Иерархия: наследники

«Значит первые обитатели и правда подплывали к местам, которые я обозначил на карте, – пронеслось в голове. – Дальше, скорее всего проходили определенное расстояние вглубь острова или материка, подальше от воды. И судя по всему, то, что однажды разрушило остров, преследовало их и дальше».

От последней мысли стало не по себе. Откуда он мог знать, кто или что разрушило первый совершенный остров? И был ли такой вообще.

Клеон во все глаза смотрел на высокую фигуру, стоящую в центре. Длинные перламутровые волосы казались невероятно плотными, как будто выполняли роль шлема. Длинное одеяние было все расшито серебристыми квадратами. Ровным квадратом от главного стояло еще двенадцать фигур, по три на каждой стороне. Дальше стояли кругом еще несколько десятков телионов.

Произошедшее дальше сложно объяснить рациональной частью мозга. Клеон не видел, но стоя в отеле и смотря в стену он повторял слова удивительного заклинания вместе с теми, кто находился на Аргоне.

– Agon! Ekbaino Agon pros emis teleons, – звенящий голос исходил из горла Клеона. – Didomai Murion Stenon! Einay Agon Edion!

– Einay Agon Edion! – прозвучал стройный хор звонких голосов.

Клеон улыбался, потому что точно знал, что произойдет дальше.

– Да пребудет Свет вечно! – прошептал Клеон, сжимая левую ладонь.

Только в руке Клеона ничего не было, в руке же лидера, которую он резко выкинул прямо вверх, блеснул серебром продолговатый осколок.

Предмет был примерно двенадцать сантиметров в длину, имел широкое круглое основание сантиметров пять и сужался до сантиметра в конце.

Клеон смотрел не отрываясь, как от осколка исходили тонкие серебристые струйки, переплетаясь в невероятно красивых узорах и сливались в плотные лучи. Потоки яркого света наращивали скорость движения и уплотнялись.

Осколок засиял мощными титановыми лучами, плотный столп света резко пронзил верхнее основание Аргона, соединяясь с неведомым источником, который находился глубоко внутри планеты. Откуда Клеон мог это знать?

Поток, в котором смешались жемчужные линии и бешеные титановые вихри, полностью окутал гигантский Аргон, стены которого были испещрены квадратичными символами. По тонким линиям загадочных знаков очень быстро заструилось ярко-серебристое свечение, заполняющее каждую линию.

Титановые струйки, повторяя сложнейшие квадратичные узоры, отделились и казалось, что от Аргонов на несколько метров отошли вторые плотные стены, заливающие ярким блеском серо-болотные воды океана.

В глазах Клеона сияло торжество, когда раздался агонизирующий ревущий вой не имеющих формы, но умеющих принимать любую форму.

***

Закрывая манускрипт, Клеон не мог вспомнить все, что видел, только удивлялся, почему становилось так спокойно и тепло на душе.

Он достал папку, о которой так и не рассказал Гринлоу. Четыре блока документов были разделены стикерами, названия на которых полностью совпадали с местами на карте. Клеон открыл первый блок, на котором маркером было написано «Тингведлир, Исландия. Август, 1896 год».

Клеон внимательно читал заметку, опубликованную в старой газете.

«Три мощных землетрясения магнитудой от 6,5 до 7,5 баллов с коротким интервалом на южном полуострове Исландии нанесли серьезный урон. В течение трех недель произошло три извержения близко расположенных вулканов. Разрушено примерно три тысячи ферм и домов, множество раненых доставлены в больницы, власти говорят о серьезных повреждениях».

Он продолжал листать, пока не наткнулся на скрепленные сложенные вчетверо листки. Клеон развернул, в голове постоянно вертелась мысль, что он упускает что-то безумно важное, и он не мог вспомнить что.

– Вспомнил, после огромного ущерба и серии из трех землетрясений за три недели, множество людей попало в больницы, – почему-то руки задрожали сильнее, и Клеон все быстрее разворачивал листки. – Местные репортеры опрашивали выживших. Свидетельства, вот почему я сохранил документы.

«Десятки человек, пострадавшие после землетрясений, рассказывали удивительную историю. По словам жителей городка, землетрясения прекратились в один момент, когда в городе заметили высоких странников».

Руки дрожали так, что Клеон чуть не выронил листок. Необычная реакция, с учетом того, что в желтой прессе ежедневно публикуются тысячи гораздо более страшных историй. Однако в данном случае автор и не пытался нагнать страху или дорисовать несуществующие детали. Заметка была на удивление короткой.

«Почти все описывали пришедших одинаково. Во время третьего землетрясения по центральной улице городка прошли два молодых человека и девушка. Все были одеты в светлые одежды, которые по словам очевидцев, переливались серебристым цветом. Идущие были значительно выше среднего роста жителей острова и подходили ко всем раненым. Все опрошенные помнят, что шли странники прямо по направлению к извергающемуся вулкану. В какой-то момент они зашли в густой дым и больше не появлялись».

– Тогда все это и правда казалось чудом, – Клеон иронизировал, чтобы успокоить дыхание и бьющееся уже на пределе сердце. Почему он так реагирует на несколько строчек в газете конца девятнадцатого века в другой стране?

«Собирали мы тогда не данные о необычных катастрофах, – напряженно работал мозг. – И не новости о чудесных исцелениях и прекращении бедствий. Удивляли характеристики людей, которые описывались почти идентично, вот почему я выделил места. В разных точках планеты свидетельств о высоких людях в переливающихся одеждах статистически было намного больше. Мы даже доказали значимость различий, истории людей – вот что собрано в папке».

Исландия, Тингведлир, август, 1896 год

Темный-серый дым стеной поднимался из глубоких расщелин земной коры. Высокие горы казались игрушечными, рассыпаясь глыбами от сильнейших толчков, исходящих из недр планеты. Назвать происходящее извержением вулкана можно было с большой натяжкой. Жители небольшого городка северного полуострова не видели ничего подобного.

Официально в местной газете напишут, что мощные землетрясения магнитудой от 6,5 до 7,5 баллов произошли с промежутком в несколько дней и нанесли страшный урон. Расположенные рядом горы шатались как детские оловянные солдатики, откалывающиеся гигантские куски горных пород разлетались, словно пылинки. Все, что создавали люди на протяжении десятков лет, разнесло в клочья за пару недель. Пострадало множество жителей полуострова, подобного бедствия не было на острове несколько столетий.

Хорошо, что жители были заняты выживанием и спасением раненых, и никто не мог приблизиться к бушующей стихии. Иначе, кроме физических травм, большая часть навсегда осталась бы в больницах для душевнобольных, крича от ужаса в смирительных рубашках. Грязно-серый дым сплошной стеной почти полностью закрывал ярко-красный огонь с кусками измельченного базальта, вырывающийся из расщелин огромными столбами, и рвущийся наверх.

Нестерпимо яркий огонь красного цвета был прикрытием, также как и плотная стена дыма. Нечто, что пыталось выбраться из глубин преисподней вместе с палящим огнем и ядовитым дымом, свело бы с ума любого.

– Мы должны идти немедленно, – в красноватых вспышках извергающихся вулканов светлые глаза молодого человека, стоящего справа у окна, переливались мягким серебристым светом.

– Согласна, – промолвила стоящая рядом высокая девушка, также пристально наблюдая за приближающейся грязно-серой стеной дыма.

– Уверены, что нужно применять действие стагонов? – спросил юноша, стоящий слева и также наблюдающий за ярким огнем серебристыми глазами.

– Очевидно! – коротко сказал молодой человек, стоящий справа. – Нас с детства учили отличать проявления Первородных. В природной катастрофе не может быть плотного серого тумана, красного огня и таких разломов.

– Верно, – cогласился юноша, стоящий слева. – Все признаки совпадают. Хотя по имеющимся данным подобного прорыва давно не было.

– Что-то значит случилось, мы не можем всего знать, – проговорила девушка. – И самое главное – на обычную катастрофу не зажглись бы стагоны.

Все трое отличались высоким ростом, и стройным телосложением. На первый взгляд сложно было сказать, что именно отличало стоящих у окна от обычных людей. При ближайшем рассмотрении очевидно бросались в глаза слишком вытянутые лица и конечности. Врач, проведя рентген сказал бы, что у людей искаженный скелет – все кости на несколько сантиметров длиннее общепринятых в медицине размеров. Отличалась при этом и физиология. Длинные перламутровые волосы были очень плотными и достигали пояса.

Одновременно девушка и двое молодых людей достали из наплечных белых сумок, расшитых серебристыми сложными орнаментами, продолговатые предметы в форме восьмигранников. Они подняли предметы на уровне глаз и свели руки у окна, за которым бушевала стихия. Теперь различия стали заметнее, пальцы на руках всех молодых людей состояли из четырех фаланг. Внутри прозрачных капсул плескалась жидкость, разгорающаяся ярким светом.

– Видите? – сказала девушка. – Нужно идти, причем немедленно.

– Я столько об этом слышал, уверен, как и вы, но никогда не думал, что реально придется запечатывать проходы, – промолвил юноша, стоящий слева.

– Никто из нас раньше не применял стагоны, но мы – наследники Иерархии, мы должны выполнить свою миссию и выполнить предначертанное, – уверенно проговорил молодой человек, стоящий справа.

Потомки не узнают всего, что сделали молодые люди в тот день не только для маленького городка, но для всей планеты. В газеты попадет короткая заметка, что по центральной улице прошли два молодых человека и девушка в светлых одеждах. В темноте вышитые серебристыми нитями орнаменты было не видно, и поэтому свидетелям показалось, что одежды блестели. Заметят необычно высокий рост, запомнят, как высокие молодые люди подходили ко всем пострадавшим, и что-то прикладывали к солнечному сплетению.

Удивительные исцеления после прикосновения маленького предмета быстро забудутся, спишут все на панику и врачебные ошибки. Жители городка потом вспомнят, что незнакомцы прошли всю улицу и вышли за город по направлению к извергающемуся вулкану. Кто-то скажет, что видел, как высокие молодые люди в светлых одеждах зашли прямо в стену серо-грязного дыма.

И никто потом больше незнакомцев не видел.

Перед стеной страшно ядовитого серого газа, распространяющегоcя вокруг глубоких расщелин, молодые люди остановились и подняли прямо вверх продолговатые капсулы, в которых все ярче разгорался жемчужный свет.

– Все готовы? – спросил молодой человек, по виду старше остальных.

– Да, – хором ответили юноша, и девушка.

Конечно, им было очень страшно. Наследники много раз слышали истории от старших, которым рассказали предыдущие поколения. Но никогда не видели прорывающийся сквозь грязный дым первородный ужас. Взмывающие из глубин планеты горы мутирующей скользкой плоти стремительно надвигались.

– Agon! Ekbaino Agon pros emis teleons! – громко сказал молодой человек постарше, сжимая нагревающийся стагон. – Einay Agon Edion!

– Einay Agon Edion! – одновременно произнесли юноша и девушка, которая закрыла от страха глаза, но не опустила руку, тверже сжав стагон.

– Да пребудет Свет вечно! – сказал молодой человек и от маленьких бусин в руках молодых людей заструился жемчужный свет.

Искрящиеся линии переплетались друг с другом, сливаясь в мощные потоки. Процедура прихода Света на планету осталась неизменной. Жемчужные лучи взметнулись вверх и молодые люди не смогли скрыть восхищения, когда увидели, как мощный столп титанового света, рассыпавшись на миллионы острых серебристых искр, вонзился в растущие провалы земной коры. Агонизирующий вой рвущихся на части гигантских кусков плоти грязно-болотного цвета не повлиял на радость и в

Примечания