Последняя жизнь принца Аластора

Глава 3

Королевство темных башен

Озаренное волшебным сиянием уличных фонарей, королевство лежало передо мной. Аластор громко вздохнул. Так вздыхает тот, кто не был дома целых триста двадцать пять лет. Мы стояли у подножия небольшого холма, похожего на гниющее яблоко и разделенного на три уровня. Улицы, кружа вокруг склонов, поднимались наверх и были соединены лабиринтами каменных лестниц. Ближе к вершине дома становились все у́же и выше. Все они были из черного камня.

Я провел ладонью по стене паба, который назывался «Мрачный Грейскейл»[4], если, конечно, можно было доверять покосившейся вывеске. Стена была сложена из кирпичей, но была очень гладкой на ощупь. И я вдруг подумал, что этот паб и другие дома – это темная копия домов в Салеме и Редхуде.

Только здесь они были какие-то… неправильные. Как будто кто-то пытался срисовать чужую картинку, которая лежала вверх ногами. Окна кривые, двери слишком узкие и высокие. Настоящие дома-призраки.

«Да, тот, кто живет на Плоскости, не может иметь дом выше, на Ступенях или в Короне – это третий и четвертый ярусы. Видишь? Вон там, выше всех зданий в городе, за покровом тумана, находится Рогатый Дворец».

Перед нами теперь тянулась улица, которая почти не отличалась от первой, но в ней были еще странные тени, которые я не успел рассмотреть.

На третьем ярусе, который назывался Ступени, дома были примерно такими же, как и на двух нижних, но выглядели они аккуратнее, хотя и стояли один на другом. Это были трех-, четырех- и даже пятиэтажные дома. На каждом этаже у них была крыша, края которой загибались, а по краям были выступы, похожие на когти.

«Вижу, ты потерял дар речи от красоты Нижнего Королевства, – предположил Аластор. – Понимаю. Смотри на мое королевство и трепещи, слизняк…».

– А что там за улица наверху? Там какие-то гигантские деревья… – прервал я его.

Деревья были толще и выше, чем калифорнийские секвойи, только листьев совсем не было. Возможно, я их не видел, потому что до них было далеко, но мне казалось, что кора на этих деревьях превратилась в камень. Многие деревья были повреждены, как будто их клевали гигантские вороны. Длинные сухие ветки тянулись к небу – как будто гигантский паук упал на спину и задрал лапки.

«Это не деревья, бестолочь, – раздраженно ответил Аластор. – Здесь нет никаких омерзительных растений. Это Корона. Разве ты не видишь, как стоят башни? Это зубцы диадемы! Там живут благородные семейства. И моя башня ждет меня там. Вон та, в самом центре. Только…».

– Только что? – спросил я.

Конечно же, его башня была самой высокой. Темные зубцы закручивались спиралью и уходили вверх, теряясь в тумане. Сбоку была металлическая лестница, которая обвивалась вокруг башни, как змея, схватившая добычу.

«Тут… гораздо меньше башен, чем раньше. И стоят они как-то по-другому. И что самое странное…»

– Даже и не знаю, что тут может быть странного, – заметил я.

«Самое странное, – продолжал Аластор, не обращая на меня внимания, – что над каждой башней должен быть сверкающий сгусток магии, похожий на глаз, приглядывающий за королевством. А вот здесь семьи держали свои запасы – подальше от завистливых жителей Плоскости».

Дома на этом ярусе были в плачевном состоянии. Они разваливались, никто за ними не следил. Печальное зрелище. Демоны жили здесь в вечном унылом тумане и постоянном страхе, что крыша упадет им на голову. Кхм. Я вовсе не хотел сказать, что меня волнуют жилищные условия демонов. Нисколько.

«Разумеется, мы иногда спускаемся, чтобы насладиться общением с низшими демонами. Нигде в королевстве тебе не нальют тараканьего сока лучше, чем здесь. Но секрет, возможно, в том, что в сок попадают слезы того убогого, кто его подает».

Я старался не обращать на него внимания. Глаза наконец привыкли к темноте, и теперь я видел Корону наверху и цепи, которые сверху донизу опоясывали несколько башен.

Между ними, то растворяясь в тумане, то появляясь вновь, стояли каменные статуи. В тени башен они выглядели почти примитивно.

– Ладно, – сказал я. Мы потеряли слишком много времени, разглядывая все вокруг, но оторваться от этого зрелища было невозможно. Стоило моргнуть, как появлялось что-то новое. Горгульи из драконьего камня украшали здания. Блестящие острые уступы крыш, готовые пронзить любого, кто рискнет на них приземлиться. Железный забор, украшенный черепами всевозможных форм и размеров. Оранжевые флаги вдалеке.

Впервые я видел и делал то, чего не видел и не делал ни один Реддинг. Да что там Реддинг, ни один человек.

«Не хочу тебя разочаровать, но двадцать семь человек успели случайно оказаться здесь, провалившись в открытые зеркальные порталы. Ты не первый и не единственный».

– Серьезно? – спросил я, рассматривая башни. – И что с ними стало?

«Одного съел тролль, другому почти удалось сбежать, но его поймал Пес из Преисподней и утащил обратно. А остальные…».

– Знаешь, – перебил его я, – не стоит. Обойдусь без этой информации.

Наконец я оторвался от созерцания Короны и посмотрел на пустынную улицу, лежавшую перед нами. Нужно как следует запомнить это место, а потом нарисовать. И спрятать эти рисунки. Если кто-нибудь их найдет, подумает, что я чокнулся и перешел на темную сторону. Да меня просто запрут в сумасшедшем доме.

«Пора идти, – подумал я, – Прю ждет».

Вдруг ее пытают? А еще ее мог съесть тролль. Я бы с радостью вернулся на несколько секунд назад, в то чудесное время, когда я и не подозревал, что это вообще возможно.

– Давай выбираться отсюда, пока час отдыха, или как там, не кончился, – сказал я. – Думаешь, твоя сестра держит ее в Горбатом Дворце?

«В Рогатом Дворце, слизняк. Впрочем, там действительно есть перепады высоты, и он ужасен в своем великолепии…»

Я повернулся в поисках лестницы и вдруг замер. Ярус, где стояли башни, был окружен невысокой кирпичной изгородью, но за ним виднелось только небо.

Я похолодел.

– Дворец зачарован? – спросил я. – Человек не может его видеть?

«Нет, – тихо сказал Аластор. – Он не зачарован».

Но дворца там не было.

– Ал? Ты еще здесь?

Я бросил камень, и он исчез в груде искореженных металлических корзин. Не знаю, что за еду там хранили, но ее давно уничтожили десятки крыс, бегающих по улице. Дерева здесь не было, поэтому все, от пустых телег до дверей и вывесок в торговых рядах, было выковано из металла.

Конечно, Аластор все еще был у меня в голове. Он постоянно сравнивал человеческие эмоции с запахами и вкусами: боль для него была горькой, злоба – медной, презрение – соленым. А я чувствовал его эмоции как смену времен года. Сейчас в моей голове наступила зима, и она становилась все холоднее и страшнее.

«Ты когда-нибудь прекратишь звать меня этой омерзительной кличкой?»

Ну конечно. Аластор всегда реагировал, если задевали его самолюбие.

– Некогда ныть. Если дворца нет, где тогда Пира держит Прю?

«Ныть? Я, между прочим, не какой-то сопляк…».

– Конечно, нет. Я имею в виду, мы не можем ждать, когда ты закончишь себя жалеть.

Аластор фыркнул.

«Смертному этого не понять».

– Я все понимаю, – ответил я. – Но посмотри: крыса ест крысу. Ты же такое любишь! Ну как, полегчало?

Аластор снова фыркнул.

«Полегчало».

Крыса распахнула пасть и, как змея, проглотила соперницу целиком.

Я перешел на другую сторону пустынной улицы. Стоя в тени, прислонился к груде огромных пустых клеток. Рядом по брусчатке прошла новая трещина, над ней со свистом поднялась стена тумана. Я вздрогнул, когда от двери, рядом с которой я стоял, оторвался кусок пергамента и попал мне прямо в лицо.«Закрыто по приказу королевы. Оставайтесь у себя в домах, иначе будете поглощены Пустотой», – прочел я. Внизу на пергаменте стояла печать с рогатым черепом и короной, и надпись: «Да пребудет злоба твоя».

– Что такое Пустота?

Но Аластор обратил внимание на другое.

«Да как она смеет назвать себя королевой, если под ее так называемым правлением Рогатый Дворец пал впервые за пять тысяч лет!»

Я присмотрелся и увидел такие объявления повсюду. Они были прибиты к дверям, выставлены в окнах, кружили, как опавшие листья, в клубах пара, бьющего из-под земли. Аластор ошибался: демоны не отдыхали. На этом ярусе их просто не было.

– Какой ужас, – прошептал я.

«Спасибо», – ответил Аластор.

– Я не о тебе, – пояснил я. – Кажется, ты и сам не знаешь, что это за Пустота, да?

Я почувствовал холодное покалывание, волосы на затылке зашевелились. Свист пара стих, и я услышал звуки – стук шагов. Я обернулся, вглядываясь в соседние здания. Все двери и даже проходы в переулки были закрыты на замки и цепи. Спрятаться тут было негде. Снова шаги, ближе.

– Что делать? – выдохнул я.

«В бочку! – скомандовал Аластор. Ему тоже было страшно, а я из-за этого испугался еще больше. – Быстро!» На улице лежали две перевернутые бочки. Я сорвал крышку с одной, задохнулся от резкого уксусного запаха, заполз внутрь и закрыл крышку.

Тонкий луч зеленого света проник сквозь прохудившийся шов бочки. Затаив дыхание, я приник к отверстию. Из тумана показалась длинная темная морда – ноздри втягивали воздух, слюна капала с острых клыков на темную грязную шерсть и шипела на камнях мостовой.

Мое сердце билось как сумасшедшее, когда огромная собака проходила мимо бочки, цокая острыми когтями по дороге. За ней шла еще одна. Задержавшись на мгновение, она схватила зазевавшуюся крысу. Раздался предсмертный писк. Из пасти тварей, как кровь из свежей раны, текли слова:

– Найти Аластора. Схватить мальчишку. Найти Аластора. Схватить мальчишку…

Псы из Преисподней.

В Салеме нам с Нелл как-то пришлось убегать от них.

Теперь они охотились за Аластором.

«Не шевелись, – произнес Аластор. – Замри».

Я сжал кулаки, чтобы руки не тряслись. У одного из псов был свитер, который я оставил у него в пасти в тот раз, когда мне удалось вырваться.

О черт.

«Раньше в этой бочке был тараканий сок, – сказал Аластор. – И его запах все еще достаточно силен, чтобы перебить твой».

Я с трудом сделал судорожный вдох, когда псы проходили мимо. От запаха уксуса на глазах у меня выступили слезы, я вытер их рукой. Когда я снова выглянул наружу, на улице уже появился другой демон. Фигура у него была похожа на человеческую, только ростом два с половиной метра. И он продолжал расти, его тело растягивалось, как будто было из пластилина. Я зажал рот рукой. Демон нагнулся, рассматривая тротуар. Капля крови… Я нащупал у себя на руке царапину, которую оставила летучая мышь.

Вот я дурак! Если они смогли выследить меня по человеческому запаху, то уж точно найдут с помощью крови. За мной наверняка остался отличный кровавый след. Длинный палец демона подхватил каплю крови с мостовой. Огромный рот распахнулся, обнажая ряды кривых зубов. Черный узкий язык слизнул кровь, демон заурчал от удовольствия.

Его морщинистая кожа была трупного зеленого цвета. Волосы двумя жидкими прядями падали на плечи, спускались до пояса – высушенной змеи, которую он использовал вместо ремня.

На ремне висело зазубренное, как пила, лезвие. На спине у демона сидели светящиеся моли и прогрызали дыры в его черном длинном плаще. Когда демон повернулся, я увидел у него на груди небольшую бутылочку, висевшую на кожаном ремешке. В ней, переливаясь, сверкали несколько сгустков магии. Вдруг с крыши паба с грохотом упал кусок черепицы. Демон резко обернулся на звук. Два лоскута кожи на его лице заколыхались, под ними оказалось восемь глаз. Псы, рыча, подбежали к нему.

«Что… это?» – мысленно спросил я у Аластера.

«Гуль, – ответил он. – Осторожнее. Людей они считают чем-то вроде пирожков с мясом».

– Я знаю, что ты здесь, – пророкотал гуль. – Ты не сможешь прятаться вечно. Сдайся, и, возможно, королева смилостивится над твоей сестрой с огненно-рыжими волосами и позволит сохранить ей жизнь, или хотя бы оставшиеся пальцы.

Меня трясло от ярости, так что пришлось призвать на помощь все силы, чтобы оставаться на месте.

«Сопротивляйся, Проспер. Не дай ему спровоцировать себя мерзкими словами, не выдай себя гневом. Пира прекрасно знает, что может использовать твою сестру как приманку, только пока та цела и невредима. Не поддавайся».

Я закрыл глаза. Мне показалось, что прошло не меньше часа, пока шаркающие шаги гуля и тяжелое дыхание адских псов не стихли вдалеке. У меня свело все мышцы, голова кружилась. Я начал выпрямляться и вдруг услышал отдаленный гром.

«А это еще что?» – подумал я, и меня снова захлестнула волна злости.

Нельзя было больше терять время, прячась как мышь в норе. Сквозь трещину в бочке ничего нельзя было разглядеть. Наверное, гроза приближается.

«Нет, – сказал Аластор. – Подожди. Земля дрожит, как от шагов. Помолчи немного».

И конечно, именно в этот момент мой голодный желудок даже не заурчал, а зарычал.

«Это все ты!» – прошипел я.

«Нет, ты!» – в ответ прошипел Аластор.

Крышку с бочки со скрипом сняли. Внутрь хлынул приглушенный зеленый свет. Огромная рука схватила меня за горло.

Глава 4

Вампир на костре

У демонов есть целый арсенал реакций на ужас, множество реакций. Одни плюются, другие выбрасывают отравленные иглы, третьи – тают, становятся невидимыми или трансформируются. У людей, к сожалению, вариантов только два: бей или беги. Но мальчик не мог делать ни того, ни другого, когда огр вытащила его из бочки и подняла в воздух.

Слабые пальцы и ломкие ногти Проспера не могли помочь ему процарапать путь к свободе. Ее хватка только усилилась, когда она поднесла мальчика поближе, чтобы рассмотреть. Проспер думал, что огры похожи на лягушек из мира людей, и Аластор согласился, что некоторое сходство, пожалуй, есть. У них была гладкая кожа вполне достойного сочетания серого, коричневого и зеленого. Лицо, на котором вместо рта было подобие клюва, покрывали пятна, похожие на веснушки, а с обеих сторон торчали небольшие кривые клыки.

– Ты разве не умеешь читать, демон? – спросила огр. – Кто-то наложил на тебя смертельное проклятье, и ты решил вернуться? Пустота придет сюда уже через несколько дней, а может и часов. Быстрокопье, гляди! Я же говорила, что мы найдем дураков, которые придут сюда мародерствовать. Да он воняет тараканьим соком! Уже не в себе, не понимает, в какой он опасности!

Аластор очень удивился, что ее речь была такой связной, и что она так хорошо подбирала слова, даже несмотря на то, что дикции сильно мешали клыки.

Огры были известны тугоумием и внушительными размерами. Им обычно давали задания, в которых большого интеллекта не требовалось, например, сложить камни или подержать на плечах накренившееся здание. Это был предел возможностей их куриных мозгов. Почему же кто-то решил заняться столь неблагодарным делом, как обучение этих болванов? Вдалеке на дороге появился второй огр. Он вышел из пустого здания, которое проверял. Пока он пытался сформулировать мысль, его трясло, как от скорпионьего укуса. Аластор понял, что стояло за его растущей тревогой.

Оба огра были одеты в доспехи из драконьей чешуи, украшенные лентой из оранжевого паучьего шелка, которая тянулась от плеча к бедру. Другими словами, в форму Королевской гвардии. Самые доверенные и смертоносные из бойцов правителя. Лучшие воины, которые незамедлительно обезвредят угрозу и, не раздумывая, отдадут жизнь за своего господина. Гвардия отца Аластора в основном состояла из оборотней, которые справились с первым приступом лунной болезни и полностью излечились, став прекрасно обучаемыми. Подумать только, Пира отдала эту честь ограм…

Сейчас Аластор хотел вернуться в собственное тело, как никогда раньше, хотя бы для того, чтобы его вырвало. Неужели сила его отца настолько иссякла, что ей пришлось использовать силы низших демонов? А дальше что? Хобгоблин, охраняющий королевские сокровища?

«АЛ… АЛ… АЛ… АЛАСТОР! – голос мальчика наконец прорвался сквозь размышления демона. – Поможешь? Можешь помочь?»

– Говори… Что ты за демон? – требовательно спросила огр.

«Ни слова», – предостерег Аластор.

Мальчик был весь покрыт корочкой дерьма и издавал резкий запах тараканьего сока. Не факт, что огры смогут признать в нем человека, пока тщательно не отмоют.

Второй огр склонился над ним, чтобы как следует рассмотреть. Зловонное дыхание вырывалось из его рта. Мальчик непроизвольно вздрогнул.

– Посмотри, какая у него бледная кожа под слоем дерьма. Это наверняка вампир!

«А ты и вправду обладаешь определенной бледностью свежего трупа», – заметил Аластор.

«Конечно, я бледный. Сейчас же не лето», – раздраженно подумал мальчик.

– У-у-у, – сказала женщина-огр, схватила Проспера за лицо и открыла ему рот двумя пальцами, – но его зубы. Такими и червяка не перегрызть. У кровавой гадюки и то больше.

– А в этом как раз и смысл. Ты что, не понимаешь, Орка? – ответил ее напарник. – Он спилил клыки и обмазался дерьмом, чтобы прошмыгнуть незамеченным, потому что его собратьев уже взяли. Он хотел провести нас. Думал, что самый умный, но просчитался. Кровосос!

– Э-э, – начал было Проспер. – Минуточку…

«Слизняк, большая честь, что тебя приняли за благородного вампира».

Орка сжала его сильнее, и мальчик начал задыхаться.

«Давай сбежим, – предложил он, – ты же можешь использовать свою силу?»

«Не могу использовать ее и остаться незамеченным, – ответил Аластор, – мне нужно время. Я придумаю решение этой проблемы».

Аластор заметил сомнения мальчика и то, что он ему не доверяет, но отмел все это прочь. Он был хитрым. Самым хитрым в своей семье, и, возможно, во всем Нижнем Королевстве. Конечно, даже если Аластор не мог сделать ничего другого в такой ужасной ситуации, огров-то он перехитрить мог.

– Замечательно, – сказала Орка, ее улыбка становилась все шире, – если мы поторопимся, успеем к костру.

– Отличный план, Ал, – прошептал мальчик. – Ве-ли-ко-леп-ный.

Тележка резко свернула с вымощенной брусчаткой улицы и покатилась по дорожке, петляющей вокруг горы.

Вместо того чтобы идти в обход второго уровня, Сада Костей, дорога разделилась на две, одной из которых Аластор не помнил. Новая мощеная дорожка была ровной, как тротуары в мире людей. Душегуб тут же возненавидел ее, просто чтобы куда-то направить сжигающую изнутри злость.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.