Миссия выполнима. Удары израильского спецназа
- -
- 100%
- +
Несмотря на темное время суток, Бейрутский международный аэропорт можно было легко видеть за несколько километров. В свете прожекторов и сигнальных огней он сиял, словно огненный остров. В то время как началась операция «Преподношение» (21:18), на летном поле деятельность была в самом разгаре.
Прежде чем началась высадка спецназа, начала действовать «группа Чита». Летя на предельно низкой высоте в легком вертолете, группа подполковника Коэна сделала два круга по периметру аэропорта, сбросив в общей сложности 95 дымовых и 20 сигнальных шашек. Вокруг аэропорта поднялась настолько плотная стена дыма, что движение на некоторых участках было практически полностью остановлено. Вслед за этим вертолет «группы Чита» сбросил на трассу и дороги, ведущие в аэропорт, огромное количество гнутых гвоздей и пластиковых пакетов с жирным гелем. На дорогах тут же образовалась длинная автомобильная пробка. Около десятка машин, потеряв управление, столкнулись между собой, заблокировав основную магистраль и практически полностью парализовав автосообщение в районе аэропорта. В дополнение к этому вертолет «группы Чита» открыл предупредительный огонь по остальным машинам. Водители остановились и в панике разбежались кто куда.
Только после того, как группа подполковника Элиэзера Коэна выполнила свою часть задания, был подан сигнал к началу высадки спецназа. Едва коснувшись взлетно-посадочной полосы, вертолеты вновь поднялись в воздух и, отлетев в сторону, замерли над морем, чтобы в нужный момент вернуться за спецназом.
Одним из первых в Бейрутском международном аэропорту со своим полевым штабом высадился бригадный генерал Эйтан. Командный пункт был устроен прямо в центре аэропорта, напротив пассажирского терминала, в здании, где была размещена пожарная часть и служба скорой помощи Красного Полумесяца. Перепуганному обслуживающему персоналу было позволено подняться на второй этаж и наблюдать за тем, как группы спецназовцев хладнокровно уничтожают один за другим пассажирские самолеты.
«Группа Узи» во главе с командиром «Сайерет Маткаль» подполковником Узи Яири (Uzi Yairi) высадилась в северной точке «западного сектора» и сразу же обнаружила в конце взлетно-посадочной полосы три группы пассажирских самолетов. В первой, самой близкой, было три самолета, во второй – пять, и в третьей, находившейся на приличном расстоянии от места высадки спецназа, было по меньшей мере три самолета, чью принадлежность из-за плотной завесы дыма было крайне сложно определить.
Первая группа пассажирских самолетов была уничтожена одним мощным зарядом, так как все три самолета находились на достаточно близком расстоянии друг от друга. Затем «группа Узи» стала продвигаться в южном направлении по взлетно-посадочной полосе, методично взрывая попадающиеся на ее пути самолеты арабских авиалиний.
В самый разгар операции, откуда-то из плотной дымовой завесы, прямо на передовой отряд спецназа вылетел легковой автомобиль, по всей видимости сбившийся с дороги. Не дожидаясь, пока автомобиль приблизится на опасное расстояние, подполковник Узи Яири, находившийся в головной группе, выбежал вперед и дал несколько предупредительных автоматных очередей. Лишь после этого машина резко развернулась и скрылась в темноте.
Откуда-то со стороны донеслись пулеметные очереди и спустя несколько секунд – грохот разрыва ракеты. Позже выяснилось, что к взлетно-посадочной полосе через поле попытался пробиться ливанский военный грузовик, в котором находилось не менее двух взводов солдат. Несмотря на предупредительные выстрелы вертолета «группы Чита», он продолжал движение в направлении «группы Узи». Только после того, как по нему была выпущена ракета, грузовик загорелся и замер на месте.
Выполнив свою часть операции, оставив за своей спиной пылающие самолеты, подполковник Узи Яири отдал команду к отходу к точке общего сбора «Лондон».
Двадцать бойцов «Сайерет Маткаль», входившие в состав «группы Дигли», высадились в «центральном секторе». Во главе отряда шел заместитель командира «Сайерет Маткаль» майор Менахем Дигли (Menahem Digli). Сразу после десантирования группа разделилась на несколько отделений и стала продвигаться в сторону пассажирского терминала. Посадочная площадка была хорошо освещена прожекторами, что создавало дополнительные сложности, поскольку бойцы оказывались, словно на открытой ладони. «Группа Дигли» без труда обнаружила четыре авиалайнера, готовые к принятию пассажиров. Относительно первых трех самолетов не возникало сомнений. Все они принадлежали арабским авиакомпаниям. Что же касается четвертого аэробуса, то у майора Менахема Дигли на этот счет не было стопроцентной уверенности, поскольку тот был развернут носом к наступающим спецназовцам. Так как самолет находился на большом расстоянии от «группы Дигли», заместитель командира «Сайерет Маткаль» решил оставить его нетронутым. В противном случае его группа рисковала не уложиться в 30 минут, отведенные на всю операцию.
Два самолета ливанской авиакомпании были взорваны одновременно. Затем минеры приступили к закладке взрывного устройства под третьим самолетом. Однако в тот момент, когда спецназовцы устанавливали последнее взрывное устройство под передние шасси, со стороны пассажирского терминала по ним был открыт плотный автоматный огонь. Бойцы «Сайерет Маткаль» тут же залегли, растянувшись широкой цепью, и открыли ответный предупредительный огонь в сторону пассажирского терминала. Поскольку спецназовцам перед началом высадки были даны однозначные инструкции относительно гражданских лиц, огонь велся поверх здания. Но и эта условная мера возымела положительное действие. Стрельба со стороны пассажирского терминала сразу же прекратилась.
После того, как третий самолет был выведен из строя, «группа Дигли» отошла к точке общего сбора «Лондон», оставив за собой три гигантских пылающих факела.
Последняя «группа Негби», в которую вошли 22 бойца 35-й бригады спецназа ВДВ, высадилась в «восточном секторе» и стала продвигаться вдоль взлетно-посадочной полосы. Во главе отряда десантников, на расстоянии нескольких сот метров, шла разведгруппа, сообщавшая обо всех передвижениях, а также об четырех обнаруженных ею пассажирских самолетах с арабскими опознавательными знаками на бортах. Один из самолетов находился в большом крытом ангаре. Тут же было принято решение сразу уничтожить все четыре самолета. Однако когда минеры стали закладывать взрывчатку, вовремя выяснилось, что в одном из самолетов находятся пассажиры. Под угрозой автоматов им было приказано немедленно покинуть самолет и удалиться на безопасное расстояние. Только после того, как члены экипажа и пассажиры выполнили требование спецназовцев, капитан Негби отдал приказ привести в действие взрывные устройства и отойти к точке «Лондон».
По мере продвижения к месту общего сбора группа десантников капитана Негби неожиданно наткнулась на огромный топливный резервуар. Поскольку уничтожение инфраструктуры аэропорта не входило в план операции, командир десантников запросил разрешение полевого штаба. После небольшой паузы поступил однозначный запрет на взрыв резервуара. Рядом, в нескольких сотнях метров, находился пассажирский терминал, огонь мог перекинуться на здание, внутри которого находились несколько тысяч гражданских лиц.
Ровно 29 минут прошло с начала высадки десанта. Операция возмездия под кодовым названием «Преподношение» была успешно завершена. Весь Бейрутский международный аэропорт был усыпан фрагментами пассажирских авиалайнеров и пылал гигантскими кострами.
В 21:47 на посадку зашел первый десантный вертолет. Последним, через 15 минут после начала отхода, ливанский аэропорт покинул вертолет с командующим ВДВ Израиля бригадным генералом Эйтаном.
Уже по дороге к северной границе Израиля Рафуль сообщил министру обороны Моше Даяну о 14 уничтоженных пассажирских самолетах арабских авиалиний. Только спустя несколько дней выяснилось, что Рафуль ошибался относительно количества сожженных самолетов. Последний аэробус, находившийся в крытом ангаре, остался невредимым. Минеры «группы Негби» допустили какую-то техническую ошибку, из-за этого взрывные устройства, к великому счастью, не сработали. Ведь внутри ангара нашли убежище многие пассажиры и взрыв мог бы привести к страшной трагедии.
В результате высадки израильских спецназовцев в Бейрутском международном аэропорту было уничтожено 13 пассажирских самолетов, принадлежавших арабским авиакомпаниям. Общий ущерб от диверсии превышал 40 миллионов долларов США. Спустя некоторое время израильское правительство все же согласилось выплатить авиакомпаниям компенсацию в размере 44 миллионов долларов США. Цель операции «Преподношение» состояла не в том, чтобы воевать с арабскими авиакомпаниями, а в преподношении болезненного наглядного урока арабским режимам, поддерживавшим и спонсировавшим палестинский терроризм, направленный против граждан Израиля.
На мой взгляд, операция «Преподношение» явилась не чем иным, как неприкрытым проявлением международного государственного терроризма. Высадку израильского спецназа в Бейрутском международном аэропорту резко осудило все мировое сообщество. Тем не менее осуждение носило больше декларативный, формальный характер, поскольку разгул палестинского авиатерроризма с каждым месяцем все больнее сказывался на всей международной системе авиасообщений. Все прекрасно понимали, что эта вылазка была вынужденным шагом, вместе с тем ни одно государство не может опуститься до уровня бандитов и позволить себе использовать их же методы. Одно дело, когда удар наносится непосредственно по террористам, другое дело, когда третьи лица, в данном случае арабские авиакомпании, становятся заложниками борьбы с терроризмом.
Глава 2. 1969 год. «Страсть-6»
Перед высадкой были такие, кто думал, что операции такого рода возможны только в кино. По окончании операции мы чувствовали, что достигли некоего предела. Это одноразовая операция, которую больше не удастся повторить никогда.
Капитан «Шайетет-13» Дов Бар8 марта 1969 года президент Египта Гамаль Абдель Насер (Gamal Abdel Naser), выступая по каирскому телевидению, заявил о том, что Египет в одностороннем порядке выходит из соглашения о прекращении огня. Осознав, что никакое международное давление не заставит Израиль уйти с Синайского полуострова, египетское руководство вновь решило прибегнуть к затяжным военным действиям, рассчитывая измотать израильтян. Поскольку сил, чтобы вытеснить израильскую армию из Синая, у Насера не было, он превратил войну на истощение[6] в главную доктрину своей политики.
Сразу же после заявления президента Насера египетская артиллерия подвергла массированному обстрелу позиции Армии Обороны Израиля вдоль всего Суэцкого канала. В качестве ответной меры израильская авиация уже в первый день конфликта сделала несколько десятков боевых вылетов, нанеся ракетно-бомбовые удары по стратегическим объектам, расположенным по египетскую сторону канала. 9 марта 1969 года прямым попаданием артиллерийского снаряда был убит личный друг Насера начальник Генерального штаба египетской армии Абдул Мунаим Риад (Abdul Munaim Riad). Президент Насер поклялся отомстить за смерть Риада. Последующие две недели египетская артиллерия ни на час не прекращала обстрел позиции израильской армии на всем участке египетско-израильской границы. ВВС Израиля в свою очередь нанесли удар по нефтехранилищам, расположенным по египетскую сторону Суэцкого канала, а также по городам Исмаилия и Суэц. Вместе с тем господство Израиля в воздухе уже не было столь очевидным после того, как Советский Союз поставил в Египет ракеты класса «земля – воздух» и взял на себя обязательство обороны воздушного пространства вдоль Суэцкого канала и Каира. Чтобы убедить президента Насера в том, что эскалация военных действий более опасна для Египта, чем для Израиля, следовало расширить ответные операции возмездия проведением точечных диверсионных вылазок в глубь территории Египта. Неоднократно спецподразделения израильской армии устраивали засады в районе Суэцкого залива, разрушали мосты, совершали нападения на египетские военные лагеря, расположенные в верхней долине Нила.
29 июня 1969 года в районе Наджи-Хамади высадился отряд спецназа 35-й бригады ВДВ Израиля. В считанные минуты десантники уничтожили трансформаторную подстанцию и заложили мощные взрывные устройства под сорокаметровыми столбами линии высоковольтной передачи, тем самым лишив столицу Египта подачи электроэнергии.
Спустя несколько дней, 2 июля 1969 года, это же подразделение израильского спецназа совершило еще одну успешную вылазку на территорию Египта. В ночь с 2 на 3 июля несколько десантных вертолетов приземлились на побережье Суэцкого залива в 120 километрах от города Суэц. На этот раз их целью были три пограничных опорных пункта египтян, в каждом из которых, по информации «Амана», находились не более 15 пограничников. Минометный обстрел застал врасплох египетских солдат, которые в панике побросали оружие и, воспользовавшись темным временем суток, разбежались, найдя убежище в пустыне. Только в одном опорном пункте египтяне попытались оказать сопротивление, которое сразу же было сломлено. Прежде чем египтяне успели оправиться от шока, десантное спецподразделение улетело обратно домой на вертолетах, оставив 13 трупов египетских солдат, захватив с собой одного пленного, брошенное оружие и секретные документы.
На этот раз вылазка израильских спецназовцев стала настоящей пощечиной, нанесенной Насеру на глазах всего египетского общества. Последующие сутки по всей линии Суэцкого канала египетская артиллерия ни на минуту не прекращала обстрел израильских позиций, который, однако, не мог нанести ощутимого урона и более всего походил на бессильный шаг отчаяния. Боевой дух египетской армии был окончательно сломлен. Именно по этой причине президент Гамаль Абдель Насер приказал в чрезвычайно сжатые сроки подготовить и провести спецоперацию на территории Израиля, которая должна была превратиться в показательную политическую акцию, призванную вернуть веру египетской армии в саму себя и в проводимую Насером доктрину войны на истощение сионистского врага.
Средь бела дня, в пятницу 9 июля 1969 года, египетская артиллерия открыла шквальный огонь по позициям израильской армии по всей линии Суэцкого канала. Снаряды ложились настолько плотно, что найти спасение от них можно было только в глубоких железобетонных бункерах. Все, что находилось на поверхности, буквально перепахивалось осколками. В 19:30 рота египетских коммандос численностью в 100 человек, воспользовавшись артиллерийским прикрытием, вышла из Порт-Тауфика и на резиновых лодках переправилась на израильскую сторону. Это была первая за все время войны на истощение попытка египтян прорваться на израильские позиции в светлое время суток.
Высадившись на израильском берегу, египетские коммандос разделились на несколько групп и атаковали танковый парк, находившийся за пределами опорного пункта. В течение первых же минут боя египтяне смогли уничтожить два израильских танка вместе с их экипажами. Один из танкистов смог все же выбраться из горящей машины, но тут же был взят в плен египетскими коммандос.
Поскольку египетская артиллерия лишь на короткое время предоставила своим коммандос узкий коридор, чтобы они могли провести высадку, израильские солдаты, находившиеся в бункерах, не сразу поняли, что танковый парк подвергся нападению. Только после того, как египетские коммандос попытались прорваться на территорию опорного пункта, израильтяне ответили огнем и перешли в контратаку, заставив противника отойти на другую сторону Суэцкого канала.
В результате дерзкой вылазки египетских коммандос были уничтожены два танка, 8 израильских солдат погибли и 9 получили ранения различной степени тяжести. Один из танкистов попал в плен. Его труп спустя несколько дней был возвращен израильской стороне.
Вместе с тем по каирскому телевидению были озвучены совершенно иные, намного завышенные данные, явно преувеличивающие последствия смелой вылазки египетских коммандос. Согласно официальному сообщению, отряд коммандос овладел израильским опорным пунктом и удерживал его в течение часа. Уничтожил 5 танков и 40 израильских солдат.
Прежде чем отступить в Порт-Тауфик, коммандос установили в районе своей высадки два египетских флага. Поскольку берег простреливался со всех сторон, египетские флаги оставались развеваться у всех на виду в течение двух дней. Два дня египетское телевидение не прекращало транслировать эти кадры на весь мир, что явилось прекрасным пропагандистским продуктом, рассчитанным в первую очередь на внутренний египетский политический рынок. Несмотря на то, что потери израильской стороны были относительно незначительными, во всяком случае, они никоим образом не могли хоть как-то изменить стратегическую ситуацию в районе Суэцкого канала, политическая победа Насера была неоспорима. Это понимали и в Иерусалиме.
Налеты израильской авиации на египетские стратегические объекты, а также диверсионные рейды в глубоком тылу врага не приносили должного результата. Прямым доказательством тому стала успешная операция египетских коммандос 9 июля 1969 года, нанесшая серьезный морально-психологический ущерб израильскому обществу. Крайне сложная внутриполитическая ситуация в стране и мире не позволяла мобилизовать армию для широкомасштабных военных действий. Именно по этой причине министр обороны Моше Даян приказал начальнику Генштаба генерал-лейтенанту Хаиму Бар-Леву немедленно подготовить дерзкую точечную спецоперацию, которая потрясла бы моральный дух египетских вооруженных сил.
В качестве объекта для нападения был предложен египетский остров-крепость Грин, расположенный в северной части залива Суэц. Этот небольшой скалистый остров длиной в 145 метров и шириной 65 метров был буквально весь залит бетоном, словно подушечка для иголок, утыкан зенитными гнездами и пулеметными точками. Построенная на коралловых рифах британцами в начале XX века крепость практически полностью контролировала южные ворота Суэцкого канала. Сейчас в крепости находились радарная установка и зенитная батарея, а также военный гарнизон, в состав которого входили 75 солдат и офицеров. Еще в начале войны на истощение Генеральный штаб Армии Обороны Израиля планировал провести ночную высадку на острове Грин силами «Шайетет-13», «Сайерет Маткаль» и спецназа 35-й бригады ВДВ, но при более детальном ознакомлении от этого замысла пришлось отказаться. Достичь острова можно было только морским путем на десантных резиновых лодках. Выйдя в Суэцкий залив, десантники оказывались совершенно незащищенными перед огнем береговой артиллерии, контролировавшей все подступы к острову-крепости. Высадить десант с воздуха также не представлялось возможным. Десантные самолеты были бы уничтожены зенитной батареей, еще не достигнув места высадки. Площадь острова не превышала одного квадратного километра, и большая часть десанта оказалась бы в воде. Однако 11 июля 1969 года, спустя пару дней после успешной операции египетских коммандос, командир «Шайетет-13» подполковник Зеэв Альмог (Zeev Almog) вновь предложил начальнику Генштаба Бар-Леву атаковать гарнизон острова-крепости Грин. Несмотря на всю безумность операции, подполковник Альмог считал, что его морские коммандос вполне могут справиться с этой задачей, если попытаться достигнуть острова под водой. Радарная установка гарнизона острова Грин доставляла массу неприятностей ВВС Израиля в районе Суэцкого залива, поэтому, ознакомившись с доводами командира «Шайетет-13», генерал-лейтенант Хаим Бар-Лев дал разрешение на проведение операции в том месте, где египтяне чувствовали себя наиболее уверенно.
По мнению израильского военного командования, уничтожение гарнизона острова-крепости Грин не только значительно облегчило бы жизнь израильских летчиков, но и нанесло бы тяжелый удар по боевому духу египтян, доказав, что израильтяне способны провести диверсионную операцию против любого объекта, как бы сильно укреплен он ни был. С другой стороны, это положительно сказалось бы на морально-психологическом состоянии самого израильского общества, испытавшего глубокую травму из-за больших людских потерь в районе Суэцкого канала с начала войны на истощение.
Военная разведка «Аман» сообщала, что на острове установлены 4 зенитных орудия калибра 85 мм, 2 зенитных орудия калибра 37 мм. Защищенные мощными бетонными дотами, они были способны выдержать любой авианалет. Подступы к острову простреливали 14 тяжелых пулеметов, укрытых за узкими бойницами по всему периметру крепостной стены, высота которой достигала двух с половиной метров. В северной части крепости, на отдельной скале, соединенной с крепостью бетонным мостом, возвышалась пятиметровая башня, в которой были укрыты радар ПВО и две ракетные установки калибра 130 мм, радиус действия которых позволял достигать любой воздушной цели на всей территории Суэцкого залива. С южной стороны острова была устроена небольшая искусственная гавань для приема легких катеров. Весь объект был обнесен тремя рядами колючей проволоки, а также острыми металлическими заграждениями, скрытыми под водой, не позволявшими боевым пловцам незаметно достичь коралловых рифов.
Изначально в борьбу за право совершить ночной налет на остров-крепость Грин вступили два элитных спецподразделения Израиля – «Сайерет Маткаль» и «Шайетет-13». Командир «Сайерет Маткаль» подполковник Менахем Дигли считал, что функции «Шайетет-13» должны ограничиваться только морской разведкой и сопровождением десанта к месту высадки. В свою очередь, командир морских коммандос подполковник Зеэв Альмог был возмущен столь пренебрежительным отношением к своему подразделению и даже обратился с официальной жалобой к начальнику Генерального штаба. Отношения между двумя спецподразделениями в те годы были крайне напряженными, что еще более усугублялось взаимной антипатией обоих командиров. Однако высадку было решено провести совместными силами «Шайетет-13» и «Сайерет Маткаль», поскольку для захвата острова Грин требовалось не менее 40 высококвалифицированных бойцов. Ни одно из этих подразделений не могло собственными силами провести операцию, так как личный состав морских коммандос и спецназа Генштаба не превышал и 30 человек после потерь в Шестидневной войне и бесконечных спецоперациях. Только общими усилиями они могли предоставить 40 опытных бойцов. Чтобы разрешить возникшую внутреннюю проблему и положить конец раздору, начальник Генерального штаба Хаим Бар-Лев возложил общее руководство операцией на бригадного генерала Рафуля Эйтана. Несмотря на протесты подполковника Менахема Дигли, командование высадкой было поручено командиру «Шайетет-13» подполковнику Зеэву Альмогу.
Еще в апреле 1969 года с разведывательной миссией к острову-крепости Грин было направлено специальное подводное средство, прозванное морскими коммандос «Хазир»[7], используемое для транспортировки боевых пловцов на большие расстояния. Они исследовали подводные течения в районе объекта, глубину и морское дно на подступах к коралловому острову. Ознакомившись с разведданными, включавшими также систему охраны, подполковник Зеэв Альмог пришел к выводу, что к острову можно приблизиться незаметно только под водой. Однако на практике от этой идеи чуть было не отказались. Во время подводных учений возникли неожиданные осложнения. Чтобы внезапно и успешно атаковать остров-крепость, следовало одновременно доставить к объекту нападения большой отряд подводников. А это значило, что около десятка подводных катеров должны были практически на ощупь, ночью, в непроглядной водной мгле выдерживать строй, чтобы одновременно выйти на объект. Ранее боевым пловцам приходилось нырять только с личным оружием и относительно небольшим количеством взрывчатки. Сейчас же было необходимо тащить на себе не только легкое стрелковое оружие, но и штурмовые лестницы, гранатометы, пулеметы, средства связи и огромное количество боеприпасов. Тогда, в апреле, эта проблема так и не была решена, поскольку идея высадки на острове Грин на каком-то этапе подготовки операции была признана слишком уязвимой и впредь более не рассматривалась Генштабом в качестве ответной спецоперации.
Однако после дерзкой вылазки египетских коммандос подполковник Зеэв Альмог 11 июля 1969 года вновь выдвинул свой план нападения на остров Грин, который и лег в основу будущей операции, получившей название «Страсть-6». Поскольку большими силами десанта, половина которого к тому же не имела подводной подготовки, невозможно незаметно приблизиться к острову-крепости Грин, следовало провести атаку в две волны. На первом этапе к острову должны были подойти три подводных средства «Хазир» с боевыми пловцами на борту, которые захватят одну из частей крепостной стены, чтобы позволить основным силам десанта произвести надводную высадку с резиновых лодок. Параллельно с первой волной к острову подойдет еще один «Хазир» с отделением морских коммандос «Шайетет-13» на борту. Они высадятся на небольшом (4 на 4 метра) бетонном кубе, возвышающемся на два с половиной метра над водой, в непосредственной близости от южной крепостной стены, с тем чтобы в случае необходимости огнем пулеметов и гранатометов обеспечить прикрытие первой волне десанта. На втором этапе операции 20 бойцов «Сайерет Маткаль» на резиновых лодках, в сопровождении морских коммандос, подойдут к острову с северной стороны, используя крепость как естественное прикрытие отегипетской береговой артиллерии. Они проведут зачистку острова Грин и уничтожат ракетные пусковые установки, радар и зенитные точки, а также, перед отходом основных сил десанта, установят под мостом и у южной крепостной стены два катера, начиненных большим количеством взрывчатки.