Бар Ле-Мурье

Егор сидел за своим любимым столом в конце бара, когда его одиночество прервал милый голос.

– Здравствуйте, а можно нам сфотографироваться с вами? – Перед ним предстала молодая девушка лет двадцати пяти и подросток непонятного возраста. Девушка источала улыбку, когда парень был угрюм и неразговорчив. – Вы же здесь работаете, да?

– Что-то типа того, – Егор медленно встал из-за стола, а когда он наконец выбрался, девушка сразу же сделала селфи. Каким-то непонятным образом на нем оказался и парень.

– Блин, – Девушка посмотрела с явно недовольным выражением. – Мой племянник как всегда нахмурился! Можно нам еще одно фото?

– Можно, – На этот раз Егор был готов к фото, поэтому улыбнулся. Брат девушки по итогу тоже попытался изобразить что-то на подобие радости, но получилось это как-то жутко. Убедившись, что получившиеся фотографии устраивают девушку по всем стандартам, она оглядела заполненный бар.

– Эх, вот как назло мест свободных нет! – После чего посмотрела на улицу. Егор же в этот момент был в раздумьях. С одной стороны, он мог предложить незнакомке и ее племяннику составить ему компанию. Но с другой стороны он хотел побыть один, подумав над сюжетом своей новой книги. Еще как назло начал названивать телефон, на котором Егор увидел нежелательный контакт.

– Вы можете составить мне компанию, – Неожиданно для себя выпалил Егор.

– Ой, – Девушка слегка покраснела. – Я не хотела напрашиваться, а вы, наверно работаете. Вас не будут за это ругать, что вы разговариваете с нами?

– Не думаю, – Егор решил умолчать о том, что он является владельцем бара.

– Меня Викой зовут, – Представившись, девушка показала на своего недовольного племянника. Было видно невооруженным глазом, что пацану это заведение не по душе и он с радостью бы его покинул. – А это мой племянник – Максим. – Даже после этого парень оставил знакомство без внимания. Егор же не стал его донимать своими разговорами, так как прекрасно понимал его. Ведь иногда так хочется просто помолчать, не вникая в происходящее вокруг тебя.

– Меня Егором звать.

– Егор, а в костюм кого вы одеты? – Удивленно поинтересовалась Вика. – Я вижу, что это что-то между собакой и лисой, но не могу понять кто именно.

– Сам задаюсь этим вопросом, но, мне кажется, что это шакал.

– Да, теперь это действительно имеет смысл, – Максим же решил пойти простой дорогой, уткнувшись в свой мобильный, не вникая в разговор взрослых или просто делая вид. Вика же начала быстро вертеть головой. – А не подскажите, где у вас туалет?

– По коридору после барной стойки.

– Спасибо! – Встав из-за стола, Вика быстрым шагом направилась в туалет, оставив Максима с Егором. Пацан же в свою очередь положив телефон на стол, устало вздохнул.

– Как же она достала меня опекать! – Не то, чтобы Егор был удивлен словам парня, но то, с какой усталостью он это произнес вызвало в нем сострадание.

– Она заботиться о тебе.

– Раньше так и было, но без такого фанатизма!

– Я пока что ничего подозрительного не заметил.

– Это пока. А ведь она могла меня оставить дома одного и не брать с собой в бар! – Максим обвел помещение руками. – Согласись, не самое лучшее заведения для меня.

– Ну, это спорная ситуация. Может, были на то причины не оставлять тебя дома одного?

– Были, но они не связаны с моими проблемами, а скорее принадлежат Вике! – Максим украдкой посмотрел на проем, в который вошла его тетка. – Ведь это ее инициатива таскать меня везде с собой.

– Может, она просто не хочет оставлять тебя одного, чтобы ты не чувствовал себя брошенным?

– Вот только не надо притворяться Фрейдом, мне не страшно оставаться одному. Не так давно меня чуть не сбила машина, но это Викина точка зрения. С моей стороны все выглядело по-другому, но так как она в тот день за меня отвечала головой, теперь я вечно в ее поле зрения!

– Звучит не так уж и плохо.

– Ага, – Максим скривился в ухмылке, – Попробуй таскать повсюду подростка, а потом ныть, что не можешь найти себе парня. Ты понимаешь? Она делает это во-вред себе, но как будто не осознает этого!

– А к специалистам обращаться Вика не пробовала?

– Ты думаешь она осознает, что ей нужна помощь? Со стороны Вика обычная, типичная девушка со своими тараканами в голове, но если капнуть глубже… Ты наткнешься на нечто странное и непонятное! Ты понимаешь?

– Допустим, – Сейчас Егору стало не по себе от подобного разговора, так как он не думал верить словам Максима, но ведь яблоко от яблони…

– Да ты так не грузись, – Максим откинулся на кожаном диване, краем глаза проверяя приходящие ему сообщения. – На самом деле Вика не такая уж и странная, ведь если бы не я, то тогда бы у нее не было условного багажа и жизнь стала намного скучнее. Ты то сам я вижу тоже не являешься идеалом!

– В смысле?

– Ты же тот самый писатель-затворник, что не выходит из бара уже больше полутора лет. Я о тебе наслышан, приятель!

– И что же говорят обо мне за стенами бара?

– На самом деле ничего плохого, так что не бери в голову. Единственное, что поговаривают о твоем трагичном прошлом, которое и загнало тебя в эти четыре стены.

– Горькая правда.

– Не расскажешь, что произошло? – Максим снова посмотрел туда, откуда должна была прийти Вика. – А то тетка, наверно, решила поправить макияж, а это займет какое-то время.

– Максим, я не нуждаюсь в психологическом анализе.

– Я не собираюсь копаться в твои проблемах, мужик! Мне просто интересна сама трагедия твоей жизни.

– В принципе, рассказать могу, но повесть не будет такой же длинной, как Война и Мир.

– И слава Богу! – Максим иронично улыбнулся, а Егор отметил его начитанность. – Главное давай без французских вставок.

– Была девушка и парень. Они знал друг друга уже очень давно, но все никак не могли встретиться, – Но в этот момент за столик вернулась Вика с меню в руках. Максим сразу же вернул в руки телефон, а Егор подметил удлинившиеся ресницы девушки.

– О чем разговаривали, мальчики? – И так, как Максим снова ушел в себя, слово взял Егор.

– Про сложности выбора и горьких терзаниях с примесью сожаления.

– Сложная тема, однако, – Вика подозрительно посмотрела на Максима, но тот не подавал виду, что слушает взрослых. – А о каком выборе идет речь?

– Вообще, мы как-то не обобщали, но мне вспомнился один момент. Классический, – Егор не хотел сдавать Макса и их разговор, но и выдумывать что-то на ходу он не хотел. Поэтому пришлось импровизировать. – Когда мой знакомый работал в магазине, он любил одну девушку, и чтобы не затягивать с повествованием, да, у них была симпатия. Еще у него был друг и коллеги по работе, которые вторили одно и тоже, что надо скорее целовать, а иначе без этого никуда не уедешь. По итогу, после одной из прогулок они начали прощаться и в ее глазах он увидел нечто. Радость?

– Радость? – Непонимающе переспросила Вика, удивленно смотря на Егора. – Я готова была услышать все, что угодно, но только не это.

– Именно радость. Теперь я должен пояснить почему именно ее ему пришлось увидеть. С ее слов, до нашей встречи у нее долгое время не было друзей, но устроившись к нам на работу она их приобрела. Но из-за того, что в нее был влюблен не только он, девушка боялась потерять обоих и снова остаться ни с чем.

– И твой друг не смог с ней так поступить, сделав первый шаг, так как боялся лишить ее всего? – Викины глаза были устремлены на погрустневшего собеседника в костюме шакала. – А что стало с твоим другом?

– Не знаю. В какой-то момент каждый из нас совершил огромную ошибку, которая сильно повлияла на наше восприятие к друг другу и к миру в целом.

– И неужели вы не пытались все изменить, исправить?

– Чтобы внести ясность, речь идет о двух разных ошибках, которые повлекли серьезные последствия. Он винит меня в своей, а мне от этого смешно, поэтому я не вмешивался.

– Друзья ведь нужны, чтобы прощать! И быть рядом в трудную минуту.

– Ничего страшного, ведь теперь мы стали связаны одной тайной, перед которой мы предстанем перед божественным судом, – Рассказ так заинтересовал Вику, что она не заметила, как Максим повертел пальцем у виска, смотря на Егора.

– Мне так жаль!

– Былого не воротишь, – Егор с такой тоской в глазах посмотрел на Вику, что девушка не выдержала его взгляда, сделав вид, что следит за сообщениями в телефоне племянника. – К тому же, она должна сейчас быть в лучшем месте, чем я или кто-то другой. Я надеюсь на это.

– Максим, иди помой руки перед обедом! – Строго произнесла Вика, чуть ли не пинками выгоняя племянника из-за стола. Когда тот скрылся из виду, девушка взяла Егора за руку. – Твоя боль невыносима, и, если продолжать ее держать при себе, можно лишиться не только рассудка, но и жизни.

– К сожалению, я не продаю свою боль и уж тем более никому не собираюсь ее передавать, – Егор отстранился от Вики, убрав ее руку со своей. Ему вообще начало казаться, что девушка не в себе и принимает участие вербовки в какую-то секту. Сначала его морально подготовил ее парнишка, а теперь и она сама пытается расположить его к себе подозрительными для Егора способами.

– Это стандартная реакция на помощь другого человека. Ты пытаешься отстраниться от всех, избегая мира за этим окном, но ты не сможешь всю жизнь себя жалеть и прятаться здесь! Когда ни будь она тебя настигнет и что ты скажешь при вашей встрече?

– О ком ты говоришь?

– О старухе с косой!

– Понятно, – С этого момента Егор решил записать Вику в сумасшедшие и постараться избавиться от нее как можно быстрее. – А давай мы не будем продолжать этот странный разговор? – Егор попытался встать из-за стола, но Вика схватила его за руку.

– Ты думаешь ты один прошел через потерю любимого человека? – На этот раз глаза девушки источали гнев, и он был направлен на Егора. – Ты – жалкий эгоист, который думает только о своей боли, но не хочет понять одной простой истины, что в мире ничто не вечно. Люди приходят и уходят, как бы это ни было для тебя тяжело! – Несмотря на довольно пугающий взгляд, Егор почему-то поверил Вике. Сев обратно за стол, он закрыл лицо руками.

– Извини, что принял тебя за сумасшедшую, но это так больно осознавать потерю человека, который был тебе не безразличен. Как будто нож пронзает грудную клетку, а внутри зреет новая личность, более темная, чем ты. А может это все от алкоголя. Я помню только секундную боль от ее потери, а потом наступило безразличие и обида очерняющая твою душу, как чернила.

– Поэтично, – Вика тоже сбавила тон, отпустив руку собеседника. – Но по-хорошему тебе надо избавиться от той тяжелой ноши, которую ты якобы на себя возложил.

– Ничего я на себя не возлагал, – Открыв глаза, Егор сурового посмотрел на Вику. – Ты думаешь мне нравиться чувствовать пустоту внутри? Сидеть в этих четырех стенах, разглядывая людей за окном? Видеть, как мои друзья каждый день пытаются вернуть меня к жизни? Но не могу я себя простить за то, что ничего не могу сейчас сделать и мои руки связаны, как будто я прибываю в смирительной рубашке, а бар – это клиника для душевнобольных!

– Я не буду просить тебя рассказывать, что произошло, пока ты сам не посчитаешь нужным, – Вика снова попыталась взять Егора за руку, но и в этот раз ее попытка не увенчалась успехом. – Но как ты мог заметить, у меня тоже есть свои тараканы в голове. Я даже могу предположить, что Максим тебе о них уже рассказал. Как думаешь, мы сможем хоть немного помочь друг другу без вмешательства специалистов, которые будут копаться в наших мозгах и пичкать радостными таблетками?

– Звучит не так скверно, – Егор попытался изобразить улыбку, но вместо этого у него вышла грустная гримаса.

– Ничего, – Вика грустно улыбнулась. – Возможно, через какое-то время ты сможешь искренне улыбнуться, но не сегодня. Ты не против, если я и Максим будем тебя периодически навещать?

– Хорошо, – Вика заметила, что Егор ее уже не слушал, погрузившись в свое море жалости и грустных воспоминаний, ранящих его в самое сердце. Погладив его по плечу, Вика направилась к выходу, попутно захватив сидящего Макса у барной стойки.

– Ну как ты тут без меня? – К сидящему за барной стойкой Егору подошла Варя, и, погладив того рукой по волосам, заняла свой пост. Девушка была одета в костюм белки. – Саша мне рассказала, что ты сегодня общался с посетителями, молодец!

– Не самое мое большое достижение, – Хмуро подметил Егор, попивая очередное ирландское кофе. – Никогда не умел радоваться чему-то, не говоря уже об успехах других.

– В смысле? – Варя настороженно посмотрела на друга. Она поняла, что Егор слегка пьян, но его настроение было ниже плинтуса. – Что ты хотел сказать своими словами?

– Помнишь я рассказывал, что на мое воспитание больше повлиял кинематограф, нежели родители?

– Да. Ты неоднократно об этом рассказывал. К чему ты клонишь?

– Фильмы научили меня быть правильным человеком, принимать верные решения, помогать слабым и ненавидеть тех, кто считает себя выше других. Но, к сожалению, фильмы не смогли научить меня радоваться за друзей, так как в тот период времени у меня не было их. А когда сознание окрепло, то было уже поздно. Да и вы появились только в период театральных занятий.

– Не обязательно уметь радоваться, – Варе пришлось оторваться от разговора, чтобы налить несколько кружек пива. – Главное быть другом, а все остальное не важно.

– Я так же думал, но видя что-то, за что другой человек мог порадоваться за своего друга, со мной все наоборот.

– Думаю, что тебе на сегодня пора завязывать с алкоголем, дружочек.

– Я не пьян! Не настолько, чтобы быть в хлам.

– Все равно я тебе больше не дам ничего выпить, но ты должен понимать, что твое эмоциональное состояние зависит только от восприятия окружающего мира.

– Сложно. Помнишь наше прошлое?

– Это тот отрезок времени, когда мы не моли определиться в наших отношениях и вечно ссорились?

– Да.

– Почему ты вспомнил об этом?

– Именно это происходило у нас с ним, – Егор посмотрел своими пустыми глазами на Варю. – И если ты сразу могла отличить мое изменившиеся поведение, то он нет. Мы повели себя опрометчиво, совершили деяние, за которое не дают прощения.

– Порой мне кажется, что ты через чур увлекся библейскими сказаниями!

– Я сам до сих пор не понял, как мне к этому относиться. Куда двигаться после того, что мы сделали?

– Ты же прекрасно понимаешь, что я не знаю, о чем ты говоришь?

– Главное, что ты понимаешь суть, а остальное не важно.

– Допустим, – Варя решила подыграть Егору в надежде на то, что ей удастся узнать больше подробностей из его прошлого.

– Прекрати так делать, – Егор сурово посмотрел на Варю. – Ты пытаешься играть со мной в доктора и пациента, когда тебе нужно просто выслушать меня.

– Извини.

– Я даже не стал с ней знакомиться, когда она устроилась к нам на работу! Нас считай свел наш общий знакомый и оставшись наедине во время обеденного перерыва я случайно завел с ней разговор. Со временем я узнавал о ней, у нас было много общего. Доходило даже до смешного, и мы заканчивали друг зад другом предложения!

– А потом все начало идти по одному знаменитому месту?

– Как снежный ком, набирающий обороты! Я снова стал погружаться в самокопание, недоверие к окружающему и ненависти ко всем. Мне удалось на какой-то момент избавиться от ее влияния, но я был вынужден превратиться в морального урода, всячески думая над планом мести.

– И как?

– Успешно.

– А ты не пробовал просто забыть?

– Нет, – Егор злобно улыбнулся, а в его глазах промелькнуло нечто темное. – Месть была готова, как ужин, который почему-то подают холодным посреди ночи.

– И что же ты сделал?

– Правильно спрашивать: что мы сделали?

– Мы?

– Поэтому мне пришлось адаптироваться, привыкать к одиночеству. Помню, как друзья подсадили на компьютерную игру, но через какое-то время все ее покинули, кроме меня. Я два года играл в полном одиночестве! Именно это время позволило изучить людей. Понять, как на них можно влиять, чтобы добиться нужного для себя результата!

– Звучит печально.

– Это вообще никак не звучит.

– Так, а что в итоге?

– Вроде, – Егор наконец допил остатки кофе. – Я не помню чего-то конкретного. Все как во сне, но с уверенностью могу сказать, что месть была исполнена, а значит у меня теперь было время подумать над чем-то более большим и великим!

– О чем ты? – Настороженно поинтересовалась девушка, очень надеясь на то, что за ее друга сейчас говорит обида и алкоголь.

– О лишении и расплате.

– Ты не думал, чтобы простить всех, кто тебе нагадил в душу и начать новую жизнь? Ведь не за этим ли ты переехал обратно в Питер?

– Мне надоело закрывать глаза на проблемы общества, – Егор силой оттолкнул стакан из-под кофе и тот доехав до конца барной стойки, остановился у самого края. – Поэтому решил раз и навсегда избавить всех от этого тяжелого груза.

– С каждой секундой мне все больше кажется, что ты не в себе.

– Я тебя не виню в этом. Уловить мою мысль очень сложно, почти нереально. Особенно, если ты не знаешь о том, что знаю я!

– Мы же сейчас все еще о той девушке говорим, из-за которой ты был так сильно подавлен?

– В любом случае, Варь, – На этот раз Егор устало посмотрел на девушку, не удостоив ее ответа. – Я так устал на тот момент от всего этого говна, поэтому принял решение что ни будь изменить в своей жизни. К тому же, еще и повод такой подвернулся!

– Ну, дело твое, – Девушка снова отвлеклась на посетителей, но последнее слово решила оставить за собой. – В любом случае ты должен понимать, что ни один фильм в мире не сможет научить тебя любить и прощать. Подумай над этим. – На этих словах Варя с головой ушла в работу, пытаясь понять слова ее друга, и чтобы они могли значить лично для нее, а за спиной Егора появился Паша в костюме Хаски.

– Вечер добрый, – Голос Паши звучал подавлено, но он как всегда пытался не подавать виду. – Как у тебя сегодня обстоят дела?

– Очень странно. Пообщался со странными личностями, познакомился с одной девушкой и ее странным братом!

– Вот с этого момента по подробнее, пожалуйста, – В глазах собеседника Егор прочитал заинтересованность.

– Тут особо нечего рассказывать. Ее зовут Вика и у нее тоже свой психологический багаж в виде брата, которого она боится оставить без присмотра. Однако, – Егор на секунду задумался. – В туалет она его отпустить одного не побоялась.

– А что с ним не так? – Заметив занятость Вари, Паша без труда извлек из-под барной стойки бутылочку темного пива.

– Она однажды за ним недосмотрела, и он чуть не погиб.

– Это Вика тебе рассказала? – Открыв бутылку, Паша, сделав небольшой глоток, облегченно вздохнул. – Именно этого мне сейчас и не хватало!

– Нет, ее брат.

– Вот дела! И к чему привело ваше знакомство?

– Не знаю почему, но я ее заинтересовал как брат по несчастью и собутыльник по психологической травме, – Егор пожал плечами. – Сказала, что будет навещать меня.

– Во даешь! – Паша одобрительно покачал головой. – Не растерял хватки и познакомился с девушкой будучи одет… эм… ты кто вообще?

– А на кого похож?

– На собаку, но не могу понять какой породы.

– Не парься, – Егор снова пожал плечами. – Возможно, я шакал, а может и нет.

– В любом случае, я рад за тебя, что ты держись слово.

– О чем ты?

– Ну, что пытаешь жить дальше без оглядки на прошлые события из твоей жизни. Конечно, ты с этим затянул, но никогда не поздно начать жить, – Паша между предложениями сделал глоток, осушив бутылку наполовину. – И как знать, может вы сможете излечить друг друга от недуга.

– Не знаю, куда приведет наше общение, но девушка она интересная.

– Жаль, что я ее не видел, – Паша шутливо начал толкать Егора в бок. – Дал бы тебе свое благословение.

– Куда же я без него денусь? – Егор улыбнулся другу. – Знаешь, какой фокус выкинули сегодня мои спонсоры?

– Поведай же!

– Около двух часов назад мне пришло от них сообщение, в котором они считают мой псевдоним слишком пресным.

– Это под которым ты пишешь книги?

– Угу.

– Бернард Браун, если мне не изменяет память?

– В точку.

– Не силен я в маркетинге, но кто их знает, может они и правы.

– Я не стал с ними спорить и просто выслушал их предложения.

– И как?

– Ничего путного не приглянулось.

– А ты как относишься к своему псевдониму? – Паша уже минуту смотрел на пустую бутылку из-под пива, но за новой лесть не осмеливался, так как ему скоро надо было подниматься на сцену.

– Признаться, я не думал над ним долго, когда писал свою первую книгу. Конечно, мне очень часто хотелось его сменить, но тогда бы возникла путаница и неразбериха.

– И что по итогу решили со спонсорами?

– Я предложил им оставить мой псевдоним, а рядом писать имя якобы другого автора для большей популярности. Они сказали, что подумают над этим предложением.