато захлопала глазками и забормотала что-то в оправдание. Она споро усадила меня на каменное ложе, установленное прямо в бассейне, и принялась намыливать тело мягкой мочалкой. Затем сделала восстанавливающий массаж и нанесла целебную мазь. Через полчаса я уже восседала за столом в гостиной Рея и уплетала молочную кашу с фруктами, запивая ее ароматным травяным взваром.

Насытившись, решила продолжить изучение апартаментов Рея. Ванная, спальня, гардеробная, гостиная – комнаты были обставлены в темных тонах и изобиловали зеркалами, золотом и холодным оружием. Вся мебель изготовлена из красной древесины, а обивка диванов, кресел и стульев выполнена из мягкой черной кожи. Тяжелые двери окованы металлом, открывались на удивление легко и бесшумно. Кроме одной.

– Что там? – поинтересовалась у Сцины.

– Кабинет хозяина, – пояснила она, – никто, кроме него и тех, кого он пригласит, не смеет входить туда.

– Гм, ладно, – несколько раз подергала ручку и сдалась. Слова демоницы разожгли неуемное любопытство. Впрочем, оно быстро угасло, когда узнала о ловушках и страшных смертях тех несчастных, кто нарушил запрет.

– Расскажи об этом месте, – попросила служанку.

– Про замок? А что о нем рассказывать? Это родовое гнездо нашего ллера и носит название рода, Дискаменон. Его предки жили здесь не одну тысячу лет, можно сказать, что со времен сотворения мира. Род Дискаменонов очень древний и могущественный, недаром же все мужчины в нем носители сильного магического дара. А это значит, они могут выбрать себе в пару любую женщину, все равно ребенок унаследует силу отца.

– Разве бывает по-другому? – я удивилась. Такой, как Рей, никогда не останется в одиночестве. Древний род, высокое положение в обществе, да и сам весьма привлекателен. Будь он хоть последним нищим, я бы…

– Бывает! – заверила девушка, – союзы между высшими заключаются из соображения выгоды и одаренности. Чем больше в клане сильных магов, тем крепче власть и стабильнее положение в обществе. Среди знати популярны брачные контракты, когда пары образуются лишь с одной целью – зачать потомство. Любая демоница обязана выполнить долг перед кланом и родить не менее трех детей от тех мужчин, на кого укажет глава.

– Какое счастье, что я не демоница и никто не заставит рожать по указке! – вырвалось помимо воли.

– Конечно! – радостно поддержала Сцина, – вы же теперь собственность ллера, и дети у вас могут быть только от него.

– Что? Ты? Сказала? – от накатившей злости перехватило дыхание, – какая собственность?

– Госпожа Леа, – испуганно попятилась к дверям служанка, – чем я прогневала вас?

– Какая собственность? – прорычала, впиваясь пальцами в край стола.

– Р-рода Дис… дис-каме-нон! – пролепетала девушка, – вон же метка у вас на плече. Вы ведь сами согласились. Метка принадлежности лучше, чем ошейник повиновения, – нервным движением она коснулась золотого диска на шее.

– Что-о? – пулей выскочила из-за стола и подлетела к ближайшему зеркалу. Без всякой жалости рванула дорогую ткань платья. – Проклятье! Как? Когда? – в памяти мгновенно всплыл момент нашей первой близости и ощущение острой боли в левом плече. – Р-ре-эй!

Сцину, как ветром сдуло. Зато вместо нее примчался запыханный Чейт.

– Госпожа Леа, что… – демон осекся, заметив разодранное платье, – кто посмел? Охрана! – четверо краснокожих влетели в ту же секунду, рассредоточились по комнате, заглянули во все закоулки. Недоуменно переглянулись и вопросительно уставились на лекаря. – Недоумки! – заорал он на парней, – все бы огненное пойло жрать да баб тра… – осекшись, посмотрел на меня, вздохнул и продолжил, – кто входил и выходил в покои?

– Личный подавальщик господина и служанка госпожи, – отрапортовал старший из стражей, – и вы.

– Ответ неверный! – демон щелкнул пальцами и четверка, скорчившись от боли, повалилась на пол.

Ошалелыми глазами я смотрела на это представление и в голове не укладывалось, с чего вдруг Чейту понадобилось демонстрировать такое отношение к низшим. А тут Сцина подоспела и еще какой-то демоненок. У девушки глаза расширились от страха, а потом она тихонько завалилась на стену и сползла вниз. Парень присоединился к стражам, попав под воздействие магии.

– В чем дело, Чейт? – злость на Рея развеялась переживаниями за Сцину и этих парней, – что с ними? И, главное, почему?

– Госпожа Леа, не гневайтесь! Я выясню, кто на вас напал и жестоко покараю. Эти бездельники поплатятся первыми.

– Кто напал? Куда напал? Никто не нападал. Что вы такое говорите? Да с чего, вообще, решили, что мне что-то угрожает? Не надо никого наказывать.

– А как же платье, синяки? – растерялся краснокожий демон, – не сами же вы его порвали?

– Эээ, ну в том-то и дело, что сама. А синяки, ну… это Рей… – к щекам прилила краска и уши запылали от смущения. Яркие фрагменты о действиях одного ненасытного демона и понимание того, что весь замок опять был невольным свидетелем, нахлынули одновременно. Ухмылявшиеся красные рожи стражей только подтвердили, что они в курсе происходящего в хозяйской спальне.

– Чего скалитесь, уроды? – Чейт размахнулся и вдарил рукой по воздуху. Тот невидимым хлыстом впечатал бедолаг в стену. Сцина только пискнула, придавленная одним из стражников. – По десять плетей каждому, а этим, – указал на девушку и поваренка, – и пяти хватит.

Я мявкнуть не успела, как вся компания вымелась из комнаты. А демон, совершенно спокойный и умиротворенный, подошел ко мне и принялся сводить синяки. И платье удивительным образом восстановилось. Минуту я осознавала, что все это магия в исполнении демона, а устроенное представление лишь реакция на мой плачевный вид.

Но Сцина-то ни в чем не виновата! – запоздало, додумалась я, – и никто не виноват. Так, за что их наказывать? Он серьезно говорил про плети? Их будут пороть?

– Чейт, вы могли бы никого не наказывать? – молитвенно сложила руки на груди, – они же ни в чем не виноваты. Это я порвала платье, чтобы посмотреть на метку. Я не знала о ней и… что она означает? Это навсегда?

– Ничего отменять я не буду, госпожа Леа. Тем более что плетей они уже получили. И в том, что не виноваты, заблуждаетесь. Они грязь под ногтями. Низшие. И должны благодарить Создателя, что не запорол до смерти.

– Но Сцина…

– Тоже заслужила! Она обязана следить, чтобы вы ни в чем не нуждались. И сразу позвать меня, чтобы залечил раны. Прикажу выкинуть ее на скотный двор, пусть свиней обслуживает и свинопасов. Вам пришлют более достойную служанку.

– Не нужно, прошу вас! – испугавшись, что моя несдержанность обернулась такими последствиями, вцепилась в руку демона, – Сцина меня во всем устраивает. Ей же успели дать плетей, наказали. Пусть останется. Пожа-алуйста.

– Только из уважения к вам, госпожа Леа. Второго шанса у девчонки не будет. Малейший проступок, и на цепи пойдет.

– С-спасибо, – гулко сглотнув, представила, что бедная Сцина, да на той цепи, где взрослые мужики умирали, и круга не продержится.

– Госпожа, не стоит так переживать из-за каких-то навозных червей. Ваша забота – это господин Крейгсхарт. А метка, про которую спрашивали, как раз подтверждала, что он ценит вас. Ваша жизнь принадлежит только ему. И любой, кто косо посмотрит, прикоснется или навредит, подвергнется пыткам и умрет. Снять ее может только тот, кто наложил, или…, впрочем, другой способ вам вряд ли понравится.

– П-почему?

– Потому что в этом случае вы погибнете, – хмыкнул демон, – ну-с, оставим эту тему. Я, собственно, как раз и направлялся к вам, когда почувствовал… эээ, всплеск эмоций. Сильных. Господин поручил разобраться в этом вопросе, разрешил осмотреть и провести несколько опытов.

– Каких еще опытов? Я вам что, свинка морская? Крыса? – в воображении предстало мрачное подземелье, безумные ученые и жертвы вивисекторов, привязанные к столам в окружении кучи трубок и пыточных приспособлений.

– Ни в коем случае! Не бойтесь. Это не займет много времени и совершенно безболезненно, – заверил Чейт.

– Ну, если так, то согласна.

Сделав знак, чтобы следовала за ним, демон направился к выходу. Кабинет и лаборатория лекаря располагались отдельно от основной части замка. Мы миновали несколько залов и длинный крытый переход, соединяющий башни, а после совершили утомительный подъем по винтовой лестнице. Первым впечатлением от вотчины Чейта было ощущение жуткого беспорядка. Многочисленный столы с какими-то трубчатыми конструкциями, керамические трубы, спиралью уносящиеся под потолок, шкафы с многочисленными склянками. Свитки и книги, разбросанные, где попало, чертежи. Магический очаг с громадным котлом на треноге, колбочки, мисочки, пестики и ступки. Один угол полностью завален и завешен пучками различных трав.

Логово сумасшедшего алхимика!

– Не обращайте внимания, госпожа, – демон без труда определил, какое впечатление произвел его «кабинет», – как бы ни пытался навести тут порядок, а стоит увлечься работой, все одно получается это. Присаживайтесь! – смахнул с ближайшего стула ворох свитков, протер рукавом сиденье, – я просканирую вас магически. Потом сделаю ряд тестов. Еще понадобится немного вашей крови.

Тяжко вздохнув, кивнула и устроилась на предложенном месте. Чейт встал за спиной и замер. По тому, как голову окутало теплыми потоками, что волнами пробежались по телу, догадалась, что он магичит. На самом деле, ничего страшного, наоборот, приятно и усыпляюще.

– Гм, – демон обошел вокруг, захватил мой подбородок, покрутил лицо, оттянул одно веко, другое, – откройте рот, покажите язык, скажите «А-а». Гм. Странно.

– Что-то не так?

– Да в том-то и дело, что все так. Вы ни разу не маг, госпожа Леа. Абсолютная бездарность. Но только никак не пойму, откуда у вас эта способность? Я же отчетливо чувствую волнение. Оно насыщено нотками страха и любопытства. Это необычно, знаете ли. И то, что вы сейчас спокойны, говорит о мощи воздействия. А вот сильные эмоции ощущаются на огромном расстоянии, и никакие магические барьеры им не помеха. Больше того, вы заставляете других испытывать то же самое.

– К-как это?

Демон развел руками.

– Я бы поверил, будь вы воздушным или водным магом. У них врожденные ментальные способности. Парадокс! Магии нет, а воздействие есть. И я никак не пойму природу этого феномена.

– Может, это потому, что я из другого мира? У нас нет магии. Совсем. Лишь единицы обладают какими-то способностями, и то в сфере предчувствий или предсказаний. Некоторым удается лечить людей, но официальная наука не признает таких мастеров.

– Нет магии, говорите, – лекарь задумался, – такого не бывает. Она есть везде, буквально разлита в воздухе, насыщая собой все живое и неживое. Предположу, что на вашей Земле нечто блокирует ее, но не до конца. Думаю, что попади на Дхаар любой из тех, в ком проявились способности там, здесь он бы стал довольно сильным магом. Вот как, например, это получилось с тобой! Господин рассказал, при каких обстоятельствах обнаружил тебя. Прежде всего, произошел всплеск необычной магии. Именно это привлекло его в сердце Красной пустыни. Потом он обнаружил странный короб из неизвестного металла и стекла. Его не смогли пробить даже песчанники. Жуткие и смертоносные твари, скажу я вам. А тот дикий ужас и страх, каким тянуло из загадочного места, разлился на сотню ардов и притягивал, как магнит. Ллер уже готовился сразиться с новым чудовищем, потому как очень уж все смахивало на ловушку, в которой приманкой служат чистые эмоции, но вместо монстра нашел вас. Прелестное создание, все мысли и чувства которого как на ладони. Изысканный деликатес для нас, демонов. Искушение и дурман, вкусив которого будешь требовать еще и еще.

– Не понимаю. Что это значит? – насчет магии худо-бедно понятное объяснение. А вот каким боком к ней отношусь я и почему это так влияет на местное население, вопрос.

– Мы слишком долго живем, – печально вздохнув, пояснил Чейт, – быстро взрослеем и обрастаем эмоциональной броней. Это помогает нам быть сильными, чтобы бороться за существование. Малыши считаются неприкосновенными до десяти лет, и это самое счастливое время в жизни каждого. Воспоминания о том времени бережно хранятся в глубинах памяти, лелеются и вытаскиваются на свет очень редко. Крепнущая с каждым годом броня покрывает их толстой коркой равнодушия и жестокости. И однажды наступает момент, когда мы просто не в силах вызвать это неповторимое ощущения счастья. Не хватает остроты, живости, натуральности. Заменой всему этому служит азарт хорошей схватки, смертельный риск, плотские наслаждения, чужая боль и страдания. Ни один демон никогда не пропустит драку, даже больше, сам ее спровоцирует. Ни один не пройдет мимо хорошенькой самки и ни один не откажется от пыток. В этом искусстве мы непревзойденные мастера.

– А я… – гулко сглотнув, поежилась. Мысли скакали с одной на другую. По всему выходило, что бесчувственные чурбаны кайфовали за мой счет. А что, если простых эмоций им станет мало, и они начнут давить, или даже пытать, чтобы получить дозу? Они же хуже наркоманов, поголовные садисты.