Опасные волны

Katja Brandis

SEAWALKERS. WILDE WELLEN

Cover and illustrations by Claudia Carls

© 2020 by Arena Verlag GmbH, Würzburg, Germany. www.arena-verlag.de

© Теремкова О., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Посвящается Басти и Фло

Что будет, если позвать на вечеринку тысячу друзей из соцсетей? Можете себе представить. Нечто подобное произошло у нас в школе «Голубой риф»: наш оборотень-питон Элла пригласила всех своих друзей и родных из болот Эверглейдса к нам в школу. Вчера, вечером воскресенья, здесь объявились целые полчища рептилий. Только этого мне не хватало!.. У меня своих проблем выше крыши: в облике тигровой акулы меня боятся одноклассники, родители знать меня не желают, а девочка-дельфин на меня обиделась.

Питон в пончике

Разбудить человека можно разными способами – противными и приятными. Все приятные способы растолкать своего друга и соседа по комнате Джаспера я уже перепробовал: щекотал ему брюхо, совал под нос свежую булочку, громко пел его любимую песню. Но теперь настал черёд противных способов – ведь я не хотел, чтобы он получил выговор за опоздание. Я присел на корточки, разглядывая коричневого броненосца, мирно спящего под кроватью, и заорал во всю глотку:

– НАВОДНЕНИЕ! БЕЖИМ ОТСЮДА СКОРЕЕ!

– Наводнение?! – Джаспер вытаращил глаза-кнопки, подпрыгнул, ударился о нижнюю часть кровати и, пища, шмыгнул между моих ног к приоткрытой двери.

Я ошарашенно смотрел ему вслед. Надо же, сработало!

– Это всего лишь учебная тревога, – успокоил я его. – Мы идём завтракать – ты с нами?

Хорошо, что мою учебную тревогу никто больше не слышал: все остальные ученики давно были в столовой. Хотя нет, не все: через пальмовую рощицу проползал питон. Наверное, это один из новых учеников во втором обличье.

Джасперу было не до него – он сел передо мной на задние лапы, встревоженно глядя мне в лицо:

– Так наводнения точно не будет?

– По крайней мере, я ничего такого не слышал, – заверил я друга.

– Акулы такие гадкие! Я страшно перепугался! Хочешь пощупать мой пульс? Всё никак не успокоится!

– Нет, спасибо, – отказался я. – Хочешь завтра проспать?

– Ладно, не придирайся. – Джаспер-броненосец стряхнул с панциря комки земли, взял передними лапами плавки и посеменил в душевую. Вернулся он в облике невысокого круглолицего лохматого мальчика с доверчивыми карими глазами. Нащупав на прикроватной тумбочке очки, он нацепил их на нос. – Идём, Тьяго. Я проголодался!

Я, разумеется, тоже: тигровые акулы и в человеческом обличье весьма прожорливы. Но куда важнее мне было, с кем я, скорее всего, сейчас встречусь в столовой. У меня всякий раз странно колотилось сердце, когда я вспоминал, каким взглядом смерила меня Шари после моего дурацкого замечания на вечеринке по случаю дней рождения Холли и Финни. И как я только мог ляпнуть нашему оборотню-дельфину Ною такую глупость! Эти слова до сих пор звучали у меня в ушах. «Ты что, тоже в неё влюблён?» – «Глупости, с чего ты взял?» Я произнёс это таким пренебрежительным тоном, будто эта мысль абсурдна, будто Шари недостаточно хороша для меня. Я слишком поздно заметил, что она всё слышала. Теперь я тем более не мог ей признаться, что она для меня и правда гораздо больше, чем лучшая подруга. Вдруг эта чудесная девочка-дельфин знать меня больше не желает?

Шари пока нигде не было видно… В столовой стоял невообразимый шум. До меня донеслись чьи-то вопли, звон и грохот. Растерянно переглянувшись, мы с Джаспером попытались рассмотреть сквозь стеклянную боковую дверь, что там происходит.

– Вот же дождевой червяк! – вырвалось у Джаспера.

Осторожно протиснувшись внутрь, мы по колено в воде пошлёпали к буфету. Ни малейшего шанса подобраться к еде – для этого пришлось бы балансировать по спинам шести аллигаторов, которые перессорились из-за ветчины и сырной нарезки и разодрали то и другое на мелкие кусочки. По продуктам для завтрака, извиваясь, ползла девочка-питон.

– М-м-м, выглядит аппетитно, с чего бы начать? – услышал я её мысли, когда она широко разинула пасть, чтобы проглотить кусок масла. – Хотите сладкого, ребята? – Ловким движением она опрокинула банку с ананасовым вареньем, и её содержимое закапало в открытую пасть одного из аллигаторов.

Мелкий оборотень-змея застрял в кольце пончика с корицей и, вопя «Помогите, вытащите меня отсюда!», пытался освободиться и одновременно откусить от пончика. В результате остальные пончики покатились во все стороны.

Упитанная буро-серая рептилия, опираясь передними лапами о буфет, пастью ловила сыплющиеся сверху пончики.

– Спасибо, Тино, здесь так круто! – воскликнула девочка-аллигатор Полли, и буфет закачался под её весом.

Наш повар и завхоз Джошуа превратил руки в щупальца и героически пытался отстоять хотя бы несколько булочек и блюд с нарезкой. Кроме того, он держал вне досягаемости банку с шоколадной пастой, за которой тянулся один из новеньких в человеческом обличье – темноволосый спортивный мальчик по имени Кегор, пытающийся макнуть туда булочку целиком. Джошуа в отчаянии посмотрел на меня. Надо скорее ему помочь.

– Эй ты, у людей так не принято, – сказал я Кегору и оттащил его в сторону, а Джаспер тем временем пытался освободить застрявшего в пончике малыша-питона Тино.

– Мы не люди, а морские оборотни! – Мальчик сердито зыркнул на меня, пытаясь вырвать руку. Не успел я опомниться, как мы уже боролись. Мой противник оказался чертовски силён – сразу видно, что ещё недавно он жил диким хищником в болотах. Потеряв равновесие, мы с громким всплеском плюхнулись в воду, где плавали хлопья, куски сыра и дынные дольки, и продолжили драться. Рядом с нами опрокинулся графин с апельсиновым соком, и нас накрыло большое жёлтое облако. Вкуснятина.

Во время борьбы Кегор превратился в аллигатора и извивался изо всех сил. Пытаясь его удержать, я ударился головой об одну из лодок, в которых можно есть. С перепугу я нахлебался воды и начал задыхаться. Мне нужно дышать, причём под водой! Мы уже тренировались частично превращаться, но всего два раза, и получалось у меня пока не очень. Не важно – сейчас просто обязано получиться. Я представил, как у меня в человеческом обличье отрастают акульи жабры… открыл под водой рот – и… хлебнул противной смеси солоноватой воды и апельсинового сока. Жабр нет и в помине. Чёрт!

Пока я отплёвывался, аллигатор сумел вывернуться, ударил меня покрытой щитками мордой и навалился всей тушей, увлекая под воду. Он что, хочет утопить морского оборотня?!

Эй, у меня же прирождённый талант к превращениям, напомнил я себе, уже наполовину захлебнувшись, и продолжил бороться. Неужели мне, чтобы уцелеть, придётся превратиться в тигровую акулу?! Но тогда меня точно ждут неприятности!

И вдруг у меня получилось. Тело у меня осталось человеческим, но я почувствовал, как вода струится через мои жабры, – и перестал задыхаться.

Когда я внезапно прекратил дёргаться, Кегор замешкался – и я тут же этим воспользовался: перевернулся, подтянулся вверх, ухватившись за его бок, и оседлал его, как на родео. Теперь я обвивал его руками и ногами – у него больше не было шансов. Новенький ещё немного потрепыхался и затих.

– Тебе не говорили, что ты бесишь? – буркнул он.

– Ты бесишь ещё сильнее! – выпалил я, выпрямился и отряхнул хлопья с волос. – Обещаешь вести себя прилично?

– А что я такого сделал? – В голосе Кегора слышалось искреннее недоумение. – Мы просто завтракаем – вы же не хотите, чтобы мы голодали?

– Вот именно! Кто первым схватит еду, тому она и принадлежит – не мог бы ты наконец меня отпустить? – возмутился юный оборотень-питон и угрожающе разинул пасть перед испуганным Джаспером. – Не то укушу!

– Но я… всего лишь хотел тебе помочь! – пролепетал Джаспер.

– Внимание, новые ученики: в нашей столовой вы либо едите по нашим правилам, либо не едите вообще! – Отчётливый раскатистый голос. Обернувшись, я с облегчением увидел, что наконец-то – почему, спрашивается, только сейчас?! – кто-то из учителей пришёл навести порядок: мисс Уайт – учительница, которая вела у нас борьбу и выживание, звероведение и поведение в особых ситуациях. Оборотень-косатка, широко расставив ноги и подбоченившись, стояла у входа и рассматривала новых учеников взглядом, приводящим в оцепенение даже самых диких рептилий. Никто не шевелился – все смотрели на неё. Все чувствовали, что во втором обличье она могучий зверь. – Завтрак для вас окончен, – сурово продолжила мисс Уайт. – Джошуа даст вам всё необходимое для уборки, и вы наведёте здесь чистоту, ясно? Включая частичную смену воды в столовой!

– Вот именно, – облегчённо поддакнул Джошуа.

Я превратил жабры обратно и на всякий случай ощупал щёки, чтобы убедиться, что жабры действительно исчезли. Тяжело дыша, мы с Джаспером стояли рядом, разглядывая хаос. Стайка мелких рыбёшек, обитающих в столовой, уже активно помогала в уборке – можно назвать это праздником хлопьев. Но в остальном в столовой было на удивление пусто.

– А где же остальные наши одноклассники… и ребята второго года обучения? – спросил Джаспер. Верно: все знакомые куда-то подевались. Только Барри и Токо – барракуда и аллигатор – в человеческом обличье забавлялись, глядя на проделки новеньких. Кегор, мой недавний противник, как раз жаловался им на меня, и все трое буравили меня глазами.

– Странно – не могли же они все сбежать? – обратился я к другу, а мисс Уайт уже отчитывала хулиганов и разъясняла им, что здесь впредь будет иначе. – По крайней мере, Финни, Крис и дельфины наверняка помогли бы усмирить новеньких из болота.

Аппетит у нас всё равно пропал, поэтому мы отправились искать других учеников – дальний мысленный зов мы пока не проходили. Я знал, что в хижинах их нет, но и в классной комнате мы никого не обнаружили. Очень странно.

Наконец мы с Джаспером их нашли. Они столпились в холле вокруг большого аквариума, где жила мисс Монк, морская анемона, которая обычно изнывала от скуки и неслышно для людей сообщала нам о приходе посетителей. А вот и Шари – стоит рядом с другими оборотнями-дельфинами! Жаль, мне видно только её спину и светлые локоны: она сосредоточенно разглядывала рифовый ландшафт.

– Ой, какие милашки! – пробормотала она.

– Просто очаровательные! – вздохнула Финни, девочка – морской дьявол с выкрашенными в неоново-синий цвет волосами.

– Да, невероятно забавные, – согласился Ной, один из трёх дельфинов в нашей школе. – Но ему и правда пора с этим завязывать – кому от этого лучше?

Эй, минутку, что там происходит?

Кто трогает акулу…

Надеюсь, в аквариуме никто не попал в беду – других причин, почему все вокруг него столпились, мне на ум не приходило. Мы с Джаспером протиснулись вперёд и обнаружили, что все наблюдают за Линусом, во втором обличье – жёлтым морским коньком. У животных его вида детёнышей вынашивают самцы, и после двухнедельной беременности, видимо, настал момент родов. Я наблюдал, как тело Линуса судорожно сжалось, и из сумки на его животе катапультировался миниатюрный морской конёк. Шевеля тонюсенькими плавниками, он бестолково плавал рядом с тремя новорождёнными братьями и сёстрами.

– Ух ты! – воскликнул я. – Поздравляю, Линус! А мама кто?

– О, спасибо! Мама – жёлтый морской конёк, которого я повстречал недавно, – ответил немного утомлённый Линус. – Так, малыши, можете оставаться здесь сколько захотите, а можете и выплывать в море, хорошо?

– Линус, это так эгоистично с твоей стороны! – возмутился Нокс, рыба-попугай. Двое новорождённых крутились вокруг его головы словно мухи. Он пошевелил плавником – и малышей отшвырнуло в сторону, словно в сильный шторм. – Сколько у тебя уже детей? И всё лишь ради того, чтобы на время беременности получить освобождение от уроков превращений и борьбы!

– Ничего подобного, – обиделся Линус. – Мне просто нравится их вынашивать. У меня уже десять детей. Или что-то около того.

– И ты что, совсем о них не заботишься? – скептически спросила Шари. – А вдруг некоторые из них – морские оборотни, которые однажды превратятся под водой и утонут в человеческом обличье?

– А каково тебе будет, если кого-нибудь из них съедят? – спросил Крис, долговязый сёрфер-блондин, во втором обличье – калифорнийский морской лев.

– Ну, такова морская жизнь – к тому же я всё равно об этом не узнаю, – возразил Линус, и все, кто его слышал, возмущённо застонали.

От горечи у меня в горле образовался ком. Родители, которых не интересуют собственные дети… Мне это до боли знакомо.

– Линус, если будешь и дальше так плодиться, то уподобишься гадким крысам, – сказала Элла – как всегда идеально выглядящая девочка-питон: сегодня она была в малиновом топике с открытым животом и в белой мини-юбке.

Меня передёрнуло. «Гадким крысам»… Раньше я и сам бы наверняка такое сказал. Но это было до того, как я узнал, что мой бывший одноклассник Рокет – оборотень-крыса. Иногда он делал пакости, но вообще был славным. Он помог мне в борьбе с гангстерами, сливающими в воду отраву, и с Лидией Леннокс – без него мне пришлось бы туго. Хотя он решил остаться в обычной школе, я обещал спросить, нельзя ли ему брать у нас индивидуальные уроки превращений и других подобных вещей.

– Крысы не такие уж и плохие, – вмешался я и тут же увидел, как Токо с мрачным видом что-то шепнул Элле на ухо. В её глазах полыхнула холодная ярость. Ага, видно, она узнала о моей утренней стычке и, конечно же, была на стороне своей родни.

Но взгляд мой приковала не Элла, а Шари. Заметив меня, она кивнула мне, но лишь мимоходом. Дружит ли она ещё со мной, или моё дурацкое замечание всё между нами разрушило? Хотелось бы знать.

Чтобы отвлечься от раздумий, я решил спросить учителей насчёт индивидуальных занятий с Рокетом. Джаспер остался в холле, а я поднялся на второй этаж, где находился кабинет нашего директора мистера Кристалла.

Когда я проходил мимо секретариата, меня догнали Элла и её друзья Токо и Барри. Я инстинктивно повернулся спиной к стене, чтобы они не могли напасть на меня сзади:

– Чего вам опять от меня надо?

Троица придвинулась ко мне.

– Я только что слышала, что ты причинил боль Кегору, двоюродному брату Токо, – до тебя что, до сих пор не дошло?! – прошипела Элла. – Все рептилии в этой школе – под защитой моей матери!

– А Джаспер – под моей защитой, – напомнил я этим троим.

Бледный рыжий Токо приблизился губами к моему уху:

– Ты грязная вонючка, ты здесь никому не нужен – когда наконец до тебя это дойдёт?!

– Проваливайте, придурки, придумайте что-нибудь поновее, – огрызнулся я.

Зря я, наверное, это сказал. Они, правда, свалили, но Токо, проходя мимо, превратил пальцы в когтистую лапу, чтобы поцарапать мне руку.

Тигровые акулы чертовски быстрые. Я стремительно уклонился в сторону – и… наткнулся на Эллу, которая, видимо, пыталась отрезать мне путь к отступлению. Лишь когда она вскрикнула, я заметил, что тоже частично превратился: моя рука была не смуглой, как обычно, а светло-серой.

– Он меня ранил! – Элла потрясённо показала своим приятелям живот – там, где заканчивался топик. Я с ужасом увидел большую кровоточащую ссадину. Лишь коснувшись шершавой, как грубая наждачка, акульей кожи на своей руке, я сообразил, что произошло. Кто потрогает акулу – поранится до крови.

– Ты покойник! – пригрозил мне Барри, а Токо пытался прикончить меня взглядом. На большее он, очевидно, прямо перед секретариатом не отваживался.

Элла всхлипнула – голос её стал высоким и писк лявым:

– Господи, как больно… Миссис Мисаки должна продезинфицировать рану! Скорее! А вдруг останется шрам?!

Все трое с ненавистью уставились на меня. Потом мальчишки проводили свою ненаглядную в школьный секретариат к миссис Мисаки, которая заведовала в том числе медицинским кабинетом.

Прислонившись к стене, я ждал, когда сердце перестанет так бешено колотиться. Прямо проклятие какое-то: я ничего не собирался делать Элле – и всё равно то и дело нечаянно причинял ей боль или выставлял её на посмешище! Ничего странного, что она всё сильнее меня ненавидит.

Что теперь? «Ты покойник» – звучало у меня в ушах, а я уже знал, как опасна мать Эллы Лидия Леннокс… и какое влияние она имеет как богатый адвокат. Не только она, но и её телохранители тигрицы-близнецы были сущим кошмаром. Для Лидии Леннокс я с первых же своих дней в школе стал врагом её дочери, а значит – низшей формой жизни, которую надо растоптать каблуком.

Я попытался загнать страх поглубже. При необходимости я буду защищаться изо всех сил. Но сейчас речь не обо мне, а о Рокете. Отбросив колебания, я постучался в кабинет директора, и оттуда послышался его голос:

– Войдите.

В кабинете Джека Кристалла собрались все учителя. Я с любопытством разглядывал сгорбленную морщинистую седую женщину с чёлкой. Наверное, это миссис Пелагиус, наша учительница истории и гидрологии, – я ещё ни разу не видел её в человеческом обличье: обычно она в образе зелёной морской черепахи плавала на первом этаже или в море. Мы улыбнулись друг другу.

Наш учитель математики, физики и превращений Фаррин Гарсия смотрел на меня отсутствующим взглядом, словно позабыл, кто я, и Джек Кристалл тоже был чем-то озабочен. Ещё мне показалось странным, что работает телевизор, но мистер Гарсия выключил его прежде, чем я успел разобрать, что это за передача.

– Да? Чего тебе, Тьяго? – спросил меня молодой директор.

– Я… я узнал, что мой бывший одноклассник из Майами – оборотень, – сбивчиво начал я.

– В самом деле? И какой же? – спросил мистер Гарсия.

– Он… э-э-э… крыса. – Я не знал, как они к этому отнесутся, но никто и бровью не повёл. – Он… просил меня выяснить, нельзя ли ему чему-нибудь здесь поучиться – превращениям и всему такому… Он мог бы время от времени приезжать во второй половине дня к нам в Ки-Ларго.

– Боюсь, сейчас не получится, – сказал Джек Кристалл, рослый молодой человек со светлыми волосами, которые всегда напоминали мне, что во втором обличье он белоголовый орлан. – Из-за многочисленных новых учеников из болот у нас нет на это времени.

– Хорошо, что твой одноклассник не морской оборотень: во время превращений его жизни не грозит опасность, – добавил мистер Гарсия. – Я уверен, что он справится.

– Да, наверное, – сказал я. Хорошенькое начало дня! Рокет расстроится. А из-за ссадины Эллы меня наверняка ждут неприятности. Я сделал над собой усилие – лучше сказать об этом сейчас. – Э… вот ещё какое дело… Элла, Токо и Барри только что пытались напасть на меня в коридоре… – Я описал, что произошло, и восторга мой рассказ ни у кого из учителей не вызвал.

– Разве мы не договаривались, чтобы ты как опасный оборотень вёл себя особенно осторожно? – напомнил мне мистер Гарсия. – В ближайшее время мы уделим особое внимание контролируемым частичным превращениям, а ты будешь тренироваться сколько сможешь, понял? В том числе в свободное время!

– Да, сэр, – сказал я, радуясь, что меня не собираются исключать из школы.

– Пойду посмотрю, как чувствует себя Элла, – сказал мистер Кристалл и встал.

Я поспешил убраться.

Да, из-за приглашённых Эллой рептилий в школе, к которой я прикипел всем сердцем, всё теперь шло не так. Но дело, очевидно, было не только в этом – иначе другие учителя присматривали бы за учениками в столовой. Что-то надвигается – я был в этом уверен. Вопрос только – что. Имеет ли к этому отношение Лидия Леннокс, мать Эллы? Нет, глупости: не могла же она так быстро узнать о происшествии в буфете.

После сумбурного завтрака в желудках у нас с Джаспером было всё ещё пусто, поэтому мы заглянули в кухню, которая, к счастью, избежала разорения, и сделали себе бутерброды. Потом начался первый урок.

– Иди, я тебя догоню, – сказал я Джасперу.

Сунув под мышку непромокаемые письменные принадлежности и прочный планшет, заменяющий нам учебники, он пошлёпал в наш классный кабинет, который тоже был по колено затоплен водой. А я отправился искать мисс Уайт. Последние недели она, как и обещала, тайно со мной занималась, и мне снова нужен был совет. Она приветливо взглянула на меня:

– Что такое, Тьяго?

– Мы можем поговорить где-нибудь, где нас никто не услышит? – спросил я, и мы пошли в кабинет для проектов на втором этаже. Потом я смущённо сказал: – Эта драка с кузеном Токо… Я опять взбесился.

Учительница борьбы задумчиво посмотрела на меня:

– Ну, я тоже – ещё как. Но если чувствуешь, что выходишь из себя… Отвернись, если возможно. Попытайся подумать о чём-нибудь приятном, чтобы выбраться из этого туннеля. И дыши, глубоко дыши. Попробуй прямо сейчас, хорошо? – Я глубоко вдохнул и почувствовал, как начинаю успокаиваться. – Но иногда спокойствие может помешать, – сказала мисс Уайт, и у меня округлились глаза, когда она подошла к двери и заперла её изнутри. – У нас в школе сейчас очень много аллигаторов, – продолжила она. – Я, конечно, не могу показать классу на борьбе и выживании, как их одолеть, а то поссорюсь с Токо, Нестором, Эллой и их родителями. Но есть один приём, который может тебе пригодиться.

– Интересно, – сказал я, стараясь не выдать своего восторга.

– Ты правильно сделал, что забрался Кегору на спину, – объяснила мне мисс Уайт, торопливо взглянув на часы. – В следующий раз сделаешь так же, а потом обхватишь аллигатора обеими руками за челюсти и потянешь вверх. Ему придётся запрокинуть голову и замереть. В самом крайнем случае можешь замотать ему пасть плотным скотчем. – Она показала мне, как это проделать с креслом-мешком, и заставила повторить. Хорошо, что никто не видел, как мы душим кресло-мешок.

– Суперприём, – сказал я. – Спасибо. Но если я обмотаю скотчем морского оборотня, меня отчислят.

Моя любимая учительница вскинула брови:

– Но это лучше, чем ходить с изжёванной рукой. Или лишиться ноги.

– Тут вы правы, – согласился я, и мы с усмешкой переглянулись.

– Не вздумай кому-нибудь рассказать, что я тебе это показала! А теперь марш на урок – мне тоже пора.

Странный посетитель

В класс я вошёл последним.

Светлые локоны Шари были ещё влажными.

– Привет, – дружески поздоровалась со мной она.

Просто дружески. Не так сердечно, как раньше. Меня это расстроило.

– Ну что, опять плавала прошлой ночью в дельфиньем обличье? – спросил я, делая вид, будто всё в полном порядке.

– Да, посмотри, – и она показала мне две найденные ракушки. – Это для моей коллекции. Мне нравится собирать вещи, хотя дельфины вообще-то таким не занимаются.

– Ты ведь не только дельфин, – заметил я и решил при первой же возможности найти ей ещё более красивую ракушку.

Оглядываясь в поисках свободного места, я обнаружил, что стулья рядом с Шари уже заняли её друзья-дельфины Ной и Блю. Мы с Джаспером подошли к Ноэми, оборотню-пантере, – раньше её держали в качестве домашнего питомца, а потом хозяин бросил её в Эверглейдсе. Мы нашли её там, умирающую от голода, во время нашей поисковой экспедиции и привезли к нам в школу. Здесь, внутри, ей, видимо, было слишком мокро, и она забралась на парту. Она помурчала в знак приветствия, с интересом слушая, как мистер Гарсия натаскивает нас в математике. Крис, как обычно, опоздал, и учитель строго на него посмотрел. Но его это не волновало – тоже как обычно.

– Кстати, где остальные новички – ты их не видел? – шепнул мне Джаспер, пока я корпел над сложным уравнением.

– Из них сформировали ещё один первый класс – только для рептилий, – прошептал я в ответ.

Судя по шуму, урок проходил в соседнем кабинете. Я был очень рад, что трудных новичков не попытались засунуть в наш класс.

Но Элла, Токо и Барри, увы, никуда от нас не делись. Элла с покрасневшими глазами и огромным пластырем на животе молча сидела на своём месте и игнорировала меня. Токо попытался поставить подножку Финни, которая пошла в туалет. Но Финни просто перешагнула через его ногу, не удостоив троицу взглядом. Токо, Элла и Барри разочарованно тыкали в свои планшеты. Рассказала ли уже Элла матери, что я сделал с ней на этот раз?